Закутанные в накидки Каро и Диана уселись в карету. На Диане был костюм богатой римской матроны. Ее завитые каштановые волосы были уложены в прическу и украшены диадемой с рубинами. Маска прикрывала только глаза. Диана не делала никаких попыток остаться неузнанной.

Маркиз — наоборот. Его маска была снабжена крупным носом и кустистыми бровями. Длинные волосы распущены по плечам и сильно припудрены, изображая седину. Простая белая одежда подпоясана, за пояс засунут рулон бумаги. Казалось, на ней изображен чертеж.

— Признаюсь, милорд, даже не могу предположить, кто вы, — сказала Каро, когда они отъехали.

— Я Дедал, инженер и строитель лабиринтов.

Выбор маркиза показался Каро странным.

— Ротгар увлекается всякими техническими вопросами, — пояснила Диана, — в особенности часовыми механизмами.

— О, — вспомнила Каро. — Пружины.

Маркиз улыбнулся.

— А ваш персонаж сразу понятен, — продолжил Ротгар. — Гранат дает прямую подсказку. Он настоящий?

— Нет, он глиняный и весьма тяжелый.

— Но ловко раскрашен, — сказала Диана. — Думаю, его принесли с кухни, хотя понятия не имею, почему он там оказался.

— Чтобы развлечь повара, — предположил маркиз.

Карета замедлила ход, поскольку они подъехали к дому герцога Иторна.

— Тут все прекрасно организовано, Каро, — сказала Диана, — гости избранные, и вам нет необходимости все время держаться рядом с нами. Не глупите, пококетничайте с каким-нибудь джентльменом. Если хотите, конечно, — добавила она с улыбкой.

— Я никогда этого не сделаю.

— Никогда? — Диана произнесла это таким тоном, как будто Каро сказала, что она никогда не ест хлеб.

— Никогда, — повторила Каро.

— Как хотите, — подняла брови Диана. — Надеюсь, вы не станете возражать против легкого флирта.

Каро почувствовала себя неловко.

— Конечно, нет.

— Увы, — посетовала Диана, — никто не будет флиртовать со мной в моем положении.

— Кроме меня, — сказал лорд Ротгар.

— Да. — Диана лукаво улыбнулась мужу, и Каро обдало жаром.

Она быстро отвернулась к окну, жалея, что она не в Йоркшире.

Особняк герцога Иторна соперничал с Маллорен-Хаусом, все окна были освещены. Карета остановилась. Улица была забита зеваками, собравшимися поглазеть на прибывавших гостей, их сдерживала шеренга мужчин в костюмах римских солдат с копьями.

Копья выглядели настоящими.

Такая толпа может быть опасной? Лондонская толпа славилась своим изменчивым настроением. Потом Каро увидела женщин с транспарантом, на котором было написано что-то о Содоме и Гоморре. Черт! Леди Фаулер!

Она с радостью вошла в дом, но занервничала, сняв накидку. И тут же увидела, что на большинстве женщин похожие костюмы. Только дамы постарше выбрали более закрытые наряды. Кстати, здесь тепло, заметила Каро, иначе некоторые нимфы и богини могли легко простудиться.

Многие мужчины тоже легко одеты, некоторые в тогах, открывающих руку и плечо. Тоги в основном с золотой и пурпурной каймой, что указывает на высокий ранг их обладателей. На многих позолоченные лавровые венки. Это герцоги, маркизы и графы? Она поняла иронию маркиза Ротгара, одевшегося античным инженером, и пожалела, что не нарядилась служанкой.

Это заставило ее вспомнить о Карри и рассерженном Кристиане в Фроггат-лейн. Как он мог иметь столько обличий? И почему не все из них скверные, тогда легче было бы его возненавидеть.

На многих мужчинах были древние доспехи, алые плащи, шлемы. Скорее всего это офицеры, подумала она. Простых солдат сюда никто не пустит.

Продвигаясь дальше в холл, Каро задавалась вопросом, как этот дом выглядит в обычные дни. Для маскарада античность умело воссоздана: панели и колонны раскрашены под мрамор, темные драпировки скрывают потолок, изображая ночное небо.

Каро сообразила, что топчется рядом с лордом Ротгаром и Дианой. Так не годится. Отойдя в сторону, она слилась с толпой, которая повлекла ее через череду комнат.

Некоторые гости переусердствовали, подражая античному стилю. На одной полногрудой молодой леди открытый наряд длиной до колена, на лице полумаска и смелая улыбка. Она действительно из приличной семьи?

Один римский сенатор в тоге надел напудренный парик, а воин к кожаным доспехам добавил бриджи и сапоги для верховой езды. Некоторые слишком вжились в образ своего персонажа. Каро миновала группу мужчин, говорящих, вероятно, на древнегреческом.

