— Хлоя! — звала Лаура тем же вечером, когда ужин был на столе.

Дочка не отозвалась. Она позвала снова, на этот раз громче. Снова нет ответа. В груди у нее сжалось. Хлоя знала, что нельзя уходить далеко от дома, особенно в период цветения растений, когда пересыхает земля и становится пыльно.

Лаура выбежала из дома и позвала дочь, крикнув в сторону оврага. Она напрягла слух, пытаясь хоть что-нибудь услышать. До нее донесся смех, идущий от дома Кардиньяр.

Райан сидел на корточках у забора с молотком в руке, занимаясь починкой сломанного штакетника. Хлоя стояла рядом, держа банку с гвоздями, беспечно болтая о проведенном дне в школе. Шимпанзе лежал около нового ящика для инструментов, занимаясь старой костью. Райан пытался не попасть гвоздем по большому пальцу, слушал, смотрел на Хлою и задавал вопросы всякий раз, когда она замолкала.

Лаура наблюдала, как Райан протягивал руку, чтобы взять гвоздь, и пальцами показывал Хлое его размер. Девочка сосредоточенно искала нужный гвоздь, Райан улыбался в благодарность, и она радостно смеялась.

Лаура покачала головой. Конечно, Хлоя уже попала под его обаяние. Она никогда не знала отца, и вдруг — такое везение! Лаура чувствовала, что надвигается гроза. Рано или поздно Райан вернется к своей прежней жизни, и Хлое придется пережить трагедию.

— Хлоя, — крикнула Лаура. Ее дочь вздрогнула. — Ты не слышала, что я зову тебя?

Райан поднялся и повернулся к ней лицом. При виде его, одетого в новую футболку цвета шоколада, чистые потертые джинсы, старые туфли и красную бейсболку, надетую задом наперед, Лаура тут же заволновалась. Она увидела капельки пота на его лбу, между темных прядей волос.

Лаура что-то проворчала, с трудом оторвала взгляд от мужчины и вопросительно посмотрела на дочь.

— Я была на улице, играла, но услышала, как Райан стучит молотком. Я спросила, могу ли я помочь, он ответил, что было бы хорошо, — Хлоя посмотрела на своего сообщника, ожидая поддержки. Райан не заставил себя ждать.

— Я провозился бы в два раза дольше без моей маленькой помощницы, — он взъерошил кудряшки волос на голове Хлои, и она просияла.

— Это все хорошо, но твоя маленькая помощница кое о чем договорилась со своей мамой. Не так ли, мисс Хлоя?

Хлоя опустила голову, ее плечи поникли.

— Я должна быть рядом с домом и показываться на глаза маме каждые десять минут, — она подняла голову. — Но я была с дядей Райаном! Если бы я стала задыхаться, он помог бы мне.

Райан перевел взгляд на Хлою.

— Задыхаться?!

— Хроническая астма, — объяснила Хлоя, подражая своим многочисленным докторам. — Если у меня начнется приступ, я могу умереть. Мне иногда даже ингалятор не помогает.

Райан оттолкнулся от забора, будто отстраняясь от страшных слов Хлои.

— Да? Она что-то говорила об астме не так давно, но я не знал, что это так серьезно.

— Мне нужно, чтобы Хлоя всегда была рядом! Я должна знать, что ей ничего не угрожает! — рявкнула Лаура. — Теперь ты понимаешь, отчего я пыталась не торопиться со всем этим?

— Да, — произнес он медленно, пиная ногой пучок травы.

Он выглядел таким потрясенным, что Лаура почувствовала вину за свою резкость. Он не виноват в том, что Хлоя ослушалась ее и полетела к нему, как мотылек на огонь.

— У нее не было приступа в течение нескольких месяцев, — сказала Лаура спокойнее. — Если мы будем осторожны, то приступы могут навсегда прекратиться.

— Не уходи так далеко снова, не предупредив маму, — промолвил Райан, обняв Хлою за плечи.

Хлоя прильнула к нему, Лаура сдержала крик страдания, протянула руки к дочери и крепко обняла ее в знак прощения.

