Морис зашла в библиотеку и решительно направилась к столу, заваленному тетрадями и книгами. Как доложили второкурсники-вампиры, Симон Спенсер выходной день решил посвятить эссе и курсовым. Вампирка собиралась ненадолго отвлечь его от этого увлекательного занятия.

Девушка придвинула еще один стул к письменному столу, стоявшему в самом углу, и, не дожидаясь приглашения, села. Правда, поймав немного настороженный взгляд Симона, Морис осторожно спросила:

— Я не помешаю? Мы, кажется, хотели поговорить, но вот уже третий день, как ты вышел из больничной палаты, а я тебя практически не вижу. Ты меня избегаешь?

— С чего бы мне это делать? — сине-зеленые глаза на мгновение встретились с тигровыми. Морис почувствовала, как у неё пересохло в горле. Она тут же забыла тщательно обдуманную речь.

Симон поспешно захлопнул небольшой томик, который до этого с интересом читал. Про себя Спенсер подумал, что поскольку в библиотеке, кроме них с Морис, присутствует еще пара учеников, разговор не считается приватным.

— Просто на меня столько всего свалилось после поездки в Лондон. Домашние задания, несколько пропущенных лабораторных… И мне еще нужно помочь с учебой Эмме…

— Это совсем не обязательно, — изящно пожала плечами вампирка, — Конни, едва поправившись, сама успешно все наверстает. Она терпеть не может кому-нибудь проигрывать. Поэтому, не принимай близко к сердцу то, что говорят преподаватели.

— Это не поэтому, что меня кто-то просил, — нахмурился Симон, — я просто хочу, чтобы Эмме было легче вернуться к учебе. Но, может, хватит обсуждать мои проблемы? Поговорим лучше о тебе. Помнится, в нашу последнюю встречу, ты собиралась рассказать о своей матери, Изабелле.

— Правда?… Прости, в этой суете — я же теперь староста — забыла, что дала такое обещание…Впрочем, я не отказываюсь от своих слов, но ты, как мой друг, должен понимать, что мне не очень хочется вести личные разговоры в общественном месте. Представь, как неприятно вдруг разрыдаться на глазах у всех. Если ты понимаешь, о чем я, Симон…

— Все настолько плохо? — Симон с сочувствием посмотрел на девушку, и что-то в выражении лица Морис, плотно сжатых губах, говорило о том, что вампирка на этот раз совершенно серьезна.

— Симон, я, наверное, пока не готова говорить о матери. Но мне очень жаль, что ваши пути с ней пересеклись при неприятных обстоятельствах. Надеюсь все же, что в этой истории с нападением на вас с Конни, она не замешана. Но я не в курсе всех ее дел, потому что мы очень редко видимся. — Морис замолчала, отвела взгляд в сторону. Симон убедился, что вампирка на сегодня закончила с откровениями.

— Ничего, Морис, я все понимаю, — наконец, кивнул человек. В этот момент Морис, внимание которой снова сконцентрировалось на собеседнике, прочла название книги, которую до ее прихода листал Симон.

Родани не сразу решила, что ей делать: плакать или смеяться. Похоже, Симон действительно увлечен Конни настолько, что штудирует «Ритуалы ухаживания в мире вампиров». Это подтверждало догадки Морис о том, что в любовных делах Симон крайне неопытен. Этот факт почему-то её очень веселил. Однако, то, что человек вообще взялся читать такую книгу, говорило о том, что в отношении своей пары он настроен серьезно. И эта истина разбивала и без того треснувшее сердце Морис.

Тем не менее, природная саркастичность взяла верх. Симон, спустя минуту, с обидой наблюдал, как Морис, прикрыв ладонью рот, давится от смеха.

— Неужели, то, что я читаю подобные книги, настолько смешно? — буркнул Симон, почувствовав неприятный укол в груди.

— Нет, нет, прости, Симон, не хотела тебя обидеть. Просто ты так стараешься, что я начинаю завидовать Конни, — отсмеявшись, пробормотала Морис.

— Завидовать? — непонимающе округлил глаза Симон. Тут ему в голову пришла новая мысль, — послушай, Морис, в книге «Ритуалов…» сказано, что нельзя принимать подарки, связанные с магией, если они не от партнеров или близких людей. Либо их нужно отдаривать чем-то равноценным. Мы с тобой не так давно общаемся, но ты подарила мне магическую книгу, вернула зрение. Что ты хочешь взамен?

