Тихонько насвистывая, Джек спустился по лестнице с башни. Кики подтягивал ему в унисон. Он очень любил аккомпанировать мальчику, когда тот насвистывал знакомую ему мелодию.

Орлов не было видно. По-видимому, они уже спали в своем гнезде. Зато во дворе царило необычайное оживление.

– Кролики! – воскликнул он. – Да их тут сотни! Вечером все повылезали из своих нор. Сейчас устроюсь на песке и понаблюдаю за ними. Кики, смотри, не напугай их!

Захватив одеяла и пакетик с шоколадным печеньем, Джек улегся на мягкий песок и принялся наблюдать за кроликами.

Зрелище было чрезвычайно интересным. Каких только кроликов там не было: больших и маленьких, темных и светлых, серьезных и игривых. Одни грызли жесткую траву, торчавшую пучками из земли. Другие носились взад-вперед, совершая время от времени немыслимые прыжки.

С удовольствием поглощая шоколадное печенье, Джек лениво поглядывал на забавных зверьков. И Кики наблюдал за лихорадочной деятельностью кроликов, время от времени обращаясь к Джеку с комментариями.

– При таком изобилии кроликов беркутам здесь раздолье, – размышлял мальчик.

Он вдруг почувствовал ужасную усталость, доел печенье и поплотнее завернулся в одеяло. Стало немного прохладнее, да и песок уже не казался таким мягким, как вначале. «Надеюсь, спать будет удобно, – подумал Джек. – Наверно, лучше было бы устроиться на траве. Ну все равно, сейчас я слишком устал, чтобы перебираться на новое место».

– Кики, подвинься немного! Твои когтищи царапают мне шею. А лучше устройся на ночевку еще где-нибудь!

Но тут Джек заснул, и Кики остался на своем прежнем месте. Постепенно кролики осмелели и принялись играть, прыгая вокруг спящего мальчика. Луна выглянула из-за туч и осветила двор.

Джек и сам не мог понять, из-за чего он проснулся. Просто вдруг он открыл глаза и удивленно уставился в ночное небо. В первое мгновение он ничего не мог понять. Он уже успел привыкнуть, проснувшись, видеть над собой потолок своей комнаты. А сейчас над ним были только звезды и облака. Тут он вспомнил, что лежит во дворе старого замка. Он сел на песке, разбудив при этом Кики, который раздраженно закряхтел.

«Отчего это я проснулся?» – подумал Джек, оглядывая лежавший перед ним темный двор. Луна вышла из-за туч. В отдалении суетилось несколько кроликов. Еще дальше возвышалась темная глыба замка.

Может быть, Джека разбудил какой-то звук? Или какой-то кролик перескочил через него? Джек напряженно прислушался, но ничего примечательного не услышал. В ночи раздался крик совы. Затем он различил тонкий писк летучей мыши, охотившейся на жуков. Он взглянул на башню, с которой недавно сигналил своей рубашкой… и застыл в изумлении. Не может быть! Там, в высоте, блеснул огонек!

Его глаза продолжали напряженно смотреть на башню. Появится ли свет снова? У Джека создалось впечатление, будто на башне кто-то включил и тут же выключил карманный фонарик. Но темноту больше ничто не нарушало.

Джек погрузился в раздумья. Неужели это на самом деле был карманный фонарик? Может быть, кто-то прошел к башне по стене с бойницами и Джек проснулся от звука шагов? Неужели, кроме него, в замке еще кто-то есть?

Мальчику стало немного не по себе. Что ему предпринять? Вообще-то у него не было особого желания вылезать из одеял и отправляться на разведку. А может быть, это был вовсе никакой не фонарик? Хоть бы этот свет появился снова! Тогда бы у него была полная ясность.

Однако Джек посчитал, что было бы трусостью с его стороны продолжать лежать и ничего не предпринимать, тем более что он ощущал в глубине души легкую неуверенность. Ему следовало подняться и отправиться на башню, чтобы посмотреть, нет ли там кого-нибудь. Это был бы мужественный поступок!

«Ну да, особой смелости я не чувствую, – мысленно признался себе Джек. – Но настоящая смелость – это когда человек делает что-то наперекор своему страху. Так что вперед!»

Он приказал Кики сидеть тихо и двинулся, прячась в тени, ко входу в замок. Когти Кики, которые он чувствовал на своей шее, действовали на него успокаивающе.

Он тихо вошел в зал и прислушался. Ни звука. Он включил карманный фонарик и прикрыл его носовым платком. Зал был пуст. Джек поднялся по широкой каменной лестнице на стену, соединявшую башни, и беззвучно побежал по ней, направляясь к башне.

«Лезть наверх или нет? – спросил себя мальчик. – Вообще-то не хочется. Если там наверху кто-то есть, вряд ли он задумал что-то хорошее. А может быть, вспышка света мне вообще просто привиделась?»

Наконец он собрался с духом и принялся подниматься по лестнице на башню. Верхняя комната была пуста. Он быстро поднялся по лесенке, ведущей на площадку, и осторожно выглянул наружу. Ярко светила луна, но и здесь, наверху, никого не было.

«Наверно, мне все-таки померещилось, – решил мальчик. – Болван впечатлительный! Пойду-ка я лучше спать дальше».

И он двинулся обратно тем же путем, каким пришел сюда. Кики продолжал восседать у него на плече. Однако, вступив под своды большого зала, Джек снова остановился. Что это там за звуки? Ему показалось, будто он слышит тихое позвякивание. А это что – плеск воды? Ноги Джека словно приросли к полу.

