Их губы встретились. Коннор чувствовал себя так, словно этих семи лет не было вовсе. Ее губы были мягкими и теплыми. Он ощутил запах красного вина, которое они только что пили, и такой родной и опьяняющий аромат кожи самой Бесс.

Ее длинные волосы разметались по плечам и спускались почти до поясницы. Сквозь тонкую одежду он чувствовал ее груди, и ему смертельно хотелось взять их в свои ладони и поиграть сосками. Он оторвался от ее губ только для того, чтобы начать целовать лицо и шею, а потом добрался и до нежной маленькой мочки уха.

Бесс выгнулась навстречу ему и застонала от удовольствия. Потом подняла ногу и обвила его бедро. Коннор с неимоверным трудом сдерживал себя. Рука Бесс потянулась к молнии на его джинсах… и в этот момент раздался звонок в дверь.

Коннор замер, его сердце, казалось, перестало биться.

В дверь опять позвонили.

— Я думаю, это привезли пиццу, — произнесла, наконец, Бесс. Ее голос был хриплым от неудовлетворенного желания.

— Похоже на то!

Коннор продолжал пристально смотреть на нее, пытаясь прийти в себя. Парень, который привез пиццу, перестал звонить и принялся стучать в дверь. От громкого стука Коннор вздрогнул, как ужаленный, и крикнул:

— Иду!

Одернув джинсы, чтобы те не так откровенно выпирали в области ширинки, он пошел открывать дверь.

На пороге стоял нахально улыбающийся подросток в фирменной футболке пиццерии. Он протянул Коннору белую плоскую коробку, предварительно оторвав приклеенную бумажку с ценой.

Коннор дал ему лишнюю пятерку на чай и носком ботинка захлопнул за ним дверь.

Когда он вернулся в гостиную, Бесс уже успела встать с дивана и привести себя в порядок. Похоже, она вовсе не собиралась продолжать прерванное занятие.

Посмотрев на нее, Коннор ничего не сказал и лишь с грустью вздохнул.

— Пицца отлично пахнет, — сказал он, чтобы хоть как-то снять растущее между ними напряжение. — Ты не принесешь тарелки?

— Конечно, — отозвалась Бесс и, чуть расслабившись, направилась на кухню.

Подойдя к дивану, Коннор поставил коробку с пиццей на длинный прямоугольный кофейный столик, сел и снял крышку с коробки. Через пару секунд вернулась Бесс с тарелками и бумажными салфетками. Она поставила все на стол и тоже устроилась на диване.

Коннор ловко положил по два куска на каждую тарелку и вновь разлил вино по бокалам.

Скромно потупив взгляд, Бесс взяла у него из рук тарелку и поставила ее себе на колени.

— Может быть, мне лучше подняться в свою комнату, чтобы не мешать тебе, смотреть футбол или чего ты там смотришь, — кокетливо сказала она, убирая за ухо прядь волос.

Ему показалось, что надменная, холодная женщина вновь исчезла, а рядом с ним сидит насмешливая и острая на язык подружка его школьных дней.

— Не надо, — проговорил он, погладив ее по руке, и обрадовался, что она не отдернула руку. — Оставайся здесь, я сейчас поставлю какую-нибудь чепуху, и мы ее вместе посмотрим.

Сначала она ничего не ответила, но потом подняла голову, посмотрела ему в глаза и едва заметно улыбнулась.

— Хорошо! Только, чур, я выберу фильм.

Коннор откинулся на спинку дивана, с притворным ужасом схватился за голову и воскликнул:

— Нет. Только не это! Ты наверняка выберешь какую-нибудь бабскую муть.

Бесс ухмыльнулась.

— Очень может быть!

Она откусила небольшой кусочек пиццы и не спеша, подошла к шкафу на другом конце комнаты, где лежали диски с фильмами.

Выбрав кино, которое ей хотелось посмотреть, Бесс вставила диск в видеомагнитофон и вернулась к дивану. В этот раз она постаралась устроиться подальше от Коннора и как бы, между прочим, положила между ними диванную подушку. Только после этого взяла свой бокал с вином и нажала кнопку «Play» на пульте.

— Мне должно быть страшно? — спросил он, не переставая жевать пиццу.

Не отводя взгляд от экрана телевизора, Бесс пожала плечами.

Кино началось. По первым музыкальным аккордам он уже догадался, какой фильм она поставила.

Его лицо расплылось в улыбке, она выбрала его любимый фильм «Скорость»… Кен Ривз и Сандра Буллок пытаются не погибнуть в мчащемся автобусе. Боевик, который можно назвать фильмом о любви.

— Хм. Я рад, что сам заказывал пиццу, а не доверил сделать это тебе, а то, скорее всего, пришлось бы, есть пиццу с отваром из тофу и ананаса.

— Не валяй дурака! Тебе очень полезно было бы поесть тофу.

