— Поэтому ты не сводишь с меня глаз?

— Кто сказал тебе такую глупость? — рассмеялась Ава.

— Я и сам все вижу, — убежденно проговорил Калеб. — Признайся, ты часто вспоминала обо мне?

— Так... От случая к случаю. — Она взъерошила его шевелюру. — О! Сегодня ты не стал укладывать волосы муссом.

— Сегодня не свадьба и даже не поминки.

— Хочешь сказать, что прихорашиваешься только по особому поводу? — вновь попыталась поддеть его Ава.

— Да и ты сегодня не та, что вчера. Дурацкие джинсы и застиранную футболку писком моды явно не назовешь, — охотно вернул он ей любезность.

— Ты осмеливаешься критиковать меня в стенах моего же собственного дома?

— Ты осмеливаешься нападать на шафера своего брата, которого не стесняются использовать в качестве грузчика, тогда как он просто в гости зашел. Хороша же человеческая благодарность, ничего не скажешь! — возмутился Калеб.

— До чего же ты любишь устраивать представления! — рассмеялась Ава.

— Прикажешь кротко сносить твои нападки?

— Да это даже не нападки. Атак... разминка, — шкодливо заявила она.

— Да и я пока вполсилы отбиваюсь, — сообщил он.

— Ава, дорогая! — донесся снизу голос Рейчел Хэллибертон.

— Поболтала бы с тобой еще. Но нужно идти, — сказала Ава Калебу.

— Правильно, двигай попкой. Освобождай кресло. — Он легонько хлопнул ее по ягодицам, когда она привстала.

— Кстати, это не твоя ли канареечного цвета машина стоит на той стороне улицы? — Ава указала в сторону окна, откуда открывался вид на тенистый переулок и припаркованную у обочины спортивную машину.

— Совершенно верно, это моя любимая блондинка. Единственная и неповторимая, — гордо заявил Калеб.

— Ах, вот она, значит, какая, твоя идеальная спутница жизни!

— Буду рад представить вас друг другу. Не желаешь прокатиться? — оживился он.

— Как-нибудь попозже. Может быть, вечером. Если у тебя нет других планов, разумеется...

— Это мой единственный коварный замысел на сегодня, кисонька, — угрожающе прошипел Калеб.

— Вот и отлично, кролик.

— О! И сиденья кожаные! — восхищенно воскликнула Ава, нырнув в салон спортивного авто Калеба Гилкриста.

— А как же! Царская роскошь, — подтвердил он, захлопнув дверцу с ее стороны и направляясь к водительскому месту.

Он расположился за рулем и посмотрел на Аву, которая внимательно изучала внутреннее убранство салона. Любовно провела рукой по приборной панели из ореха, помяла кожаные подлокотники и с чувством огромного удовлетворения откинулась на спинку пассажирского сиденья.

— А ты сноб, тебе это известно? — спросил ее владелец шикарного автомобиля.

— Цыц! — шикнула на него Ава. Калеб ухмыльнулся и завел мотор. — Теперь понимаю, как тебе удается соблазнять девушек, — проговорила она, уютно устроившись.

— Можно подумать, без этой машины я ничего из себя не представляю, — заметил мужчина. — Или это очередная попытка меня уколоть?

— Понимай как хочешь, — хитро промурлыкала она, сощурив от наслаждения синие глаза.

— Пристегнись! — велел он ей и сам щелкнул замком ремня безопасности. — Прокатимся с ветерком.

— Обещаешь? — мечтательно переспросила Ава.

— Ты не знаешь, что тебя ждет, кисонька. Еще будешь молить о снисхождении. Сомневаюсь, что ты испытывала когда-нибудь настоящий драйв... С возвращением, детка! — перекричал он шум набирающего обороты двигателя и буквально с места, одним рывком вывел машину из тихого тенистого переулка на широкую оживленную трассу.

— Совсем не жалеешь свою любимую блондиночку, — мягко заметила Ава, разглядывая его сосредоточенный профиль.

— Прошу записать в протоколе, что в разговоре участвуют только двое. Посторонних нет. Никто нас не услышит, не прервет. Если ты настаиваешь на продолжении пустой болтовни, что же, будь по-твоему. И все-таки, думаю, не для этого мы уединились, — серьезным тоном проговорил мужчина.

— Отлично, — отозвалась Ава. Она не могла позволить себе спасовать перед таким выскочкой и задавакой.

Калеб давил на акселератор и умело лавировал в потоке машин. Они ехали молча до первого светофора. Затормозив, Калеб словно невзначай провел кончиками пальцев по ее виску, заправляя за ухо прядь волос. Ава прикрыла глаза и, ласкаясь, прижалась щекой к его руке.

