Ливень начался резко, он словно напрыгнул на прогуливающегося вдоль дома Артёма, мгновенно вымочив его холодными струями почти насквозь.

— Е-мое! Вот тебе и май месяц. — Вслух выругался Артём, вбегая в парадный подъезд старого, дореволюционного дома.

Следом за ним, толкаясь и матерясь, в тот же подъезд влетели двое подвыпивших парней, расположились на нижних ступеньках лестницы и сразу же зазвенели, доставая из паркетов бутылки с пивом.

— Это они не вовремя. — Подумал Артём.

Клиент и хозяин квартиры, которую он должен был показывать в этом доме, опаздывали и Артём, не обращая никакого внимания на заливающихся пивом парней, стал наблюдать сквозь разбитое стекло подъездной двери за все усиливающимся ливнем и потоками воды несшими мусор по разбитому асфальту двора к провалившейся решетке ливнестока.

— Да здесь ссы! — Услышал он за спиной. Чуть обернулся: один из парней встал, повернулся лицом к стене и закопошился руками в области паха.

— Мужики! Ну не здесь же! — Голос принадлежал Артёму, но он не понимал, как и почему это сказал.

— Ты чо, дружинник? — Хмыкнул собиравшийся помочиться парень не прерывая процесса и повернул к нему голову.

Второй парень заржал и бросил недокуренную сигарету в Артёма. Сигарета шлепнулась об грудь и упала на пол. Артём зачем-то поднял ее.

— Обязательно быть дружинником, чтоб указать на свинство? — Он снова не осознавал свой голос и был удивлен его спокойствием.

— Ты кого свиньей назвал! — Проревел швырнувший сигарету парень, вскочил и рванул к Артёму.

Словно кто-то им управлял, Артём сделал шаг назад и одновременно рука прыгнула вперед засовывая горящую сигарету в нос нападавшему, тот отшатнулся, заорал и замахал руками стараясь выбить из носа застрявший в нем уголь. Так и не помочившийся второй сиганул к Артёму и ударил его по голове непонятно откуда взявшейся у него бутылкой пива. В глазах потемнело, Артём почувствовал как начал падать.

— Боль проходит, гордость остается. — Пронеслось в голове.

В подъезде закричали, сквозь муть в глазах он увидел какие-то ноги, спины, потом потолок улыбнулся ему обвалившейся штукатуркой, чьи-то руки подхватили его и он потерял сознание.

Очнулся Артём сидя на лестнице, кто-то сзади держал его голову и прижимал к ней пропитанный кровью платок. Возле лежащих на полу, руки за голову, парней, стояли двое мужчин в черных костюмах.

— Живой? — Из за спины спросил Артёма мужской голос.

— Вроде да. — Ответил он. Голова сразу закружилась и его начало подташнивать.

— Тю-тю-тю, сознание не теряй. — Перегнувшись сверху в лицо Артёма заглянул мужчина с круглым добродушным лицом. — Боец! — Мужчина улыбнулся и сильно ущипнул Артёма за ухо. Резкая боль заставила забыть о тошноте и он почувствовал себя лучше. — Ты чего к ним задирался? — Хитро прищурившись, спросил мужчина.

— Не задирался я. — Как бы оправдываясь, ответил Артём. — Просто попросил не мочиться в подъезде.

— А сигарету зачем тому в нос засунул?

— Не знаю, как-то само собой получилось, он ее в меня бросил, а я подобрал.

— Тебе что, больше всех надо? — Просто и открыто засмеялся мужчина.

— Нет, просто не правильно это.

— Идеалист. — Подытожил мужчина. — Как звать-то тебя, воин?

— Артём.

— А меня Александр Васильевич. — Мужчина широко улыбнулся.

Дверь подъезда резко открылась и внутрь, спасаясь от ливня, заскочил парень в синем джемпере, резко остановился и в него тут же сзади врезался другой, спешивший следом.

— Егор? — Почему-то сразу догадался Артём.

— Нет. — Ответил мужчина. — Сергей.

— Я Егор. — Второй мужчина протиснулся в подъезд и застыл рядом с первым. — Артём?

— Он. — Ответил за него Александр Васильевич. — Боец! Только немножко схлопотавший. — Артём криво улыбнулся и пожал плечами. — А вы его знаете? — Обратился к ним Александр Васильевич, Серей и Егор синхронно кивнули.

— Агент по недвижке, квартиру мне здесь должен показать. — Ответил Егор. — Не вашу? — Он посмотрел на Сергея, тот кивнул.

— Показал. — Выдохнул Артём.

— Да не переживай, сами разберемся. — Улыбнулся Егор.

— Александр Васильевич. — Подал голос один из присматривавших за лежащими на полу парнями. — Время.

