Волшебство, Магия и Колдовство

Бородин Стас

Часть 3

 

 

Глава 1

Здание Академии Волшебства находилось за пределами городских стен. Оно само походило на крепость, со своим рвом заполненным водой, подъемным мостом и башнями со стражниками.

От Паары к нему вела прямая как стрела мощенная камнем дорога.

Мы выехали с утра пораньше, упаковав в тюки вещи, которые заботливый Аш для меня прикупил.

— Тут несколько костюмов для парадных выходов и для повседневной носки. Нижнее белье, платки, чулки, шляпы, — он указал на несколько круглых коробок. — Не отпустим же мы тебя голого!

Маш закатил глаза.

— Вот весь мой гардероб, — он похлопал себя по груди. — И мне не нужна дополнительная лошадь, чтобы возить за собой запасные портки!

— Мне тоже, — кивнул Аш. — Но чтобы жить в обществе людей, а не лошадей, нужно много всякой всячины.

Глядя на все эти свертки, коробки, пакеты мне становилось не по себе. У меня и дома в Лие не было столько барахла.

— Я позволил себе выбрать на свой вкус несколько одеколонов, — скромно признался Аш. — Это очень важно, хорошо пахнуть!

Об этом я не знал. Похоже, что мне еще многому предстояло научиться.

— Ты главное найди там хороших друзей! — заботливо закудахтал Маш. — Все остальное не важно!

— Там где он будет, хороших друзей не найти днем с огнем, — возразил Аш. — Это же настоящий гадючник! Никому не доверяй!

Я был и без того расстроен предстоящим расставанием с друзьями, а тут еще Аш окончательно испортил мне настроение.

— А что? — Аш отмахнулся от старого скаута. — Я говорю правду.

Мне от такой правды совсем стало тошно.

У ворот нас остановили стражники.

— Дальше проходят только студенты! — важно объявил могучий стражник в кирасе и остроконечном шлеме.

Я обернулся к скаутам. Они сразу же стали какими-то далекими, недостижимыми. У меня даже кошки заскребли на душе.

По очереди я пожал всем руки. Армель и Авнер вытянулись во фрунт.

— Мы довезем твоих новых рекрутов в целости и сохранности, — успокоил меня Аш. — А теперь ступай, студент, не будем ждать, когда польются слезы!

Шмыгнув носом, я попытался улыбнуться, махнул им рукой на прощанье и сделал свой первый шаг, на пути который избрала мне судьба.

Во дворе Академии собралось десятка два молодых людей моего возраста. Все они были хорошо одеты и на хороших скакунах. Однако мое появление они встретили дружным вздохом восхищения.

Шляпа работает! Мне стало смешно, от нахлынувшей грусти не осталось даже следа. Передо мной лежала дорога полная приключений и загадок. Так что я уже был готов помчаться по ней вперед, сломя голову и не оглядываясь назад!

Небрежно сдвинув шляпу на затылок, я потрепал Андара по шее. Взгляды студентов, наконец, оторвались от шляпы и переместились на коня. Последовал новый восхищенный вздох.

Все-таки Аш хорошо разбирался в паарийских обычаях! Моя одежда действительно стала пропуском в высшее общество.

— Если бы я мог, я бы одевался точно как ты, — раздался голос у меня из-за спины. — А вот конь у меня ничуть не хуже!

Обернувшись, я увидел молодого человека в темно-голубом костюме расшитом золотыми блестками. Конь у него был действительно великолепный. Черный, как ночь, с белой гривой и белым хвостом.

— Ройкол, сын Ройкола из Порт Лир, — он протянул мне руку.

— Маркус Гримм, сын Мария Гримм из Лие.

— Из Лие? — удивился Ройкол. — Оказывается и на краю земли одеваются со вкусом!

— Обычно мы ходим голые, — парировал я. — А одеваемся, только когда покидаем свои пещеры!

Ройкол вскинул руки, словно признавая поражение, и засмеялся.

Когда он смеялся, на его щеках появлялись забавные ямочки. Волосы у него были светлые, почти белые. Глаза темные, как черные маслины.

На коне он сидел очень ловко, опустив поводья на седло. Наверняка он был отличным наездником.

— У вас и чувство юмора в порядке, не отморозилось в пещере! — Ройкол кивнул на остальных студентов. — Чего не скажешь о них.

Студенты стояли либо по одному, либо небольшими группками. Кто-то сидел в седле, кто-то развалился на скамейке в тени.

Двор был довольно обширный, впору военные смотры устраивать.

У одной стены находилась большая поилка для лошадей и ясли полные овса. У другой, стоял каменный трон, на котором уже успел развалиться упитанный подросток.

Сверху свисали разноцветные флаги и вымпелы всех цветов радуги.

— Жалкое зрелище, — Ройкол кивнул на собравшихся. — Не повезло нам в этом году с компанией. Одни кухаркины дети да ублюдки захудалых родов.

Интересно, к кому бы меня причислил сын Ройкола, если бы предусмотрительный Аш не снабдил меня шляпой из амруса и костюмом из кожи болотного ящера!

— У моего отца тоже костюм от Меркуро, — Ройкол кивнул на мое одеяние. — Наш придворный мастер сделал по меркам отца манекен и отвез его в Паару, чтобы мастер Меркуро мог скроить по нему костюм! Все это обошлось в копеечку, но сам понимаешь, Меркуро он и в аннувире Меркуро.

Я старался пропускать мимо ушей слова нового знакомца, тот же на это не обращал никакого внимания. Казалось, что ему просто нравится слушать звуки своего голоса. Он что-то рассказывал про моду, про охоту, на которую он ездил с братом короля, про соколов и придворных дам, которых он был бы не прочь опылить. Я не понимал даже половины из того, о чем он говорил. У нас в Лие не пользовались такими словами. Так что я благоразумно помалкивал, чтобы не опозориться.

— Кузина лорда Таурона оказалась очень хорошенькой, — как ни в чем ни бывало, продолжал Ройкол. — А мне сосватали эту дуру Партиику — дочку лорда Парти. Они, конечно более высокого рода, но уродство у них в роду это отличительная черта! Видел бы ты, какой шнобель у ее мамаши! Ну что может хорошего выйти из такого брака?

Нашего полка постепенно прибывало, и вскоре во дворе было не протолкнуться.

— Большая часть отсеется при собеседовании, — подмигнул мне Ройкол. — На что они вообще рассчитывают? Дар либо есть, либо его нет! Гляди!

На открытой ладони Ройкола вспыхнул язычок пламени.

— А у тебя какой дар?

— Я читаю мысли! — не задумываясь ответил я.

Ройкол испуганно отпрянул. Судя по его реакции, он не думал ни о чем хорошем. Хотел бы я знать, о чем думает этот типчик на самом деле.

— Да брось, — натянуто засмеялся он. — Это же не дар…

Я тоже засмеялся и Ройкол облегченно вздохнул.

Время близилось к полудню, мои друзья уже, должно быть, далеко от Паары… Интересно, как арбалетчики перенесут путь и как их встретят дома? Что скажет Корн о нежданном пополнении? Наверняка он будет рад. Пара сильных рук никогда не будет лишней. Пусть Орвад хранит их всех и поможет братьям встретиться.

К нам во двор вышел высокий мужчина в костюме для охоты и в сапогах для верховой езды. Он громко хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

— Прошу всех спешиться, господа. Ваших коней сейчас уведут слуги, о багаже тоже можете не беспокоиться, все будет под строгим присмотром.

Во дворе началась суета. Слуги вручали студентам номерки и забирали лошадей. Я получил свою медную табличку с номером 15 и тщательно спрятал ее поглубже в карман.

— А что буде если я потеряю табличку? — выкрикнул кто-то.

— Пойдете домой пешком, — усмехнулся распорядитель. — Даже если вы из Лие!

Раздавшийся хохот меня озадачил, похоже, что мой родной город считался самой захудалой дырой на краю мира.

Ройкол мне подмигнул и помахал своей табличкой.

— Ну, ты точно пешком не пойдешь!

Я надеялся, что он прав, о собеседовании мне никто не говорил. Если я его не пройду, мне придется возвращаться одному, без друзей, через негостеприимные враждебные земли.

Распорядитель убедился, что мы все избавились от лошадей и багажа, пересчитал нас и сверился со списком, что держал в руке.

— Пойдемте, господа, — он махнул рукой. — Не будем тянуть кота за хвост!

Все вместе мы спустились по ступенькам в прохладное темное помещение, освещенное лишь двумя сферами.

— Ждите здесь, господа, вас будут вызывать по три человека.

Массивная деревянная дверь закрылась за его спиной, и мы остались одни в полумраке.

В зале не было никакой мебели, так что все сели на пол и принялись терпеливо ждать. Прошло около получаса, и сферы стали меркнуть. Вскоре они потухли совсем, и мы оказались в полной темноте.

— Позовите кого-нибудь, пусть заменят сферы! — раздался чей-то голос.

— Тебе нужно, ты и зови, — последовал ответ. — А вдруг это часть испытания?

То тут, то там загорелись огоньки. Ройкол тоже зажег огонек у себя на ладони.

— Смотри-ка, — сказал он удивленно. — Оказывается не я один такой!

В переднем ряду возле самой двери вспыхнул настоящий факел, осветив все помещение так ярко, что огонек на ладони моего соседа стал практически не виден.

— Не бойтесь, — сказал паренек, у которого на руке сидел огненный шар. — Он не жжется!

Ройкол присвистнул и потушил свой огонек. Похоже, что он сильно переоценил свои шансы попасть в академию. Я только усмехнулся, мои собственные шансы испарились как утренняя роса. Что может значить слово мастера Никоса в далекой Пааре! Почему он решил, что меня возьмут без экзаменов? Все это оставалось загадкой, которую мне вскоре предстояло разгадать.

Дверь приоткрылась, и к нам в комнату заглянул сухонький старичок в старомодном потертом наряде.

— Хороший фонарик, — он одобрительно улыбнулся пареньку, который старательно держал руку над головой. — Мы начинаем собеседования, мои дорогие. Я буду вызывать по три человека за раз. Это не займет много времени, так что запаситесь терпением.

Собеседования проходили очень быстро. Три человека скрывались за дверью и буквально через несколько минут вызывали новую троицу.

Я даже не успел разволноваться, как вызвали меня.

— Маркус Гримм, Тарек Астор, Минг Продем, — произнес старичок, читая с листа. — Пожалуйста, проходите.

В большой светлой комнате стоял длинный стол, за которым сидели волшебники. Их было десять человек. По большей части глубокие старцы, но было среди них и несколько совсем молодых.

Старичок, который нас вызывал скромно сел на стульчик в углу.

Волшебник, который, очевидно, был председателем комиссии, сделал приглашающий жест и мы вышли вперед.

— Минг Продем, пожалуйста, — волшебник указал на стул стоящий напротив комиссии. Юноша подошел и послушно уселся.

— Меня зовут Айдиола Глеф, — волшебник представился. — Я здесь главный и я решаю, принять вас в академию или отправить домой. Убедите меня, что вы достойны.

Я во все глаза таращился на старика. Кто бы мог подумать, что легендарный волшебник, герой сотен сказаний и баллад существует на самом деле! Он был довольно крупного телосложения, с массивными плечами и тяжелыми кулаками. Суровое, изборожденное морщинами лицо, квадратный подбородок и крючковатый нос — таким предстал передо мной легендарный красавец Айдиола!

Сколько же ему должно быть лет? Пятьсот? Шестьсот? Мне это казалось невероятным!

Юноша встал со стула подпрыгнул и остался висеть в воздухе. Это было удивительно! Волшебники, молча смотрели на юношу, чего-то ожидая.

— Сколько времени ты можешь так провисеть? — спросил один из них. — Не вздумай лгать!

— Хоть целый день, — Минг Продем словно оттолкнулся от воздуха и поднялся еще выше.

— Достаточно, — кивнул Айдиола Глеф. — У тебя есть талант.

Юношу выпустили через другую дверь, а на его место пригласили следующего.

Тарек Астор зажег огонек на ладони. Главный волшебник устало вздохнул.

— Это все? Ты можешь еще что-нибудь?

Несчастный отрицательно покачал головой. С моей точки зрения это было настоящим проявлением дара. У нас в Лие так никто не мог. Уверен, что в Лемнарке, Исмарге и Инсане тоже так никто не сделает…

— Извини, парень, — главный волшебник покачал головой. — Это не дар. Ты не сможешь его развить, сколько не старайся. Благословил тебя Орвад волшебной зажигалкой, вот и все дела. Иди домой.

Несчастный, молча вышел из комнаты, не промолвив даже слова.

— Маркус Гримм! — волшебник указал мне на стул. — У тебя нет никакого дара, нам это хорошо известно!

Я покорно сел на стул и уставился легендарному чародею в глаза.

— Леди Эра пророчествовала, что дар откроется, но он так и не открылся! — волшебник встал со своего места и уперевшись руками в стол наклонился ко мне. — Или мы ошибаемся?

У меня сперло дыхание. Я даже слова из себя не мог выдавить! Так что я только покачал головой из стороны в сторону.

— Мы не ошибаемся?

Все пропало! Сейчас мне укажут на дверь, и я должен буду убраться отсюда с позором, вместе со своей дурацкой шляпой из кожи амруса.

— Мастер Кеандр считает иначе, — подал голос старичок со стула в углу. — Он считает, что у молодого господина все же есть дар.

Мое сердце забилось сильнее. Неужели мастер Кеандр успел здесь побывать? Или он прислал письмо с просьбой принять меня в академию? А может это Никос посмел написать от имени мастера Кеандра? Когда обман раскроется нам всем несдобровать!

— Мастер Кеандр всегда был вашим любимчиком, — произнес главный волшебник.

Старичок подошел ко мне.

— На самом деле это я Айдиола Глеф, — сказал он. — И это я решаю, кому уходить и кому оставаться.

Я затаил дыхание. Так вот, оказывается, какой настоящий Айдиола!

На вид он еще старше!

— Мастер Кеандр утверждает, что у вас есть особенный талант, которого никогда ни у кого не было, — старичок положил мне руку на плечо. — Талант, оказываться в нужное время в нужном месте!

Волшебники за столом зароптали. Старичок остановил из возражения одним взмахом руки.

— Он все прекрасно аргументировал, и я, подумав, с ним согласился, — волшебник улыбнулся. — Ну что ж, молодой человек, мне будет очень любопытно, получится ли у нас развить ваш талант.

— Возможно, что такой талант у него действительно есть, — один из волшебников встал со своего места. — Но с чего вы взяли, что он имеет какое-то отношение к волшебству?

— Не знаю, — пожал плечами Айдиола Глеф. — Это я и хочу проверить.

Из более чем сотни претендентов осталось всего двенадцать человек. Я в их числе. Ройкола, сына Ройкола я не обнаружил в нашей компании. Нас проводили в пустынную столовую, которая могла вместить, по меньшей мере, человек сто, и усадили в углу.

Обед был горячим, а вкуса я не ощущал. Мои соседи весело переговаривались, передавая друг другу миски с закусками, а я словно находился в другом месте. Я слышал, что ко мне обращаются, но что от меня хотят никак не мог понять.

Может это были последствия отравления ядом Цветов Мистар? Вполне возможно, что снадобья, которыми напичкали меня скауты, перестали действовать и я, потихоньку, вновь начал соскальзывать в небытие.

Все вокруг закружилось, черные пятна начали расползаться перед моими глазами, заслоняя свет ламп, и я почувствовал, что теряю сознание.

Очнулся я в постели. Комната, в которой я лежал, была светлой и просторной. Потолок и стены покрыты белой краской, легкий ветерок колышет шторы над распахнутым окном.

Над моей головой висит стеклянный сосуд с какой-то жидкостью, от которого к моей руке спускаются прозрачные трубочки. С трудом я повернул голову и увидел, что трубочки прикреплены к игле вставленной мне в вену.

Со стоном я откинулся на влажные подушки и опять отключился.

Проснулся я уже под вечер. Комната окрасилась розовыми цветами заката. Через открытое окно доносились крики с улицы, там играли в какую-то игру.

Чья-то рука опустилась мне на лоб.

— Жар прошел, — мастер Айдиола опустился на стул рядом со мной. — Теперь твоей жизни ничего не угрожает.

Я с трудом привстал оперевшись на локоть, волшебник помог мне сесть, придерживая трубки, ведущие к сосуду над головой.

— Это из-за Цветов Мистар? — спросил я. — Это из-за них я заболел?

— Цветы Мистар спасли твою жизнь, — улыбнулся мастер колдун. — Их токсины нейтрализовали яд который находился в еде, тем самым в очередной раз доказав верность предположения мастера Кеандра.

— Яд в еде? — я не поверил своим ушам. — Кто-то хотел меня убить?

— Не обязательно тебя, — вздохнул мастер Айдиола. — С тобой было еще одиннадцать человек. Скорей всего яд предназначался одному из них. Мы как раз расследуем это происшествие.

— А что сталось с другими? — жуткое предчувствие вновь охватило меня.

— Все мертвы, — волшебник печально вздохнул. — Только ты один и выжил.

Мастер Айдиола подошел к окну и выглянул наружу.

— В этом году не будет новой команды для игры в Траки, — его голос дрогнул. — В нашем мире творится много странных вещей, мой мальчик. Кто наступил на весы равновесия, нам не ведомо. Кто получит от этого выгоду, нам тоже не известно.

За окном послышались торжествующие крики, мастер волшебник улыбнулся. Вернувшись к моей кровати, он присел рядом на стул.

— Мастер Кеандр просил позаботиться о тебе и, по возможности, помочь. Я в этом вижу собственную выгоду, — мастер Айдиола склонился к моему уху. — Быть может, это ты поможешь нам. Поможешь разобраться в том, что происходит в академии.

Я не знал что ответить. Чем я мог помочь могущественному чародею? Каким даром я обладал? Все это казалось мне дурным сном.

— Думаю, что вы напрасно возлагаете на меня надежды, — сказал я. — У меня нет дара, вы же сами это видите!

Мастер волшебник вздохнул и почесал небритый подбородок.

— Возможно, что и так. Может быть, мастер Кеандр и ошибается на твой счет, — я видел, что волшебник хочет что-то сказать, но не решается.

— Вы можете мне довериться, мастер Айдиола, — сказал я скороговоркой. — Я постараюсь сделать все, что в моих силах! Просто я сам не знаю, чем могу вам быть полезным…

— Есть вещи, о которых я бы хотел с тобой поговорить, но возможно, лучше не говорить о них вообще, чем говорить преждевременно. — Мастер волшебник пожал мне руку. — Я хочу, чтобы ты сначала понял, что такое волшебство и понял какая это ответственность иметь дар. Чтобы ты понял, в чем отличаются волшебство, колдовство и магия. Без этого наш разговор может быть очень опасным.

Я чувствовал, что происходит что-то очень важное, что его слова полны смысла, но мне не стоит торопить события. Все станет понятным в свое время, и, быть может, волшебнику не придется ничего мне объяснять.

— Я рад, что ты меня понял, — кивнул мастер Айдиола. — А пока, давай хранить наше знакомство в тайне. Все студенты думают, что я простой библиотекарь, так мне удобнее наблюдать за тем, что происходит в академии.

Я энергично закивал, ухватив волшебника за руку.

— Никто от меня ничего не узнает! — горячо заверил его я.

— Вот и славно, — мастер Айдиола встал. — Мое имя, теперь, библиотекарь Райдун. Так все меня называют, и ты хорошенько запомни.

Из лазарета меня отпустили утром. Молодой лекарь пощупал мой пульс, заглянул в глаза, выписал мне несколько лекарств, которые надлежало самостоятельно купить в аптеке, и, наказав придти через неделю на осмотр, отпустил.

В коридоре меня ожидал пожилой слуга, который что-то невнятно буркнул и махнул рукой приглашая следовать за собой.

Мы спустились по лестнице во внутренний двор лечебницы. Тут на грядках росли всевозможные лекарственные травы, наполняя воздух пряным ароматом. Мне показалось, что я увидел даже несколько Цветов Мистар, но в этом не было ничего удивительного, врачи часто применяли их, в небольших дозах как снотворное при операциях.

Около ворот в клинику сидел юноша с забинтованной ногой и читал книгу. Увидев меня, он приветливо помахал рукой и вновь углубился в чтение. Я кивнул ему в ответ и побежал следом за слугой, который, не смотря на свой возраст, оказался довольно прытким.

Академия была размером с маленький город. Высокие крепостные стены окружали ее со всех сторон, а внутри были улицы, площади парки, фонтаны. На каждом шагу попадались памятники. Из бронзы, разных видов камня и мрамора и даже из дерева. Это были не идолы, а изображения реальных людей. Некоторые из них сидели на скамейках, читая книги, некоторые прогуливались, держа под мышками рулоны карт и странные приспособления. Были и такие что ничего не делали, а просто валялись на газонах или сидели на подоконниках, свесив ноги. Рядом с каждым изваянием была табличка с именем, и я решил, что это памятники известным волшебникам или ученым.

Улицы были пустынны, вероятно, все были на занятиях, только коренастые дворники, больше похожие на отставных солдат, мели улицы и поливали цветочные клумбы.

