Дни шли за днями. В бесконечных упражнениях, тренировках, разговорах, работе, и непрестанных безобразиях Хауса я потерял им счёт. У меня не было времени остановиться и обдумать сложившееся положение вещей. Я всё время был занят. И я уже не знал, сотня созданных мной персонажей, или две, а может быть, даже и три, гуляют по сети. Трое самых старых: Хаус, Брюня и Игорь Дронов II контактировали со мной ежедневно. А остальные приходили, когда хотели, и уходили, когда им заблагорассудится. Я даже не был уверен, что все те, кто представляется мне моим созданием, прежде мне когда-либо встречались. Я помнил только самых первых и ярких, которых сотворил после любимой троицы.

Это был, конечно же, Лёшка Казанцев, зачем я его сделал после Игоря II я уже не помню, но вездесущий Хаус посоветовал мне, что раз уж я опять принялся за производство героев, то мне стоит подумать о такой деликатной и специфической вещи как секс. «Секс творит чудеса! — возгласил он. — если им, конечно, умело пользоваться. Кто знает, может, какая вертихвостка и повернёт к тебе задницу таким неожиданным и ярким ракурсом, что заставит вновь задрыгаться твои дохлые колбаски. Назови его Казановой». Я решил, что имя Казанова для героя-любовника слишком заметное, сразу слетится на этот огонёк стая бабочек, и что я буду с ними делать? Казанова стал Казанцевым.

Вторым запомнившимся мне персонажем стало @-&^)Солнышко(^[email protected] Прототипом @-&^)Солнышка(^[email protected] была Клеопатра. Я ей дал среднее девчачье имя из тех же соображений, что и Лёшке Казанцеву, с которым она дружила, если это, конечно, можно назвать таким словом. Пара из них получилась отменная. Ухаживание за лицами противоположного пола не мешало им нежно и трепетно любить друг друга и наслаждаться любовью прямо у меня перед глазами.

Третий герой, которого я хорошо помню — Маранин, тёзка Игоря Дронова II. Он ходил по сети, читал на форумах глуховатым голосом свои стихи, а также собирал утерянные и украденные вирши, писал новые — в общем, развлекался и развлекал меня высокой поэзией.

Сократ — мыслитель. Он размышлял о жизни и смерти, лёжа в ванне, в окружении учеников. Я тоже был непрочь подчас пофилософствовать, но оказалось, что мои мысли примитивны настолько, что даже самый распоследний ученик Сократа — тот, что подливает в ванну, горячую воду — способен разнести все мои рассуждения в пух и прах. Сократ был совсем не похожа на Брюню, но чем-то их методика обучения показалась мне схожей. Сократ учил мыслить учеников самостоятельно, а не повторять расхожие истины, которые истинами-то и не являются.

Ещё один герой — Джокер. Азартный любитель пасьянсов, карточных и логических игр. Го, рэндзю, реверси, шахматы, шашки, домино, маджонг, филёр, судоку и нарды — сколько мы резались с ним во все эти игры. Он почти всегда обыгрывал меня, но не уставал возвращаться к законченным партиям и заставлял меня вновь и вновь искать свои ошибки. Я заметил, что вижу теперь каждую партию на несколько ходов вперед и с каждым разом играю всё лучше.

Последний персонаж, который стал мне близок — это даже не человек, а зверёк. Маленькая ласка бегала по сети и попалась в капкан, который поставил кто-то из моих героев, увлекающихся охотой. Я сумел приручить зверька, сначала было непросто, ласка даже прокусила мне до кости ладонь — то-то было вечером изумление Сергея, когда он увидел, кровь на простыне и мою раненую руку. Он тут же полез проверять все щели в полу, но об этом я еще буду рассказывать чуть позже. Конечно, же я не говорил Сергею про ласку. Специальной клички я ей не давал, просто любил, когда она прибегает ко мне, сворачивается на груди и, пригревшись, засыпает, а потом опять стремглав уносится в поисках сетевых новостей.

Все остальные персонажи для меня — тени, едва различимые, но желающие иметь реальное существование и бесцеременно стучащиеся ко мне в любое время дня и ночи, по любой своей нужде.

Зачем я завёл столько героев? Мне самому это трудно понять. Возможно, всё дело в том, что я соскучился без людей, мне хотелось общения, но я стал побаиваться того, что надо мной начнут смеяться, или пошлют к эвтанологам, или наоборот, начнут безудержно восхищаться моим мужеством. А мне просто нужно было чего-то нормального, человеческого, домашнего. Сергей, как мог, скрашивал моё одиночество, но этого было мало. А Брюня, Хаус и Игорь II всё время были заняты делами. Я не мог с ними поговорить по душам. Я сам создал всю эту прорву героев, и Хаус тут ни при чём. В конце концов, даже он, неутомимый, стал уставать от толпы, постоянно снующей вокруг меня и попросил, чтобы я как-то дисциплинировал своих персонажей, поставил их, что ли, в очередь, выдал им номерки…

Я сам об этом давненько думал. И однажды создал последнего своего героя. Старшего над всеми остальными. Я назвал его Янусом Многоликим. Да, я знаю, у римского бога было только две личности, но у меня их сотворилось столько, что пришлось дать ему звание — Многоликий. Задачей Януса было следить за порядком среди всех моих персонажей и при этом беспрекословно подчиняться мне. Он согласился взяться за это дело и неплохо с ним справлялся, я вздохнул чуть свободнее…