Четыре дня спустя

Резиденция леди Харгейт…

Если бы Тедди знала, до чего это замечательно – иметь фальшивого жениха, чья единственная цель – показывать всем, как идеально они подходят друг другу, она бы завела его много лет назад. Джек превосходно играл свою роль, и ей с трудом верилось, что все происходившее лишь спектакль для семьи. Конечно, обоих их мучило чувство вины за обман, но что они могли поделать? Разумеется, в следующем году все это должно было закончиться – как Тедди и хотела. И все-таки она будет по нему скучать. Будет скучать по его смеху и по его неожиданным заявлениям, от которых у нее иной раз перехватывало дыхание.

Сидя за столом в гостиной, Тедди заканчивала список последних мелочей для сегодняшнего приема у миссис Хендриксон. Она вернулась в Лондон еще вчера и, как бы ни любила Милверт, почувствовала огромное облегчение. В поместье графа в последние дни царила атмосфера нервозности, поскольку никто точно не знал, когда появятся мать Джека и его подруга мисс Мерриуэдер. Ди и леди Бристон всячески ругала и упрекала Камилл за то, что та не выяснила, в каком отеле Лондона эти дамы решили остановиться.

Узнав об их скором приезде, леди Бристон немедленно взялась за дело, приказав слугам чистить и полировать все подряд – начиная от дверных ручек и заканчивая люстрами. Она сказала, что не допустит, чтобы дом предстал не в лучшем своем виде перед матерью человека, который однажды унаследует это поместье.

Приготовления полковника Чаннинга носили более личный характер; Тедди заметила, что он постригся и нанес несколько визитов к портному. А вот Джек, как ни странно, был спокоен и хладнокровен и даже как будто слегка забавлялся, наблюдая за всеобщей суетой. Эта его непринужденность очень успокаивала – но не могла же она все двадцать четыре часа в сутки проводить рядом с ним.

Внезапно у парадной двери раздались голоса, и Тедди, вздрогнув, всунула перо в подставку; сердце же пустилось вскачь. Она не ждала Джека так быстро, хотя он и говорил, что обязательно приедет в Лондон, так как не сможет вынести долгой разлуки с ней. Конечно, сказал он это в присутствии семьи, но все равно в тот момент что-то промелькнуло в его глазах…

– Вот ты где… – В комнату вплыла мать со своим обычным апломбом, но что-то в ее манерах показалось Тедди странным. – Я так рада, что ты вернулась в Лондон. Нам нужно очень многое обсудить.

– А я-то думала, ты пришла, чтобы помочь мне с организацией приема у миссис Хендриксон.

– О боже, Теодоусия! Моя помощь тебе совершенно не нужна! И если уж честно… Ты никогда в ней не нуждалась.

Тедди внимательно посмотрела на мать.

– Что случилось, мама? Ты ведь никогда не занимаешься важными делами так рано утром.

На лице матери отразилась неуверенность, и она, сделав глубокий вдох, проговорила:

– Дорогая, ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Да вроде бы ничего. – Тедди пожала плечами.

– К примеру, о своем женихе…

«Боже праведный, она знает!» – мысленно воскликнула Тедди. Изобразив удивление, Тедди сказала:

– О Джеке?.. Мне ничего даже в голову не приходит. Ведь он – точно открытая…

– Не об этом женихе, – перебила мать.

Тедди взглянула на нее пристально.

– О каком же женихе ты говоришь?

– Вот это принесли к нам домой. – Мать протянула ей письмо, и ее руки слегка дрожали.

Тедди встала, пересекла комнату, взяла у матери письмо. Почерк на конверте показался ей знакомым, но она не могла сообразить, чей он.

– Адресовано оно мне, но касается тебя. – Мать помолчала. – Его подсунули под дверь то ли вчера поздно вечером, то ли сегодня рано утром – Джейкобс точно не знает. И знаешь… Еще до того, как я его распечатала, кое-что показалось мне… неправильным.

Тедди смотрела на мать во все глаза. Та явно нервничала, и это было на нее совсем не похоже.

– Прочти же…

– Да, сейчас. – Тедди вытащила из конверта листок бумаги. Прочитала первую строчку и, вздрогнув, пробормотала: – Этого не может быть…

– Вот и я так подумала, – кивнула мать.

– Но ведь он… мертв!

– Похоже, не настолько, как хотелось бы. – Мать помолчала. – Так ты не рада его внезапному воскрешению?

– Боже правый, конечно, нет!