Слуга привел меня к не большому аккуратному домику в два этажа, и мы поднялись по витой кованой лестнице наверх. На двери висела табличка с моим именем. Вручив мне ключ, слуга не прощаясь, удалился.

Повернув ключ два раза в замочной скважине, я открыл дверь.

Как оказалось, моя квартира занимала целый этаж. С одной стороны было четыре больших окна, а вся противоположная стена была занята пустыми книжными полками.

В дальнем конце помещения стояла кровать отгороженная ширмой. У окна возвышался массивный старинный стол с приборами для письма и стопкой бумаги придавленной зеленым кристаллом.

Я прикрыл за собой дверь и опустился в кресло. Мои пожитки, в том числе и драгоценная шляпа, были аккуратно сложены у окна. Кто-то даже набрал в стеклянную вазу воды и поставил в нее цветы.

Моя комната больше напоминала студию художника, просторная, светлая. В ней могло разместиться кроме меня еще с десяток студентов вместе с лошадьми!

На стене я заметил два прямоугольных листка. Один оказался картой академии, на которой были обозначены учебные корпуса, библиотека, лазарет, магазины и конюшни. На другом листе было расписание дня, и список лекций, которые мне надлежало посетить.

— Изучаешь расписание? — у меня за спиной послышался смешок. — Брось ты это дело! Единственное что нужно знать в академии, так это когда кормежка!

В дверном проеме стоял парень моего возраста в шелковом горчичного цвета костюме и босиком. Ветерок распушил его светлые волосы, и они светились у него над головой как настоящий нимб.

— Я Айссивед, — представился юноша, протягивая мне руку. — Но все зовут меня Айс, я из Антраги, что к востоку от Теплого моря. Наше королевство меньше чем конюшня в Академии, так что можешь его не искать на карте.

Я пожал протянутую руку.

— А я Маркус Гримм, друзья зовут меня Марк, — ответил я. — Я из Лие, что далеко на Севере, мы живем в пещерах, ходим голышом и едим человечину!

— Да, я слыхал об этом, — засмеялся мой новый знакомый. — Но мне, надеюсь, нечего бояться. У меня только кожа да кости! К тому же я твой сосед снизу!

Мы дружно рассмеялись.

— Мне наказали присмотреть за тобой в первое время, — продолжил он. — Показать что у нас тут к чему. Мастер Айдиола очень о тебе беспокоится. Так что для меня это что-то вроде внеклассного задания.

Айс огляделся по сторонам и тут же заприметил мою шляпу.

— Бог, мой, — вздохнул он. — Только не говори, что у вас в Лие все ходят в шляпах из амруса!

— Нет, конечно, — я покачал головой. — Только самые бедные, те, кто не могут позволить себе шляпу из жабуса!

Некоторое время Айс удивленно моргал глазами, соображая, о чем это я говорю, потом хлопнул ладонью себя по бедру и захохотал.

— Зато у нас в Антраге, в жабусе все поголовно ходят! Ибо в жабусах нет недостатка, и вырастают они, иногда, даже больше коровуса! Может нам стоит начать торговлю? Мы вам жабусов, а вы нам амрусов?

— Честно говоря, — признался я. — Я даже не знаю что такое амрус. Мне друг посоветовал купить эту шляпу, чтобы произвести впечатление в Пааре.

— Ничего страшного, — Айс усмехнулся. — У нас в Антраге тоже про амрусов не слыхали. Их привозят откуда-то из-за Внешнего моря. Они очень редки, да и добыть их не просто, потому и цена на них такая.

Сняв шляпу со стула, я протянул ее Айсу.

— Бери, я тебе ее дарю!

Мой новый знакомый отпрыгнул в сторону как ошпаренный.

— Такого подарка я принять не могу, — он покачал головой. — Слишком дорогой подарок! А друзьям, таких не предлагают!

— Я не хотел тебя обидеть! — горячо воскликнул я. — Ну что это за таинственное животное, которое так ценится, что шляпу из него нельзя подарить другу?

— Так ты серьезно не знаешь? — глаза Айса округлились. — Это же детеныш дракона.

Как оказалось, Айс уже третий год учился в академии. Он не блистал особенными достижениями, но свой собственный дар развивал успешно.

— Я не хотел ехать в академию, — рассказывал он мне по пути в столовую. — Но мои родители вбили себе в голову, что Антрага нуждается в собственном волшебнике. Что именно волшебник поможет вернуть королевству былое величие! А это, не много не мало, а несколько пастбищ в соседней долине и горный перевал, где можно драть пошлину с путешественников!

Мы пересекли площадь с фонтаном, в центре которого красовался разрезанный пополам медный шар.

— Запоминай, это трапезная, — мы вошли в открытую дверь, из которой доносились приятные ароматы специй. — Учителя едят отдельно, где-то в замке, но еда тут у всех одинаковая, а значит, вполне приличная.

Зал был побольше, чем тот в котором нам подали отравленное угощение. Вместо кресел вдоль столов были установлены деревянные скамьи, отполированные задами студентов до зеркального блеска. Столешницы были испещрены надписями и рисунками сделанными поколениями учащихся.

— Восхищаешься настольной живописью? — усмехнулся Айс. — Ты тоже должен нацарапать свое имя, такова традиция. Погоди, я сбегаю за приборами и посудой!

Я сел не краешек скамьи и провел рукой по бугристой поверхности стола.

Надписей было так много что свободного места не оставалось совсем. Полу стертые имена, замысловатые вензеля и корявые рисунки сплетались так, что было невозможно определить, где начинается один, а кончается другой.

— Вот, держи, — Айс бросил передо мной столовый нож. — Пока ты работаешь, я притащу чего-нибудь пожевать. Надеюсь, что в котлах осталось что-нибудь готовое!

Мой товарищ вновь убежал, а я, заприметив небольшой пятачок свободный от настольной живописи, принялся вырезать свои инициалы.

— Новенький? — раздался голос у меня из-за спины. Обернувшись, я увидел двух рослых парней постарше меня, в руках у них были свитки и толстые книги.

Перебросив ногу через скамейку, я оказался к ним лицом.

— Только вчера зачислился, — кивнул я, вставая и протягивая незнакомцам руку. — Меня зовут Маркус Гримм.

— А нам насрать, как тебя зовут, — один из парней сплюнул на пол. — Держись от нас подальше, мертвяк!

Парни ушли, еще раз сплюнув мне под ноги, а я так и остался стоять, держа протянутую руку на весу.

— Садись, что стоишь как истукан, — Айс поставил на стол два подноса. — Уже все знают, что ты один выжил из всех поступивших. Некоторые даже думают, что тебя вовсе воскресили из мертвых. Это пугает их до усрачки!

— А ты ни боишься? — я подозрительно посмотрел на Айса.

— Я? С чего бы это? — он усмехнулся. — Я боюсь, что в один прекрасный день мне придется возвращаться в родную Антрагу, и что родители перестанут присылать мне деньги. Вот, это по-настоящему страшно!

На подносах, что принес Айс, были приличные порции овощного рагу, хлеб и миска с салатом из всевозможной зелени.

— Не бойся, — Айс пододвинул поднос ко мне. — Не отравлено, я сам попробовал.

Молча, мы приступили к трапезе, однако, долго молчать мой новый товарищ не мог. Проглотив последний кусочек хлеба, которым он тщательно подобрал остатки соуса, он откинулся на стол и уставился на меня.

— Мастер Айдиола вызвал меня утром и приказал приглядеть за тобой, взамен он пообещал не отчислять меня из академии и освободить от экзаменов, — он задумчиво поковырял пальцем в зубах. — Ты наверно важная птица? А? Совсем забыл, мне также приказали не приставать к тебе с вопросами…

Отодвинув от себя поднос, я покачал головой.

— Никакая я не важная птица, просто за меня попросил знакомый волшебник, а он, как я понял, дружит с мастером Айдиолой.

— Понятно, — вздохнул Айс. — Мне бы таких покровителей, чтобы дружили с самим Магистром!

Я показал товарищу на студентов, сидящих в глубине зала.

— А это кто такие? Почему они не на занятиях?

— Эти? — Айс презрительно фыркнул. — Это твердолобые! Их родители сюда пристроили, в надежде, что из них сделают волшебников. Только сколько денег не плати, дар у тебя не появится!

— У них нет дара? — изумился я. — Их приняли за деньги?

— А что тут удивительного, — пожал плечами Айс. — Один сыночек богатеев, без дара, позволят обучать пятерых одаренных из бедноты. У нас тут сразу ничего не понять. Кто чему учится, кто учится вообще, а кто просто дурака валяет. Вот таких как эти, мы зовем твердолобыми. Таких как я, у которых есть дар, но которые не знают, что с ним делать — называют остолопами. Есть еще умники, которые все знают, но ничего не умеют. Ну а самые продвинутые это типа элита, у этих молнии бьют из глаз и из других частей тела!

Мы тихонько захихикали, твердолобые нас услышали и нервно зашушукались.

— Думают, наверно, что это мы их обсуждаем, — ухмыльнулся Айс. — Пусть понервничают! У твердолобых вообще болезненное самолюбие, чуть что сразу в драку лезут. К элите они, конечно, не задираются, те и поджарить могут, а вот остолопов и умников они люто ненавидят.

— Тебе тоже драться приходилось? — спросил я.

— И не раз! — кивнул Айс. — Пару раз мне даже крепко доставалось! Видишь, какие они все здоровяки!

Мы оставили грязную посуду на столе и поспешили поскорей убраться из трапезной, пока твердолобым не пришло в голову, что было бы неплохо задать нам трепки.

— Лекции ты можешь посещать любые, кроме тех, что для тебя специально пометили в календаре, — пояснил мне Айс. — Правда, ты мало что поймешь, если попадешь на лекцию более высокого уровня. Поначалу нужно построить фундамент, а уж затем возводить стены!

— Все равно я не понимаю, как у вас тут построено обучение! — вздохнул я. — Слишком много всего, просто голова кругом идет!

— Вот именно, — согласился Айс. — Для волшебника главное — научиться свободно мыслить. Научиться самостоятельно проводить исследования. Научиться извлекать из горы знаний и возможностей самое необходимое. Ты не отчаивайся, у многих на это уходят годы!

Айс понял, что я его не понимаю и, усадив меня на скамейку, принялся объяснять.

— Давай возьмем, к примеру, остолопа вроде меня, — он похлопал себя по груди. — Когда меня приняли в Академию, я неделю не вылезал из трапезной, пока не перепробовал все!

Что ты на меня так смотришь? У нас в Антраге меню состоит из картошки да репы! Репа печеная, репа жареная, репа вареная, репа с картошкой, картошка с репой… Ну, ты понял, о чем я? Так вот, потом я две недели бродил по Пааре и пялился на корабли в порту. Ловил рыбу, купался в море, бегал за рыбачками.

Денег у меня было не много, и ничего особенного я себе позволить не мог, но пока в моем кошельке звенело серебро, на лекцию меня трое не затащили бы!

Со временем деньжата у меня закончились, а бродить по городу с пустыми карманами уже не так интересно… Вот я и засел за учебу.

Учебного плана, вроде того что висит у тебя на стене, мне никто не составил.

Думали, наверно, что я послоняюсь тут пару месяцев, да сбегу домой!

Но не на того напали!

Месяца два я ходил как дурак на все лекции подряд, пока у меня голова не начала пухнуть. Я почувствовал себя полным идиотом, а тут еще из дому письма пришли. Спрашивают как там мои успехи, скоро ли я стану настоящим волшебником!

Айс вскочил со скамейки и, приложив руки к груди, поклонился.

— Что было написать папе и маме? Что их сын идиот? Нет уж, увольте, я все еще не горю желанием вернуться домой пасти коз!

Пришлось взяться за ум. И доходить до всего самому. Я проанализировал свои способности, решил для себя в каком направлении нужно вести исследования, и какого рода лекции посещать. Постепенно в мой фундамент стали укладываться камушки, и скоро, надеюсь, начнут расти стены.

— И это за три года?! — воскликнул я, не веря своим ушам.

— Ну, я же сказал тебе, что я остолоп, — Айс скромно потупился. — И потом, никто не потрудился подсказать мне какие занятия посещать. Ты не удивляйся, тут много таких как я!

— Еще ты мне не рассказал, какой у тебя дар! — напомнил я.

Айс хитро улыбнулся и приложил палец к губам. Он схватил меня за руку и потащил через всю академию на пустырь для тренировки в траки.

— Я остолоп во всем, что не касается моего дара, — сообщил он ухмыляясь. — Мастер Райдун — библиотекарь, в тайне занимается со мной два раза в неделю! Если захочешь, я вас познакомлю, может и тебе он поможет развить свой дар!

— Мне кажется, что мы уже знакомы, — пробормотал я.

— Мне повезло, что он мне помогает, без него я бы, наверно, еще долго с места не сдвинулся — прошептал Айс. — Гляди!

Он приложил руки ко рту. Провел языком по губам, громко сглотнул. В его горле что-то заклокотало, и он громко отрыгнул. Сплюнул на землю. Шумно втянул воздух через нос и откинул голову назад, направляя раструб из рук в небо.

Струя ослепительно белого огня вырвалась у него изо рта и поднялась почти до самых небес. Пламя рычало, клубилось, на меня пахнуло нестерпимым жаром, но самого Айса оно не опалило.

Я почувствовал, как у меня затряслись поджилки, и я вспомнил, как такое же пламя сжигало дотла зонтракийских солдат, как они бежали, безуспешно пытаясь спастись от огненного дыхания Дракона Лие!

 

Глава 2

Первое занятие, которое я посетил, вел мастер Эрбин. Он был пожилой, но крепкий. Эту особенность волшебников я сразу заметил. Среди них не было ни одного дряхлого старца. Даже те, кто как мастер Айдиола, были более чем преклонного возраста, отличались хорошим здоровьем и завидной, даже для молодых, бодростью.

Аудитория, в которой проходили занятия, была маленькой, человек на пятьдесят. Она спускалась амфитеатром к кафедре, за которой стоял лектор.

Я устроился на самом верху, подальше от глаз остальных студентов, которых собралось десятка два. На первый взгляд в аудитории не было твердолобых, возможно, одна элита, да умники. Они непринужденно обсуждали непонятные мне вещи непонятными мне словами. Так что я заранее настроился на то, что слова лектора окажутся для меня непонятной тарабарщиной.

Мастер Эрбин поднялся на свое место, положил перед собой стопку книг. Он не спеша насадил на нос очки и уперевшись локтями в кафедру осмотрел собравшихся. От его внимания не ускользнуло и мое присутствие.

— Приветствую вас, мои дорогие, — произнес он сильным глубоким голосом. — Вижу, что собралась моя обычная публика и даже несколько новичков. Боюсь что для новичков, не все о чем мы сегодня будем говорить, будет понятно, поэтому я сделаю короткое отступление назад, чтобы охватить тему как можно полнее. Для вас, мои постоянные студенты, тоже будет полезно бросить взгляд назад и проверить, не упустили ли вы чего важного.

Я поежился на своем месте, понимая, что свое отступление мастер Эрбин сделает специально для меня!

Взяв карандаш и пачку листов бумаги сшитых толстой ниткой, я приготовился.

— Мы уже, который год занимаемся изучением природы Дара, — начал волшебник. — Но никто не может сказать, почему он появляется у человека, и кто его ему дает. Одно мы знаем точно, что дар налагает на его носителя определенную ответственность. Ответственность перед собой и перед обществом. Как мы используем его. Решим ли мы использовать для общего блага, либо используем в корыстных целях. Все это зависит, в большей степени, от нашего воспитания и тех ценностей, которые нам привили в детстве.

— Это сложный вопрос, мы уже много встреч обсуждали его разные аспекты и сошлись в одном, дар это не подарок, это тяжелое бремя, которое нам предстоит нести всю жизнь, если мы решим стать волшебниками!

Студенты закивали, соглашаясь, очевидно этот вопрос занимал всех. Равнодушных в зале не было.

— Мы спрашиваем себя, — продолжил мастер Эрбин. — Почему эта ответственность возложена именно на нас? Чем мы лучше других? Быть может мы избранные? Быть может мы выше всех остальных? Но это не так… Мы не лучше чем другие, однако, мы должны такими стать! Преодолеть сомнения и соблазны, пройти множество испытаний и искушений, и в конце пути самостоятельно найти ответ. Согласимся ли мы взвалить на свои плечи груз ответственности, либо отмахнемся от нее.

— Доказано, что дар разрушает носителя, если он нарушает законы, — поднял руку один из студентов. — Если он не служит высшей цели, он лишается разума и превращается в демона!

— Это, скорее, красивая метафора, на деле все гораздо сложнее, — возразил волшебник. — Он превращается в демона лишь в глазах общества, вседозволенность и безнаказанность разлагают его душу и он перестает адекватно воспринимать реальность. Давайте спросим себя: какой цели служит человек? Каковы его моральные нормы? Пытается ли он возвеличиться над другими, переступив через законы? Каковы эти законы? Почему он должен их соблюдать? Мы знаем, что различия между культурами и народами настолько велики, что различия в их представлениях о морали просто чудовищны. То, что считается нормальным в одном обществе, в другой культуре абсолютно не приемлемо. Можно ли в таком случае рассматривать его поступок как достойный, если он принадлежит другой культуре? Если он поступает против наших законов? Ведь с точки зрения своих соплеменников он не делает ничего предосудительного!

— Получается, что дару все равно кому мы служим? — подал голос другой студент. — Следуем ли мы путем Орвада или путем Мистар? Главное, чтобы мы от всего сердца верили в правоту того, что мы делаем?

— Все это глупости! — воскликнул мастер Эрбин. — Некоторые с вами согласятся, но лично я считаю, что это не верно. Я считаю, что есть нечто общее, что выше всех моральных норм, разных верований и культур. Нечто общечеловеческое. Врожденное, а не привитое воспитанием.

— Возьмите, к примеру, новорожденных детей из разных народов и позвольте им расти без всякого вмешательства извне. Вы помните этот эксперимент, проведенный Антером пятьсот лет тому назад? Вы помните, чем все закончилось?

— Дети выросли совершенно не способными к жизни в окружающем мире, — ответил один из студентов. — Они все либо погибли, либо покончили с собой.

— Это произошло по вине людей нарушивших эксперимент, — покачал головой волшебник. — Нас интересует, что произошло, когда они стали осознавать себя как личности. Когда они, не смотря на различия в характерах и темпераментах стали подчиняться законам отличным от закона животного мира. Почему это произошло? Ведь мы всегда считали, что учение мастера Гвитаука о происхождении жизни и законах развития не подлежит сомнениям? Как объяснить, что развитие нового общества пошло другим путем? Может быть все это заложено в человеке еще до рождения?

— Но когда Марте решил повторить опыт триста лет спустя, — возразил еще один студент. — У него получилось все наоборот! Сильные стали доминировать над слабыми! Сразу же появился Альфа-самец, который, подчинил себе всю стаю! Его эксперимент доказал что и в человеческом обществе действуют законы животного мира, а эксперимент Антера оказался несостоятельным!

— А если бы не было сильных и слабых, что тогда? — покачал головой мастер Эрбин. — Если как в эксперименте Антера, все были бы равны? Ведь именно это нужно было учитывать! Если бы Марте захотел чистого эксперимента, он в точности повторил бы условия, которые создал Антер. Однако, ему просто хотелось доказать свою точку зрения, по этому он и поступил не совсем честно.

— Вы говорите об идеальном обществе, — вмешался третий студент. — Но такого не существует! Это был лишь эксперимент! К тому же, если в клетку посадить одних Альфа — самцов, они тут же разорвут друг — друга в клочья!

— Однако у Антера все получилось! Может быть само существование Альфа — самцов ведет к постоянным войнам и раздорам, может, следует их сразу уничтожать? Тогда в нашем мире, наконец, наступит мир? — горячо возразил студент из первого ряда. — Увы, смерть Антера помешала довести эксперимент до конца и мы никогда не сможем его повторить!

— Давайте пока оставим Альфа — самцов в покое, — улыбнулся мастер Эрбин. — Это тема для отдельной беседы, а сегодня мы обсуждаем возможность существования общечеловеческих законов, надеюсь, вы еще не забыли?

— То о чем вы говорите, это утопия, — покачал головой один из студентов. — Мы живем в реальном, а не утопическом мире. Мире, сложенном из крохотных кусочков, как мозаика. И у каждого кусочка своя мораль, свои обычаи, свои традиции. Мы должны жить по законам животного мира, где сильнейший побеждает слабейшего! Должны стараться стать сильнейшими, чтобы защитить свой мир, от враждебных миров, что нас окружают!

Студенты восторженно захлопали, мастер Эрбин покачал головой.

— Допустим, что вы стали сильнейшим, что же вам помешает сожрать слабейших, если вы будете действовать по законам животного мира? А ведь вы будете окружены слабейшими со всех сторон! Захотите ли вы служить тем, кто слабее вас или захотите стать тиранами и узурпаторами?

— Только ради всеобщего блага! — ответил студент. — Народ сам не знает, чего он хочет! А мы сможем направить их в нужном направлении!

— А если они не захотят идти по вашему пути? — спросил волшебник. — Что вы будете делать тогда?

В аудитории воцарилась тишина.