— Вы хмуритесь, прекрасная нимфа? Кто вызвал ваше недовольство?

Каро вздрогнула, но, погрузившись в вихрь маскарада, принялась играть свою роль.

— Грубые мужчины, конечно, — сказала она, прогуливаясь с джентльменом в тоге. Пурпурная кайма, но никакого лаврового венка. Одно плечо обнажено, на ее вкус, оно слишком массивное, густая поросль темных волос на груди поднимается почти к ключице.

— Увы, все мы низменные создания. А кто вы?

— Догадайтесь, сэр.

Оглядев ее, он увидел гранат и улыбнулся:

— Персефона! Я могу быть вашим Плутоном на эту ночь?

Каро улыбнулась:

— Вы недостаточно мрачный, чтобы быть владыкой подземного царства.

— Слишком веселый? — усмехнулся он. — Зато мы можем весело провести время.

Рядом с ним появилась женщина в багровом наряде и с такой же повязкой на голове. Воплощение горя. Ее маска изображала печаль, но губы изогнулись в улыбке.

— Вы могли бы весело провести время с вдовой, Джаспер.

— Ах, Псише, могли хоть притвориться, что не узнали меня.

— Зачем? — И женщина без всяких извинений увлекла его.

Ну и хорошо! Каро он не понравился.

— Персефона, — заступил ей дорогу мужчина, — позвольте мне вкусить ваш гранат, мое сочное восхищение.

Он не смотрел на плод.

Каро с улыбкой подняла керамический гранат:

— Пожалуйста, сэр, но вы сломаете зубы.

Он искоса взглянул на нее. Он был в тоге, венке и с лирой. Император Нерон, сообразила Каро.

— Я Плутон, — объявил он, — и заберу вас в свое подземное царство.

— Вы Нерон и не имеете надо мной никакой власти.

— Я ваш император. Повинуйтесь мне.

Каро вздрогнула от страха, но они были окружены людьми, весело играющими свои роли. Ей просто не повезло, и она столкнулась с неприятным типом.

Каро развернулась и ушла. Она думала, что он станет преследовать ее, но у него, кажется, хватило ума понять, что дело безнадежное. Однако еще несколько таких встреч, и вечер будет испорчен.

Где-то играла музыка. С радостными восклицаниями гости потянулись вверх по лестнице. Каро, улыбаясь, последовала за ними. Она любила танцевать. Но тут ее схватили за руку.

Она оглянулась, опасаясь увидеть Нерона, но это был мужчина помоложе в короткой тунике из грубой домотканой материи.

— Отшельник? — предположила Каро.

— Слишком печально. Я пастух, пасу коз и козлов. Даже наши императоры и философы нуждаются в том, чтобы их обеспечивали продовольствием.

Она засмеялась, ей понравился его упрямый выбор и то, что он не упомянул Плутона.

Каро присмотрелась к руке спутника: безупречная, с прекрасно отполированными ногтями.

— У вас очень нежные козлы.

Он усмехнулся:

— Какой смысл в маскараде, если все друг друга знают?

— Большинство людей здесь знают вас?

— Вероятно, да. А вас?

— Вероятно, нет.

— Тогда я нашел сокровище. — Он поцеловал ей руку.

Наконец какая-то утонченная забава.

— По крайней мере до зимы, когда я должна возвратиться в Аид.

— Тем больше причин наслаждаться. Идемте танцевать.

Он повел ее в бальный зал, еще более впечатляющий, преображенный колоннами, мрамором и драпировкой. Задев плечом колонну, Каро поняла, что мрамор здесь настоящий.

— Герцог создал превосходную иллюзию, — сказала она, когда они заняли место в линии танца.

— Или его рабы и фавориты.

— Вы хотите низвергнуть тех, кто наверху, чтобы поднять пастуха?

— Нет. Я наслаждаюсь своими привилегиями и роскошью. — Он посмотрел на ее гранат: — Прекрасный плод, но куда его деть, пока мы танцуем?

Каро сунула гранат в подвешенный к поясу мешочек. Сшитый из белой ткани, он был незаметен.

— Браво, — сказал ее спутник, когда танец начался. — Мешочек можно снять? Если так, то им можно действовать как оружием, раскрутив за тесемки.

— Боюсь, сегодня оружие мне может понадобиться.

— Вы столкнулись с хамом? Нельзя быть такой притягательной.

— Увы, это правда, — сказала Каро. — Из-за своего обаяния я и оказалась в подземелье у Плутона.

— Вы предпочли бы уродство?

Она рассмеялась:

— Не больше, чем вы, сэр, выбрали бы бедность.

Фигура танца разделила их, и Каро увидела, что его новая партнерша в полном замешательстве от восторга. Он красив и прекрасно сложен, к тому же богат и титулован. Одним словом, мечта многих женщин.

