Две декады… Именно столько длилось наше безумие… Жаркие ночи и не менее сумасшедшие утренние часы. Иногда Дитриху было мало и этого. Он мог внезапно сорваться и нагрянуть как дождь по весне. Но неожиданно для себя я поняла через несколько дней, что жду его. Жду каждую минуту, прислушиваюсь к шуму дворцовых коридоров в надежде услышать его шаги. Я даже научилась распознавать их из десятков других.

А еще через несколько дней я поняла, что уже не мыслю своей жизни без этого сурового, порой непонятного мужчины. В его глазах столько было тепла, столько радости, когда наши взгляды пересекались. И не важно, где мы находились в этот момент, в моих или его покоях, или на приеме, а могли и за столом. Весь мир переставал в этот момент для нас существовать. Да и не нужен он мне был. Весь мир был в руках Дитриха, вернее, в его объятиях…

Все было спокойно до тех пор, пока у меня была одна фрейлина. Меня вполне устраивало это. Но все же для соблюдения нюансов придворного этикета фрейлин у меня должно было быть восемь. Когда Вейс мне об этом напомнил, я только и смогла что вздохнуть. Шут улыбнулся и заметил, что и медовые декады имеют тенденцию заканчиваться.

— Вейс, но кого я могу выбрать, когда я никого из них не знаю. Мне не нужны болтушки или пустышки. Лаиры достаточно, она за них всех справляется одна. Да и привыкла я к ней, хоть и замечала порой ее взгляд с легким налетом зависти.

— Ваше Величество, я понял. Могу я предложить следующий выход: я подберу девушек не только симпатичных, но и уравновешенных, не замеченных во дворцовых авантюрах.

Я даже вздохнула с облегчением. Это был наилучший выход из сложившейся ситуации. И Вейс сам мне его предложил. Это вообще весьма удивительный человек. Он как будто мысли мои читает.

— Да, да, именно таких мне и надо. Не люблю сплетен и не хочу, чтобы меня обсуждали во всех коридорах.

— Ну, этого не избежать. Кого ж не пообсуждать как не своих монархов. Людям всегда интересно.

— А вот подскажите-ка мне, Вейс, что же обо мне говорят? — мне вдруг так стало любопытно.

— Ну как что?! Например, по одной байке Вы опоили нашего Дика приворотным зельем. А вот по другой Вас держат в темнице и не выпускают даже из комнаты.

Я хохотала от души. Честное слово, у меня даже слезы потекли. Нет, ну надо же…

— Еще версии есть? Неужто только две?

— Ну, еще говорят, что Вы беременны и через тройку месяцев родите. И даже двойню.

— Вейс, а у всех виаллийцев такая буйная фантазия?

— Ваше Величество, фантазия расцветает только там, где в ней нуждаются.

— Вы правы, Вейс, как же вы правы.

Смеяться больше не хотелось. Увы, и ах, но люди везде одинаковы. Они стараются видеть все плохое предрассудительное даже там где его нет и в помине. Вот скажите что плохого в том, что правитель наконец таки женился?!

— Вейс, скажите, вот почему все так?

— Как, Ваше Величество?

— Почему люди не видят хорошего? Почему стараются видеть только плохое?

— Даже не знаю, что и сказать… Видимо натура человеческая она такая.

— Какая такая, Вейс?

— Да неверящая в доброе отношение, в чистые помыслы.

— Вейс, это люди… Прежде всего люди. Не надо ждать от них иного, — я говорила и грусть мягко накатывала на меня. Я сама ответила на свой же вопрос. Все просто потому что это люди. И не надо за это на них обижаться…

— И в кого же Вы такая? — мягко вздохнул шут, — как же трудно то Вам будет, Ваше Величество, при нашем то дворе.

Я с удивлением посмотрела на него. Это вряд ли. С моим то опытом… А хотя, и Ханна меня когда-то так же пожалела. Хотя нет. Вначале она меня качественно отругала. Да, скучаю я по ней. И малышку хочется увидеть. Очень.

