Несколькими днями позже Митч Ганновер сидел в своем обозреваемом со всех сторон кабинете. Повернувшись к столу в крутящемся кресле, он заметил, что Кристин сосредоточенно за ним наблюдает, лениво вращая колесико компьютерной мышки.

Митч вышел в приемную и проговорил:

— Прошу прощения, я немного отвлекся. Вы ничего не говорили мне, Кристин?

— В сущности, за эту неделю я почти свыклась с вашей постоянной отрешенностью, сэр, — грустно констатировала помощница.

— Когда это я был отрешенным? — с искренним изумлением спросил шеф.

— Да хотя бы все последние семь дней, — заявила Кристин.

Митч выслушал ее с очевидным сомнением, но призадумался.

— Со времени незабываемого аукциона... Ну с того самого вечера, когда одна из сотрудниц произвела неизгладимое впечатление на наших клиентов и, похоже, не только на них, — постепенно подвела к существу проблемы ассистентка.

— Что вы этим хотите сказать, Кристин? — строго призвал подчиненную к ответу босс.

— Хотите начистоту? — предварительно уточнила помощница.

— Да, уж будьте любезны.

— По-моему, вы втрескались в брюнетку, имя которой излишне называть, — хладнокровно произнесла Кристин.

— С чего вы взяли? — хмыкнул он.

— Сложила два и два и получила очевидный ответ, сэр, — невозмутимо проговорила женщина.

— Это она вам сказала? — насторожился Митч.

— Ей не понадобилось что-либо мне объяснять. Проницательность — это одно из качеств, за которое вы меня держите на этом посту, не так ли, босс? Она отказывается это признавать, вы делаете вид, будто не понимаете, о чем идет речь. Но не будь вы оба вовлечены в романтические отношения друг с другом, вели бы себя совершенно иначе. Не витали бы в облаках с девяти до пяти по будням, не бродили бы подобно сомнамбулам, не улыбались бы собственным мыслям. Полагаю, во внерабочее время вы делаете что-то такое непостижимое, о чем после не в силах не думать. Ведь так, Митч? Права старушка Кристин? А?

— Неужели так сложно понять, что я ни с кем не собираюсь обсуждать обстоятельства своей личной жизни? Пытайте свою подругу, Кристин, — насупился он.

— Ну вот, вы опять хмуритесь, Митч! — воскликнула ассистентка. — Даже влюбленность не может отучить вас от этой глупой привычки, — посетовала женщина.

— И все-таки, Кристин, я хочу знать, что такого сказала вам мисс Бинг, что вы так уверены в нашем романе? — потребовал откровений Митч Ганновер.

— В том-то и дело, что ничего. Она, так же как и вы, все отрицает, вернее, отказывается прямо подтвердить факт вашей связи. Это тем более подозрительно, что в студенческие годы и позже мы с ней любили поболтать на эту тему. С другой стороны, я очень рада за вас обоих, потому как такое трепетное отношение к вопросу является лишним свидетельством вашей зрелости и серьезности.

— Кристин, вы слишком много внимания уделяете вопросам, не имеющим отношения к работе, — упрекнул подчиненную Митч.

— Я, по крайней мере, не витаю, как кое-кто, в заоблачных высях. Я в любую минуту здесь, и душой и телом. Всегда к вашим услугам, босс. И что с того, что я испытываю естественную человеческую потребность порадоваться за ближнего? Меня вот только интересует, что вы собираетесь делать со всеми вашими сладенькими блондиночками? Впишете их в лист ожидания? — не удержалась от ехидства Кристин. — Учтите, я не стану посылать прощальный букет Веронике Бинг. Сделаете это сами.

— В этом не будет необходимости, Кристин! — выпалил Митч.

— Правда?! — хлопнула в ладоши подчиненная. — Об этом поподробнее, пожалуйста, дорогой сэр, — просительно проговорила она. — Будете встречаться, крепить ваши отношения, чтобы однажды понять, что вы не можете друг без друга и обречены пожениться, чтобы пройти по жизни рука об руку, родить детей, качать внуков... — пустилась взахлеб фантазировать Кристин.

— Что на вас нашло?! Прекратите немедленно! — испуганно потребовал Митч от своей ассистентки.

— Простите, увлеклась, — пробормотала она, смешавшись, и снова уставилась в монитор компьютера. — Вы правы, босс. Если поразмыслить, это слишком уж неправдоподобный сценарий. Вероника — замечательный человек, у нее золотое сердце, и она очень требовательна к себе. Я не знаю более стойкого существа, чем она. Жизнь не баловала ее, но она сохраняет веру и жизнелюбие. Вероника единственный человек из тех, кого довелось мне встретить, всегда стремящийся ввысь и вперед. Она из тех немногих, кто в состоянии воспринять дружескую критику и дружеский совет. Вас я тоже знаю как неплохого человека. Но именно потому, что я вас знаю, у меня нет уверенности в том, что мою подругу ждет с вами такое уж несомненное будущее. Одно то, как вы поступали с вашими многочисленными женщинами...

— Кристин, давайте оставим эту тему, — максимально сдержанно попросил ее босс.

