После столь неожиданного заявления в сарае воцарилась тишина. Никто из ребят не мог полностью понять, что имел в виду Фэтти.

— Ну что вы на меня так смотрите? Неужели сами не понимаете, что все это значит? — похлопал он себя по лбу. — Это значит, что мешок, вытянутый со дна Гуном, и есть тот сверток, с которым Феллоуз выскочил из дома. А потом забросил в реку. Забросил, чтобы спрятать. Тот самый сверток, за которым охотился грабитель! Хотя по какой причине он это делал, мы пока не знаем.

— Но как ты догадался? — изумленно моргала глазами Дейзи.

— Это совсем просто. Я подобрал одну красную перчатку в углу лестницы в доме Феллоуза, — нетерпеливо пояснил Фэтти. — Он, должно быть, очень торопился, запихивая вещи в сумку, — ну, одну перчатку и обронил.

— А, теперь до меня дошло! — обрадовался Ларри. — В самом деле, твоя красная перчатка доказывает, что эта сумка как раз та самая, с которой Феллоуз выбежал из дома. Но только, убейте меня, я не понимаю, почему эта кукольная одежда для них так важна.

— А мы ее сейчас достанем и посмотрим, — сказал Фэтти. — Дейзи, пойди принеси ее обратно из мусорного бака. Сейчас мы ей устроим экспертизу. Должно же там что-то быть, чтобы мы поняли, почему за ней так охотятся.

Дейзи и Ларри пошли доставать вещи из мусора, но как раз на обратном пути они услышали голос повара из дома Троттвилей.

— Эй, дети! Вы знаете, что уже почти половина первого! Ваша мама, мисс Дейзи, несколько раз звонила. И миссис Хилтон звонила вам, мистер Пип! А обед мистера Фредерика уже давно дожидается его в столовой.

— Тьфу, вот невезуха! — проворчал Ларри. — И как раз в тот момент, когда наклевывается что-то стоящее! — И они с Дейзи поспешили в сарай сказать остальным.

Фэтти оглядел нетерпеливым взглядом кучу одежды.

— Ладно, придется с этим подождать. Как раз одежка высохнет. Я отнесу ее к себе в комнату и положу перед электрокамином.

— Обещай, что не будешь ее обследовать до нашего возвращения, — схватила его за руку Бетс.

— Обещаю, — сказал Фэтти. — А теперь — быстро все по домам. И надеюсь, вам не очень влетит от родителей.

Четверо друзей вскочили на велосипеды и во весь опор понеслись домой, понимая, что нагоняя не избежать.

Так и вышло. Две не на шутку рассерженные мамы встретили их у дверей.

— Без четверти два! О чем вы только думаете?

Но обиднее всего было то, что ни одному из них не разрешили после обеда выходить из дома! Ларри с Дейзи, расстроенные, сидели в своей детской, а Пип с Бетс — в своей. Фэтти прождал их до трех часов, потом позвонил. Ему не позволили даже поговорить с провинившимися.

Мама Ларри была сурова и сдержанна.

— Тебе не следует впредь так надолго задерживать Ларри и Дейзи, — сказала она в трубку.

Фэтти робко извинился упавшим голосом.

Миссис Хилтон была более многословна. И когда она закончила, Фэтти почувствовал себя еще более несчастным. Было слышно, как на другом конце провода Бетс кричит маме:

— Мама, пожалуйста, спроси у Фэтти, Бастер вернулся? Ну пожалуйста, спроси!

Миссис Хилтон спросила.

— Да, вернулся. Передайте Бетс, он прибежал час назад, весь в песке и ужасно голодный, — сообщил Фэтти. — Я больше не разрешу ему убегать с собакой старика Спайсера.

В трубке раздался щелчок и короткие гудки. Фэтти повернулся и строго взглянул на Бастера, сидевшего рядом с виноватым видом.

— Эх, ты! Друг, называется. Бросил меня одного, когда напал Пошелвон! — укорял его Фэтти. — Стыд и позор! Гоняться за кроликами в то время, когда жизнь хозяина в опасности… Ну и ну!

