Утром Серина вышла из своей комнаты. Ей нужно было найти Люсьена и обсудить с ним то, что произошло в саду леди Харкорт между ней и Ратборном. Как он к этому отнесся? Понял ли, что она действительно отказала молодому графу, или решил, что она сама флиртовала с ним?

Эту ночь Серина провела без сна. То, что она смогла отказать Ратборну, на многое открыло ей глаза. Теперь она знала, что ее чувства к Люсьену основаны на настоящей любви. И страсть, с которой она хотела его, объяснялась именно глубиной эмоций, а не унаследованной от матери похотливостью.

Она не должна стыдиться того, что отдалась Люсьену. Если она будет с ним всякий раз, когда любовь и желание соединят их, то обретет счастье, которого желал ей Сайрес.

Только бы Люсьен испытывал к ней такие же чувства!

Что он скажет, если она раскроет для него свою дверь и свои объятия? Она боялась отказа с его стороны, боялась, что его сердце отдано Равенне. Но она обязана выяснить правду, какой бы горькой она ни оказалась.

Серина медленно спустилась по лестнице, обдумывая предстоящий разговор. Внизу она увидела Холфорда.

— Доброе утро, миледи, — поздоровался с ней дворецкий.

— Доброе утро. А где мой муж? Он у себя или опять у мистера Викери?

— Не знаю, миледи. Он говорил что-то о важной встрече, но не сказал, с кем именно. Сообщить ему, когда он вернется, что вы хотели его видеть?

— Не нужно, — разочарованно ответила Серина. — Я сама зайду к нему позже.

— Как вам будет угодно. Кстати, что касается мистера Викери, — сказал дворецкий и протянул ей письмо, — это только что доставили для вас. Посыльный сказал, что сообщение срочное и оно от мистера Викери.

Серина торопливо вскрыла конверт. Перед ней был листок бумаги, исписанный неразборчивым почерком. Чернила в нескольких местах смазались. Видимо, Викери писал второпях.

Миледи,

Я нашел предполагаемого соучастника убийства Вашего мужа. Этот человек ранен и долго не проживет. Нам требуется ваша помощь в допросе и установлении некоторых фактов, имеющих отношение к Уоррингтону. Немедленно приезжайте в Тотхилл-Филдз. Найдите дом, в окне которого будут гореть две свечи. Ваш муж со мной.

Джон Викери.

Соучастник? Противоречивые чувства боролись в ее душе. Она едва не погибла, когда получила похожую записку. Однако то письмо было анонимным. Серина колебалась. Если она не поедет туда, то может потерять возможность отомстить за смерть Сайреса.

— Скорее, Холфорд. Это действительно срочно. Мне понадобится экипаж. О моей безопасности можете не волноваться. Я возьму с собой двух слуг и Кэффи.

— Конечно, миледи. Что мне сказать господину, когда он вернется?

Серина отдала письмо Холфорду.

— Мой муж сейчас вместе с мистером Викери.

— Очень хорошо, — сказал дворецкий и отправился отдавать нужные распоряжения.

Спустя несколько минут все было готово. Серина думала только о том, что скоро она получит доказательства вины Алистера. В ее сердце вновь затеплилась надежда.

Люсьен постучал в дверь комнаты Равенны. Он пришел на это свидание против своего желания. Горе и переживания по поводу смерти Челси, о которых писала Равенна в своем втором отчаянном письме, были ему понятны. Но он хотел остаться дома, рядом с Сериной, чтобы защитить ее и… попытаться рассказать ей о своих чувствах.

Услышав, как она отказала лорду Ратборну, Люсьен понял, что Серина совсем не похожа на его бывшую жену. Но самое их большое различие заключалось в причинах, по которым они искали любовников. Равенна изменяла ему из чувства мести и для собственного удовольствия. Серина решилась на этот отчаянный шаг и изменила Уоррингтону только ради того, чтобы покончить с нестерпимым одиночеством и бездетностью.