– Слава богу. Прочти до конца.

Тедди быстро прочитала короткую записку. Взглянув на мать, проговорила:

– Конечно, с его стороны очень мило извиниться за то, что он жив, но что-то мне не кажется, что он имел в виду именно извинение. И еще… Тут ведь говорится, что послезавтра он придет ко мне с визитом.

– Можешь себе представить, как я была шокирована, получив это? – Мать заметалась по комнате. – Ведь считается, что он умер! Уж если нельзя рассчитывать на то, что мертвые останутся мертвыми, то выходит, что в этой жизни вообще ни на что нельзя рассчитывать!

– Но это же бессмыслица какая-то… – Тедди снова взглянула на письмо. – Сообщали, что Сирил пропал в море, когда затонул его корабль. Значит, его на том корабле не было?

– Или каким-то образом спасся, но решил не сообщать об этом. – Мать покачала головой. – Я не понимаю… Почему он так поступил? Почему с тобой так поступил?

«Чтобы избежать последствий своих поступков», – мысленно ответила Тедди. Пожав плечами, она пробормотала:

– Возможно, он не видел для себя иного выхода.

– Да, полагаю, именно этим все объясняется. Он ведь был совсем не таким, каким казался. Конечно, я не сразу это поняла. Лишь после того, как он и твой отец… – Мать тяжело вдохнула. – Что тебе известно о финансовых интересах твоего отца?

Тедди изумленно уставилась на нее.

– А что известно тебе?

– Больше, чем хотелось бы. – Мать опустилась на софу и жестом предложила Тедди сесть рядом. – Сначала я вообще ничего не знала. И только за несколько дней до его смерти… Ну, ты же знаешь, что его убил стресс?

Тедди молча кивнула.

– Твой отец был очаровательным человеком, но не особенно умным, когда дело касалось денег. Я не знаю подробностей, никогда не умела толком разбираться ни в цифрах, ни в деньгах – только тратить могла. В этом смысле мы с твоим отцом очень подходили друг другу. – Мать помолчала, собираясь с мыслями. – Он очень много вложил в одно предприятие… не могу вспомнить название. Кажется… Да-да, «Аргентинская Атлантическая торговая компания»! Про эту компанию ему рассказал Сирил. Рассказал примерно в то же время, когда начал ухаживать за тобой.

– Да, конечно… – пробормотала Тедди.

– Сначала инвестиции твоего отца были очень прибыльными, но затем доходы резко сократились. Когда же отец спросил, в чем дело, ему ответили, что просто рынок приспосабливается.

Тедди нахмурилась.

– Приспосабливается? Что это значит?

– Понятия не имею. Подозреваю, что и твой отец не знал. Тем не менее он стал членом совета директоров и, к несчастью, увеличил свои инвестиции. Как он выразился… чтобы продемонстрировать свою веру в это предприятие.

– То есть отец, даже увидев, что дело не очень-то доходное, все равно вкладывал в него деньги?

– Я же сказала, что он был не в ладах с цифрами. Впрочем, это нельзя назвать самым большим недостатком твоего отца.

«Учитывая все обстоятельства, именно это кажется его самым серьезным недостатком», – мысленно возразила Тедди.

– И что потом? – спросила она.

– Он был слишком легковерным. Верил всему, что ему говорили, не задавая вопросов. Никогда не предполагал, что люди могут врать сознательно. Как оказалось, это привело к его… и нашей гибели. – Мать снова вздохнула. – В попытке возместить ущерб он начал играть на деньги гораздо чаще, чем раньше. Ты же знаешь, он всегда был немножко игроком, но даже в молодости не относился к азартным играм серьезно. Никогда не ставил больше, чем мог позволить себе проиграть, и в течение многих лет выигрывал примерно столько же, сколько проигрывал. Игра была для него всего лишь развлечением, невинным времяпрепровождением, не более того. Во всяком случае – до того последнего года. Но я не знала об этом ничего и узнала лишь незадолго до его смерти, хотя ясно видела, что он очень обеспокоен. Он пытался все отрицать, но в конце концов рассказал мне об этом. То есть рассказал про свои дела с торговой компанией и про азартные игры. А потом… – Мать внезапно умолкла и в очередной раз вздохнула.

– Потом, помимо обвинений в мошенничестве, началось официальное расследование, и отец очень боялся, что его посадят в тюрьму, верно? – проговорила Тедди.

Мать уставилась на нее в изумлении.

– Ты знала?..

