Стихотворения 1908 года

Блок Александр Александрович

НА ПОЛЕ КУЛИКОВОМ

 

 

1

Река раскинулась. Течет, грустит лениво      И моет берега. Над скудной глиной желтого обрыва      В степи грустят стога. Русь моя! Жена моя! До боли      Нам ясен долгий путь! Наш путь — стрелой татарской древней воли      Пронзил нам грудь. Наш путь — степной, наш путь — в тоске безбрежной,      В твоей тоске, о, Русь! И даже мглы — ночной и зарубежной —      Я не боюсь. Пусть ночь. Домчимся. Озарим кострами      Степную даль. В степном дыму блеснет святое знамя      И ханской сабли сталь… И вечный бой! Покой нам только снится      Сквозь кровь и пыль… Летит, летит степная кобылица      И мнет ковыль… И нет конца! Мелькают версты, кручи…      Останови! Идут, идут испуганные тучи,      Закат в крови! Закат в крови! Из сердца кровь струится!      Плачь, сердце, плачь… Покоя нет! Степная кобылица      Несется вскачь!

 

2

Мы, сам-друг, над степью в полночь стали: Не вернуться, не взглянуть назад. За Непрядвой лебеди кричали, И опять, опять они кричат… На пути — горючий белый камень. За рекой — поганая орда. Светлый стяг над нашими полками Не взыграет больше никогда. И, к земле склонившись головою, Говорит мне друг: «Остри свой меч, Чтоб недаром биться с татарвою, За святое дело мертвым лечь!» Я—не первый воин, не последний, Долго будет родина больна. Помяни ж за раннею обедней Мила друга, светлая жена!

8 июня 1908

 

3

В ночь, когда Мамай залег с ордою      Степи и мосты, В темном поле были мы с Тобою, —      Разве знала Ты? Перед Доном темным и зловещим,      Средь ночных полей, Слышал я Твой голос сердцем вещим      В криках лебедей. С полуночи тучей возносилась      Княжеская рать, И вдали, вдали о стремя билась,      Голосила мать. И, чертя круги, ночные птицы      Реяли вдали. А над Русью тихие зарницы      Князя стерегли. Орлий клекот над татарским станом      Угрожал бедой, А Непрядва убралась туманом,      Что княжна фатой. И с туманом над Непрядвой спящей,      Прямо на меня Ты сошла, в одежде свет струящей,      Не спугнув коня. Серебром волны блеснула другу      На стальном мече, Освежила пыльную кольчугу      На моем плече. И когда, наутро, тучей черной      Двинулась орда, Был в щите Твой лик нерукотворный      Светел навсегда.

14 июня 1908

 

4

Опять с вековою тоскою Пригнулись к земле ковыли. Опять за туманной рекою Ты кличешь меня издали… Умчались, пропали без вести Степных кобылиц табуны, Развязаны дикие страсти Под игом ущербной луны. И я с вековою тоскою, Как волк под ущербной луной, Не знаю, что делать с собою, Куда мне лететь за тобой! Я слушаю рокоты сечи И трубные крики татар, Я вижу над Русью далече Широкий и тихий пожар. Объятый тоскою могучей, Я рыщу на белом коне… Встречаются вольные тучи Во мглистой ночной вышине. Вздымаются светлые мысли В растерзанном сердце моем, И падают светлые мысли, Сожженные темным огнем… «Явись, мое дивное диво! Быть светлым меня научи!» Вздымается конская грива… За ветром взывают мечи…

31 июля 1908

 

5

Опять над полем Куликовым Взошла и расточилась мгла, И, словно облаком суровым, Грядущий день заволокла. За тишиною непробудной, За разливающейся мглой Не слышно грома битвы чудной, Не видно молньи боевой. Но узнаю тебя, начало Высоких и мятежных дней! Над вражьим станом, как бывало, И плеск и трубы лебедей. Не может сердце жить покоем, Недаром тучи собрались. Доспех тяжел, как перед боем. Теперь твой час настал. — Молись!

23 декабря 1908