Морис слегка напряглась, и, немного подумав, тихо ответила:

— Возможно, ты уже давно рассчитался со мной, Симон. Иногда одно слово, взгляд или дружеская поддержка дороже всех сокровищ мира. В нашем случае, между моей и твоей семьей, появилась магическая связь. Но, если ты хочешь как-то меня отблагодарить… — договорить Морис не успела, потому что Симон резко выдохнул, услышав о «магической связи»:

— Прости, Морис, я так мало знаю об обычаях вампиров. Я — смертный, несмотря на то, что прошел отбор для обучения в нашей магической школе. Надеюсь, образовавшаяся связь не причинит вреда, ни тебе, ни мне. Ладно, тогда еще вопрос, Морис, если не возражаешь…Я хотел поговорить с тобой об Эмме. Мы совсем недавно стали партнерами, я плохо её знаю. Но ты, пять лет проучившаяся на «вечернем курсе», наверняка разбираешься в ее характере, и в том, что ей нравится. Прошу, помоги!

По лицу Морис пробежала кривая ухмылка. Да уж, судьба жестоко подшутила над ней: человек, которого она любит, спрашивает у нее совета по соблазнению своей пары. Чтобы скрыть охватившую её злость, Родани потянула к себе томик «Ритуалов…». Он начала медленно перелистывать страницы книги, как будто не услышав просьбы Симона. Затем негромко прочла:

— «Каждая пара должна сделать объявление, и организовать банкет на сотню персон». Ну, положим, банкет, у вас с Конни был, пусть и не настолько шикарный. Да и объявление вашей пары вызвало если не скандал, то большую шумиху…

— Мм… На этой же странице сказано, что партнерам можно дарить цветы, драгоценности, магические предметы или животных, — произнес Симон, понимая, что его предыдущий вопрос просто проигнорировали. — Теперь я знаю, что Эмма не любит лилии. А что насчет животных? Возможно, сейчас, когда мы живем в отдельных комнатах Северной башни, я могу подарить ей птичек…или рыбок?

— Симон, ты действительно считаешь, что книжные советы помогут растопить ледяное сердце Конни? — усмехнулась Морис. — Не хотела сплетничать, но до тебя было немало умников, которые пытались добиться от неё взаимности. Но должна предупредить: Эмма Конни любит исключительно себя. Поэтому не особенно рассчитывай на совместное счастливое будущее. «Принцесса вампиров» — одиночка, и сейчас просто использует тебя для того, чтобы выжить и усилить магию. Кто бы мог предположить, что судьба наделит её особыми генами, и она не сможет обойтись без партнера? Знаешь, Симон, ты для нее — лишь ключ к силе, вот и все.

Симон на секунду побледнел, точно мел, но быстро пришел в себя. А Морис, заметив, что стрела попала в цель, уверенно продолжила:

— Итак, ты хочешь больше знать о Конни. Что ж, могу рассказать тебе, Симон, одну некрасивую, но реальную историю. Помнишь вампира по имени Марк Свенсон?

Симон отрицательно помотал головой. И, вообще, с чего он должен знать всех вампиров по именам?

— Неудивительно, что не помнишь, — вздохнула Морис. — Парень перевелся к нам после домашнего обучения. Он казался настолько серым и непривлекательным, что его исчезновение прошло незаметно даже для студентов нашего курса. Когда я на четвертом году обучения зашла к директору, чтобы подписать бумаги о пожертвовании нашей семьи, то столкнулась в дверях с этим мальчишкой. За месяц до этого, в гостиной вампиров произошла крайне неприятная сцена, когда Конни при всех зачитала любовное письмо Марка, а потом сожгла его. На нашем факультете учатся отнюдь не добрые овечки, поэтому сокурсники, прежде не замечавшие нескладного подростка, превратили его жизнь в ад. Марк был на грани самоубийства. Перевестись в другую школу, подальше отсюда, стало для него единственным выходом. Думаешь, этот мальчик не проштудировал «Ритуалы ухаживания», как сейчас делаешь ты? Я — свидетель, что он готов был ноги целовать Конни, помогал ей с учебой, выручал на уроках, привозил с летних каникул невероятные подарки. Почему же наша «принцесса» обошлась с ним так жестоко? А ты не заметил, Симон, что сейчас тоже происходит с твоим другом Кимом, и этим выскочкой, Арамом Джонсоном? Они готовы отдать все за один благосклонный взгляд Конни. Да и на нашем курсе Эмма зря времени не теряла. Так что, будь осторожен, Симон: вот единственный совет, который могу тебе дать. Не превратись в её покорную игрушку. Или однажды тебя выкинут так же, как и Марка!