— Да-да-да. Мужики. — Обратился тот к Артёмовым клиентам. — Присмотрите пять минут, кого надо мы уже вызвали. — Александр Васильевич взял руку Артёма и положил ее на прижатый к голове платок. — Держи. — Он встал. Серый, резаный ливнем свет осветил вынырнувшую из полумрака парадного небольшую, крепкую фигуру почти лысого человека в темном костюме.

— Не переживайте, Александр Васильевич. — Сергей отчего-то вытянулся по стойке «смирно», на что Артём тогда не обратил внимания.

— С парнем повнимательней, хороший парень. — Хлопнул он его в ответ по плечу.

Два милиционера почти столкнулись в дверях с выходившим Александром Васильевичем, тоже вытянулись и взяли под козырек.

— Быстро вы, молодцы. — Похвалил он милиционеров. — Но прослежу! А скорую я уже вызвал.

— Есть! — Одновременно рявкнули те.

— Картина маслом. — Подумал Артём, глядя на вытянувшихся по стойке «смирно» милиционеров и лежащих парней.

— Бадыгин, ты? — Обратился один из милиционеров к лежащим на полу, когда Александр Васильевич вышел.

— Я. — Лежавший парень протрезвел и теперь заметно трясся.

— А это кто?

— Колян Симонин. — Голос говорившего дрожал, словно тот силился сдержать слезы.

— Ты уже понял, что вляпался круче некуда? — Продолжил допрос милиционер. Лежавший не отвечал, лишь молча трясся.

— Видимо да. — Удовлетворенно кивнул второй милиционер, не спеша нагнулся, прилаживая к запястьям лежавших наручники.

— Ну, вставайте, господа, карета подана. — Парни поднялись и сопровождаемые обеими милиционерами посеменили на улицу.

— Ты не переживай, позвони мне, как оклемаешся. — Егор присел на корточки около Артёма.

— Я… — Начал тот, но не успел закончить, в подъезд зашли две женщины в белых халатах.

— Красавец. — Просто сказала одна из них, видимо врач, нагибаясь к Артёму.

— Голова не кружится? Не тошнит? — Спросила она, Артём кивнул. — И кружится и тошнит? — Уточнила женщина, он снова кивнул. — Доставай. — Скомандовала она санитарке и та сразу завозилась в поставленном на пол чемоданчике.

Через три минуты Сергей и Егор уже помогали Артёму сесть в скорую.

— Артём, ты не переживай, я в агентство позвоню. — В уже закрывавшиеся двери крикнул Егор.

— Куда его? — Зачем-то спросил у замешкавшейся санитарки Сергей.

— Куда-куда, в ЦКБ естественно. — Ответила та, словно это было что-то само собой разумеющееся. Дверь захлопнулась, машина рванула через двор в Филипповский переулок, резко повернула направо, потом налево, через дворы выскочила в Большой Афанасьевский — направо, включила сирену и, не сбавляя скорости, протряслась по брусчатке пересекая Арбат, выскочила на Новый Арбат. Водитель резко перестроился в крайний левый ряд, развернулся через две сплошные в сторону области и машина ровно помчалась моргая сиреной.

— Ты сам откуда? — Спросила девушка санитарка, приладив непослушный чемоданчик на его место и устроившись на сиденье.

— Из под Караичева. — Ответил Артём.

— Это где такое?

— В Ростовской области.

— Не ближний свет.

— Не то слово, возле Караичева даже село есть — Глухоманово. — Ответил ей Артём и улыбнулся. Девушка засмеялась.

— А в Москве чего забыл?

— А в Караичеве что делать?

— А что и все!

— То есть пить? — Уточнил Артём, девушка сразу посерьезнела.

— А я из Новых Лядов. — Артём посмотрел ей в лицо. — Это под Пермью. — Пояснила она. — Большая товарная станция. Была. — Она замолчала ненадолго. — Я в пермской медакадемии училась, пока родители помогали, потом все, и академия закончилась, вот, школьный друг помог сюда устроиться, в Москву перебраться. — Девушка снова замолчала.

— А я в МАИ учусь. — Зачем-то сказал Артём. — И вот, подрабатываю в недвижке. — Он хотел продолжать говорить, но санитарка его перебила.

— Молчи лежи.

— Пить хочу.

— Это нормально, но не положено.

Артём закрыл глаза, ему вдруг сильно захотелось спать.

— Э-э-эй, глаза не закрывай, сознание терять тебе тоже не положено. Скоро приедем, уже на Рублевку свернули. — Она взяла Артём за руку. — Ты в ЦКБ был когда-нибудь? — Спросила девушка, Артём отрицательно мотнул головой. — Тебе понравится. — Она улыбнулась и очень нежно положла ему на лоб чуть влажную ладошку.