Люсьен поклялся себе, что теперь она никогда не будет одинокой. Он думал о том, как наполнит их жизнь радостью и детьми. И любовью.

Серина заслуживала того, чтобы получить всю его любовь без остатка, и теперь ему оставалось только надеяться, что она его не оттолкнет.

Равенна открыла дверь, улыбаясь своей самой соблазнительной улыбкой.

— Я получил твое письмо, — сказал Люсьен. — Ты хотела поговорить о Челси?

Равенна игриво тронула пояс своего шелкового красного платья и пригласила Люсьена войти. Затем она закрыла дверь и приникла к нему всем телом.

— Наш последний разговор закончился так неудачно. Дорогой, я хотела извиниться.

Она принялась медленно развязывать пояс. Платье упало с ее плеча, обнажив округлую грудь с ярко-розовым соском.

Люсьен закрыл глаза.

Равенна дотронулась до него, но он отвел ее руку в сторону.

— Дорогой, неужели ты не понимаешь? Я была не права, когда обвиняла тебя в смерти Челси. Это не твоя вина.

— Разве? — холодно спросил он.

— Конечно! Даже если бы ты был тогда дома, то вряд ли услышал бы, как она сбежала. Челси была такой хитрой девочкой. Кроме того, ее няня считалась одной из самых лучших. Я сама выбирала ее долго и тщательно.

Люсьен бросил на свою прежнюю жену полный презрения взгляд. Он сомневался, что Равенна была искренна или что она сама верила в то, что говорила, но не мог ей ничего возразить. Как ни странно, в ее словах было много правды, хотя она произносила их, только чтобы завоевать его симпатию. Наверное, чувство вины мешало ему самому признать все это раньше.

— Вероятно, ты права, — медленно ответил он.

— Конечно, права. Я так рада, что ты наконец тоже это понял. — Равенна ласково ему улыбнулась. — Знаешь, меня всегда бесило, что она любила тебя больше, чем меня. Ты умел заставить ее смеяться, а я нет. — Она замолчала. — Может быть, именно поэтому я так хотела ребенка не от тебя. Чтобы никто не мог его у меня отнять.

Люсьен усмехнулся:

— Я не мешал тебе проявлять материнские чувства. Будь Челси жива, я не стал бы запрещать тебе видеться с ней.

— Но между вами существовала связь, которой у меня с ней никогда не было.

Люсьен внимательно слушал Равенну. Та связь с дочерью, о которой она упомянула, действительно существовала. От всего этого чувство вины усилилось еще больше.

— Благодарю тебя, — сказал он. — Твои слова значат для меня гораздо больше, чем простое извинение. И пожалуйста, оденься.

— Но я хочу тебя, — сказала Равенна и обнажила вторую грудь. — Только так я смогу доказать тебе, что действительно сожалею о нашем разводе.

— Равенна, прекрати эту глупую игру. Меня это больше не интересует.

— Не будь смешным, — рассмеялась она. — Эта бледная маленькая плакса, которую ты теперь называешь своей женой, никогда не даст тебе того, что могу дать я.

— Это верно. Она может дать мне любовь.

Равенна засмеялась еще громче.

— Дорогой, любовь — это иллюзия, замешенная на вожделении. Я думала, что ты давно уже это понял.

— Нет! — возбужденно воскликнул он. Эта горячность удивила его, но он не мог ее сдержать. — Любовь — это реальность. Она замешена на доверии, уважении и привязанности. У нас с тобой не было ничего подобного.

— Ну, — сказала Равенна, скептически поджав губы, — я говорила с ней. Сомневаюсь, что между вами действительно что-то происходит.

— Ты разговаривала с Сериной?

Она кивнула и улыбнулась, как нашкодивший ребенок.

— Когда это произошло? — спросил он, дрожа от гнева и нехорошего предчувствия. — Что ты ей сказала?

Равенна задумчиво наклонила голову.