Всякий раз, когда Каро танцевала со своим пастухом, он нравился ей все больше. Конечно, он восхитительно флиртует. С тех пор как Кристиан вторгся в дом на Фроггат-лейн, она впервые была такой беззаботной.

Кристиан.

Офицер из Лондона.

Каро сообразила, что он может быть здесь.

Не в силах удержаться, она поглядывала на гостей в военных костюмах. Многие сняли тяжелые шлемы. Она видела мужчин крупных и мужчин с белокурыми волосами, но ни одного, в котором эти две черты объединились бы.

И что она сделает, если увидит его?

Нужно избегать его. Ей до сих пор нечего сказать ему. Но она едва сможет это вынести.

Взгляд Каро наткнулся на высокого круглолицего молодого человека в тоге. Он стремился занять чье-то место в танце. Она удивилась, что ему уступили без возражений.

— Кто этот могущественный Цезарь? — спросила она пастуха, указав глазами. — Он, кажется, командует.

— Король, — спокойно ответил ее партнер. — Все, конечно, это знают, но считается, что это тайна.

Когда танец сделал Каро партнершей короля, ей пришлось потрудиться, чтобы сохранить непринужденность.

— Кто вы? — спросил он, рассматривая костюм. — Нимфа?

Каро едва не присела в реверансе и вынуждена была догонять па в танце.

— Персефона, сэр. — И чтобы предотвратить шутку, добавила: — Бедная жертва Плутона.

— Будь я там, защитил бы вас. Как вы думаете, кто я? — спросил он.

Господи, что сказать? Даже анонимные короли, вероятно, не хотят, чтобы о них думали низко. Цезарь — это слишком банально, да и костюм не подходит.

— Философ, — сказала Каро в надежде угодить.

Понравилось.

— Умная девочка, — сказал он. К счастью, в этот момент танцующие поменялись партнерами.

— Думаете, что узнали меня? — спросил он.

— Возможно. Вы военный?

— Тогда я пришел бы в доспехах.

— Какой смысл в маскараде, если все друг друга знают? — напомнила она его фразу.

— Ваша правда. А вы улыбаетесь только Марсу?

— Возможно.

Танец закончился.

— Тогда позвольте найти вам Марса.

Каро предпочла бы остаться с ним, но учтивость требовала, чтобы джентльмен танцевал со многими дамами.

Оглядевшись, он сказал:

— Вот, кажется, есть один.

Он повел ее к группе воинов. Ближайший стоял к ним спиной.

Шаги Каро сделались неуверенными. Рост, широкие плечи, белокурые волосы. Но ее спутник уже окликнул:

— Эй, Марс! Нет, не вы, сэр. Вы. Прекрасная богиня требует вашего поклонения.

Все трое обернулись. Высоким блондином оказался Кристиан Грандистон.

Слава Богу, что на ней бесстрастная маска.

Каро одновременно бросало в жар и в холод. Краска выступила на плечах. Накатила дурнота.

Кристиан посерьезнел.

— Вы ко мне обращаетесь? — сказал он пастуху, положив руку на рукоять короткого широкого меча.

— Знатный господин, благородный сэр, — неубедительно унижался пастух. — Я просто повинуюсь богине.

Глаза Кристиана обратились к ней, и он снова улыбнулся:

— Повиноваться богине — долг каждого смертного. Какова ваша команда?

Каро поняла, что ревнует! Ревнует, что он так улыбается незнакомке. Смешно, но она не хотела, чтобы он узнал ее. Это вызвало бы только новую боль.

Нужно уйти, но вдруг и при первой встрече бегство все откроет? Ясно, что Кристиан не узнал ее, а значит, нужно только изменить голос.

Каро заговорила чуть выше, чем обычно, нервозность придала голосу хрипотцу:

— Приятно иметь в своем распоряжении могущественного воина вроде вас, сэр!

Он поклонился:

— Какой богине я имею честь поклоняться? Венере, богине красоты, или Юноне, управительнице Олимпа?

— У нее есть гранат, — усмехнулся пастух. — Будьте с ним осторожней.

С таинственным молчанием Каро вынула из мешочка гранат.

— Ах, вечное обещание весны, — сказал Кристиан. — Прочь, прислужник. Тебе здесь не место.

— Только с позволения моей богини, — сказал пастух.

Каро поняла, что мужчины знают друг друга и в хороших отношениях.

Кристиан вытащил меч:

— Отпустите его, Персефона, или ваш незадачливый компаньон умрет.

— Я согласна! — пискнула Каро.

Другие два воина уже ушли, теперь ее оставил и пастух.

Кристиан улыбнулся, он, должно быть, заметил ее тревогу.

— Я не так страшен, уверяю вас. Это всего лишь игра.

