Снабби подошел к кухонной плите, в которой еще догорали последние поленья, и повернулся к своим похитителям. От страха его рыжие вихры стояли дыбом. Но он заставил себя сделать беззаботное лицо и даже попытался насвистывать.

Стан и Джим начали о чем-то тихо переговариваться. У Снабби душа ушла в пятки. Должно быть, они обсуждают, что с ним сделать, и вариантов у них хоть отбавляй — один хуже другого! Может, попробовать удрать? Он посмотрел на дверь, ведущую в прихожую. Он знал, что дверь заперта, но ключ торчал с этой стороны. Что, если рвануть со всех ног к двери, повернуть ключ, открыть ее и убежать наверх?

Приняв решение, Снабби бросился к двери, протягивая руку к ключу. Но долговязый Стэн Опередил его. Он одним прыжком настиг мальчика. Чудик, в стремлении защитить хозяина, оскалил зубы и бросился на обидчика, хватая его за щиколотки. Однако непромокаемые сапоги прикрывали его ноги до колен, и Чудик с трудом смог лишь прокусить толстую резину.

Снабби, взвизгнув, сумел вывернуться из рук Стэна и на этот раз кинулся к двери во двор. Но здесь путь ему преградил Джим. Тогда Снабби заметил открытую дверь в подвал и метнулся к ней. Он запрыгал вниз по каменным ступенькам, скатился кубарем с последних четырех, шлепнулся на пол, а Чудик каким-то образом оказался на нем сверху. Снабби тут же поднялся и побежал в самый дальний угол, спотыкаясь в темноте и шаря впереди себя руками. Только бы эти двое не бросились за ним сюда!

Но нет, погони не было. Джим и Стэн не стали спускаться за ним по ступенькам. Послышался лишь глухой стук захлопнувшейся двери. Потом с лязгом повернулся в замочной скважине ключ.

— Черт! Я же сам себя в тюрьму засадил! — простонал Снабби. — Наверняка эти негодяи хотели запереть меня где-нибудь наверху, пока они управляются со своими ящиками. Они ведь собирались куда-то их увезти. Интересно, у них есть машина? Нет, по такому снегу — какая машина! Снабби уселся на старый сломанный стул, Чудик потеснее прижался к нему. Он был в полном замешательстве. Зачем Снабби пришел сюда, в это темное холодное подземелье? Почему было не вернуться в свою теплую постель и позволить ему, Чудику, свернуться клубком у него в ногах? Спаниель тихонько заскулил, и Снабби погладил его по шелковистой голове.

— Сам виноват. Зачем зарычал, да еще так громко, когда мы в окно смотрели? Из-за этого мы и попались. Честное слово, ты и правда чокнутый пес!

Снабби прислушался — что там творится, наверху? Он потер ушибленную коленку и решил подойти к запертой двери и послушать там — вдруг да услышит что-нибудь для себя полезное. И он поднялся по каменным ступенькам к двери. Чудик не отставал от него.

Снабби уловил тихие голоса, но не смог различить ни слова.

«Это они выносят ящик, который оставили в кухне,— подумал он, — кладут его рядом с другими. Что, интересно, в этих ящиках? И куда они их денут потом? Я бы запросто все это разузнал, если бы не свалял дурака. Точнее, не я, а Чудик».

Наверху, у двери, было еще холоднее из-за сквозняка, поэтому Снабби решил опять спуститься вниз.

— Похоже, придется нам здесь ночевать, Чудик, — сказал он, чуть не плача. — Осел, почему я не разбудил Роджера и не позвал его с собой? А теперь он продрыхнет всю ночь до утра, и только, когда миссис Тикл придет утром на кухню, она услышит мой крик. Бр-р-р, какая здесь холодина!

Он достал из кармана халата фонарик и посветил вокруг. Подвал был очень большой. Кое-где вдоль стен шли от пола до потолка стеллажи, уставленные разными припасами, по большей части консервными банками. Снабби посмотрел на этикетки — ананасы, груши, персики, грейпфруты!.. Ему тут же захотелось есть. Жалко, что он не захватил с собой открывалку.

Еще здесь стоял старый пресс для отжима белья и в углу громоздилось несколько сломанных стульев. Бросалось в глаза, что большая часть пространства была освобождена для ящиков. Снабби без труда определил, где они стояли, потому что на пыльном полу остались их контуры.

— Какой жуткий холод! — поежился Снабби. — Чудик, давай посмотрим, может, здесь найдется местечко потеплее, чем каменный пол, что бы прилечь, — сказал он, и вместе они обошли весь подвал, заглядывая в каждую щель.

Наконец им удалось найти нечто стоящее — старый матрас, скатанный в рулон и связанный веревкой.

— Отлично! — обрадовался Снабби. — Чудик, у тебя случайно ножика не найдется — веревку разрезать?

Чудик повилял хвостом, понимая, что это шутка. У Снабби в кармане халата тоже, разумеется, ножа не было. Пришлось ему повозиться с узлами. Наконец ему удалось развязать их, и матрас развернулся. Снабби улегся на нем, запахнул халат и прижал к себе Чудика — от него было теплее, чем от любой грелки!

— А теперь мы постараемся заснуть. И будем надеяться, что утром миссис Тикл услышит наши крики.

Но Снабби еще долго не мог заснуть. Во-первых, он очень разволновался, а во-вторых, ужасно замерз. В конце концов он все же задремал с Чудиком, свернувшимся под боком.