— Вместе с силой должна придти ответственность. Понимание хрупкого равновесия между добром и злом. Вы были правы, когда говорили о разнообразии народов и культур. Именно по этому, потому что мы живем не в идеальном, а в реальном мире, особенно важно не забывать о равновесии! Не пытаться насаждать своих взглядов, а балансировать между мирами, используя свой дар только для сохранения этого баланса.

— А как же маги? — один из студентов привстал со своего места. — Им наплевать на баланс!

— Вот они как раз и выступают с позиции силы, — подхватил другой студент. — Наверно они все поклонники теории мастера Гвитаука и хотят всем показать кто в нашем мире Альфа-самец!

— Эту тему мы тоже неоднократно обсуждали, — кивнул волшебник. — Вы знаете, что маги черпают свои силы из иных источников, нежели мы. Они живут по своим законам, передавая свой дар внутри рода, из поколения в поколение. Вы знаете, сколь короток век мага, если сравнивать его с продолжительностью жизни волшебника. Они обычно быстро истощают свои силы и умирают в безумии и страшных мучениях. Их путь, это путь к саморазрушению.

— Я недавно читал о церемонии Искупления, — сказал один из учеников. — Маги их часто проводят после того как используют дар. Это, говорят, восстанавливает их силы и позволяет использовать более могущественные чары, нежели позволено нам.

— Это отвратительная церемония, — вздохнул мастер Эрбин. — Не забывайте, что они практикуют магию, а не волшебство. Это совершенно разные вещи. Они могут пополнять свои жизненные силы за счет других людей. Таким отвратительным способом они подпитывают свою магию. Ни один волшебник на это не способен. Наша энергия идет изнутри, из внутреннего понимания и владения природой силы, а энергия магов идет извне. Мы способны отдавать, а они только брать!

Мастер волшебник задумчиво потер переносицу.

— Как видите, мы незаметно перешли к следующему вопросу. Давайте поговорим теперь об искуплении и наказании.

Студенты заерзали на своих местах, очевидно, лекция их порядком утомила, и они были бы не прочь сделать перерыв. Волшебник это заметил и милостиво поднял руку.

— На сегодня достаточно, мои дорогие. Я хочу, чтобы вы подумали над сегоднешней лекцией и приготовили мне вопросы. Но только такие вопросы, на которые сами не сможете найти ответ!

Студенты собрали свои вещи и стремительно покинули аудиторию.

Мастер Эрбин не спешил уходить, он открыл одну из книг и углубился в чтение.

Я спустился вниз и нерешительно остановился возле кафедры.

Мастер Эрбин захлопнул книгу и посмотрел на меня сверху вниз.

— Вы хотели что-то спросить, мастер Маркус? — обратился он ко мне по имени, чем поверг меня в страшное смущение.

— Да, — выдавил я с трудом. — У меня был знакомый колдун… Я хотел вас спросить…

— Не бойтесь, — подбодрил меня волшебник. — Так что там ваш колдун?

— Я видел как он хлестал себя по спине после того как убивал, — я сглотнул желчь подступившую к горлу. — Это могло искупить его вину?

— Нет, конечно, — мастер Эрбин нахмурился. — Это могло только успокоить его совесть. Скорей всего он был уже близок к безумию… Надо полагать это был боевой колдун?

— Да, — ответил я. — Но он был очень хорошим человеком.

— В этом я не сомневаюсь! — воскликнул волшебник. — Просто колдовство, которое он использовал, гораздо ближе к магии, чем к волшебству. У боевых колдунов зачастую печальная судьба, они прекрасно понимают, какая их ждет плата за использование силы, но выбора у них нет. Они всегда с армией, чтобы защитить ее от безумных вражеских магов. Клин клином, знаете ли…

Я молча кивнул. Страшно было даже подумать, что мастер Данте мог превратиться в безумца!

— И нет никакой возможности предотвратить безумие? — спросил я.

— Только церемония Искупления, которую проводят маги, — вздохнул мастер волшебник. — Однако ни один колдун на это не пойдет. Он лучше покончит с собой, чувствуя приближение неизбежного.

— Но это же ужасно! — воскликнул я.

— Еще ужасней жить с чувством вины, зная, что свалил часть своей ответственности на невинного человека, что высосал его жизненные силы, — мастер Эрбин покачал головой. — Сомневаюсь, что ваш друг смог бы такое перенести.

— А какая ответственность ляжет на волшебника, который нарушит равновесие? — спросил я неуверенно.

— Никакая… Помните, я говорил, что волшебство и магия черпают силы в разных источниках? — улыбнулся мастер Эрбин. — Так вот, это самое страшное!

— Значит, волшебника ничто не сможет остановить? — меня это потрясло больше всего.

— Ну почему же, — волшебник положил мне руку на плечо. — Сможет, более сильный волшебник сможет, или арбалетная стрела между глаз!

Для одного дня, у меня было более чем достаточно пищи для размышлений. Я заперся в своей комнате, лег на кровать и задумался. Лекция мастера Эрбина открыла мои глаза на многие вещи и заполнила пустоты, которыми зияли мои познания о магии, волшебстве и колдовстве. Быть может, это и был самый первый камешек, в фундаменте моего познания?

Теперь я понял насколько боялись мастера Кеандра мятежники, с какой легкостью он мог, при желании, узурпировать власть и покорить королевство своей воле. Однако он этого не сделал. Он даже не вступился за себя самого, предпочтя сойти с дороги и избегнуть столкновения.

Он предотвратил гражданскую войну!

Дворцовый переворот, как он не был отвратителен, был сделан малой кровью, а гражданская война могла унести десятки тысяч жизней.

Выходит, что наше королевство всего лишь следует законам мастера Гвитаука? Сильнейшие подчиняют себе слабых и устанавливают свои порядки, руководствуясь лишь собственными эгоистичными интересами? А может мастер Кеандр не был Альфа — самцом, именно поэтому он и сбежал? Просто испугался за свою жизнь?

Нет, чушь собачья! Он не такой человек чтобы бежать от опасности! Я вспомнил, как он бросился на зонтракийского мага, с какой поразительной отвагой он сражался на поле боя, как тяжело раненный, поднял себя одной только силой воли, чтобы сокрушить вероломного врага!

Он был настоящим человеком из Утопии. Чистым от мирских желаний и стремлений. Больше всего на свете он хотел защитить свой народ и восстановить равновесие, меньше всего на свете он хотел новых горестей и новых смертей.

В моей груди вновь закипела жгучая ненависть к узурпатору, захватившему трон Лие. К тщеславному ублюдку, который ради своей жажды власти был готов утопить свой народ в крови. Он оставил границы королевства без защиты, а на важные государственные посты посадил своих людей, которые были столь же тщеславны и эгоистичны, как и он сам! Что станется с моим Лие? Мне стало страшно…

Не окажется ли наше королевство в роли слабейшего, когда соседи с Севера решат перейти границы, и отхватить от него кусок пожирнее?

Я дал себе слово, что буду прилежно учиться, чтобы как можно быстрее овладеть мастерством волшебника и поскорее вернуться домой. Быть может, тогда, я смогу что-нибудь изменить собственными руками!

Ближе к вечеру ко мне постучался Айс.

— Хорош в потолок пялиться, — он загадочно ухмыльнулся. — Пошли, поглядим, как твердолобые тренируются перед игрой в траки!

В Лие мы с отцом часто ходили смотреть на игры наших местных команд. Иногда даже играли на тотализаторе. Мама никогда с нами не ходила, не смотря даже на то, что мой брат Эран играл за команду Красных. Она считала траки игрой грубой и глупой.

Однако, для нас с отцом, не было большего удовольствия, чем набрать по пакету орешков, по бутылке шипучки и, сжимая в ладонях билеты со ставками болеть за команду Красных.

Эран был отличным нападающим, он, вместе со своим оруженосцем Мерри, разыгрывал такие виртуозные атаки, что зрители просто визжали от восторга!

Мне, конечно, было интересно, что представляет собой команда Академии.

Мы спустились на тренировочное поле, огороженное высоченными деревянными стенами, и уселись в дальнем его конце, в тени, чтобы не мозолить глаза не дружелюбным твердолобым.

— Если бы не игра в траки, — сказал Айс. — Мне бы давно пришлось вернуться в родной свинарник! Денег мне присылают с каждым разом все меньше и меньше. Отец жалуется на неурожай, на падеж скота и прочие невзгоды, а мать пишет, что у него новая любовница, содержание которой вытягивает все соки из Антраги! Глядишь, скоро я сам им деньги буду посылать!

— Ну у вас и семейка! — покачал головой я. — И как твоя мама такое терпит?

— А ей-то что, — хмыкнул Айс. — У нее, поди, тоже есть любовник, помоложе, чем папаша! На него тоже деньги нужны…

На поле вышла команда твердолобых. Выглядела она достойно. Все парни рослые, крепкие как рыцари.

— Им бы доспехи носить, а не шелковые штаны! — присвистнул я.

— Не, — покачал головой Айс. — Доспехи задницу натирают, к тому же в бою можно погибнуть, кому же в таком случае достанется родовое наследство? Наши твердолобые могут отличиться только в игре. Должен тебе сказать, команда они очень сильная.

Некоторое время твердолобые занимались разминкой, подбрасывая в воздух деревянные шары, наматывая на руки обрывки канатов, и пытаясь, повалить друг — друга.

— Вон того здоровяка зовут Нис, — Айс указал на коренастого юношу с широченными плечами. — Если он выйдет на поле, победа команде обеспечена!

— Он хороший игрок? — я, заинтересовавшись, высунулся из тени, Айс тут же затащил меня обратно.

— Он отличный игрок и первоклассный задира! — пояснил он мне. — Если нас тут застукают, плохо будет.

— Я вижу, ты не очень болеешь за нашу команду, — улыбнулся я.

— Это же твердолобые, — Айс пожал плечами. — Когда они не тренируются и не играют, они ищут неприятностей. Почему-то я им попадаюсь чаще, чем мне того хотелось бы.

— Понятно, — вздохнул я. — Значит, ты не будешь горевать, если они проиграют?

— Конечно нет, — улыбнулся Айс. — Если они проиграют, я хорошо заработаю! Ставки на нашу команду десять к одному!

— Я, кажется, догадываюсь, что ты задумал, — прошептал я, тыкая своего товарища локтем в бок. — Интересно, как ты это сделаешь?

Айс показал мне склянку с бурым порошком. Она была не больше мизинца, из прозрачного стекла и с резиновой пробкой.

— Вот, купил в аптеке, — сказал он с невинным видом. — Сильнейшее слабительное, с гарантией!

Я зажал себе рот, чтобы не засмеяться. Айс выглядел очень решительным и серьезным. Ну, прямо как полководец перед битвой!

— А у тебя есть запасной план? Вдруг этот не сработает? Так ты останешься без средств к существованию?

— Кто не рискует — тот не пьет варры! — он сжал склянку в кулаке. — Кажется, так говорят у вас в степях?

— Нет, — я покачал головой. — Не так. Кто пьет варру — тот ни чем не рискует!

— Да ну, — расстроился Айс. — Тогда нужен запасной план!

— И план отступления, — добавил я. — Если оба плана не сработают.

— Я вижу, ты силен и в стратегии тоже, — хмыкнул мой товарищ. — Может ты, что-нибудь придумаешь?

Мне не хотелось его расстраивать, и я кивнул.

— Если со слабительным не выйдет, мы подстережем его в темноте и хорошенько отметелим! Тогда ему точно будет не до игры!

— Ну и план! — вздохнул Айс. — Еще хуже, чем мой. Скажу тебе по секрету, друг мой, отметелит он нас, а не мы его. На это, кстати, можно тоже сделать ставку. Хочешь?

Я покачал головой.

— Мы наденем черные маски, чтобы нас невозможно было узнать, подкрадемся сзади и тюкнем его чем-нибудь тяжелым по башке, — пояснил я. — Это же не рыцарский турнир, чего тут церемониться. Заодно и отомстим за все твои обиды.

— А ты и в правду Маркус Гримм? — подозрительно спросил Айс. — Может ты бандит с большой дороги?

— Просто я служил скаутом в армии, — давясь от смеха, пояснил я. — У нас такое считалось плевым делом.

— Ты служил в армии? — Айс удивленно открыл рот. — И убивать тебе тоже приходилось?

— Пару раз, — кивнул я, стараясь закрыть вопрос как можно скорее.

— И как это? — спросил Айс, вытаращив глаза. — Ты чувствовал своим мечом, как содрогается тело врага в предсмертных конвульсиях и его душа покидает тело?

— Я пользовался арбалетом, — пояснил я. — Я даже их лиц не видел.

— Да? — Айс выглядел расстроенным. — Да врешь ты все! Какая там армия, ты же еще мальчишка!

Мы вместе рассмеялись, я был рад, что разговор принял именно такой оборот, и мне не пришлось врать.

Тем временем игроки закончили разминку, разделились на команды по десять человек и начали игру.

В команде было трое нападающих, три полузащитника, три защитника и один страж ворот. У защитников были перчатки, которыми они могли ловить мяч. У полузащитников были ловушки на длинных рукоятях, которыми можно было не только ловить мяч, но и делать подножки соперникам. Нападающие были вооружены битами, шлемами и тяжелыми ботинками. Мяч можно было пинать ногами, отбивать битой и головой, главное поразить ворота, состоящие из трех колец, подвешенных на высоте человеческого роста. Причем очко засчитывалось, только если мяч пролетал сквозь все три кольца и попадал в призовую зону.

Неуловимым движением Нис отбивает мяч, кольца ворот мелодично звякают и мяч вонзается в песок призовой зоны. Рассерженный страж ворот бросает свой маленький щит на землю и кричит на защитников. Игра начинается вновь, причем команда, за которую играет Нис, зарабатывает очко за очком, в то время как их соперники тщетно пытаются организовать защиту.

— Видал? — хмыкнул Айс. — Если Ниса не будет на поле, им несдобровать! У них вся игра построена на атаке, а защита у них никудышная.

— Прямо как у алимов, — пробормотал я себе поднос. Айс меня не расслышал, он внимательно следил за игрой.

 

Глава 3

Всю неделю я исправно ходил на лекции и с Айсом встречался только утром за завтраком и вечером за ужином. Перед сном я перечитывал конспекты и готовил домашние задания. Так что наш с Айсом план совсем вылетел у меня из головы.

— Завтра игра, — Айс заглянул в мою комнату через приоткрытую дверь. — Сегодня до полуночи нужно сделать ставки!

Я захлопнул книгу, которая лежала у меня на коленях, и встал из кресла.

Нужно было собираться.

— Я проследил за Нисом, — сообщил Айс, входя в комнату и запирая за собой дверь. — Они сегодня ужинают в городе, в таверне «Ратоборец». Такая уж у них традиция.

— Они? — переспросил я. — Так он будет не один?

— Ну да, — пожал плечами мой товарищ. — Они всей командой там будут. Тосты, девки, для поднятия боевого духа!

— А я всегда думал, что перед соревнованиями нужно воздерживаться, — сказал я, укладывая в сумку черную униформу скаута и кожаную скенскую дубинку.

— Да чего им станет, ты же видел какие они все лоси! — фыркнул Айс. — Они, наверно, могут по ведру выпить, каждый. К тому же местное пойло, которое подают в кабаках, так разводят, что даже мой отец постыдился бы такое подавать на стол!

Очевидно, отец Айса был еще тот скупердяй!

— Порошок при тебе? — спросил я.

— А то как же, — он похлопал себя по карману. — Я с ним целую неделю не расставался, сроднился с ним, можно сказать!

Заперев двери, мы спустились к главным воротам, сунули привратнику монетку и он незаметно нас выпустил.

— Прикинь, — прошептал Айс. — Сколько сегодня сторож заработает! Даю руку на отсечение, что сегодня в Академии останутся только больные да хромые.

Мы вышли на тракт и пешком направились к Пааре.

— А что, многие играют на тотализаторе? — спросил я. — Даже преподаватели?

— Еще бы, паарийцы азартный народ! — кивнул Айс. — Тем более завтра играет наша команда.

— Получается, что все поставят на наших? — строго спросил я.

— А на кого же еще! — Айс выглядел довольным.

— Погоди, Айс, — я его остановил, ухватив рукой за куртку. — Получается, что мы ограбим своих же? Если наша команда проиграет, деньги потеряют все!

— Ну а нам то что с того? — Айс пожал плечами. — На то это и игра! Они думают, что ставят наверняка, но их ожидает сюрприз! Ставки как всегда высоки!

— Извини, Айс, на это я пойти не могу, — я покачал головой. — Может другие студенты поставят свои последние деньги, а мы оставим их без гроша!

Айс остановился как вкопанный.

— А как же месть? — спросил он. — Ты же обещал мне помочь!

— Я не отказываюсь, — успокоил его я. — Сделаем это после игры. Я его так отделаю, родная мать не узнает.

Но Айс не соглашался, он покачал головой, а в его глазах выступили слезы.

— И денег я тебе займу, сколько захочешь, — утешал его я. — Только давай оставим эту затею!

— Но ты же обещал! — воскликнул Айс. — Дело же не только в деньгах!

— Извини, друг, — сказал я. — Мы придумаем другой план!

У Айса теперь слезы лились в два ручья, я понял что один, он никогда не решился бы на подобное.

— Не надо давать обещаний, которые не можешь сдержать! — воскликнул он, и, повернувшись, зашагал назад к академии.

Меня словно громом поразило! Я вспомнил, что уже слышал эти слова прежде. Вспомнил, что как-то уже дал подобное обещание, чем подверг друзей страшной опасности. Вспомнил и то, что дело касалось моей собственной чести и как скауты безуспешно пытались меня остановить! Но я упорствовал и им это не удалось.

Каким же я был дураком! Каким упрямым дураком! И как легко я нарушил данное обещание теперь! Это было просто отвратительно!

Я помчался за Айсом следом и остановил его уже возле самой двери.

— Стой, Айс, — я сжал его плечо. — Ты прав, я не должен нарушать своего обещания никогда! Нельзя давать обещания, которых не можешь выполнить! Пусть это будет мне хорошим уроком.

Айс вытер слезы и улыбнулся.

— А я уж подумал, что ты серьезно! — в этот момент он был больше похож на маленького мальчика, чем на волшебника повелевающего огнем. Мне стало стыдно. Мало того что я чуть не нарушил данное слово, но еще и обидел друга!

Мы заглянули в окошко таверны и сразу же заприметили компанию твердолобых. Они сидели за лучшим столиком и во всю глотку горланили непристойные песни.

— Если мы войдем через главную дверь, нас сразу узнают, — вздохнул Айс. — Тогда нам точно несдобровать!

Я достал из сумки черные скаутские куртки с капюшонами и протянул одну товарищу.

— Скаутская форма! — воскликнул Айс. — Выходит, ты не врал про службу в армии? Или стырил где?

Приятно было видеть, что настроение у моего друга улучшилось, тогда как у меня, кошки на душе скребли. Наша затея нравилась мне все меньше и меньше.

Мы вошли в таверну и уселись в углу за столик на двоих. Твердолобые нас не удостоили даже взглядом. Заказав пиво, мы стали не спеша его потягивать, наблюдая за залом.

Народу было много. Все с жаром обсуждали предстоящую игру и то, на кого нужно делать ставки.

— Я поставил на команду Академии десять золотых, — заявил один из торговцев, размахивая кружкой.

— Тоже мне ставка, — его сосед скорчил кислую мину. — Ты выиграешь всего один золотой! А если они проиграют, потеряешь десять! Удивляюсь, как ты вообще стал торговцем, идя на такой риск!

— Какой там риск! — расхохотался торговец. — Дикие Медведи отличная команда, если играет против равных соперников. А в завтрашней игре никаких шансов у них нет! Так что золотой, можно считать, у меня уже в кармане.

— А я поставлю на Медведей, — упрямо заявил сосед. — Если они выиграют, я получу десять к одному.

— Ключевое слово — если, — расхохотался горластый торговец. — Можешь хоть все свое состояние поставить! Посмотрим кто из нас прав!

— И ты называешь это игрой? — не сдавался второй торговец. — Рисковать по крупному, чтобы получить мелочь? Лучше уж рисковать по крупному, чтобы выиграть по крупному! Тебя послушать, так вообще никакого риска нет! Какой тогда смысл играть? Где азарт, где острые ощущения? Только жлобы играют, чтобы выигрывать, настоящий же игрок и проигравшись, получает удовольствие!

Первый торговец в сердцах хватил кружкой по столу.

— Ну тебя к Мистар! Я уже и жлоб?

— А парень прав, — кивнул Айс. — Вот только не каждый может позволить себе проигрывать, особенно если ставит последние деньги.

— Ну, это смотря во что играть и что ставить, — сказал я задумчиво. — Это применимо к жизни вообще, если расценивать ее как игру.

— Вот мы и сделали ставки, — согласился Айс. — Поставили по максимуму и если проиграемся, по максимуму будем и расплачиваться.

Мы некоторое время наблюдали за твердолобыми, слушая разговоры посетителей и попивая пиво.

— Гляди, — Айс оживился. — Им время от времени подносят чарку от других столиков, и они никогда не отказываются! Может и нам послать им угощеньице?

