Поездка в Ройл-Чарт заняла пять дней, этого времени хватило бы, чтобы проверить любой брак.

Ротгара и Диану этот план, казалось, не шокировал. Они, однако, настояли, чтобы Каро взяла с собой Марту. Каро знала, что этого следует ожидать, но присутствие пожилой служанки сковывало. Они с Кристианом могли обсуждать только повседневные события.

Каро порой жалела, что они не взяли с собой Табби, но мать с младенцами была возвращена заботам герцога Иторна.

Впрочем, она узнала о военной службе Кристиана и приключениях за границей, рассказала о своей жизни.

По вечерам им иногда удавалось одним прогуляться у гостиницы, но погода этому не благоприятствовала. Два вечера лил дождь, и им пришлось играть в карты и шашки под бдительным оком Марты Стоукс, занимавшейся рукоделием.

Дороги от дождя раскисли, замедляя движение, и Каро видела, как Кристиан нервничает от нетерпения. В конце концов она посоветовала ему присоединиться к Барлиману и ехать верхом. Он не возражал.

Около Солсбери у кареты отлетело колесо. Кристиан и Барлиман под дождем помогали кучеру.

Высунувшись в окно, Каро крикнула:

— Берегите спину, муж!

Грязный, промокший, он поднял на нее глаза и улыбнулся.

Ремонт оказался невозможным. Марта решительно отказалась путешествовать верхом, даже позади Барлимана, и осталась в карете. А Каро с радостью уселась позади Кристиана, и они отправились в ближайшую гостиницу. Даже без седла Каро чувствовала себя в полной безопасности и имела бесспорное оправдание, чтобы обхватить Кристиана и прижаться к его спине.

— Как хорошо, — сказала она.

— Как холодно и сыро. Мы, вероятно, на день застрянем, пока карету не починят.

— Это очень хорошо, — повторила Каро, и Кристиан рассмеялся.

Они останутся в браке. Теперь она была в этом уверена. Она чувствовала, что Кристиан любит ее, и приходила к уверенности, что он будет ей верен. Ее практичный ум предупреждал, что это безрассудство, но от практичности, похоже, скоро и следа не останется.

Правда, прежде чем принять окончательное решение, Каро решила познакомиться с семьей Кристиана.

Кристиан, похоже, искренне считал, что ей могут не понравиться его родственники.

Возможно, все не так страшно. Судя по его словам, они весьма экстравагантные. Как он объяснил, его родители совершенно не умеют распоряжаться деньгами, именно поэтому ему придется стать сельским джентльменом и научиться управлять поместьем.

Каро не имела никакого намерения тратить деньги, заработанные тяжким трудом Фроггатов, и все же не могла сопротивляться! Их давнему браку не предшествовали договоренности и соглашения. Эйаму Каро намеревалась отдать треть своего состояния, Кристиан имел право распоряжаться всем.

Она знала, что может ему доверять. Если она решит подписать документы о разделе имущества, он не станет чинить препятствий. Если она выберет иное и станет его женой во всех смыслах этого слова…

Несмотря на жизнь в Латтрел-Хаусе, Каро была городской женщиной.

Она не была и никогда не притворялась аристократкой. В окрестностях Шеффилда ее ценили за то, что она из семейства Фроггатов. В Девоне это ничего не значит.

Сердце Каро с каждой мыслью падало все глубже, но, по счастью, они въехали в Ройл-Чарт. Вид ей понравился. Осень золотила листья, падая на землю, они походили на диковинные цветы. Белые овцы щипали травку.

Когда она увидела дом, у нее дух захватило. Это было огромное строение из золотистого камня, увитое вьющимися растениями с красновато-коричневыми и алыми листьями.

— Неплохо, правда? — Кажется, в голосе Кристиана звучало беспокойство.

— Прекрасно.

Из дверей высыпали люди. Дети шумно приветствовали карету.

Полный мужчина поспешил вперед и открыл дверцу.

— Добро пожаловать! — сияя, сказал он Каро. — Какой чудесный день!

Каро услышала, как Кристиан пробормотал:

— Пошло-поехало!

