Дамиан лежал рядом с Челси, стараясь не потревожить ее сон.

Простыня полностью скрывала от него фигуру молодой женщины. Несколько золотистых прядей упали на лицо. Он осторожно протянул руку и убрал волосы с ее щеки. Пальцы коснулись гладкой, как шелк, кожи.

Челси пошевелилась. Злополучная простыня сползла, представив его взгляду самую восхитительную грудь, какую он когда-либо видел.

Дамиан жадно уставился на открывшееся зрелище. Так, наверное, утопающий смотрит на спасательный жилет. Он из последних сил боролся с искушением прикоснуться к Челси, разбудить ее и вновь заняться с ней любовью.

Он зажмурился и потер небритый подбородок. То, что произошло, не утолило его жажды. Напротив, желание разгорелось только сильней.

Челси вот-вот проснется. Пожалуй, ему пора идти.

Сколько они знакомы? Два дня? Три? За это время они узнали друг о друге больше, чем он о своей бывшей девушке за много месяцев.

Собрав волю в кулак, Дамиан поднялся с постели, натянул брюки, которые носил уже третий день, и уселся на стул, наблюдая за Челси. Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем она открыла глаза.

— Привет, — голос Челси был еще хриплым со сна.

Дамиан стиснул кулаки, стараясь не поддаться порыву и не вернуться в постель, наплевав на последствия.

Она села на кровати. В вечернем свете ее кожа словно светилась изнутри.

— Все в порядке?

Нет, не в порядке. События развивались слишком быстро. Они оба потеряли голову от страсти. Если они увидятся снова, то так будет продолжаться до бесконечности. И когда-нибудь он причинит ей ужасную боль. Если только…

Если только не сказать сейчас всю правду. Он должен все объяснить, во всем признаться. Пусть Челси решит сама.

— Я очень хочу увидеть тебя снова, — выпалил он.

Взгляд ее смягчился, и она улыбнулась.

— Так что тебе мешает?

Дамиан сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Подожди, не перебивай меня, — попросил он, набрал побольше воздуха в грудь и продолжил: — Челси, я уже говорил тебе, что недавно пережил нелегкое расставание. И теперь я хочу прояснить ситуацию.

Она беспомощно заморгала, и сердце Дамиана болезненно сжалось.

— У нас были прекрасные отношения. Мы с Бонни встречались два с половиной года. Несколько месяцев даже жили вместе. Наши родители хорошо знакомы. Наши рабочие графики идеально сочетались. Я находился в полной уверенности, что все замечательно, пока месяц назад Бонни не выдвинула мне ультиматум: либо жениться, либо расстаться. Для принятия решения мне потребовались доли секунды. — Он умолк.

Челси не отрывала от него широко раскрытых глаз и наконец произнесла:

— Пожалуйста, скажи, что ты ушел.

Дамиан рассмеялся. Конечно, Челси искусно притворялась, но она не смогла скрыть свое волнение. Его рассказ задел ее гораздо больше, чем она хотела показать.

— Да, я ушел. Причем так поспешно, что она едва успела назвать меня бессердечным ублюдком.

— Ее не в чем винить. Очевидно, что ты поступил с девушкой по-свински, — Челси с задумчивым видом накручивала прядь волос на палец. — И зачем ты мне все это рассказываешь?

— Потому что наши отношения начались слишком стремительно. Потому что я не готов расстаться с тобой.

На лице Челси появилась легкая улыбка. Дамиан отвел глаза в сторону, не в силах сопротивляться ее очарованию. Он во что бы то ни стало должен договорить, иначе потом не простит себе.

— Но однажды, как бы цинично это ни звучало, я уйду. Это мой modus operandi. Я искренне признаюсь, что не создан для серьезных отношений. Такой уж я уродился. Все, что я могу предложить, так это приятное времяпрепровождение и, смею надеяться, неплохой секс.

В комнате повисла гробовая тишина.

Челси никак не реагировала. Она не спорила, не обвиняла, не обрушилась с упреками. Она лишь, не отрываясь, смотрела на него.

— Понимаю, что выгляжу подонком, — он не мог больше выносить гнетущее молчание. — Ты можешь вытолкать меня в шею, и будешь права. Я не стою даже твоего мизинца.