Фэтти поднялся в свою комнату и с тоской посмотрел на развешенные перед камином кукольные одежки. Теперь они уже полностью высохли. Как хотелось ему тут же приступить к осмотру! Но нет, он обещал друзьям не делать этого, и Фэтти просто не могло прийти в голову нарушить данное слово. Он сложил вещи стопкой и сунул их в ящик комода.

Оставшаяся часть дня оказалась на редкость скучной. Расследование тайны зашло в тупик. По крайней мере до того момента, как остальные юные сыщики смогут прийти и принять участие в осмотре вещей. Бастера все еще мучили угрызения совести, и веселиться он явно не был расположен. За окном шумел сильный дождь. И в довершение всего синяки на Фэтти начали проступать все отчетливее. Он внимательно осмотрел их.

— Прилично Гун меня разукрасил, — сказал он своему отражению в зеркале. — Но все же не так хорошо, как ему бы хотелось.

Остальным юным сыщикам запретили выходить из дома на весь день. Они сидели по домам мрачные и надутые. До чего же тоскливо сидеть дома, когда они наконец-то наткнулись на настоящую тайну!

Бетс и Пип обсуждали странную находку.

— Удивительно, что для кого-то эти тряпки настолько важны, что он залез к Феллоузу в дом и переворошил там все снизу доверху, — заметил Пип.

— Подозрительно, что эта одежда для куклы-мальчика, а не девочки, — поделилась с братом своими соображениями Бетс.

А Ларри в это же время говорил Дейзи:

— Вот Гун разозлится, когда узнает, что он сам подарил Фэтти такие существенные улики! Наверное, еще никому в жизни не запихивали улики за ворот рубашки. На это способен только Гун!

Всем четверым пришлось в этот день рано лечь спать. Мама Ларри и Дейзи, как и мама Пипа и Бетс, все еще была не в духе. Одна только мама Фэтти пребывала в отличном настроении, но это потому, что она обедала в гостях и ей не пришлось долго ждать сына, как другим!

Миссис Троттвиль очень удивилась, заметив синяки Фэтти. Один красовался на его правой щеке, второй — на подбородке и третий — на левой руке. Были, конечно, и другие, невидимые ее глазу.

— Как ты умудрился так себя разукрасить? — спросила она Фэтти.

— Ах, это? Да так, катался на велосипеде, — подчеркнуто безразличным тоном ответил Фэтти и постарался поскорее сменить тему разговора. Он тоже рано лег в постель, но потом еще долго читал. А Бастер тихонько лежал рядом под теплым одеялом. Он был воплощением раскаяния и смирения. И, конечно, был давно прощен.

Фэтти почувствовал, что очень устал за день. «Опять, должно быть, эти «гриппозные последствия», — решил он, выключил свет и заснул здоровым крепким сном. Его родителей в этот вечер не было дома, они поехали в театр. А так как после спектакля предполагались танцы, вернуться они собирались не раньше часа ночи.

В половине одиннадцатого весь дом был погружен в темноту, если не считать небольшой лампочки, оставленной гореть в прихожей. Обе горничные отправились спать и мирно похрапывали в своей комнате. Бастер, намаявшись за день, тоже спал без задних ног. Как, впрочем, и его хозяин.

Внезапно Фэтти разбудил встревоженный собачий лай.

— Гав-гав-гав! — заливался пес.

Фэтти рывком сел в постели и зажег свет. Без четверти час.

— Прекрати, Бастер! Это всего лишь папа с мамой приехали, понял? — сонно укорял его Фэтти. — Ну хватит, уймись. Ты ведь уже знаешь звук их машины!

Но Бастер и не собирался униматься. Наоборот, он соскочил с кровати на пол, оглашая дом неистовым тявканьем. Фэтти запустил в него тапкой.

— Говорят тебе, замолчи! Это мама и папа приехали домой. Ты же знаешь, они ездили в театр. Иди ко мне, Бастер.

Бастер не внял уговорам Фэтти. Не обращая на них ни малейшего внимания, он по-прежнему рвался к двери. Тогда Фэтти решил, что в доме и вправду что-то неладно. Он спрыгнул с кровати, накинул халат и раскрыл дверь. Испуганный голос горничной окликнул его:

— Мистер Фредерик, это вы? Что это Бастер разлаялся? Может, в доме кто чужой?