— Несколько дней назад, у Лэкингтона. Я… я намекнула ей, что наши с тобой отношения не закончились. Она восприняла это довольно болезненно.

— Ты сказала, что у нас с тобой связь?

— Что-то в этом роде, — кивнула она.

— Черт бы тебя побрал! — закричал Люсьен, хватая ее за руку. — Держись от Серины подальше. Ты меня поняла?

Он раздраженно оттолкнул полуодетую Равенну. Серина ничего не рассказала ему об их встрече, ни в чем его не обвиняла. Но вчера она имела возможность отомстить ему с Ратборном и не сделала этого.

— Хорошо, — спокойно ответила Равенна, равнодушно пожимая плечами.

Его бывшая жена не имела обыкновения так быстро успокаиваться. Она медленно начала одеваться, Люсьен смотрел на нее с удивлением. Он облокотился на каминную полку и нечаянно смахнул локтем клочок бумаги, который упал на пол. Люсьен машинально взглянул на него и заметил, что это была визитная карточка. Прочитав написанное на ней имя, он похолодел.

Алистер!

Его взгляд заметался по комнате, пока опять не натолкнулся на Равенну. Она стояла к нему спиной, и на ее плече был отчетливо виден след недавнего поцелуя.

Люсьен бросился к ней, ощущая одновременно ярость и панический ужас. Он схватил ее за плечи и повернул к себе лицом.

— Марсден твой любовник?

— Ты ревнуешь?

— Прекрати это. Отвечай на мой вопрос! — Закричал он.

Равенна бросила на него томный взгляд из-под длинных ресниц.

— Люсьен, я бы никогда…

— Не лги мне! Ты помогаешь ему?

— Помогаю? Я не понимаю, о чем ты.

Его разум судорожно принялся искать объяснение происходящему. Когда наконец он сделал страшный, но вполне логичный вывод, его нервы были уже на пределе.

— Так вот для чего ты разыграла весь этот спектакль, — медленно произнес он. — Извинения здесь ни при чем.

— Да о чем ты говоришь? — пробормотала Равенна.

По настороженному выражению ее лица он понял, что не ошибся.

— Не знаю, что пообещал тебе Марсден, но если он хоть пальцем тронет Серину, я найду тебя и добьюсь, чтобы тебя вздернули рядом с ним.

С замирающим от страха сердцем Люсьен выскочил из комнаты Равенны и бросился домой.

Там он узнал, что Серина уехала, оставив у Холфорда письмо — единственную ниточку, которая могла привести его к ней.

Серина велела кучеру ехать на юг от Вестминстера. Городские здания постепенно сменялись сельскими домиками, и наконец экипаж оказался на темной проселочной дороге, по обе стороны от которой простирались поля. Серина дрожала от нетерпения и внезапно появившегося страха.

— Не нравится мне все это, миледи, — сказала Кэффи. — Смотрите, здесь нет никакого жилья. А почему этого человека нельзя было привезти к вам?

“Господи, только бы страхи горничной оказались безосновательными!” — подумала Серина.

— Потому, что этот человек при смерти, — ответила она.

— Все равно здесь что-то не так. Знаете, у меня нехорошее предчувствие…

— Перестань! — осадила ее хозяйка. — Ты заставляешь меня нервничать. Кроме того, там меня ждет Люсьен.

Недалеко от места, где Темза делает поворот, Серина заметила одинокий дом, в окне которого горели две свечи. Она облегченно вздохнула. Все правильно. Викери не обманул ее. Скоро свершится правосудие, и Сайрес действительно упокоится с миром. Может быть, после всего этого они с Люсьеном смогут наладить отношения. И он забудет Равенну.

Опираясь на руку слуги, Серина вышла из экипажа и бегом бросилась к дому. Кэффи и двое слуг последовали за ней.

Неожиданно из темноты раздались выстрелы. Одна из пуль просвистела где-то справа. Охранник бросился к Серине, повалил ее на землю и закрыл своим телом. Она в ужасе замерла. Где Люсьен? Не пострадал ли он?