– До его смерти – нет.

– Я никогда не хотела, чтобы ты узнала. Я представления не имела о том, что за человек Сирил. Когда же твой отец во всем признался, я собиралась уговорить тебя разорвать помолвку, но потом… отец умер, а Сирил исчез, и я решила: чем меньше будет сказано, тем лучше. Но как ты узнала?..

– Подслушала, как Сирил с кем-то разговаривал в тот день, когда мы хоронили отца. Того, другого человека, я не видела, зато слышала… И услышала вполне достаточно. Практически все. Я узнала, что Сирил не только поощрял отца делать первоначальные вложения, но убеждал его и дальше вкладывать деньги в компанию. И именно Сирил сопровождал его на те игры с высокими ставками, которые отцу были не по зубам. До того времени про азартные игры я вообще ничего не знала.

– О да… Что-что, а хранить тайну твой отец умел. – Мать наморщила лоб. – Думаю, им двигало отчаяние. Он очень надеялся, что счастливая карта возместит ему все потери. Конечно, у него ничего не вышло, и он окончательно погряз в долгах. Но мы-то с тобой ничего не знали…

– Из того, что я тогда подслушала, мне стало явно: Сирил был замешан в дела этой торговой компании и вполне мог попасть в тюрьму – в зависимости от результатов расследования, – проговорила Тедди. Болезненно поморщившись, она добавила: – Разумеется, я ему все высказала.

Мать криво усмехнулась и кивнула.

– Да, конечно. Другого я от тебя и не ожидала.

Тедди вскинула брови.

– Это комплимент?

– Безусловно, моя дорогая. Ты обладаешь мужеством, которого никогда не было у меня. Смело противостоишь трудностям. А я предпочитаю замести все трудности под коврик в надежде, что они сами куда-нибудь исчезнут. Что ж, продолжай.

– Сирил пытался все отрицать, но я отказалась принимать его ложь, которую к тому времени разглядела очень ясно. Но ведь никто не поверил, что младший сын виконта может быть замешан в такую бесчестную аферу, не так ли? В конце концов, он обладал безупречной репутацией. И он умел быть очень убедительным. Однако же… – Тедди снова поморщилась. – В выражении его глаз и в голосе было что-то такое… В общем, мне показалось, что он отчаялся, мама, по крайней мере под конец. И я думаю, он сделал то, что считал необходимым для своей защиты.

– То есть прикинулся, что погиб?

– Похоже на то. До сих пор не верится, что поначалу я ничего такого не замечала.

– Некоторым мужчинам отлично удается скрывать свою истинную натуру.

– Видимо, так. – Тедди пожала плечами. – Но если хорошенько подумать… Изредка я замечала за ним… всякие странности, если можно так выразиться. Это должно было бы меня насторожить, но, увы… – Тедди грустно улыбнулась. – Я не обращала внимания даже на некоторые явные несоответствия в его речах.

– Наверное, и мне следовало что-то заметить, – со вздохом пробормотала мать.

– Естественно, я с ним порвала, – продолжала Тедди. – Сирил умолял меня передумать или хотя бы подождать его возвращения из Аргентины. Если ты помнишь, он решил отправиться в эту поездку через несколько дней после смерти отца.

– Да, верно. Я тогда подумала, что с его стороны это очень невнимательно по отношению к тебе.

– Он утверждал, что эта поездка все прояснит. Я ему не поверила, потому что узнала уже слишком много и смогла наконец понять, что это за человек. Ну, а потом сообщили, что его корабль пропал в море…

– Да-да, совершенно верно, – закивала мать. – Тогда и ты, и его семья получили от торговой компании полные сочувствия телеграммы с сообщением о его смерти.

– Не знаю, чьи еще имена были связаны со всей этой историей, но после смерти Сирила я тайком навела кое-какие справки. Точнее – после его мнимой смерти. Так вот, эта компания просто-напросто исчезла, поэтому расследование так и не завершили. – Тедди сокрушенно покачала головой. – Видимо, после смерти отца и исчезновения Сирила у властей не осталось никаких ниточек.

– Твоему отцу тогда едва исполнилось пятьдесят два года, – тихо сказала мать. – Но его сердце не выдержало… Угроза скандала, тюремного заключения и всего того, что с этим связано… В общем, понимаешь. Отец Сирила умер примерно в этом же возрасте и примерно по той же причине, только немного позднее. Что же касается твоего отца… – Мать внимательно разглядывала свои сложенные на коленях руки. – Я знаю, это звучит ужасно, и это действительно ужасно, но мне кажется, что его смерть оказалась некоторым образом удачной и случилась вовремя. Ох, я так и не простила себя за эту мысль…

– Я чувствовала то же самое, когда исчез Сирил.

