Воскресенье, 29 июня

– Чудесное утро! – заявил Нестор, входя в комнату Видаля. – Неохота сегодня дома сидеть. Не пойдешь ли с нами на футбол?

– Пожалуй что нет, че. Холодно еще.

– Это ты сидя дома так решил. Не выходил сегодня?

– Был в магазине и в булочной. Шел, все о своем думал и только на обратном пути заметил, что город выглядит как-то странно, как в дни революции. Это не обычная воскресная тишина.

– С той разницей, что на каждом шагу полицейские. Объявили, что, мол, не допустят никаких инцидентов. Ну же, соберись с духом, пошли на матч.

– А я тут размышлял.

– О чем размышлял?

– Так, о всяких глупостях. Что мы уже стары. Что для стариков нет места, потому что для них ничего не предусмотрено. Для нас, то есть. Очень ново, да?

– Ты пока еще не старик. И место есть для всех. В жизни много привлекательного…

– Не знаю, че. Как выйдешь на Лас-Эрас и посмотришь на молодых женщин… На это и нужда не влияет, люди плодятся без удержу, каждый год новый выводок.

– Такое зрелище вдохновляет.

– Ты с ума сошел. Тебе приходится признаться, что они не для тебя. Когда слишком на них заглядишься, становишься гнусным старикашкой.

Нестор посмотрел на него своими невыразительными, круглыми, как у петуха, глазами и заявил:

– Женщины – это еще не все.

– Неужто не все, че?

– Я бы сказал, что жизнь – это ряд развлечений, аттракционов.

– Как в японском парке, – уточнил Видаль.

– Для каждого возраста есть свое удовольствие. Из соседней комнаты послышалось рычание. Видаль поспешно возразил:

– В старости все некрасиво и смешно, даже страх смерти.

– Советую тебе пойти на футбол, станешь думать по-другому.

– Бесполезно. Как выйду на Лас-Эрас и посмотрю на встречных женщин…

Опять совсем близко послышалось рычание.

– Признаться тебе? Вот уже некоторое время я женщинами не интересуюсь…

– Да что ты? – удивился Видаль.

– Вот так. Честно говоря, они меня не привлекают. А бывало, вспоминаю, чего я только не делал, чтобы добиться успеха.

– И теперь они оставляют тебя равнодушным?

– Совершенно.

– Так уж совершенно? – насмешливо переспросил Видаль.

– Более или менее, че, – с улыбкой отозвался друг. – Зато я обнаружил привлекательность денег.

Видаль посмотрел на него с любопытством, даже с удивлением. Зная Нестора много лет, он не считал его большим мыслителем, но вполне возможно, что Нестор в своей теории не так уж не прав – в жизни бывают всякие сюрпризы.

– Я вскипячу воду для мате, – сказал он.

– Для меня не надо. Я опаздываю.

– Не уходи, пока не расскажешь, как ты обнаружил привлекательность денег.

– Совершенно случайно… Хотя, наверно, все приходит в свое время, а случайность – это химера. Ты же знаешь Эладио, у которого гаражи? На него хотели наложить штраф за антисанитарное состояние уборных. А инспектор мой друг, и я Эладио выручил. Он сказал, что хочет мне отплатить за услугу, поможет заработать кучу денег. Я сперва упирался – ведь мы с Рехиной живем спокойно, ни в чем не нуждаемся, – но он втянул меня в покупку квартиры в рассрочку.

– Приобретение недвижимости – то, чем занимается Рей?

– Не знаю, чем занимается Рей. Что до меня, так мне, чтобы справиться со взносами, пришлось отказаться от всех дополнительных расходов. В эту рубрику входили забавы с приятельницами Рехины.

– С приятельницами твоей супруги?

Опять послышалось рычание.

– У тебя что, в соседней комнате лев сидит?

– Это бедняжка Исидорито, он спит.

– Приятельницы супруги оказались первыми из всех доступных женщин. Но вот тайна человеческой природы: я почему-то потерял интерес к женщинам. В чем причина? Отсутствие практики или, если угодно, отсутствие новизны. Зато приобрел вкус к капиталу, мне захотелось увеличить количество моей собственности.

– Одной квартиры тебе мало?

– Я задумался над тем, что получит Нестор, мой сынок, после уплаты налога на наследство.

– Поистине похоронная мысль, – сказал Видаль, подражая Джими.

– Да нет, вполне естественная. Ты скажешь, что после стольких лишений другой на моем месте предпочел бы спокойную жизнь. Но я, едва заплатив взносы за одну квартиру, ввязался в покупку еще одной. Вот этим и занимаюсь, да еще с каким азартом. Но поговорим серьезно: почему ты не хочешь пойти с нами на «Ривер»?

– Бедняга твой сын. Стал нянькой при стариках.

– Когда ты поймешь, что ты не старик? К тому же знаешь, мой сын сказал, что он тебя приглашает.

– В котором часу идете?

– В двенадцать.

– Хорошо. Но если я к двенадцати не приду, не ждите меня.

– Постарайся прийти. Тебе надо сменить обстановку.