Так! — произнес Барни, кладя трубку. — Вот и все, связи нет. Мы не сможем даже вызвать врача, если понадобится.

Зато мы же сможем как-нибудь дойти до деревни Боффейм, если уж совсем припечет, — возразил Роджер.

На это уйдет целая вечность, — сказал Барни. — Тащиться по такому глубокому снегу! Да же заблудиться можно. Под снегом все холмы и долины кажутся одинаковыми. Пришлось бы идти на лыжах.

Значит, нам придется раскрывать тайну Рэт-а-тэт-хауса самим! — радостно объявил Снабби. — По-моему, обычно это у нас неплохо получается. Мы уже четыре тайны раскрыли — в Рокингдауне, в Риллоу-бай...

В Рабэдабе, — подсказала Диана, — и где еще? Ах, да — в Ринг-о Беллз.

А теперь в Рэт-а-тэт-хаусе, — подхватил Барни. — Как странно, они все начинаются на одну и ту же букву Р.

Там случайно яичницы с беконом не осталось? — с надеждой спросил Снабби.

Разумеется, нет, — возмущенно ответила Диана. — Ты и так уже съел вдвое больше, чем все.

Ничего не вдвое больше! Правда же, Чудик? — сделал обиженное лицо Снабби.

Чудик постучал хвостом по полу и лизнул хозяину руку.

Перестань стучать, — шикнула на него Диана. — Я теперь еще лет сто не смогу спокойно слышать никакой стук, тихий или громкий. Прекрати, Чудик, понял?

Никому сегодня не хочется покататься на санках? — спросил Роджер. — У Меня ноги уже прошли.

Барни предпочел бы опять пойти на озеро и целый день прокататься на коньках, но, когда остальные выбрали санки, он тоже кивнул.

— Ладно, значит, договорились, — сказал Роджер. — Только на этот раз давайте выберем не такую крутую гору, а то пока наверх с санками тащишься, выдыхаешься совсем.

Они присмотрели себе другую гору и, довольные, отправились туда со своими санками. Но сначала, разумеется, было сделано все по дому, чтобы помочь необычно молчаливой миссис Тикл. Ее совсем не обрадовало появление мистера Никто! С вершины холма открывался прекрасный вид на белые от снега поля. Вдруг ребята заметили что-то, чего не могли увидеть, когда катались с

другой горы.

— Это что там? — спросил Снабби, указывая на небольшой домик со снежным сугробом на крыше.

Он располагался на самом берегу озера и, казалось, почти сползал в воду. Все посмотрели на домик.

Это же лодочный сарай! — догадался Роджер. — Их так всегда и строят — половина на берегу, а половина на воде. Там внутри, наверное, и лодки есть, да, Барни?

Да, — кивнул Барни, вспомнив рассказ отца о том, что летом здесь можно брать лодки. — Я совсем забыл, что там лодочный сарай.

Мы можем туда сходить и посмотреть, когда кататься надоест.

Снег приятно похрустывал на морозе под полозьями санок, и ребята, катаясь, веселились от души. Особенно когда Снабби поехал один с Чудиком, и санки, на что-то наскочив, подпрыгнули в воздух, а оба седока — мальчик и собака — вывалились в снег. Бедняга Чудик провалился так глубоко, что совсем исчез из вида!

— Чудик, Чудик, ты где?! — в панике закричал Снабби. — Ну, что стоите? Идите помогать.

Стоят, хохочут, болваны! Чудик ведь задохнется под снегом.

— Ну да! Скажешь тоже. Он просто решил не много отдохнуть! — крикнул в ответ Роджер.

На самом деле Чудик пробивал себе тоннель под снегом и так запыхался, что даже не мог лаять. Он вынырнул на поверхность у самых ног Снабби, порядком напугав его. Пес восторженно бросился на хозяина, и тут уж Снабби повалился в глубокий снег, а Чудик принялся возбужденно скакать прямо по нему. Остальные хохотали до колик в животе, но самому Снабби было почему-то не смешно. Он даже рассердился.

— Давайте пойдем « лодочный сарай и съедим там наше печенье, если сможем войти, конечно, — предложил Барни, когда все устали и проголодались.

И друзья отправились через снежную целину к лодочному сараю, который благодаря своим выкрашенным белым стенам и слою снега на крыше был почти незаметен издалека.

Сарай оказался запертым.

— Жалко! Значит, внутрь нам не попасть, — вздохнул Барни.

Ребята заглянули в окно и увидели в полумраке три лодки. Снабби решил обойти сарай вокруг.

— Эй, здесь окно разбито! — вдруг послышался его крик. — На худой конец можно пролезть.

Остальные побежали к нему, но, еще не достигнув разбитого окна, Роджер остановился — его внимание привлекло нечто другое. Следы! Большие, очень похожие на те, что были на подъездной аллее.

— Слушайте, мы наткнулись на кое-что поинтереснее, — взволнованно проговорил Барни. — Может быть, этот мистер Никто здесь и живет, в сарае моего отца? У кого-нибудь есть фонарик?

К сожалению, фонарика ни у кого не нашлось. Барни осмотрел разбитое окно и решил, что можно легко пролезть через него, не рискуя порвать одежду.

— Сейчас проведем небольшую разведку, — сказал он, легко вскочил на наружный подоконник и исчез в темном проеме.

