Ужасно, когда телефон звонит некстати!

У тебя всего пять минут на то, чтобы решить, что надеть, потом накраситься, причесаться и переодеться, потому что первый выбор оказался неудачным и все-таки эта блузка абсолютно не подходит к костюму, хотя теоретически все срасталось неплохо…

У основательной женщины эти пять минут расписаны по секундам. И вот когда ты начинаешь красить губы (то есть категорически не можешь ими шевелить, чтобы говорить по телефону), раздается этот критический звонок!

Все, теперь точно опоздаю — надо было уговорить Курпатова встречаться где-нибудь поближе к моему дому. Хотя в моем тихом центре вообще негде кофе выпить, и в этом Андрей прав.

Ладно, помаду придется отложить: судя по тону, каким Настя со мной поздоровалась, она ждет от меня сочувствия и утешений. Короче, моя приятельница наконец-то собралась поменять свой мобильный. Видимо, ей самой надоела сентиментальная чушь, которую она придумала про нежные чувства к маленькой старенькой «Nokia». Славный, конечно, телефончик, но ведь уже сколько поколений сменилось (это я про телефоны).

В общем, имидж — все! Выбрала себе «трубку» за 400 долларов: хорошенькая и недорого. И тут продавец — милый и совсем юный мальчик — говорит: «А вы можете сэкономить». Оказалось, магазин проводит акцию — что-то вроде «Телефоны молодым». Все покупатели до тридцати получают скидку в полтора процента. Насте — тридцать четыре года, и она объясняет парню, что в категорию молодых счастливчиков уже не попадает. «А он решил, что раз мне за тридцать, значит, у меня уже дети взрослые. И предложил прийти с ребенком. В этом случае тоже полагается скидка». Детей у моей знакомой пока нет. «В общем, бездетная старуха», — мрачно подытоживает Настя.

«Да глупая ты, — я снова хватаюсь за помаду. — Это же гуманитарная акция. Гордись, что после тридцати ты уже не нуждаешься в скидках!»

Слабое утешение — сама понимаю. Посягнули же на святое — на нашу вечную молодость! Но разговор все равно пришлось сворачивать.

Ехать до кафе «Черное и белое» минут двадцать — если, конечно, на набережной не будет пробки. Когда-нибудь в этом заведении обязательно появится табличка: «Именно здесь у Андрея Курпатова и Шекии.

Абдуллаевой родилась идея написать замечательную книгу «Секс большого города», и именно здесь обсуждалась глава…»

Глава о возрасте, разумеется, о чем я могу еще сейчас говорить? Ужасная тема. Или ее сделали ужасной? Ведь кто-то же придумал, что женщин бестактно спрашивать о том, сколько им лет! Это значит, что женский возраст — дело неприличное? Неловко, что женщина стареет, поэтому все стараются этого не замечать?

А как это не замечать, если есть зеркала? Я с ужасом думаю, каково это: видеть в зеркале стареющую себя…

Все-таки без пробок не обошлось. Через полчаса буквально врываюсь в уютное кафе на Васильевском. За угловым столиком, склонившись над листом бумаги, сидит Курпатов и сосредоточенно что-то пишет. Рядом — неизменная чашка кофе. М-да, надо как-то сбавить обороты. И извиниться за опоздание.

— Андрюша, сегодня мы говорим о возрасте, — между прочим, это я каждый раз решаю, какую тему мы будем обсуждать. И каждый раз удивляюсь: откуда он знает ответы на все мои вопросы? — Я тебе сейчас объясню. Понимаешь», стареть очень не хочется. И вообще масса проблем возникает с этим «взрослением». Вот я повторяю как заклинание: стареть нужно достойно. А как это — достойно? И когда нужно начинать? Знаешь, очень не хочется услышать: «В вашем возрасте это неприлично!»

— Ну, я сначала о главном, если ты позволишь… — Он выключает трубку, кладет ее на стол, на меня устремляется взгляд темных живых глаз. — Значит, предлагается принять за непреложное правило: «Никогда не стремитесь к невозможному и не пытайтесь избежать неизбежного». Афоризм доктора, — весело замечает Курпатов, хотя, если честно, слова его звучат как приговор. — Да, мы стремимся сохранить молодость и избежать старости. Даже мужчины. Ты разве не в курсе?.. Но надо вдолбить себе в голову: «Мы взрослеем, стареем и умираем. Такова реальность». Шекия, любые истерики на этот счет только добавляют морщин.

В психотерапии существует множество разных школ и направлений, в частности есть так называемая когнитивная психотерапия. Так вот, когнитивисты утверждают, что наше эмоциональное состояние определяется сознательными установками человека. Это, оговорюсь, не на сто процентов так, но имеет место быть.

И поэтому очень важно, как человек воспринимает себя в том или ином возрасте. Сам. Понимает ли он, что на самом деле не существует никаких связанных с возрастом лимитов на ту или иную деятельность, — уверенно говорит Андрей, а я, естественно, смотрю на него с некоторым недоумением, но доктора мой изумленный вид, кажется, совершенно не смущает. — Шекия, эти лимиты придумывают сами люди.

Конечно, здоровье может накладывать определенные ограничения на состояние нашей активности и на мобильность и др., и пр. Но эти изменения, смещения, которые неизбежно случатся, ни в коем случае нельзя планировать: «Вот мне будет сорок пять, и я должна буду выглядеть определенным образом: делать то-то и то-то, не делать этого и вот этого». Это же чистой воды самопрограммирование!

