Для Гарри все было ново. И внутренность кареты, и пейзаж за окном. Он с интересом наблюдал, как меняли лошадей на первой остановке. Лаура опустила окно, чтобы он мог выглянуть наружу.

К ним подъехал Стивен.

— Все прошло хорошо? — спросил он.

— Да. Если не считать того, что лорд в подавленном состоянии. — Лаура понизила голос, чтобы не услышал Гарри. Не зря говорят, что у маленьких детей большие уши. — Лорд даже разрешил нам с Гарри съездить в Лондон.

— Лорд, видимо, собирается что-то предпринять и не хочет, чтобы ты об этом знала.

— Возможно, ты прав, — согласилась Лаура.

Как только сменили лошадей, форейторы заняли свои места. Лаура увидела Гарри на сиденье.

— Скажи, что хочешь остановиться в Эндовере. Там и поговорим.

Малыш буквально приклеился к окну. Лаура тоже, поскольку Стивен ехал рядом.

Гэл увлекался всевозможными видами спорта, и Лаура научилась разбираться в верховой езде. К ее удивлению, Стивен оказался хорошим наездником. Он наслаждался верховой ездой. Хороший наездник на красивой лошади вызывал чувственное возбуждение. Раньше Лаура этого не замечала.

Даже когда была с Гэлом.

Если окажется, что Гарри не наследник Колдфорта, Лаура сможет снова выйти замуж. Сможет любить.

Такого мужчину, как Стивен?

Шесть лет назад он сделал ей предложение и получил отказ. Теперь питает к ней только дружеские чувства. Прошлой ночью Лаура в этом убедилась. Стивен говорил только о письме и связанных с ним проблемах.

Стивен был деловым человеком, обладал недюжинным умом и наверняка считал Лауру легкомысленной. Именно Стивен наградил ее прозвищем леди Жаворонок! До замужества Лаура пользовалась у мужчин колоссальным успехом. Теперь она стала старше, но сохранила шарм и не сомневалась, что претенденты на ее руку найдутся. От них отбоя не будет.

В Эндовере они с Гарри пошли выпить чай. Вскоре появился Стивен. Перекусив, Гарри немного поболтал, затем слез на пол и занялся игрушками.

Лаура с облегчением вздохнула и возблагодарила небеса. Теперь она сможет поговорить со Стивеном.

Лаура высказала предположение, что лорд Колдфорт мог быть причастен к исчезновению своего племянника. Стивен задумался.

— С таким же успехом можно себе представить, что у Оскара Риса, наемного убийцы, есть дочь, которая успела выйти замуж за Генри до того, как ее отец совершил убийство, — глаза его смеялись. — Нет, это невозможно.

— А я почему-то думаю, что Г. Г. — ребенок, а не взрослый мужчина, — произнесла Лаура. — Именно поэтому его происхождение не было ясно.

— В таком случае ему нелегко будет доказать законность своих притязаний.

— Но он прислал какие-то доказательства. Жаль, что я их не обнаружил.

— Возможно, лорд Колдфорт их уничтожил, — сказал Стивен.

— Вполне возможно. Но у меня кое-что есть, — и она показала ему копию портрета, которую сделала ночью.

— Ты умница. Я пытался вспомнить этот портрет, но копия гораздо лучше. Я забыл, что ты хорошо рисуешь. Ты ведь всегда нас всех рисовала. — Он взглянул на нее. — А где эти рисунки? Они могли бы послужить воспоминанием о бесцельно проведенной юности.

Она вспомнила, что там был один рисунок, сделанный по памяти после того, как они смотрели на купающихся ребят.

— Не знаю, — ответила Лаура. — Где-то лежат. Я бы ни за что их не выбросила.

— Хотелось бы посмотреть. — Стивен помолчал и вернулся к прежней теме. — Так что, если мы встретимся с тем, кто называет себя Генри Гардейном, у нас будет возможность проверить, похож ли он на этот портрет. Хуже, если претендентом является его сын. Сходство с отцом вовсе не обязательно. Многие женщины за это благодарны природе.

— Ты циник! — воскликнула Лаура.

— Всего лишь реалист.

Они обменялись улыбками.

— Я пока не вижу возможности попасть в Дрейком, — сказала Лаура, тяжело вздохнув.

— Я постараюсь устроить тебе эту поездку.

— Колдфорт попытается выяснить, кто такой Азир аль-Фарук. Возможно, пошлет туда Джека. Больше некого.

— Почему ты так думаешь?

— Сегодня четверг. В воскресенье Джек должен прочесть две проповеди. До воскресенья успеет съездить в Дрейком и вернуться. Но у него не хватит времени выяснить все, что необходимо.

— А помощник, кюре?

— У него нет помощника.

— Тогда ты права. — Увлеченный своими игрушками, Гарри не мешал их разговору. — Поверят ли тебе родные, если ты скажешь, что одна из твоих подруг, миссис Делейни, живет неподалеку от Сомерсета?

— Поверят. Им мало что известно о моей жизни. Но я не знакома с этой леди.

— Считай, что уже знакома. Делейни — жена моего друга…

— Все ясно. Этот друг один из вашей «Компании плутов».

Стивен усмехнулся:

— Чувствую, что надоел тебе рассказами о них.

— Мы были тогда восхищены. Николас Делейни, король «плутов». Заводила. Значит, он женат?