От грустных мыслей меня отвлекла открывшаяся дверь. Пришел супруг. Вейс откланялся и мы остались с Дитрихом одни. Он поманил меня и легко скользнула в его объятия. Мне было очень уютно на его коленях. Супруг намного крупнее меня и свернуться на его груди было очень комфортно. Я прижималась к его широченной груди и с удовольствием слушала как бьется его сердце. В такие минуты мне было тихо и спокойно. Дитрих тоже замирал, он обнимал меня с такой нежностью, что страшно было шелохнуться и разрушить нашу идиллию в этом безумном мире.

А еще в такие минуты я в какой то момент начинала жалеть отца. Он никогда не был способен на такую нежность и привязанность к женщине, к тому, чтобы показать свои чувства так, как это делал Дитрих. Без оглядки на кого-либо, уверенно и мощно. Сигурд никогда не показывал, что какая либо из фавориток для него что-то значит. Даже Ханна, к которой отношение его было иным, не смогла до конца растопить его эмоциональную наледь. Он так до конца и не признал, что она интересовала его не только как очередная любовница. А было то их у него много. И какие! Первые красавицы и умницы нашего двора. Герцогиня Араунская затронула его сердце и оставила след в душе. Иначе как можно объяснить, что он позволил ей родить ребенка.

Вот и сейчас я слушала музыку сердца своего короля, таяла от тепла его рук и растворялась в его дыхании. Да тавот только сейчас я ощущала, что Дитрих расслаблен не до конца. Его что-то держало в напряжении и поэтому я оперлась ладошкой об его плечо, села поудобнее, не забыв по нему хорошенько поерзать. Ну да, да. Вот такая я бессовестная, зато сразу же почувствовала своим бедром его желание. Прекрасно, то, что нужно! Сразу же заглянула ему в глаза и невинно спросила:

— Что же беспокоит моего короля, что он так напряжен?

Дитрих хмыкнул, и одним ленивым движением вернул меня в исходную позицию.

— Думаю, что тебе не понравится…

— Не важно, я хочу знать, от чего ты так переживаешь?

— Ну что ж. Думаю, что тебе это необходимо знать. Твоя сестра, все дело в ней…

Внутри сразу же сжалось все от недоброго предчувствия.

— Дитрих, что, что именно случилось? Не молчи! — я попыталась выкрутиться из кольца рук супруга, но не получилось. Он только сильнее прижал меня к себе и стал рассказывать.

Предчувствия меня не обманули. Кло провалила ритуал чистоты. Напрочь. И Дамалис потребовал возмещения. Он потребовал не более и не менее как Караманские рудники. Единственные рудники, на которых добывались крупные алмазы и сапфиры, которые в дальнейшем чаще всего использовались как накопители. Именно караманские камни наиболее лучше подходили для этих целей. Они были не только крупные, но и необыкновеннно чистые. Легко поддавались огранке и имели большую вместимость. Именно эти рудники приносили наибольший доход короне. И вот на них и нацелились рианийцы.

— Дитрих, но как же так. Я ведь уверена, что Кло была невинна. Не может такого быть.

— Конечно не может. Так и было. Но… — супруг замолчал и я опять напряглась, — твоя невинность была подтверждена магически, а ее нет. Дамалис хоть и очень слабый, но маг, а Кло нет. Я предполагаю, что он просто поработал своими возможностями.

Сначала я не поняла, но потом когда я осознала случившееся, то просто взорвалась от возмущения.

— То есть, ты хочешь сказать, что он прекрасно знает, что у Кло никого не было, он просто подтасовал факты и теперь пытается отца шантажировать? Я ничего не упустила, Дитрих?

— Упустила. Но по незнанию. Рианийцы выдвинули еще одно условие. Ну или решение ситуации.