Твердолобые гуляли вовсю. Они уже выпили столько, что обычные люди давно уже оказались бы под столом, а эти, казалось, только слегка захмелели.

— Давай попробуем, — кивнул я. — Иначе придется попотеть сегодня ночью.

Айс заказал большую кружку лучшего вина, незаметно опрокинул в нее содержимое пузырька.

— Ну, давай, — подбодрил его я.

Подошла крепкая официантка с полированным медным подносом, смахнула на него кружку и с достоинством поплыла к столику студентов.

Нис посмотрел в нашу сторону, кивнул официантке и поднял кружку в приветственном жесте.

— Благодарю вас, господа, — подмигнул он нам. — Приходите, завтра на игру, не пожалеете!

Одним махом он осушил кружку, крякнул от удовольствия, перевернул ее вверх дном, показывая, что в ней ничего не осталось, и поставил на стол. Мы помахали ему в ответ.

Айс захихикал.

— Ну, сейчас начнется! — он натянул капюшон на глаза. — Осталось только подождать несколько минут!

Тем временем Нис осушил еще пару кружек посланных с соседних столиков. Выглядел он гордым и довольным, алкоголь, судя по всему, не мог справиться с его стальными кишками и куриными мозгами.

Мы заказали по второму пиву, а со здоровяком все еще ничего не происходило. Он вытащил трубку, не спеша раскурил ее и откинулся на спинку стула.

Айс начал нервничать. Он достал из кармана склянку, она была пуста, только на самом донышке прилипло несколько крупинок зелья.

— Ничего не понимаю, — вздохнул он. — Я столько ему подсыпал, что целому полку городской стражи хватило бы просраться, а ему хоть бы хны!

И тут Нис сбросил ноги со стола, схватился за живот и громко испортил воздух!

— Ну, наконец-то! — воскликнул Айс. — Сейчас увидишь, как он помчится в сортир! Только мы его и видели!

Твердолобые засмеялись, зажимая пальцами носы, они начали размахивать руками в воздухе. Нис выглядел сконфуженным, огромной ручищей он потер пузо, словно прислушиваясь к своим ощущениями, а спустя секунду он уже хохотал вместе со всеми.

Лицо Айса покраснело от возмущения.

— И это все?!!! — он стиснул кулаки. — Обманул меня аптекарь! Вот же сволочь!

Он достал из кармана пузырек, открыл его и с помощью пальца отковырнул прилипшие к донышку остатки снадобья.

— Что же он мне подсунул, мерзавец? Может обычную соль? — он облизнул палец и сплюнул. — Так и есть! Обычная соль!

— Значит, используем второй план, — спокойным голосом утешил его я.

Айс посмотрел на меня как на безумца, но ничего не ответил.

— У нас все получится, — утешил его я. — Не переживай!

Заказав еще по пиву, мы приготовились терпеливо дожидаться окончания банкета.

Неожиданно Айс застонал. На его лице выступили крупные капли пота. Его пальцы впились в столешницу.

— Чертово зелье! — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Похоже, что оно действует!

— Но как? — изумился я. — Ты же слизнул всего пару крупинок, а Нис выпил целый пузырек!

— Не знаю! — прохрипел мой друг, сгибаясь пополам. — Может его нельзя мешать с вином? Спрошу завтра у лекаря!

Айс выскочил из-за стола и опрометью бросился в уборную.

Твердолобые уже давно ушли, последние посетители дремали над своими недопитыми кружками, а моего товарища все не было. Я уже было собрался идти за ним в уборную, как ко мне подошла официантка.

— Вашему другу совсем худо? — спросила она участливо.

— Да, — кивнул я. — Наверно съел в городе что-то плохое.

— Вот возьмите, — она поставила на стол маленький флакон. — Без денег возьмите, мой муж тоже был скаутом, я знаю, что у вас деньги редко водятся.

Я не знал, как благодарить добрую женщину, она только отмахнулась.

— Такие молодые, а уже в армии, — вздохнула она. — Храни вас Орвад!

Схватив флакон, я помчался в дальний конец таверны, где размещались уборные.

Открыв дверь, я отшатнулся от ударившего в ноздри смрада. Из-за загородки ограждавшей отхожее место доносились слабые стоны.

— Айс! — крикнул я. — Это ты тут стонешь?

— А кто же еще, — раздался слабый измученный голос. — Наказал меня Орвад за жадность и коварство! Как у вас там в степях говорят? Не рой другому яму, сам в нее угодишь?

Я усмехнулся и протянул ему через перегородку флакон.

— Вот тебе официантка передала, говорит, что это чудо-средство враз тебя на ноги поставит.

— Меня теперь не смогут собрать, вся королевская конница, вся королевская рать! — простонал мой товарищ, но флакон взял. — Я сейчас выпью и ослиной мочи, если скажут, что это помогает!

Настойка помогла. Белый как мел Айс появился из-за перегородки.

— Спасибо, дружище, — пробормотал он. — А то я уже готовился свои кишки ловить, если они вылазить начнут!

— Благодари добрую официантку, — ответил я. — Ее муж был скаутом, так что она даже бесплатно нам помогла.

— Да славятся все скауты и их жены! — торжественно произнес Айс.

Матч прошел, как и ожидалось. Дикие Медведи были с позором разгромлены, а Нис блистательно забил тридцать мячей!

Айс заявился ко мне после матча, я как раз сидел у окна и штудировал конспекты.

— Я потерял все! — Айс всплеснул руками и рухнул в кресло.

— Театр потерял прекрасного драматического актера, — заметил я, не отрываясь от конспекта. — Ты бы заставил рыдать самые черствые души!

Айс подбоченился и заулыбался.

— А что, на этом можно заработать! — он почесал затылок. — Ну, а пока моя актерская карьера еще не приносит дохода, не сможешь ли ты одолжить мне немного денег?

— Считай что это твой первый гонорар, — сказал я, вынимая кошелек из выдвижного ящика стола. — Цветы и аплодисменты будут позже!

— И поклонницы! — оскаблился Айс сгребая деньги со стола. — Спасибо, дружище, верну все до последней монетки!

Он пересчитал деньги и тут же уселся писать расписку.

— На кой она мне, — отмахнулся я. — Достаточно твоего слова!

— Мое слово не многого стоит, — возразил он. — А вот если у тебя будет моя расписка, это послужит мне дополнительным стимулом не забывать, у кого я занял.

Покачав головой, я взял расписку и спрятал ее в ящик стола.

— Да, самое главное, — спохватился Айс. — Мастер Райдун, просил тебя зайти в библиотеку. Он сказал, что есть для тебя несколько полезных книг.

У меня дыхание перехватило. Сам Айдиола Глеф хотел со мной поговорить! Интересно, знал ли Айс, кем на самом деле является старый библиотекарь. На всякий случай я решил держать язык за зубами.

— Я зайду, — кивнул я. — Сегодня же!

— А я к аптекарю, — Айс грозно нахмурил брови. — Поговорю с ним по душам. А потом сбегаю еще в «Ратоборец» по делам.

Спрятав деньги, Айс выскочил за дверь.

Я подождал несколько минут, давая другу удалиться на приличное расстояние, и поспешно вышел на улицу. Близился вечер, воздух заметно посвежел. Слышался неугомонный крик чаек и монотонные удары прибоя. Пахло морской солью и ночными цветами, раскрывавшимися с наступлением темноты.

Запахнув куртку поплотней, я быстро пошел прямиком к библиотеке. Идти было не далеко, только пересечь площадь со статуями и спуститься по ступенькам к фонтану.

Перебежав дорогу, чтобы не столкнуться с компанией твердолобых, возвращавшихся с занятий, я благополучно достиг лестницы и, через минуту, уже держался за колокольчик на двери библиотеки.

Мастер Райдун открыл дверь тот час, будто только и ждал меня. Он сделал приглашающий жест рукой и запер за моей спиной засов.

Мы прошли через узкий коридор заставленный стопками книг и оказались в просторном читальном зале, освещенном светом многочисленных зеленых сфер подвешенных над столиками.

Вдоль стен высились книжные шкафы с потемневшими от времени корешками книг.

Мастер Райдун вошел в зал за мной следом, обогнал меня и двинулся вперед. Я поспешил следом, пытаясь на ходу читать названия, тесненные на корешках книг.

— Я слышал, что о тебе хорошо отзываются учителя, — мастер библиотекарь отпер ключом дверь и, пропустив меня вперед, тщательно запер замок.

Комната была маленькая, в центре стоял стол, заваленный обрезками бумаги, медными тюбиками, кисточками, линейками и книжными переплетами. Мы уселись в кресла, под лампой с синим абажуром.

— Здесь я занимаюсь починкой книг, — объяснил мастер Райдун. В воздухе действительно сильно пахло кожей и клеем. — Многие книги попадают к нам в очень плачевном состоянии, так что я вынужден оказывать им первую помощь.

На столе как раз лежал фолиант с обуглившейся обложкой и почерневшими страницами.

Мастер библиотекарь указал на полки с книгами занимавшие все стены.

— Работы, как видишь, непочатый край. Война — самый страшный враг для книги. Они гибнут тысячами, и каждая такая потеря невосполнима. Мудрость, которую предки хотели нам передать, исчезает навсегда в пучине прошлого и уста мертвых мудрецов оказываются запечатанными навеки.

— Вы красиво говорите, — заметил я. — Слушать вас, все равно, что слушать старинную балладу!

— Язык наших предков звучал как песня, — улыбнулся мастер Райдун. — Только старики вроде меня, которые проводят слишком много времени наедине со старинными фолиантами, помнят об этом. Наша речь стала сухой и пресной, вроде слова все те же, а слушать их — никакого удовольствия.

— Появилось очень много иностранных слов, — добавил я. — Наверно, люди стали больше путешествовать. Мир стал более безопасным, чем в древности, когда люди проводили большую часть своей жизни за стенами родного города.

— Ты прав, мой мальчик, — согласился старый волшебник. — С постройкой Инсарского тракта вся наша культура изменилась. Однако наши горизонты тоже раздвинулись! Так что, как видишь, нет худа без добра.

Библиотекарь снял с полки несколько книг. Положил их перед собой на стол и кивнул мне.

— Посмотри, пожалуйста, мне интересно твое мнение.

Протянув руку, я взял первую книгу. Она была необычной. По форме она была не прямоугольной. Она больше походила на разрезанный пополам круг. Обложка была из змеиной кожи желтого цвета, а металлические застежки изображали пальцы рук, которые смыкаясь, переплетались друг с другом.

— Интересная книга! — воскликнул я. — Никогда таких прежде не видел!

— Это Утрукская книга, — пояснил мастер Райдун. — Утруки делали бумагу в форме круга, потом сгибали ее пополам, и получалась вот такая форма. Они называли ее — пол-луны, когда книга закрыта, когда она открывается, это уже полная луна.

— Здорово! — воскликнул я, проводя пальцами по прохладному переплету. — А где живут эти утруки?

— К сожалению, уже нигде, — покачал головой мастер библиотекарь. — Пятьсот лет назад их народ был полностью уничтожен. Их города сровняли с землей, статуи разрушили, книги уничтожили. Все что от них осталось ты сейчас держишь в руках.

Мне стало не по себе. Это было просто уму непостижимо! В моих руках находилось единственное свидетельство о некогда существовавшей цивилизации!

— Утруки были народом великих целителей, гибель их цивилизации отбросила развитие медицины на тысячи лет назад. Просто чудо, что хоть эта книга уцелела! Благодаря ей мы научились делать сложнейшие операции, которые каждый год спасают тысячи людей по всему побережью Внутреннего моря.

Очень осторожно, почти с благоговением, я положил книгу на стол.

— Теперь я понимаю, почему вы столько времени уделяете всему этому, — я окинул взглядом темную захламленную комнату.

— Да, мой мальчик, — мастер Райдун улыбнулся. — Быть библиотекарем Райдуном, намного полезнее, чем верховным волшебником Айдиолой Глеф! Эту задачу я возложил, много лет тому назад, на одного из своих лучших учеников, и он настолько с ней сжился, что порой забывает, кто из нас кто.

Мастер библиотекарь вновь заулыбался.

— Мне кажется, что он намного лучше справляется с обязанностями верховного волшебника, чем это делал я до него.

— А вы еще и занимаетесь со студентами! — воскликнул я.

— Нет, к сожалению, на это времени не остается, — покачал головой мастер Райдун. — Я иногда подталкиваю тех, кто попадает в тупик. Помогаю им вновь ощутить под ногами твердую дорогу, а вот идти по ней они уже должны сами.

Я взял вторую книгу. Она была обычной прямоугольной формы, и застежки на ней тоже не было. Вместо застежки было два плетенных шнурка с узелками на концах. Обложка была сделана из гладко отполированной дощечки покрытой причудливой резьбой изображавшей рыбью чешую. От книги пахло морем и солью.

Открыв первую страницу, я замер. Это был сборник карт. Карты были сделаны настолько скрупулезно и тщательно, что просто в голове не укладывалось. Такой поразительной работы мне видеть не доводилось. Даже на королевских картах Лие, всегда были белые пятна непроходимых лесов и нехоженых пустошей, а степь, расстилавшаяся у нас под самым боком, была сродни морю, без дорог и ориентиров.

— Какая прекрасная карта! — воскликнул я, жадно впиваясь глазами в мелкие буковки неизвестного языка, пытаясь что-нибудь разобрать. — А где находится эта земля?

— Никто не знает, — вздохнул мастер библиотекарь. — Никому неизвестно, откуда взялся этот атлас, на каком языке он написан, и какие земли он изображает.

Положив атлас на стол, я задумался.

— Сколько загадок хранит ваша мастерская!

— Ты даже представить себе не можешь, — кивнул мастер Райдун. — Чтобы их все разгадать и жизни десяти волшебников не хватит.

Благоговейно я уставился на сокровища разбросанные вокруг меня повсюду. На столах, верстаках и просто в стопках на полу.

— Я тоже нашел несколько книг! — вспомнил я. — Но они все написаны на неизвестных мне языках и я не смог прочесть даже строчки!

Мастер волшебник терпеливо выслушал мой рассказ о найденных Корном сокровищах и таинственных книгах.

— Неспроста ты их нашел, друг мой, — волшебник задумался. — В твоей судьбе, как я посмотрю, ничего случайно не происходит. Такая находка, наверняка, сыграет в будущем не мало важную роль.

Мастер Райдун сложил руки на столе и надолго задумался. Я тем временем взял таинственный атлас и принялся его листать, стараясь не отвлекать библиотекаря.

— Я могу посмотреть на Слезу Ротэ? — спросил, наконец, волшебник. — Или на Слезу Сердца, как зовут его серты.

— Конечно! — воскликнул я и, сняв камень с шеи, протянул его мастеру Райдуну.

— Положи его на стол, — попросил он. — Я не хочу касаться его руками.

Послушно выполнив просьбу старика, я откинулся в кресле. Библиотекарь внимательно смотрел на камень немигающим взором, время от времени его брови сходились у переносицы, а пальцы рук с силой впивались в столешницу.

— Несомненно, это Слеза Роте! — заключил он. — Ее желали многие и многие искали ее всю жизнь! И вот она лежит передо мной, на засаленном шнурке, в золотой оправе… Но если даже серты не решились взять ее себе, как я могу даже помыслить об этом! — мастер Райдун посмотрел на меня. — А я бы смог найти применение этому камню! Как ты думаешь?

— Конечно смогли бы, мастер Райдун! — воскликнул я. — Если вы знаете что делать с этим камнем, используйте его по назначению!

— Не все так просто, — покачал головой волшебник. — Камень выбрал тебя, так что он у тебя и останется. Тот, кто попытается взять его силой или хитростью, закончит свои дни так же как и злополучный маг алимов.

— Тогда, может, вы хоть объясните, что это за камень? — попросил я. — Серты мне рассказывать не захотели!

— Серты мудрые люди, — кивнул волшебник. — Если они предпочли тебе об этом не рассказывать, значит и моим устам следует оставаться запечатанными.

Я хотел было возразить, но мастер Райдун остановил меня взмахом руки.

— Никому не рассказывай о камне и никого о нем не расспрашивай. Я не хочу, чтобы кто-то другой о нем узнал. Со временем ты все поймешь. Знания придут к тебе сами в назначенный час, а пока даже забудь что ты его хозяин!

Мастер волшебник взял горсть песка из медной плошки и насыпал горку поверх Слезы Сердца. Придавил ее рукой, да с такой силой, что ножки у стола затрещали!

Подняв руку, он дунул, сметая песок. Передо мной на столе лежал красивый зеленый камень с золотыми прожилками.

— Я запечатал Слезу Ротэ в этой красивой безделушке, — пояснил волшебник. — Теперь вы оба будете в безопасности.

Он взял амулет со стола и осторожно надел мне на шею. Отступил на шаг и полюбовался результатом.

— Теперь, это похоже на обычный оберег, не из дешевых, но и не из таких, за которые могут лишить жизни.

— А как же моя шляпа? — усмехнулся я, поглаживая гладкий прохладный камень у себя на груди. — За нее тоже могут лишить жизни?

— Конечно могут! — улыбнулся мастер Райдун. — Носи ее только с телохранителями, а то украдут вместе с головой.

— Неужели она и в правду сделана из кожи дракона? — мне было жутко любопытно.

— Из кожи дракончика, — уточнил мастер Райдун. — Говорят, что за Туманным океаном есть земли, где все еще водятся драконы. Еще там есть племя бесстрашных охотников, которые способны выкрасть детеныша дракона из драконьего логова.

— Так это правда? — изумился я. — Поэтому она такая дорогая?

— Не знаю, — мастер Райдун покачал головой. — Кто хочет — тот верит. Одно бесспорно, сделана шляпа из кожи очень редкой ящерицы, дракон это или нет, никто тебе не скажет, но и не опровергнет.

Я даже расстроился. Мастер библиотекарь на секунду приоткрыл передо мной дверь в волшебный мир населенный мифическими существами и тут же ее захлопнул.

— Зато я знаю одного настоящего дракона! — внезапно добавил он. — А дракон знает тебя!

Это было черезчур! Я просто отказывался верить тому, что слышал.

— Не смейтесь надо мной! — взмолился я. — Вы же только что сами сказали, что не верите в их существование, а теперь утверждаете, что знакомы с одним из них!

— Я не шучу, — успокоил меня мастер волшебник. — Он настоящий дракон и ваши судьбы, похоже, теперь навсегда связаны.

Тут до меня, наконец, дошло о ком говорит мастер Райдун.

— Вы это о мастере Кеандре?

— Известном так же как Дракон Лие, — кивнул волшебник. — Перед тем как отплыть на юг, он несколько дней гостил у меня в Академии и очень тепло о тебе отзывался.

Волшебник взял книги со стола и вернул их на свои места.

— Он рассказал мне о твоем таинственном даре — оказываться в нужное время в нужном месте. Он был потрясен!

Я так и застыл с открытым ртом. Мне было известно, что волшебники приняли меня в Академию по личной просьбе короля Кеандра и по настоянию самого Айдиолы Глеф, но о моем даре со мной с тех пор никто не говорил.

— Мастер Райдун, — сказал я. — Я не уверен, что у меня вообще есть дар. Я, конечно, бесконечно благодарен даже за возможность находиться в стенах Академии, тем более за возможность учиться у ваших замечательных учителей… Однако скажу вам честно, мне кажется, что мне здесь не место!

Мастер волшебник долго смотрел на меня испытующим взором, потом кивнул.

— Ты веришь в этот вздор о стечении обстоятельств? — он хитро прищурился. — О том, что все, что произошло по чистой случайности?

Я кивнул и потупился, глядя на свои сапоги.

— Судьба не осчастливила меня даже десятой долей того, что произошло с тобой за несколько месяцев, — вздохнул волшебник. — Но это еще не все. Ты не просто наблюдатель. В самый решающий момент ты действуешь, и ты меняешь будущее!

Мастер библиотекарь с силой сжал мое плечо.

— Мастер Кеандр считает тебя — Рукой Судьбы!

 

Глава 4

От всех этих разговоров у меня жутко разболелась голова, и мой сон был наполнен кошмарами. Проснулся я посреди ночи от того что кто-то тихонько скребся в мою дверь. Вскочив с постели, я босиком подкрался к окну и, раздвинув занавески, выглянул наружу. Улица была пустынна, только из окон Айса на мостовую падали прямоугольники света.

Осторожно, чтобы не шуметь, я отодвинул щеколду и открыл дверь. На пороге лежал конверт и больше ни кого. Осмотревшись по сторонам, я схватил белый прямоугольник и захлопнул дверь.

Положив записку на стол, я зажег лампу.

«Если тебе дорога жизнь, приходи сегодня в полночь в Храм Орвада, «— прочел я. От бумаги слегка пахло духами. Неужели это записка от женщины?

Я внимательно изучил конверт, но ничего подтверждающего мою догадку не обнаружил.

Положив записку в стол, я вернулся в постель и вновь погрузился в пучину кошмаров.

Вставал я рано, так что не дожидаясь Айса, который всегда был труден на подъем, побежал в трапезную, чтобы не опоздать на занятия.

В последнее время я старался посещать все лекции, помеченные в моем календаре, даже если их содержание было для меня совершенно не понятно.