«Извини», — произнес одними губами Райан.

«Ты не виноват», — ответила ему таким же образом Лаура.

Райан провел тыльной стороной ладони в перчатке по лбу, вытирая пот.

— Где ты их нашел? — спросила она, не в силах оторвать возмущенного взгляда от перчаток Райана.

Он протянул к ней руки, обратив ладони вверх.

— В сарае. Они твои?

— Нет. Моего отца, — тихо сказала она и провела пальцем по ладони Райана, чувствуя знакомое прикосновение изношенной замши. — Забавно, я повсюду искала их после его смерти.

— Забери их.

Лаура покачала головой.

— Нет. Мне просто приятно знать, что они все еще пригодны. Он выгонял скот на пастбища до того, как умер от сердечного приступа, — пояснила она.

— Мы закончим забор сейчас, пока ты здесь? — откашлявшись, спросила Хлоя. — У меня есть другие дела, ты же знаешь!

— Что ты должна сегодня делать? — спросила Лаура.

— Мисс Тилда велела мне работать над написанием буквы «А». Мне не понравилось, что она объявила об этом перед другими детьми. К концу семестра я буду писать букву «А» лучше всех в классе.

Райан и Лаура улыбнулись. Лаура снова почувствовала, как сильно ей не хватало того, с кем можно было разделить такие моменты — первое слово Хлои, ее первый шаг, тот первый пугающий ночной визит к доктору, когда она думала, что дочка задохнется, — все это она переживала одна.

Хотя этот мужчина и появился в их жизни, он был далек от них. Она больше не боялась, что Райан заберет Хлою — она полностью доверяла ему, но теперь у нее холодело внутри от страха при мысли, что он может оставить их одних.

— Хлоя, может, ты пойдешь в дом и попрактикуешься в написании буквы «А»? Я уверена, что Райан не будет возражать.

— А кто будет подавать ему гвозди? — спросила Хлоя.

— Твоя мама, — быстро предложил Райан.

— Конечно, я помогу, зайка, — проговорила она. — Теперь иди. Мы закончим через минуту.

— Хорошо! — крикнула Хлоя и весело побежала к дому, а за ней, сопя и выказывая меньше энтузиазма, устремился Шимпанзе.

Наступал вечер — любимое время суток Лауры, когда солнце исчезает за холмом, создавая калейдоскоп красок на горизонте. Она покосилась на Райана и заметила, что он смотрит вдаль с таким же задумчивым выражением лица.

— Симпатичная одежда, — сказала она, зная, что необходимо нарушить тягостное молчание.

Райан посмотрел вниз на свои ободранные туфли, потом на нее и криво усмехнулся.

— Что? Это старье?

Он выглядел настолько хорошо в этом старье, что у нее перехватило дыхание, и она отвела взгляд.

— Ты посетил секонд-хенд? — спросила она.

— Нет. Моя сестра Сэм прислала мне старую одежду вместе с мебелью и кое-какой мелочью из квартиры в Мельбурне. Тебе нравится?

— В таком виде ты мог бы сойти за местного жителя.

— Я принимаю это как комплимент, — он улыбнулся и протянул два пальца, держа их на расстоянии дюйма друг от друга. — Мне бы гвоздь, вот такой длины, пожалуйста.

Лаура нашла нужный гвоздь и бросила его ему на ладонь.

— Так ты решил, кто станет приносить тебе прибыль за этим починенным забором? — спросила она.

— Это будут козы, — сказал Райан, взяв зажатый между зубами гвоздь и вбивая его в новый штакетник. — Я выбрал их на рынке в Минбахе.

— Козы? — повторила Лаура, осторожно отводя взгляд от мускулов его загорелого предплечья, которые напрягались при каждом ударе молотка. — Отчего не лошади, рогатый скот, что более подходит для мужчин?

Райан прищурился, смотря на гвоздь, зажатый между пальцами, и еще шире улыбнулся. Казалось, этот парень был совершенно уверен в своей мужественности. К сожалению, и Лаура все более убеждалась в этом.

— А какие это козы?