«Неужели кто-то в кухне орудует насосом? Опять кому-то вода понадобилась? – Он почувствовал, как его продрал мороз по коже. – Господи, кошмар какой-то! Если бы хоть ребята были здесь!»

Собравшись с духом, он выскочил из зала на залитый лунным светом двор и притаился в тени первого попавшегося куста. Он весь дрожал. Кики, почувствовавший его страх, забормотал ему что-то на ухо, по-видимому, стараясь его успокоить.

Однако прошло немного времени, и Джеку стало стыдно своего страха.

«Чего это я разбегался? – подумал он. – Это же просто глупо! А вот теперь, чтобы доказать самому себе, что я не трус, отправлюсь-ка я прямиком в кухню и посмотрю, кто там есть! Наверняка это какой-то бродяга, знающий вход в замок. Наверняка он испугается меня больше, чем я его».

Скрепя сердце мальчик двинулся обратно в угрожающую темноту замка. Переступив порог зала, он на цыпочках понесся через него к кухне. Совершенно беззвучно он скользнул в дверь кухни и настороженно остановился. Кики сохранял полное молчание. Всматриваясь в темноту, Джек прислушался.

Вокруг царила мертвая тишина. Ни позвякивания насоса, ни плеска воды – ничего! Не услышал Джек и человеческого дыхания. Похоже, кухня была пуста.

«Сейчас я зажгу фонарик и быстро-быстро освещу кухню, – решил про себя мальчик. – И сразу увижу, есть тут кто-нибудь или нет. В случае чего – сразу же рвану обратно в дверь».

Он вынул из кармана фонарик, включил его и посветил в направлении мойки и насоса. Никого! Джек быстро осветил всю кухню. В ней не было ни души. И ни следа чьего-либо присутствия.

Джек с облегчением вздохнул. Подойдя к мойке, он внимательно посмотрел на пол. На полу снова была лужа. Была это новая лужа или та, что появилась, когда ребята опробовали насос? Джек понятия не имел. Он тщательно осмотрел насос, но так ничего и не смог понять.

– Это настоящая загадка, – шепнул он Кики. – Похоже все эти звуки мне померещились со страху. Когда начинаешь дрожать, чего только не привидится. И свет на башне, и позвякивание, и плеск воды – все это плод моего воображения. Знаешь, Кики, похоже, я еще большее дитя, чем Люси!

Все еще несколько в расстроенных чувствах, стыдясь своей позорной боязливости, Джек возвратился во двор. Место ночлега показалось ему теперь страшно жестким и неуютным. К тому же он чувствовал легкий озноб. Он плотно завернулся в одеяла и постарался устроиться поудобнее. Потом закрыл глаза и попытался заснуть. Луна зашла, и весь двор был погружен в непроглядную темноту. Джек твердо решил про себя: что бы ни случилось, больше ни за что не покидать своего ночлега. Если кому-то нравилось всю ночь мигать фонарями и качать насос – ради Бога! Его это совершенно не касается!

Джек был бодр и свеж. Ему абсолютно не хотелось спать. Страха он больше не чувствовал, но ужасно злился на себя за то, что никак не мог заснуть. Потом он решил думать об орлах и начал про себя строить планы утренних фотосъемок.

Кики спал, засунув голову под крыло. Мог бы и проснуться, чтобы поболтать с ним! Хоть бы ребята были здесь! Он мог бы, по крайней мере, рассказать им о том, что ему этой ночью привиделось.

Наконец, когда рассвет уже посеребрил горизонт, он заснул и не увидел, как небо окрасилось сначала золотом, а затем розовым цветом. Не заметил он и как вылетели из гнезда орлы в свой первый утренний полет. Потому что он спал – крепко и глубоко, как и Кики. Попугай пробудился от первого орлиного крика, на который тут же ответил ничем не хуже.

Потом проснулся и Джек. Он резко выпрямился. Кики взлетел с его плеча, дождался, когда Джек позовет его, и вернулся на место. Мальчик протер глаза и зевнул.

– Есть хочется, – сказал он Кики. – А тебе?

– Мрачная и темная, – ответил Кики, вспомнив красивые слова, заученные накануне. – Мрачная и темная, мрачная…

– Да, да, уже понял. Послушай-ка, Кики, ты помнишь, как мы посреди ночи вскочили, лазили на башню и шарили по кухне?

Похоже, Кики помнил. Он поскреб клюв лапой, задумчиво покосился на Джека и пробормотал:

– Очень жаль, очень жаль!

– Совершенно с тобой согласен. Действительно, очень жаль, что я так разнервничался, – сказал Джек. – Я был полным идиотом, Кики! Сейчас, при свете дня, мне кажется, что все, происшедшее ночью, мне просто приснилось. Да, собственно, ничего и не произошло.

Кики, склонив голову набок, внимательно слушал. Наконец Джек выбрался из-под одеял.

– Вот что я тебе скажу, Кики. Мы никому и ничего не станем рассказывать о свете на башне и таинственном звоне и плеске воды. Нас только высмеют. А Люси наверняка просто перепугается. Совершенно очевидно, что все это мне померещилось.

Очевидно, Кики был согласен с каждым словом. Он принимал деятельное участие в завтраке, таская фрукты из сумки и с интересом наблюдая, как Джек открывал бутылку лимонада.

– Интересно, когда придут ребята? – обратился к нему Джек. – До их прихода надо сделать пару снимков. Согласен, Кики?