Взобраться по металлическим перекладинам не составило труда. Через мгновение Тони был высоко наверху. Но его уже опередил Кики. Он с гордым видом уселся на большой колокол, висящий на толстом бревне. Когда под его лапами колокол негромко запел, он испуганно взмыл в воздух. Тони улыбнулся и полез дальше. За ним поднимались остальные. Железная лестница вела к четырехугольному отверстию, через которое они забрались в круглое помещение, расположенное над колоколами. В нем было четыре больших сводчатых окна, выходящих на все стороны света.

Тони выглянул в окно, находящееся напротив комнаты Филиппа, пытаясь на глаз определить расстояние до нее. Джек тоже высунулся из окна. Пространство, разделяющее обе башни, показалось ему пугающе огромным. Земли почти не было видно. Джек подавленно отвернулся от окна. Надо быть просто сумасшедшим, чтобы решиться на это безумие!

Однако Тони и Бинго были совершенно спокойны, как будто занимались наинормальнейшим делом на свете. Они деловито обсуждали между собой какие – то детали и, очевидно, ни на секунду не сомневались в успехе задуманного предприятия.

Тони произнес что – то по-итальянски.

– У Тони все готово, – перевел Педро. – Как нам привлечь внимание твоих друзей? Они должны помочь нам закрепить канат на той стороне.

– Можно помигать фонариком… или покричать совой. Это наверняка привлечет внимание Филиппа.

– Давай сову, – решил Тони.

Джек сжал ладони и сильно дунул сквозь сложенные большие пальцы. Ночную тишину прорезал дрожащий крик, потом – еще один.

Они напряженно вглядывались в темное окно напротив. Спустя некоторое время в нем мигнул огонек.

– Филипп услышал, – радостно вскричал Джек и в свою очередь мигнул фонариком. – Филипп! – приглушенно крикнул он. – Это ты?

– Джек? – удивленно отозвался Филипп. – Куда это тебя занесло? Ты что – на башне?

– Скажи ему, что Тони переберется к ним по карнизу. – Педро ткнул Джека локтем в бок. – Но вначале нужно его хорошенько натянуть. К одному концу каната привязана веревка, мы обмотаем ею камень и бросим Филиппу. Его задача – поймать камень и закрепить канат на той стороне.

– Нет, у меня есть предложение получше, – воскликнул Джек, заразившись волнением от Педро. – Кики перетащит канат на ту сторону. Ну, в смысле – не толстый канат, а веревку, привязанную на конце. Он перелетит туда с веревкой в клюве.

– Ладно, пойдет. Так мы и время сэкономим. – Тони тотчас оценил предложение Джека.

– Филипп! – крикнул Джек. – Позови к себе Кики. Когда он перелетит к тебе, вынь у него из клюва веревку и затащи ее в комнату. К веревке прикреплен канат с железным кольцом. Твоя задача – хорошенько закрепить его у себя в комнате. Крепление должно быть абсолютно надежным, чтобы канат ни в коем случае не провисал.

– Это ясно. Но я не понимаю, зачем все это.

– Увидишь. Теперь позови Кики! – Джек сунул Кики в клюв кончик веревки и сказал: – Отнеси это Филиппу!

– Кики! – позвал Филипп. – Кики!

Зажав в клюве веревку, Кики тотчас снялся с места и полетел к нему. Он отлично понял, что он него требуется, а Тони, стараясь не напугать птицу, потихоньку «травил» канат.

Приземлившись к Филиппу на плечо, Кики выпустил веревку, чтобы дернуть мальчика за мочку уха. Филипп успел подхватить веревку в самый последний момент. Не теряя времени, Филипп быстро втянул ее в комнату. Через секунду в окне показался тяжелый, но гибкий канат. Энергично перебирая руками, он перетащил его через подоконник и стал подтягивать, пока не почувствовал сильный рывок: канат натянулся до упора. После этого Филипп быстро зажег фонарь и осветил комнату, чтобы найти место, к которому можно было прикрепить железное кольцо, привязанное к концу каната.

Вскоре он нашел, что требовалось. У его кровати были тяжелые металлические ножки. Он подтащил ее ближе к окну и зацепил кольцо за одну из ножек. Теперь канат был закреплен надежно. Кровать находилась рядом с окном, а металлическая ножка с кольцом плотно прижата к стене.

Наконец пробудился Густавчик.

– Что случилось? – в полусне спросил он.

– Тише! – сказал Филипп, от возбуждения почти лишившийся дара речи. – Там Джек. Быстро разбуди девчонок. Только тихо!

На звоннице Тони с помощью Бинго изо всех сил натянул канат. Их волновало, хорошо ли закреплен канат на той стороне. Тони, прежде чем он ступит на канат, нужна была полная уверенность, что он не провисает.

– Держится хорошо, – сказал наконец Бинго. – Можешь идти.

Тони не терял ни минуты. Он взобрался на каменный подоконник и выпрямился в проеме окна. Бинго осветил канат мощным фонарем.

Тони поставил ногу на канат и… Джек затаил дыхание. Канатоходец, как ветер, промчался по туго натянутой струне. Его ноги, казалось, вообще не касались ее. Он почти парил в воздухе.

Добежав до комнаты, он присел и спрыгнул на кровать, стоящую под окном. Филипп схватил его руками за плечи, как будто хотел убедиться, что перед ним не призрак, а живой человек. Он был смертельно бледен.

– Дьявол! Вы же могли свалиться!

Тем временем Густавчик разбудил девочек и привел их в спальню мальчиков. Кики был счастлив снова видеть всех вместе.

– Кто это? – испуганно спросила Люси, когда Тони спрыгнул с подоконника. – Что случилось, Филипп?