Аудитория все еще не заполнилась, так, что я смог выбрать себе место получше.

Мастер Каледир был одет как заправский щеголь. Его куртка из темно-синего бархата была украшена серебряной нитью и крупными жемчужинами. Чулки на нем были перламутрового цвета, а туфли, с загнутыми носами, из желтой замши. На голове он носил берет, в тон куртке с желтым пером птицы Арро.

Собравшиеся в аудитории студенты принялись обсуждать наряд лектора, пока тот, расположившись за кафедрой, неторопливо раскуривал трубку.

Кроме меня пришло еще человек двадцать, в основном новички.

Они, по большей части, не больше моего понимали в чародействе и на лекции мастера Каледира ходили не для того, чтобы заполнить пробелы в образовании, а для того чтобы не отстать от быстро меняющейся Паарской моды.

— Смотри, как перо дополняет желтые замшевые туфли, — уважительно изрек один из студентов. — Если бы его не было, пропала бы вся цельность комплекта!

— А мне не нравятся такие сильные цветовые акценты, — возразил ему товарищ. — В любом случае не желтый цвет! Он какой-то вульгарный… Вот красное перо мне больше по нраву.

— И красные туфли, — фыркнул другой. — Такое только твердолобый может напялить!

— Господа остолопы! — мастер Каледир выпустил в воздух струю ароматного дыма. — Хочу вам сообщить, что желтый цвет вовсе не вульгарен, в некоторых странах этот цвет могут носить только короли! А в Пааре, если вы зайдете в магазинчик маэстро Меркуро, желтый цвет только-только входит в моду. Как я уже неоднократно говорил: с модой не нужно шагать в ногу, ее нужно опережать!

Заскрипели по бумаге перья, студенты старательно конспектировали изречения мастера Каледира. По крайней мере, те, которые касались моды.

— Однако наша сегодняшняя лекция к моде не имеет никакого отношения. Мы с вами проведем несколько забавных экспериментов и узнаем, откуда ветер дует в чародейском мире.

Волшебник снял свой берет и бережно положил его перед собой. Взял трубку в зубы и затянулся. Дым заструился из его ноздрей, свиваясь в кольца и образовывая перед кафедрой некое подобие грозовой тучи.

— Я знаю, что многие козопасы, вроде вас, — начал лекцию волшебник. — Считают, что на чародея можно выучиться. Все это полнейшая чушь!

Облако дыма расползлось по полу, поглощая студентов, которые тут же начали чихать и кашлять.

— Что достаточно выучить пару заклятий, как из глаз у вас засверкают молнии, а из задних проходов загремит гром! Все это не так, мои дорогие! Надеюсь, что хоть это вы уяснили себе, своими скудными умишками!

Я как всегда сидел на самом верху и, видя, как кашляют и чихают остолопы не смог удержаться от смеха.

— Это не смешно, уважаемый, — покачал головой волшебник, даже не глядя на меня. — Это очень печально! Печально когда студент прибегает ко мне и требует научить его заклятьям! Он, де, уже давно студент в академии и до сих пор не научился поражать молнией любого встречного — поперечного. Что ему в письмах домой приходится врать на счет своих успехов, а волшебникам до этого и дела нет!

— А вам, и так, дела нет! — подал голос один из студентов. — Я уже два года здесь, а на персональные занятия меня так никто и не пригласил!

— Извините, уважаемый, что не оправдали вашего доверия, — хмыкнул мастер Каледир. — Вот когда начнете разбираться в моде так, как мастер Гримм, тогда мы с вами об этом и поговорим.

Студенты с неприязнью покосились на меня, они все были наслышаны о том, что я одеваюсь исключительно у маэстро Меркуро.

— Продолжим, с вашего позволения, — волшебник поклонился. — Вернемся к заклинаниям. Что это такое? Кто может мне ответить?

— Это всего лишь вербальные сотрясения воздуха, — важно объявил студент в красивом парчовом жилете.

— Ну что вы, — возразил волшебник. — Заклятия имеют определенную силу, вернее сказать, они имеют влияние на того, кто их произносит. Они могут успокаивать, могут помогать сконцентрироваться, а могут и наоборот — отвлекать.

— Как пеан, который поют солдаты, идя в бой? — спросил я.

— Да, безусловно, — согласился волшебник. — Это, своего рода, солдатские чары. Они не только поднимают дух воина, но и помогают почувствовать себя частью чего-то большего, почувствовать силу единения перед лицом опасности.

— А почему тогда маги всегда пользуются заклинаниями, почему есть целые книги заклинаний, которые они зубрят наизусть? — спросил все тот же ученик в жилете. — Чтобы успокоиться и сконцентрироваться, не нужно знать столько заклятий. Достаточно одного или двух!

— Этот вопрос мало изучен, — покачал головой волшебник. — Маги с нами общаться не желают, и при первой же возможности норовят выпустить нам кишки. Однако, дорогой Васиас, если вам посчастливиться столкнуться с одним из них, задайте ему этот вопрос лично.

По аудитории вновь прокатился смешок. Мастер Каледир вновь затянулся трубкой и наполнил воздух ароматным дымом. Запах был приятный, но от него с непривычки першило в горле, и слезились глаза даже у меня, на самой верхотуре. Студенты вновь принялись чихать.

— Но кое-какие соображения на этот счет есть и у меня, — объявил волшебник. — Маги не обучаются в академиях, им не известна истинная природа чародейства, так что они, вполне возможно, искренне верят в силу заклятий. Вполне возможно, что они действительно помогают им творить чары или даже создают при декламировании определенный резонанс, который как-то связан с маной.

— Неужели маги тоже пользуются маной? — воскликнул рыжий студент из первого ряда. — Ведь нас всегда учили, что магия рожается из другого источника, нежели волшебство!

— Мана источник любых чар, — мастер Каледир воздел палец к потолку. — Другое дело как ею пользуются.

— Я читал, что были маги намного сильнее, чем волшебники, — сказал студент в жилете. — Как же такое возможно, если они не знают, как пользоваться маной! Как такое возможно, если маги, с вашей точки зрения, не больше чем волшебники недоучки?

— Дорогой мой, — воскликнул волшебник. — Что вы делаете в компании остолопов? Мне кажется, что вам давно пора начать общаться с умниками! Вопросы, по крайней мере, вы научились задавать.

Студент, смутившись, осторожно покосился на товарищей, которые сделали вид, что ничего не слышали.

— Действительно, встречались в истории и могущественные маги! — волшебник поднял палец вверх. — Думаю, дело тут было в силе их дара. Их дар был настолько силен, что они на подсознательном уровне уже знали как им пользоваться, и могу вас уверить, что заклинаний они не учили!

Хан Хазарк, правивший дикими племенами Алимов триста лет тому назад, сумел объединить племена кочевников и завоевать почти все серединные земли. От границ степи, до самого Внутреннего моря. Лучшие волшебники погибли, пытаясь противостоять его магии. Были разрушены такие города как Инсана, Истра, Илие, Илеу и Иррагу. Он не дошел всего лишь самую малость до Паары, когда силы союзников вынудили его дать бой при Аннувире, где он и был разгромлен.

Волшебник вновь приложился к трубке, на этот раз дым свернулся в тугую спираль и вылетел в открытое окно.

— Я думаю, что если бы маг Хазарк прошел обучение в одной из академий и стал волшебником, никто не смог бы его остановить!

— Его истощила магия, которой он пользовался? — спросил я.

— Несомненно, мастер Гримм, — кивнул волшебник. — Он был уже близок к безумию, так что его боялись даже свои же полководцы. Есть так же теория, согласно которой он был просто отравлен на одном из привалов. А союзникам пришлось сражаться уже с деморализованной и павшей духом ордой.

— И ему не помог Обряд Искупления? — спросил я.

— Об этом нам неизвестно, — пожал плечами мастер Каледир. — Я же говорю, это всего лишь теория… Обряд Искупления нужно повторять постоянно, каждый раз, когда используешь магию. Сначала для этой цели использовались пленники, тысячи пленников. Когда пленников не стало, в ход пошли рабы и даже преступники из числа самих алимов. Кочевники испугались, что Хазарк скоро возьмется и за них, так что, пока не поздно, решили прикончить его сами.

— Выходит, нам повезло, что Хазарк был малообразованным магом? — спросил один из студентов. — А не захудалым волшебником?

— Какое уж тут везение, — возразил другой студент. — Он спалил и разграбил все Среднеземье, уничтожил половину его населения и чуть не превратил все наши земли в степь!

— Ну, в одном нам повезло точно, — заметил волшебник. — Что все это случилось задолго до нашего рождения.

Студенты нервно захихикали.

— Однако в степях время от времени появляются новые могучие маги, которые могут опрокинуть небо и на Паару. Так ведь, мастер Гримм?

Все повернулись ко мне. У меня слова застряли в горле от неожиданности.

— Пока мы тут дремлем, в сладостном неведении, — продолжил волшебник, не дождавшись от меня ответа. — На границах цивилизованного мира идет война за само существование нашей цивилизации. Всего лишь месяц назад, армия королевства Лие, дорогой ценой остановила новое вторжение, которое возглавил могучий маг зонтракийцев Теларис.

В зале повисла напряженная тишина.

— Но мы ничего об этом не слышали! — воскликнул один из студентов. — Как такое возможно?

— Наши правители стараются избежать паники, — пояснил студент в жилетке. — Они к тому же ни за что не признаются в том, что захудалое Лие спасло их от неминуемой катастрофы! Они подадут это нам как незначительную приграничную стычку, о которой не стоит даже упоминать.

Я вскочил со своего места, просто не было сил оставаться пассивным слушателем.

— В битве с кочевниками погибло более десяти тысяч моих сограждан! — воскликнул я, чувствуя, как огонь клокочет у меня в груди. — А кочевников, вместе с зонтракийцами мы уничтожили более тридцати тысяч! Это вы называете незначительной пограничной стычной!?

Студенты смотрели на меня, открыв рты.

— Не осталось ни одной семьи в Лие, где бы ни оплакивали близких, — я чувствовал, что слезы подступают к моим глазам. — Наша армия перестала существовать, и границы нашего королевства теперь открыты для новых вторжений. На этот раз с севера. И это вы называете незначительной пограничной стычкой!?

— Успокойтесь, пожалуйста, мастер Гримм, — попросил волшебник, и я почувствовал, как мои слезы высыхают, а сердцебиение замедляется. Неужели мастер Каледир воспользовался волшебством, чтобы привести меня в чувство?

— Вы знаете, насколько высокомерны и надменны наши правители, — сказал он. — Для них Лие — не более чем точка на карте. Пока беда не окажется у них под носом они ни за что не признаются в ее существовании. И если бы не мастер Кеандр, беда уже стучала бы кулаком в наши городские ворота.

Обессиленный я рухнул на скамью.

— А мастер Кеандр это кто? — спросил один из студентов.

— Это позор что вы не знаете, — мастер Каледир вздохнул. — Однако, именно для того я и здесь, чтобы бороться с вашим невежеством!

Волшебник посмотрел на меня, потом перевел взгляд на аудиторию.

— Это один из самых больших неудачников в истории, — усмехнулся волшебник. — Однако он довольно одаренный чародей и ему пару раз повезло очутиться в нужное время в нужном месте!

У меня вновь язык отнялся, я хотел вскочить со своего места и обвинить мастера Каледира в клевете, но мой зад словно прирос к скамье, а губы словно срослись, не позволяя издать даже звука.

— Он учился в Авалоре и считался одним из самых талантливых учеников, однако удача никогда ему не улыбалась, и за что бы он брался, в конце концов, рассыпалось как карточный домик! — волшебник покачал головой. — В последние годы он был королем в захудалом Лие, но даже это ему оказалось не по плечу.

— Как же такой человек смог справиться с вторжением кочевников? — спросил студент в жилетке. — Похоже, что он все же не такой неудачник, каким вы его нам представили!

Как же я был благодарен «жилетке» в этот момент, за то, что он вступился за моего короля!

— Похоже, что ему просто помогли, — хмыкнул мастер Каледир. — Без посторонней помощи он бы опять все испортил.

На остальные лекции я не пошел. Сидя в трапезной, я лениво ковырял вилкой в остывшем рагу, размышляя над словами мастера Каледира.

Волшебник говорил так, будто был лично знаком с мастером Кеандром. Быть может, в нем говорила личная неприязнь или какая-нибудь старая вражда? А может, они встретились тут совсем недавно и повздорили из-за какой-то мелочи?

Нет! Я не мог представить мастера Кеандра сорящегося с другим волшебником по пустякам, тут должно быть что-то другое. Более глубокое и непонятное!

Мои размышления прервало появление Айса. Выглядел он паршиво. Один глаз заплыл и почти не открывался. На щеке ссадина. Рубашка разорвана, и покрыта кровью смешанной с грязью.

Я разом забыл про свои волнения и, вскочив со скамьи, бросился к другу.

— Айс, дружище, — я подхватил его под локоть и усадил на свое место. — На этот раз тебе крепко досталось!

— Чепуха, — отмахнулся он. — Я мог поджарить их в любой момент как жуков!

— И оказался бы в тюрьме! — хмыкнул я. — Опять твердолобые?

Айс сплюнул кровавой слюной.

— Не, на этот раз элита, — он тяжел вздохнул. — Мы соревновались, кто дальше огнем плюнет! Ну, я и выиграл!

— Так почему же они тебя тогда избили? — удивился я.

— Мы на деньги поспорили, — пояснил Айс. — А они сказали, что я жульничаю, и решили оставить мой выигрыш при себе.

Вид избитого друга привел меня в ярость. Сжав кулак, я изо всех сил ударил по столу. Посуда и приборы взлетели до потолка.

— Ты это… — только и сумел выдавить Айс.

— Мы заставим их за это заплатить! — воскликнул я, поднимая друга на ноги. — С процентами!

Шли мы медленно, Айс сильно хромал на левую ногу, и мне приходилось почти тащить его волоком. Хорошо, что в Академии все было близко, так что на дорогу не ушло много времени.

Клуб молодых волшебников располагался в башне, прилегающей к крепостной стене, на его двери висела табличка: «Твердолобым, остолопам и умникам вход запрещен! Только для элиты! Нарушители будут строго наказаны!»

— Зачем ты к ним поперся? — спросил в сердцах я. — Неужели уже деньги закончились?

— Не в деньгах дело, — вздохнул Айс. — Стихия огня ошибок не прощает! Это я и хотел им доказать! Они то думали что далеко продвинулись во владении даром, а я им доказал что они ошибаются. Наверно именно это их так завело. Ведь все на что они способны, это струйка пламени толщиной в мизинец, да и то через медную трубку!

Я вспомнил, какой столб пламени извергся изо рта Айса той ночью на поле для игры в траки.

— Ты наверняка произвел большое впечатление, — я осуждающе покачал головой. — Мне кажется, что это было просто глупо!

Дверь перед нами распахнулась, и на пороге появился молодой волшебник в щегольском костюме салатного цвета.

— Глядите, остолоп явился за добавкой и еще дружка с собой притащил!

Студент отступил в сторону, пропуская нас в комнату.

— Входите, гости дорогие, мы вам всегда рады!

Мы с Айсом переступили порог и оказались в просторном помещении, ярко освещенном белыми газовыми сферами. На полу лежал ковер с толстым ворсом и причудливым орнаментом из сплетающихся геометрических фигур. В глубине комнаты стоял круглый стол, накрытый парчовой скатертью и заставленный хрустальной посудой, откупоренными бутылками вина и вазами с фруктами.

Вокруг стола на тяжелых стульях с высокими резными спинкам расположились студенты. Их было пять. Все богато и со вкусом одеты, волосы уложены в модные прически блестящие от лака.

Мне уже приходилось видеть представителей элиты. Они разгуливали по улицам академии с выражением надменного превосходства на холеных лицах. В их руках были тяжелые трости, которыми они могли неожиданно огреть зазевавшегося умника или остолопа. Твердолобых они не трогали, считая это ниже своего достоинства, однако я подозревал другое. Твердолобые были крепкими парнями, которые ходили обычно компаниями и всегда были готовы подраться.

Насколько они продвинулись в изучении волшебства, тоже судить не приходилось, однако студенты — новички все равно их побаивались.

— Глядите, это же наш друг Айс! — воскликнул студент в ярко — желтой шелковой рубашке украшенной белыми кружевами. — И кого это ты нам притащил?

— Я знаю его, — сплюнул другой студент, не вставая со стула. — Это мертвяк, которого недавно приняли в Академию.

— Вот это сюрприз! — изумился студент в желтой рубашке. — Я давно мечтал с ним познакомиться!

Окинув комнату взглядом, я оценил обстановку. Пятеро волшебников передо мной и один за спиной. Все было не так уж и плохо. Зонтракийские колонны были гораздо страшнее, не говоря уже о дикой атаке тяжелой кавалерии алимов!

Усмехнувшись, я освободился от цепких объятий Айса и вышел на середину комнаты. Студент в желтой рубашке оказался ниже меня на полголовы. Только издалека он казался грозным, а вблизи он больше напоминал растрепанного петушка со встопорщенными перышками. Я усмехнулся.

— Я сказал что-то смешное? — удивился желтый. Он обернулся к своим товарищам, недоуменно разведя руки в стороны. — Похоже, что я что-то пропустил. Может, ты мне напомнишь, что такого смешного я сказал?

Петушок выпятил грудь и, приподнявшись на носочки, вперился в меня немигающим взглядом.

Другой студент стал тихонько подкрадываться ко мне сзади. Болтать времени не было, так что недолго думая я размахнулся и врезал желтому кулаком в нос.

Тут же развернулся и повторил операцию со стоящим у меня за спиной салатным. Они оба как подкошенные рухнули на пол не успев издать даже звука.

Осталось еще четверо. Я сразу обозначил их по цветам костюмов. Красный, синий, коричневый и клетчатый. Клетчатый оказался самым решительным. Не колеблясь ни секунды, он выхватил из кармана нож и бросился ко мне. Его лицо было бледно, оскаленные зубы крепко сжаты, а глаза сузились в едва различимые щелочки. Он хотел меня убить. Это я сообразил сразу.

Я с легкостью увернулся от удара, но нож исчез из его правой руки и возник в левой. Боль обожгла мой правый бок. Затрещала рвущаяся ткань, брызнула кровь. Правой рукой я схватился за лезвие ножа, а левой открытой ладонью ударил нападающего в подбородок.

Голова клетчатого откинулась назад, что-то хрустнуло, и он упал навзничь как марионетка, которой внезапно обрезали нити.

Все это произошло очень быстро, однако, синий, каким-то образом успел очутиться у меня за спиной. Его сильные руки обхватили меня поперек туловища, не давая даже пошевелиться. Красный и коричневый вскочили из-за стола. В их руках извивались молнии, скручиваясь в вертящиеся сыплющие искрами шары.

— Ну, вот и все, мертвяк, — прошипел мне в ухо синий. — Сейчас ты отправишься прямиком в аннувир!

Волшебники взмахнули руками приготовившись метнуть в меня свои шаровые молнии, как вдруг струя жидкого пламени отбросила их назад. Огонь испепелил их в одно мгновение, шаровые молнии взорвались с оглушительным треском. Я почувствовал, как огромная невидимая рука подхватила меня и отшвырнула прочь. Мир померк, и я погрузился в полную темноту.

Сознание возвращалось постепенно. Сначала я стал слышать странные звуки. Звон стекла, топот ног, стоны раненных. Паника вновь охватила меня. Неужели я вернулся на поле боя? Что это за душераздирающие крики? Крики боли? Звук команд? Боевой клич?

Постепенно начало возвращаться и зрение. Сначала просто матовая пелена, в которой двигались призрачные силуэты. Они были без голов и их ноги не касались земли.

Я моргал, смахивая горячие слезы, мешающие видеть, и тут ко мне вернулось обоняние.

Воздух был наполнен запахом крови и лекарств, горелого мяса и дезинфекции.

То, что произошло накануне, вернулось внезапно и в мельчайших подробностях. Я увидел, как тают в ревущем жидком огне фигурки молодых волшебников, как шаровые молнии в их руках разбухают и превращаются в черные дыры в красной стене огня.

Судорожно втянув воздух в легкие, я закричал.

— Все хорошо, все будет хорошо! — произнес женский голос у моего уха. — Сейчас я сниму повязку.

Пелена упала с моих глаз, и я вновь прозрел. Первое что я увидел, это была девушка — медсестра в голубой униформе. В руках она держала марлевую повязку.

Потом я увидел раненных. Они лежали рядами с обеих сторон от меня. Над их кроватями зависли пузыри с жидкостью, а их тела, с пятнами крови, проступающими сквозь бинты, извивались от боли.

— С тобой все в порядке, — успокоила меня медсестра. — Тебе повезло больше чем твоим товарищам!

 

Глава 5

Осмотревшись по сторонам, я глазам своим не поверил. Это был какой-то ужас. Раненных было человек пятьдесят. Половина из них либо стонала, либо кричала от боли, вторая половина лежала, не шевелясь, очевидно, в забытьи.

Медсестры бегали от одного раненного к другому, меняя капельницы и делая уколы. Усталый доктор сидел за столиком в углу и что-то записывал в тетрадь.