Никто в доме не знал, что Снабби исчез из своей кровати. Ребята наверху крепко спали, проведя целый день на свежем воздухе. Миссис Тикл тоже ничего не слышала и даже не повернулась в своей кровати до того, как зазвонил будильник.

Тогда она проснулась, оделась и сошла вниз. К счастью, плита на кухне еще не погасла, так что ей пришлось лишь сгрести в кучу угли и подложить еще дров. Потом она достала веник и пыльные тряпки и принялась наводить порядок в гостиной и растапливать там камин.

И вот тут она с удивлением обнаружила, что медвежья шкура пропала. Миссис Тикл остановилась, глядя на пустое место и гадая, куда она могла подеваться.

«Все этот пес Чудик — его проделки, не иначе, — решила она. — Забрался, наверное, сюда ночью и утащил ее куда-нибудь. Куда же он ее засунул? Вот наказанье-то! Ни тряпку, ни щетку нельзя оставить — вмиг подскочит и утащит. Если так дальше пойдет, мне придется их на веревочках к поясу привязывать. Да куда же он ее все-таки подевал, эту шкуру?»

Кухарка не слышала, как несчастный Снабби кричал в подвале — гостиная располагалась довольно далеко от кухни. Миссис Тикл перешла в прихожую, намереваясь помыть там пол и вытереть пыль.

Наверху в своей комнате проснулся Роджер. Он, конечно, удивился, увидев, что кровать Снабби пуста и Чудика тоже нет. «Должно быть, рано проснулся и пошел вниз, — подумал он. — Хотя, нет — одежда его вся тут. Может, он в комнате у Барни?»

Роджер заглянул к Барни, но, разумеется, и там Снабби не обнаружил. Барни уже почти оделся, радостно предвкушая еще один день катанья на коньках. Роджер удивленно оглядел комнату.

Разве Снабби не у тебя? В нашей спальне его тоже нет. Одежда лежит, а его нет!

Наверняка побежал вниз, выпрашивать у миссис Тикл чего-нибудь вкусненькое до завтрака, — сказал Барни, и Роджер решил, что это

вполне вероятно.

Когда он возвращался к себе, из своей комнаты вышла Диана, уже полностью одетая.

— Пошевеливайся, Роджер. Я сейчас иду вниз помогать миссис Тикл, — сказала она и пошла к лестнице.

Почти сразу же за ней спустился Барни. В прихожей они встретили миссис Тикл, она заканчивала уборку.

— Доброе утро, миссис Тикл, — поздоровался с ней Барни. — Надеюсь, ночью вас снеговик не навещал?

Типун тебе на язык! — отмахнулась от него миссис Тикл. — Диана, ты мне поможешь накрыть на стол? Я вижу, ты уже готова.

Мы с Барни вместе на стол накроем, — сказала Диана, направляясь к шкафчику, в котором хранились скатерти. — Ой, а где же медвежья шкура?

Да, наверное, пес этот ненормальный, Чудик, утащил, — ответила миссис Тикл. — Все чудит, никак его не вразумишь.

Она ушла на кухню, но уже через минуту вернулась с лицом, озадаченным и возмущенным.

Вышла во двор тряпки пыльные вытрясти, и что же? Лежит эта медвежья шкура в снегу!

Ну, скажите, как умудрился этот Чудик утащить ее через запертую дверь?

А Снабби разве не внизу? — удивленно спросил Барни. — В спальне его нет. Мы подумали, он к вам на кухню убежал, выпрашивать чего-нибудь. Вы уверены, миссис Тикл, что он не в кладовке?

Миссис Тикл забеспокоилась:

Уж и не знаю. Я с утра ни Снабби, ни Чудика не видела. А шкура медвежья во дворе в снегу валяется. Может, Снабби решил нас разыграть? От него только и жди...

Осел он, — раздраженно бросил Барни. — Что ему опять взбрело в голову? Он должен быть где-нибудь на кухне. Прячется, по каким-то своим соображениям.

Диана, Барни и миссис Тикл вернулись в кухню. Спустившись вниз, к ним присоединился Роджер. Вдруг они удивленно замерли: откуда-то слышался голос — голос Снабби! Это были отчаянные крики, сопровождавшиеся глухими ударами. Они раздавались из-за подвальной двери!

Эй, помогите! Откройте дверь в подвал!

МИССИС ТИКЛ, ВЫ ЗДЕСЬ? ПОМОГИТЕ! ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ!

Боже правый! Это же Снабби! Ну да, Снабби там, в подвале! — воскликнула миссис Тикл.

Барни бросился к двери.

— Да ведь она заперта! — развела руками миссис Тикл. — И ключа от нее нет. Как же Снабби туда попал?

Барни уже дергал изо всех сил за ручку двери.

Снабби! Как ты туда попал? Где ключ? С этой стороны его нет.

Вот гады, забрали его с собой! — выругался Снабби. — Чего еще от них ждать? Барни, ты можешь выломать дверь? '

Все были в крайней растерянности. Как, Снабби кто-то запер в подвале?! И кто такие эти «гады», которые забрали с собой ключ? Ключ, которого раньше здесь не было, как уверяла миссис Тикл.

— Попробуйте ключ от кухни, от прихожей или от входной двери, — предложила Диана, припомнив, что дома ключи от одних дверей часто подходили к другим. — Давай, Роджер, скорее принеси их! Снабби там уже, наверное, в сосульку превратился.

Роджер сбегал за ключами, и — о, везенье! — ключ от кухонной двери подошел. Роджер повернул его в замке, и на свет появился несчастный Снабби с бешено тявкающим Чудиком.