Рыжая в ужасе просыпается.

Темнота. Спальня Финика.

Ей снилось, что она снова катит по бесконечным улицам свой чемодан, а ливень хлещет, и прохожие под зонтиками смотрят на нее и усмехаются: они-то знают, что она – всего лишь маленькая жалкая врунишка, у которой нет ни родителей, ни пристанища.

Сердце ее колотится как сумасшедшее.

«Наверное, ковра этого вонючего нанюхалась, – думает она, – завтра же надо будет выкинуть, проку от него никакого, только моль разводит».

Но страх не проходит. Она осторожно поворачивается к Финику, мирно похрапывающему рядом. От него веет теплом и успокаивающе пахнет потом.

Рыжая касается его ладошкой – просто для того, чтобы удостовериться, что он реален. Финик чмокает губами, сонно бормочет:

– Не трогай, я ведь и так пошел… Ну и не трогай… Хватит трогать…

Должно быть, ему снится что-то не слишком приятное.

Рыжая умиротворенно зевает, поворачивается носом к ковру и засыпает.

* * *