Так человек загонит себя в тупик: «Мне уже сорок, а я, понимаешь, влюбилась! Какой ужас! Катастрофа! Я не могу, не имею права, это неприлично! Прямо как девчонка!» И в результате вступит в конфликт с самим собой. Словно бы женщина в сорок не имеет права на флирт! С какой стати?! Почему?!

Но даже если она сама так не считает, то ей дадут это понять окружающие. Ведь как часто мы выносим приговор другим: «В ее-то годы!» — когда женщина за… дцать заводит роман, покупает кожаные брюки или начинает брать уроки вокала. Так что же получается, наше осуждение означает, что мы в этом возрасте планируем смиренно сидеть на лавочке во дворе, сплетничая с соседками про других соседок?..

— У шестидесяти процентов женщин с наступлением климакса сексуальное влечение остается прежним или становится еще больше. Почему в таком случае мы считаем возможным говорить ей: «Барышня, в ваши семьдесят так себя не ведут!»? А что, в семьдесят люди уже не люди? Так получается?

Мои хорошие знакомые — врачи, работающие в хосписе (там онкологические больные лежат), рассказывали мне о своих пациентах. Что вот в таком состоянии люди весьма и весьма преклонного возраста, знающие, что скоро умрут, очень хотят любить — и в психологическом, и в физическом смысле. И да — они живут сексуальной жизнью. Да! И не смотри так на меня. Это не печально и не трагично, это жизнеутверждающе. Правда! На пороге смерти понимаешь, что такое жизнь, как все в ней важно, все — кроме чужого злорадного мнения. И тебе уже наплевать на это мнение, ты просто хочешь жить — любить, радоваться! Но неужели надо вот до такого дойти, чтобы понять это?!

Помню, я учился в Военно-медицинской академии, у нас была субординатура по хирургии на кафедре Военно-морской и общей хирургии. И вот я ассистировал на операции — паховая грыжа (часто случается у стариков). Дедку было около восьмидесяти лет. Может, даже больше. Еще все думали — делать, не делать, как делать. Наркоз, эпидуралка, местная анестезия?.. Но в конце концов прооперировали мы дедушке его паховую грыжу.

На второй день после операции захожу к нему в палату — проведать. Сажусь рядом на стул, спрашиваю — то, другое. И он вдруг деликатно так у меня интересуется: «Доктор, а у меня это работать будет?» И показывает на пах. Я замер… «Это?»

В общем, ситуация как в анекдоте. Везут человека на аппендоэктомию, и он спрашивает у хирурга: «Доктор, а я буду после вашей операции играть на скрипке?» «Конечно, дружочек! Конечно…» — уверенно отвечает доктор. «Очень хорошо! — улыбается больной. — А то ведь я раньше и не умел!»

И вот я тут… Смотрю на дедушку, которого боялись вчера на операцию брать, потому что «вдруг сердце не выдержит». А он мне — «это»… Я продолжаю пребывать в замешательстве. А он так смотрит на меня и серьезно-серьезно говорит: «Отекло же все, доктор! Это очень важно! Если нет, меня бабка домой не пустит!»

В общем, всем, кому еще нет пятидесяти, предстоит сделать для себя большое открытие: сексуальная жизнь в пятьдесят не заканчивается. Бабки и дедки милуются не хуже молодых. Мой коллега консультировал любовников, которым было около девяноста лет — ему чуть больше, ей — чуть меньше. Они относительно недавно были вместе — года три. Так вот, она просила психотерапевта объяснить ее любовнику, что ей не нравится позиция «сзади». Она чувствует в этом проявление неуважения!

Если честно, я с трудом представляю эту парочку. Во-первых, не очень верится, что в их годы занимаются сексом. Во-вторых, что в этом возрасте с таким вопросом обратятся к психотерапевту. Может, они иностранцы были? Да и бабка, которую в восемьдесят лет беспокоит, вернется ли ее муж с операции полноценным мужчиной, — анекдот какой-то…

— Да нет же, эти невероятные истории — абсолютно реальные. Поэтому я хочу, чтобы ты включила их в нашу книгу, — настойчиво говорит Курпатов, видя, что я отложила ручку, не запротоколировав ни одного из его примеров. Наблюдательный. — Возраст не означает отсутствие сексуальности. И нужно об этом знать! И быть психологически к этому готовым, чтобы из-за каких-то собственных виртуальных лимитов не лишать себя очень значимой части полноценной жизни. Мы не приближаемся с каждым годом к какому-то мрачному существованию — «без слез, без жизни, без любви». Жизнь не кончается ни в пятьдесят, ни в семьдесят, если, конечно, мы до этого доживем.

Все-таки Курпатов меня ошарашил своими историями. С одной стороны, здорово, если все так оптимистично и вся еще жизнь впереди. С другой стороны — я ведь, планируя говорить о возрасте, секс не имела в виду вовсе. Может быть, потому, что пока в этом вопросе меня не тревожат ограничения, связанные с возрастом?

— Нас лимитирует в сексуальных отношениях не столько возраст, сколько имидж: образ мыслей, манера одеваться и род занятий, — словно читает мои мысли доктор. — И именно этот имидж накладывает на человека ограничения, которых на самом деле нет. Некоторые женщины становятся «тетеньками» в двадцать лет, а другие и в шестьдесят живут с той же легкостью и с той же внутренней свободой в отношении жизни, что и много лет назад, так сказать — на заре, сохранив любопытство и способность радоваться новому, необычному, непривычному.