Внезапно Дамиан почувствовал огромное облегчение. Словно, признавшись во всем Челси, он сбросил с плеч многокилограммовую ношу. Теперь дело было за ней. И Дамиан с покорностью выслушает приговор.

Наконец она пошевелилась, отбросила в сторону простыню и призывно похлопала по матрасу рядом с собой.

* * *

Солнечный лучик приятно пощекотал веки Челси. Она улыбнулась наступившему утру и открыла глаза.

Девушка потянулась, разминая приятно ноющее тело. Затем протянула руку в сторону и наткнулась на… пустоту. Дамиана рядом не было.

Она подскочила с постели, накинула халат прямо на голое тело и помчалась на кухню. Затем в гостиную. Но в квартире царила привычная тишина. Никакого намека на то, что буквально несколько часов назад здесь находился потрясающий мужчина.

Челси отчетливо представила себе, как он сидит на ее небольшой кухоньке, читает газету и густо намазывает масло на булочку. Затем перед глазами возникли картины вчерашней ночи. Еще никогда ее не любили так нежно и так страстно…

Стараясь не замечать легкую ноющую боль в виске, Челси решила сварить себе кофе. Когда она подошла к кухонной тумбочке, ее губы расплылись в улыбке. На кофеварке лежал лист бумаги. Дамиан сварил ей кофе и оставил записку!

Но когда она поняла, что кофеварка холодная, улыбка исчезла.

Неважно, что он написал. Дела говорят громче слов. Если Дамиан пренебрег своей обычной кофейной церемонией, значит, он не хотел будить ее. Не хотел встречаться. Не хотел поцеловать на прощание.

Боль в виске стала невыносимой. Челси закрыла глаза и без сил опустилась на стул.

Сама виновата. Он вчера откровенно признался, что не хочет ввязываться в серьезные отношения. Следовало выкинуть этого самца вон. А вместо этого она, как последняя дура, оставила его на ночь. Что ж, час расплаты пришел.

Зазвонил телефон, и от неожиданности Челси подскочила на месте.

— Слушаю, — ответила она, не глядя на определитель.

— Доброе утро, солнышко, — произнес знакомый бархатный голос.

Ноги стали точно ватные, и она вновь опустилась на стул. Инстинктивно Челси еще туже запахнула халат на груди, словно ее тело могло вырваться из тканевого плена только от звука его голоса.

— Давай поужинаем вместе сегодня, — продолжил Дамиан. — Похоже, хорошее питание идет тебе на пользу.

Мозг Челси лихорадочно заработал. Нужно либо играть по его правилам, либо заканчивать со всем этим, чтобы впоследствии не остаться в дураках, вернее, в дурах.

— А если я занята? Или у меня уже назначено свидание?

— Так отмени все! — Он был слишком самоуверен.

Эти слова особенно задели Челси. Значит, Дамиан настолько уверен в своей власти над ней, что не допускает даже мысли об отказе.

— А если я не хочу ничего отменять?

— Тогда я… я не знаю, что сказать, — он явно пребывал в замешательстве.

Она почувствовала, что Дамиан искренне расстроен. Что ж, если она решила ценить лишь действия, а не слова, то нельзя оставить без внимания его вчерашнюю искренность. Челси не могла игнорировать и ту трогательную нежность и заботу, с которой он ухаживал за ней эти два дня.

— Успокойся, Дамиан. Я принимаю твое приглашение.

— Ты заставила меня поволноваться, — судя по интонации, он испытал облегчение.

— Привычка начальника, — парировала Челси. — Куда мы пойдем?

— Около моего офиса есть небольшой ямайский бар. Мы частенько наведываемся туда после работы. Как ты относишься к рому?

— Ничего против не имею, — Челси пожала плечами.

— А к барам, забитым мужчинами в деловых костюмах?

— Очень положительно.

— Я так и думал. Только представь. Ты. Я. Несколько моих близких друзей. И конечно, ромовый пунш, чтобы мы не замерзли промозглым осенним вечером.

Так-так… Он не хочет отношений, но готов представить ее своим друзьям. И в каком, интересно, качестве? Челси потерла глаза.

— И как следует одеться?

— Что-нибудь с минимальным количеством застежек. Вообще одежды может быть как можно меньше. Так мне будет легче избавить тебя от всего лишнего, — пояснил он, почувствовав ее замешательство.