— Да, и живет в нужном нам месте. А главное, ему можно доверять.

— Видишь ли, это весьма деликатное дело. Сложное и очень личное. Не для школьных проказ.

Стивен с трудом сдержал смех.

— Уверяю тебя, проказы давно ушли в прошлое. В любви, самом сложном деле, «плуты» окажут необходимую помощь.

— «Плуты»? Их много? Они разболтают об этом по всей Англии.

— Можешь не доверять им — твое право. Но все они заслуживают доверия.

Лаура скрепя сердце согласилась.

—Дом Николаса в двух часах езды от Дрейкома. Николас и Элеонора окажут нам гостеприимство. А если возникнут неприятности, помогут.

— Что ты имеешь в виду?

— Ведь неизвестно, насколько агрессивен этот Фарук и сколько с ним людей.

Ситуация явно осложнялась.

— Об этом я не подумала. По легкомыслию. Втянула тебя в это дело, и теперь ты подвергаешь себя опасности.

— Считаешь, что это дело мне не по зубам?

— Ну что ты! Не представляю, что бы я делала без тебя. Ты хорошо знаешь законы и всегда руководствовался высокими принципами.

— Порой это мне дорого стоило.

— И все же я не понимаю, как смогу покинуть Мерримид сразу по приезду.

— Получишь письмо от подруги, в котором она сообщит, что собирается уезжать и хочет повидаться с тобой. Твои родные вряд ли станут возражать против твоего отъезда, ведь потом ты пробудешь дома целый месяц.

Лаура на это надеялась и все же нервничала.

— Гарри не останется без меня, — сказала Лаура, — да и мне не хотелось бы с ним расставаться.

— Николас и Элеонора не будут возражать. У них есть дочь, она младше, чем Гарри, они привыкли к детям.

Лаура пожала плечами:

— Что ж, тогда нам надо торопиться. Если мы отправимся к Делейни вместе…

— Это может быть неверно истолковано. Лучше я приеду туда один.

— Сделаешь вид, будто ухаживаешь за мной, — сказала она, подумав, и покраснела. — Прости.

Стивен улыбнулся:

— Я не против, если это пойдет на пользу делу.

— Мне бы не хотелось идти на обман.

— Ради дела придется.

— Ты прав. Ведь я собираюсь солгать родителям. Что может быть хуже?

— Если для тебя это неприемлемо, не будем ввязываться в это дело.

Добродетель. Она попыталась обдумать все.

— Пожалуй, ты прав. Наше пребывание в Дрейкоме вызовет грандиозный скандал. Гардейны отнимут у меня сына. И если мои подозрения относительно Джека верны, это может стоить мальчику жизни.

Стивен задумался в поисках выхода.

— Тебе не обязательно называть свое настоящее имя, в отличие от меня. Меня там хорошо знают, и это может нам пригодиться. Представишься как моя дальняя родственница. Ты нездорова, и я тебя сопровождаю к морю.

— В этом случае действительно придется выдавать себя за другую. Лучше я останусь в доме Делейни. Если это всего в двух часах езды, я смогу там принять решение. И я смогу быть с Гарри. Мы же не можем взять его с собой в Дрейком, если я буду выдавать себя за другую женщину. И я не могу оставить его с чужими людьми.

Лаура почувствовала, как напряглась его рука.

— Прежде ты больше доверяла мне, Лаура, — произнес Стивен.

— Ладно, поезжай. У тебя есть два дня, чтобы принять решение.

— Лошадь!

Стивен заржал, вызвав бурю восторга у малыша. Лаура понимала, что продолжать спор бесполезно, и наклонилась к сыну, помогая ему собрать игрушки. Схватив утку, мальчик побежал к Стивену, который крякнул и поднял мальчика на руки. Как ни странно, тот не сопротивлялся и даже позволил отнести себя в карету.

Лаура последовала за ними.

— Я позабочусь о том, чтобы письмо от Элеоноры либо ждало тебя в Мерримиде, либо пришло вскоре после твоего приезда. Я также закажу номера в гостинице «Компас» на три дня.

— Стивен, я не могу туда поехать.

— Если ты придумаешь лучший план, я охотно соглашусь. — Он улыбнулся. — И не надо надувать губы.

— Ты давишь на меня.

— Лорду Колдфорту понадобится какое-то время, чтобы принять решение, но он пошлет Джека выяснить ситуацию. Ты говоришь, обязанности викария задержат его. Ты в этом уверена? Ведь им грозит нешуточная опасность.

— Нет, не уверена, — ответила Лаура. — Ты, как всегда, прав.

— Насколько я помню, не всегда было так. Лаура не хотела вспоминать о прошлом.

— Сейчас не время об этом говорить. А если Джек попадет в Дрейком раньше меня? Мне придется часто останавливаться по дороге в Мерримид, чтобы дать Гарри возможность подвигаться.

Лаура опустила стекло и положила на окно руку. Стивен накрыл ее своей рукой.

— Я это учел. Непременно вернусь и проверю, как ведут себя Гардейны. Если Джек дома, значит, у тебя еще есть время. Если нет, я отправлюсь прямо в Дрейком. Боже, — сказал он Гарри, который подавал ему льва. Зарычав, Стивен снова привел малыша в восторг.

— Зарычи еще раз.

— В следующий раз, — пообещал Стивен улыбаясь. Вскочил на лошадь и ускакал.