Джек подбежал к калитке и посмотрел вслед подозрительной паре. Вскоре он вернулся с известием, что незнакомцы направились к Совиному двору. Гус выбрался из шкафа, и срочно был созван семейный совет.

– Мужчину я не знаю, – сказал Гус. – А его спутницу зовут госпожа Татиоза, она супруга премьер – министра Таури-Гессии. Как же я ее ненавижу! Она очень умна, но совершенно бессердечна и безжалостна.

– Эта красивая молодая дама? – удивилась миссис Каннингем.

– Да, да. – Гус энергично покивал головой. – Дядя мне много о ней рассказывал. Раньше она была шпионкой. А потом вышла замуж за премьер – министра. Он исполняет все ее желания.

– Гм, – задумчиво протянул Билл. – А мужчину, стало быть, ты не знаешь? Но это, по сути, и неважно. Поскольку ты узнал госпожу Татиозу, мы можем утверждать, что они напали на твой след. Как нам быть в этой ситуации? Может, и в самом деле скрыться с глаз долой? Знаешь, Гус, лучше всего было бы отвезти тебя в Лондон и запереть в Тауэре. Уж там – то ты гарантированно будешь в полной безопасности.

– Но ты же сам сказал, что два человека для нас не опасны, – возразил Джек. – Стало быть, пока в окрестностях не объявятся новые гости, опасности, как таковой, не существует. Предлагаю – нам с Филиппом вести круглосуточное наблюдение за Совиным двором. Естественно, меняя друг друга. День – я, день – Филипп.

– Неплохая идея. – Билл задумчиво пососал трубку. – Ладно. Пока останемся на месте и посмотрим, что предпримут госпожа Татиоза и ее спутник. Они, конечно, подозревают, что Густавчик – это и есть принц. Миссис Эллис им его наверняка описала, а ведь его ни с кем не спутаешь.

– Да, особенно с его длинными волосами, – сказал Джек. – Билл, я отправляюсь на Совиный двор и пробуду там до вечера. Для правдоподобности попрошу миссис Эллис дать нам масла, а ее мужу немного помогу по хозяйству. Кстати, – с превеликим удовольствием.

Билл согласился с предложением, и Джек в компании с Кики, не откладывая, отправился в путь. А остальные ребята решили сходить в поход.

– Ни в коем случае не появляйтесь в окрестностях Совиного двора, – напомнила им миссис Каннингем. – С собой можете взять чай и пирог. Думаю, надежнее всего Гусу находиться именно в вашем окружении. Только не оставляйте его одного!

Она собрала им корзинку с провизией, и счастливые ребята, не раздумывая, пустились в путь. Через какое – то время они оказались в долине, сплошь усеянной золотисто – желтыми цветами чистотела. Усталые и разгоряченные, они расположились на отдых.

– Здесь просто изумительно! – восхищалась Люси. – Чистотел выглядит так, как будто его каждое утро заботливо моют. Каждый лепесточек!

Вдруг Дина испуганно вскинулась.

– Филипп, у тебя на плече сидит мышь!

Сонечке стало очень жарко в кармане у Филиппа. Она выползла из – под его шерстяного свитера, осторожно огляделась по сторонам и, убедившись в отсутствии опасности, довольная уселась у него на плече.

– Мышка! – радостно воскликнула Люси. – Как ее звать, Филипп? Можно мне взять ее в руки?

– Я назвал ее Сонечкой, потому как она обычно много спит. – Филипп достал из кармана орех и протянул его Люси. – Положи орех на ладонь и угости им Сонечку. Только приближайся к ней как можно медленнее. Тогда она не испугается и переползет к тебе.

Люси сделала все в точности, как советовал Филипп. Зверек боязливо следил за приближающейся к нему ладонью с орехом. Усики на его мордочке слегка дрожали.

– Она учуяла орех, – тихо сказал Филипп. – Теперь не двигайся, Люси! Гопля, ну вот теперь она у тебя на ладони! Правда ведь, приятно ощущать, как она тихонько перебирает своими маленькими лапками?

– Просто восхитительно. Вот бы мне такую!

– Я тебе обязательно поймаю, – пообещал Филипп.

Но тут уже Дина встала на дыбы.

– Не желаю никаких мышей у себя в спальне!

– Но Сонечка не обыкновенная мышь, – сказала Люси. – Эти орешниковые сони совершенно не пахнут. Да посмотри же, какая прелесть!

Сонечка отгрызла кусочек ореха, зажала его в передних лапках и, усевшись поудобнее, принялась, поглядывая на Люси большими черными глазками, поглощать свое любимое лакомство.

– У нее глазки совершенно, как зеркальца, – заметила Люси. – Я вижу в них свое отражение, только очень, очень маленькое.

– Правда? – Гус пододвинул свое лицо вплотную к Люси, чтобы убедиться, действительно ли глаза мыши так хорошо отражают все вокруг. Но Сонечка вдруг подпрыгнула и молниеносно исчезла за воротником у Филиппа.

– Дурак! – сердито крикнула Люси. – Зачем ты ее спугнул?

– Простиссе! – удрученно сказал Гус. – Извини, пожалуйста, Люси!

И хотя Сонечка выглянула еще пару раз из – за воротника Филиппа, полностью наружу уже больше не вылезала.

– Она еще не совсем ручная, – объяснил Филипп. – Она ведь у меня совсем недавно. Скоро она совершенно спокойно будет участвовать в наших трапезах и поедать свои орехи прямо у меня с тарелки.

