Скоро жизнь в Каменной хижине потекла своим чередом. Миссис Каннингем была довольна и счастлива. Вначале она опасалась, что вдали от цивилизации ей будет нелегко обслужить Билла и пятерых ребят. Больше всего она боялась, что в этой глуши у нее будут сложности с закупкой провианта. Но на деле все оказалось очень просто. До деревни было не так уж далеко: до нее можно было без труда добраться пешком. Но самое главное, всем необходимым обитателей Каменной хижины в изобилии снабжал Совиный двор.

Каждый день их посещала маленькая, неизменно приветливая миссис Гамп и наводила повсюду образцовый подарок. Она очень полюбила ребят, и это было большой удачей. Вот только Густавчика она на дух не переносила, и частенько жаловалась на него миссис Каннингем.

– Командует – ну что твой фельдфебель. Намедни велел мне принести ему из спальни носовой платок. Он ведь иностранец, правда? Только я, знаете ли, стара, чтобы мной помыкал такой вот сопливый мальчишка.

В первые дни Густавчик был для всех сущим наказанием. Он придирался буквально ко всему. То он жаловался, что ему подали обед на треснутой тарелке. То он отказывался стелить свою постель, хотя это было обязательным правилом для всех ребят.

– Я не стелю постели, – заявил он, скорчив высокомерную мину. – Пусть этим занимается миссис Гамп.

– Миссис Гамп не будет этим заниматься, – железным голосом возразила ему Дина. – Отправляйся наверх и сделай это сам. И не выпендривайся, Гус!

– Густавчик – болванчик, Густавчик – болванчик! – заскрежетал Кики. – Густавчик – болванчик…

Гус схватил книгу и запустил ею в попугая. Кики ловко увернулся, уселся на спинку стула и издевательски загоготал. Только Гус собрался запустить в него второй книжкой, как что – то с силой подхватило его и швырнуло на пол.

Чаша терпения Дины переполнилась. Она была больше не в силах выносить высокомерно – идиотское поведение этого иноземного сопляка. Вне себя от ярости, Дина вцепилась ему в волосы. Гус завопил так, как будто его резали.

В комнату ворвалась миссис Каннингем.

– Дина! Ты что – с ума сошла? Немедленно встань и отправляйся в свою комнату. Потом поговорим.

– Гус запустил в Кики книгой! – с багровым от гнева лицом, тяжело дыша, прокричала Дина. Мальчик, заливаясь слезами, продолжал лежать на полу.

– Вставай, Гус! – сказала миссис Каннингем. – Твое поведение так же безобразно, как и Дины. Ступай к себе в комнату.

– Вы не смеете мне приказывать, – огрызнулся Гус, стараясь, несмотря на заливающие его лицо слезы, сохранять величественную осанку. – Отошлите эту девчонку домой. И злуй птица тоже.

– Немедленно отправляйся к себе в комнату! – вспыхнув от гнева, крикнула миссис Каннингем. Гус вскочил на ноги и, взбежав по лестнице, с грохотом захлопнул за собой дверь.

В комнату вошел Билл, чтобы выяснить причину шума.

– Снова Гус, – сокрушенно качая головой, сообщила ему жена. – С ним просто нет никакого сладу. Все, Билл, дальше так продолжаться не может. Ребята вообще не понимают, почему он так себя ведет. По-моему, нужно рассказать им все, как есть.

– Попытаюсь еще раз поговорить с Гусом, – ответил Билл. – Если снова не удастся достучаться до его разума, придется мне уехать с ним в другое место. Не хотелось бы, потому что здесь, среди ребят, ему надежнее.

Они вместе отправились наверх. Билл пошел в мансарду к мальчикам, а миссис Каннингем переступила порог спальни девочек. Дина и Люси занимались уборкой.

На лице Дины появилось выражение несгибаемого упрямства.

– Ну да, конечно, – пробурчала она, услышав упреки матери. – Почему – то этому Гусу все позволено! Всюду он сует свой нос, пытается всеми командовать. Цаца какая! А запустить в Кики книгой – это вообще наглость!