Возраст не гарантирует «умность». Да, у нас появляется больше опыта, но мы, к счастью, еще не знаем всего: интересного и нового вокруг нас очень много, а с каждым годом его становится все больше и больше. А поза — «я все знаю», на мой взгляд, не более чем симптом невротической защиты и скорее говорит о том, что в своей жизни человек наделал уйму ошибок.

Посмотри, сегодня в моде все аляповато-цветастое. Фэшн-индустрия продвигает идею и создает впечатление, что модное можно носить независимо от возраста. Дизайнеры и производители хотят, чтобы все женщины — от пятнадцати до семидесяти пяти — это покупали. И этим нельзя не пользоваться.

«Модным быть не стыдно ни в каком возрасте! Дерзайте!» — восклицает пресловутый глянец. И кажется, что это единственный случай, когда можно искренне сказать ему: большое спасибо! Поклонимся же фэшн- и шоу-бизнесам — они выписали нам индульгенцию на случай, если кто-то слишком настойчиво требует от нас загнать себя в рамки возраста. В общем, влезаем в рамки… моды, и больше никаких вопросов!

Совершенно ни к чему натягивать на себя темную шаль и бесформенный жилет. Хоть какой-то женщинам плюс от института «моды», кроме стрессов и комплексов, которые она в них порождает.

А это он в точку! Я начала преподавать в вузе в двадцать четыре года и как-то сразу почувствовала себя очень взрослой. «Это носят мои студентки», — объясняла я консультантам в магазинах, отказываясь даже примерить джинсы с очень низкой талией. Теперь, повзрослев в смысле ума, а не паспортных лет, жалею о «бесцельно прожитых годах» и с удовольствием ношу бриджи в цветочек.

А ведь как часто мы придумываем дресс-код не только в одежде, но и в поведении! Чем прилично заниматься в тридцать лет? А в сорок? Что можно носить, а что нет? Какое хобби выбрать, чтобы не выглядеть смешно в тридцать пять? И подходит ли мое сегодняшнее увлечение танцами шестидесятилетней даме, или к этому возрасту лучше научиться плести бисером?

— Ты не думай, что я такая уж глупая. Я все понимаю. А допытываюсь так, потому что знаю, чего боюсь. Нет, не осуждения окружающих — в конце концов, его всегда можно списать на зависть. Я боюсь выглядеть нелепо. Ну, например, что моим друзьям рядом со мной будет неловко. И еще я не хочу, чтобы надо мной смеялись!

— Давай не будем думать о том, что «прилично» и «неприлично», а лучше подумаем о том, что нам доставляет удовольствие, а что нет. Мы так быстрее сговоримся. Пойми: мы становимся заложниками не возраста, а имиджа.

Если девица двадцати двух лет, которая одевается и ведет себя как «тетенька», вдруг начинает кокетничать — это выглядит идиотично. Ей двадцать два, но — идиотично. Однако женщина вовсе не будет казаться нелепой, если все в ней гармонично: она свободна и жива в своем мышлении, позволяет себе модно одеваться и выбирает соответствующие увлечения — путешествия, спорт, танцы, а не только вязание носков.

Нужно определиться: комфортно тебе в этой одежде или нет. Хватает у тебя сил заниматься именно этими танцами либо этим видом спорта или нет. Если живот в растяжках, женщина сама захочет его прикрыть. Если здоровье в шестьдесят лет не позволяет танцевать брейк-данс, она сама выберет что-нибудь более спокойное. Все остальное — личные стереотипы людей, которые не имеют к твоей жизни никакого отношения.

Настоящие друзья будут рады, что тебе хорошо и весело, а с остальными просто не нужно дружить. Люди не хотят этого понять, но у каждого из нас всего одна жизнь. И нужно тратить время на общение только с теми, с кем тебе комфортно.

Кстати, если вы склонны выписывать в отдельный блокнотик мудрые мысли, запишите это универсальное правило на все случаи жизни: «Общаться только с теми, с кем вам комфортно».

Мне очень понравилось, как несколько лет назад Курпатов сформулировал эту мысль в одном из наших интервью: «Нужно общаться только с теми, с кем вам комфортно. Остальные — свободны. Особенно несимпатичные свободны дважды».

Мне эта установка тогда здорово помогла: в список «свободных дважды» попали все знакомые, раздражавшие меня бестактными вопросами, безграничной глупостью или откровенным жлобством.

— Но я не уверена, что смогу абстрагироваться от того, что думают обо мне другие. А они обязательно думают! Вот я тебе расскажу историю. Как-то в маршрутке напротив меня села женщина в вечернем платье. Ей было хорошо за пятьдесят, это точно. В романе о такой написали бы: «Когда-то она была красива». Но теперь очень глубокое декольте открывало морщинистую кожу на груди.

И мне показалось, что это платье, этот огромный вырез на нем, а заодно и прическа, макияж, украшения, в общем, все, что она в этот день сделала со своей внешностью, — все это такая жалкая попытка выдать желаемое за действительное! И мне стало за нее неловко и обидно. Ведь на торжестве, где она хотела блистать, все это тоже заметят, особенно женщины. И будут обсуждать. Хотя, может, не оголи она морщинистую грудь, вспомни она вовремя, что в ее возрасте это уже неприлично, и она выглядела бы достойно и привлекательно?

Мне казалось, что я в этом монологе чрезвычайно добрая и мудрая. По-моему, последнюю фразу — про то, что нужно выглядеть достойно своего возраста, — я прочитала в каком-то журнале в разделе «Рекомендации психолога». И совершенно была не готова к тому, как резко и почти агрессивно прозвучит ответ Андрея.