– Некогда объяснять, – сказал Филипп, и сам не очень понимавший, что происходит. – В общем – нас спасают.

Тони втащил в комнату еще один канат. Ребята следили за ним с любопытством. Скоро в комнату спустилась маленькая трапеция, на которой воздушные гимнасты каждый вечер демонстрируют свое искусство. Подхватив ее руками, Тони обратился к Филиппу:

– Ты сидишь здесь, – сказал он, указывая на трапецию, подвешенную к канату. – Сидишь тихо. Я тебя тяну к Джеку.

Филипп с опаской посмотрел на раскачивающуюся трапецию. Неужели придется усаживаться на эти тоненькие качели и на них переправляться на звонницу? Он немного замешкался.

– Быстро! – нетерпеливо подгонял Тони. – Ты первый?

Филипп кивнул. Если остальные убедятся, что он перебрался благополучно, они будут не так бояться.

– Я пойду первым, – сказал он, обращаясь к Густавчику и девочкам, испуганно наблюдавшим за ним. – За мной – Люси, потом Густавчик и в заключение – Дина.

Он шагнул на кровать, а с нее – на подоконник. Не успел он оглянуться, как Тони подхватил его и усадил на трапецию.

– Я иду, – крикнул Тони товарищам, наблюдавшим за ними со звонницы, и ловко побежал по канату, таща за собой трапецию с оседлавшим ее Филиппом. Не успел тот хорошенько понять, что происходит, как его подхватили заботливые руки друзей и втащили на круглую площадку над колоколами. Джек схватил его за руку и крепко пожал. Оба они не промолвили ни слова.

Между тем гимнаст, не теряя времени, быстро возвратился в крепость. Люси отчаянно трусила, но, мужественно взяв себя в руки, с помощью Тони отважно заняла место на трапеции. Ее затрясло от ужаса, когда она представила себе бездну, разверзшуюся у нее под ногами. Но все испытание заняло каких – то пару секунд, и вот она уже благополучно приземлилась на площадке.

Гимнаст сразу же отправился за Густавчиком. Того колотило так, что Тони испугался, как бы он не свалился с трапеции. Но мальчик держался крепко. Вот когда через мгновение его ноги коснулись заветной площадки, он едва не разрыдался от облегчения, что все закончилось.

С Диной вообще не было никаких хлопот. То ли она не испытывала никакого страха, то ли не хотела его показывать, но, как бы то ни было, она с улыбкой проскочила пространство между крепостью и звонницей, сопровождаемая по-кошачьи гибким и ловким Тони.

Всех охватило радостное возбуждение. Люси невозможно было оторвать от Джека. На площадке столпилось столько народу, что Тони с трудом нашел для себя местечко.

– Что будем делать с канатом? – спросил Педро.

– Пусть висит, – ответил Тони. – У меня еще есть.

– Давайте спускаться! – нетерпеливо сказал Джек. Он опасался, как бы в последний момент им не помешало что-нибудь непредвиденное. – Я полезу первым.

Скоро все были внизу.

– Только тихо! – предостерегающе прошептал Педро, и беглецы молча двинулись вниз по склону горы.

Люси крепко прижалась к Джеку. Он обнял ее за плечи, радуясь, что маленькая сестренка снова была с ним. Испуганный и сбитый с толку, Густавчик, спотыкаясь, шел с остальными. Похоже, он плохо понимал, что происходит вокруг него.

– Девочек устроим в нашем фургончике, – предложил Педро Джеку. – А сами уляжемся под ним.

Однако не успели они добраться до фургона, как вдруг до них донесся ужасный шум. Они в испуге замерли на месте. Что случилось?

– Это звонит колокол… Нет, много колоколов! – Джек приложил ладонь к уху. – Вот это – колокол с нашей звонницы, а этот – с соседней церкви, а это еще какой – то. Что случилось – то? Неужели успели уже обнаружить, что Густавчик сбежал?

Поднявшийся шум всполошил всю стоянку. Циркачи высыпали из своих фургонов. Колокольный звон разносился все дальше и, казалось, никогда не кончится. Из города стали доноситься громкие крики. Вспыхнули яркие огни.

– Во всех окрестных деревнях звонят колокола, – удивленно сказал Джек. – По-видимому, людей о чем – то предупреждают. Но о чем? О побеге Густавчика явно никто еще ничего не знает: слишком рано. Да и вообще – о том, что он в крепости, знали только граф Паритолен и его сестра.

Нет, колокола звонили не из – за Густавчика. Они возвещали о важном событии, очень важном событии.

– Король! Король пропал! Исчез бесследно. Король пропал! Король!

Горожане сообщали друг другу эту весть, полные горестных предчувствий. Что приключилось с королем? Неужели убит? Все колокола города возвещали о великом несчастье.

– Король пропал! Где король?

Услыхав тревожную новость, Джек тяжело вздохнул.

– Мы только – только успели вытащить Густавчика из крепости. Опоздай мы на какой – то час, и его бы там уже не было.

Филипп кивнул.

– Хотелось бы мне видеть рожу графа Паритолена, когда он ворвется в нашу комнату, чтобы вытащить Густавчика из постели, и обнаружит, что его там нет. Король пропал, но нет никого, кто мог бы его заменить.

Густавчик разрыдался.

– Что случилось с дядей? Где он? Я не хочу быть королем.

– Заткнись! – свирепо заорал Джек. – Тебе нужно, чтобы каждая собака знала, что ты принц? Если тебя кто-нибудь выдаст, граф Паритолен заграбастает тебя в тот же момент. Полезай в фургон сиди там тихо как мышь!