Она вышла из кареты и оказалась в объятиях графа и такой же полной графини с яркими золотисто-зелеными глазами. Каким-то образом на руках у Каро появился малыш, и он тоже поцеловал ее, обняв ручонками за шею.

Она отчаянно искала глазами Кристиана, но его окружили братья. Поток внес ее в большой, но неопрятный холл. Лестница вела на следующий этаж, и на лестничной площадке, казалось, сгрудилось еще больше народу.

Слышались восклицания женщин и приказы слугам.

Появившийся рядом Кристиан забрал у Каро малыша и отдал его родственникам.

— Она сбежит, если вы будете с ней так обращаться, — сказал он.

Повисла пауза.

— Какой прекрасный прием, — ярко улыбнулась Каро. — Можно мне ненадолго пройти в свою комнату?

После этого тонкого намека на физические потребности графиня и две молодые женщины, должно быть, сестры Кристиана, увлекли ее в красивую комнату. Кристиан шел следом.

— Ах да, нам нужны отдельные комнаты, мама, — сказал он.

— Отдельные комнаты? — повернулась к нему мать. — Почему?

— Я позже объясню. Даже наше семейство не может занять здесь все спальни.

— Очень даже может. — Мать смотрела на него так, будто он объявил, что желает съесть жабу на обед. — Ты, должно быть, заметил, что здесь Мэри и Клотон. С новым ребенком! — добавила она, светясь. — И Сара должна приехать завтра, специально чтобы повидаться с тобой. И разве я не говорила, что мои родители живут с нами?

— Нет, — вздохнул Кристиан. — Не имеет значения. Все будет в порядке.

— Конечно, будет. Все всегда в порядке. — Графиня повернула сияющее лицо к Каро: — Мы молились, чтобы он нашел вас, дорогая. Мы сейчас уйдем, но спускайтесь побыстрее, вы сможете познакомиться со всеми за чаем. Нет, милые, Кристиан поиграет с вами позже. — Графиня прогнала из комнаты детей и ушла.

Кристиан, закрыв глаза, привалился к стене.

— Теперь вы видите.

Каро со смехом рухнула на диван.

— Не думайте, что вся эта суматоха из-за вашего приезда, — предупредил Кристиан. — Здесь так всегда.

Прикусив губу, Каро сумела сдержаться.

— Наверное, к этому можно привыкнуть?

— Я никогда не пробовал. Торну это нравится, но ему здесь жить не приходится.

— И нам тоже. Поблизости нет другого дома?

Кристиан оторвался от стены.

— Думаю, есть вдовий дом и какие-нибудь другие. Если мы собираемся жить здесь, что-нибудь найдем.

Но она еще не была готова говорить об этом.

— Это все потом, — сказала она. — А сейчас мне действительно нужно…

Он открыл дверь:

— Прошу.

Каро укрылась в маленькой гардеробной, нагретой камином. Она обдумывала вопрос о разных спальнях. И уж определенно о разных кроватях.

В гостиницах они занимали отдельные комнаты и строго соблюдали договор: никакой близости, даже поцелуев. Это было трудно, а теперь станет еще труднее. Но Каро знала, что они должны придерживаться своего соглашения. Это основа для разумного решения. Они слишком легко поддаются страсти, а страсть может привести к ребенку, который свяжет их навсегда.

Вернувшись в спальню, она увидела, что он смотрит в окно. Она подошла к Кристиану.

— Что вы собираетесь сказать родителям? — спросила она.

— Правду, — ответил он, повернувшись к ней. — Они станут давить на нас.

— Они не захотят, чтобы мы, и в частности вы, жили в оковах юридического разделения. Это разумно.

— Вы их уже понимаете?

— Это самонадеянно? Извините.

— Нет-нет. Просто… я их не понимаю. Совсем не понимаю. — Кристиан взглянул на кровать. — Я найду, где спать. Должен же тут быть какой-нибудь укромный уголок.

— Или выдвижная кровать, какой-нибудь матрац. Это большая комната.

— Это большая кровать.

