– Доброе утро, сэр, – ответил Фатти. Гун от изумления словно язык проглотил. Шеф кивнул сначала Фатти, затем ему.

– Здравствуй, Фредерик. А, Гун, и вы здесь? Не ожидал вас тут увидеть.

– Он подошел случайно, – объяснил Фатти. – Все остальные тоже здесь, сэр.

Дженкс торжественно отдал всем честь, и ребята ответили ему тем же. Эрн даже прищелкнул каблуками.

– А теперь к делу, – сказал инспектор. – Ты сказал, что загадка Лоренцо разгадана и решение ждет меня. Значит ли это, что ты знаешь, где Лоренцо?

– Да, сэр, – отозвался Фатти, и у Гуна чуть глаза не вылезли из орбит. Уставившись на Фатти, он судорожно сглотнул. Гадкий мальчишка! Ну откуда ему знать, где Лоренцо?

Суперинтендант рассмеялся.

– Ты еще скажи, что знаешь, где картина.

– Думаю, знаю, – ответил Фатти. – Но если я и ошибаюсь, вы легко заставите Лоренцо сказать, где она.

Шеф повернулся к Гуну:

– Вы, насколько я понимаю, тоже в этом участвуете?

Гун отрицательно покачал головой. Он еще не совсем пришел в себя и предпочитал помолчать. Дженкс опять повернулся к Фатти.

– Так где же Лоренцо? Я полагаю, они где-то неподалеку, раз ты вызвал меня сюда?

– Да, сэр, – кивнул Фатти. – Они прячутся в доме Ларкинов.

– Нету их там! – взорвался Гун. – Прошу прощения, сэр, но я три раза побывал в этом доме – и никого, кроме Ларкинов, там не нашел. Готов поклясться в этом!

– И все-таки Лоренцо там, – сказал Фатти. – Пойдемте, сэр, я вам покажу.

И он повел всех за собой. В каком же там потайном месте могут скрываться Лоренцо? Что это за незаметное укрытие? Гун шел вместе со всеми – ужасно сердитый и раздраженный.

Фатти постучал в дверь домика Ларкинов. Дверь открыл сам мистер Ларкин – как всегда, в старой шляпе и грязном старом шарфе вокруг шеи. Он удивленно воззрился на Фатти сквозь толстые очки.

– Чего тебе? – спросил он. Затем, увидев остальных детей и инспектора, сделал движение, как будто собирался захлопнуть дверь. Но Фатти мгновенно подставил ногу.

– Извините, но мы войдем, – сказал Фатти. Полицейский, приехавший вместе с Дженксом, широко раскрыл дверь, и все – даже Бастер – вошли внутрь. Миссис Ларкин в комнате не было. Слышно было, как она на кухне гремит посудой.

– Чего это вы? – своим скрипучим голосом спросил мистер Ларкин. – Что я такого сделал?

В маленькую комнатку набилось столько народу, что Ларкина оттеснили в самый угол.

– Перед вами мистер Лоренцо! – заявил Фатти, срывая с Ларкина шляпу. Затем одним быстрым движением он содрал с него бороденку и кустистые брови! За ними последовали очки, и старик Ларкин превратился в довольно молодого человека – правда, разозленного и испуганного.

– Вот это да! – присвистнул изумленный инспектор. – Билл Лоренцо собственной персоной! М-да, может, ты и третьеразрядный актер, но зато мошенник первоклассный! Так изобразить старика Ларкина! Я же видел тебя нос к носу – и готов был поклясться, что ты самый настоящий Боб Ларкин!

– Тогда это и был настоящий Ларкин, – объяснил Фатти. – До недавнего времени здесь жили подлинные мистер и миссис Ларкин. А, вот и его жена!

Услышав голоса, миссис Ларкин вышла из кухни и теперь стояла на пороге с Поппит на руках, испуганно озирая всю компанию. Фатти шагнул к ней, не дав ей захлопнуть дверь. – А вот и миссис Лоренцо! – И он сорвал с ее головы парик и под ним оказались светло-золотые волосы, волнистые и густые. Женщина сняла очки и с вызовом посмотрела удивленного Дженкса.

– Ладно! Я – Глория Лоренцо и очень рада избавиться от отвратительного парика миссис Ларкин. Билл, мы проиграли, – повернулась она к мужу.

Тот кивнул. Просто удивительно, насколько они оба сразу помолодели, едва избавились от очков и париков и наконец выпрямились. И как можно было поверить, что они стары и безобразны?

– Великолепная маскировка! – с восхищением проговорил Фатти. – И ведь она сработала! Ни у кого и подозрений не возникало, что вместо настоящих Ларкинов здесь находились вы!

– Где же Ларкины? – вопросил Дженкс, озираясь так, как будто те тоже были здесь.

– Боб Ларкин был здесь вчера вечером, – сказал Гун. – Я видел его – и этого парня тоже.