— Меньше всего твоя случайная попутчица нуждалась в подобном сочувствии. Порядочной женщине должно быть наплевать, что заметили тетки. Ваши взаимные пикировки не служат цели, ведь нет приза — идеального мужчины — за вашу язвительность. Поверь мне, мужчин абсолютно не интересует, что женщины думают друг о друге. Абсолютно! Им вся эта «гинекология», как говорит один известный продюсер, только отравляет жизнь: на женской половине очередной дебош.

Что же касается мужчин, то они уже к своим тридцати годам видели разное, — вроде начал успокаиваться Курпатов. — Но они инстинктивно тянутся к женщине, которая расточает вокруг себя негу очарования и готова излить ее на достойного кандидата. И это возможно, если она выглядит естественно и комфортно для себя самой. Если она так чувствует…

Независимо от возраста привлекательна ты будешь только в том случае, если от тебя исходит эта чувственность. — Интересно, это Курпатов лично мне? Хорошо, буду иметь в виду. — Более того, женская сексуальность год от года, как правило, становится только глубже, полнее, а потребность в сексуальных контактах возрастает. Кстати, здесь мужская и женская сексуальность демонстрируют существенное несовпадение. Если мужская сексуальная активность, начиная с периода юношеской гиперсексуальности, просуществовав какое-то время на определенном плато, затем неуклонно идет вниз, то женская чувственность с возрастом, напротив, только растет и расцветает.

Проще говоря, мужчины в основной своей массе более сексуальны в молодые годы, а женщины — становясь старше. Женская сексуальность — как вино с хорошей выдержкой, чем старше — тем лучше, богаче. Мужчины этим похвастаться не могут. Поэтому зрелая женщина в интимном смысле чаще больше подходит молодому человеку, нежели его сверстница. Это фраппирует тех, кто склонен думать прямолинейно, основываясь только на своем, видимо не слишком удачном, личном опыте, а также на частном, не слишком блестящем мнении. Но это научный факт.

Помню, года два назад… Комичная история. Я рассказывал об этой закономерности в программе «Принцип домино», куда меня пригласили в качестве эксперта. И вдруг одна из ведущих как давай смеяться истерически… Поначалу даже не понял, что так ее развеселило — может, не расслышала чего? А когда понял… Знаешь, Шекия, даже как-то жалко ее стало. Ну, страшное дело, когда дама считает себя необычайно умной и сведущей во всех вопросах. Ей бы послушать толковых мужчин, авось и жилось бы лучше. И сразу хочется ей так по-отечески насоветовать: «Ты, мать, живи лучше по здравому смыслу, чем по своей «житейской мудрости», — счастливее будешь».

В общем, не понимаю я, почему женщине нужно стесняться своей связи с более молодым мужчиной. И кстати, очень часто молодые мужчины с восторгом ухаживают за женщинами старше себя, и не случайно — им с ними и интересней, и комфортней, и сексуальней. Ведь чем женщина старше, тем она, как правило, и мужскую заботу ценит выше, тогда как хорошему мужчине очень важно, чтобы его желание приносить женщине радость было принято с радостью. К сожалению, молодые женщины по неопытности частенько считают это мужское желание «должным» и принимают его с одолжением. А это фатально… Желание же — это флюид: не воспринял — оно и улетучилось.

В общем, мне это кажется абсолютно нормальным: если люди любят друг друга, понимают друг друга и при этом идеально подходят сексуально — что в этом плохого? Я знаю множество совершенно замечательных браков, где мужчина младше женщины на десять лет и даже больше. Ну прекрасные пары! Конечно, не обязательно речь должна идти о браке, но ведь отношения — это не брак.

— Неужели ты хочешь сказать, что для мужчин возраст женщины не имеет значения? Ни за что не поверю! Да они все мечтают «о молоденьких»! Поэтому мы вынуждены тратить время и деньги, чтобы сохранить молодость, и еще вынуждены скрывать свой возраст.

Говорят, женщин сначала в тридцать лет не загнать, а потом из тридцати не выгнать. Удивительно точное замечание.

Если честно, я не очень понимаю, почему мы скрываем свой возраст. Хотя знаю, что задело Настю в этой дурацкой истории с телефоном: уверена, если бы у нее были муж и дети, она бы не постеснялась сказать, что ей уже тридцать четыре. Потому что по остальным параметрам ей стыдиться нечего — она к этому возрасту многое успела. Но из-за своего семейного положения чувствует себя какой-то неполноценной.

Кстати, вот интересно: а почему люди не стесняются возраста в том смысле, что в сорок один, например, не получили образования, или в тридцать семь все еще работают младшим консультантом?

Впрочем, я сейчас не о том. Я рассказала про Настю и теперь жду приговора врача.

— История твоей Насти на самом деле — лучшее доказательство того, что мужчины не думают о возрасте так, как думают о нем женщины. Для мужчины — возраст и возраст. Она красива и привлекательна — какая разница, сколько ей лет? Боже мой, словно мужчины за паспортами охотятся, а не за… Поверь мне, Шекия, если бы я не был психотерапевтом, то и мне эти заморочки с возрастом показались бы достаточно странными.

