Но Джек, конечно же, не проснулся, и на то были вполне определенные причины: он ведь не спал! Он продолжал смотреть на кучу денег и ломать себе голову над вопросами, на которые не мог ответить. Почему деньги хранятся под землей, в этой пещере? Кому они принадлежат? Почему их не сдали в банк, как это обычно все делают?

«Может, те, кто здесь работает, нашли огромные запасы меди и тайком продают ее, а деньги держат здесь?» – подумал Джек.

Он был так погружен в свои размышления, что не услышал, как к пещере приближаются чьи-то шаги.

Мужчина, который открыл дверь и увидел на полу сидящего мальчика, был чуть ли не больше удивлен, чем сам Джек. Незнакомец смотрел на мальчика с открытым ртом, не в силах произнести ни слова. Но потом он пришел в себя, схватил Джека за руку, вывел из пещеры и привел туда, где работали его напарники.

– Посмотрите-ка! – громко крикнул он. – Я на шел его в кладовке!

Машины сразу же замолкли, и все окружили Джека и того, кто его обнаружил. Один из них подошел вплотную к мальчику. Это был Гарри. Его лицо выражало ярость, а черная повязка, закрывавшая один глаз, делала его еще более устрашающим. Он схватил Джека за плечи и начал так трясти, что мальчик потерял равновесие и упал на пол.

– Где остальные? – грубым тоном обратился он к Джеку. – Говори! С кем вы сюда приехали? Что вы здесь делаете? Что вам известно?

Джек поднял с земли свой самородок и поискал глазами Кики, который испугался и взлетел под самый потолок. Что он мог ответить? Его очень удивило и даже обрадовало, что никто не обратил внимания на большой самородок. А он так боялся, что они отнимут у него его сокровище!

– Я не знаю, где остальные, – наконец ответил мальчик. – Мы вместе приплыли на остров: я, еще один мальчик и две девочки. А потом я заблудился.

– Кто еще был с вами? – настойчивым и угрожающим тоном спросил Гарри. – Вы не могли добраться сюда одни.

– Нет, мы были одни, – возразил Джек. – Скажите, пожалуйста, а кому принадлежат все эти деньги?

Мужчины, окружавшие Джека тесным кольцом, хмуро переглянулись и обменялись друг с другом несколькими фразами на незнакомом языке. Джеку стало не по себе. Лицо Гарри потемнело от гнева.

– Слушай меня внимательно, – сказал он. – Я не дурак и прекрасно вижу, что ты знаешь куда больше, чем говоришь. Давай выкладывай все, да не медли! Или мы запрем тебя здесь и больше никогда не увидишь дневного света! Тебе все ясно?

Джеку действительно стало все ясно. Он начал дрожать. Кики громко заверещал, и все от неожиданности вздрогнули.

Я не понимаю, что вы имеете в виду, – сказал мальчик, стараясь совладать с волнением. – Мы узнали, что кто-то снова работает в заброшенном руднике, чтобы добывать медь, и что Билл Смагс в лодке привозит на остров еду и инструменты. Вот и все, и больше мы ничего не знаем.

Билл Смагс, – повторил Гарри. – Другие дети тоже называли это имя. Кто он такой, этот ваш Билл Смагс?

Джек был озадачен.

Разве его не так зовут? Значит, это не настоящее имя?

Так какое же его настоящее имя? – спросил Гарри таким угрожающим тоном, что Джек от испуга уронил свой драгоценный самородок.

Он решил, что его сейчас будут бить. Самородок упал под ноги Гарри, и тот поднял его и стал вертеть в руках.

Что это за камень, зачем ты таскаешь его с собой? Другие дети как дети, а вы словно с ума посходили! Ходите с попугаем, рыщете на руднике, камни тяжеленные таскаете… да еще и Билл Смагс! У вас, ребята, похоже, с головой не все в порядке!

Точно тебе говорю, этот паренек знает больше, чем говорит, – сказал Олли, подходя поближе. – Давай запрем его и подержим пару деньков без еды и питья! А может, всыпать ему хорошенько? Он тогда сразу заговорит!

Джек побледнел, но постарался скрыть свой страх.

Я не понимаю, о чем вы говорите, – сказал он. – Я все вам рассказал. О чем я могу знать? Это что, какая-то тайна?

Уведи его! – коротко сказал Гарри, обращаясь к Олли. – Проголодается и заговорит как миленький!

Олли грубо схватил Джека за плечо и вытолкал из пещеры. Он привел его в ту самую комнату, где раньше были заперты Филипп и девочки. Но когда он собирался запереть за ним дверь и уйти, к нему неожиданно подлетел Кики и яростно клюнул его в лицо своим острым изогнутым клювом. Олли попытался защитить лицо руками и выронил фонарь, который упал на пол и погас.

Джек мгновенно выскользнул из комнаты и прижался к стене коридора, а Кики подлетел к столу и уселся на нем.

– Какая жалость, какая жалость, – громко произнес он.

Олли решил, что это говорит Джек и запер за ним дверь. Ему и в голову не пришло, что Кики – говорящий попугай. Когда Олли поворачивал ключ в замке, Кики что-то невнятно заверещал. Олли обернулся на чьи-то шаги и увидел Гарри.

Ну что, запер гаденыша? – спросил тот и осветил своим фонарем закрытую дверь.

Да, – ответил тот. – Он начал болтать сам с собой. Послушай! По-моему, он свихнулся.

Оба прислушались. Из комнаты до них донесся голос Кики:

Какая жалость, какая жалость!

Ишь ты, ему жалко, – проговорил Гарри с мрачной ухмылкой и так злобно рассмеялся, что у Джека сжалось сердце. – Ну погоди, ты еще не так пожалеешь!