— Но я тоже играю, — пропищала Каро.

— Тогда ваша жалость прекрасно сыграна.

Каро потупилась:

— Я плохо знаю Лондон и весьма напугана таким множеством незнакомцев.

— Что ж, позвольте мне проводить вас к вашим спутникам. Вы знаете, где они?

— Нет.

— Тогда мы отправимся на поиски.

Кристиан был добр.

Он подал руку. Каро вздрогнула, ее тело и ум вспоминали другие прикосновения.

Он соблазнил Кэт Хантер из греховности, но спас ее из храбрости. И здесь он спасал леди, разволновавшуюся на маскараде. Леди, которую он совершенно не знал и не имел никакой надежды соблазнить.

— Кого мы ищем? — спросил он.

Испугавшись, что упоминание Дианы и Ротгара выдаст ее, Каро сказала первое, что подвернулось:

— Лорда и леди Бинем.

— Не знаю их. Кого они изображают?

— Центурион и патрицианка.

— Наши поиски, вероятно, будут долгими, Персефона, но я не могу сожалеть об этом. Давно вы в Лондоне?

— Несколько дней, — выдохнула она, сила воли таяла.

Он беспечно заговорил о красотах Лондона и местах, которые она, возможно, захочет посетить. Галахад в доспехах эллина.

Сделав паузу, он ожидал ответа, а Каро понятия не имела, о чем он спросил. Они стояли в углу лестничной площадки. Каро разглядывала просторный холл, будто высматривая нужных людей, и увидела человека, которого пастух назвал королем.

— Простите, я отвлеклась. Пастух говорил мне, что тот человек — король. Это правда?

Обернувшись, она застыла. Она не знала, что его глаза могли быть такими холодными и грозными.

— Снова любопытничаете, Кэт? Что, черт возьми, вы здесь делаете? — Он загнал ее в угол. — Не тратьте впустую время, отрицая это.

— Хорошо, не буду, — прошептала Каро, на сей раз нервозность не была притворной.

— Очень разумно. Зачем вы здесь?

— Для… для удовольствия… исключительно для чистого удовольствия!

— В вас нет ничего чистого. Зачем вы здесь?

— Нет, пожалуйста…

— Вы не зря испугались, Кэт, если это ваше имя. Я так не думаю. — Потом он спросил другим голосом: — Почему вы сбежали?

— Потому что я боялась сцены, подобной этой. Дайте мне пройти. — Он так злится из-за этого? Она толкнула его.

— И что я сделал, чтобы эта сцена стала неизбежной?

«Ты заставил меня полюбить тебя».

Каро закрыла глаза.

— Отпустите меня, пожалуйста. В этом нет никакого смысла.

— Я потратил время и выяснил, что в Йорке нет никакого поверенного Хантера.

Каро устало посмотрела на него:

— Да, я лгала. Имя вымышленное. Простите, если рассердила вас…

— И вот вы здесь, интересуетесь королем.

Каро в недоумении уставилась на него.

Проходившая мимо компания вынудила Кристиана посторониться и шагнуть ближе, прижавшись нагрудником к ее груди. Каро зашипела от боли и… от вспыхнувшего возбуждения.

Он отстранился, не заметив этого, но стальной хваткой держал ее запястье.

— Идите со мной.

Каро вырывалась, хотя было больно.

— Нет.

— Идите со мной, — тихо повторил он, — или я вызову помощников и отправлю вас в Тауэр.

— В Тауэр?

— За возможную угрозу безопасности короля.

Каро разинула рот, но Кристиан был убийственно серьезен. Это безумие. В этом можно разобраться за минуту, но не здесь, не сейчас. Кругом военные. Они наверняка мгновенно подчинятся его приказу. Она понятия не имела, где Диана и лорд Ротгар.

Грандистон отпустил ее руку, но тут же крепко взял за талию, лишив возможности сбежать. С улыбкой на лице он повел ее сквозь веселую толпу.

— Как вы узнали меня? — прошептала она.

— По шраму. Но у меня уже было чувство, что я знаю вас. Во всех смыслах этого слова.

Смешно обижаться на эту колкость, но Каро, сжав губы, боролась со слезами.

— Прекратите и позвольте мне объяснить.

— Пока рано.

Его деспотичность напомнила Каро их первую встречу и по идее должна была убить любые нежные чувства. Но увы… Как же больно от его слов.

Чем дальше они шли сквозь редевшую толпу, тем сильнее страшилась Каро. Она не думала, что Кристиан причинит ей вред, но когда он привел ее в комнату, у нее едва не подкосились ноги.

Он закрыл дверь. Маскарад стал лишь отдаленным шумом. Каро оказалась в холодной комнате вроде будуара. Огня в камине не было. Луна светила прямо в окно, заливая Кристиана и комнату бледным ледяным светом.