Вот если бы твоя знакомая сказала, что не подходит под эту скидку, а продавец покраснел и извинился — значит, ему понятен этот комплекс. Но парень-то не только не покраснел, он лишь воодушевился дополнительно! «Ах, ну вы старше? Как хорошо! Тогда ребеночка приведите. Ребеночка нет?.. Вот незадача. А так хотелось приятное сделать, угодить как-то красивой женщине…» Ну вот не понимает он, не понимает! «Красивая, молодая, привлекательная… И чего это она тут мрачнее тучи стала?.. Никогда им не угодишь!»

«Женщине столько, на сколько она выглядит» — могу гарантировать, что эта сентенция принадлежит мужскому уму. И от себя добавлю, уточню: «А выглядит она на столько, на сколько она себя чувствует» — потому что мужчина не на морщины смотрит под глазами, а в глаза — горят, не горят?

Господи, да твоя Настя даже и с тусклыми глазами воспринимается молодой женщиной! А если бы еще и глаз горел… Ух! И это ведь зависит не от паспортных данных, а от того, как женщина сама себя ощущает: молодой или старухой. И тут все в ее руках. Мне иногда, правда, женщины говорят: «Вот я влюбляюсь, тогда и преображаюсь сразу» или «Вот когда я чувствую, что пользуюсь успехом, то тогда да, меня не узнать». Ну о'кей, вошла в полосу неудач? Сделай над собой усилие, приободрись — и тут же влюбишься, и тут же будешь пользоваться успехом. Ну а как иначе?..

Вот я, например, всегда радуюсь как идиотка, когда у меня в Университете охранники просят студенческий билет. Приятно казаться моложе, чем ты есть на самом деле. Но при этом, повторяю, я ужасно боюсь излишне увлечься своей «молодостью» и не заметить той самой «границы», когда придет пора начать достойно стареть. Поэтому и мучаю Андрея своим страхом глупо выглядеть.

Курпатов и его друг и коллега Геннадий Аверьянов, утверждают, что я живу «при постоянно включенных телекамерах» — переживаю, кто и что обо мне думает. А поскольку я боюсь ошибочно приписать людям излишнюю симпатию ко мне, то на всякий случай — чтобы потом не разочаровываться — считаю, что все они относятся ко мне так себе, не очень.

Сейчас, кстати, я тоже поймала себя на мысли, что мы с Курпатовым, наверное, любопытно смотримся со стороны. У меня постоянно кардинально меняется настроение — я то смеюсь шуткам Андрея, то мрачнею, узнавая в том, о чем говорит доктор, себя и свои ошибки. Я то активно жестикулирую и немножко гримасничаю, рассказывая в лицах очередную историю, то наш оживленный разговор вдруг прерывается довольно надолго — мне надо «примерить» советы Курпатова к ситуациям из моей жизни.

Вот и сейчас я взяла паузу. Андрюша терпеливо ждет очередного вопроса. И снисходительно улыбается. Или мне кажется, что снисходительно? Да, правы психотерапевты: пора выключать телекамеры.

— Нет, давай еще раз скажем вслух: для мужчин возраст женщины значения не имеет?

— Ну слушай, Шекия, чего ты добиваешься? Понятно, что мы до определенных лет реагируем в основном на свою возрастную группу — может, чуть старше, может, чуть моложе. Чуть! Это же естественно и начинается с детского сада: влюбляемся в одногруппниц, а не в школьниц. Некоторые молодые люди, правда, уже и в детском саду умудряются пострадать по воспитательнице.

Безусловно, когда женщины из возрастной группы мужчины начинают терять свою привлекательность, он обращает внимание на женщин моложе его. Однако я не думаю, что женщина пятидесяти пяти лет останется равнодушной к молодой человеческой плоти, когда мимо нее продефилирует тридцатилетний, а то и двадцатилетний мускулистый загорелый мужчина.

Но женщины сами все объясняют возрастом. Именно они делают из него — культ. Когда мужчина задумывается о своем возрасте, у него возникает страстное желание жить — полной грудью, испытывая что-то новое. Когда же женщина задумывается о возрасте, первая ее мысль: «Все кончено!» С чего?.. Может быть, просто с того, что этим можно все объяснить?

Одна из героинь моей телепрограммы пришла ко мне с такой проблемой: «Доктор, все мужики — подлецы! Они уходят от меня к молодым». Ну, я не столь скор на решения и выводы, поэтому предложил проанализировать эти личные истории. Проанализировали, и я ее спрашиваю: «Так почему же они это делают — потому что их привлекают более молодые или потому что вы ведете себя так, что они не могут оставаться рядом?» Сейчас, уверен, ты скажешь: «Конечно, первое!»

Но знаешь, в чем комизм ситуации? Три мужа моей гостьи действительно уходили к молодым. Только вот эти «молодые», ради которых ее оставляли мужья, были всего на два-три года младше моей героини.

Всего на два-три года! Разница, мягко говоря, несущественная. Но ей было легче сказать себе (и мне, разумеется): «Они уходят к молодым!» — чем признаться себе в том, что эти псевдомолодые женщины были просто более внимательными к чувствам и жизни ее мужей, чем она.

Для мужчины понятие возраста не является системообразующим: женщина или вызывает у него интерес и желание, или нет. Если он хочет заняться с ней сексом, то какая ему разница, сколько ей лет — восемнадцать или тридцать пять? Он уже хочет! А если не хочет, то тогда тем более — какое ему дело до ее возраста?