Ты сможешь, подумала Челси. Ты сильная. Ты насладишься этим мимолетным романом и извлечешь из него максимум удовольствия.

— Я заеду за тобой около восьми.

Она кивнула.

— Желаю удачного дня, — он явно улыбался.

Челси отключилась. Внезапно она осознала, что все еще сжимает его записку в руке, и медленно развернула листок.

«Раннее собрание. Честно. Я тебе попозже позвоню. Д.»

С бессильным рычанием она бросила листок в раковину.

Вечером Челси сидела на барном стуле, рассеянно прислушиваясь к разговору и водя пальцем по кромке стакана с ромом.

У нее выдался нелегкий день. Сначала пришлось выдержать натиск Кенси, которая не успокоилась, пока не выпытала у сестры со всеми подробностями, насколько позволял телефонный разговор, как сестра провела эти дни. Потом звонили из «Шика», чтобы согласовать время интервью. Наконец на связь вышел управляющий банка, которого интересовало, подписала ли Челси необходимые бумаги.

И в течение дня ее мысли все время возвращались к Дамиану.

Наконец все дела остались позади, и теперь она сидела напротив предмета своих мечтаний.

Челси почувствовала, как головная боль, мучившая ее все это время, усилилась. Она оглянулась в поисках Дамиана. Он отошел минут пять назад, чтобы найти тихое местечко и ответить на звонок. Но вокруг были лишь посторонние люди.

К счастью, его друзья пока не появились, и Челси не нужно было притворяться кем-то другим. Она так и не знала, в каком качестве Дамиан упомянул о ней своим приятелям.

— Прости, — Дамиан возник словно из ниоткуда. — Звонил отец. Нужно было отчитаться, как я провел неделю.

Челси удивленно подняла брови.

— Тебе не кажется, что ты уже слишком взрослый для этого.

— Он отошел от дел. Теперь не знает, чем себя занять. Каждую пятницу мама собирает близких друзей на коктейли. Он, разумеется, тоже приглашен. Но полагаю, слушая о моих делах, он представляет, что все еще в обойме. Отец боится выглядеть приложением к матери.

— Погоди, ты же говорил, что они в разводе.

— Ну да. И очень счастливы. Никаких конфликтов. Каждый делает то, что хочет. Мне кажется, теперь общение друг с другом доставляет обоим гораздо больше удовольствия, — Дамиан усмехнулся и подмигнул Челси. — Кстати, папочка тоже кое-что понимает в банковском деле. Уверен, он бы с удовольствием просмотрел твои бумаги, если захочешь, конечно. У него чутье на удачные сделки, кроме того, он до сих пор старается быть в курсе всего.

Челси не верила своим ушам. Он хочет представить ее не только друзьям, но и родителям? Что это значит? Она бы никогда не привела в семью никого, не убедившись в серьезности отношений.

— Я даже не уверена, хочу ли брать кредит.

— Почему ты колеблешься?

Челси закрыла глаза и мысленно напомнила себе никогда не подпускать Кенси к Дамиану. Ее энергичная сестра тут же разовьет бурную деятельность.

Она открыла глаза. И ее тут же ослепил яркий свет, отразившийся от зеркальных стен бара. Музыка барабанным боем отдавалась в ноющих висках.

— Потанцуем? — с удивлением услышала она свой голос.

Дамиан посмотрел на нее так, точно у нее выросла еще одна голова. В этот момент энергичная музыка сменилась романтичной мелодией. Дамиан отставил свой стакан, подмигнул бармену, взял Челси за руку и повел на танцпол.

Пробираясь через толпу, она не могла не заметить, как восхищенно смотрят на Дамиана окружающие женщины. Ей же доставались оценивающие взгляды. Пусть смотрят! В своих обтягивающих джинсах и черном коротком топе Челси чувствовала себя на высоте. Она крепко сжала руку Дамиана.

На танцполе он заключил ее в объятия, и она утонула в синих озерах его глаз. В баре приглушили свет, и теперь зал освещали только цветные блики.

Слова песни брали за душу. Надрывный голос пел о страхах и печалях, об одиночестве и обманутых надеждах.

Они медленно двигались в такт мелодии, и Челси поражалась, как чутко их тела слушают друг друга. Она полностью доверилась Дамиану, покорно следуя за ним. В его объятиях все ее проблемы отступили на второй план. Она ни на секунду не жалела, что согласилась играть по его правилам.