От его взгляда ее обдало жаром. Желание терзало ее, но Каро нашла в себе силы сказать:

— Слишком опасно.

— Вы знаете, как я хочу вас?

Она облизнула губы.

— Я знаю свой собственный голод.

— Тогда почему мы морим друг друга голодом?

— Вы делаете это, потому что я настаивала, — ответила она. — Я делаю это, чтобы иметь свободу принять правильное решение.

— Иначе вы не будете свободны?

— Я буду прикована к вам.

Кристиан взял ее руку и поцеловал.

— Небольшой перерыв в правилах, но не больше, я обещаю. Каковы барьеры, Каро?

Это был честный вопрос, от которого она не могла отмахнуться.

— Вы будете верны мне? — спросила она, глядя на него. — Всегда?

— Да. А вы?

— Что?! Конечно!

— Почему «конечно»? Вы однажды с легкостью шалили с незнакомцем в гостинице.

Лицо Каро запылало, она закусила губы.

— Да, но подозреваю, вы в этом преуспели больше меня.

Кристиан рассмеялся:

— Верно, но я сдержу давние клятвы, если наш брак станет настоящим. Обещаю.

Каро на миг отвела взгляд, потом снова посмотрела на него:

— Это ведет нас к разговору о деньгах. Я никогда их вам не обещала, но закон отдает их вам.

— Но вы здесь.

— И что это значит?

— Что вы мне доверяете. Я прекрасно понимаю ваше желание больше узнать о моей семье. Давайте встретимся с многочисленными Хиллами.

Как и предрекал Кристиан, здесь царил хаос, но Каро уже начала осваиваться и обнаружила опасность даже большую, чем вожделение. Семейство Кристиана, шумное и взбалмошное, походившее на кипящий котел, ее никогда не утомит. Да, она хотела иметь убежище, где могла побыть только с Кристианом, но и этой суматохи она тоже хотела и готова была заплатить за это.

Кроме людей, в доме были кошки и собаки. Табби здесь так же легко примут, как и ее с Кристианом. Когда Каро увидела у одного мальчика кролика, она не могла удержаться от смеха, вспомнив клыкастых кроликов из Гессена.

За ужином все уселись за длинным столом в облицованной позолоченными панелями столовой, которая, конечно, предназначалась для более значимых событий. Лайза, самая младшая сестра Кристиана, прочитала молитву.

Каро усадили по правую руку от графини. С другой стороны от матери на высоком стульчике сидел Бен. Леди Ройланд говорила только о Кристиане и задавала множество вопросов. Такое впечатление, что она хотела получить о нем как можно больше информации. Каро не все понимала в этой ситуации. Ясно одно — Кристиан не приезжал и даже не писал так часто, как хотели родители. Предстоит большая работа.

Если она решится остаться.

После ужина женщины и дети пошли в гостиную. Каро узнала правила игры в шарики и прекрасно провела время. Мужчины скоро присоединились к ним. Кристиан попытался переиграть ее, но потерпел неудачу.

Затем вместе с Кристианом и его родителями она пошла в библиотеку. Там Кристиан попытался объяснить ситуацию.

— Так что, у нас испытательный срок? — сказал граф, глядя на Каро, но глаза его искрились.

— И у меня тоже, сэр.

— Нисколько! Для нас вы теперь наша дочь, и будь что будет.

— Мы прекрасно понимаем, как вам трудно, — сказала леди Ройланд. — Десять лет прошло, вы оба были так молоды. И такая неприятная ситуация во время свадьбы. Я не подумала об этом. Вам будет очень тяжело в одной комнате?

Каро вздрогнула.

— Лучше всего позволить природе взять свое, — с неясным подтекстом сказал ее свекор.

— Нет, если Каро забеременеет, — прямо ответил Кристиан.

О, именно это граф и имел в виду.

— Но вы женаты, дорогой, — не моргнув, ответила его мать, — так что ребенок не будет проблемой, и я уверена, что Каро хочет малыша.

— Это будет проблемой, если мы станем жить раздельно, — сказал Кристиан.

— Не вижу почему, если только ты не думаешь, что люди решат, что она завела любовника.

