С того самого момента события происходили все быстрее и быстрее. Однажды я окончательно поняла, насколько было скучно Джейку, что мы, сами того не зная, поместили его блистательный, активный, растущий ум в коробку, в которой он не помещался, и университет был разумной альтернативой.

Было нелегко убедить в этом Майкла, это было серьезное препятствие, но само поступление было не менее сложным. Доктор Рассел хотел убедиться, что Джейк сможет просидеть длиннющие лекции, никому не мешая и не устраивая фокусов. Джейк к тому времени посещал университетские лекции уже два года и не получил ни единого замечания, но я все время находилась рядом с ним в соседнем кресле. Теперь ему придется все делать самому.

Один из деканов нашей старшей школы приводил ко мне в детский центр детей, когда они были совсем маленькими, поэтому был знаком с нашими мальчиками. Когда я рассказала ему о том, что нам предложили, он пригласил Джейка посетить математический класс, где проходило обзорное повторение для подготовки к выпускному экзамену по математике. Я не знала, что из этого получится. Джейк умел тихо и спокойно сидеть, но он никогда не получал заданий, выходящих за пределы программы пятого класса, где проходили дроби, а теперь они будут повторять то, что прошли за целый семестр, притом это был самый сильный математический класс во всей Индиане.

Занятия должны были начаться через две недели. Я объяснила ситуацию Джейку:

— Не волнуйся, ты можешь не знать интегралы. Они просто будут смотреть, как ты себя ведешь. Тебе нужно спокойно сидеть в классе.

Джейк посмотрел на меня:

— Я не буду сидеть так просто, если не буду знать, что происходит.

Я вздохнула:

— Конечно, милый.

Джейку понадобились учебники, и мы их купили. Потом он сидел на крыльце перед домом на весеннем солнцепеке и учил формальный язык геометрии, алгебры, тригонометрии и интегралов. Он все это сделал сам, и ему понадобилось две недели. Как мы впоследствии обнаружили, Джейк уже самостоятельно выучил фундаментальные принципы математики. Так же как мы понимаем принцип сложения, не зная, что означает знак плюс, так и Джейк сам создал свою систему интегралов. Он просто не знал, как их записывать, чтобы другие математики могли его понять.

Джейк сдал выпускной экзамен по математике вместе с остальными ребятами и обставил всех. Фактически он был единственный, кто смог ответить на дополнительный вопрос — такой трудный, что учитель попросил его выйти и написать решение на доске.

В тот день, когда я приехала за ним, нашла его в кругу восхищенных старшеклассников, на голову выше его самого. Тем временем нужно было много сделать, чтобы заполнить бланк заявления на программу SPAN. Однажды вечером Джейк сказал мне, что нашел онлайн высшую школу Университета Индианы.

— Хочу записаться на продвинутый курс истории США, — сказал он.

Мы не возражали, а через пару недель он пришел к нам с новой просьбой. В университете был компьютеризованный тестовый центр, где он мог сдать экзамен по программе экстерната (CLEP), которая была создана для того, чтобы помочь студентам сдать на университетском уровне те предметы, которые они уже изучали в школе, в этом случае им не нужно было тратить время и деньги на посещение занятий. Теперь Джейк хотел попробовать сдать зачет по истории США, который прошел онлайн.

В следующие выходные мы поехали в кампус. Администратор за стойкой отделения экстерната спросила, чем она может помочь, и я сказала:

— Мы хотели бы сдать экзамен по программе экстерната по истории США.

— Мы? — не поняла она.

— Мой сын, конечно.

— Извините, пожалуйста, но ему самому придется прийти и записаться на экзамен. Вы не можете это сделать за него.

Мы с Джейком в недоумении уставились друг на друга, а затем тоненький голосок произнес:

— Здесь, внизу!

Администратор встала и заглянула за край стойки, Джейк хохотал и махал ей руками.

— Вот ты где! Привет! — сказала она.