– Я вас понимаю, – ответила мать. – Теперь все уладится, Билл обещал взять Густавчика на себя. Скорее всего, ему придется уехать с ним куда-нибудь в другое место.

– Только не это, – жалобно протянула Люси. – Не отпускайте Билла! Вы поженились, и он теперь член нашей семьи. Дина, да скажи же хоть слово!

– Гм… да, если вопрос ставится так, я уж лучше попытаюсь как-нибудь потерпеть присутствие Гуса, – нерешительно сказала Дина. – Только… я не могу обещать, что в один прекрасный день снова не вмажу ему по уху. Но Билл должен остаться с нами.

Мама раздраженно заметила:

– По-моему, тебе нужно побыть одной и решить для себя наконец, чего же ты все – таки хочешь. Люси, пошли со мной.

Ни Джек, ни Филипп так и не узнали, что Гус покушался на Кики. Однако попугай сам решил отплатить мальчику за недоброе к себе отношение. И месть его была чрезвычайно изобретательной и разнообразной. Когда ничего не подозревавший Гус сидел вместе со всеми за обеденным столом, Кики сидел незаметно подбирался к нему снизу и молотил его клювом по пальцам ног, торчащим из сандалий. Он прятался на чердаке и, сидя там, терпеливо ожидал появления мальчика. А дождавшись, испускал такой страшный вопль, что Гус, перепуганный до смерти, пулей вылетал из спальни.

– Похоже, Билл решил не наказывать Гуса, зато Кики всерьез занялся его воспитанием, – сказала Дина Люси. – И результаты налицо. По-моему, Гус стал вести себя значительно лучше. И все – таки в поход я бы лучше отправилась без него.

Вся компания готовилась к походу на Сахарную гору. Ее название ребятам чрезвычайно понравилось. Сахарная гора! Волшебное название!

Сразу после завтрака они отправились в путь. Билл и мальчики тащили рюкзаки со съестными припасами. С Гусом, как обычно, было все не слава Богу. По-видимому, он считал ниже своего достоинства нести на спине какой – то груз.

– Никогда в жизни я этого не делал, – возмущенно сказал он. – В моей стране все это возлагается на… как это называется?.. ослов. А я не осел.

Он очень удивился, когда его протест был встречен громким смехом.

– Ой, Гус, от тебя сдохнуть можно, – сказал Джек. – Ты верно, и не подозреваешь, какой ты осел.

– Не смей так говорить, – насупившись, проговорил Гус. – В моей стране тебя бы…

Филипп подтолкнул его в спину.

– Давай, шагай вперед! И кончай вопить! Не хочешь нести свой рюкзак, можешь оставить его здесь. Никто тебя не заставляет. Попомни только, что в нем твои бутерброды. Мы с Джеком несем еду для себя и девчонок, а Билл – для себя и для мамы.

– Забрось рюкзак в кусты, и проблема решена, – ехидно бросила ему Дина. – Ну, Гус, бросай же!

Но Гус уже передумал. В последний момент он взялся за ум и так же, как и все, потащил на себе запас продовольствия. Однако выражение его лица оставалось при этом в высшей степени мрачным.

Название горы было очень точным. Она имела форму сахарной головы, и только самая вершина была плоской. На склонах повсюду цвели анемоны, примулы и фиалки.

– Сверху будет прекрасный вид, – заметил Джек, пока все, тяжело дыша, карабкались в гору. Подъем был довольно крутым. Наконец, они достигли вершины. Здесь дул сильный ветер, но поскольку солнце уже палило нещадно, он только приятно освежал кожу.

– Ну вот и Густавчик дотащил свою еду до вершины, – констатировал Джек. – Ну и проголодался же я!

Все с аппетитом набросились на пищу и быстро уничтожили ее до последней крошки. Разумеется, не забыли и Кики. С особым удовольствием тот поглощал бананы. Ловко держа фрукт оттопыренной лапой, он энергично шуровал клювом в его мякоти.