— Оставим, конечно. Тем более что не пройдет и месяца, как эта тема станет неактуальной... Я помню все наши разговоры на эту тему, когда вы убеждали меня в том, что вашим женщинам кратковременный роман с таким, как вы, только на пользу, что вы с самого начала не скрываете своей незаинтересованности в длительных отношениях, что они посвящены во все условия и принимают их. Я слушала вас и не считала нужным возражать, пока это не коснулось дорогого для меня человека. А теперь я вам все скажу, Митч. Только самая отъявленная блудница может разделять взгляды такого мужчины, как вы. Любая, даже самая независимая и современная, женщина стремится к тому, чтобы ее интимная жизнь была осмысленной, чтобы каждый новый день приближал ее к пусть неидеальной, но желанной развязке.

— Конечно же, под желанной развязкой вы подразумеваете брак, — догадливо отреагировал Митч и криво усмехнулся.

— Вот именно... Кстати, Вероника информирована о ваших привычках? — строго спросила Кристин.

— Я полагал, вы ее уже обо всем известили, — саркастически отозвался начальник.

— Само собой, — кивнула Кристина. — Но она должна была услышать это от вас, чтобы солгать, как и все ваши прежние любовницы, что ее подобные условия вполне устраивают. Так вот, дорогой Митч, Веронику это не устраивает, и устраивать не может. А сказала она это вам лишь для того, чтобы не лишать себя шанса на то, что вы однажды, когда-нибудь, каким-то чудом, измените свое отношение в пользу общего с ней будущего.

— К вашему сведению, дорогая Кристин, Вероника сама мне это предложила, — выпалил мужчина.

Кристин рассмеялась. Она получила все требуемые доказательства и теперь могла с полной уверенностью разбить в пух и прах все его доводы.

— Разумеется! — воскликнула Кристин. — Вероника Бинг — честолюбивая девушка. Она прекрасно знала, с кем связалась и чем рискует. Пойдя на этот шаг, она формально защитила себя от грядущего разочарования. И если вы пришлете ей прощальный букет, она пожмет плечами и скажет, что это был лишь вопрос времени. На то, что будет твориться в этот момент в ее душе, вам, кончено же, наплевать. Расправлялись же вы все эти три года с женщинами после первых трех-четырех свиданий, не поморщившись... Мужчина, которому по-настоящему дорога женщина, никогда с легкостью не кивнет, когда она вздумает настаивать на ни к чему не обязывающих отношениях. Ведь это будет означать одно: для нее он не более чем эпизод, о котором она забудет тотчас. Вам бы такое отношение понравилось?

— Что вы хотите сказать, Кристин? Я не должен был начинать эти отношения? — смиренно спросил изобличенный ловелас.

— С вашим классическим подходом, категорически не имели права! — заключила Кристин. — Такого человека, как Вероника, это просто погубит! Потому что вам она простит все, а себя будет корить до конца жизни. Неужели это так сложно понять, Митч? Как можно быть таким нечутким? Известно ли вам, что ей гораздо меньше, нежели вам, повезло с детством? Конечно, родители ее обожали, но они были уже в возрасте. Умер отец, от отчаяния стала стремительно угасать мать. Вероника заочно училась, чтобы иметь возможность опекать ее старость. И это в юном возрасте. Она сама приняла такое решение. Никто ее не понуждал. Она не сдала мать в дом для престарелых, а сама стала ее сиделкой, истратив на лечение все накопленные семьей деньги. А когда деньги закончились, Вероника оставила учебу и начала зарабатывать сама. В двадцать лет, похоронив мать, она осталась один на один с нищетой. Я не преувеличиваю, Митч. Она начала свою жизнь с нуля, не имея даже диплома. Как вы считаете, не хватит ли с нее испытаний?

Митч подавленно молчал.

— Вы и представить себе не можете, на каких работах ей приходилось работать, чтобы обеспечить себе пропитание и крышу над головой, — продолжала Кристин. — И при этом Вероника продолжала сотрудничество с благотворительной ассоциацией, она не сняла с себя этой обязанности, даже после смерти матери. Урывками продолжала учиться, постигать новое, работать над собой. Вы можете скептически относиться к ее достижениям, но вы никогда не знали, каким одиноким и неуверенным в себе подростком была Вероника, когда мы с ней познакомились. Для меня же очевиден этот прогресс, этот настоящий личностный прорыв... Это, конечно, частный случай. Уверена, у многих ваших подруг были свои подобные истории. Но вам они безразличны. Вы чувствуете только собственную боль... Я знаю, Митч, вы не ищите сочувствия. Но, к сожалению, не испытываете его и к другим, при всех ваших положительных качествах. Красивая женщина для вас — не более чем игрушка.

— Спасибо, Кристин, что высказали свое мнение, — пробурчал Митч Ганновер. — Не сомневайтесь, я его учту.

— Уж будьте так любезны. Говорю это вам, не оглядываясь на принципы субординации. Если вы раните Веронику, вы ее убьете. Терпение человеческое не бесконечно, и надежду нельзя испытывать беспредельно.

