В гостинице «Вершина эвкалипта» царила суматоха. Завсегдатаи местных питейных заведений расположились у стойки бара, небольшие семейные группки — за круглыми обеденными столами, подростки играли в бильярд. Райан сидел в одиночестве в отдельной кабинке с высокими стенами в конце зала.

К назначенному времени он уже заказал вторую кружку пива. Мальчик за соседним столиком, проявляя симпатию, пристально разглядывал его поверх стены кабинки, и Райан не знал, как избавиться от него.

У него было мало опыта общения с детьми. Когда родился Уилл, Райану было девять лет. До отъезда в университет Райан проводил мало времени с братом — очень тихий, застенчивый и прилежный Уилл был ему почти чужим. Для детей сестер Джен и Сэм он являлся просто «крутым дядей Райаном», который привозил подарки из-за границы.

Но теперь у него появилась еще одна племянница — живое напоминание о младшем брате, и он чувствует себя обязанным познакомиться с ней. С одной стороны, он взволнован этой перспективой, с другой — хочет свернуть прелестную шейку Лауре Сомервейл за то, что она даже не попробовала разыскать его семью.

Отчего она поведала тогда о своем ребенке и сразу же исчезла? Разумнее было бы не сообщать вовсе. Возможно, у ее дочери к тому времени появился новый отец? Райану стало не по себе, когда он понял, что Лаура может быть замужем, помолвлена или просто жить с кем-то — он надеялся, что она одинока.

Райан покосился на пристально смотрящего на него ребенка, высунул язык и даже ссутулился, чтобы его не было видно из-за стенки.

— Так вы нашли нашу Лауру в благополучии? — раздался женский голос, и Райан увидел невысокую, упитанную седовласую женщину с мальчишечьей стрижкой и острыми глазами-пуговками, которая перегнулась через стенку кабинки и улыбалась ему. Райану показалось, что она знает ответ на свой вопрос и о том, что произошло, — тоже.

— Да, спасибо, — он улыбнулся. — Она оказалась там, куда вы меня отправили.

— Конечно, — сказала она и улыбнулась еще шире. — Она живет там с тех пор, как родилась. Дорогуша Лаура помогает любому из нас в трудную минуту. Тому, кто осмелится обидеть нашу любимицу, придется иметь дело с жителями всего нашего города. Вам принести чего-нибудь поесть, пока вы ее ждете?

Райан моргнул. Похоже, мисс Сомервейл не единственная, кто так искусно изменяет направление мысли посередине разговора. Возможно, эта черта — особенность местного диалекта?

— Мне хватит пива, — проговорил он. — Спасибо в любом случае.

Джил сочувствующе улыбнулась ему и отошла к другому столику. Как только он хотел отпить еще глоток пива, до него донесся пьянящий аромат свежевыпеченного яблочного пирога. Сластена, Райан с наслаждением вдохнул этот запах. Мимо его кабинки пронесли две коробки для пирогов, следом вошла Лаура Сомервейл.

Растрепанные локоны Лауры были подобраны под красный платок, вместо изящного хлопкового платья на ней была белая рубашка с неимоверным количеством рюшей, ярко-багровые брюки и высокие черные сапоги. Да, весьма экстравагантно…

— Лайам, твой десерт стынет, — сказала она, обернувшись к мальчику, который таращился на Райана.

Мальчишка исчез. Она присела, и их глаза встретились. Райан что-то хотел сказать, но промолчал, пораженный изменившимся обликом этой женщины. Ее светло-карие глаза были подведены, что придавало им золотой блеск.

— Извините за опоздание, — проговорила она решительно и отрывисто, как мальчишке, мнение которого выслушивать не желала. — Я должна была отвести Хлою к друзьям.

Значит, Хлою она не оставила дома, а спрятала в неизвестном месте. Не важно, что слова Лауры откровенны, а улыбка бесстрашна, эта женщина беспокойна и недоверчива.

— В доме нет никого, чтобы присмотреть за ней? Вам муж, например?

Лаура горько усмехнулась.

— Едва ли, — сказала она, помахав рукой, на которой не было обручального кольца. — Мы с Хлоей совершенно счастливы и одни.