У Джейка не было никаких документов с фотографией, как, например, удостоверение личности студента или водительские права («А пойдет моя библиотечная карточка?» — спросил он), поэтому женщине пришлось позвать заведующего, чтобы Джейку могли присвоить регистрационный номер. Потребовалось некоторое время, чтобы система позволила ему сдавать экзамен, но администратор была просто очарована тем, что такой маленький мальчик будет сдавать экзамен наравне со взрослыми студентами, и слегка сбита с толку. Помню, когда я заглянула к нему, чтобы проверить, все ли в порядке, он сидел на стуле и болтал ногами, отвечая на вопросы. Компьютер сам выдает результат, если немного подождать, и, конечно, Джейк сдал экзамен по истории США в то утро. Его поздравил весь персонал офиса экстерната, как будто они были с ним знакомы всю жизнь.

Это только подстегнуло его. Он выходил в Интернет и занимался по всем курсам, которые только мог найти. А потом в выходные просил отвезти его в университет, чтобы он мог сдать экзамен. Через некоторое время мне пришлось с ним поговорить. Сдать экзамен CLEP стоило примерно 75 долларов. Но это было несравнимо меньше, чем мог бы стоить полный курс, тем не менее мы никак не могли позволить ему сдавать экзамены каждую неделю. И мы договорились, что он будет сдавать их один раз в две недели.

На экзамене по астрономии ситуация сложилась очень забавная. Джейку понадобилось только пятнадцать минут из отведенных на экзамен двух часов, чтобы получить превосходный результат. Персонал офиса CLEP, с которым Джейк к тому времени уже подружился, не мог поверить своим глазам.

Одновременно мы собирали бумаги, затребованные доктором Расселом: я представила отчеты Джейка — тест на проверку умственных способностей IQ и заключение доктора Хейла, отзывы профессоров, чьи занятия он посещал, данные о сдаче зачетов экстерном по программе CLEP, а также отзыв учителя по математике старшей школы, который подтверждал, что Джейк может высидеть полноценное занятие самостоятельно. Через несколько недель мы получили письмо, где говорилось, что Джейк принят. Сам Джейк прыгал и визжал от радости. Вскоре после этого доктор Рассел пригласил нас на короткое приветственное интервью.

В день интервью я попросила Джейка наменять нам монет для счетчика на парковке (ему очень нравилось опускать монеты в щель). Джейк разменял слишком крупную сумму, и монеты едва помещались у него в карманах. Когда он сел на стул перед доктором Расселом, все монеты вывалились из карманов на пол. Джейк никак не смог сконцентрироваться, пока не поднял их все и не засунул обратно в карманы. Когда он второй раз попытался сесть, монеты с ужасным грохотом высыпались снова и раскатились по полу. Джейк попытался их удержать, потом стал собирать их в бейсбольную кепку. Естественно, они тут же высыпались через дырку на задней стороне кепки.

Процесс рассыпания и собирания монет не прекращался, похоже, он никогда бы не закончился, как у тех трех бездельников. Я бы с удовольствием посмеялась, если бы ситуация не была такой серьезной — интервью моего сына по поводу поступления в университет. Доктор Рассел пытался помочь ему, предлагая бейсболку и бумажный пакет с логотипом SPAN, но Джейк не обращал на него внимания, поскольку охотился за раскатившимися во все стороны монетами. Постепенно Джейк собрал большую часть монет, доктор Рассел дал ему бейсболку и бумажный пакет с логотипом SPAN и треугольный флаг IUPUI Jaguars, чтобы тот повесил его на стену. Продолжая собирать и отслеживать монеты, Джейк, надев на голову бейсболку SPAN, направился из кабинета в холл. Интервью полностью провалилось. Когда доктор Рассел положил мне руку на плечо, у меня упало сердце.

— Судя по тому, что мы увидели сегодня, мне кажется, нам следует начать не торопясь, и в первом семестре у него будет три часа, — сказал он. — Давайте честно посмотрим на Джейка и дадим ему возможность и подрасти, и усовершенствовать свои навыки общения.