— Что?! — меня от удивления аж передернуло и подпрыгнула на коленях супруга. Но Дитрих все же меня удержал, — что еще им захотелось? Им мало рудников, испорченной репутации моей сестры. Они еще что-то захотели…

— Да, Ари, захотели. Они захотели тебя.

— Меня?! — я все же выкрутилась из рук Дитриха и заглянула ему в глаза. Сказать, что я была удивлена это конечно было скромно.

— Дитрих, Дитрииих, — я не заголосила. Нет, я зарыдала, — не отдавай меня…

Меня трясло как будто я была в дикой лихорадке. Стоит отдать должное супругу, удерживать ему пришлось меня достаточно долго. Я все никак не могла взять себя в руки и успокоиться. Страх от встречи с Дамалисом меня просто пожирал и разрывал изнутри. Даже представить страшно было, что со мной могло произойти. Рианийцы измен не прощали. А я уже достаточно много времени жила с другим. И не просто жила, но и разделила ложе. Пусть даже Дамалис и был моим первым мужчиной.

Все таки в какой то момент я успокоилась. Смотреть в глаза супругу было стыдно. Такую истерику я закатывала впервые. Хотелось бы, чтобы это было и в последний раз.

— Ну все, ты успокоилась? Или может еще поплачешь? — в голосе Дитриха скользнули шутливые нотки. Хотела обидеться, но когда посмотрела ему в лицу и увидела в его глазах столько участия и понимания, решила что не буду, поэтому просто уткнулась в плечо мужа лицом и прижалась посильнее.

— Я боюсь, Дитрих. Я правда, очень сильно боюсь.

— Не бойся, Ари, никого и ничего. Никому я тебя не отдам. Никому!!! Отдать женщину, мать своего ребенка! Я что по твоему идиот? — в голосе супруга послышались резкие нотки.

— У нас еще нет ребенка, — грустно сказала я, про себя подумала о том, как бы это было прекрасно, как хорошо. Ребенок Дитриха решил бы многое.

— Но будет, — уверенно ответил мой король. Он немного помолчал, а затем мягко погладил меня по голове и поцеловал в макушку. Его пальцы ласково поглаживали мое лицо. И он продолжил, — срок конечно небольшой, но ребенка зачать у нас с тобой получилось.

И вот тут мое сердце остановилось, а ум взорвался. Как? Я буду матерью? Я беременна? Единый! Это же чудо! Это мое спасение! Теперь меня точно не отдадут. Дитрих не Сигурд, детьми разбрасываться не станет. А после пришло осознание того факта, что я пропустила много чего. Например, не обратила внимание на женские недомогания. Видимо, что происходящие события отвлекли меня. Вот и не заметила на задержку.

— Ари, о чем ты сейчас задумалась? Не пугай меня своим молчанием. Тебя так огорчила новость о твоей беременности? — судя по голосу супруга он был в растерянности.

— Нет, нет, наоборот. Я рада, очень рада. Просто думаю о том, как могла пропустить такой важный момент, — я быстро крутанулась в объятиях мужа и села на него как всадница, обхватила ладонями лицо и, наконец, задала мучавший меня вопрос, — Дитрих, а как ты узнал о ребенке? Я, будущая его мать, не поняла этого.

Ответ короля меня убил своей простотой.

— Нуууу… Тут нет ничего сложного. Не забывай, я ведь маг. Обученный. Я вижу то, что другие просто не могут видеть. Ты же пропустила этот факт по причине своей юности и жизненной неопытности. С тобой не занимались так углубленно, ауры четко распознавать ты не умеешь. Но мне так жаль, что ты этого не видишь. Ты светишься изнутри так ярко, так красиво. Я любуюсь этим светом каждый момент, когда ты рядом. Думаю, что после рождения малыша, я буду скучать по твоему свету…

Голос мужа дрожал. Он, мужчина сильный и властный, переживал как мальчишка, рассказывая мне о своих эмоциях и ощущениях. Этот момент был прекрасен. И если бы мне было суждено еще раз влюбиться в своего мужа то, наверно, я бы сделала это сейчас.