Ребята сгорали от зависти, глядя, как Олд Ма накладывает огромную тарелку из своего котла и передает ее Снабби.

— Вы только посмотрите, — удивился Барни. — Никогда еще не видал, чтобы Олд Ма так расщедрилась. И как это у Снабби так получается? Олд Ма его ужином угощает, кухарка ваша — меренгами.

— Исключительно благодаря своему нахальству, — сказал Роджер. — Ха, смотрите, Олд Ма и перед Чудиком миску поставила. А эти дворняги сидят кольцом, следят за ним голодными глазами!

Наконец Снабби вернулся к остальным, очень довольный собой и своим ужином. А Чудик прямо-таки сиял от счастья. Он раздулся, как бочонок, и время от времени икал.

— Прекрати, Чудик, — строго сказал ему Снабби. — Икота означает, что ты обожрался. Зачем ты себя вот так выдаешь?

Чудик опять икнул и удивленно оглядел себя. Он всегда удивлялся, когда икал или чихал. Это происходило так неожиданно и в то же время каким-то странным образом шло изнутри его самого. Он был не в состоянии в этом разобраться. Чудик сел и начал клевать носом, ощущая приятную сытость и умиротворенность.

У Снабби вдруг тоже началась икота, он отошел, чтобы попытаться избавиться от нее, досадуя на смешки и ехидные замечания друзей. Тут ему пришло в голову купить конфет для Хели и Бели. Воста прогуливался с ними по лужайке, держа каждого за мохнатую лапу. Шимпанзе обожали такие прогулки на виду у многочисленных зрителей.

Воста подвел обезьян к аттракциону с кольцами. Миранда о чем-то быстро застрекотала, показывая своим приятелям ряд деревянных колец у нее на руке, приготовленных для раздачи посетителям. Хели протянул руку, прося у нее несколько.

— Нет, Хели, ты их не получишь, — проговорил Барни.

— Почему? — удивился Роджер.

— Потому что он бросает кольца на все, что ни увидит, и никогда не промахивается, — ответил Барни. — Никогда! А потом требует, чтобы ему отдали все, что он «выиграл». Этот парень соображает, его не проведешь.

— Давайте посмотрим, ну пожалуйста, — упрашивала Диана.

Подошел Снабби с полным карманом дешевых карамелек для шимпанзе и пакетиком конфет получше — для себя и остальных.

— Слушай, дай ему покидать, — обратился он к Барни. — Я заплачу за его кольца.

— Я могу и даром ему позволить, но только не давайте ему хватать вещи, на которые он накинет кольца, мистер Воста. Он уже разбил у меня одни часы.

Хели кинул кольцо. Оно наделось точно на небольшого пупсика. Он возбужденно залопотал, а все вокруг зааплодировали. Хели кинул второе кольцо, и оно аккуратно накрыло зеленую вазочку. Третье опустилось прямехонько на пачку сигарет. Что и говорить, меткости ему было не занимать.

Миранда проворно собрала кольца и опять надела их на руку. Она протянула ладошку к Хели за монетками, которые он ей задолжал.

— Ну и хватит с тебя. Ты не платишь, но и не получаешь призов. Так что убери свои волосатые лапищи, Хели! — сказал Барни.

А Хели так хотелось получить выигранные вещи! Снабби стало его ужасно жалко. Это же и правда обидно — так хорошо кинуть все три кольца и ничего за это не получить. И тут он вспомнил о карамельках. Он сунул руку в карман — и, конечно, их там уже не обнаружил!

— Хели! Ты стащил у меня конфеты, которые я для вас купил! — закричал он и потянул шимпанзе за лапу.

Хели ловко вывернулся .и принялся восторженно обнимать Снабби.

— Нет уж, не лезь! Ты гадкий воришка-карманник! — сурово отчитал его Снабби. — Мистер Воста, я купил карамельки для них обоих, а они пропали.

— Хели, ну-ка выверни свои карманы! — строго приказал мистер Воста.

Хели захныкал, но вывернул один из карманов. Из него вывалился пакетик конфет.

— Плохо, Хели, очень плохо! — сказал Воста и крепко шлепнул его пониже спины. — Не будет больше тебе колец. И конфет не будет!