— Ангорские.

— А что ты знаешь об ангорских козах?

— То же, что и о лошадях и рогатом скоте, — он посмотрел на нее, отчего она взволновалась и прикусила губу. — У меня мать и две сестры, которым не хватает ангорской шерсти, — говорил он в перерывах между ударами молотком. — Я знаю, что в Австралии сейчас громадный спрос на натуральные ткани, а за рубежом огромный спрос на одежду из нашей страны. Я знаю, что могу содержать маленькое стадо сам, а помощников нанимать только во время стрижки. У меня уже есть покупатели шерсти в стране и по всей Азии.

Лаура не осмеливалась открывать рот — ей нечего было сказать.

— Так, что вы скажете, мисс Сомервейл? Из меня выйдет фермер?

Она пронзила его самым свирепым взглядом.

— Не-а.

Он взглянул на нее из-под козырька бейсболки и переменил тему разговора:

— А отчего ты не сказала мне, что сама присматривала за домом Кардиньяр?

— Проклятая Джил Такер! Это она сказала тебе? Все время сует свой нос куда не надо.

— Куда?

— В мои дела, — сказала она, уклоняясь от прямого ответа. — У меня была несбыточная мечта.

— Ты хотела купить этот дом и землю, — закончил он.

— Только без паники. Я не собираюсь отравлять тебе воду или ломать заборы по ночам. В отличие от некоторых, я как-то привыкла к тому, что не нужно мешать людям. Это философский взгляд на вещи.

— Некоторые — это, конечно же, я? Ты считаешь, что я привык создавать помехи людям? Но поверь, мисс Острячка-Самоучка, я знаю, что такое отрицательный ответ. Ответ, после которого не так-то легко жить дальше.

Суровость его голоса заставила ее задуматься — кто отказал ему? Это связано с бизнесом, с женщиной, Уиллом? Это из-за Уилла. Вот отчего он сердился на него. Если бы Уилл согласился приехать к брату в Париж, он не гулял бы здесь по оврагу, не потревожил бы ядовитую змею и был бы жив…

Лаура вдруг поняла, как близко они стоят. Ощущая тепло его тела, она посмотрела на звезды и удивилась — когда наступила темнота?

— Я достаточно долго не вспоминала о своей обязанности, — сказала она. — Хлоя далеко от меня. Я лучше пойду. Ты обедал?

Райан поднес руку к своему животу.

— Благодаря твоей рекламе, мне доставили шесть порций тушеного мяса.

— Отлично. Спокойной ночи, Райан.

— Спокойной ночи, Лаура.

Следующие два дня Лауре удалось не встречаться с Райаном. Отвезя Хлою в школу, она работала, как обычно, полдня на почте. Потом была вечеринка по случаю дня рождения Тэмми, на следующий вечер — репетиция.

Но дело в том, что, приводя уставшую дочь домой после наступления темноты и видя свет в окнах дома Кардиньяр, она радовалась, зная, что Райан Гаспер не уехал.

Однажды вечером она нашла на коврике перед своим домом посылку, завернутую в газету и перевязанную веревкой. Открыв ее, она обнаружила старые перчатки своего отца и записку, которая гласила: «Сохрани их. Райан». На следующее утро, отвозя Хлою в школу, она оставила у его двери в благодарность свежевыпеченные пирожки.

К полудню в пятницу она уже успела отвезти Хлою в школу, убрать дом и развесить выстиранное белье.

Она выглянула в окно, когда в Кардиньяр приехал грузовик с козами. Он завернул за угол дома. Лаура схватила перчатки для работы в саду, маленький нож и поспешно вышла во двор — теперь можно было все прекрасно рассмотреть с перевернутой старой корзины для фруктов у огромного лимонного дерева около дома.

Она открыла рот от удивления, когда увидела стадо Райана. Не имея никакого представления о животноводстве, даже не являясь сельским жителем, он приобрел совершенно здоровых взрослых коз, которые могли бы дать большое количество шерсти. Три козы оказались беременны. Так что это было серьезное вложение денег.