— Не представляю, что может понравится в больнице. — Смутившись от ее нежного прикосновения пожал плечами Артём. Медсестра не ответила: женщина врач открыла окошко между кабиной и медотсеком, поманила ее и они о чем-то начали разговаривать. Артём занялся разглядыванием антуража скорой помощи.

Вроде, обычная скорая, но совсем не похожая на ту, в которой его когда-то давно везли из колхоза в райцентр с аппендицитом. Лежанка была мягкой и удобной, с поручнями. Два кресла рядом с ней с высокими спинками и оборудованные ремнями безопасности. На встроенных полках притаились какие-то приборы из которых Артём опознал только аппарат ЭКГ и кардиостимулятор. А медицинский чемоданчик уютно стоял в явно специально для него предусмотренной нише.

— Москва. — Подумал он. Машина притормозила, снова ускорилась, повернула и совсем остановилась.

— Приехали. — Девушка повернулась к Артёму и снова приветливо улыбнулась. Артём хотел встать.

— Лежи, лежи, лежи. — Она придержала его за плечи. Задние двери открылись, два угрюмых санитара в белых халатах взялись за лежанку, потянули на себя, снизу открылись колесики, и она превратилась в каталку.

— Ну что вы совсем из меня инвалида сделали. — Запротестовал Артём, а про себя подумал. — Как в кино.

— Лежи. — Махнула на него рукой санитарка. — Здесь так положено.

— Как в лесу. — Успел подумать Артём прежде чем санитары вкатили его в массивное строение сталинской эпохи окруженное старыми соснами.

Приемный покой с большими картинами в массивных рамах на стенах и кожаной мягкой мебелью был больше похожий на reception хорошего отеля. Телевизор на стене, ковры, и массивный старинный стол из-за которого немедленно поднялась сестра приемного покоя.

— По распоряжению? — Спросила она у сопровождавшей Артёма санитарки, та кивнула.

— Паспорт есть? — Обратилась она к Артёму.

— В сумке. — Кивнул он в ответ и закашлялся от чего в голове тут же помутнело, но он совладал с собой.

— Во вторую хирургию. — Немедленно распорядилась она и санитары молча покатили Артёма по широким застеленным коврами коридорам. Лифт, третий этаж, снова коридоры, вывеска: «2-е хирургическое отделение».

— Ну привет, боец. — Обратился к Артёму встречавший около дверей отделения молодой врач в светло-зеленом халате. — Аллергии на лекарства есть?

— Нет.

— Ну и славненько. Сейчас укольчик и отдыхай.

Артёма провезли внутрь отделения, закатили в процедурный кабинет. Врач, мурлыча себе под нос какую-то мелодию, заправил одноразовый шприц, подготовил руку Артёма и аккуратно уколол его в вену.

— Ты где ходишь? — Не отрываясь от Артёма спросил он у кого-то входившего в кабинет. Кто это был, Артём уже не увидел: в глазах потемнело и изображение пропало.

Тело куда-то повлекло, перед глазами на долю секунды мелькнула какая-то черная машина и мужчина в черном же костюме подхвативший его под руки, изображение дернулось, продемонстрировав отделанную кожей приборную панель автомобиля и совсем пропало.

Когда Артём очнулся, на улице уже потемнело. Он лежал в небольшой палате с аккуратно выкрашенными в бежевый цвет стенами, но не как в обычной больнице, а как-то приятно, матовой краской и очень ровно, аккуратно. Высокие потолки, огромное окно за которым открывался вид на сосны и, где-то вдали, торчавшие из-за них две многоэтажки. Тумбочка возле кровати, большой встроенный шкаф, обеденный стол, пара стульев, холодильник в углу, над ним на кронштейне телевизор.

— Шикарно. — Подумал Артём, вспоминая восьмиместную, кое-как выкрашенную зеленой краской палату в которой он лежал после удаления аппендицита.

У стены напротив стояла вторая, точно такая же как у Артёма кровать растрепанная ушедшим с нее человеком. На тумбочке возле нее лежали большие очки в роговой оправе и заботливо обернутая газетой книга.

За стенкой зашумела вода в унитазе, потом из под крана, около входа в палату открылась небольшая, не замеченная раньше Артёмом дверь и оттуда вышел вытирая руки пожилой, лет семидесяти, мужчина.

— Проснулся? — Он прищурившись посмотрел на Артёма. — Сейчас доктора позову. — Мужчина бросил полотенце на свою кровать и вышел.

— Номер «Люкс», с собственным туалетом. — Подумал Артём. — В Москве все больницы такие, или просто мне повезло? Наверное повезло.

В приоткрытое окно приятно веяло прохладой и долетало щебетание вечерних птиц. Артём аккуратно ощупал голову: она была плотно, шапочкой, забинтована.