– Но ты же не любила его, верно?

– Сначала думала, что любила, но… – Тедди покачала головой. – Нет, конечно же, я его не любила.

– А вот твой отец… Он был единственной настоящей любовью всей моей жизни, – проговорила мать, глядя куда-то в пространство, словно вглядываясь в прошлое. – Но я точно знаю: он бы не пережил тюрьму и бесчестье. Даже обычный скандал уничтожил бы его. Он был совсем не таким сильным, каким казался. Думаю, рядом с ним я бы смогла пережить все что угодно, а без него…

Тедди с удивлением смотрела на мать – та никогда еще не была с ней столь открытой и откровенной.

– И теперь я рада, что ты нашла свою.

Их взгляды встретились, и Тедди спросила:

– Мою… что?

– Единственную настоящую любовь.

– Ты имеешь в виду Джека?

– Конечно, я имею в виду Джека. И прости, что я так навязывала тебе Саймона. Все дело в том… Нищета – страшная вещь, Теодоусия, и я благодарю Бога, что нам все-таки удалось ее избежать. Я отлично понимаю, что это – не моя заслуга. Не будь ты такой умницей, нам бы пришлось продать дом и мы бы умоляли Саймона или какого-нибудь другого дальнего родственника приютить нас из жалости. Зато теперь… – Мать расправила плечи. – Ты будешь следующей графиней Бристон, и твое будущее обеспечено.

«Наверное, сейчас не самый подходящий момент сообщать матери о том, что у нас с Джеком совсем другие планы на будущее», – подумала Тедди. Немного помолчав, она сказала:

– Знаешь, мама, но ведь теперь возникла проблема… Я говорю о моем покойном женихе, который оказался вовсе не покойным.

Мать нахмурилась и пробормотала:

– Да, это проблема… Думаешь, нужно рассказать об этом мистеру Чаннингу?

– Ни в коем случае! – воскликнула Тедди. – Ведь Джек – человек очень порядочный. Я уверена, что ошибки моего отца не настроят его против меня, но он же непременно почувствует себя обязанным… меня спасать. Нет, думаю, лучше ничего ему не говорить.

– Возможно, так и впрямь лучше… – пробормотала мать. – По крайней мере до тех пор, пока мы не узнаем, чего хочет мистер Годдард.

– Должна признаться, сам факт, что он хочет со мной встретиться, приводит меня в замешательство.

– В замешательство? Да я просто в ужасе! Полагаю, прикончить его и сбросить тело в реку – это был бы не такой уж неправильный поступок.

– Мама, что ты говоришь?! – воскликнула Тедди.

– Ну… что подумала, то и сказала, – проворчала мать. – Думаешь, я позволю мужчине, которому не хватило такта оставаться мертвым, досаждать моей дочери? – Мать презрительно фыркнула. – Вот уж нет! Да если с твоей головы хоть волосок упадет…

– Мама, от этого никуда не деться. Мне придется с ним встретиться. В записке говорится, что вопрос неотложный и касается отца.

– Я об этом уже думала. – Мать встала и начала расхаживать по комнате. – Сначала я хотела настоять на твоем возвращении домой. Даже подумать не могу о том, что ты будешь тут одна. Я бы почувствовала себя намного лучше, если бы могла за тобой присматривать.

– Не думаю, что мне грозит опасность. Сирил никогда не причинит мне зла.

– Да будет тебе, Теодоусия! Ты что, в самом деле готова доверять человеку, который так тебя обманул? Человеку, который довел твоего отца до разорения, а потом и до смерти… Кроме того, не забывай: тебе известны его тайны. Ты, возможно, думаешь, что он тебе ничего плохого не сделает, но я-то далека от подобных иллюзий.

– Пожалуй, ты права, – согласилась Тедди. – Но даже если и так… Ты что, собираешься меня защищать?

– Не надо иронизировать, моя дорогая. Конечно, я прекрасно понимаю, что после смерти отца обо всем заботилась ты. – Пожилая леди внимательно посмотрела на дочь. – Теодоусия, скажи, ты умеешь стрелять из пистолета?

– Нет… – Тедди в изумлении округлила глаза. – А ты, мама?