Райану стало немного легче.

— Где вы остановились? — спросила она, передвинувшись на мягком кожаном сиденье.

— У меня комната наверху. Правда, я еще там не был. Приехал сюда прямо от вас.

— Нет, я не выдержу! — внезапно вскрикнула Лаура, зажмурилась и стукнула кулаками по деревянному столу. Райан схватился за кружку с пивом, чтобы она не упала. — Я не обучена светским разговорам, — серьезно сказала она, и на лице ее появилось умоляющее выражение. — Я буду говорить честно. Ваше присутствие здесь пугает меня до полусмерти.

Райан пытался не замечать божественный аромат яблок, ванили и чего-то еще — неожиданно экзотического запаха, идущего от этой женщины.

— Вам незачем бояться меня, Лаура.

— У меня есть на это причина! — выпалила она и сжала губы, положив крепко сжатые кулаки на стол. Казалось, она пытается взять себя в руки, унять свою боль. — У меня больше нет ни братьев, ни сестер, — продолжала она уже спокойнее с едва заметной дрожью в голосе. — Ни теток, ни кузенов, ни дальних, ни близких. Зато у Хлои куча родственников. Это вы и ваша семья. Она всегда мечтала о кузенах… Знаете, ведь когда вы приехали, в глубине души я почувствовала облегчение. Но в то же время я очень боюсь потерять ее. Мне необходимо знать о ваших намерениях, — сказала она. — Какие бы они ни были…

Райан, вдруг почувствовав себя мошенником, ответил правдиво:

— Я не знаю точно.

Она с вызовом посмотрела на него.

— Вы не отделаетесь таким ответом, если хотите продолжать разговор дальше.

— Какой ответ вам нужен?

— Скажите мне, что вы, так же как и я, взволнованы, — она наклонилась вперед, словно придавливая его своим взглядом. — Я ужасно смущена и напугана. Я ведь и предположить не могла, кто вы. Окажись вы стриптизером, я удивилась бы меньше.

— Кем?!

Лаура прикусила губу, чтобы не ляпнуть еще чего-нибудь. Она вспомнила, как приняла Райана еще и за продавца. Она махнула рукой с растопыренными пальцами, словно пытаясь этим жестом стереть свое последнее высказывание.

Лаура действительно хотела, чтобы Хлоя встретилась со своим дядей. В конце концов, что значат ее собственные желания? Главное — счастье и благополучие дочери. Пусть никто из этой известной и богатой семьи за все прошедшие годы не удосужился написать, позвонить или справиться о Хлое, теперь Лаура должна предоставить Райану Гасперу шанс.

— Вернемся к теме нашего разговора, мистер Гаспер. Отчего вы приехали через столько лет?

— Меня привело сюда ваше письмо, мисс Сомервейл.

Она покраснела, вспомнив ею же написанное письмо — полное тоски, эмоций, одиночества и отчаяния. Но прежде чем попросить показать письмо, чтобы потом засунуть его в рот и съесть, чтобы больше никто не знал о его существовании, она заметила упавшую на стол тень и, посмотрев вверх, увидела улыбающегося человека, одетого в темные брюки и серый свитер.

— Здравствуйте, отец Грант, — сказала она и посмотрела на Райана, не зная, как его представить.

— Генеральная репетиция сегодня вечером, Лаура? — спросил отец Грант.

Лаура только сейчас вспомнила о своем костюме. Боже! Пока мистер Совершенство восседает здесь, одетый в голубую рубашку, она наряжена в белые рюши, узкие багровые панталоны и черные сапоги выше колена.

— «Пираты Пензанса»! — выпалила она, специально для Райана встряхивая оборки рубашки. — Ассоциация деревенских женщин ставит мюзикл, и я играю предводителя пиратов.

Райан, должно быть, решил, что она совсем сошла с ума, раз пришла в таком наряде. Да еще поет сорокам! Будь у него намерение забрать ее дочь, он, конечно же, уже принялся осуществлять свое желание.

— Это песенная партия? — спросил Райан.