— За кого вы меня принимаете, Кристин! — возмутился босс. — По-вашему, я одержим жестокостью?

— Я этого не говорила, Митч, — сухо возразила она. — Но все, что я должна была сказать как человек, как друг, я сказала. Теперь только от вас зависит, как вы используете эти сведения... Это все! — заключила помощница.

— Похоже, что все, — грозно отозвался начальник.

Митч Ганновер резко развернулся на каблуках и зашагал прочь. Кристина сознательно не стала смотреть ему вослед.

У нее не было уверенности, что она поступила правильно и что Вероника одобрит сам факт вмешательства в ее отношения с Митчем, тем более согласится с содержанием сказанного. Но Кристин молчать не могла. Всю неделю ее тревожило ожидание бури. Она читала на лице подруги надежду на хрупкое счастье. И сердце сжималось от предвкушения драмы.

Она боялась даже предположить, как сам Митч расценит и употребит эту информацию. Не станет ли ее пылкая речь поводом к преждевременному разрыву с Вероникой. Этого Кристин не смогла бы себе простить. И все же рискнула. Она, как и ее подруга Вероника, жила надеждой на хеппи-энд в сугубо женском понимании.

В течение нескольких дней Вероника не получала от Митча ни звонков, ни электронных посланий, не видела его самого.

Девушка старалась не придавать этому особого значения. Она помнила о собственных словах, себя же и считала ответственной за последствия. Ей казалось немыслимым требовать постоянства от мужчины, которого за прошедшие с момента их знакомства пару недель видела с несколькими разными женщинами. Она сама подписалась под таким сценарием. Никто ее не понуждал.

Разумом она отдавала себе отчет в необоснованности своих надежд. Но кто руководствуется разумом в делах любви?

Став его женщиной, Вероника с ужасом осознала, что только он, один он ей и нужен. И никто никогда не сможет занять его место в ее израненном сердце. И это она сочла своей судьбой, которую готовилась принять без сомнений и колебаний.

Вероника думала о нем постоянно. Каждое мгновение Митч владел ее сознанием. Она проверяла мобильный телефон, электронный почтовый ящик, телефон в своем кабинете, автоответчик дома. Она ждала. Жизнь научила эту девушку стоическому терпению. В своем самоотверженном терпении она становилась непоколебимо твердой и мудрой.

Вероника четко знала, что, какой бы своей стороной ни обратилась к ней в каждый следующий миг удача, она найдет способ утвердить себя в этой жизни. Только в периоды ожидания она могла для себя четко определить цель, чтобы к ней идти.

В среду в полдень, проходя к кабинету Бориса, она остановилась, чувствуя, как заходится от волнения сердце. И лишь потому, что до ее слуха донесся голос Митча Ганновера.

Всего секунду спустя распахнулась дверь, и в коридор стремительно шагнул Митч, но тотчас резко остановился, столкнувшись с Вероникой.

— Привет, незнакомец! — непринужденно поприветствовала она босса.

— Что?! — от неожиданности вздрогнул он. — Что ты тут делаешь?!

— Работаю на одного мужчину, — жарким шепотом ответила она ему.

— Надеюсь, он отплатит тебе за твои старания, — грубо пошутил он.

— Сомневаюсь, — отозвалась Вероника, сощурив огненные глаза. — Меня приучили довольствоваться малым.

— Все меняется, — неопределенно сообщил Митч, нервно поправив узел галстука.

— Что, например? — прямо спросила девушка.

В следующее мгновение она обнаружила себя в его объятьях.

— А как же уговор? — обеспокоенно спросила она.

— А кто нас видит? — легкомысленно бросил Митч.

— По крайней мере, на работе мне хотелось бы пользоваться своими правами, — возразила Вероника.

— Правами? — удивленно вскинул брови Митч.

— Быть с тобой для меня не только приятно, но и ответственно, — объяснила она.

— Расслабься, — небрежно произнес Митч. — Это только поцелуй.

— Поцелуй, без которого ты обходился ровно три дня! — не удержалась от упрека Вероника Бинг.

— Ах, вот оно в чем дело! — многозначительно вздохнул он и пошел по коридору.

— У меня есть идея по поводу организации следующего аукциона! — отчаянно крикнула ему вслед влюбленная девушка.

— Изложи письменно и отправь мне по электронной почте, — на ходу отозвался он.

— Ты не хочешь выслушать меня?! — возмутилась Вероника.

— Увы, но у меня просто нет на это времени, — нагло ответил босс.

— Слушаюсь, сэр! — резко бросила она.

Митч Ганновер остановился.

— Я серьезно тебе говорю. Отправь электронной почтой. Я рассмотрю...

— Отлично, шеф, я прямо сейчас так и сделаю. Только вы уж не забудьте прочесть.

— Не забуду, — заверил ее Митч.

— Рада слышать. В таком случае я вас больше не задерживаю, — процедила она сквозь зубы.

Развернувшись на каблуках, Вероника поспешила в свой кабинет, понимая, что это конец.

Она вновь угодила в замкнутый круг, что уже неоднократно происходило. Она опять позволила своим фантазиям увлечь себя в безнадежность.