Медсестра постучала ногтем по сосуду у меня над головой, из которого по прозрачным трубкам в мои вены поступало какое-то лекарство, прижала пальцем место, из которого торчала трубка и ловко вытащила иглу.

— Ты, наверно, в рубашке родился, — улыбнулась она мне. — Всего несколько ушибов, да порез на боку. Товарищам твоим повезло гораздо меньше!

Только сейчас я заметил тугую повязку, стягивающую мне грудь. В боку жгло, но боль была терпимой, если не двигаться.

— А что произошло, — спросил я. — Я совсем ничего не помню…

Медсестра покачала головой и погладила меня по щеке.

— Такое случается. У тебя контузия. Наверно ударило взрывной волной, — она оглянулась на доктора. — Нам запрещают об этом говорить, пока идет следствие, но ты сам там был, так, что на тебя, думаю, запрет не распространяется…

Она присела рядом со мной на табурет и, обведя взглядом палату, вздохнула.

— В морге сейчас столько же мертвых, счастье, что нам удалось спасти хоть этих, — она выглядела очень уставшей. — В полночь отряд городской стражи заметил подозрительных людей у храма Орвада. Поклонники Мистар уже несколько раз оскверняли его, так что стражники решили все проверить!

Похоже, что медсестра была в курсе всех событий, что происходили в городе. Ее глаза загорелись, а на щеках проступил румянец.

— Мне неизвестно кого они там встретили, но началась схватка! Срочно вызвали подкрепление, и только они успели добраться до места происшествия, как храм взорвался! Из-под обломков до сих пор вытаскивают мертвых, я видела, что в морг постоянно поступают мешки.

Она сочувственно погладила мою руку.

— Ну что, начинаешь вспоминать? — в ее голосе звучало неподдельное сочувствие. — Наверно не мало твоих друзей погибло… Ты-то сам хоть уцелел, а это главное.

Медсестра легонько пожала мне руку и побежала к врачу, который поманил ее пальцем.

Закрыв глаза я откинулся на подушки. Слава Орваду, все произошедшее не было нашей с Айсом виной, этого я больше всего боялся.

Интересно где сейчас мой друг, все ли с ним в порядке? Надо было спросить медсестру, пока была такая возможность.

— Вот он, ваш студент, — раздался голос у меня над головой. — Живой и почти невредимый. Его сюда дружок приволок, сказал, что на них напали грабители. Колотая рана в боку, потерял много крови. Но жить будет.

Я открыл глаза. Возле моей постели стояли доктор и мастер Райдун.

— Да — да, спасибо большое, доктор, — торопливо поблагодарил библиотекарь. — Я вижу, что у вас и без нас дел невпроворот, я передам его нашему целителю. С ним все будет в порядке.

— Пусть полежит пару дней, иначе швы могут разойтись, — бросил доктор напоследок и вернулся к своим пациентам.

— Я все знаю, — прошептал мастер Райдун. — Айс мне все рассказал!

— Как он? — воскликнул я. — С ним все в порядке?

— Немного закоптился, — хмыкнул волшебник. — Я оказал ему первую помощь. Неприятности, однако, у вас еще впереди, молодые люди! Хорошо хоть не взорвали всю академию, как храм Орвада. Смотри, что тут творится!

Глядя на раненных, я оторопел. Ну как же я мог забыть о записке! Ведь если бы мы с Айсом не отправились на разборки с его обидчиками, я тоже мог бы оказаться в храме Орвада в момент взрыва! Встреча была назначена как раз на полночь!

Я рассказал мастеру Райдуну о записки и о предостережении. Он только покачал головой.

— Ну, хоть в этот раз ты поверишь мне, что это не было случайностью? Что ты не оказался этой ночью в храме?

— Но кто мог хотеть моей смерти? — возразил я. — У меня нет врагов в Пааре, я ведь только недавно приехал!

— У тебя достаточно врагов, которые могли бы последовать за тобой хоть на край света, — сказал волшебник. — Это алимы, зонтракийцы и даже твои дорогие соотечественники. Каждый из них мог быть к этому причастен.

— Еще жрецы Мистар, — добавил я. — Мне сказали, что в Пааре они тоже есть!

— Только этого нам не хватало, — мастер Райдун всплеснул руками. — Их секты есть повсюду, сам знаешь. Это зло невозможно искоренить.

Волшебник приехал в повозке, так что ему удалось устроить меня со всем возможным комфортом на мягких подушках и одеялах.

Паара была похожа на муравейник, который разворотили палкой. Все улицы были запружены солдатами. Повсюду стояли пикеты, и шла проверка документов.

В воздухе пахло дымом и паникой. Ставни на всех окнах были закрыты, палатки торговцев пусты, пропали даже собаки, вечно путающиеся под ногами.

— Взрыв был страшный, — поделился со мной волшебник. — Ума не приложу как такое вообще возможно! Храм разрушило практически до основания. Многие подозревают в этом преступлении жрецов Мистар, или какой другой гнусной секты.

Я рассказал мастеру библиотекарю о снарядах, которые алимы применили в битве против наших копейщиков.

— Это страшное изобретение! — воскликнул волшебник. — Надеюсь, что его создатели погибли вместе со своим секретом!

Я тоже на это надеялся, однако взрыв храма Орвада наводил меня на не веселые мысли.

Мы выбрались из города без особых проблем, однако других путников не впускали и не выпускали. У городских ворот стояли крытые брезентом фургоны, до предела набитые арестованными. Стражники хватали любого подозрительного им человека.

— Такое уже было несколько лет назад, когда убили племянника короля, — поделился со мной волшебник. — Город был несколько месяцев, словно в осаде!

Как оказалось, Айс был в полном порядке. На его лице виднелись следы ожогов, но чудо-мазь, которую на них наложили, творила чудеса.

Нас положили на соседние койки в лазарете и велели быть тише воды — ниже травы. У входа в нашу палату поставили стражника. Не понятно, то ли для нашей защиты, то ли для того чтобы мы не сбежали.

— Знаешь, как я перепугался, когда Элсин и Тован начали свои молнии скручивать! За тебя я больше всего испугался! Подумал, а вдруг огонь и тебя обожжет… Но, слава богам, он тебя даже не коснулся!

— А что случилось с этими, ну, Элсином и Тованом? — спросил я, уже зная ответ.

— Ничего хорошего, — надулся Айс. — От них остались только пряжки с башмаков, да ножи! Тайгвайт, который тебя ножом пырнул, тоже умер, а вот Аспени и Хлир живы — здоровы, и, даю голову на отсечение, сейчас дают показания против нас в трибунале волшебников…

Похоже, что мы с Айсом серьезно влипли! Убили троих студентов, да еще и скрылись с места преступления.

— Нужно было сразу обо всем сообщить, — вздохнул я. — Так нас точно все виноватыми посчитают. Такого натворили, да еще и сбежали.

— Времени не было, — покачал головой Айс. — Надо было тебя в больницу доставить, а потом я сразу побежал к мастеру Райдуну. Он все понял, ведь он один из Советников, надеюсь, что не бросит нас в беде.

До самого вечера к нам никого не пускали. Мы слышали гневные крики студентов за дверью, которые, очевидно, хотели с нами разобраться. Стражники свое дело знали и быстро отправили их восвояси. Я подошел к зарешеченному окну и выглянул на улицу.

У госпиталя собралась приличная толпа. Твердолобые, умники, остолопы и даже элита. Похоже было, что они разделились на два лагеря. Осыпая друг друга бранью, они ожесточенно жестикулировали, и только присутствие нескольких преподавателей предотвращало всеобщую свалку.

Айс выглянул у меня из-за плеча.

— Похоже, не все против нас, — заметил он. — Смотри, все остолопы и умники с одной стороны, а твердолобые с элитой с другой. Если начнется драка, в больнице коек на всех не хватит.

Айс залез на подоконник и, высунув руку в приоткрытое окно, приветственно помахал.

Толпа умников и остолопов взорвалась аплодисментами, твердолобые и элита зарычали от ярости.

— Что ты делаешь! — я ухватил товарища за рубашку и оттащил от окна. — Только драки нам не хватало! Мало что ли того — что мы уже натворили?

— Ты извини меня, — Айс внезапно скис. — Это из-за меня ты постоянно попадаешь в дурацкие истории. Чудо что мы до сих пор еще живы!

— Это не чудо, — раздался с порога голос мастера Райдуна. Он вошел, за его спиной стражники заперли дверь.

— Наломали вы дров, парни, — библиотекарь сжал мое плечо. — Чудо будет, если нам удастся избежать всеобщей свалки! Видите, что творится на улице!

Все хотят вашей крови. Трибунал в этот раз будет суров, но я не дам им чересчур увлечься игрой в правосудие! Да и без моего вмешательства в этот раз, похоже, не обойтись…

— Но почему? — спросил я. — Почему вы думаете, что трибунал не сможет принять справедливое решение?

— Все очень сложно, мои дорогие, — вздохнул мастер Райдун. — Так сразу и не разобраться во всем этом хитросплетении амбиций и интриг, когда каждый действует исключительно в своих интересах, а на правду всем наплевать.

Мы с Айсом озадаченно переглянулись, такого ответа мы никак не ожидали.

— Прежде всего, — начал волшебник. — Держите рот на замке. Отвечайте только на вопросы адвоката. Обвинение постарается вас запутать, будьте к этому готовы.

— Что же с нами будет? — спросил Айс. — Нас выгонят из Академии?

— Ну, это само собой, — кивнул мастер Райдун. — Я постараюсь со всем разобраться. А вы на все вопросы отвечайте правдиво! Даже не думайте о том, чтобы соврать!

По щекам Айса расплылся румянец.

— У нас в Антраге говорят, что правда бывает разной!

— У вас в Антраге судит твой папа, — усмехнулся волшебник. — А здесь, судит коллегия из десяти волков в овечьих шкурах! Они бы твоего папу сожрали со всеми потрохами и вместе со всем его судом.

Айс возмущенно засопел, но ничего не ответил.

— Так что, мои овечки, — закончил мастер Райдун. — Не дайте им перемолоть свои косточки!

За нами пришли ближе к вечеру. Нас укрыли за стеной щитов и вывели на улицу. Толпа разразилась воплями. Умники и остолопы приветствовали нас как героев, а из рядов элиты и твердолобых в нас полетели помидоры и тухлые яйца.

— Не падайте духом, друзья, мы вас не оставим! — кричали одни.

— Пусть аннувир проглотит ваши вонючие внутренности, мерзкие убийцы! — скандировали другие.

У нас с Айсом настроение было совершенно подавленное. Оскальзываясь на битых яйцах и раздавленных помидорах, мы прошли через площадь и спустились вниз по улице к главной аудитории.

С каждым нашим шагом вопли становились все громче, а обстановка все более накалялась.

— Мечи наголо! — скомандовал командир стражников. — А ну, прочь с дороги! Освободите проход!

Толпа отхлынула назад. По щитам забарабанили камни вместо помидоров.

— Ах, вы ублюдки! — закричал кто-то. — Вонючие твердолобые! Получай!

За нашими спинами толпа студентов сцепилась в жестокой схватке. Стражники протолкались к дверям аудитории, где наготове стоял отряд алебардистов во главе с волшебником.

— Прекратите немедленно! — закричал он, обращаясь к толпе. — Иначе отчислим всех без исключения!

В ответ из толпы вылетел помидор и угодил волшебнику точно промеж глаз.

Нас втолкнули в распахнувшуюся дверь, и дальнейшего развития событий мы не увидели.

В этой аудитории я еще не бывал, ее использовали для торжественных мероприятий и собраний. Сегодня, очевидно, был достойный повод открыть резные двери украшенные золотом и слоновьей костью.

В центре зала на возвышении стоял стол, за которым восседало десять волшебников в церемониальных мантиях и остроконечных шапочках.

Стражники подвели нас к возвышению и указали на низенькую скамеечку. Когда мы на нее уселись, наши головы оказались точно вровень с ногами заседателей. Мне вся эта сцена напомнила о другом судебном процессе, на котором мне довелось побывать. Надеюсь, что у волшебников будет побольше здравого смысла, чем у мастера Леонарда.

Один из волшебников встал со своего места и подошел к нам.

— Я мастер Хайл, — представился он. — Я представитель вашей защиты.

С другой стороны к нам подошел еще один волшебник.

— Я мастер Сгилти, — бросил он. — Я постараюсь, чтобы вы получили по заслугам!

Мастер Айдиола Глеф встал со своего места и поклонился защитнику и обвинителю.

— Я мастер Айдиола Глеф буду председателем на этом трибунале и приложу все силы, чтобы правосудие восторжествовало, а виновные были наказаны, — он повернулся к волшебникам, сидящим за столом. — В этом мне помогут уважаемые мастер Каледир, мастер Гвистир, мастер Бервин, мастер Тегир, мастер Хенвис, мастер Дорид и мастер Морин.

Волшебники привставали, когда называли их имя и кланялись. Из всех присутствующих я знал только председателя трибунала и лектора мастера Каледира.

На вид волшебники были не старше моего отца, однако я знал, что на самом деле они гораздо старше, мне даже стало не по себе. Эти суровые лица, наверняка, видали уже не один трибунал, и выносить суровые приговоры им было не в первой. Так что на снисхождение, нам, обычным студентам, рассчитывать не приходилось.

— Начинает обвинение, — объявил мастер Айдиола и сел.

Мастер Сгилти вышел вперед, повернулся лицом к трибуналу, а к нам спиной. Я заметил, что под остроконечной шапочкой у него начинает расти лысина, а мантия блестит на заду.

— Уважаемый трибунал, — начал мастер Сгилти. — Перед вами стоят два студента обвиняемые в убийстве троих товарищей, в причинении вреда еще двоим и в подстрекательстве к бунту.

— Скотина! — прошипел сквозь зубы Айс, однако обвинитель либо не расслышал его, либо сделал вид, что не расслышал.

— Я докажу вам что все их поступки носили злонамеренный характер и посему, эти двое должны понести самое жесткое наказание!

Вперед выступил защитник.

— Уважаемый трибунал, — сказал мастер Хайл. — Я постараюсь доказать что мои подзащитные стали жертвой стечения обстоятельств и не имели никакой злонамеренности! К тому же последнее обвинение не было включено в протокол, и посему не может быть рассмотрено на заседании этого трибунала.

— Согласен, — кивнул председатель. — Мастер Сгилти, следуйте протоколу, будьте так любезны.

Обвинитель злобно зыркнул на мастера Хайла, у которого на лице ни один мускул не дрогнул.

— Продолжайте, обвинение, — приказал председатель.

— Вчера ночью, обвиняемые Маркус Гримм и Айссивед Антрагийский ворвались в клуб старших учеников, затеяли ссору, спровоцировали драку, в процессе которой троим из студентов были нанесены ранения не совместимые с жизнью. Причем оба обвиняемых использовали волшебство, что строжайше запрещено уставом Академии. Это, несомненно, послужит отягчающим обстоятельством при вынесении вердикта. Убийство, оскорбления, нарушения законов, как видите, эти двое не остановятся не перед чем! Более отвратительных преступников даже наш трибунал никогда не видел!

— Это серьезное обвинение, — мрачно кивнул председатель. — Что на это скажет защита?

— Уважаемый трибунал, — мастер Хайл повернулся к нам боком и показал на нас рукой. — Кого вы видите перед собой?

— Мерзких убийц! — рявкнул мастер Дорид. — Которым место не в Академии, а на соляных копях!

— Это обвинение их такими видит, — защитник даже бровью не повел. — А вам пока еще рано выносить подобные суждения, пока их вина не доказана. Или вы хотите, чтобы вас отстранили от участия в трибунале?

— Следите за своим языком, мастер Дорид! — рявкнул председатель. — Или я вас попрошу покинуть заседание.

Мастер Дорид насмешливо подмигнул обвинителю Сгилти и закрыл рот рукой.

— Я продолжу, с вашего позволения, — защитник поклонился трибуналу. — Кого мы видим? Я скажу вам кого! Двух студентов, один из которых совсем недавно поступил в академию, а второй, обычный остолоп, который за три года учебы даже не приблизился к овладению собственным даром!

Мастер Хайл испытующе посмотрел на трибунал.

— Неужели вы думаете, что они могли злонамеренно напасть на шестерых старших учеников владеющих даром и причинить им вред?

Судьи зашептались и согласно закивали.

— Это просто нелепо! — продолжил мастер Хайл. — Скорей всего произошла досадная случайность, которая и повлекла за собой смерть учеников.

— И какова это случайность? — подал голос мастер Каледир. — Нам всем интересно, расскажите, уж будьте любезны!

— Уважаемый трибунал! — обвинитель вышел вперед. — У нас есть свидетели, которые все могут рассказать! Они видели все своими глазами!

— Пригласите свидетелей, — разрешил председатель.

В зал ввели Аспени и Хлира. На их головах красовались повязки, они оба хромали и держались друг за друга. Вид у них был довольно жалкий, не то, что в клубе. Вся спесь и надменность куда-то улетучились, а вместо них остались покорность и смирение.

— Смотри, какие невинные овечки, — прошептал Айс. — Сейчас они понарасскажут!

Аспени и Хлира поставили рядом с нами. Они стояли, понурив головы и взявшись за руки как маленькие дети.

— Расскажите, что произошло, — приказал председатель. — Нам всем не терпится узнать.

— Уважаемый трибунал, — Хлир сделал шаг вперед и поклонился. — Мы молим богов только ободном, чтобы правосудие свершилось, и наши убиенные друзья были отомщены…

— Трибунал решит, — успокоил их обвинитель. — Рассказывайте, ничего не утаивая.

— Мы до сих пор не верим, что остались в живых! — по щекам Хлира потекли слезы. — Это было так ужасно!

— Не испытывайте наше терпение! — нахмурился председатель. — Говорите по существу!

— Да, ваша честь, — всхлипнул Хлир и кивнул на Айса. — Вот этот студент, накануне проиграл нам пари. Он ушел, отказавшись заплатить за проигрыш, заявив, что мы жульничали и пригрозил, что мы за это заплатим! Вскоре он вернулся, но не один. Мы подумали, что он все же решил отдать долг, и впустили его в клуб…

— А какое это было пари? — перебил его защитник. — Мы можем узнать?

Хлир уставился на обвинителя, тот только мотнул головой.

— Отвечайте, свидетель! — приказал председатель.

— Мы… Решили проверить, кто дальше плюнет огнем! — выпалил Аспени. — В этом нет ничего предосудительного!

— Конечно нет, — кивнул мастер Хайл. — Но почему вы решили соревноваться с этим остолопом? Вы же заранее знали, что он проиграет!

— Вот видите, — оживился Хлир. — А он обвинил нас в обмане и отказался платить!

— Да я… — начал было Айс, но я остановил его, ткнув локтем под ребра.

— Что было дальше? — спросил председатель.

— Он привел своего друга и вдвоем они на нас напали! — воскликнул Аспени. — Последнее что я помню, это огонь повсюду и крики несчастных Элсина, Тайгвайга и Тована!

— Погодите, — остановил свидетеля защитник. — Я чего-то не понимаю. Вы утверждаете, что Айссивед позвал на помощь своего друга Маркуса, который вообще не владеет даром, и они вдвоем расправились с шестью старшими учениками?

— Я не знаю, чем владеет Маркус, — раздраженно отмахнулся Хлир. — Это Айс спалил моих друзей!

— Вы же только что сказали, что он проиграл вам пари в плевании огнем? — изумился защитник. — Значит его дар намного слабее вашего! Значит, вы сами способны испепелить кого угодно?

Аспени и Хлир опустили головы избегая встретиться взглядом с защитником.

— Какой там, — хмыкнул мастер Морин. — Это мои ученики, ни на что такое они не способны.

— Как же тогда Айссивед мог проиграть пари, если он может сжечь человека заживо, а вы не можете? — удивился мастер Хайл. — Может вы что-то перепутали?

— Ничего мы не перепутали! — огрызнулся Хлир. — У нас просто в головах все помутилось и мы ничего не помним!

— Значит они никакие не свидетели, — вздохнул защитник. — Если ничего не помнят!

— Это вы их запутали своими дурацкими вопросами! — возмутился мастер Сгилти. — Теперь я буду задавать вопросы обвиняемым!

— Боюсь это невозможно, — пожал плечами защитник. — Они отказались с вами говорить.

— Это возмутительно! — вспыхнул обвинитель. — Это же неуважение к суду!

— Ну, это мы как-нибудь переживем, — хмыкнул председатель. — Пусть защитник их сам допрашивает, это его право.

Мастер Хайл подошел к нам.

— Маркус Гримм, расскажите, как все было на самом деле, — он понизил голос. — Говорите только правду.

Я рассказал о том, как встретил избитого Айса и мы решили пойти разобраться с обидчиками. Рассказал так же, что произошло в клубе, и как я оказался в городской больнице. Умолчал я лишь о мастере Райдуне.

— Ну что ж, мастер Хенвис, — председатель встал со своего места. — Кто из ответчиков говорил правду, а кто лгал?

Мастер Хенвис небрежно махнул рукой в сторону Аспени и Хлира.

— Эти постоянно врали, — он презрительно сплюнул. — Этот говорил правду, но, возможно, о чем-то умалчивал.