Отец Грант кивнул и иронично улыбнулся.

— Постановка мюзикла была идеей Лауры, — объяснил отец Грант. — Ассоциация женщин собирает средства на борьбу с засухой, от которой за последние два года сильно пострадали местные фермеры. В прошлом году они ставили «Чикаго», и Лаура в роли тюремной надзирательницы мамаши Мортон вызвала бурные аплодисменты.

— Охотно верю, — сказал Райан.

Только вот Лаура знала, что он не верит добрым словам отца Гранта, и сидела, опустив голову, отколупывая старую краску на столешнице.

— Наша Лаура занимается многими общественными проектами, — продолжал отец Грант. — Она президент Организации защиты прав детей, член Общества добровольных пожарных и за очень низкую плату готовит блюда для празднования того или иного события, проходящего у нас в городе. Я не знаю, что бы мы делали без нее и ее дочки. Лаура для нас как родная — с тех пор как умер ее отец. А теперь мне пора. Приятного аппетита, — он улыбнулся на прощание, и Лаура вздохнула, довольная тем, что не пришлось представлять Района.

— Он кажется милым, — заметил Райан. — И у него есть что рассказать о вас.

— Мистер Гаспер, если мы будем ходить вокруг да около, я могу взорваться.

— Зови меня Райан, пожалуйста, — произнес он низким приятельским голосом, отчего Лаура тут же забыла о теме разговора.

— Я просто… — она сглотнула. — Я знаю, что этот момент должен был настать. Только непонятно, почему через семь лет?

— Я только два дня назад нашел твое письмо, — объяснил он. — Если бы провидению было угодно, твое письмо никогда не попало бы к нам.

Боже! Они что, правда, не знали о ее существовании? Она ни разу даже не задумывалась о таком варианте.

— Впервые за многие годы я наконец навсегда вернулся в Австралию, — продолжал он. — По просьбе моей семьи занялся делами Уилла. Со смерти брата прошло семь лет, никаких финансовых записей более хранить не нужно. Среди пачки посланий о соболезновании я нашел твое письмо. Нераспечатанное.

— Нераспечатанное?.. — повторила Лаура, пытаясь смириться с неожиданной новостью.

— В то время моя семья получила много писем с соболезнованиями. Часть их была прочитана, а на остальное ни у кого не хватило сил и времени. В конце концов в центральной газете они опубликовали текст с благодарностью всем, кто помнил Уилла. Мама и отец вскоре уехали в Бруней, чтобы закончить съемки фильма. Джен была на гастролях в США. Сэм только что родила второго ребенка. Все письма на адрес Уилла отправлялись нашему семейному бухгалтеру, который просто подшивал их вместе со счетами и налоговыми декларациями. На этой неделе, просматривая подшитые документы, я нашел несколько нераспечатанных писем, включая твое.

Получалось, что Райан не мог ранее прочесть письмо и уладить формальности. И где же он был, когда семья так нуждалась в нем? Отчего его не было на похоронах?

— А твоя семья? — спросила она. — Сестры, родители знают обо мне?

— Только Сэм. Она присутствовала, когда я нашел твое письмо, и приехала бы тоже, если бы не трое маленьких детей. Другие еще не знают. Мы подумали, что лучше выяснить… — Он прервался и, явно смутившись, посмотрел в сторону.

— Сохранила ли я ребенка? — закончила она за него, чувствуя горечь. Но Райан не виноват — он просто честен. — А теперь что?

Он снова пристально посмотрел на нее.

— Теперь, я думаю, Хлое лучше всего привыкнуть ко мне, — сказал он, — до того как она познакомится со всей семьей. Нас много.

Лаура почувствовала облегчение. Если бы Райан захотел, то мог бы, используя могущество клана Гаспер, отомстить ей. Но, похоже, в этом самоуверенном человеке есть такая черта, как сострадание.

Раздался звон дверного колокольчика. Группа громко разговаривающих женщин, одетых в костюмы пиратов, с подведенными сурьмой глазами вошла в ресторан.