Остальные ждали, сгорая от нетерпения. Вскоре Барни вернулся с любопытным известием:

— Да, так и есть, наш мистер Никто поселился здесь. В одной лодке на дне разложены подстилки, как будто там кто-то спал. И я нашел там пустую пачку из-под сигарет. Вот, посмотрите!

Он передал коробочку Роджеру и ловко вылез через окно обратно. Его глаза возбужденно блестели. Он еще раз осмотрел большие следы под окном. Да, мистер Никто воспользовался этим окном в качестве входа, это совершенно ясно. А куда же ведут следы? Они могут привести к самому мистеру Никто!

Но следы вели всего лишь к фасаду лодочного сарая-, который, вместо того, чтобы стоять на сваях, как это обычно бывает, казалось, стоял сейчас на толстом льду замерзшего озера. Дойдя до кромки льда, следы, разумеется, исчезали, потому что на его гладкой поверхности никакие следы не видны.

— По крайней мере, на этот раз следы идут в обоих направлениях, — заметил Роджер с некоторым облегчением. — Вон, видите, есть те, которые ведут к окну, и есть, что идут от окна. Все, конечно, перепутанные, но все равно видно, что ходили туда и обратно.

А кто ходил? Бродяга? — спросила Диана.— Но зачем какому-то бродяге стучать в дверь Рэт-а-тэт-хауса? И потом, как там ему удалось оставить следы только в одну сторону — к дому?

Меня этот вопрос весь день мучает!

Подумаешь, чего над этим голову ломать! — хмыкнул Снабби. Он уже покончил со своим печеньем и опять захотел покататься с горы. — Пойдемте, а то холодно стоять.

К обеду ребята вернулись домой — раскрасневшиеся, с горящими глазами и волчьим аппетитом.

Ну как, мистер Никто больше не приходил? — весело спросил Снабби, когда миссис Тикл поставила на стол блюдо с котлетами в обрамлении жареной картошки и маринованных груш. — Ух ты! Вы только посмотрите! У меня от одного вида слюнки текут!

Этот мистер Никто днем прийти не осмелится, — сказала миссис Тикл. — У меня на такой случай всегда скалка под рукой и кипящий

чайник на плите. Я его встречу! Пусть только попробует стукнуть в дверь, что с парадного входа, что с черного!

Все посмеялись над словами невысокой решительной женщины. Она тоже улыбнулась.

— Ну, вот ваш обед, ешьте скорее. Да не забудьте оставить место для сладкого — сегодня большой пудинг с патокой.

После столь прекрасного обеда ребятами овладели усталость и лень. Но день был такой замечательный, что затягивать отдых никому не хотелось. Вскоре они снова вышли с санками на гору и до темноты опять катались, то устремляясь в облаке снежной пыли вниз, то вновь втаскивая санки наверх. Все четверо буквально валились с ног, когда уже в сумерках дотащились до Рэт-а-тзт-хауса.

У меня не хватит сил, даже чтоб снежком в кого-нибудь кинуть, — пожаловался Снабби. — А уж Чудик настолько выдохся, что мне его, беднягу, пришлось всю обратную дорогу везти на санках.

Наш снеговик все так же стоит, как часовой, около снежного дома, — заметил Роджер. — Привет, мистер Снежнинг! Мистер Снежнинг, у вас шляпа слегка съехала набок. Позвольте, я вам ее поправлю?

Он поправил старую шляпу на снеговике, и все гурьбой прошли к боковой двери, чтобы снять мокрые сапоги и перчатки. Услышав, что ребята вернулись, миссис Тикл вышла им навстречу.

— Опаздываете, — упрекнула их она. — У меня горячие тосты с маслом уже минут двадцать как готовы. Идите поскорее, мойте руки, пока они совсем не остыли.

— Скорее я не могу, даже ради тостов с маслом, — вздохнул Снабби. — Я дряхлый старичок, миссис Тикл, весь сгорбленный, немощный, и ноги меня не держат. Что с человеком может сделать катание на санках!

— Да ну тебя, — засмеялась миссис Тикл. — Может, ты старый и немощный, но аппетит твой от этого наверняка не пострадал. Съешь и свою порцию тостов, и от чужой прихватишь, это уж точно!

Они уселись за покрытый белой скатертью стол и с наслаждением принялись за тосты. Диана налила каждому по огромной чашке чая. Все были довольны, но так устали, что не могли даже подшучивать друг над другом. Чудик, громко вздохнув, улегся под столом. Он очень опасался, что заснет до того, как к нему под стол начнут поступать лакомые кусочки.

— Давайте занавески задернем, — предложил Барни. — Неприятно думать, что мистер Никто опять прячется в нашем снежном доме и смотрит, как мы едим.

Он встал и подошел к окну. Но прежде чем задернуть занавески, он бросил взгляд в темноту, нарушаемую лишь светом яркой лампы.

Слушайте! Наш снеговик исчез! Да-да, его там нет! — резко обернулся он к ребятам.

Исчез? Как это? Он не мог исчезнуть! Он был на месте, когда мы возвращались. Всего полчаса назад! Роджер еще поправил на нем шляпу, — закричали все разом.

А сейчас его нет! — повторил Барни. — Идите посмотрите сами. Снежный дом виден, а снеговик — нет! Что за чудеса? Куда мог деться мистер Снежнинг?