– Что – обоих вместе? – изумленно спросил инспектор. – Почему же вы над этим не задумались? Ведь такая несуразица – разом два Боба Ларкина – наверняка должна была вас потрясти!

– Один из них был я, – тихо признался Фатти. – Я тоже переоделся в старика Ларкина. Прошу прощения, мистер Гун, что устроил вам вчера такой розыгрыш – и все же на качелях я покачался на славу!

Гун чуть не лишился чувств. Покачнувшись, он прислонился к стене и поднес руку к глазам. Так, значит, вчера он преследовал Фатти, а не Боба Ларкина; мало того, второй Ларкин тоже был поддельным! Голова у Гуна окончательно пошла кругом.

– А где же настоящие Ларкины? – поинтересовался Дженкс. – Надеюсь, с ними все в порядке?

– Как вам уже известно, сэр, настоящие Ларкины были оставлены здесь присматривать за Поппит, – начал Фатти, – И надо сказать, обращались они с ней отвратительно. А позавчера ночью Лоренцо наняли в Майденхеде моторный катер и по реке приплыли сюда. Они остановились посреди реки напротив лодочного сарая…

– Откуда ты все это знаешь? – рявкнул Билл Лоренцо. – Нас кто-то выдал?

– Нет. – Фатти повернулся к Дженксу. – Эрн ночью слышал шум, и нам, сами понимаете, оставалось лишь сложить два и два, чтобы все понять – насчет моторного катера, я имею в виду. А настоящего Ларкина они каким-то образом – не знаю, как именно – предупредили, и он ждал их в лодочном сарае. Услышав шум мотора, он подплыл к катеру на лодке и привез обоих Лоренцо на берег.

– Продолжай. – Суперинтендант внимательно слушал.

– Потом, как я предполагаю, Лоренцо и Ларкины обменялись одеждой. Лоренцо остались в доме, а Ларкины отправились на катер и уехали куда-нибудь в надежное место – вероятно, очень неплохо на этом заработав!

– Понимаю, все понимаю. – Шеф поглядел на мрачную чету Лоренцо. – Неплохая идея – вернуться в свой собственный дом, где вряд ли кому-нибудь придет в голову вас искать.

– Да, сэр, неплохая, – согласился Фатти. – А поскольку они оба актеры и привыкли, загримировавшись, изображать самых разных персонажей, то им нетрудно было сыграть Ларкинов. Гм… я ведь сказал уже вам, я и сам так удачно изобразил вчера Ларкина, что Гун гонялся за мной целый вечер!

– Так это, значит, тебя я видел вчера! – сказал Билл Лоренцо. – Я решил, что это настоящий Боб Ларкин зачем-то вернулся, – и не мог ничего понять!

– Я догадался; и как раз ваши слова частично помогли мне добраться до истины. Вы сказали: «Как ты вернулся? Зачем пришел?» Довольно странно – приветствовать так свою точную копию! Это могло означать только одно: что сами вы – не настоящий Боб Ларкин и, следовательно, своего двойника считаете настоящим. Но это был я.

Гун застонал. У него ум за разум заходил от всего, что он слышал. Но остальные следили за рассказом Фатти с большим интересом.

– Точно, Фатти! – воскликнула Бетси. – Вот почему он задавал тебе такие странные вопросы! А мне это и в голову не пришло…

– А когда же ты окончательно обо всем догадался? – спросил Дженкс. – Ведь вчера вечером ты еще ничего не понимал, верно?

– Верно, сэр. Но к сегодняшнему утру фактов набралось вполне достаточно. Например, вчера вечером кто-то проник в большой дом – единственно за тем, чтобы забрать оттуда резиновую косточку Поппит. А кому это могло прийти в голову? Только людям, у которых есть собака! А Бетси видела здесь на столе консервы, а на кровати – одеяло и покрывало, причем такие, какими настоящие Ларкины сроду не пользовались!

– Говорил я тебе, не бери эту косточку! – сердито бросил жене Билл Лоренцо.

– А затем мы обратили внимание, что если раньше миссис Ларкин отвратительно обращалась с собакой, то теперь ее отношение в корне переменилось, да и Поппит стала гораздо веселее. Это тоже было довольно странно. А затем Бетси сказала нечто, что окончательно разогнало туман у меня в голове – и мне все стало яснее ясного!

– Что же я такого сказала? – недоуменно спросила Бетси.

– Ты сказала: «Я ужасно рада, что эта кошмарная миссис Ларкин теперь намного лучше обращается с малышкой Поппит. Она носится с ней не хуже самой миссис Лоренцо». Тут-то я все и понял; конечно же, мнимая миссис Ларкин и есть миссис Лоренцо – это объясняет и заботу о Поппит, и консервы, и одеяла, и загадочный эпизод с резиновой косточкой… Дальше было уже нетрудно, – скромно закончил Фатти.

