ПОСЛЕ НОЧИ, ПРОВЕДЕННОЙ С КЭРИ ГРАНТОМ, ПЕРЕД ГЛАЗАМИ ЭММЫ ВСТАВАЛИ КАДРЫ ИЗ ЕГО ФИЛЬМА «НЕЗАБЫВАЕМАЯ ЛЮБОВЬ»

Расставшись с очередным молодым человеком, Эмма жалела о том, что ей нелегко сказать «Привет!». В одной руке она держала телефон, в другой — номер Хэрри.

В семь часов вечера Эмма сидела на диване. Она помыла голову и высушила волосы феном. На ней было облегающее темно-коричневое платье до колен с глубоким вырезом мысиком. На шее красовались бусы зеленовато-голубого цвета, которые, как она знала, подчеркивали цвет ее глаз. Шпильки темно-коричневых туфель выбивали по полу нетерпеливую дробь.

— Готова?

Эмма обернулась и увидела, что Хэрри стоит в конце коридора. На нем были чистые джинсы, чистая черная футболка и неизменная кожаная куртка. Он принял душ, побрился и выглядел таким молодым и неотразимым, что чувствительное сердце Эммы забилось в трепетном ожидании.

Она поднялась и нетвердыми шагами подошла к Хэрри. Он наклонился, чтобы по-дружески поцеловать ее в щеку. От него пахло мылом, а щека показалась Эмме гладкой и прохладной.

Хотя ей понравилось, как он выглядит в джинсах, она с неловкостью подумала, что оделась слишком нарядно. Что, если Хэрри подумал, будто она вообразила, что это настоящее свидание? Эмма знала, что это не так, но разве можно было понять, о чем он думает на самом деле, разглядывая ее так и этак?

— Кажется, ты собирался ухаживать за мной? — спросила она, подбоченясь, чтобы скрыть огорчение.

— Дай мне только шанс! — откликнулся он.

Эмма подняла руки, показывая, что сдается.

— Прости. Начинай!

Сцепив пальцы за спиной, она приняла позу терпеливого ожидания. Хэрри сделал глубокий вдох, повел плечами и бросил на Эмму такой хмурый взгляд, что она едва не рассмеялась.

— Я хотел сказать, что ты сегодня очень красивая, — пробормотал он. Если бы не слабая краска, залившая шею Хэрри, она бы решила, что это один из его банальных комплиментов.

— А сейчас не хочешь?

Он ухмыльнулся.

— Хотел, пока ты не раскрыла свою варежку и не испортила момент.

— А он был? Я не заметила.

Хэрри прищурился.

— Кажется, ты намерена усложнить мне задачу? Меня это не волнует, я обожаю трудности. — С легким поклоном он отставил локоть. — Вы позволите?

Эмма взяла его под руку, с наслаждением вдохнув знакомый запах кожи.

— Вперед!

Хэрри повел Эмму в местный клуб, в котором он был несколько лет назад. Он прекрасно знал дорогу, но из-за Эммы, которая, источая благоухание, шла рядом с ним, иногда касаясь его бедром, с трудом соображал, где они находятся.

Она была так красива, что это обеспокоило его. Если Эмма всегда одевается так нарядно, когда идет куда-нибудь, ей грозит опасность… Какая? Привлечь внимание мужчин?

От этой мысли Хэрри почувствовал спазм в желудке. Нормальная реакция старшего брата. Вот и все. Он так долго был защитником Эммы, что страстное, чисто животное желание разорвать на части любого мужчину, который бросит взгляд в ее направлении, стало частью его существа.

Увидев знакомый фасад клуба, Хэрри облегченно вздохнул. Эмма бросила на него вопросительный взгляд, и он улыбнулся. Когда сомневаешься, улыбайся. Ну же, приятель, возьми себя в руки.

— Мы пришли? — спросила Эмма, видя, что Хэрри замешкался на пороге.

Внезапно у него возникло сомнение, подходящее ли место он выбрал. После маленьких городов в Северной территории любой паб, где подавали холодное пиво, казался ему роскошным, но сейчас с ним была новая, незнакомая Эмма.

— Да, — сказал он.

Вышибала у входа посмотрел им вслед.

— Привет, Эмма! Добро пожаловать!