Или она опять попалась в ловушку, расставленную Алистером?

Снова раздались выстрелы. Второй охранник упал. Серина увидела, как к Кэффи приближаются четверо мужчин. Горничная в отчаянии закричала.

Тот охранник, что закрывал собой Серину, поднялся и выстрелил в одного из нападавших. Бандит упал, но кто-то из его сообщников успел выстрелить. Охранник застонал и рухнул на Серину. Какое-то время его тело билось в агонии. Спустя несколько мгновений, показавшихся ей вечностью, она прислушалась, но не услышала его дыхания.

Кэффи снова закричала. Серина с трудом выбралась из-под мертвого охранника и бросилась на помощь горничной. Пара сильных рук схватила ее сзади, вынуждая упасть на колени. Серина обернулась и увидела незнакомого мужчину. В руках он держал кусок веревки.

— Что вы делаете? — спросила она, стараясь не показать своего страха.

— Только то, за что мне платят, — ответил тот. Он связал ей руки и рывком поднял ее с земли.

— Но мне больно! — воскликнула Серина.

Он рассмеялся.

— Тебе будет куда больнее, когда до тебя доберется тот парень, что мне заплатил.

Алистер! Серина задрожала от страха. Ей нужно собраться с силами и придумать, как спастись, пока он ее не убил.

Бандит толкнул ее в спину и повел к дому. Серина обернулась. Она увидела кучера, у которого была прострелена грудь. Рядом с его телом какой-то мужчина повалил Кэффи на землю и пытался задрать ей юбку. Его лицо исказила гадкая ухмылка.

— Оставьте ее! — закричала Серина.

— Заткнись, сучка! — прошипел конвоир и схватил Серину за волосы. — Ты будешь следующей, как только с тобой закончит господин. Шевелись!

Он сильно ударил ее, и она влетела в раскрытую дверь дома. Снаружи раздавались крики Кэффи, но их вдруг заглушил громкий смех. Серина подняла глаза.

Алистер. Он стоял перед ней, держа в одной руке нож, а в другой длинную цепь.

— Прикажи отпустить мою горничную, — потребовала Серина. — Она здесь ни при чем.

Из раскрытых дверей было видно, как бандит разорвал рубашку Кэффи и теперь хватал ее за обнаженную грудь своими грязными руками. Девушка снова закричала, а насильник гнусно рассмеялся. От этого смеха Серину начало тошнить. Она увидела, как к ее горничной приближается еще один бандит, на ходу расстегивая штаны.

— Ребята просто развлекаются, — сказал Алистер, поигрывая цепью. — На твоем месте я бы сейчас больше беспокоился за собственную шкуру. То, что я придумал для тебя, намного неприятнее.

Алистер подошел к ней и обернул цепь вокруг ее талии. Тяжелый холодный металл заставил ее согнуться.

— Если ты думаешь, что лорд Дейнридж спасет тебя, то уверяю, ты ошибаешься. В эту минуту он очень занят со своей бывшей женой.

Отчаяние оказалось сильнее страха. Люсьен и Равенна действительно любовники. Теперь у Серины не оставалось ни малейшей надежды на ответную любовь с его стороны. Тогда, в саду, он повел себя так только потому, что не хотел делиться своей собственностью с другим мужчиной. И если она каким-то чудом выживет после этой страшной ночи, то будет обречена жить с человеком, который никогда ее не полюбит.

Но это уже не имело значения. Она умрет. Боль и страх будут последними чувствами, которые она испытает в этой жизни. Серина тихо застонала, внезапно поняв, что ее ребенок умрет вместе с ней.

Алистер снова рассмеялся.

— Равенна великолепна в постели. Я даже удивлен, что твой муж так долго без нее обходился. Но сегодня, не сомневаюсь, она соблазнит его без труда.

— Соблазнит? Разве до этого между ними ничего не было?