– Ну и ну! – восхитился Дженкс. – На твоем счету, Фредерик, уже немало разгаданных тайн; но это, скажу я тебе, просто шедевр!.. Вы что-то сказали, Гун?

Гун молчал. Он был потрясен, оглушен, раздавлен. Больше всего ему хотелось оказаться сейчас миль за сто от этого места!

– Ты великолепно расследовал это дело, Фредерик, – с чувством продолжал шеф. – Прими мои поздравления! А как насчет похищенной картины? Ты говорил, что у тебя есть идеи на этот счет?

Мистер Лоренцо напрягся и бросил на Фатти быстрый взгляд.

– Лоренцо надеются, что я не знаю, где она, – ответил Фатти. – Они согласны отправиться в тюрьму, если у них останется возможность после освобождения продать картину и заграбастать кучу денег… Я не совсем уверен, что знаю, где она, сэр. Одно точно – она уже не в ящике. Ее перевезли сюда на лодке в ту ночь, когда Лоренцо поменялись местами с Ларкинами. Тогда она была еще в упаковке.

– А потом? – спросил Дженкс.

– Картину вытащили, а ящик и раму сожгли.

– Да откуда ты все это знаешь, парень? – воскликнул Билл Лоренцо.

– Элементарная логика, – ответил Фатти и повернулся к Дженксу. – Так вот, сэр, сегодня утром Бетси видела через окно, как «миссис Ларкин» подстилала коврик под собачью корзинку – причем делала это очень осторожно. И знаете, сэр, это слишком хороший коврик, чтобы быть собачьей подстилкой… Я думаю, картина, скорее всего, спрятана в нем. Коврик, вероятно, подшит снизу какой-нибудь грубой тканью – и вы найдете картину между ковриком и подкладкой.

– Под собачьей корзинкой коврика больше нет! – вскрикнула Бетси, взглянув в ту сторону.

– Разрази меня гром, я знаю, где он! – воскликнул Эрн. – Лиз и Глэд сообщили нам, разве не помните?

Дженкс был озадачен – как и все остальные.

– Это мои кузины-близняшки, сэр, – объяснил Эрн. – Я просил их следить за Ларкинами. Так вот, мы встретили девочек по пути сюда, и они нам рассказали, что видели, как миссис Ларкин вешала коврик на бельевую веревку, сэр. Это же прекрасный тайник – как раз потому, что выставлен всем напоказ, сэр. Ну кому придет в голову обращать внимание на коврик на бельевой веревке?!

Фатти взглянул на Лоренцо. На их лицах было написано глубочайшее разочарование. Дженкс повернулся к своему подчиненному.

– Принесите коврик, – приказал он.

Всей гурьбой ребята и полицейские вышли из дома, наблюдая, как сержант снимает коврик с бельевой веревки. Гун стоял рядом с миссис Лоренцо, а Дженкс – рядом с Биллом: мало ли что им придет в голову!

У коврика отпороли подкладку – и под ней, как и предсказывал Фатти, оказалось нечто плоское, завернутое в пергаментную бумагу!

– Фуу! – перевел дыхание инспектор. – Картина в пятьдесят тысяч фунтов, зашитая в собачью подстилку! Меня даже пот прошиб… Отнесите ее в машину, сержант.

Лоренцо тоже проследовали в машину под бдительным надзором унылого, безмолвствующего Гуна и рослого сержанта. Поппит тявкнула, прощаясь с Бастером, которого все это время Бетси крепко держала на руках.

– Милая малютка Поппит! – чуть не плача, проговорила Бетси. – И почему она принадлежит таким ужасным людям?

– Выше нос! – Шеф своими сильными руками высоко поднял Бетси. – Какой же ты еще ребенок, Бетси!.. Фредерик, этот твой удивительный – в самом деле удивительный – подвиг необходимо отметить! Ты превзошел сам себя, мой мальчик! Честное слово, я жду не дождусь, когда ты придешь ко мне работать.

– Благодарю вас, сэр, – скромно ответил Фатти. – На улице холодно… Как вы смотрите на то, чтобы пойти ко мне в сарайчик и отпраздновать это дело там? Сегодня наша повариха печет сладкие пирожки, а у меня есть кое-что, что мне хотелось бы вам показать: новые вставные зубы, и приспособление для оттопыривания ушей, и…

– Приспособление для оттопыривания ушей? – расхохотался Дженкс. – Почему бы тебе ни изобрести что-нибудь для увеличения мозгов, Фредерик? Бедняге Гуну такая штука очень бы пригодилась!

– Это идея, сэр. – Ухмыльнулся Фатти, и ребята – и Эрн в том числе – вскочили на велосипеды. Ну и утречко!

Как жаль, что мы не можем последовать за ними! Дверь сарайчика закрыта, в воздухе витает чудесный запах сладких пирожков. Эй, Фатти, не жди слишком долго очередной загадки, хорошо?