Итак, она здесь бывает. Прекрасно. А он-то надеялся удивить ее.

— Привет, Мики, — она чмокнула гиганта в щеку. — Это мой лучший друг, Хэрри. Он проведет в городе неделю.

— Это здорово. Входите. Желаю повеселиться, Хэрри.

Хэрри отсалютовал парню и последовал за Эммой. Паб, забитый посетителями, сотрясался от музыки, лившейся из бесчисленных динамиков. Эмма схватила Хэрри за руку и повела за собой.

— Идем! — прокричала она. — Там есть маленький бар, в котором не так людно.

Хэрри покорно повиновался. Лавируя среди танцующих, Эмма время от времени останавливалась, чтобы сказать «привет» одному или поцеловать в щеку другого. В эти моменты он с замиранием сердца смотрел, как она покачивает бедрами в такт любимой мелодии.

Наконец они добрались до бара, и Эмма уселась на высокий табурет. Тонкие стены содрогались от музыки, грохотавшей в соседнем зале.

Хэрри вытащил потрепанный бумажник.

— Выпьем?

Эмма кивнула.

— Удиви меня.

— Посиди здесь, — сказал он. Эмма надула губы и кивнула, как хорошая девочка.

Хэрри не стал спешить. Ему нужно было прийти в себя. У него свидание с сестрой Джейми. Если бы Эмма не выглядела такой красивой, ему не пришлось бы напоминать себе, что свидание у них не настоящее. Ради того, чтобы она согласилась помочь ему, он должен доказать, что может стать романтичным и убедительным женихом.

Это же Эмма, сказал себе Хэрри. Ты привел ее сюда, чтобы внушить ей, что она может рассчитывать на тебя и черпать чувство безопасности в твоей дружбе. А потом ты снова уедешь на край света, прежде чем успеешь пожалеть об этом.

— Что закажешь, приятель? — обратился к нему молодой бармен.

— Пакет сухих крендельков, посыпанных солью, и… — Хэрри вспомнил слова Эммы: «Хэрри, в тебе нет ни капли романтики!» — бутылку шампанского и два фужера — самые шикарные, какие у вас есть.

Бармен оглянулся через плечо и ухмыльнулся. Хэрри проследил за его взглядом. Эмма, покачивая ногами, сидела на высоком табурете.

— Ты с Эммой? — с улыбкой спросил молодой человек.

Хэрри медленно повернулся.

— Ну, я. Ты хорошо ее знаешь?

Бармен пожал плечами.

— Меньше, чем мне бы хотелось. — Затем он, по-видимому, понял, с кем разговаривает. — Я просто хотел сказать… ну, ты понимаешь, она — одна из порядочных. — Он прочистил горло. — Бутылку шампанского, верно?

— И два фужера, — повторил Хэрри, подавляя желание перегрызть нахалу горло.

Эмма подняла глаза, когда он подошел к ней со своими трофеями.

— Ух ты! — восторженно воскликнула она. — Крендельки! Классно! И целая бутылка шампанского? Ты хочешь напоить меня?

— Угу.

— Угу? — повторила она. — Никогда не слышала более романтичного признания.

Хэрри улыбнулся, не отводя глаз от фужеров, в которые наливал шампанское. Принимая бокал, она почувствовала, что он собирается произнести тост.

— За Терри и Линни.

Эмма не сразу поняла, о чем он.

— Ты имеешь в виду Тони и Лолу из «Копакабаны»?

— Так их звали Тони и Лола? — Хэрри пожал плечами, но по блеску его глаз она поняла, что он подшучивает над ней.

Они чокнулись. Пузырьки шампанского защекотали Эмме горло, придавая остроту восхитительному чувству радостного волнения: она сидит за столом с самым чудесным мужчиной на свете.

— Как работа? — внезапно спросил Хэрри, возвращая ее на землю.

— Кроме того факта, что мы можем лишиться ее, не успев опомниться?

— Да. Кроме этого.

Эмма сделала глоток шампанского, думая о невероятных возможностях, которые ей предоставили для создания такого персонажа, как Блонди.

— Очень хорошо.

— Итак, ты планируешь выгнать питбуля?

— Ротвейлера.