Оказывается, один из волшебников обладал даром различать, кто говорит правду, а кто ложь! Было трудно поверить, что такой волшебник оказался именно здесь! Ведь правители всех государств мечтали заполучить советника с таким даром, но они очень редко встречались и предпочитали не распространяться о своих способностях.

— Ваши свидетели превращаются в обвиняемых, — нахмурился мастер Айдиола, обращаясь к обвинителю.

Аспени и Хлир застыли, словно громом пораженные. Такого поворота событий они явно не ожидали!

— Ну что ж, — председатель записал что-то в тетради, лежащей перед ним. — Теперь нам все ясно. Если у кого есть дополнительные вопросы, задавайте их сейчас.

— Какие еще вопросы, — пробурчал мастер Каледир. — Все и так понятно. Давайте закругляться, время уже позднее.

Волшебники закивали и заерзали на своих стульях.

— Трибунал выяснил, — Айдиола Глеф встал со своего места, сжимая в руках тетрадь. — Имеют место следующие преступления: нарушение дисциплины, азартные игры, использование чар с целью убийства и, наконец, убийство при помощи чар.

Я заметил, что наш защитник беспокойно оглядывается по сторонам. Он словно искал кого-то. И тут до меня дошло — мастера Райдуна не было в зале!

— Похоже, дело дрянь, — шепнул мне Айс.

— Мастера Райдуна нет, — ответил я. — Что-то с ним случилось, он никогда бы нас не бросил!

— Трибунал постановил, — продолжал председатель. — За нарушение дисциплины, азартные игры и использование чар с целью убийства приговорить студентов Аспени и Хлира к исключению из Академии, лишению дара и к пяти годам каторжных работ на галерах.

Аспени и Хлир громко закричали и рухнули на колени перед трибуналом моля о снисхождении. Стражники надели на них цепи и поволокли прочь. Студенты визжали, кусались и проклинали судей.

— Студентов Айссиведа Антрагийского и Маркуса Гримм признать виновными нарушении дисциплины, азартных играх, в использовании чар с целью убийства и в убийстве по предварительному сговору. Приговорить их к исключению из Академии и к смертной казни через повешение. Приговор надлежит привести в исполнение немедленно, во избежание возможных беспорядков.

Не смотря на весь ужас ситуации, в которой мы оказались, я не смог сдержаться от смеха. История с судом в Лие повторялась в точности.

— Ну что ж, — воскликнул я. — Декорации и актеры другие, а комедия все та же!

— О чем это ты, — удивился Айс. — Нас сейчас за шею повесят, до самой смерти! Мой папаня любил преступников вешать, а это казнь не из приятных! Уж можешь мне поверить!

— Мы будем сражаться! — упрямо заявил я. — В этот раз вам попались не ягнята для заклания!

Волшебники смотрели на меня ошарашено, Айс тоже остолбенел.

— Это же волшебники! — Айс указал мне рукой на трибунал. — Все до одного! Что мы можем против них?

— Ну и что, что волшебники, у них тоже кровь в жилах, уж я то знаю, — закричал я. — Они умирают точно так же как и простые люди, просто с большим пафосом!

Я не мог удержаться от нервного смеха. Эти волшебники не выглядели грозными. Вот Теларис, тот был страшным! Теларис был ужасным! От одного его вида хотелось забиться к маме под юбку и скулить как побитый щенок.

А эти волшебники были обычными мужичками средних лет, наряженными в смешные мантии и дурацкие шапочки. Я их не боялся. И стражников не боялся. Пусть хоть один попробует подойти ко мне, быстро узнает, как дерутся скауты!

— Ну и ладно, — вздохнул Айс. — Я все равно с тобой по уши в этом дерьме, так почему бы и не нырнуть.

У Айса запахло дымом изо рта, его грудь начала вздыматься как кузнечные мехи, а глаза весело заблестели.

— Посмотрим, напоследок, кто из них чего стоит!

Волшебники повскакивали со своих мест и ошарашено глядели на нас. Вся их мощь и сила дара ничего не стоили против нашей решимости и злости.

Я был убийцей мага, а они нет! Это я был волком, а они всего лишь овцами!

— Друзья мои! — раздался знакомый голос. — Извините меня за опоздание! Хвала богам, что я не совсем опоздал!

На пороге стоял мастер Райдун — настоящий верховный волшебник.

— Кто-то наверно решил подшутить, — продолжал мастер Райдун, как ни в чем ни бывало. — Наложив заклятье на двери в моих покоях! Они никак не хотели открываться, так что мне даже пришлось выбираться через окошко!

Мастер Райдун весело рассмеялся, оглядывая застывшую перед ним картину. Волшебники и стража в одном конце зала, я с Айсом и мастером Хайлом в другом.

— Но вот я здесь, чтобы в очередной раз всех помирить! — волшебник прошел через весь зал и встал между нами и трибуналом. — Сядьте, дорогие мои, в ногах правды нет.

Волшебники заворчали, но просьбу библиотекаря исполнили. Мы с Айсом остались стоять.

— А я уже как печка раскочегарился, — весело хмыкнул Айс. — Устроил бы им тут барбекю по Антрагийски!

Мастер Райдун заложив руки за спину, прошелся вдоль стола, лукаво поглядывая на заседателей.

— Знаете, а я тоже проводил свое расследование, — сказал он. — У меня, правда, не было свидетелей, которых можно допросить, но кое-каких успехов я все же достиг.

В зале воцарилась напряженная тишина.

— Я хочу вам всем задать по одному вопросу, — улыбнулся мастер Райдун. — А мастер Хенвис проследит, чтобы никто не соврал. Договорились?

Волшебники настороженно следили за старым библиотекарем.

— Начнем? — он подошел к нам и, встав рядом, повернулся к трибуналу. — Кто отравил студентов в большой трапезной?

Все не колеблясь, сказали, что не знают.

— Я ожидал такого ответа, — улыбнулся мастер Райдун. — Мастер Хенвис, все ли сказали правду?

Мастер Хенвис колебался всего секунду.

— Да, мастер Райдун, — он важно поклонился. — Среди них нет лжецов!

Волшебники подозрительно смотрели на библиотекаря, на некоторых лицах читалась насмешка. Похоже, что они воспринимали верховного волшебника как выжившего из ума чудаковатого старика.

— Что это означает, мастер Райдун? — строго спросил Мастер Айдиола, вернее двойник, который временами забывал кто он на самом деле.

Мастер библиотекарь на него не обратил ни какого внимания. Он не спеша подошел к мастеру Хенвису и пытливым взором уставился на него.

— А кто вас проверит, мастер Хенвис? Кто скажет, лжете вы или говорите правду?

Мастер Хенвис смутился. Отступил на шаг назад.

— Если я раньше сомневался, что вы причастны к этому преступлению, то теперь точно знаю, что вы в нем замешаны. Ведь вы распознали, кто лжет, и теперь покрываете преступника! В этом была ваша ошибка!

Хенвис бросил быстрый взгляд на остальных волшебников и попятился, выставив руки перед собой.

— Это Каледир, мой господин, — воскликнул мастер Хайл. — Он на него посмотрел!

— Что за чушь! — мастер Каледир рассмеялся. — У вас должны быть доказательства посерьезней, чем взгляд мастера Хенвиса!

— У нас они есть, — спокойно уверил его мастер Райдун. — Как вы считаете, многие в Академии могут обронить в кухне перо птицы Арро?

— Опять чушь, — усмехнулся мастер Каледир. — Я эту шляпу только купил!

— Вот как? — удивился мастер Райдун. — Значит, перо птицы Арро не могло оказаться в кухне не по тому, что вас там не было, а потому, что вы недавно купили шляпу? Удивительно!

Мастер Каледир на секунду задумался, потом его лицо исказила гримаса злости.

— Мерзкий старикашка! Ты меня так просто не запутаешь!

Однако было поздно, рука мастера Айдиолы легла на его плечо, и он теперь не мог даже пошевельнуться, ему оставалось только стоять, как истукану, и бешено вращать глазами.

— Ну, дорогой Хенвис, что вы на это скажете? — мастер Райдун подошел вплотную к перепуганному волшебнику.

— Я не знал, что так все выйдет, мы должны были отравить только одного студента!

— Вот этого? — мастер Райдун указал на меня пальцем.

— Да, — мастер Хенвис упал на колени. — Пощадите, господин, я все расскажу!

— Я в этом ни на секунду не сомневаюсь, — улыбнулся мастер Райдун, похлопав коленопреклоненного волшебника по щеке.

 

Глава 6

Впервые за время пребывания в академии я оказался в кабинете Айдиолы Глефа. Он был больше похож на музей, чем на рабочий кабинет главного волшебника.

На полках вдоль стен скалились чучела хищников, со стеклянными глазами и желтыми зубами. На насестах сидели чучела экзотических птиц. В застекленных шкафах, под светом газовых ламп, переливались всеми цветами радуги редкие кристаллы, всевозможных форм и размеров.

Массивные шкафы были забиты старинными фолиантам и свитками. На стенах висели картины в рамах, пожелтевшие карты и драгоценные гобелены. Каменный пол был устлан пушистыми коврами с геометрическими рисунками и звериными шкурами.

К потолку был подвешен скелет огромного животного с когтистыми лапами, но без черепа. Он висел на крюках и толстых цепях, слегка покачиваясь в потоках воздуха влетавших сквозь открытое витражное окно.

Под окном стоял рабочий стол с аккуратными стопками бумаги и тщательно разложенными письменными принадлежностями.

Мастер Райдун уселся за стол, а нам указал на стулья стоящие рядком у противоположной стены.

Мастер Айдиола остался стоять.

— Вы меня не поняли, господин, — вздохнул он, — я всегда пекусь только о благе Академии, вы же это знаете! Сами посмотрите, какой беспорядок у нас воцарился! Студенты на гране бунта! Мое решение быстро все исправило бы. Правосудие и устрашение, вот что сейчас нам нужно!

— Правосудие нужно всегда, — кивнул мастер Райдун. — А кого вы собираетесь устрашать? Юных волшебников? Которым год из года мы стараемся привить свободомыслие? Вы думаете, что мы в казарме?

Мастер Айдиола упрямо выпятил подбородок.

— Да какие они волшебники, один ни на что негодный сброд!

— Именно по этому, — усмехнулся мастер Райдун. — Вы решили повесить наших лучших учеников за последние сто лет?

Мастер Айдиола пожал плечами, он, очевидно, не понимал, о чем говорит старый волшебник.

— Я хотел повесить смутьянов, от которых пользы меньше чем от амбарной мыши.

— Похоже, что я вам дал слишком много свободы, мой дорогой, — вздохнул библиотекарь. — А сам слишком долго занимался не тем, чем был должен.

— При всем моем уважении, — ощетинился мастер Айдиола. — Я больше пятидесяти лет управляю Академией и с каждым годом наши доходы все выше и выше, тогда как при вас, мы влачили лишь жалкое существование!

— Вы забываете, мой дорогой, что цель Академии воспитывать волшебников, а не зарабатывать деньги, — парировал мастер Райдун. — И я что-то не припомню, чтобы за последние пятьдесят лет наши стены покинул хоть один настоящий чародей.

— Это уж не моя вина! — воскликнул мастер Айдиола. — Дар становится все реже, и тем труднее становится обучать тех, кто им обладает.

— А может вы разучились находить тех — кто обладает даром? Может сверкание золота вас ослепило?

— Вы не можете говорить со мной в таком тоне! — возмутился волшебник.

— Это еще почему? — удивился мастер Райдун.

— Потому что я — Айдиола Глеф! Главный волшебник и ректор этой Академии! — ярость сверкнула в глазах волшебника.

— Да ну? — засмеялся мастер Райдун. — А кто же тогда я?

— Ты выживший из ума старикашка, который думает, что все еще может всеми манипулировать! — зубы волшебника оскалились в зловещей ухмылке. — Твое время прошло! Я больше не намерен терпеть твои выходки!

— И как же ты поступишь? — невозмутимо поинтересовался библиотекарь, над которым грозно навис разъяренный волшебник.

— Да я… — мастер Айдиола сжал кулаки.

Мы с Айсом вскочили со своих мест готовые вступиться за старика, но наша помощь ему не понадобилась.

— Ты просто извинишься за свою несдержанность, — сказал мастер Райдун. — Снимешь свою мантию и отправишься в путешествие. Когда пройдет год, ты вернешься в Академию и больше никогда не вспомнишь о том, что ты мне наговорил сегодня.

Мастер Айдиола как зачарованный смотрел на маленький кулачок библиотекаря, лежащий на столе.

— Да, господин, — наконец выдавил он. — Простите меня, господин, я не знаю что на меня нашло.

— Я прекрасно тебя понимаю, — улыбнулся мастер Райдун. — Груз ответственности может сломать и человека покрепче чем ты, а теперь ступай, у тебя есть сутки на сборы.

Волшебник низко поклонился и торопливо покинул помещение.

— Как вы его, мастер Райдун! — воскликнул Айс. — Он чуть от страха не обделался!

— Ну, этого я хотел меньше всего, — улыбнулся волшебник. — С сегодняшнего дня я вновь становлюсь мастером Айдиолой и лично возьмусь за наведение порядка!

Айс недоуменно выпучил глаза и повернулся ко мне.

— Так мастер Райдун на самом деле Айдиола Глеф? — он испуганно отступил на шаг назад. — Простите, что говорил про вас гадости, господин! Вернее я про того говорил… Который не вы… То есть, того который был вами!

— Это ты меня прости, — кивнул волшебник. — Что не придавал значения твоим словам. Быть может, если бы я раньше выполз из своей норы, можно было бы избежать всего этого безобразия.

Айс смущенно потупился.

— А теперь, мне нужно с вами поговорить на очень серьезные темы, — волшебник указал нам на стулья. — Ты Айс, уже несколько лет учишься в нашей академии и должно быть заметил, что происходят разные странные вещи?

Айс кивнул.

— Самое странное, что нас практически перестали учить практике, давая только теорию. Если бы не ваши уроки, я до сих пор игрался бы с зажигалкой на пальце!

— Я тоже это заметил, — кивнул волшебник. — Но на мои вопросы я так и не получил внятного ответа ни от одного члена коллегии. У меня сложилось впечатление, что студентам намеренно мешают овладеть даром. Потом стали исчезать ценные книги из хранилища, и наконец — отравление студентов, среди которых было несколько весьма способных молодых людей!

Волшебник достал что-то из кармана и положил на стол перед нами.

— Ответ оказался простым, когда я нашел это. Зонтракийское золото!

Мы с Айсом с интересом принялись изучать монетки, лежащие на столе.

— Ко мне в городе подошел человек, который знал что я библиотекарь, и вызвался купить у меня несколько редких книг из хранилища. Я сказал ему, что это слишком рискованно и отказался. Через некоторое время этот человек вновь встретил меня в городе и предложил крупную сумму денег и убежище в Зонтракии. Головоломка постепенно начала складываться, и я стал вести собственное расследование.

Мы с Айсом слушали, раскрыв рты. Головоломка начала складываться и для меня.

— Зонтракийцы подбили алимов на вторжение в Лие, — сказал я. — Ими командовал маг Теларис!

— Я знаю, — кивнул волшебник. — Зонтракийцы скупали у нас редкие магические манускрипты и препятствовали обучению новых волшебников. Несколько лет назад в Пааре был убит племянник короля, молодой талантливый волшебник, и мне, почему-то, кажется, что это тоже их рук дело. Похоже, что они планировали новое нападение, но Лие смешало их планы. Теларис не справился с поставленной задачей, а помешали ему два человека. Мастер Кеандр и ты, мой дорогой друг!

Айс ошарашено уставился на меня, но я остановил поток вопросов, закрыв ему рот рукой.

— Значит, мастера Хенвис и Каледир работали на зонтракийцев?

— Совершенно верно, — кивнул мастер Айдиола. — Они продавали им книги и информацию, они же и попытались убить тебя, получив приказ от зонтракийского шпиона.

— Но какой в этом был смысл? — удивился я. — Какую я представляю для них угрозу?

— Возможно, они хотели поквитаться за смерть Телариса, — ответил волшебник. — Ведь в Лие каждый знает, как ты поразил его стрелой из арбалета!

Айс громко всхлипнул и вновь ухватил меня за рукав.

— Так ты действительно… Так ты не врал!

Я вновь отмахнулся от друга.

— И что же теперь будет? — спросил я. — Если зонтракийский шпион все еще в Пааре, он может вновь попытаться меня убить!

— Я думаю, что они уже пытались, — мастер Айдиола напомнил мне о взрыве в храме Орвада и о трибунале.

— Обстановка накаляется с каждой минутой, — вздохнул волшебник. — У тебя есть талант заводить могущественных врагов!

— И могущественных друзей! — парировал я.

— Слава богам, что так! — улыбнулся мастер Айдиола. — Мы вас спрячем, подальше от зонтракийцев. Пока не вернется мастер Кеандр, вы с Айссиведом поступите под командование капитана Горманта, который завтра утром покидает Паару.

Главный волшебник взял со стола лист бумаги и быстро написал несколько строк. Макнул свой перстень-печатку в чернила и поставил под подписью оттиск.

— Капитан Гормант мой старинный друг и замечательный человек, он позаботится о вас как о собственных сыновьях, — волшебник свернул письмо и спрятал его в кожаный футляр.

— Мой ученик Айссивед продолжит твое обучение, — мастер Айдиола подмигнул ошарашенному Айсу. — Но и сам, надеюсь, многому от тебя научится!

За окнами еще светили звезды, а Айс уже стоял у меня на пороге. В руках он сжимал мешок с пожитками и пачку книг, перевязанных веревкой.

— Слава Орваду, ты уже не спишь! — воскликнул он. — Мне уж не терпится поскорее отсюда убраться! Представляешь, кто-то измазал мою дверь дерьмом, а в окно бросил дохлую кошку! Надо сматываться поскорее. Кабы чего похуже не бросили!

Я приготовил свои вещи еще ночью. Взял я с собой не много. Нарядные костюмы и шляпу я решил оставить и ограничиться только самым необходимым.

— Я беспокоюсь о своем коне, — сказал я Айсу, забрасывая мешок на плечо. — Что теперь с ним будет?

— Совершенно напрасно! — успокоил меня Айс. — Конюх Эргариад обещал о нем позаботиться, я заплатил ему за три месяца вперед. О моей кляче он тоже позаботится, хотя вряд ли она еще столько протянет. Папаша мне подарил такую, которая, наверно, еще его деда возила!

Мы заперли свои комнаты и не спеша направились к воротам. Знакомый стражник поманил нас пальцем предлагая зайти в сторожку.

— Ох, не нравится мне это, друг Марк! — прошипел Айс. — Приготовь-ка ты ножик!

Ножик я готовить не стал, но за стражником пошел. В сторожке нас поджидал мастер Айдиола. Он обнял нас с Айсом по очереди и пожелал удачи. Стражник тихонько приоткрыл дверь и вывел нас наружу. За крепостной стеной стояла повозка с возницей. Мы забросили в нее свои мешки и забрались за ними следом.

Повозка раскачивалась из стороны в сторону, удаляясь все дальше и дальше от Академии, унося нас навстречу новым приключениям.

Несмотря на ранний час, жизнь в порту била ключом. Сотни грузчиков как работящие муравьи разбирали горы товаров сложенных на берегу, и грузили их в трюмы.

Суровые рыбаки тащили корзины с рыбой, возвращаясь с ночной ловли. Бойкие перекупщики тут же грузили их в свои повозки и расплачивались звонкой монетой.

Поджарые матросы с темной кожей покрытой татуировками драили палубы и проверяли такелаж. Мастеровые сбивали ракушки с днищ кораблей вытащенных на берег. Дымились чаны с кипящей смолой.

Кричали таможенники, купцы вторили им иноземной бранью, размахивая руками унизанными злотыми браслетами и кольцами.

Над всем этим возвышался лес мачт, сотен кораблей стоящих у причалов. Меж ними сновали маленькие рыбацкие лодчонки с шустрыми подростками, продающими фрукты и дешевое вино.

— Какая вонь! — недовольно поморщился Айс. — Надеюсь, что мы от нее избавимся как только выйдем в море!

Мне же наоборот, нравился запах порта. Запах соленого ветра, свежей рыбы, иноземных специй и кипящей смолы.

Он даже чем-то походил на запах степей, это был запах свободы и приключений.

Настроение у меня было отменное. Ведь сегодня я в первый раз ступлю на палубу настоящего корабля! И как герои зачитанного мною до дыр романа о бесстрашном Каллесире, отправлюсь к неведомым островам и загадочным землям!

— Уважаемый, — Айс остановил торговца несущего на плече свернутый ковер. — Вы не знаете, где мы можем найти капитана Горманта?

— Это все знают! — хохотнул торговец. — На борту «Карателя», а где же еще?

— Это название корабля? — удивился Айс, оглядывая суда стоящие у причалов.

— Это название чудовища! — торговец расхохотался. — Только что же вы, молодые господа, ищете его здесь? Вам надо к военным причалам. Спросите там!

До военных причалов было далековато. Они были отгорожены от порта длинной косой сооруженной из массивных каменных блоков. На вершине косы стояла сторожевая башенка, и дежурили солдаты.