— Равенне нет нужды делить постель с тем, кого она считает жалким калекой. Тем более что у нее есть выбор. — Губы Марсдена расплылись в довольной улыбке. — Но ради меня она согласилась пойти на уступки.

— Она сказала, что Люсьен уже приходил к ней, — вспомнила Серина.

— В последнее время я не давал ей скучать. Кроме того, она предлагала твоему мужу переспать с ней только из-за денег. И очень удивилась, когда он отказался.

Серина улыбнулась. Несмотря на то что ее жизни угрожала опасность, она чувствовала себя почти счастливой. Равенна солгала! Теперь ей оставалось только молиться, чтобы Люсьен не поддался чарам своей бывшей жены. Тогда он может успеть ее спасти.

— Знаешь, — сказал Алистер, — меня давно интересует вопрос: какая из жен Клейборна лучше?

— Не прикасайся ко мне! — отшатнулась от него Серина.

— Я сделаю не только это, а гораздо, гораздо больше.

Алистер дернул за цепь, и Серина упала на пол.

— А теперь, моя маленькая шлюшка, я собираюсь узнать, почему дядя Сайрес отдал тебе все свои деньги. Он действительно был готов пожертвовать всем ради того, что у тебя между ног. Что же у тебя там такое? — спросил он, сжимая ее груди своими руками. — Что там за сокровище? Давай-ка посмотрим.

— Ты мне отвратителен!

Алистер ударил ее по лицу.

— Из-за тебя, тетушка Серина, я подвергался таким оскорблениям, которые не приснятся тебе в самом кошмарном сне. Но сегодня настала ночь отмщения. Я заставлю тебя молить о пощаде.

— Ты сгоришь за это в аду!

Он снова улыбнулся:

— Я уже горел. Теперь твоя очередь.

Алистер оттащил Серину за цепь по грязному полу подальше от двери и навалился на нее всем телом.

— Когда ты начала спать с Клейборном? До смерти дяди Сайреса или после? Чьего ублюдка ты носишь?

— Оставь меня! — закричала Серина.

Он снова ударил ее по щеке.

— Лживая сучка! — прошипел он и достал нож. Серина снова закричала, испугавшись, что ее жизнь подошла к концу. Сотни мыслей пронеслись в ее голове, но самой горькой была мысль о том, что она не успела сказать Люсьену, как сильно его любит.

— Жаль, что я не зарезал тебя в Воксхолле до того, как Клейборн бросился тебя защищать, — усмехнулся Алистер.

— Так это был ты? — в ярости воскликнула Серина. — Ах ты, негодяй!

— Твой Сайрес обращался со мной как с ублюдком. Поэтому я убил его. Как же я его ненавидел! Ты будешь следующей, — предупредил он. — Но тебя я убью не сразу. Ты не заслуживаешь быстрой смерти. Я хочу, чтобы ты умоляла меня о ней.

— Я никогда ни о чем не буду тебя умолять!

— Времена меняются.

Алистер провел ножом по ее одежде. Она пыталась сопротивляться, но он прижал острие к ее горлу, больно оцарапав кожу. Когда Серина затихла, он принялся медленно резать ее платье. Спустя несколько минут она почувствовала, как ночной воздух холодит ее обнаженное тело. Тем временем Алистер спустил штаны.

— Наконец-то я доберусь до того места, ради которого Сайрес пожертвовал состоянием, а Клейборн — жизнью своих людей.

Он попытался раздвинуть ее бедра, но Серина из последних сил сжала ноги, чтобы не допустить этого. Некоторое время они молча возились на полу. Алистер схватил ее колени и начал разводить их в стороны. В этот момент на улице раздались выстрелы.

Алистер замер и громко выругался. Дверь распахнулась, с размаху хлопнув о стену. На пороге появился Люсьен. Его высокая фигура занимала почти весь дверной проем. В руках он держал пистолет, нацеленный в голову Алистера.