— Ну да. Псину на семисантиметровых каблуках, какой бы породы она ни была.

— Мне гораздо больше нравится заниматься своей работой.

— Отсюда желание сохранить ее, чего бы это ни стоило?

— Ммм… Кили возьмет отпуск по уходу за младенцем, а Талия должна получить повышение. Мне нужно сделать все, чтобы их планы не сорвались.

Наступило неловкое молчание. Эмма никак не могла придумать, о чем спросить Хэрри.

— Я знаю, что твой бизнес процветает, но как у тебя дела на любовном фронте? — вырвалось у нее.

Хэрри бросил на нее такой взгляд, что ей пришлось поспешно сделать большой глоток шампанского.

— Все спокойно, — ответил он, но Эмме, вспомнившей о неприятном происшествии с преследовавшей его женщиной, послышалась тревожная нотка.

— За исключением того факта, что теперь я твоя невеста? — шутливо напомнила она, пытаясь вернуть его к настоящему.

— Ну, да, — с улыбкой согласился он.

Эмма покачала головой.

— Если я не могу заставить тебя помнить, что мы — жених и невеста, как нам поверят другие? О, я знаю! Ты можешь потанцевать со мной!

— Нет. Никаких танцев.

Эмма заерзала на табурете.

— Давай! Мне так нравится эта песня!

Хэрри повернул голову в сторону бара.

— Вон тот парень без ума от тебя. Пусть он потанцует с тобой.

Эмма посмотрела в направлении его взгляда. Лицо показалось ей смутно знакомым. Смущенно улыбнувшись, бармен сильно покраснел и отвел глаза.

Хэрри задвигал табуретом.

— Я покину вас, если вы предпочитаете остаться вдвоем.

— Спасибо, не нужно.

— Ты уверена? Я могу подойти к нему и сказать, что ты тоже любишь его.

Эмма почувствовала устремленный на нее взгляд. Она протянула руку, чтобы удержать Хэрри.

— Хэрри. Сядь. Немедленно.

Он повиновался.

— Хорошо. Но тебе стоит сказать лишь слово…

— Я скажу. Заткнись.

— Ладно.

Эмма схватила бокал и залпом проглотила содержимое. Она забыла, что Хэрри обладает способностью действовать ей на нервы. Иногда, как сейчас, он просто бесит ее!

Почувствовав, как что-то коснулось ее ноги, она едва не подпрыгнула на табурете, прежде чем поняла, что Хэрри заигрывает с ней.

— Что? — с невинным видом осведомился он.

— Не надо шутить так!

Увидев его озадаченный взгляд, Эмма пожалела о своих словах.

— Просто намек, — пояснила она и, беспомощно улыбнувшись, засунула в рот кренделек. — Ты же не хочешь, чтобы я в ужасе шарахалась от тебя? Люди начнут болтать.

— А-а-а, так дело уже дошло до намеков?

— Конечно. Почему бы нет? Если у тебя нет желания ухаживать, не нужно пожимать мне ножку под столом. Лучше потанцуй со мной.

Хэрри в притворном ужасе прижал руку к сердцу.

— Я предпочту проигнорировать эти слова, пока ты не ответишь на важный вопрос: как обстоят дела на твоем любовном фронте?

Прежде чем ответить, Эмма громко захрустела крендельком. Улыбка исчезла с ее лица, и Хэрри широко ухмыльнулся.

— Что, так плохо?

Она пожала плечами.

— Думаю, не лучше и не хуже, чем у некоторых. Хотя, судя по твоим усилиям на нашем свидании, я бы сказала, что лучше, чем у тебя.

Хэрри выразительно изогнул бровь.

— Благодарю покорно. Мне кажется, я чертовски старался. Кроме того, это еще не конец.

Он задергал нижними конечностями с таким рвением, что Эмме пришлось спрятать ноги под табурет. Но Хэрри съехал с сиденья и, обвив ее ноги своими, принялся стягивать Эмму с табурета. В результате оба оказались на полу.

— Привет, Эмма! — раздался женский голос.

Повернув голову, Эмма увидела, что к ним направляется Кили в сопровождении Лэклена, своего жениха. Кили выглядела потрясающе в длинной юбке и в топике из индийского шелка, обтягивавшем округлившийся живот.

