Илусикасет, что означает «стоящий на краю», известный также под кличкой Джон Пинкхэм, однажды поведал свою историю о военной кампании и бегстве. Вместе с пятью другими мальчиками (от двенадцати до семнадцати лет) он скрылся во время сражения при Большой Дыре. Прячась, переполненные страхом, они отстали и не сумели соединиться с основной группой. Вместо этого они решили вернуться к реке Чистая Вода. Имея в своем распоряжении лишь одну винтовку, они несколько недель подряд чувствовали себя в совершенной растерянности. «Мы старались держаться как можно дальше от белых людей, поэтому шли очень осторожно, медленно. Почти всё это время мы ничего не ели. Голод ужасно терзал нас. Иногда в течение нескольких дней мы не могли понять, где находились. Мы не знали местности и боялись за наши жизни. После долгих блужданий мы, наконец, преодолели Скалистые Горы и другие дикие утесы и добрались до резервации Проткнутых Носов.» Официальные представители правительства не замедлили отправить их в форт Ливенворт вместе с тринадцатью другими «недоговорными» индейцами, которые только что возвратились с охоты на бизонов. Практика моментальной высылки «недоговорных» краснокожих применялась повсеместно.

Раньше упоминалось об одной женщине, которая во время родов отстала от племени и попала к дружественно настроенному племени Ворон. Вороны приняли её ребенка в свою семью, но вскоре о присутствии этой женщины стали осведомлены власти агентства и отправили её на Индейскую Территорию. Все без исключения коменданты фортов и индейские агенты получили приказ переправлять «недоговорных» дикарей на Индейскую Территорию. Племенных вождей строго предупредили не принимать бродяжных Проткнутых Носов. Одна из женщин, проживавшая неподалеку от Медвежьей Лапы с ужасом вспоминала, как обращались с Проткнутыми Носами, пойманными после сражения в пограничных городах. «С ними обходились хуже, чем с бездомными собаками… Я с содроганием воскрешаю в памяти картины того жестокого обхождения с ними.»

К тем, кто сдался на Змеином Ручье, позже прибавилось ещё восемнадцать человек. Затем появились некоторые из тех, кто сбежал в Канаду. Среди них оказался и Жёлтый Волк.

Добравшись до Канады, группа Жёлтого Волка попала в деревню Сю, где их встретили, как своих соплеменников. «Мы смешались с ними. Они взяли каждого из нас в свои палатки… Они дали мне всё, что мне потребовалось. Весной один из Сю сделал меня своим братом.» Проткнутые Носы оставались среди Сю до самой весны 1878, когда до них дошли слухи, что их племя возвращалось на свои родные земли. Но слух оказался ложным, в чем быстро убедились те, кто поторопился вернуться на родину.

Небольшие группы организовывались время от времени и отъезжали в Айдахо. В отряде Жёлтого Волка насчитывалось тринадцать мужчин, девять женщин и несколько детей. Все ехали на лошадях, почти у половины мужчин имелись ружья. Они прекрасно понимали, что впереди их могли ожидать трудности, избежать которые будет не легко. Отсутствие продовольственных запасов, скорее всего, заставит их воровать скот. Но это они воспринимали совершенно нормально. Дважды индейцы разных резерваций пытались взять их в плен.

Однажды они добрались до стада какого-то скотовода и поживились, затем решили найти хозяина и как-нибудь уладить неприятную ситуацию. Их встретили три белых человека с ружьями наперевес, крича: «Убирайтесь отсюда!» Жёлтый Волк выстрелил и убил одного из них.

В другой раз Жёлтый Волк совершил ещё один жестокий поступок, ища пропитание и дружбу. Беспомощность в английском языке сделала их общение с белыми людьми просто невозможной. Был случай, когда один из белых людей приветственно закричал: «Идите сюда, друзья! Слезайте с коней! Мы дадим вам муки!» Но индейцы не поняли этого.

На Скалистом Ручье (Rock Creek) в Монтане Проткнутые Носы повстречали старателей. Взаимные подозрение и недоверие закончились смертью Джона Хэйса, Амоса Эллиота и Билли Джори. Некто по имени Джонс готовил еду для незваных гостей, когда услышал стрельбу. Он бросил всё и пустился наутёк. Индейцам не удалось поймать его.

На пути к Тропе Лоло Жёлтый Волк зарубил еще одного поселенца и разоружит трёх других, потому что посчитал, что жесты их рук, поднявших оружие, означали: «Ну-ка, потягайтесь с нами силой!»

Сообщения о подобных нападениях быстро достигли официальных властей в форте Миссула, откуда вскоре выступил отряд в тринадцать человек под командованием лейтенанта Томаса Вэлласа и пустился по следу Проткнутых Носов по Тропе Лоло. Солдаты настигли дикарей 25 июля и вступили в перестрелку. Жёлтый Волк сказал: «У нас была маленькая война.»

Командование форта Лапуай тоже получило информацию о столкновениях с индейцами и выслало делегацию, состоявшую из солдат и представителей агентства, навстречу Не-Персам, когда те добрались до Чистой Воды. Индейцы более старшего возраста сдались немедленно, но Жёлтый Волк заявил: «Что касается меня, то я лучше останусь в прерии и сделаюсь похожим на койота. У меня нет дома!»

Еще несколько воинов попытались избежать капитуляции, но условия вынудили их сдаться. Они поняли, что за ним охотились бы до последнего и убили бы их.

Жёлтый Волк рассказывал о своих злоключениях: «Меня отправили на Индейскую Территорию с девятью другими воинами из группы Жозефа. Там мы воссоединились с нашими родными и друзьями, то есть с теми, кто остался в живых… С нами не плохо обращались, пока мы были пленными. Нам предоставили даже свободу передвижения, разве что не разрешали ехать в направлении Айдахо и Уаллоуа. У нас были даже школы. Но климат убивал нас. Все новорожденные умирали. Многие из стариков тоже… Ночью и днем мы страдали от той погоды. В первый год немало людей заболело лихорадкой. Нам всегда не хватало нашей родной земли. Не было гор, не было ручьев, не было прозрачных рек. Я беспрестанно думал о Уаллоуа, где я вырос, о людях, о наших типи на изгибе реки. Я вспоминал голубое озеро, зеленые луга с пасущимися лошадьми и коровами. Мне казалось, что ко мне взывал голос из лесистых гор. Мне чудилось, что я спал. Я не ощущал себя живым.»