Калеб вновь прибавил скорость. Она откровенно любовалась им, склонив голову набок.

— Прежде, когда я приходил к Дамиену, ты всегда оказывалась рядом, притворяясь, будто читаешь, — напомнил он.

— Это так, за тем лишь исключением, что я не притворялась, а действительно читала.

— Очень неубедительная легенда, — заметил Калеб.

— Но это не легенда. Это правда, — заверила его женщина.

— Ты будешь настаивать? — усмехнулся он.

Ава ничего не ответила.

— Ну и черт с этим! — бросил он и резко свернул в проулок.

Проехав немного, Калеб так же резко притормозил и выключил двигатель.

Ава не заметила того мгновения, когда они слились в поцелуе. Калеб просто сжал ее голову руками, и ей ничего другого не оставалось, кроме как ответить ему.

— Куда ты меня привез? — ослабев от эмоций, спросила женщина.

— Туда, куда ты хотела попасть с прошлого вечера, милая, — ответил он и вновь принялся целовать ее, вытаскивая из джинсов края ее футболки.

Калеб обнажил полоску кожи на ее талии и, в упоении лаская, одновременно осыпал лицо дразнящими поцелуями.

Ава таяла...

Через пару минут они уже были в холле его холостяцкой квартиры, в окруженные сгущающимися сумерками.

Калеб сбросил кожаный пиджак и рванул за кромку ее футболки, освободив от простенькой одежонки.

Ава приникла к его груди, Калеб обхватил ладонями ее ягодицы и приподнял Аву над полом, прижав спиной к стене. Она безуспешно попыталась отстраниться, упершись ладонями в его грудь.

— Не дразни меня, дорогуша. Ты сейчас в моей власти, — предупредил он. — Хочешь поиграть — следуй за мной в спальню. Только так, и никак иначе.

У Авы не нашлось возражений. Она повисла у него на шее и в считанные мгновения оказалась на просторном ложе для холостяцких увеселений.

— Будешь знать, как задирать мужчину. — Он легонько куснул ее бедро, стягивая со стройных ног старые джинсы. — Это будет вам наукой, доктор!

Калеб замер на миг, желая насладиться ее прелестью. Ава потянула к нему руки. Красивые груди в изящных чашечках бюстгальтера, соблазнительно разделенные глубокой ложбинкой, заманчиво круглились, радуя глаз любовника. Доктор наук прикрыла глаза и с чувственным стоном облизнула яркие пухлые губы, запрокинув голову.

Калеб торопливо скинул с себя одежду и присоединился к ней на постели.

— Сказано же было: не смей меня дразнить!

— А то что? — поинтересовалась Ава, прикусив его нижнюю губу.

Калеб надавил на ее плечи и, преодолев некоторое сопротивление, уложил Аву на подушку.

— Вот и ты наконец, — нежно прошептал он ей на ухо и принялся страстно исследовать ее рот, щекоча нёбо, десны, язык. При этом руки его неустанно скользили по шелковистой коже Авы. Легкие прикосновения перемежались ласками настойчивыми и даже алчными, будоража островки чувственности.

Но и сам Калеб не сумел сохранить хладнокровия, столь присущего ему в любовных играх.

— Ух ты! — воскликнул он, с трудом оторвавшись от ее рта.

— Как в сауне, — согласилась с ним Ава и обвила руками его шею. — Блаженство! — воскликнула она.

— То ли еще будет, ласточка! Это еще только разогрев, — хвастливо заверил ее мужчина.

— Тогда подбрось дровишек, да поскорее, — напутствовала она, расстегнув бюстгальтер.

— Ммм... Какой десерт! — искренне восхитился Калеб, возложив ладони на ее прекрасные груди. — Когда в следующий раз вздумаешь препираться со мной, может быть, стоит сразу отправиться в спальню?

— Ты уверен в том, что будет и следующий раз? — спросила его женщина.

— Ты — лакомка. Одного раза тебе будет мало, — заверил он.

Как уже было однажды, Калеб видел свое отражение в ее синих глазах. Она обнимала его, а он словно утонул в ней, поглощенный некой неуправляемой стихией. Это было не просто соитие, но и что-то еще, что-то неуловимое.

— Ты помнишь, что нас ждут к пятичасовому чаю? — напомнил Калеб, уткнувшись в повлажневшие волосы женщины.

— Разве мы здесь не навсегда? — спросила Ава.

— Я бы вполне мог провести вечность, целуя твою восхитительную грудь. А сама бы ты этого хотела? — серьезным тоном осведомился мужчина, лаская губами ее орошенную солоноватым потом кожу.

— И опять он оказался прав, — резюмировала Ава, игриво помяв его спутанную шевелюру. — Сколько у нас еще времени?