– Вообще-то умею. Знаешь, в юности я стреляла очень даже неплохо. И в течение всех этих лет не забывала тренироваться, чтобы не разучиться.

Тедди в изумлении захлопала глазами.

– Мама, я понятия не имела…

– Смею заметить, дорогая, что я еще много чем смогу тебя удивить.

– Похоже на то… – пробормотала Тедди.

Мать улыбнулась и продолжила:

– Но раз уж мистер Годдард не знает, что ты временно переселилась сюда, к леди Харгейт… Что ж, думаю, тебе действительно безопаснее остаться тут. Если, конечно, ты не захочешь вернуться в Милверт.

– Я не могу. По крайней мере пока. Прием у миссис Хендриксон, помнишь?

– Да-да, очень хорошо, – закивала мать. – Я велю Джейкобсу приходить сюда каждый вечер. Он тоже отлично стреляет из пистолета.

– Джейкобс?! – снова изумилась Тедди. Неужели это высокий худой и мрачный дворецкий…

– Джейкобс не всегда был у нас в доме, дорогая, – с улыбкой сказала мать.

– Понятно… – пробормотала Тедди. Похоже, сегодня день откровений. – Но знаешь, мама… А ты не думаешь, что Сирил хочет только одного – нашего с ним воссоединения?

– И ты в это веришь?! – изумилась мать.

Тедди со вздохом покачала головой.

– Нет, конечно. Хотя я думаю, он чего-то хочет. Но чего именно… Даже представить не могу. Однако я знаю совершенно точно: мне не хочется иметь с ним дело – хоть с живым, хоть с мертвым.

– Вот и хорошо, – кивнула мать. – Знаешь, получив записку, я немного испугалась, подумала, что ты…

– Что я приму его с распростертыми объятиями? – Тедди презрительно хмыкнула. – Нет, конечно же.

– Ах, Теодоусия!.. Милая, прости меня, пожалуйста. Ты давно уже взрослая женщина… и куда более ответственная, чем я. Но у меня ведь и необходимости такой никогда не возникало. Обо мне всегда кто-то заботился. Сначала родители, потом твой отец, потом ты. А когда твой отец умер… Я тогда на некоторое время окончательно потерялась.

– Мама, я этого не понимала…

– Да я и не хотела, чтобы ты это поняла. Тебе и так хватало забот. – Мать тяжело вздохнула. – Что ж, мне давно пора стать такой женщиной, какой моя дочь уже стала. Если получится, конечно. Потому что ты, дорогая моя девочка, – независимая, разумная и предприимчивая. Ты вполне способна проложить свой собственный курс и справиться со своими делами. А мое воспитание… Наверное, оно тут совершенно ни при чем. – Мать пожала плечами и, глядя прямо в глаза Тедди, добавила: – Я никогда тебе этого не говорила и уж точно ничем не показывала, но я очень горжусь той женщиной, какой ты стала.

У Тедди перехватило горло, а на глаза навернулись слезы.

– Мама, я…

– Но сейчас все это не имеет значения, – продолжала мать. – Сейчас у нас другие заботы. – Она немного помолчала. – Знаешь, я все пытаюсь понять, почему он вдруг решил объявиться именно сейчас. Кстати, ты знаешь, что несколько недель назад скончался виконт Ноттвуд?

– Брат Сирила?

Мать кивнула.

– Нет, я об этом не слышала, – пробормотала Тедди.

– Наверняка это как-то связано с тем, что наш мерзкий таракан решил наконец выползти на свет.

– Мама!.. – Тедди с трудом подавила улыбку.

– Совершенно ни к чему одергивать меня, Теодоусия. – Мать скрестила на груди руки. – Мерзкий таракан – это еще мягко сказано. И, возможно, этим сравнением я оскорбила тараканов.

– Мама, я даже не представляла, что ты можешь быть такой… – Тедди проглотила смешок. – Что ты можешь быть такой… непреклонной.

– Я не смогла уберечь от этого человека своего мужа, но сделаю все необходимое, чтобы спасти от него дочь, – решительно заявила пожилая леди. – А прямо сейчас… Сейчас я в полном твоем распоряжении и готова помочь тебе подготовиться к приему у миссис Хендриксон.

– Спасибо, мама, – с улыбкой ответила Тедди.

– А послезавтра, ровно в три, – продолжала мать, – ты встретишься со своим покойным женихом и выяснишь, чего он от тебя хочет. И, конечно же, ты должна спросить у него, почему он, черт побери, все еще жив!