На какое-то мгновение Родани показалось, что удар достиг цели. Конечно, то, что она рассказала человеку, на деле — обычная клевета, смешанная с крупицами истины. Вот только, чтобы выяснить это, Симону придется потрудиться. Зная гордыню Конни, Морис не сомневалась, что та ничего не станет объяснять партнеру. Если же Симон обратиться к вампирам, что вряд ли, они скажут, что влюбленный Марк Свенсон существовал на самом деле, не желая оспаривать слова старосты. А если Симон решит поговорить с Локсли, та, разумеется, подтвердит факт перевода ученика. И какая разница, что Эмма не имела к переводу Марка никакого отношения! Ведь не будешь его разыскивать, чтобы развеять сомнения…

Вот почему Морис с интересом наблюдала за Симоном, ожидая практически любой реакции. Правда, эффект от ее слов получился неожиданным и потряс её до глубины души.

По лицу Симона пробежала легкая тень. Затем он поднялся из-за стола, сложил тетради в одну стопку, а книги — в другую, после чего, неуверенно улыбнувшись, сказал:

— Морис, я знаю, ты мне желаешь добра. Но я не позволю задевать мою пару даже за глаза. Пусть вы не ладите, но это не повод для злословья. Если ты хочешь по-прежнему общаться со мной, ты не должна чернить имя Конни. Её, кстати, я попросил о том же относительно тебя. По правде говоря, мне все равно, с кем Эмма крутила романы до меня. Но, даже если то, что ты сказала про Марка — правда, я верю, что она изменилась. Со мной она ведет себя иначе. Я сделаю все, чтобы Эмма чувствовала себя счастливой. Но что-то засиделся я сегодня за учебниками… — Симон повернулся, чтобы уйти, когда Морис неожиданно накрыла его пальцы холодной ладонью.

— Симон, ты доверяешь мне? — вопрос будто повис в воздухе. В глазах Симон ожидаемо вспыхнул синий огонек.

— У меня есть причины тебе не верить? — каким-то чужим холодным голосом отозвался человек.

Теперь Морис точно знала, что заклятие, наложенное на подаренную книгу, еще действует. Слово «доверие» должно вызывать отклик в сознании Симона, отражающийся синим огоньком в глазах, заставлять его соглашаться с Родани. Но, в таком случае, как же ему удалось обойти чары?

Внезапно Морис вспомнила слухи о том, что Спенсер — один из немногих, кто способен сопротивляться магии принуждения…

— Нет, у тебя нет причин, — покачала головой вампирка и выпустила руку Симона. Тот, словно очнувшись ото сна, поспешно схватил книги и направился к выходу.

К этой минуте в библиотеке никого не осталось, кроме самой хозяйки, скрывшейся за стеллажами. Никто не заметил, как Морис ссутулилась, закрыв лицо руками. Никто не слышал, как, минуту спустя Морис неожиданно горько рассмеялась…

«Ох, уж этот, Симон Спенсер! Настоящий бриллиант среди смертных. Неудивительно, что его выбрала Эмма. Однако, когда мне отказывают, игра становится лишь интереснее… Похоже, чары доверия действуют только на разум, а сердце и чувства Симона им не подвластны. И, пока он любит Эмму, он будет верить только ей. Но ничего, ничего, Симон… Конни еще оступится, из-за своей гордыни она часто совершает ошибки. И тогда приду я. Я буду терпеливо ждать этого дня…

М-да, Симон и его чувства. Это навевает воспоминания…»

Морис откинулась на спинку стула, и сложила руки на груди, мысленно отматывая время назад…