Набрав в подол футболки лимонов, она убежала в дом и принялась за работу.

Райан увидел, что Лаура быстро идет к нему. Он ожидал, что она придет, как только приедет грузовик, и беспокоился, отчего ее нет.

На ней были обтягивающие выцветшие джинсы и бледно-желтая облегающая футболка. Ее кудри были подобраны в высокий хвост, перетянутый одним из розовых шнурков Хлои. Джинсы на коленях были запачканы грязью и соком от травы. Щеки Лауры розовели от солнца. Она выглядела здоровой и счастливой.

— Здравствуйте, мэм, — сказал Райан с приветливой улыбкой, когда она подошла. Он старался изо всех сил скрыть свое волнение. — Что это у тебя?

В ответ на приветствие она подняла термос.

— Лимонад. Сегодня жарко, и я подумала, что ты захочешь попить немного, — она поставила термос и наполнила ему бокал.

Он облизнул губы, протянул руку и посмотрел на нее, прищурившись.

— Сама делала?

Она склонила голову набок.

— Естественно. И из своих лимонов.

— Мисс Сомервейл, я думаю, что это мои лимоны. Ствол дерева находится с моей стороны забора.

Она посмотрела на дерево, стоящее между их дворами.

— Знаешь? — сказала она. — Я думаю, ты прав.

Нисколько не смущаясь, она поднесла чашку с лимонадом к своим губам, выпила его и закрыла термос, не предложив ему ни капли.

— Задира, — сказал Райан с улыбкой, хотя прохладный блеск ее губ, и запах лимона, и ее дыхание дразнили его.

— Так как идут дела? — спросила она, принимая такую же позу, как он, ставя ногу на нижнюю перекладину забора и опираясь руками о верхнюю.

— Отлично, — промолвил Райан, не в силах скрыть желание в голосе.

Лаура прищурилась и посмотрела на безмятежных белоснежных коз.

— Они прекрасны, — проговорила она. Большие обвислые уши, вьющаяся мягкая шерсть, закрывающая глаза, выражение постоянной улыбки на мордочках придавали козам прелестный полусонный вид. Однако Райан решил игнорировать ее порыв нежности.

— Кажется, им тоже жарко, — сказал он. — Может, они хотят немного лимонада?

Она подмяла ногу, будто желая перепрыгнуть через забор и присоединиться к козам, но Райан схватил ее за ременную петлю на поясе и рывком поставил обратно на землю.

— Их надо остричь к концу месяца, — сказал он, хотя думал совсем о другом. — Если я не успею со стрижкой, они полиняют, и я потеряю половину годового объема шерсти. Но сейчас пусть просто привыкнут к этому месту.

— Им здесь понравится.

— Надеюсь. Я заплатил немалую сумму за трех беременных коз, и скоро они принесут потомство. Осенью я куплю еще двенадцать коз и козла.

— Он будет рад, — Лаура криво усмехнулась.

— А теперь, местная жительница, — переменил он тему, — скажи мне, скоро пойдет дождь?

— Дождь пойдет скоро, — повторила она бесстрастно.

— Отлично. Так мне следует отменить заказ на доставку воды в баки?

— Я бы не торопилась с этим.

— Я хотел бы наполнять их каждый месяц. Я в самом деле готов уменьшить размер прибыли, — он почувствовал, как она посмотрела в его сторону.

— Ух ты! — сказала она. — Ты выглядишь, как настоящий фермер, а теперь и рассуждаешь, как он.

Он улыбнулся.

— Ты скажешь, когда от меня будет пахнуть, как от настоящего фермера?

— Я расскажу об этом всему городу.

Он засмеялся. Не видя Лауру эти два дня, он почти убедил себя, что придумал искорки чувств, вспыхивающие между ними. Но теперь как никогда ощущал напряжение в воздухе.

— Дело не только во внешнем соответствии образу, — вдруг серьезно сказала она. — Многие пытались и просто не могли справиться с такой жизнью. Если тебе не удастся и ты в самом деле уедешь, не вини себя. Не ты первый. — И она внимательно посмотрела на него, будто оценивая его реакцию.