Когда Гус чихнул, Кики немедленно чихнул в ответ. Чихнув, Гус шумно потянул носом. Эта его дурная привычка очень не нравилась миссис Каннингем. Теперь потянул носом Кики.

– Прекрати, Кики! – крикнула она. – С нас довольно одного храпуна.

– У попки насморк, – заявил Кики. Гус оставил без внимания его выходку, но спустя минуту снова потянул носом.

– Высморкай нос! – крикнул Кики. – Где твой носовой платок? У Густавчика насморк. Пошлите за…

– Утихомирься, Кики! – перебил его Джек. – Гус, перестань шмурыгать носом, а то Кики будет изображать это целый день.

– Я не шмурыгаю носом, – сердито ответил Гус. – Птица злуй. Ее место в клетке.

– Замолчи, Гус! – сказал Билл, сидя с трубкой во рту на обломке скалы. – Вспомни, о чем мы с тобой говорили.

Гус улегся на спину и закрыл глаза. Остальные любовались пронизанной солнцем долиной. Вид, открывавшийся отсюда, был просто великолепен.

– Вон – деревня, – показал Филипп. – А вон – Совиный двор. А у Каменной хижины из – за деревьев видна только труба и кусочек соломенной крыши.

– А вон дорога, по которой мы приехали, – сказал Джек. – Где мой бинокль? Дина, дай – ка мне его. Здорово, теперь можно как следует рассмотреть всю округу. Отлично виден каждый поворот дороги и проезжающие машины. Они совсем как игрушечные. Взгляни – ка, Филипп.

Он протянул бинокль Филиппу, который в свою очередь принялся разглядывать окрестности.

– Точно. Забавно наблюдать, как машинки ползут по полотну дороги. Смотри – ка, черная машина – почти как у Билла. Буду следить за ней до упора.

Остальные путешественники растянулись на земле. Жарко светило солнце, и после еды всех разморило.

– Машина все еще на главной дороге. – Филипп напряженно вглядывался в бинокль. – Едет довольно быстро. Может быть, это полицейская машина?

– Ну, на таком расстоянии не поймешь, – возразил Джек.

Билл оторвался от газеты. Он хорошо разбирался в полицейских машинах.

– Если назовешь мне номер, я тебе точно скажу, полицейская это машина или нет.

Мальчики рассмеялись.

– Хитренький какой, – сказал Джек. – Он прекрасно знает, что с такого расстояния номера не разглядеть. Ну как машина, Филипп, видишь ее еще?

– Нет, она куда – то делась. Наверное, за домами не видно. Ага, вот она снова. Подъезжает к перекрестку – проезжает его – и останавливается.

Гус всхрапнул во сне, и сразу же очень похоже всхрапнул Кики. Филипп продолжил доклад:

– Из машины вышел человек, идет назад. Наверное, решил взглянуть на указатель. Снова садится в машину. Ага, машина возвращается на перекресток. По-видимому, проскочили мимо поворота. Теперь они сворачивают на дорогу к Барсучьей норе.

– Сейчас ты нам расскажешь, что она остановилась у Каменной хижины, – сонно проворчал Джек. – Ты прямо какой – то писатель – фантаст, Филипп.

– Опять исчезла, – не обращая внимания на замечание Джека, продолжал Филипп. – Ага, появилась снова. Едет в направлении Барсучьей норы и сворачивает к Совиному двору. Останавливается. Наверняка водитель спрашивает дорогу. Едет дальше. Сейчас она подъедет к Совиному двору. Останавливается около дома. Наверное, к миссис Эллис пожаловали в гости богатые родственники.

Неожиданно Билл отбросил в сторону газету, не говоря ни слова, схватил бинокль и направил его на Совиный двор. В самом деле там стояла большая черная машина. Он внимательно оглядел ее и молча возвратил Филиппу бинокль.

– Знакомая машина, Билл? – с любопытством поинтересовался Джек.

– Нет, никогда не видел. Однако ее появление наводит на некоторые размышления. К сожалению, больше ничего вам пока сказать не могу. Надо будет вечерком сходить к миссис Эллис. Может быть, она скажет, кто прикатил в этом роскошном экипаже.