— Спасибо, но я предпочитаю мясо с картошкой.

— Твой наборчик! — Бесс взяла кусочек зеленого перца, запеченного в расплавленном сыре, и положила его в рот. — Ты знаешь, я собираюсь пробежать завтра десять миль, чтобы сжечь все эти калории, — сказала она.

— Может быть, и я побегаю с тобой, — небрежно ответил он и тут же пожалел о случайно вырвавшихся словах.

У него не было привычки бегать трусцой. Он достаточно много работал физически в течение дня, строя новые и ремонтируя старые дома. Иногда он все-таки заходил в спортивный зал, но это случалось нечасто. Он не испытывал никакой потребности, а тем более необходимости в беге трусцой, но ради Бесс он готов был попробовать.

— Что ты так смотришь? — спросил Коннор, прикидываясь оскорбленным. — Ты думаешь, я не могу бегать? И загнусь после первых десяти минут?

— Что ты, я уверена, что ты способен убежать от медведя или сбегать за холодным пивом, но просто так, ради упражнений, сомневаюсь. — Она весело рассмеялась, глядя на него.

Коннор нахмурился.

— Хорошо, придется доказать тебе, что я прирожденный бегун. В котором часу, ты собираешься завтра на пробежку?

— В шесть.

Для него это не было слишком рано. Частенько, когда у них скапливалось много заказов, ему приходилось вставать еще раньше, чтобы успеть, все приготовить для работы.

— Отлично! В шесть так в шесть.

Прижав бокал к глазам, она сквозь стекло внимательно посмотрела на Коннора.

— Ты, правда, собираешься бегать?

— Только ради того, чтобы посмотреть, как это делаешь ты.

Бесс изо всех сил старалась не расхохотаться. Она уставилась в пол и прикусила щеку в надежде, что это поможет ей справиться со смехом. Коннор попался в ловушку, которую она ему расставила.

На следующее утро, когда Бесс спустилась вниз, Коннор уже ждал ее там. Несмотря на ранний час, он выглядел совершенно проснувшимся и готовым на подвиги. На нем были шорты и футболка. В стенном шкафу он нашел кроссовки Ника, и они ему вполне подошли. Коннор и Ник были одного роста и похожего телосложения, довольно часто они менялись одеждой, обувью и вообще всем на свете.

Бесс и Коннор прихватили по бутылке воды и выскочили на улицу. Солнце едва показалось за горизонтом, и на улице было сумрачно, довольно прохладно и сыро. Они начали со спортивной ходьбы по обочине, потом перешли на бег. Поначалу Коннор бежал быстро и достаточно легко, могло даже показаться, что он бежит лучше, чем Бесс. Последнее время она бегала только на дорожке-тренажере с наушниками, слушая хорошую музыку, чтобы не было скучно.

Пробегая мимо хозяйственного магазина, они решили, что сегодня обязательно туда заедут, чтобы купить все, что нужно для ремонта.

Затем Бесс несколько увеличила темп, и очень скоро Коннор понял, что дыхание его сбивается, и он начинает отставать. От бега у него заболели икроножные мышцы, а футболка на спине и груди промокла от пота. Не то чтобы он находился в плохой спортивной форме, абсолютно нет, просто он привык к другого рода упражнениям: носить тяжести, пилить доски и бревна, забивать гвозди и костыли.

Прекрасно понимая это, Бесс покосилась на бегущего рядом Коннора и решила, что, пожалуй, с него вполне достаточно на сегодня. Они бегают уже где-то около часа, но, зная, насколько Коннор упрямый, она понимала, что он никогда не остановится первым, и будет бежать до тех, пока не упадет в изнеможении.

Бесс чуть замедлила шаг и дала Коннору возможность догнать ее. На улице стало несколько светлее, но мелкий дождь все еще моросил.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, наперед зная, что он ей ответит.

— Отлично! — чуть рассерженно ответил он, вытирая капельки пота, смешанные с дождем, которые скатывались по его лицу. — Я могу бегать так хоть целый день!

— Безусловно! Нисколько не сомневаюсь. Ты настоящий марафонец, а вот я уже немного устала, — ответила Бесс и отвернулась, чтобы он случайно не заметил ее улыбку.

Они уже были около дома Ника. Бесс еще немного походила перед домом, чтобы восстановить дыхание, а Коннор присел на корточки, положил руки на колени и сделал несколько глубоких вдохов.

— Я предлагаю помыться и отправиться в город, — сказала Бесс.

— Договорились. Хочешь первой пойти в душ? — спросил он, выпрямившись и вытирая потный лоб краем футболки. При этом он смотрел на нее таким взглядом, от которого все ее забытые фантазии взыграли с новой силой.

Она отпила большой глоток воды, чтобы смочить пересохшее горло, и вытерла ладонью губы.

— Нет, ты первый.

Было видно, что он нуждается в душе больше, чем она.

— Ты уверена?