— Лаура, я знаю, что ты хотела купить Кардиньяр…

— Когда я захочу быть откровенной, Райан, то сообщу тебе, — перебила она. — Просто я говорю, что, когда ты потерпишь неудачу и решишь оставить нас, не считай себя неудачником.

— Я полагаю, тогда ты купишь у меня этот дом?

Она вздернула подбородок.

— Конечно. Так что лучше сообщи, когда соберешься уступить мне его.

— Лаура, когда я решу оставить это место, то сообщу тебе первой. А теперь скажи мне, соседка, — промолвил он, решая направить разговор в другое русло. — Раз тебя так занимают внешний вид, слова и запах фермеров, есть ли местный парень, который положил на тебя глаз?

— Я уверена, их дюжины, даже сотни, — ее слова были полны сарказма. — Ты намекаешь, что тебе еще не все рассказали о моей жизни?

— Ни на что я не намекаю, — Райан смотрел ей в глаза. — Но почему бы тебе действительно не рассказать мне? Разве здесь нет крепкого, здорового, мужественного ковбоя, надеющегося стать мистером Лаура Сомервейл?

Она немного покраснела и криво усмехнулась.

— Нет. Я зарабатываю на жизнь обслуживанием обедов, Райан. Во время любого праздника, даже пусть маленького, я всегда в переднике, а по моим щекам струится пот, когда я разношу тарелки с горячими закусками. Кому нужна такая женщина?

— Ну, я не знаю, — сказал он, — Парни обычно как раз и стараются найти себе такую жену, которая почти весь день проводит у плиты. Я вообще-то не из таких. — Он поднял вверх кулак и произнес: — Да здравствует свобода женщин!

— Болван! — пожала она плечами. — А как насчет тебя? У тебя есть экстравагантная, все понимающая подруга, которая ждет тебя в сказочной заморской стране?

— Дюжина, даже сотня, — промолвил он и улыбнулся: — Но кому нужен трудоголик, который к тому же постоянно в разъездах?

Она кивнула и в этот раз улыбнулась от души. Он вспомнил тех женщин, которых встречал в своей жизни, — образованных, умных, очаровательных. Но ни одна из них не вызывала в нем желания наконец остановить свой бег, никто из них так не любил свой дом, и ради них он не покупал ферму вдали от столицы, чтобы заниматься какими-то вонючими козами.

Райан изогнул бровь, улыбнулся и поднял руку, чтобы защитить глаза от солнца. Лаура открутила крышку термоса, налила чашку лимонада и предложила ему. В молчании она смотрела, как он пьет.

Выпив, он вытер губы тыльной стороной ладони и вернул ей чашку.

Образ брата, который нарисовал ей тогда Уилл, смягчался от непосредственного общения с живым человеком. Райан не такой, каким представлял его Уилл. Вернее, не совсем такой.

Райан наморщил лоб и улыбнулся ей, обнажив прекрасные белые зубы.

— Что? — спросил он.

Может, пора прояснить ситуацию? Она должна все объяснить — ради них обоих.

— Я могу показать тебе кое-что? У меня дома?

Он моргнул и улыбнулся. Ее сердце подпрыгнуло от осознания того, что он мог подумать.

— Это касается Уилла, — сказала она и обрадовалась, увидев, что выражение искушения пропало из его взгляда.

— Конечно, — промолвил он.

Она почувствовала его нерешительность и поняла ее причину — у Райана и брата было незавершенное дело.

Она вытерла влажную руку о свои джинсы и протянула ее Райану.

— Пошли, ковбой, пора.

Он взял ее руку в свою ладонь.

Она направилась в дом, он следовал за ней. Они вошли внутрь, прошли по коридору. Дойдя до двери спальни, Лаура резко остановилась. Она убрала сегодня постель? Да, цветастый плед был аккуратно расстелен на кровати, белье — в корзине для белья.

Она потянула Райана за руку.

— Присядь.

Как только Райан присел на край ее постели, Лаура, встав на четвереньки, вытащила из-под кровати старую коробку от туфель. Смахнув пыль, Лаура присела на пол, подогнув под себя одну ногу и сжав в руках коробку.