Мужчина ведь не рассматривает женщину сразу как потенциальную жену. А если так, то какое для него значение имеет ее возраст? «Она старше меня на пять лет, поэтому, несмотря на то что она очень привлекательна, несмотря на то что я только и думаю о том, как бы уединиться с ней с интимной целью, я не стану заниматься с ней сексом! Ни в коем случае! Даже не уговаривайте!» Ну, так? Что-то сильно я сомневаюсь…

Понятно, что мы не говорим сейчас о такой разновидности сексуальных отклонений, как, например, зацикленность некоторых мужчин на девственности. Такие бывают — выискивают, пасут, соблазняют. Но в общей массе это единичные случаи. И они вообще не женщину ищут, а девственную плеву. Получают что хотят и ретируются. К чему нам о них говорить?

А для нормальных мужчин вопрос о возрасте женщины несет информативную функцию: если женщине тридцать, значит, она самостоятельна, живет скорее всего отдельно от родителей, имеет сексуальный опыт, более ответственна и более мудра. Так что не придется вести себя с ней как с девочкой.

В общем, Шекия, я считаю, что есть в сокрытии возраста что-то ужасно неправильное. Когда женщина начинает кокетничать в отношении этого вопроса, то просто ставит этим мужчину в дурацкое положение, потому что «коридор-то» он представляет себе прекрасно: например, от двадцати семи до тридцати двух. А как ему реагировать? Говорить заведомо меньше, чтобы она не обиделась? И начинается эта дурацкая игра, по сути — вранье (мужчина же понимает, что вынужден врать). В общем, как-то глупо и пошло.

— А что, мужчины ужасно себя чувствуют, когда тетки спрашивают: «Как ты думаешь, сколько мне лет?»?

— Ну а как ты считаешь?! Вот почему я должен соврать, что тебе двадцать три? Да, ты хорошо выглядишь, но я-то понимаю, что тебе тридцать плюс-минус два. — Смотрю на Курпатова и думаю, что вовсе не обязательно быть таким точным! Ох уж эти психотерапевты… — И чего нам играть в эти глупые игры? К тому же мне нравятся нормальные взрослые женщины.

Комично, но даже у меня на психотерапевтическом приеме некоторых пациенток начинает судорога пробирать, когда я спрашиваю об их возрасте. А я ведь доктор! И мне каждый год важен — как иначе разобраться, какие события и когда происходили, как они были связаны друг с другом, с теми или иными эмоциональными состояниями, которые переживала женщина.

Но некоторых просто парализует… Я спрашиваю: «Сколько вам лет?» При этом у меня в руках ручка, и движется она по амбулаторной карте! «А сколько вы мне дадите?» — кокетливо замечает она. Я в общем-то человек приличный и сдержанный, дурного не скажу. Но ведь подумаю: «Мать, ты сюда лечиться или как?» Я — доктор, врач-психиатр, при исполнении. Она — пациентка, пришла, как хотелось бы думать, за помощью. Что ж, может быть, еще и в продуктовом магазине этот вопрос обсудить? Сколько ей даст продавец в мясном отделе? Нет, ну я понимаю, конечно, — хочется как-то «почувствовать себя женщиной». Но с другой стороны… А хотела ведь, наверное, впечатление произвести. Ну что я могу сказать? Удалось…Так в карту и запишем: «Эгоцентрична, инфантильна, в суждениях — поверхностна».

Был у меня, правда, и один мужчина, который хотел разобраться, надо ли ему жениться, и на вопрос, сколько ему лет, попросил: «А можно, я не буду говорить?»

Возраст — это самый дурацкий из возможных обманов. Начиная подобным образом уходить от ответа и скрывать правду, вы создаете люфт недоверия. Почему мужчина должен верить женщине, которая обманывает его в такой ерунде? И еще: если мужчина видит, что женщина так парится по поводу своего возраста, он что, не понимает, что в дальнейшем она его просто заест? Нужна ему такая спутница?

Да, я и сама терпеть не могу, когда меня спрашивают: «Сколько ты мне дашь?» Так обычно говорят женщины, которые в свои сорок три выглядят на сорок три и ни годом моложе. Я, конечно, вру про тридцать пять… А вот сейчас подумала: может, и мне все говорят неправду, когда удивляются, что мне уже не двадцать шесть?

— Но мужчины и сами нередко пытаются определить — сколько ей лет? Например, один мой знакомый недавно прямо при мне произнес такой монолог: «А чего ты до сих пор не замужем? Хотя, с другой стороны, сколько тебе? Двадцать четыре? Ну да, в общем-то рановато»… Как ты догадываешься, я не стала уточнять, что мне «чуть» больше.

— У твоего знакомого очень шаблонное мышление: к двадцати пяти годам нужно выйти замуж. Это, я прошу прощения, признак психического расстройства, носящего название «конституциональная глупость».

Профессор Ганнушкин — светоч русской психиатрической мысли — говорил о таких: «Люди хорошие, но функционировать могут только в рамках усвоенных стереотипов».

Однако в целом это ведь вопрос социальных ожиданий, связанных с поведением другого человека. Представь, в советское время мужчине говорили: «Ну, вот ты же был в армии…» А он отвечал: «Нет». И возникала неловкая ситуация.

Другой пример — раньше никого не спрашивали, вступал он пионерскую организацию или нет, потому что не было шансов не быть пионером. Но вопрос: «Тебя в первую очередь приняли?» — это уже вопрос неких социальных ожиданий.

И с этими чужими ожиданиями ничего не поделаешь — все же моделируют под себя: я в этом возрасте уже была замужем или был женат. Ну повезло… Или не повезло. А ей или ему, может, и не хочется. В общем, зная эту черту человеческую, надо заранее быть готовым к тому, что многие люди будут реагировать с удивлением: «Женщина в таком возрасте не имеет опыта официально зарегистрированного брака! Непорядок!» А эта женщина совершенно справедливо не понимает — чем она хуже своей ровесницы, которая «выскочила» замуж за первого встречного, поскандалила два года, сделала аборт и уже в разводе?