— Слезь с моей жены. — Его голос звучал громко, но невероятно спокойно. Серина почувствовала, что от этого звука у нее по спине мурашки забегали.

Алистер медленно встал на ноги.

— Я убью тебя, — все так же спокойно произнес Люсьен. — Спущу курок и буду смотреть, как ты умираешь.

В ответ Алистер рассмеялся.

— Ты не сделаешь этого. Твое благородство не позволит тебе стрелять в безоружного.

— Ты прав, не сделаю, но не из благородства. Просто я хочу увидеть, как тебя вздернут вместе с бродягами. — Он повернулся к Серине и, увидев, что у нее связаны руки, поспешно рванул узел. — Дорогая, он не ранил тебя?

— Нет, — ответила она. — Но Кэффи… эти люди схватили ее…

— С ней все в порядке. Викери ее спас. Накинь что-нибудь на себя и иди ко мне.

На стоявшей в углу кровати Серина заметила одеяло и обернула его вокруг тела. После этого она бросилась к Люсьену.

— Спасибо, что пришел за мной.

— Слава Богу, ты жива. — Он посмотрел на нее. В его бездонных, как океан, глазах она прочитала невероятное облегчение.

— О, как трогательно! — раздался насмешливый голос Алистера. — Ну просто влюбленная парочка.

С этими словами он бросился вперед и толкнул Люсьена, прижав его к стене. Люсьен уронил пистолет, и тот с глухим звуком упал на пол. Оба мужчины пытались повалить друг друга.

Пока они дрались, Серина опустилась на колени и схватила оружие. Она нацелила его на Алистера, но не могла решиться сделать выстрел. Ей еще ни разу не приходилось стрелять, и она боялась попасть в Люсьена.

Вдруг она увидела, как в руке Алистера блеснул нож.

— Люсьен! — закричала Серина и спустила курок.

Раздался оглушительный выстрел, от которого, казалось, задрожал весь дом. Пистолет выпал из рук Серины. На мгновение она закрыла глаза. В ту же секунду Алистер начал падать на спину. По его белой рубашке растекалось кровавое пятно. Его глаза были открыты, и в них застыло удивление.

— О Господи, — прошептала Серина, глядя на распростертое на полу тело.

Люсьен наклонился и приложил руку к шее Марсдена.

— Мертв, — сказал он, поднимаясь.

— Я убила его…

— Он заслужил свою смерть.

Серина кивнула.

— Ты прав, — сказала она, переводя дыхание. — Я не жалею о том, что сделала.

Люсьен подошел к ней и заключил в объятия. Серина спрятала лицо на его груди и заплакала.

— Я так беспокоился о тебе, — сказал Люсьен. — Я боялся тебя потерять.

— В письме было сказано, что ты здесь. Я тоже боялась, что тебя убьют.

В дом вошел Викери.

— Марсден убит? — спросил он. Люсьен поднял голову и молча кивнул.

— Леди Дейнридж, с вами все в порядке?

Серина тоже обернулась к полицейскому.

— Да, спасибо.

— Очень хорошо, — с облегчением вздохнул Викери. — Милорд, — сказал он, обращаясь к Люсьену, — мои люди схватили остальных бандитов. Я отвезу их и тело Марсдена в магистрат. Констебль, должно быть, уже арестовал вашу бывшую жену. Позже мы пришлем кого-нибудь, чтобы получить ваши показания.

— Прекрасно. Спасибо за помощь, Викери.

— Я только выполнял свою работу, — улыбнулся полицейский.

Викери ушел, а Люсьен, не выпуская Серину из объятий, направился вместе с ней к поджидавшему их экипажу.

Она прижалась к нему, наслаждаясь ощущением тепла и безопасности. Ничто теперь не сможет встать между ними и разлучить их. Отныне она всегда будет рядом с ним, разделит с ним и радость, и горе.

Серина повернулась к мужу и поцеловала его в губы. Он ответил на поцелуй и еще крепче обнял ее.

