Вот уже пять лет Эдик не появляется в борделе, где был наложником для вип-персон. Он числится секретарем у своего возлюбленного, бывшего зека, а ныне крупного предпринимателя, которого зовет насмешливо пупсиком и презирает всей душой.

За эти годы Эдик раздобрел от сытой безмятежной жизни и праздности. Лицо залоснилось, затекло жиром, стало как будто примитивнее. Он уже не так похож на декадента серебряного века. Исчезла утонченность горбоносого профиля, черные волосы поредели. Эдик красит их, скрывая пробивающуюся седину. Изменился взгляд карих с золотыми искорками глаз, мерцающих из-под тяжелых век. Некогда он был томно-циничным, теперь в нем появились добродушие и довольство.

Сегодня, как и обычно, Эдик встал около десяти часов утра, заварил на кухне ароматный черный кофе по-турецки и снова улегся в кровать, отпивая напиток маленькими глотками и блаженствуя. Теперь он будет нежиться до полудня, потом лениво оденется, посмотрит какой-нибудь американский или французский фильм, а обедать поедет в любимый японский ресторанчик.

Но этот привычный ритуал на короткое время перебивает звонок. Эдик подносит к уху изящный ультратонкий, подаренный пупсиком телефон. Год назад, ради прикола, заранее посмеиваясь, он попросил у любовника телефон голубого цвета – и получил.

Сейчас в этом ярко-василькового цвета телефончике раздается приятный баритон, представляется Корольком, заявляет, что был знаком с несчастным Скунсом и принимается набиваться на встречу.

– Ну, не зна-а-аю, – тянет Эдик. Прижав мобильник плечом, он достает янтарный мундштук, вставляет в него сигарету, закуривает и закрывает глаза от удовольствия. Сигарета после кофе – это кайф. – Стоит ли мне рисковать? Встречаться с незнакомым мужчиной – большой риск. Согласны?

– А вы решитесь, – уговаривает голос.

Эдик не привык ломать установившийся распорядок дня, полудремотное расслабляющее существование, но мягкий баритон незнакомца его волнует. Если судить по голосу, этот Королек, несмотря на дурацкую кличку, весьма сексуален, возможно, даже красив. Пожалуй, он, Эдик слишком долго хранит верность пупсику, не пора ли слегка позабавиться, так, от скуки?

Эдик тут же гонит крамольную мысль прочь. Нет, он достаточно умен и рационален, чтобы поддаться глупому соблазну. Стоит пупсику проведать о грешке неверного любовника, тут же прикажет подручным громилам убрать «эту падаль», и Эдик исчезнет из мира живых, словно никогда и не рождался на свет.

В то же время пацанячье любопытство так и подмывает его поговорить с Корольком.

– Если вас что-то смущает, – продолжает ненавязчиво настаивать голос, – потреплемся под открытым небом. Зачем скрываться? В этом нет никакого смысла: вы помогаете найти убийцу. Миссия вполне законная и благородная. Я не стану взывать к вашим гражданским чувствам, но…

– А почему бы и нет? – обижается Эдик, как капризная женщина. – А вы взывайте! Взывайте! Или я не гражданин этой великой державы? Или я некто второго сорта, да?!.. Ладно уж. Договариваемся так. Ровно в три часа. Возле мэрии. Учтите, жду три минуты. Если вас не будет, уезжаю, и больше мне не звоните, бесполезно. Найдете меня в маленьком голубом «фольксвагене». На разговор отводится десять минут.

– О’кей, – весело соглашается голос. – Тогда сверим наши часы…

* * *