То, что у Джейка будет только одно-единственное занятие в первом семестре, было ужасно, особенно потому, что мы забрали его из начальной школы. Я винила себя.

Обычно мы с ним заранее проигрываем новую ситуацию, но кто мог предположить, что у него из карманов будут сыпаться монеты? Конечно, Джейк был огорчен. Теперь он уже мог видеть обещанную «землю», но его туда пока не пустили. Даже признавая незрелость Джейка, я не была уверена, что будет честно, если его станут приструнивать. Он все еще выглядел очень маленьким, ему не удалось с блеском провести интервью, но вряд ли три месяца сыграют значительную роль, вряд ли он вырастет и значительно повзрослеет. Тем не менее он записался на единственный курс, который ему разрешили выбрать: вводный курс в математику многомерных пространств. Когда мне в первый раз попал в руки учебник, я его пролистала и была ошарашена. Там были те самые геометрические фигуры, которые завораживали Джейка еще с того времени, когда он не умел ходить. Как-то нереально себя ощущаешь, когда открываешь учебник университетского курса и находишь там то, чем сын занимался не умея еще разговаривать. Мысленно я всегда помещала фигуры, которые выстраивал Джейк, в одну категорию с «Лего» и «Линкольн логз» (он ими пользовался, когда выстраивал свои причудливые формы): забавными маленькими детальками, которые закупоривали пылесос, когда туда попадали, и больно кололись, когда на них наступаешь босиком.

Уже к третьему занятию Джейк организовал учебную группу и выступал в роли наставника в отношении других ребят в группе. Профессор также хотел, чтобы Джейк принял участие в математическом клубе для старшеклассников, который работал по утрам в субботу, — тренировочный лагерь для тех, кто хочет принимать участие в математических олимпиадах. Я привезла туда Джейка в субботу, чтобы он увидел, что это такое; я также надеялась, что, может быть, он сможет найти там друга. Прозвенел звонок, и профессор показал мне, где находится автомат с кофе и книжный магазин. Пять часов спустя я поняла: математический клуб означает, что Джейку придется сидеть в душном классе, расположенном в полуподвальном этаже, с группой ребят и заниматься математикой.

Мне очень нравилось, как мы обычно проводили выходные, и это уже стало нашими традициями. Всей семьей мы отправлялись куда-нибудь, где завтракали-обедали блинчиками, затем ехали в центр отдыха и развлечений или к пруду недалеко от нашего дома, иногда наведывались к соседям и вместе готовили шашлык. Когда было холодно, мы отправлялись в книжный магазин, там мы знакомились с книжными новинками, пили горячий шоколад со взбитыми сливками в кафе или пекли печенье дома, приглашали друзей и затевали какую-нибудь игру. Такой стиль жизни казался мне очень важным с тех пор, как мы забрали Джейка из школы. Было особенно важно поддерживать те дружеские связи, которые у него завязались, когда он еще ходил в школу, а те дети были свободны по выходным.

Приняв все это во внимание, когда приехала за Джейком, я решительно настроилась и сказала ему, что, скорее всего, он не будет участвовать в этих занятиях. Он сразил меня наповал. Залезая в машину, Джейк сказал:

— Было здорово, но мне не нужно делать это еще раз. — Накануне он нашел задачи математической олимпиады онлайн и до двух часов ночи решал примеры просто так, для развлечения. Ему это не было трудно, и он не хотел отнимать шанс выиграть у того, кто с таким упорством занимался, чтобы попасть на соревнования. — Они и правда очень серьезно готовятся, мама. Будет нечестно.

Я почувствовала такую гордость за своего сына в тот момент, как если бы он получил Филдсовскую медаль, самую высокую награду в области математики в мире. Джейк знал, что у него еще будут победы мирового уровня, и понимал, что это соревнование не для него.