Райан почувствовал, что проиграл. Каким-то образом этой женщине с золотистыми глазами и дерзким прямодушием снова удалось вести разговор так, как ей хотелось. Она услышала его историю, но о себе ничего не сказала.

— Мне надо идти, — сказала Лаура. — Жаль, что приходится расставаться вот так, на полуслове.

Она поднялась, и он схватил ее за руку.

— Когда я увижу Хлою? Когда мне можно будет поговорить с ней? Я надеялся, что наша секретная встреча была посвящена именно этому.

— В этот ресторан ходит половина города, мистер Гаспер, — усмехнулась Лаура. — Нашу встречу вряд ли назовешь секретной.

Значит, ее непонимание преднамеренное и создание препятствий не случайно. Разум этой обладательницы прелестных глаз никогда не дремлет. По крайней мере теперь он знает, почему она выбрала именно этот ресторан и шесть часов вечера. Лаура просчитала, что, начни он предъявлять жесткие требования, половина жителей города стали бы свидетелями этого.

— Ладно, пусть мое присутствие здесь явно не секрет. Только зачем еще мне дают о тебе столь блестящие рекомендации?

— Я здесь ни при чем, — сказала она, покраснев. — Хотя, я догадываюсь, кто это затеял.

Он отпустил ее руку и поднялся на ноги.

— Эта встреча остается тайной для того, ради кого была назначена, — промолвил он строгим голосом. — Назначь время, дату сейчас же, иначе я не поверю ни одному твоему уверению в желании познакомить меня с Хлоей. Завтрашнее утро подходит?

— Завтра — понедельник, она будет в школе.

— После школы?

— Она будет кататься на пони в клубе. Потом занятия на скрипке.

— В обед? — Он явно решил не уступать.

— Она делает домашнее задание и ложится спать в восемь часов.

Райан сдержал улыбку — эта женщина непримирима.

— Вы скоро встретитесь, — пообещала Лаура. — Но на моих условиях. Она очень умная и чувствительная девочка. Мы должны быть осторожны.

Он кивнул. Хлоя похожа на Уилла в детстве.

— Так когда?

За спиной он услышал взволнованные голоса наряженных в пиратов женщин. Лаура уже почти согласилась с его требованием, и вот на тебе!

— Тебя спасли твои славные товарищи, — тихо сказал Райан, и она еще больше покраснела.

— Лаура! — позвала одна из женщин. — Если ты еще не готова к репетиции, мы выпьем пива.

— Нет. Я готова, — произнесла Лаура, направившись к группе в разноцветных костюмах.

— Лаура такая душка, — вдруг сказала одна из женщин. — Мне уже трудно читать, так она всегда помогает мне выучить роль.

— Неужели? — спросил Райан, не в силах сдержать улыбку.

— Я была за границей прошлой весной, а моя дочь заболела, — сказала другая, после того как ее толкнули локтем вбок. — И хотя у Хлои весной обостряется астма, она и Лаура каждый день проделывали долгий путь к нам домой, чтобы отвести моих внуков в школу.

Райан вспомнил письмо Уилла.

«Люди здесь удивительные — щедрые, бескорыстные, упрямые и вмешивающиеся не в свои дела! Не важно, как далеко вы живете друг от друга, вы никогда не чувствуете одиночества».

Кажется, Уилл был прав. В городе узнали, кто такой Райан, и принялись рассказывать о Лауре.

— Наша Лаура — ангел, — сказала зачинщица.

— Эсм, в самом деле, хватит, — пробормотала Лаура.

— Из того, что я сегодня слышал, делаю вывод, — встрял в разговор Райан, — Лаура — святая.

Женщины оживленно загалдели, радуясь, что успешно сыграли свои роли в организованной наспех пьесе.

— Вы придете посмотреть мюзикл? — спросила Эсм.

— Как знать? — ответил он, подмигнув, и три седовласых взволнованных пирата ушли, оставив его с Лаурой одного. — Итак?

— Я лучше пойду. Если я не выйду через минуту, они вернутся за пивом, и тогда их мужья утром станут жаловаться на меня, что мюзикл — прикрытие для Ассоциации женщин-пьяниц.

Она взяла остывающие яблочные пироги, повернулась и пошла прочь.