— И чего они так распереживались, — подумал он. — всего-то бутылкой по голове схлопотал, велика проблема. В нашей деревне день — через день кому-нибудь бутылку об голову били и ничего. В крайнем случае до больницы доковыляет, зашьют и свободен.

Дверь палаты открылась, пропуская уже знакомого врача и соседа по палате.

— Ну-с, друг сердешный. — Обратился к нему доктор. — Как себячувствие?

— Хорошо.

— Повязка не жмет, не тянет?

— Да нормально все, не стоит из-за меня так беспокоится.

— Твое счастье, что Александр Васильевич человек в таких делах опытный, сразу понял, что дело серьезное. — Усмехнулся в ответ доктор. Артём удивленно посмотрел на врача. — Оно, обычно, от такого удара ничего страшного не бывает, так, почистили — зашили и можешь домой топать. — Продолжал доктор. — Но тебе повезло, в кавычках. Бутылка полная была, и бил он видимо от души. Результат: ушиб мозга и десятисантиметровый шов от макушки и почти до шеи, еще малость и прости-прощай — артерия.

— Но… — Хотел его перебить Артём.

— Так что, молодой человек, гостить тебе у нас недели две. — Безапелляционно закончил доктор. — Родные в Москве есть?

— Нет. — Артём судорожно соображал, кому надо позвонить, сообщить и попросить привезти вещи.

— Плохо. Говори, кого оповестить и кто может тебе вещи привезти?

Звонить было не кому. Все институтские знакомые были москвичами и наверняка разъехались на майские праздники, то есть вернутся в Москву не раньше чем дня через три. Сосед по съемной квартире уже давно как и Артём сдал сессию и уехал проведать родителей.

— Ну. — Поторопил его доктор.

— Некому звонить. — Пожал плечами Артём.

— А друзья? Родители?

— Сокурсники все на праздники разъехались, а родителей у меня нет. — Артёму вдруг стало очень тоскливо. — А на работу уже сообщили.

— А что, на работе друзей нет?

— При нашей текучке не то что друзей, знакомых не завести. — Усмехнулся Артём.

— Что ж за работа за такая? — Встрял в разговор сосед по палате.

— Недвижка. — Понуро буркнул Артём.

— Понятненько. — Задумчиво протянул доктор. — Ладно, сегодня спи-отдыхай, завтра разберемся.

— А перекусить нечего? — Робко осведомился Артём. — С утра ничего не ел.

— Не надо пока, утром покушаешь. — Доктор вышел.

— Кто это тебя так припечатал. — Дедушка проводил доктора взглядом и немедленно взгромоздился на кровать. Спихнул с ног тапочки и, неожиданно ловко, даже привычно, сел в позу «лотоса».

— Да так, в подъезде. — Отмахнулся Артём.

— Я Марк Исаевич. — Представился дедушка. — А вас, молодой человек, как величать?

— Артём.

— Будем знакомы. В подъезде значится. — Продолжил Марк Исаевич, помогая руками ногам стянуться в более плотный узел. Артём кивнул.

— От дождя спрятался, и вот.

— Что, прям вот так, просто, ни с того ни с сего, и сразу Александр Васильевич спасать-выручать приехал? — Глаза дедушки светились озорным огоньком.

— Нет. — Ответил Артём и, сам не поняв почему, вдруг рассказал ему, как все было.

— Так-так-так. — Протянул Марк Исаевич. — Сам значится не понял, почему рот открылся?

— Словно кто-то заставил. — Кивнул Артём.

— Любопытно, а где это говоришь было?

— На Гоголевском.

— А точнее?

— В двадцать девятом доме.

— Очень интересно! — Воскликнул Марк Исаевич, расплел ноги, опустил их с кровати и начал нащупывать тапочки.

Дверь в палату открылась и, толкая впереди себя тележку с шприцами и лекарствами, вошла медсестра.

— Марк Исаевич, ваши вечерние. — Она поставила перед соседом Артёма маленький стаканчик с двумя пилюлями.

— А вы, молодой человек, — обратилась она к Артёму, — пожалуйте на бочек, укольчик.

Артём послушно завозился поворачиваясь на правый бок от чего голова начала слегка кружиться. Медсестра опередив его ловко сдвинула чуть в сторону, не приспуская, трусы, шмыгнула ваткой и…

— Все. — Она отложила на столик пустой шприц.

— Как ловко у вас получилось. — Не смог скрыть удивления Артём> снова поворачиваясь на спину. Девушка в ответ улыбнулась, посмотрела на него и ее лицо сразу посерьезнело.

— Голова не кружится?

— Есть немного. — Признался Артём. — Слабость.

— Поспать вам, молодой человек, надо. — Она повернулась к дедушке. — Марк Исаевич.

— Да-да-да. — Опередил он ее. — Я как раз погулять собирался, да и…

Продолжения Артём не услышал, веки сами закрылись и он уснул.