Все Курпатов логично рассказывает… Но все-таки мне трудно поверить, что мужчинам так уж безразлично, сколько нам лет. Мне кажется, наоборот, они всегда пытаются это выяснить. Или по крайней мере расставить в этом вопросе точки над «i».

Мы встретились с Костей на приеме, который проводил один весьма успешный бизнесмен. Собственно, он нас с Костей и познакомил. Несколько дней спустя за обедом в ресторане мой новый знакомец говорит мне с искренним удивлением: «Надо же, Сергей Анатольевич (тот самый бизнесмен) так уважительно относится к твоим деловым качествам — первый раз вижу, чтобы он воспринимал всерьез девушку двадцати пяти лет».

И я, признаюсь, не знала, благодарить ли его за комплимент?.. Объявлять, что я уже взрослая? Или, наоборот, оставить его в счастливом неведении, глупо хихикая, мол, вот такая я умная в свои юные годы?

Рассказываю Андрею этот пример. И что слышу в ответ?

— Ты мне сейчас описала совершенно дурацкую историю. — По-моему, Курпатов ко мне сегодня как-то излишне строг. — Но вы же сами эти глупые ситуации всеми силами и создаете: вы хотите быть моложе, так вас и воспринимают моложе. А потом, понимаешь, непонятно, как реагировать!

Я бы на твоем месте ответил: «Дорогой товарищ, и в мои двадцать пять меня уважали за то, что я делаю. А в мои нынешние тридцать с копейками — уже и не отвертишься: уважать придется. Мы ведь работаем…» Понимаешь, мне кажется, что его слова звучат странно не в смысле возраста, а в смысле профпригодности. Словно настоящим специалистом можно быть только в тридцать или в сорок, а в двадцать пять — нет. Я тебя помню в твои двадцать пять. Замечательным ты была журналистом! Им и остаешься, «несмотря на годы».

Нет, видимо, меня не мучают сомнения по поводу собственного профессионализма, поэтому с точки зрения профессиональной оценки Костины слова не задели меня абсолютно. Значит, снова прав Курпатов: комплексы и проблемы существуют не в реальности, а у нас в головах.

Вот и Настя услышала в словах продавца не то, что он хотел сказать, а то, что сама боялась услышать: она стареет, не замужем и до сих пор не родила ребенка.

— Причина такой болезненной озабоченности по поводу возраста — в коллизиях внутриженского коллектива. Здесь все точно знают, сколько кому лет, и здесь для каждой это имеет существенное значение. «Вот она пришла, молодая, все мужики на ней теперь повиснут», — Андрей смешно передразнивает подобное женское поведение.

— Но на нее действительно обратят внимание все сотрудники фирмы…

— Потому что остальные сидят с такими мрачными и недовольными лицами, что обращать на них внимание — это значит на целый день испортить себе настроение. «Вот сейчас ее будут развлекать, любить, хвосты распустят, а на нас и не посмотрят». И одно «утешение» — все хорошо понимают, что у нее скоро будет такое же выражение лица.

Я чуть не испортила отношения с одной знакомой, для которой оформляла страховку. Там после пятидесяти пяти лет другой коэффициент для расчета стоимости. Звоню и спрашиваю абсолютно без эмоций, просто чтобы документы заполнить: «Нина Васильевна, вам еще нет пятидесяти пяти?»

Так она истерику закатила! И всем вокруг сообщила, что Шекия ее очень обидела. А мне уж было каково от нее отбиваться: «Нет, ты скажи, я что, правда так ужасно выгляжу? Нет? А почему тогда ты так спросила?»

— Женщины все время себя сравнивают с другими — кто моложе выглядит. Радуются, когда рядом оказывается ровесница, которая выглядит старше. Нервничают — если моложе. И мне кажется, что эти комплексы на тему «как я выгляжу», «прилично это или нет» во многом связаны с оценкой женщин. А женщины редко бывают добры друг к другу.

— Я не готов рассказывать, как нужно существовать в коллективе, где задают тон чудовищные дамы, возомнившие себя выпускницами Института благородных девиц, — морщится Андрей. — При этом уверен: есть огромное количество женщин, которые хотят получать драйв от жизни. Они более успешны в бизнесе и карьере. И в трудовом коллективе ставку делать нужно на них — ну и на мужчин. Это более перспективно для карьеры — потенциально успешными компаньонами являются все-таки мужчины.

А к остальным просто следует отнестись с сочувствием. Внутриполовая конкуренция среди женщин — тема отдельная и трагическая. Борьба обостряется в условиях дефицита ресурсов: мужчин-то меньше, и поэтому никто не стесняется в средствах. Но ты должна помнить: у тебя нет задачи понравиться женщинам. Ты конкурируешь за Его желание, а не с другой женщиной. Так что вот мой совет: беги от женщин, если они, как ты выразилась, «не добры к другим», или становись начальницей.

Когда мы только начали писать эту книгу, я все время удивлялась: надо же, стоит закончить какую-то главу, как тут же возникают ситуации «а propos». Потом поняла — это не случаи «подворачиваются», а это я начинаю иначе видеть и воспринимать то, что происходит со мной и моими друзьями.

Когда работа над этой частью еще шла, я случайно встретила одну свою коллегу.