Каро увидела, как Кристиан закрыл глаза.

— При других обстоятельствах, — быстро сказала Каро, — я бы с радостью завела ребенка.

— Тогда идите, — сказал граф. — Вы, должно быть, устали с дороги.

Выражение лица Кристиана подорвало самообладание Каро. Она поднялась.

— Да, я очень устала.

— Измучилась, — сказал Кристиан и вывел ее из комнаты.

В холле она закрыла рот рукой, заглушая смех.

— Похоже, нам приказали… — прошептала она.

— Да. — Кристиан устало огляделся. — Поднимемся в нашу комнату, пока не случилось чего-нибудь похуже!

На полу аккуратно лежал матрац.

— Вы хотите детей? — спросил Кристиан.

— Да, но не теперь.

— Я не имел в виду… — Он провел пальцем по вырезанному на столбике кровати ананасу. — Я никогда не хотел прибавления к многочисленным Хиллам.

— Но если мы согласимся на брак, это будет возможно? Не… я хочу сказать…

Кристиан повернулся к ней:

— Иметь детей с вами, кажется, совсем другое.

Она не могла сдержать улыбку.

— Любой ребенок будет счастлив вырасти частью этого клана.

— Черт, вы начинаете говорить как они.

— Я люблю их.

Он рассмеялся:

— Я тоже.

Он подошел к ней, распахнув объятия.

— Вы похожи на увеличительное стекло, под которым все выглядит по-другому, Каро. И вы — спутник, без которого я не хочу жить. Это будет нелегкая жизнь, но счастливая. Вы разделите ее со мной?

Поднявшись, она прижалась к нему.

— Я действительно этого хочу, Кристиан. Но мы должны поговорить о деньгах.

Она думала, что он рассердится, но он кивнул.

— Да, должны. — Он подвел ее к дивану, и они сели рядом. — Видишь ли, я думаю, что мое семейство нуждается в деньгах.

— Они не кажутся расточительными.

— Они — нет. Мой брат Том беспечный и безрассудный. Я уверен, что он научится на своих ошибках. Но мои родители хотят лучшего для всех своих детей, и я с ними согласен.

Каро хотелось теснее прижаться к Кристиану и оставить этот разговор, но он был необходим.

— В нынешнем положении ты владеешь всем, чем я обладаю.

— Если ты продолжишь говорить об этом, ты меня разозлишь.

— Прости, но для меня мои деньги — это святое, Кристиан. Ты хоть имеешь представление, каким тяжелым трудом мои родственники их заработали?

— Могу предположить. Какую договоренность ты хочешь?

Его слова и взгляд почти уничтожили Каро, но она сумела спокойно произнести:

— Я думала отдать тебе треть, а остальное передать в доверительное управление. По крайней мере так я намеревалась поступить с сэром Эйамом.

— Достаточно честно. А теперь?

Она видела, что он ожидал чего-то более сурового, и быстро проговорила:

— Треть — тебе, вторую я передам в доверительное управление, но оставлю себе доступ к ней, и неприкосновенная треть для наших детей. На случай, если нас одолеет расточительность. Я говорила, что продаю свою долю в «Фроггат и Скеллоу» и доходов оттуда больше не будет?

Кристиан с улыбкой приложил палец к ее губам.

— Моя деловая Кэт. Наедине я буду называть тебя Кэт. Твоя деловая жилка — именно то, в чем нуждается семейство Хиллов. И доходы мгновенно увеличатся.

Он не отнимал палец от ее губ, Каро не могла удержаться и поцеловала его.

— Я хотела бы этого, — сказала она. — Помочь сделать хозяйство эффективным и прибыльным.

— Мне тоже нужно обсудить денежный вопрос, — сказал Кристиан, убрав палец. — Признаюсь, я побаиваюсь.

Каро заставила себя не отпрянуть, но если она узнает об огромных долгах, это разобьет ей сердце.

— Леди Фаулер, — сказал Кристиан.

— Леди Фаулер?

— Я должен пожертвовать тысячу гиней ее фонду.

— Что?! — воскликнула Каро. — Это безумие!