Хэрри и Эмма мгновенно приняли чинный вид, подобающий взрослым людям.

Эмма с трудом поднялась на ноги — явно сказалось шампанское — и обняла Кили. Лэклен получил поцелуй в щеку.

— Что вы здесь делаете, ребята? — с наигранной веселостью спросила она.

— Направляемся наверх. Там состоится вечеринка для сотрудников радиостанции, — объяснила Кили. — Если хотите, присоединяйтесь к нам. Я чувствую, что мне грозит общество преподобного Джерри и особы, которая ведет «Час для женщин».

— Спасибо, — сказала Эмма. — Но нам пора отправляться домой, чтобы пораньше лечь спать. День был тяжелый, и я думаю, что Хэрри нужно выспаться.

Хэрри кивнул.

Эмма почувствовала толчок в голень и поняла, что его нужно представить.

— Простите, я забыла, что вы незнакомы. Лэклен — известный психолог, у него собственная программа на радио. Лэклен, это мой Хэрри.

Хэрри пожал руку Лэклену. Эмма не могла поверить, что назвала его мой Хэрри. Если она действительно сделала это, пусть под ней разверзнется пол и поглотит ее у них на глазах!

— Приятно познакомиться, Эммин Хэрри, — улыбнулся Лэклен. — В самом деле, составьте нам компанию. Вы не дадите мне попасть в лапы директора-ипохондрика и секретарши, страдающей нимфоманией.

— Подходящее описание, — подтвердила Кили, подмигнув Эмме. — Секретарша Кристал когда-то попыталась увести Лэклена прямо из-под носа Кили.

— Не сегодня, — отказалась Эмма. — Может быть, на следующей неделе, без присутствия директора, секретарши и прочих? — Последнее слово она произнесла по-латыни.

Лэклен нежно обнял Кили за талию.

— Решено. А теперь нам надо идти. Рады были познакомиться, Хэрри. Пока, Эмма!

После обмена улыбками, рукопожатиями и поцелуями Кили и Лэклен удалились.

— Кажется, ты знаешь всех в этом городе, — сухо заметил Хэрри.

— Да, я знаю всех, — отрезала Эмма. — Так всегда происходит, когда живешь в одном месте больше года.

Она закрыла глаза, чтобы успокоиться. Затем виновато улыбнулась Хэрри.

— Может, хватит сердиться?

— Конечно. Только признайся, что ты сама не дала мне проявить романтическую сторону моей натуры. А там действительно есть ресторан?

Эмма смотрела, как ее друзья поворачивают за угол. Они шли обнявшись и выглядели такими влюбленными, что у нее сжалось сердце.

— Один из самых романтичных в городе.

Хэрри схватился за голову.

— Ты меня доконала! Как жалко я опозорился!

— Не жалко. С достоинством, я бы сказала.

— Ты бы сказала! — Хэрри обнял Эмму за плечи и по-дружески поцеловал в макушку.

Она склонила голову ему на плечо. Только бы не замурлыкать!

— Что же я сделал не так? — он взлохматил волосы, и Эмме пришлось подавить желание пригладить волнистые пряди. Не в первый раз она подумала, какое ощущение возникло бы у нее, если бы она могла пропустить их между пальцами. — Давай, выкладывай!

— Ну-у… — протянула Эмма, наслаждаясь его замешательством, — ты мог бы немного приодеться.

Хэрри бросил взгляд на свои джинсы и потрясенно посмотрел на Эмму.

— Но ведь это я, Хэрри! Без джинсов и куртки я не был бы самим собой!

Эмма пожала плечами.

— А ты чего хотела? Чтобы я обрядился в костюм?

— Конечно. Чем плох костюм?

— Я не желаю выглядеть как какая-нибудь чванливая административная задница.

Она возмущенно подняла брови.

— Дело не в чванливости или в… Просто нужно было показать, что тебе не чужда некоторая изысканность, что ты следишь за собой… Не думаю, что мои коллеги поверят, будто я собираюсь выйти замуж за такого парня, как ты.

Эмму удивило, что Хэрри призадумался. Он действительно принял ее замечание близко к сердцу. Хэрри Бьюкенен, сердцеед, обеспокоен тем, что она не находит его таким завидным женихом, как он воображает. Ха! Знал бы он!