— Возьмите их и отдайте Хели и Бели потом, — сказал Снабби. — Я их специально для них купил. А нельзя Бели тоже дать побросать кольца?

— Можно-то можно, но только он сразу перевозбуждается и начинает швыряться во- всех, кто под руку подвернется, — ответил Воста. — Так что лучше ему и не начинать. Пойдемте, Хели и Бели.

Заглянем к мистеру Тоннеру и пожелаем ему и его слонам спокойной ночи.

Шимпанзе хорошо относились к слонам и охотно отправились навестить их. Снабби громко расхохотался при виде того, как один из слонов обвил хоботом Бели и поднял его прямо себе на голову. Вели уселся там и принялся раскачиваться вперед и назад, беспрестанно что-то лопоча.

— Жалко, что я не циркач, — с завистью проговорил Снабби. — Ездил бы тоже по ярмаркам с парой вот таких шимпанзе, и еще с кучей мартышек, и со слонами! Я бы и от медведя не отказался.

— Думаю, нам пора домой, на ужин, — взглянул на часы Роджер. — А ты, Барни, сегодня можешь пойти с нами?

— Я бы с удовольствием, но не на кого палатку оставить, а народу сегодня, как видите, хватает. Янг ан сегодня не может меня выручить: он все

еще при слонах.

— Жалко, — сказал Роджер. — Ну ладно, тогда мы пошли, а то без ужина останемся. Шевелись, Снабби!

— Я сейчас об ужине и думать не могу, — с сожалением произнес Снабби, — после этого угощения из котла Олд Ма в меня больше просто не влезет. Слушай, Барни, а хочешь, я за тебя здесь постою, а ты пойдешь и за меня поужинаешь?

— А Тоннер что скажет? — засомневался Барни. — Пойти и попросить у него разрешения у меня духу не хватит. Он может просто выгнать тебя отсюда, если увидит.

— Пойду спрошу Олд Ма, — неожиданно заявил Снабби. — Тоннер ее боится. Если она скажет, что можно, я останусь.

И он пошел туда, где старуха развешивала белье на протянутой от фургона к фургону веревке.

— Ma, у Тоннера я боюсь спрашивать, можно, я спрошу вместо него у вас? — начал он. — Барни нужно ненадолго уйти. Можно мне его подменить? Я сделаю все, как надо.

— Ясно, что можно, Чудик, — ответила Олд Ма, подмигнув ему. — Вы со своей собакой Снабби вполне можете присмотреть за его палаткой час-другой. Я Тоннера угомоню, если он разорется.

— Что это она тебя Чудиком называет? — спросил Роджер, слышавший их разговор. — Хотя ладно, можешь не объяснять — и так ясно. Неплохая мысль — поменяться вам именами!

Снабби сердито посмотрел на него, но тут же лицо его повеселело. Он останется полным хозяином аттракциона. Все в его распоряжении — это ж здорово! Он выручит кучу денег и покажет Барни, на что способен!

— Оставить тебе в помощницы Миранду? — спросил Барни.

— Нет, спасибо, я и с Чудиком справлюсь, — ответил Снабби. — А вы идите, не задерживайтесь. Положитесь на меня, все будет отлично.

И, оставив его одного, ребята ушли. Голод подгонял их. А Снабби, должно быть, и правда прилично заправился, раз об ужине и думать не мог!

Снабби отлично управлялся со своей работой да еще веселился при этом от души. Он опробовал свой самый громкий голос и нашел, что он звучит совсем неплохо.

— Подходите! Подходите! Подходите! — орал он во все горло. — Лучший аттракцион на ярмарке! Часы, миски, брошки, булавки, сигареты, шоколадки! Выбирайте, что хотите, испытайте свою меткость! Мамаши, подходите и обыгрывайте папаш! Сестры, подходите и доказывайте, что вы кидаете не хуже братьев! Выбирайте и выигрывайте! Подходите!

Люди удивленно прислушивались. Казалось странным, что такой маленький мальчик один отвечает за аттракцион. Снабби было всего двенадцать, и при взгляде на его курносый нос, рыжие вихры и обильные веснушки, не говоря уж о дерзкой ухмылке, посетители невольно улыбались.

Они ручейками стекались к его палатке, и бизнес его процветал. Чудик оказался хорошим помощником. Он следил за кольцами и, если они падали на землю, немедленно подбирал.