Они ехали молча, но это молчание было красноречивее всяких слов.

Экипаж остановился возле их дома. Дверь раскрылась, и Люсьен спустился вниз. Он улыбнулся и протянул ей руку.

— Пойдем в мой дом, любимая. Обещаю тебе, ты ни о чем не будешь жалеть, — прошептал он, как в тот, первый раз, когда они были вместе.

Серина вложила в его ладонь свои дрожащие пальцы. Но теперь она дрожала не от страха и неуверенности, а от радостного возбуждения.

Она запахнула одеяло и пошла вслед за ним, мимо пребывающих в растерянности слуг, наверх, в его спальню. Они зашли в комнату, и Серина закрыла дверь.

— Дорогая, ты не… — начал он, озадаченно глядя на нее.

Серина уронила одеяло и предстала перед ним обнаженная.

— О Господи, — прошептал он и шагнул к жене. Смущение, написанное на его лице, говорило само за себя.

— Дотронься до меня, — сказала Серина. — Возьми меня, я твоя.

— Я хочу тебя больше всего на свете, — прошептал он ей на ухо, увлекая жену в постель.

Это была ночь высочайшего наслаждения. Чувства вины, беспокойства, взаимного недоверия отступили и дали место настоящей любви.

Когда первые лучи солнца проникли сквозь окно, Серина повернулась к Люсьену и сказала:

— Спасибо, что снова спас меня. Если бы ты остался с Равенной, меня бы сейчас здесь не было.

— Она больше не существует для меня, — ответил Люсьен, глядя Серине в глаза. — Забудь о ней и о том, что она тебе говорила. Я никогда бы не причинил тебе такой боли. Я люблю тебя, и только тебя. — Он улыбнулся. — Если хочешь, могу снова доказать это.

Серина улыбнулась:

— Мне не следовало сомневаться в тебе.

— А мне не следовало думать, что ты похожа на Равенну. — Он взял ее за руку, их пальцы переплелись. — Дорогая, мы оба совершали ошибки, но Господь дал нам еще один шанс, и мы не будем их повторять. Теперь, вместо того чтобы идти на поводу у ненужной гордости, давай просто поговорим друг с другом. Хорошо?

Она кивнула.

— Люсьен, — начала она, с трудом подбирая нужные слова, — клянусь, в первый раз я отдалась тебе потому, что не могла устоять перед тобой. И сейчас не могу, да и не хочу. Поверь, я пошла с тобой вовсе не потому, что Сайрес велел мне это сделать.

— Я знаю, — сказал он. — Ты не такая, как Равенна, а я, словно последний дурак, верил только в самое худшее и обращался с тобой соответственно. Я тоже не совершенен, дорогая. Мне нужно научиться доверять, но тебе я доверяю полностью.

Серина смущенно улыбнулась.

— Я люблю тебя, — сказала она. Увидев, что глаза Люсьена расширились, она торопливо добавила: — Я… я знаю, что была плохой женой, отказывала тебе, когда ты хотел меня, но если ты дашь мне шанс…

— Тебе не нужен никакой шанс, — остановил он ее и крепко обнял. — Если бы ты только знала, как часто я мечтал услышать от тебя эти слова. Я так счастлив, что ты моя жена! С тобой моя жизнь станет совсем другой. — Он нежно поцеловал ее и добавил: — Я тоже люблю тебя.

Серина поцеловала его и лукаво спросила:

— Скажи, ты обрадуешься, если у нас родится девочка?

— Я буду самым счастливым человеком на земле, — ответил Люсьен.

— Мне кажется, я ее чувствую, — призналась Серина, прикрывая ладонями живот.

Люсьен положил свою руку поверх ее пальцев.

— Мы будем воспитывать ее в любви и подарим ей много братьев и сестер, чтобы ей было с кем играть.

— Ты обещаешь? — спросила она.

Он улыбнулся и поцеловал ее в лоб.

— Любимая, на меньшее я не согласен.