— Я думаю, родители возвращаются, — отозвался сверху Фэтти. — Идите спать. Бастер понесся вниз, так что можно не волноваться. Если в доме кто-то есть, он его быстренько сцапает!

Бастер все так же яростно лаял где-то под лестницей. Фэтти решил произвести расследование. Он уже собирался спуститься вниз, когда взгляд его упал на дверь родительской спальни. Она была открыта, и луч света с лестницы освещал часть комнаты. Там царил форменный разгром!

— Черт! — ахнул Фэтти, щелкая выключателем. — Вы только посмотрите, что здесь творится! Грабители! Пока мы все спали!

Фэтти заглянул в отцовский кабинет и в комнату для гостей. Везде одна и та же картина: содержимое шкафов и комодов вывалено на пол и перерыто. Фэтти в три прыжка сбежал вниз. Бастер стоял перед открытым окном гостиной, исходя бешеным лаем.

— Теперь лаять без толку, Бастер, — сказал Фэтти, оглядывая комнату, которая представляла собой такое же зрелище разгрома и беспорядка, как и спальни наверху. — Вора уже и след простыл. Он, наверное, собирался залезть в мою комнату, когда ты услыхал его и проснулся. А сбежал он через то же окно, что и влез в дом. Чем он успел поживиться? Надеюсь, мамины украшения целы.

Послышался звук подъехавшего автомобиля. На этот раз это и в самом деле были вернувшиеся домой родители. Фэтти облегченно вздохнул. Теперь они могут сами заняться этим делом.

Мистер и миссис Троттвиль пришли в ужас, когда, войдя в дом, увидели полнейший кавардак во всех комнатах. Миссис Троттвиль поспешила проверить свои драгоценности, шубы и столовое серебро. Все было на месте.

— Очень странно, — заключила она после двадцатиминутного обследования. — По-моему, не пропало ничего. Они не взяли даже мое жемчужное ожерелье, которое я оставила на туалетном столике. Зачем же тогда этот вор залезал к нам?

И Фэтти осенила догадка! Конечно же, это тот самый вор, что побывал в доме у Феллоуза. И искал он все то же — кукольную одежду! Но зачем, скажите на милость? Зачем?!

Фэтти взлетел по ступенькам к себе, чтобы проверить, цела ли одежда. Да, все на месте, в ящике комода, куда он ее сунул. Хорошо, что он не оставил ее сушиться на кухне, как собирался вначале. Но потом, к счастью, решил забрать ее в свою комнату. Хотелось избежать ненужных вопросов насчет такого довольно странного для мальчика увлечения кукольным гардеробом «секонд хэнд».

Но как преступник узнал, что эти вещи теперь находятся у него в доме? Разгадать эту загадку было много легче. Человек с водорослями! Он ведь наблюдал, как Гун пихал мокрые кукольные вещи за шиворот Фэтти! Он тоже тогда охотился за ними. Но так вышло, что выудил их из реки Пошелвон. Удача сама плыла к Гуну в руки, а он не нашел ничего лучшего, как использовать эти первосортные улики в качестве орудия наказания Фэтти!

Как, должно быть, бесился от злости этот собиратель водорослей! Ведь на его глазах то, за чем он так долго охотился, заталкивали за воротник какому-то мальчишке! А потом, наверное, было все просто: он спросил у Спайсера, кто такой Фэтти и где живет, дождался ночи и залез в дом, чтобы заполучить так интересующие его вещи.

Фэтти посмотрел на стопку кукольной одежды в ящике.

— Да, она представляет собой огромную ценность, это очевидно, — важно проговорил он. — И, может быть, завтра мы узнаем об этом поподробнее.

— Ты собираешься звонить в полицию? — услышал он голос мамы.

— Пожалуй, не стоит, — ответил отец. — Не хватало еще, чтобы этот громила полицейский топал по всему дому своими слоновьими ножищами среди ночи. Насколько мы можем судить, ничего не пропало. Пусть многоуважаемый мистер Гун храпит в свое удовольствие!

— Слава Богу, — вздохнул Фэтти, забираясь в постель. — Мне как-то не очень хочется снова встречаться с Гуном сегодня ночью.