— Разве роль предводителя пиратов не для мужчин? — с любопытством спросил он.

Лаура повернулась к нему, продолжая пятиться.

— Как ты понимаешь, в Ассоциации не так много мужчин.

— Разве это не дискриминация?

— Так присоединяйся к нам! — сказала она. — Ты даже можешь забрать мою роль.

Лаура сорвала платок с головы, и копна темно-рыжих локонов рассыпалась по ее плечам.

— До завтра, — предупредил Райан.

Он остался один. Впервые за долгие-долгие годы ему нечего было планировать — работа и отчеты завершены, осталось только до конца отредактировать учебник и компакт-диск, чтобы вручить редактору.

Он снова вернулся в кабинку и пригубил теплое пиво. Слушая разговоры и смех других посетителей, он понял, как одинок.

Был ли Уилл в действительности так же одинок в огромном суетном Мельбурне? И так ли уж резко отличается жизнь в Мельбурне от жизни в этом городке?

Райан вспомнил, когда он и Уилл в последний раз разговаривали. Может быть, уже тогда он заметил что-то в поведении брата? Заметил, но не придал значения?..

…В гостиничном номере Райана зазвонил телефон. Он собирался на торжественную церемонию на площади напротив Пантеона в Риме и не хотел отвечать на звонок. Но, взглянув на часы и увидев, что еще есть время, поднял трубку.

— Платный звонок из города Тандарах, Австралия, — проговорил оператор.

— Я поговорю, — сказал Райан, резко присев на край кровати. — Это ты, Уилл?

— Ага, — выдохнул его младший брат.

— Отлично. Так ты приедешь? Я улетаю в Париж через три дня, так что мы сможем встретиться только там. Мой секретарь вернется в Мельбурн, чтобы все сделать, как только ты захочешь.

— На самом деле, — мрачно сказал Уилл, — я не приеду.

Райан потер рукой веки.

— Неужели тебе предложили нечто лучшее?

— Вообще-то, да.

— Ты решил учиться в Оксфорде?

— Нет. Понимаешь, это из-за девушки… Райан вскочил с места и принялся расхаживать по комнате с телефонной трубкой в руке.

— Уилл, ты снова за свое? Ты не знаешь, как тебе повезло, парень! Сколько еще раз все мы будем ставить себя под удар из-за тебя? Ты не можешь отказываться от перспективы, которую мы создали тебе.

— Но эту перспективу я создал для себя сам.

— Рискну предположить, что все это план твоей авантюристки.

— Это жестоко, брат, неверно и смешно. Может, тебе лучше отказаться от Парижа и приехать ко мне? Ты увидишь ее, к тому же здесь так красиво.

— Не глупи!

— Боже, ты даже не понимаешь, — Уилл сердился. — Я никогда не стану таким, как ты! Здесь я не должен притворяться. Я могу быть таким, как мне нравится.

На телефоне Райана замигал красный огонек — внизу ожидало такси.

— Послушай, Уилл, я должен идти. Только скажи мне, что приедешь в Париж.

— Конечно, — Уилл тяжело вздохнул. — Хорошо.

— Поговорим через два дня. Я надеюсь услышать от тебя более приятные новости. Береги себя.

Райан повесил трубку. Он был расстроен. Очень обидно, что парень попусту тратит время. Уилл должен учиться, путешествовать по всему миру, а не тратить время на провинциальную цыпочку в какой-то глуши.

Райан взял ключи, положил кошелек во внутренний карман смокинга и вышел. На следующей неделе он позвонит Уиллу из Парижа и попытается образумить парня. Конечно, к тому времени Уилл забудет о своей деревенской мечте, ему наскучит эта девчонка…

Возвращаясь к реальности, Райан подозвал Джил.

— Еще пива? — спросила она.

— Нет. Но есть нечто, что вы могли бы сделать для меня. Кто у вас здесь агент по недвижимости?

— Должно быть, Кэл Бантон.

— Мы можем ему позвонить? Скажите ему, что мне необходимо провернуть одно дело сегодня вечером. Я в долгу не останусь.