— Да, но, видишь ли, я однажды дал клятву…

Каро разинула рот:

— Так ты один из тех, кто дал клятву не жениться до тридцати? Вместе с графом Хантерсдауном?

— Откуда ты знаешь?

— По дороге в Лондон мы останавливались у него. Я познакомилась с графиней Хантерсдаун. Она очаровательна.

— Теперь ты знаешь как, но клятва требует абсурдного пожертвования.

Каро нахмурилась:

— Почему? Мы поженились раньше, чем ты дал эту клятву.

— Разве это не значит толковать факты к своей выгоде?

— Нет, — твердо сказала Каро. — Мы такой ерунды делать не станем, сэр. Тысяча гиней этой ненормальной? Если уж клятва требует пожертвования, я знаю много достойных мест. Богадельни, сиротские приюты или, — добавила она с лукавой улыбкой, — приюты для сумасшедших.

— Черт! — уставился на нее Кристиан. — Так это ты была горничной Карри!

Увидев выражение его лица, Каро разразилась смехом:

— Я. Понимаешь, я испугалась, но это было еще и забавно.

— А дом в Донкастере?

— Дом моей подруги Филлис. Из которого я уже под видом Кэт отправилась выслеживать вас, сэр.

— И вы нашли меня и взяли в плен мою душу и сердце, миледи. Каково ваше желание? Мы можем придерживаться нашей недавней договоренности. Не целоваться. Не делить постель.

— Можем? — У Каро перехватило дыхание. — Я имею в виду, способны ли мы?

— Я не животное, — сказал Кристиан с выражением, заставив ее улыбнуться.

— Даже если бы ты был животным, я уступила бы ради того, чтобы стать частью необыкновенных Хиллов.

Он придвинулся ближе.

— Увы, ты любишь меня только из-за моих родственников.

Прижавшись теснее, Каро положила руку ему на грудь.

— И ты не животное.

— Я мог бы им стать, — предложил он, взяв ее за подбородок и коснувшись губами ее рта. — В этой кровати.

— Мне это понравится? — выдохнула она.

Кристиан улыбнулся:

— Да.

— Тогда ты не мог бы поторопиться?

— Ты уверена? Пути назад не будет, ты это знаешь.

— Да. Раздевайся.

Она уже сбросила платье и возилась с завязками нижней юбки. Кристиан снял башмаки, сюртук, жилет и рубашку, потом подошел к Каро и вытащил из кармана складной нож.

— Ты просила побыстрее? — Он сверху донизу разрезал шнуровку корсета.

Каро рассмеялась и тут же сбросила сорочку. Поставив ногу на стул, она развязала подвязку и скатывала чулок, поглядывая на наблюдающего за ней Кристиана.

Когда она сняла второй чулок, Кристиан предстал перед ней в великолепной наготе. Таким она его прежде не видела.

— Ты вся порозовела, — сказал он, ведя ее к кровати. — Думаю, это наше настоящее брачное ложе.

— Да.

Откинув покрывала, Кристиан положил ее на кровать и медленно опустился рядом, целуя ей грудь. Но Каро видела, как напряжено его копье, чувствовала сладкую боль внутри. Она широко раздвинула ноги.

— Скорее, скорее.

С коротким смешком Кристиан вошел в нее.

Это было жаркое, быстрое, прекрасное слияние, потому что не было никаких опасений, никаких сомнений, чувства вины, никакой необходимости сдерживаться. Она сомкнула вокруг него ноги, как делала в той гостиничной комнате, потому что хотела привязать его к себе навсегда и даже дольше.

Когда они достигли восхитительного финала, ей пришлось отпустить его. Обмякнув, они лежали в тишине, сердце к сердцу.

— Я не жалею о том, что случилось десять лет назад, — сказала она, прижавшись головой к его груди, — иначе нас сегодня здесь не было бы.

— И я не жалею о своем юношеском безумии, иначе я никогда бы не нашел тебя, мое сердце, моя душа. — Обняв ее, он перекатился на спину. — Видишь, с Хиллами все всегда складывается к лучшему.