— Здравствуйте, Лариса, как ваши дела? — я, как всегда, чрезвычайно вежлива и доброжелательна.

— Ой, давай уже на «ты», мы же с тобой, кажется, одногодки! — это уже Лариса.

И ведь мы обе прекрасно знаем, что это не так и Лариса старше меня на шесть (!) лет. Но только я собралась съязвить что-нибудь в ответ, как вспомнила Курпатова: «Только, ради всего святого, никакой гинекологии!» И спокойно перешла на «ты».

Если бы я позволяла себе использовать сомнительные штампы, то написала бы так: «И ни один мускул не дрогнул на моем лице».

Соображения доктора Курпатова

Признаюсь честно, я согласился говорить на эту тему так долго и настолько обстоятельно только потому, что знаю, как она для женщин болезненна. Если бы не думал, что это важно (в этом смысле), — и не уговорили бы!

На самом деле все, что надо было услышать, я сказал Шекие сразу: «Не стремитесь к невозможному и не пытайтесь избежать неизбежного». Мы не можем стать моложе — это невозможно. Мы не можем избежать того, что неизбежно случится, — в следующем году, если, замечу, все сложится благополучно, мы станем на год старше.

Любые терзания по поводу своего возраста — лишены всякого смысла. Я думаю — мы просто должны жить. Много нам лет или мало — какая разница, если это наша жизнь? Десять мне или девяносто — надо жить по максимуму. А кто и что думает… — какая разница? Если они хотят жить по минимуму, никто не в силах им это запретить.

Вообще же, поскольку я все-таки психотерапевт и мне не чужды «психоаналитические повороты», выскажусь насчет возраста прямо, просто и без особенных затей. Допускаю, что это, возможно, прозвучит и жестко, но зато правда.

И еще замечу предварительно, что психоаналитики находятся в этом отношении в более выгодном положении, нежели я «со своим мнением». Они подводят своих клиентов к подобным «резким поворотам» в течение нескольких лет анализа, так что измотанный анализант, который, может быть, и хотел бы возразить своему терапевту, уже просто не силах это сделать…

У меня такой возможности нет — говорить несколько лет кряду на одну и ту же тему. Да и сам я, признаться, устану порядком столько растекаться мыслию по древу. В общем, скажу как думаю, оставляя за каждым из читателей право реагировать на это соображение так, как ему заблагорассудится.

Куда ведет нас все увеличивающийся возраст? Он ведет нас к смерти. Это факт, это неизбежно, это то, что случится, что бы ни случилось. И я больше чем уверен, что за страхами женщины перед своим возрастом стоит страх смерти. Только она не осознает этого, не понимает и транспонирует это свое волнение в сексуально-половую плоскость.

Умирать страшно и не хочется. А каждая морщинка на лице — лишнее доказательство того, что это случится, лучшее напоминание, что отведенное тебе время идет к концу. А куда ему еще идти? Не к началу же! Но каков результат этих волнений и их перенесение в сферу отношений с мужеским полом? Результат катастрофический! Женщина подсознательно волнуется, что более не будет привлекательной, сексуально востребованной и жизнь потеряет для нее всякий смысл. В общем — вот она, смерть. Пришли в эту же точку, только с другого конца.

Есть этот страх — страх смерти — и у мужчин. Но поскольку у них борьба за женские ресурсы не так остра, как у женщин за мужские, те прямо и переживают из-за предстоящей физической смерти. Частенько говорят мужья своим женам: «если доживу», «вот похоронишь меня», «помирать не хочется». Ну или что-то в этом роде, зачастую — завуалированно, полунамеком. Неловко ведь это как-то — смерти бояться: все ведь под Богом ходим и — хочешь не хочешь, а умирать придется.

Не знаю, насколько эта мысль поможет женщинам побороть свои томления по поводу наступающего на них «возраста». Но возможно, если вы задумаетесь о том, каковы истинные причины ваших переживаний из-за «налетающих лет», вы не так будете мучить себя и своего избранника этой печальной темой.

Не лучше ли действительно принять этот факт — свою грядущую смерть — как абсолютную неизбежность и наслаждаться жизнью, получать удовольствие от сексуальной жизни, радовать и дарить радость? А морщины… Ну что — морщины? Действие гравитации. Тянется кожа к земле, повинуясь силе всемирного тяготения. От него тоже, как и от смерти, никуда не уйти.

«Когда-то она была красива», — думает Шекия, глядя на женщину чуть старше ее. А двадцать лет — это ведь, если задуматься, чуть. Пролетят, и глазом не успеешь моргнуть. Но ведь можно и другое сказать: «А когда-то она ходила пешком под стол и писалась в пеленки». И так можно… Правда, в этом меньше трагизма, меньше романтической печали, вот и думаем мы об этом реже. Нам бы все «о возвышенном», извините…

И я снова возвращаюсь к той истории о пожилых людях, обнаруживших себя на краю жизни в хосписе для онкологических больных. Они хотят любить — истово, страстно! По-моему, это потрясающе — и огромный урок нам всем. Какие морщины?! Какие годы?! Пока в нас есть жизнь и сила любви — какое все это имеет значение?..

Неприличны «бриджи в цветочек»?! Да пусть катятся куда подальше все, кому кажется, что женщине «не пристало» так одеваться, если в ней есть еще этот кураж, эта радость, эта внутренняя свобода. И вот что нужно беречь — это внутреннюю свободу. А всякие мысли о возрасте — ерунда, блажь и вредность. Не портите себе жизнь, наслаждайтесь ею!