— Я храню все сведения о Уилле, — объяснила она. — Для Хлои. Хочу, чтобы однажды, когда придет время, мне было что рассказать про ее отца.

— На случай, если бы мы никогда не встретились, — закончил за нее Райан, и сердце Лауры сжалось при звуке сожаления в его голосе. — Лаура, ты не должна этого делать.

— Должна!

Она считала, что Райану следует знать все о том, что произошло с Уиллом в Кардиньяре.

Трясущимися руками она открыла коробку с вырезками из газет, письмами и безделушками и вытащила связку газетных вырезок о Всемирном экономическом саммите в Париже, который состоялся несколько лет назад. Она передала их Райану. Он просмотрел их и нашел строчку, в которой упоминалось о специально приглашенном экономисте из Австралии — Райане Гаспере.

— Он всегда покупал мельбурнские газеты, чтобы найти упоминание о тебе. Подобных вырезок здесь две дюжины.

— Как вы встретились? — спросил он, игнорируя ее слова.

— Мне было восемнадцать, когда умер мой отец. Через неделю Уилл арендовал Кардиньяр. Он однажды прогуливался по дороге. Все, что у него было тогда, — его улыбка и рюкзак.

Лаура прислонилась спиной к кровати и подтянула колени к подбородку.

— Мы нашли общий язык, как только встретились. Мне нужно было выговориться, а он был рад слушать. Ему требовалось время, чтобы разобраться в себе в тишине и покое. Он говорил, что я могу сделать состояние на пирожках, и я верила. А я говорила ему, что, как только он начнет следовать велению своего сердца, все будет прекрасно. Нас будто соединила судьба в тот момент.

Два одиноких юнца, которые нашли успокоение в физической близости. Лаура надеялась, что Райан поймет ее без слов.

Райан осторожно положил связку газетных вырезок на кровать.

— Уилл любил тебя, Лаура, — сказал он. Она покачала головой.

— Не так, как ты думаешь. Он возвел меня на пьедестал, как и тебя. Он преклонялся перед тобой, Райан. Я думаю, с одной стороны, он считал себя обязанным походить на тебя, но, с другой — хотел только лежать на своем батуте и смотреть на звезды до конца жизни. Я часто задавалась вопросом: что он нашел во мне? Может, он выбрал меня потому, что я не могла бы заинтересовать его старшего брата? Может, он хотел использовать меня, как средство бунта?

Опустив голову, она ожидала его ответа. И уж никак не предполагала, что он погладит ее по голове.

— Не терзайся, дорогая, — произнес Райан. — Может, поначалу Уилл и поселился здесь, чтобы досадить мне…

Он продолжал ласкать ее волосы, а она не отталкивала его. Закрыв глаза, она наслаждалась этой лаской.

— В ту последнюю неделю, — промолвила она более мягким голосом, — ты приглашал его в Париж.

— Да.

— Из твоих слов я поняла, что ты не знал: Уилл ведь собирался поехать.

— Что? — Пальцы Райана замерли.

Она глубоко вздохнула.

— В то утро, — сказала она, — он в последний раз прогулялся и попрощался.

— Попрощался?

— Он сказал мне, что уезжает к тебе в Париж.

Райан наклонился вперед, закрыв лицо руками. Она подавила в себе желание обнять его и облегчить его страдание.

— Уилл говорил мне о тебе, — промолвил наконец Райан и протянул руку к ее лицу. — Он рассказал, что встретил девушку. Я просил… оставить тебя, освободиться. Я хотел видеть его в Париже, только чтобы он покинул тебя, Лаура, дорогая. Мне так жаль. Это моя вина…

Она повернулась к нему лицом, и он опустил руку.

— Нет, разве ты не понимаешь? Я сама сказала ему, что он должен набраться жизненного опыта. Он был так молод. Я посоветовала ему, чтобы он попробовал жить как ты, пока не поймет, что ему необходимо. Он собирался в Париж, так как я сама попросила его уехать.