Она кивнула, поднялась на ступеньку и открыла замок.

Пока Коннор мылся, Бесс поставила бутылку минеральной воды в холодильник и поднялась к себе в комнату, чтобы переодеться. Собираясь сюда, она не захватила много вещей и теперь не была уверена, что у нее сыщется еще что-нибудь чистое. К ее облегчению, она нашла пару темно-синих слаксов и легкую майку, должно подойти, если только Коннор не заставит ее отскребать и красить стены.

Наконец вода в ванной перестала литься, и через несколько минут дверь открылась. Бесс подняла голову — и замерла. Коннор был необычайно сексуален! Она, как завороженная, следила за каплей воды, которая медленно прокатилась по широкой и мускулистой груди, покрытой завитками золотистых волос, и исчезла под полотенцем, прикрывавшим бедра.

— Ванна — твоя, — негромко произнес он. Облизнув губы, Бесс подняла глаза. На его лице играла едва заметная усмешка.

Какой ужас! Мало того, что она смотрела на него влюбленными глазами, так он еще и заметил это.

Возьми себя в руки! — приказала сама себе Бесс. Вполне достаточно, вчерашней сцены на диване! Но вслух сказала:

— Спасибо.

В свое время она уехала в Лос-Анджелес, чтобы избавиться от тяги к Коннору, но, похоже, вернувшись в Кристалл-Спринг, она вновь подпала под ту же зависимость.

Это еще одна причина, почему ей надо, как можно скорее вернуться в Калифорнию. Может быть, там она сможет восстановить утраченное равновесие?

Некоторое время они стояли, молча, глядя друг на друга.

Наконец Бесс с трудом отвела от него глаза, глубоко вздохнула, собрала с кровати приготовленную одежду и проскользнула в дверь, стараясь не коснуться его руки или обнаженной груди.

— Я буду готова, через пару минут, — мягко проговорила она.

— Не торопись!

Прежде чем закрыть за собой дверь в ванную, она еще раз взглянула на Коннора через плечо и заметила, как жадно тот смотрел на нее. По ее телу тут же прошлась жаркая волна желания. Нет, похоже, ей все-таки придется принять холодный душ.

На следующий день они поднялись рано утром, быстро выпили по стакану апельсинового сока с тостами и отправились в хозяйственный магазин. Бесс не мешала Коннору покупать все, что он считал необходимым. Да и что она могла посоветовать профессиональному строителю по поводу гвоздей или досок для пола? Ее собственные познания в данном вопросе были весьма и весьма ограниченны. Отличить молоток от клещей — разумеется, но не более того.

Зато краску для стен, бледно-зеленого цвета, одинаково подходящую, как для комнаты девочки, так и мальчика, они выбрали вдвоем. Теперь оставалось только купить бордюр.

— Тебе нравится этот? — спросила Бесс. На узкой полоске голубого цвета были нарисованы дельфины, черепахи, медузы и морские коньки. — Я думаю, что голубое, с бледно-зеленым хорошо подходят друг другу, — добавила она.

— Мне нравится. Мы можем купить одеяльце для пеленального столика и занавески на окна в морских ракушках.

Сам столик, кроватку и колыбельку они решили купить потом, когда закончат ремонт.

— Как ты думаешь, ребята не расстроятся, что мы за них сами все выберем для ребенка?

Этот вопрос мучил Бесс с самого утра.

— Ну что ты, конечно, нет. В крайнем случае, они всегда смогут поменять то, что им не понравится. Мы сразу предупредим их, что не обидимся. В конце концов, это их дом и их ребенок.

— Угу! — согласилась она и, взяв рулончик бордюра, уже взялась за тележку, чтобы двинуться к выходу, но Коннор остановил ее:

— В моем списке вещей, которые нужно купить, осталось еще несколько пунктов.

— И что же? — поинтересовалась Бесс.

— Ведь ты не собираешься красить в этой одежде? Или у тебя есть во что переодеться, когда мы вернемся домой?

Покусывая верхнюю губу, Бесс оглядела себя.

— Боюсь, другой одежды у меня нет. Я же не предполагала, что на свадьбе брата вымажусь с головы до ног.

— Я так и думал. Пошли, купим тебе джинсы и футболку.

Забрав у нее тележку, Коннор решительным шагом направился в отдел женской одежды. Бесс послушно пошла вслед за ним.

— Тебе правда не жалко терять время, пока я буду выбирать себе вещи? — недоверчиво спросила Бесс.

— Наоборот, — ухмыльнулся Коннор. — Я надеюсь, что мне повезет и ты позовешь меня в примерочную, чтобы я оценил, как на тебе все сидит.

— Ну, мечтать не вредно! — в тон ему ответила Бесс. Но, затерявшись между вешалок с джинсами в поисках нужного размера, она пробормотала себе под нос: — О! Можешь не сомневаться, я с удовольствием позову тебя.