— Красивая пара, — заметил Хэрри о Кили и элегантном Лэклене.

— Да, очень.

— Я думал, что Кили знает о нашем плане. Почему ты не представила меня как своего жениха?

В его голосе Эмме почудилась нотка… разочарования?

— Не так все просто, — объяснила она. — Кили знает, что я собиралась сделать тебе предложение, но, чтобы объявить об этом всем остальным, нужно провести некоторую подготовку.

— Учитывая, что она знает меня не лучше, чем бармена, эта идея, наверное, повергла ее в шок.

Эмма мрачно улыбнулась, зная, что подруги удивились не так сильно, как он думает.

— А ты сказал бармену, что мы помолвлены?

Хэрри открыл рот, но затем решил промолчать.

— Гм-м. Как-то все это неестественно, тебе не кажется? — спросила Эмма.

— Поэтому мы здесь. Сегодня была первая попытка, и я не собираюсь сдаваться.

Эмма кашлянула, чтобы не рассмеяться. Сколько раз она засыпала, повторяя эти слова!

— Пошли, Бьюкенен. — Она взяла его за руку, и они стали пробираться среди танцующих пар. — Я думаю, сегодня ты доказал, что тебе нужна серьезная помощь. Но под моим мудрым руководством ты скоро превратишься в самого романтичного человека в мире.

— Для девушки, которая ответила на вопрос о своей любовной жизни похрустыванием кренделька, ты слишком уверена в себе.

— Конечно, уверена, — подтвердила Эмма.

— И как ты собираешься обучать меня?

— С помощью лучшей в мире коллекции видеодисков.

Вздымая сноубордом снежную пыль, Хэрри несся по крутому склону. Снег, местами залепивший очки, ограничивал поле видимости, но это придавало спуску большую остроту.

— Слабо тебе? — Хэрри усмехнулся. В его ушах еще звенели слова, которые он прокричал своему другу, прежде чем они начали скоростной спуск.

Слегка наклонившись вперед, он увеличил скорость. Джейми не было видно, и Хэрри опасался, что приятель, опередив его, уже стоит у подножья, небрежно опершись на сноуборд и поглядывая на часы с таким видом, будто ждет его уже целую вечность.

Он почувствовал, что доска начала подпрыгивать. Что там впереди? Скалы? Деревья? Он затормозил одной ногой и легко остановился.

Хэрри собрался испустить радостный вопль, но внезапно у него перехватило дыхание.

Под ближайшей к нему сосной что-то краснело. Это было тело его друга, страшное в своей неподвижности.

— Джейми! — отчаянный крик замер у него на устах. С трудом переставляя внезапно отяжелевшие ноги, Хэрри побрел к дереву.

Он не знал, как долго простоял над безжизненным телом Джейми, прежде чем упал на колени и попытался прощупать пульс.

Его не было.

Джейми погиб. Не стало веселого, смеющегося парня, который только что кричал от восторга, несясь с головокружительной скоростью по склону горы.

Слезы потекли по замерзшему лицу Хэрри. Сорвав очки, он отшвырнул их в сторону. Душераздирающий вопль вырвался из его груди.

Подняв на руки обмякшее тело лучшего друга, Хэрри начал мучительный спуск. Что он скажет друзьям? Родителям Джейми? Его сестренке? О господи, что он скажет Эмме?

И с каждым тяжелым шагом у него леденело сердце. Он подзадорил Джейми на спуск с горы. Теперь Джейми мертв, и в этом виноват он…

Вздрогнув, Хэрри проснулся и рывком сел в кровати. Он был весь в поту.

Опустив ноги на пол и упершись локтями в колени, он бросил затравленный взгляд на светящийся циферблат. Три часа утра. Ему удалось поспать три часа, прежде чем погрузиться в этот кошмар.

Проведя горячими, трясущимися ладонями по лицу, Хэрри попытался восстановить дыхание.

Все в порядке. Он не один. Он в Мельбурне. В комнате напротив спит Эмма. Как это ни утешительно, он знает, что кошмар будет снова преследовать его. Это единственная неделя в году, когда он не в силах вынести одиночество, несмотря на то, что это наименьшее наказание, которого он заслуживает.