Оззи был не единственным близким и дорогим человеком, покинувшим меня. Мой брак с Сюзан развалился примерно в то же время, когда я переехал с группой в Эл.Эй. Причины я где-то понимаю. Она оставалась одна в огромном доме, пока я гастролировал, как только я возвращался, пропадал в студии. Ей должно быть было очень одиноко. Она видела, как другие парни ездят в отпуски со своими жёнами, а я оставался работать в студии. Я не понимал, что необходимо заботиться об отношениях. Для меня существовала только работа, работа, работа. Я был ослеплён ею. Вы должны исполнить то, для чего предназначены, не так ли? Но из-за этого ваши отношения заходят в тупик.

Она желала развода и подготовила все бумаги. Я был в шоке. Мне было горько, и реакцией на всё это стало легкое безумие. Я приехал в Лос-Анджелес и пустился во все тяжкие. У меня было так много девушек, что я назначал встречи на разное время. Одна приходила в два часа, а за ней - другая на пару часов позже, которой я говорил: “Мы до трёх репетируем, так что подходи к четырём...”

Однажды я был с девушкой и услышал сирену у ворот. Я выглянул в окно, а там была другая девчонка. Я сказал: “Быстро! Тебе пора, это моя жена!”

Она заволновалась: “Ааа!”

Я продолжил: “Двигай по крыше, спустишься по стене!”

Я помог ей выбраться через окно и вскарабкаться на крышу, которая просела так, что она смогла легко спрыгнуть. Пока она прокрадывалась к выходу, за ней снаружи наблюдали, покачивая головами, женщина из прислуги и мой гитарный техник.

Я отказался от дома в Килворте. Когда я вернулся из Лос-Анджелеса, я ненадолго поселился у своих предков. Тем временем Сюзан подалась в Британскую секту, куда нужно было отдавать все свои деньги и собственность, селиться с ними и жить обработкой земли. Я разговаривал с её родителями. Они были шокированы. Они сказали мне: “Тебе стоит вернуться и жить дома.”

Но я ответил: “Нет, не могу. Не представляю, как я теперь могу вернуться туда.” Я нанял оценщика мебели. Отдал на хранение то, что принадлежало мне, кое-что продал и отдал Сюзан деньги. Она собственно не хотела их брать, так как перебралась в эту секту и отдала им все деньги, которые собиралась отдать. Я так и не понял, кто они такие были, эта секта, и родители её не поняли.

Спустя уже достаточно времени после того, как наш брак распался, она нежданно негаданно вызвонила меня и попросила: “Пожалуйста, приезжай, забери меня. У меня неприятности.”

Она находилась в Инвернессе, в Шотландии. Я с другом был в клубе в Бирмингеме и уже пропустил пару стаканчиков. У меня началась паника и я сказал: “У неё проблемы. Надо ехать!”

Мы забрались в мой Роллс-Ройс. Путь был далёкий, поэтому сто миль вёл я, а потом он сел за руль на следующие сто. Наконец мы добрались туда, помятые, уставшие, на шатающихся ногах, а она нам: “Вы зачем приехали?”

“Потому что у тебя были проблемы!”

“Ну, думаю, всё уже утряслось.”

Я сказал: “Ты едешь с нами!”

“Нет. Не поеду.”

“Нет уж, поедешь!”

Как-то так. Так и не поехала, поэтому мы вернулись в машину. И проехали обратно ещё 300 миль.

Я видел её ещё лишь раз, когда у меня были отношения с Литой Форд (Lita Ford). Лита была в Лос-Анджелесе, я вернулся домой в Бирмингем, и Сюзан пришла ко мне. Она хотела, чтобы мы снова были вместе. Я сказал ей: “Слушай, у меня больше нет к тебе тех чувств, и у меня сейчас есть девушка.”

Тяжело заново разжечь ушедшие чувства. Так всё и закончилось. Она переехала в Австралию, и больше я её не видел.