Она даже не поняла, как это случилось, но их губы сомкнулись в поцелуе, нежном и одновременно настойчивом. Она закрыла глаза и сдалась на милость победителя.

Поцелуй походил на волшебство. По телу девушки разлилось тепло, кожу словно пронзил удар электрического тока. Челси обвила руками его шею, прижимаясь все плотнее. Дамиан потеребил застежки топа, давая понять, что он возбужден не меньше.

— Только не здесь, — жалобно прошептала Челси.

Его глаза засверкали желанием. Она готова была поспорить, что он едва отдавал себе отчет, где находится.

— А где?

— Давай выбираться отсюда, — Челси потянула его через пеструю толпу.

— Мы же еще не поужинали.

— Я изголодалась, но совсем не по еде.

— Рад это слышать, — Дамиан уже выхватил вещи из рук гардеробщика, кивнул на прощание охраннику, и они оказались на улице.

Челси поежилась от холода, и он притянул ее к себе.

До автостоянки они почти бежали. Челси даже не успела пристегнуться, когда Дамиан резко дал по газам.

Девушка откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь скоростью. У кабриолета была откинута крыша, и волосы развевались на ветру.

Впервые за долгое время Челси почувствовала, что живет полной жизнью. И этим она была обязана Дамиану Холлибертону. У нее было ощущение, что по венам вместо крови течет раскаленная лава. Последствия ее больше не волновали. Будь что будет!

— Где можно заполучить такую же? — Челси пыталась перекричать шум ветра.

— О чем ты?

— О машине. Она просто чудесная! Как та песня в баре.

Дамиан посмотрел на нее и подарил улыбку, от которой ее сердце едва не выпрыгнуло из груди. Она дождаться не могла, когда они доберутся до места.

— Держись! — произнес Дамиан и вжал в пол педаль газа.

Через несколько секунд вдалеке возникли знакомые крыши ее квартала, а буквально через минуту он уже с визгом затормозил на первой попавшейся парковке.

От посторонних глаз их скрывал еще один автомобиль. Дамиан нажал кнопку, и крыша автомобиля вернулась на место.

Объятия сомкнулись. На какое-то мгновение Челси показалось, что они расстались не утром, а много лет назад. Все происходит слишком стремительно, подумала она. Хотя с Дамианом по-другому быть не может. Такие отношения не будут длиться вечно… Они вспыхивают и сгорают, как пучок соломы.

Отбросив лишние мысли, Челси прыгнула на колени Дамиану. Он отодвинул сиденье, насколько было возможно. Теперь Челси отчаянно жалела, что надела джинсы.

— Я не вел себя так, с тех пор как был подростком, — простонал Дамиан. — Надеюсь, я сохранил былую гибкость.

— Я тоже на это надеюсь… — только и успела прошептать она, и он закрыл ей рот поцелуем.

Спустя несколько минут рубашка и топ полетели на заднее сиденье.

На мгновение Челси открыла глаза и замерла, потрясенная видом из окна. На фоне черного неба, словно фонарь, ярко светила луна. Темные тени домов казались нереальными. Девушка отчетливо рассмотрела иней на траве и содрогнулась.

— Я не дам тебе замерзнуть, — Дамиан прижал ее к груди и поцеловал в шею.

Поцелуй обжег кожу, а волосы на его груди приятно щекотали возбужденные вершинки темных сосков.

Но этого было уже недостаточно. Челси полюбила Дамиана. Она желала серьезных отношений. Проводить с ним дни и ночи…

— Перестань, — слова давались с трудом. — Дамиан, остановись!

Собрав остатки сил, она оттолкнула его.

— У тебя все нормально? — В голосе Дамиана звучала неподдельная тревога. — Я что-то сделал не так?

Челси искала глазами на заднем сиденье бюстгальтер или топ — словом, что-нибудь, чтобы прикрыть наготу. На глаза невольно наворачивались слезы. Она отвернулась и украдкой смахнула соленую каплю.

Девушка слезла с его коленей и вернулась на свое сиденье. Дамиан пытался поймать ее взгляд, но она все время отводила глаза.

— Челси, что я сделал не так?

— Все нормально, — она старалась казаться беззаботной. — Честно. Просто нашло что-то. Просто… — девушка запнулась. — Я не могу.

