На Студентгатан, у виллы Фрома, он вышел из машины и сунул в рот трубку.

Потом огляделся по сторонам.

Улица, где располагалась вилла Фрома, была застроена солидными старыми особняками.

Двух- и трехэтажные здания, сам вид которых уже говорил о благосостоянии и роскоши. Фромовский дом - трехэтажный, белый - утопал в зелени.

Вдоль фасада тянулась нарядная грядка, засаженная цветами, а лужайку украшали две раскидистые яблони.

На окнах - плотные гардины, на подоконнике - безделушки: фарфоровые собачки, подсвечник. Гардины белые, с синим рисунком.

Посреди ухоженного газона флагшток с приспущенным шведским флагом. Й особняк и сад, казалось, были погружены в траур.

Возле флагштока нечто вроде статуи, как будто амурчик.

У Турена не возникло ни малейшего желания войти в сад и погладить амурчика по головке.

Он скользнул взглядом по соседним домам: тяжеловесные, внушающие почтение.

Вес вокруг дышало забытой, оцепеневшей в неподвижности идиллией.