— Ты работаешь не хуже Миранды, — похвалил его Снабби.

Чудик, довольный, замахал коротким хвостом.

Тоннер сразу обнаружил, что не Барни обслуживает желающих, и подошел ближе, чтобы разобраться. Увидев Снабби, он замер на месте, лицо его потемнело, как грозовое небо. Снабби, увидев его, окаменел.

Но тут вовремя подоспела Олд Ма.

— Не трогай его! — раздался ее пронзительный крик. — Он все правильно делает, и посетители валом валят! Только пальцем его тронешь, Тоннер, и я тебе напомню, что ты творил, когда был мальцом. Да-да, и сколько раз я тебя клала через колено, а ты орал благим матом...

Но Тоннера уже и след простыл. Он не мог тягаться с острым языком Олд Ма и понимал это. И потом, если у мальчишки получается и денежки капают, к чему вмешиваться? А выкинуть отсюда этого маленького рыжего наглеца он при желании всегда успеет.

Так Снабби и остался на своем рабочем месте до прихода Барни. Роджер и Диана с ним не пришли. — Твоя тетя сказала, чтобы ты немедленно возвращался, — сообщил Барни. — Я уже жалею, что тебя здесь оставил. По-моему, это ей не понравилось. Спасибо, конечно... Это ты собрал такую кучу денег? Ну и ну!

— Я, и это было нетрудно, — похвастал Снабби. — Ты бы видел Тоннера! Он аж позеленел, когда подошел и увидел, как я деньги лопатой гребу. Могу спорить, больше, чем он со своими слонами за весь день. И, представляешь, он мне и слова не сказал, просто слинял тихонько. А я только посмотрел ему прямо в глаза и...

— Хватит заливать, ничего такого ты не делал, — сказал Барни, уже отлично зная повадки Снабби. — Но, все равно, спасибо тебе. Мне было приятно опять у вас побывать. И ужин отличный.

Снабби вспомнил о конфетах, которые он купил для себя и ребят. Чувствуя, что проголодался, он решил, что конфетка сейчас будет в самый раз. Заодно и Барни угостит. Он сунул руку в карман... Конфеты исчезли! Ну, Хели, ну, негодник! Видно, стащил их вместе со своими карамельками. Снабби стало обидно. Хватило бы Хели и одного пакета! Он не только воришка, он еще и жадина!

— Я сейчас только зайду в фургон Восты. Похоже, Хели свистнул у меня еще конфеты, — сказал Снабби. — Я сейчас!

Он подошел к фургону. В нем было темно. Только в одном окне слабо светился огонек лампы. Снабби постучал.

В ответ послышалось бормотанье обезьян, потом скрип койки. Хели и Бели спали в том же фургоне, что и Воста. Он никогда не согласился бы расстаться с ними, даже на ночь.

— Мистер Воста, вы здесь? — спросил Снабби. Но Восты там не оказалось — только шимпанзе лежали, завернувшись в свои одеяльца. Хели встал, подошел к двери и открыл ее. Оба шимпанзе с такими житейскими делами справлялись легко.

— Хели! Это ты стащил у меня конфеты? — строгим голосом спросил Снабби. — А ну-ка, выверни карманы!

Но у Хели сейчас не было не только карманов, но и одежды вообще. Ему всегда приходилось раздеваться на ночь, и сейчас он предстал перед Снабби в своем первозданном косматом виде. Чудик подскочил к нему, обнюхивая лапы. Одним прыжком Бели оказался рядом с ним, пытаясь взять Чудика на руки.

— Нет, Бели, не надо! Чудику это не нравится, — сказал Снабби, стараясь спасти бедного Чудика. — Иди обратно в постель, спать! Ты меня слышишь?

К удивлению Снабби, оба шимпанзе его послушались. Обменявшись непонятными звуками друг с другом, они опять залезли под свои одеяльца. Снабби заметил их одежду, сложенную рядом на полу. Он так же заметил, что в одном из карманов явно что-то есть. Он запустил туда руку и вытащил свой пакетик конфет.

— Ай-яй-яй, Хели! Как стыдно! — поругал он его. — Не буду больше покупать вам конфет, раз вы такие. Спокойной ночи, пара воришек!