Дамиан откинулся на спинку кресла и пригладил взъерошенные волосы.

— Но вчера… Я думал, мы оба этого хотим.

— Я знаю, так оно и было. Но сейчас я так больше не могу.

— Что изменилось за прошедшие сутки?

Я просто влюбилась в тебя, глупый…

— Я передумала. Это мой женский каприз.

Дамиан громко выругался. Затем схватил с заднего сиденья пиджак и рубашку и принялся натягивать на себя. Когда он наконец заговорил, его голос звучал убийственно спокойно:

— Я тебе ничего не обещал.

— Я знаю, — еле слышно прошептала Челси.

— Мне следует понимать, что ты рвешь со мной всякие отношения?

Неужели она действительно на это решилась?

— А что изменится? — Челси намеренно оттягивала финал. — Ты сам сказал, что рано или поздно все кончится. Так почему не теперь?

— Я не согласен.

Зачем он все осложняет? Неужели Дамиан не видит, как ее сердце истекает кровью? Ей захотелось накинуться на него с тумаками. Но Челси обратила гнев в слова:

— Меньше всего мне нужен мужчина, на которого нельзя положиться, — она сама поразилась спокойствию, с которым звучал ее голос.

Он шумно выдохнул, словно собираясь с мыслями.

— А мне меньше всего нужна женщина, усложняющая жизнь.

Челси скрестила руки на груди.

— В таком случае ты должен быть мне благодарен, что я даю сорваться с крючка.

Он устало потер лоб.

— Никогда бы не поверил, что скажу это, но, похоже, мне следовало послушать Калеба.

— Насчет меня? — Челси нервно рассмеялась. — Не слишком подхожу процветающему миллионеру? Хорошо, в таком случае передай своему другу, что я тоже от него не в восторге.

Впервые за последние несколько минут Дамиан посмотрел на нее. Обычно ярко-синие глаза потемнели, как самый глубокий омут, скрывая от Челси все его мысли.

— Ты с ним даже не знакома!

— Я знаю о нем достаточно, чтобы понять: твой друг уверен, Дамиану Холлибертону не подходит женщина, которая зарабатывает на жизнь тем, что подстригает когти животным.

Дамиан горько рассмеялся.

— Бог мой, Челси, я еще никогда не встречал более достойной женщины.

Его слова лишь еще больше распалили ее.

— Тебе не о чем беспокоиться! — выпалила девушка. — Да и твой дружок может быть абсолютно спокоен. Завтра ты вернешься в привычный мир больших денег, где все продается и все покупается. Будешь играть в теннис в выходные и заниматься греблей. А я поеду на уикенд с сестрой и ее семьей в обветшалую хижину за городом праздновать день рождения племянницы. Мы действительно не подходим друг другу, Дамиан. И нужно это признать.

Челси перевела дыхание. Несмотря на холодный вечер, ее щеки пылали.

— Ты это решила окончательно? — В его голосе не было никаких эмоций.

Челси собрала остатки самообладания.

— Окончательно. Наши отношения зашли в тупик, Дамиан. Ты отвезешь меня домой или мне поймать такси?

Некоторое время он пристально смотрел на нее. Они сидели так близко, что девушка отчетливо различала каждую волосинку на его мощной груди — он так и не застегнул рубашку.

Но с каждой минутой Челси чувствовала, как Дамиан отдаляется от нее, забирая с собой частичку ее души.

Он облизал губы, снял пиджак, опять бросил его на заднее сиденье и завел мотор.

На сей раз Дамиан соблюдал все знаки, притормаживая перед каждым пешеходным переходом.

Когда он подъехал к ее дому, Челси повернулась к нему. Вот только зачем? Извиниться? Пожелать удачи? Забрать свои слова обратно? Умолять его любить ее как прежде?

Но Дамиан даже бровью не повел. Он устремил взгляд прямо перед собой, вцепившись в руль мертвой хваткой и плотно сжав челюсти.

Челси выскользнула из машины, схватила с заднего сиденья сумку и свой жакет. Едва она захлопнула дверь, как автомобиль тут же сорвался с места.

На мгновение она посочувствовала неизвестной Бонни. Как и любая женщина, Челси остро ощущала боль расставания, боль потери. Правда, в отличие от ее предшественницы, Челси сэкономила два с половиной года.

Но почему-то этот факт нисколько ее не радовал.