Гарри и Олли ушли, и скоро Джек услышал громкое тарахтение машин. Джек с облегчением вздохнул. Кики, сам того не подозревая, избавил его от плена.

Мальчик подошел к двери, чтобы отпереть ее и освободить своего любимца, но Олли унес с собой ключ. Бедный Кики оказался в плену вместо своего хозяина!

Зато Джек был на свободе.

«Что-то здесь не так, – думал Джек. – С этими деньгами явно что-то нечисто! И машины какие-то чудные, и сами люди не очень-то похожи на простых рабочих! Они не могут быть друзьями Билла. Мы ошибались».

Он осторожно продвигался по темному туннелю, не решаясь зажечь фонарик. Если бы ему удалось найти вход в шахту, через которую они спустились в рудник! Может быть, друзья ждут его наверху? Или они уже дома? И вообще, день сейчас или уже ночь?

Джек пробирался по туннелю, жалея, что с ним нет Кики. Ему было страшно и одиноко. Ему так хотелось с кем-нибудь поговорить, он тосковал по друзьям.

Наконец он так устал, что не мог идти дальше. Он забрался в угол какой-то небольшой пещеры и моментально забылся тяжелым сном. В это время Кики тоже заснул в запертой комнате: и ему было грустно и одиноко, и он скучал по хозяину.

Когда через несколько часов Джек проснулся, то по привычке протянул руку к плечу, на котором всегда сидел Кики. Но попугая не было. И Джек сразу вспомнил, что его любимец томится в плену. Если бы не Кики, Джек не был бы сейчас на свободе. Только благодаря тому, что попугай умел говорить, как человек, Джеку удалось спастись.

Джек слишком много знал. Ему было известно о спрятанных купюрах. Он своими глазами видел странные машины. И он убедился в том, что люди, которые работали в подземелье, не остановятся ни перед чем, чтобы сохранить в тайне свои темные дела.

«Мне обязательно надо выбраться отсюда и кому-нибудь рассказать о том, что я здесь видел, – подумал он. – Пожалуй, следует сходить в полицию. Я бы, скорее, поговорил об этом с Биллом, потому что теперь я уже не верю, что он связан с этими людьми. Но ведь я не знаю этого наверняка! Как бы там ни было, мне надо выбраться отсюда и обо всем рассказать».

И Джек снова пустился в бесконечное путешествие по лабиринту подземных ходов и штолен. Он переходил из одного туннеля в другой, а его карманный фонарик светил уже тускло, пока, наконец, совсем не погас. Джек потряс его, но батарейка села, и с этим ничего нельзя было поделать.

Джеку стало не по себе. Теперь оставалось только одно: надеясь на то, что повезет, искать ту шахту, через которую они сюда попали. Но надежды на это было мало.

В абсолютной темноте мальчик продолжал путь, двигаясь на ощупь: одной рукой он касался стены, а в другой сжимал самородок. Внезапно ему показалось, что он слышит шорох. Джек остановился и прислушался. Но все было тихо.

Он медленно пошел вперед, но снова остановился. Он чувствовал, что рядом с ним кто-то есть! Джеку казалось, что он слышит дыхание незнакомца. Мальчик замер. Однако ничто не нарушало мертвую подземную тишину.

«Может быть, тот, кто где-то рядом, тоже затаил дыхание?» – подумал Джек.

Он осторожно сделал еще несколько шагов вперед. Внезапно столкнулся с кем-то, и незнакомец схватил его за руку. Джек отчаянно пытался вырваться, но его держали так крепко, что у него от боли заныла рука. Самородок упал и ударил его по ноге.

– Ой, моя нога! – простонал Джек.

С секунду было тихо. Потом незнакомец включил фонарик и удивленно воскликнул:

– Джек!

Филипп бросился обнимать Джека и в порыве нежности довольно сильно хлопнул его рукой по спине.

Какое счастье, что мы тебя нашли!

Филипп! Билл!

Джек охрип от волнения, и голос его заметно дрожал. Какая же это радость – после стольких часов одинокого блуждания в темноте услышать знакомый голос! Какая радость – в мрачном подземелье увидеть Филиппа с его непременно торчащим вихром и Билла с его добродушной усмешкой, живыми веселыми глазами, спокойной и уверенной манерой держаться. Мальчик был так счастлив, что с трудом удерживал слезы. Билл слегка похлопал его по плечу.

Хорошо, что ты снова с нами, Джек, – сказал он. – Держу пари, у тебя есть что рассказать.

Да, – ответил Джек, доставая из кармана носовой платок, чтобы высморкаться. – А где девочки?

Они дома и в полной безопасности, – сказал Филипп. – Когда вчера мы тебя потеряли, нас захватили в плен. Но нам удалось убежать, а потом мы выбрались из шахты, сели в лодку и только поздно вечером добрались домой. Я сходил к Биллу, и вот мы здесь! Мы плыли не на его лодке, – в ней кто-то сделал пробоину. А лодки Йо-Йо тоже не оказалось на месте.

А как же вы попали сюда? – удивился Джек.

Через подземный ход, он ведет прямо из Роки-Ледж до Мертвого острова, – с гордостью ответил другу Филипп. – Ну, что ты на это скажешь? Мы нашли этот ход по рисунку в одной старинной книге. Добирались мы сюда целую вечность! Но все-таки дошли.

Джек был буквально ошеломлен услышанным и хотел тут же узнать все подробности, но у Билла тоже были вопросы к нему.

– Все это гораздо серьезнее, чем ты думаешь, – казал он. – Пойдем присядем. Кто знает, может быть, ты поможешь мне разгадать загадку, над которой я уже давно бьюсь.