– Только через мой труп! – заявила Дина.

– Да перестань ты, Дина! – сказал брат. – Ты ведь Сонечку даже не разглядела как следует. Если бы ты…

– Кто – то идет, – перебила его Люси, услышав мужские голоса.

– Спрячься за куст, Густавчик! – крикнул Филипп. – Быстро!

Гус послушно заполз в ближайший куст дрока. У него даже не было времени увернуться от торчащих повсюду шипов – двое мужчин были уже совсем рядом. Они переговаривались на раскатистом местном диалекте. Один из них был тем самым пожилым крестьянином, что рассказывал ребятам о барсуках. Он дружелюбно кивнул Филиппу и громко сказал:

– Нынче можете понаблюдать за барсуками. Ночь будет лунная.

– Вылезай, Гус, – сказал Филипп, когда мужчины прошли мимо. – Ложная тревога.

Гус с трудом выполз из – под куста. Его лицо, руки и ноги были исцарапаны колючками. Посмотрев на него, ребята поняли, что он вот – вот расплачется.

– Он весь в крови, – насмешливо сказала Дина.

– Да ладно, ничего страшного. – Филипп достал носовой платок и промокнул им несколько капелек крови, выступивших на коже у Гуса. – Дрок – он колючий. Не куксись, Гус! И не распускай нюни!

– При виде крови, – жалобно ответил Гус, – мне становится плохо.

– Ну и что! – железным голосом заявила Дина. – Это еще не основание для того, чтобы всякий раз устраивать по этому поводу истерику.

Гус справился с собой, с усилием подавив рвущиеся наружу рыдания.

Перекусив, ребята отправились в обратный путь. Филипп намеревался еще обследовать каменоломню и поискать следы барсуков.

Он обошел кругом глубокую лощину, внимательно высматривая между кустами следы барсуков. Гус и девочки, не дожидаясь его, вприпрыжку помчались к Каменной хижине. Кто знает, не поджидает ли их на дороге коварный враг?

– Что новенького? – спросила запыхавшаяся Люси, когда они прибежали домой. – Джек уже вернулся с Совиного двора?

За время их отсутствия ничего не произошло. И у Джека, появившегося вскоре после их возвращения, особых новостей тоже не было.

– На Совином дворе не видно ни единой живой души, – доложил он. – Даже госпожа Татиоза и ее спутник не появлялись. Похоже, они все время проторчали у себя в комнате. Правда, один раз мне послышалось какое – то дребезжание, как будто кто – то звонил по телефону.

– Гм. – Билл потянулся. – Безделье утомляет. Сейчас прочитаю газеты, и будем ужинать. Сегодня будет прекрасная лунная ночь.

– Идеально для барсуков, – тихо сказал Филипп Джеку. – Пойдешь со мной после ужина в лес?

– Естественно. Подождем, пока все уснут, и отправимся потихоньку. Гус наверняка не услышит, как мы смоемся. Он всегда дрыхнет без задних ног.

На ужин они ели ветчину с салатом и пили жирное густое молоко.

– Вкуснятина! – сказал Филипп. – И почему это, собственно, в интернате никогда не бывает ничего подобного?

– Только не заводи, пожалуйста, снова свою любимую песню о лишениях, которые вы испытываете в интернате, – попросила мама. – Ты уже зеваешь. Дети, быстро в постель.

– Твое желание – закон для нас. – Филипп поднялся из – за стола. – Джек, ты идешь?

Джек кивнул. Перед ночной вылазкой можно было немного соснуть. Гус отправился с ними наверх. Девочки почитали немного и тоже отправились в постель.

– Я поставлю будильник на одиннадцать часов и суну его под подушку, – шепнул Филипп Джеку на ухо. – Тогда его никто, кроме меня, не услышит. Фу, ну и устал же я!

Скоро все пятеро уже крепко спали.

Билл включил радио.

– Послушаем десятичасовые новости, – сказал он жене.

Немного спустя раздался тихий стук в дверь. Билл напрягся и посмотрел на жену. Она подняла брови и пожала плечами. Он подошел к двери.

– Кто там?

– Я от миссис Эллис, – ответил испуганный женский голос. – Ее тетушка упала и сломала ногу. Она просила вас прийти как можно скорее. Миссис Эллис в полном отчаянии. Доктор – то в отъезде.

Билл открыл дверь. Снаружи стояла сгорбленная фигура, укутанная в большой платок. Ее лицо было плохо различимо в темноте. Должно быть, это была пожилая женщина, помогавшая миссис Эллис на кухне.

– Проходите, пожалуйста, – сказал Билл.

– Нет, спасибо, мне нужно бежать назад. Вы придете?

– Да, мы сейчас придем. – Билл затворил дверь и вернулся в гостиную. – Миссис Эллис просит помочь, – сообщил он. – Тетушка Наоми упала и сломала ногу. Я отведу тебя на Совиный двор и сразу же вернусь домой. А обратно тебя проводит миссис Эллис, или же ты переночуешь у нее.

– Пошли скорее, – сказала жена. – Бедная миссис Эллис! Произошло то, чего она так опасалась.

Она быстро собрала необходимые вещи, и они вышли из дому.

– Детей будить не будем, – сказал Билл. – Я ведь сейчас же вернусь домой.

Он запер входную дверь и сунул ключ в карман.

– Какая чудесная лунная ночь! Светло, почти как днем. Маленький моцион нам не помешает.