— Нам туда, — Айс показал рукой на башенку. — Не уж то нас на военный корабль назначили?

Мы обогнули порт и успели порядком вспотеть, пока добрались до цели. Сквозь открытые ворота были видны ряды боевых кораблей стоящих стройными рядами как на параде. Деловитые матросы шныряли туда-сюда между складами, толкая перед собой одноколесные тачки.

— Эй, вы, чего надо! — появившийся солдат загородил нам обзор. — Нечего пялиться!

— У нас письмо к капитану Горманту! — сказал я, доставая письмо из футляра.

— Нас определили на «Карателя», — важно добавил Айс.

Солдат усмехнулся.

— Гребцами, небось? — он осмотрел нас придирчивым взглядом. — И кому это в голову пришло? Какая от таких польза?

Он взял письмо и озадаченно покрутил его в руках, поглядел на печать и пожал плечами.

— На пропуск не похоже. Погодите, я читать не учен, кликну сейчас офицера.

Офицер мельком глянул на подпись и вытянулся во фрунт.

— Проходите, господа, вас давно ожидают! — мы забрали письмо и двинулись дальше.

Сзади послышался звук удара и страшный вопль.

— Я тебе покажу, гребцов вонючих! — мы узнали голос офицера. — Это же господа волшебники!

— Правильно, — одобрил Айс. — Волшебников нужно уважать!

Мы уже удалились на приличное расстояние, а вопли и звуки ударов все еще были слышны.

Через ограждение парапета мы могли любоваться стройными рядами галер, совсем маленьких, и немыслимо огромных. Они были раскрашены в разные цвета, с элегантными изогнутыми архштевнями, похожими на рыбьи хвосты и высокими форштевнями, заканчивающимися острыми таранами. Бронзовые эпотиды, изображающие конские, бараньи, тигриные головы — сверкали в лучах восходящего солнца.

— Их тут, наверно, больше сотни! — вздохнул Айс. — Как же мы найдем нужный нам корабль? Так, глядишь, и останемся на берегу!

— Спросим, конечно! — усмехнулся я.

Мы спустились к пристаням, и к нам на встречу тут же выбежал дежурный. Моряк был босой, в коротких широких белых штанах и голубой куртке с эполетами. На поясе у него висел короткий меч.

Прочитав письмо, он коротко поклонился.

— Господа волшебники, вас ожидают в самом конце пирса. «Каратель» уходит через час, не опаздывайте!

Мы решили сначала представиться капитану, а уж потом, если останется время, побродить по порту разглядывая военные корабли.

В конце пирса стояли два огромных судна, с одного из которых был спущен трап. Загорелые моряки как обезьяны карабкались по мачтам, подвязывая паруса перебрасываясь шутками и весело хохоча.

— Меня на такую верхотуру не загонишь даже палкой, — хмыкнул Айс. — А этим, поди, даже нравится!

Матросы заметили нас и замахали руками, что-то крича.

Я махнул им в ответ и, потянув за собой товарища, двинулся к трапу.

Борт корабля возвышался над причалом метров на пять, солнце било нам прямо в глаза, так что приходилось щуриться и крепко держаться за веревочные перила, чтобы не свалиться в воду, взбираясь по крутому трапу.

— Кто такие?! — рявкнули у нас над головами, черный человеческий силуэт появился прямо перед нами как чертик из коробочки. От неожиданности я даже подпрыгнул. Айс вцепился мне в спину, и мы вдвоем повисли на поручнях.

— Мы ищем капитана Горманта, с «Карателя», — сказал я.

— А на кой он вам? — недружелюбно поинтересовался незнакомец. Я никак не мог различить его лица, так как он стоял против солнца, зато нас моряку было видно прекрасно. Он так же сразу понял, что мы не моряки и, видимо, изрядно потешался над нашей неуклюжестью.

— Что там, Бевид? — раздался другой голос. Этот голос мог принадлежать только великану с луженой глоткой, привыкшему перекрикивать рев бури! Наверно это и был капитан!

— Вас разыскивают какие — то сухопутные, господин, — ответил Бевид. — Может ваши незаконнорожденные детишки?

— Тащи их сюда! — от рева капитана даже трап задрожал у нас под ногами. — Сейчас погляжу, есть ли фамильное сходство!

Мы с Айсом переглянулись.

— Ну и друзья у мастера Айдиолы! — проворчал Айс. — Чую, драить нам палубу в ближайшие несколько месяцев…

Бевид помог нам перелезть через фальшборт и затащить свои мешки.

Я осмотрелся по сторонам. Палуба была довольно широкой, метров пять в центре, к носу она сужалась, заканчиваясь высоким форштевнем. Доски выскоблены до белизны, повсюду сложены аккуратные бухты канатов, и свернутая парусина.

У бортов стоят метательные машины, накрытые чехлами, наверняка скорпионы и баллисты!

— Идите на корму, — кивнул Бевид, — Капитан там.

Вид у этого Бевида был бравый! Копна иссиня-черных волос, торчащие напомаженные усы и шрам, спускавшийся по щеке за ворот голубой форменной рубахи.

Подпоясан он был красным кушаком с коротким мечом на перевязи, переброшенной через плечо. Обуви он не носил, да и какая обувь могла налезть на такие чудовищные ступни!

— Видал, какие ласты у Бевида, — хихикнул Айс мне на ухо. — Как у тюленя! По суше на таких не походишь!

На корме стоял навес, под которым за столом сидел щуплый седой человечек, который что-то ловко подсчитывал на счетах. Рядом с ним высились аккуратные стопки монет, золотых, серебряных и даже медных.

— Уважаемый, где мы можем найти капитана? — спросил я человечка. Тот, как ни в чем не бывало, продолжал свое занятие, не обращая на нас внимания.

— Ты что оглох, уважаемый? — хмыкнул Айс. — Мы ищем капитана!

— Вы его нашли! — рявкнул человечек, да так, что палуба затряслась у нас под ногами.

Он отложил счеты в сторону и, сложив руки на животе, откинулся в кресле. Внимательно осмотрел нас с ног до головы и скептически покачал головой.

— В прошлый раз мошенники были более похожими, — он смешно наморщил лоб. — А вы, похоже, даже не знаете меня в лицо!

— Это потому, что мы никакие не мошенники, — голос Айса звучал сконфуженно. — Марк, дай ему письмо!

Стряхнув оцепенение, я быстро положил письмо на стол перед капитаном.

— Что это? — он недоверчиво скосил глаза на бумагу. — Предупреждаю сразу, денег из меня вы не вытяните.

— А нам сказали, что вы нас ожидаете! — удивился я. — Похоже, вышла какая-то ошибка.

Капитан мельком глянул на печать, его лицо тут же изменилось. Он схватил письмо и быстро пробежал его глазами.

— Хвала богам, что вы пришли! — он вскочил на ноги, чуть не перевернув стол. Стопки монет задрожали и рассыпались. Золото со звоном поскакало по палубе. Мы с Айсом собрались было пуститься за ним вдогонку, но капитан остановил нас взмахом руки.

— Умоляю вас, оставьте этот презренный металл! — он указал нам на кресла стоящие в тени под навесом. — Садитесь, мои дорогие!

Мы с Айсом осторожно сели, все еще не понимая причины столь быстрой перемены отношения к нашим особам.

— Счастлив познакомиться, господа! — он протянул нам руку. — Капитан Гормант — к вашим услугам.

— Айссивед, — пожал ему руку Айс. — Можете меня звать просто Айс.

— Маркус Гримм, — поклонился я. — Или просто Марк.

— Мастер Айссивед, — капитан энергично потряс руку моего товарища. — Я и мечтать не мог, что мастер Айдиола пришлет к нам волшебника первого ранга, да еще и с учеником! Теперь наше плавание, наконец, принесет результаты!

Айс уставился на капитана как на сумасшедшего, потом перевел взгляд на меня.

— Тут какая-то ошибка! — начал он.

— Никакой ошибки! — воскликнул капитан, размахивая письмом. — Вас назначили именно на мой корабль, на «Каратель», а я — капитан Гормант! Так что все верно!

Он сунул письмо нам под нос и показал пальцем.

— Я знал, что в этот раз мастер Айдиола меня не подведет!

Мы вперились взглядами в лист бумаги, на котором стояла размашистая подпись волшебника и его личная печать.

«Дорогой Гормант, «— говорилось в письме. «Посылаю вам, как и обещал, одного из своих лучших учеников, волшебника первого ранга Айссиведа Антрагийского и старшего ученика Маркуса Гримма. Считаю, что они больше других подойдут для вашей миссии. Берегите их как зеницу ока, лучших волшебников у нас нет! Пусть удача будет с вами. Капитану «Карателя» Горманту от Айдиолы Глеф. «

Это было неожиданно и забавно, Айс тут же раздулся от важности как пузырь. Отпихнув от себя письмо, он важно вытянул ноги и вздохнул.

— Никак не привыкну к тому, что я уже волшебник, — пояснил он капитану. — Видите ли, совсем недавно я был всего лишь учеником!

— Совсем недавно, — подтвердил я с издевкой, но Айс этого не захотел замечать.

— Но вы ученик самого Айдиолы, это более чем достаточно! — улыбнулся капитан. — Для нас это большая честь!

— Для нас тоже, — сказал я, незаметно толкая новоиспеченного волшебника в бок. — Не так ли, учитель?

Айс выпустил воздух из легких и сдулся как воздушный шар.

— Да, да, конечно! Огромная честь! У вас такой большой корабль! Просто гигантский!

Мастер Гормант оживился.

— Вы никогда не плавали на пентере? Ну что же, обещаю вам массу новых впечатлений! Вы еще увидите ее в бою! Узнаете, почему мы ее назвали «Каратель»!

— В бою? — спросил Айс и сразу скис. Очевидно, такая перспектива его совсем не прельщала.

— Конечно! — воскликнул капитан с энтузиазмом. Он вытащил из-под стола карту побережья и, смахнув монеты на пол, развернул ее перед нами.

— Сезон мореплавания только начался, и пираты вновь возьмутся нападать на наши торговые пути. Задача «Карателя» — обнаружить пиратские базы и уничтожить как можно больше пиратских кораблей!

— Именно в этом нам и понадобится ваша помощь, — он провел пальцем по изрезанной заливами, бухтами и устьями рек линии побережья. — Сами мы ни за что не сможем найти пиратских баз! Это все равно, что искать иголку в стоге сена.

Без вас, мы, как всегда, устроили бы засаду и ждали у моря погоды! Теперь, с вашей помощью, мы нанесем удар прямо по их логовам и уничтожим все их корабли прямо у причалов!

Лицо Айса скривилось, будто он лизнул лимон. Однако мне все сразу стало понятно. Мастер Айдиола считал, что одного моего присутствия на борту пентеры будет достаточно, чтобы принести успех экспедиции.

Мне даже самому стало любопытно, прав ли он. Не ошибается ли мастер Кеандр, считая, что мой дар заключается в способности приносить удачу?

— Вы сможете дать нам эту карту? — спросил я капитана. Тот энергично закивал и пододвинул ее ко мне. — Мой учитель посмотрит ее, когда мы будем в открытом море, тогда мы и решим, куда надо плыть.

Капитан встал с кресла и поочередно пожал нам руки.

— Располагайтесь под моим навесом, я прикажу, чтобы принесли ваши вещи, — сказал он. — Завтрак подадут, как только мы покинем порт. А теперь извините, мне нужно заняться подготовкой к отправлению.

— Пришлите кого-нибудь прибраться, — напомнил ему я, указывая на монеты, рассыпанные по полу.

Капитан кивнул и быстрыми шагами удалился.

— Ты что, с ума сошел? — зашипел Айс, как только мы остались наедине. — Я же ничего не смыслю в мореплавании! Что нам теперь делать!

— Положиться на удачу! — ободрил его я. — Она нам очень понадобится!

 

Глава 7

Капитан Гормант встал за руль. Маленькие лодчонки зацепили пентеру канатами и быстро оттащили от пирса. По команде Бевида двести пятьдесят весел синхронно вспенили воду и «Каратель» буквально сорвался с места.

Мы с Айсом стояли у форштевня, слушая, как таран с шипеньем вспарывает бирюзовую волну. Соленые брызги долетали даже до нас. Запах моря был опьяняющим после тяжелых ароматов порта. Хотелось вскарабкаться на мачту и закричать от радости!

Через несколько минут перед нами развернулась панорама города, какую видят только моряки, прибывающие в Паару.

Сотни кораблей теснящихся у причалов, лес мачт и такелажа, разноцветные полотнища парусов, всевозможные флаги и вымпелы. Все это качалось, шевелилось, порт, словно дышал могучей грудью, а над всем этим — белоснежные стены Паары. Могучие башни с боевыми машинами, маленькие изящные башенки, украшенные сверкающими шпилями, взбирались вверх по холмам, опоясывая город кольцом. За городскими стенами теснились крыши соборов, стены дворцов и башни гильдий. Только в одном месте зияла уродливая закопченная дыра, на месте где раньше стоял храм Орвада.

Я перевел взгляд вправо и тут же увидел прекрасный замок академии. Мне хотелось верить, что мастер Айдиола тоже сейчас смотрит на нас с какой-нибудь высокой башни и машет нам рукой.

Я помахал в сторону берега, так, на всякий случай.

Некоторое время мы плыли сквозь проход между высокими каменными стенами, защищающими гавань. Двести пятьдесят весел, как одно, вонзались в воду, бросая корабль вперед. Мы обгоняли неуклюжие торговые суда, которые буксировались к выходу в море гребными лодчонками.

Позади нас на палубу выбрались морские десантники. Они поснимали свои доспехи и были одеты только в легкие белые туники. Мне показалось, что на палубу спустилась стая чаек, так трепетали на ветру их одеяния, напоминая птичьи крылья.

Глубоко под палубой слышался размеренный бой барабанов, отбивающих ритм для гребцов. Весь корпус корабля был напряжен и словно устремлен вперед в стремительном броске.

— Как вам наша красавица? — спросил Бевид. Он стоял чуть позади нас, его волосы развевались на ветру, а напомаженные усы задорно топорщились наперекор всем стихиям.

— Это прекрасный корабль! — воскликнул я. — Такое ощущение, что она летит над водой!

— Ну, мы просто решили пофорсить перед торговцами, — усмехнулся Бевид. — Обычно мы так гребцов не гоняем. Выйдем в море, поставим паруса, дадим им отдохнуть. А вот в бою уж придется им попотеть!

Вскоре каменные стены окончились, мы прошли под двумя массивными башнями, на вершине которых были установлены камнеметы и торчали медные трубы огнеметательных машин.

Еще несколько ударов весел и «Каратель» вырвался в открытое море. Капитан дал судну удалиться от суши на приличное расстояние и повернул его так, что бы мы направились вдоль берега.

Засвистел свисток, и половина весел втянулась в борт, скорость сразу упала вдвое.

— Пойдемте, капитан вас ожидает, — Бевид пригласил нас следовать за собой.

Я расстелил карту на столе, придавив ее углы книгами. Айс важно уселся в кресло, закинув ногу на ногу.

— Мой ученик решит, какой курс нам взять, — сказал он. — Его чутье никогда не подводит.

Глядя на извилистую линию берега, на сотни островов, заливов и проливов я чувствовал полную беспомощность. Мое пресловутое чутье молчало. Нужно было что-то делать.

— Покажите мне, где проходят торговые пути, — попросил я. — И если не трудно, отметьте их на карте.

Капитан и его помощник склонились над столом.

— Дело в том, — вздохнул капитан. — Что на карте обозначены только самые большие острова, на которых есть вода и где живут люди. Есть еще сотни, на которые не ступала нога человека и которые картографы даже не потрудились обозначить.

— Любое место, где можно вытащить корабль на ночь, может послужить укрытием для пиратов, — подтвердил Бевид. — И здесь таких предостаточно.

— Мы торгуем со многими островами, но это так, мелочи, — продолжил капитан. — Главные торговые пути ведут к Мино, Артере, Пилесу и Гонкору.

Он показал мне на карте главных торговых партнеров Паары.

— Из Мино везут вино и мрамор, из Артеры ткани, из Пилеса зерно, а из Гонкора масло, пеньку и кожу. Ближе всего к нам находится Артера, а дальше всего Гонкор и Пилес. Остров Анки чуть дальше, чем Артера, но плаванье занимает вдвое больше времени, так как торговцы по пути заходят в крупные порты Итара, Библа, Кортаса и Родара.

— Я вижу, что торговые пути из Мино, Пилеса и Гонкора объединяются у Итара, — заметил я.

— Да, торговцы предпочитают собрать несколько кораблей вместе для дальнейшего плавания, и следуют до Паары вместе, так безопаснее.

А где чаще всего случаются нападения? — спросил я.

— Чаще всего, конечно, по пути к Итар, — Бевид пальцем очертил район. — Но и дальше их путь тоже не безопасен. Пираты иногда собирают целые флотилии и дерзко грабят торговцев у самих берегов Паары.

— Что там торговцы! — воскликнул Гормант. — Они и прибрежные города грабят. Берут провиант, воду, рабов. Города покрепче отбиваются, ну а те, что послабее, предпочитают откупаться, отдавая последнее.

— Значит самый опасный участок здесь, — показал я на карте. — А самый соблазнительный здесь?

— Конечно, — согласился Бевид. — Между Итар и Родаром лежит только Кортас, большой остров, но кортасцы люди не очень приятные, так что их стараются избегать.

Корабли идут переполненные товаром так, что еле ползут. Зато, они нанимают в складчину на Итаре боевые суда, для сопровождения, так что шансов добраться до Паары невредимыми гораздо больше.

— Понятно, — кивнул я. — А как вы делаете засады? Как вы выбираете место?

— У нас есть люди, которые слушают, — доверительно сообщил Бевид. — Слушают разговоры в портах, в ночлежках и трактирах. Очень часто пираты сами выбалтывают свои планы, так что нам остается только устроить засаду и потопить мерзавцев!

— На самом деле, — вздохнул Гормант. — Пиратом может оказаться любой рыбак, который решит подзаработать. Они либо сами собираются в команды, либо нанимаются к пиратским капитанам.

Мы даже несколько раз пытались внедрить в пиратские эскадры своих людей, но, ни один из них пока не возвратился…

Я глядел на карту и почему-то не мог оторвать своего взгляда от острова под названием Порск. Что-то меня к нему тянуло всякий раз, когда я хотел посмотреть на другие острова! Может это мой дар пытался таким образом привлечь мое внимание?

— А это что за остров? — спросил я, указывая на остров.

— Это плохой остров, — Бевид сплюнул. — Когда то на нем жили люди, однако, сто лет назад их всех убил страшный мор. С тех пор туда никто не заходит. Все стараются обходить его стороной, и, даже в шторм, никто не решится на нем укрыться!

— Смотрите, — оживился я. — Это место может быть идеальной базой для пиратов! Оно лежит вблизи от всех торговых маршрутов, с него легко устроить вылазку в любом направлении, к тому же, все обходят его стороной!

— Вы когда-нибудь слышали о Черном Море? — усмехнулся Бевид. — Люди не зря обходят его стороной! Если заболеет хоть один человек, вымрет вся команда. Если такой корабль вернется в родной порт, вымрет весь город…

— Прошло уже сто лет, — вставил Айс. — Мастер Гвиатук, в своем трактате о болезнях утверждает, что ни одна хворь не может существовать без разносчиков. Эпидемия убивает сама себя, когда погибает последний больной!

— Но может быть, что хворь вызвали какие-нибудь болезнетворные испарения! — возразил капитан. — Они же никуда не ушли!

— За сто лет любое болото может пересохнуть! — возразил Айс. — Ведь до этого люди жили спокойно и не болели? Скорей всего эпидемию им занесли извне, и она закончилась, когда умер последний обитатель острова. Карантин в сто лет вполне достаточный срок!

— Мы пойдем к этому острову, — решил я. — Понаблюдаем за ним, и если заметим что-нибудь подозрительное, проверим.

— Будь по-вашему, — с облегчением согласился капитан Гормант. — Для того вы и нужны, чтобы указывать нам курс!

— Но, кормчий… — начал было Бевид.

— Мы идем к Порску, — отрезал капитан. — Разворачивайте корабль.

— Команда будет недовольна! — буркнул помощник и пошел отдавать приказания.

Матросы ловко вскарабкались на мачты и спустили паруса. Бледно синие полотнища затрепетали, набирая ветер.

Теперь мы шли под парусами. Весла убрали и гребцам позволили выбраться на палубу подышать свежим воздухом. Верхняя палуба вскоре наполнилась людьми как деревенская площадь в базарный день.

Гребцы были сильными и загорелыми. Их длинные руки бугрились мускулами, а грудные клетки у них были как бочонки. Они сначала справляли нужду, а потом становились в очередь к котлу с кашей и амфорам с вином.

— Сколько здесь народа! — удивился Айс, прикладываясь к кружке с белым разбавленным вином, которое моряки пили вместо воды.

— Это еще не все, — хмыкнул Бевид. — На нижних палубах еще сотня гребцов, которых мы не выпускаем.

— Почему? — теперь уже я удивился. — Они же там все задохнутся!

— А пусть задохнутся, я тогда на весла солдат посажу, — сплюнул помощник капитана. — Все толку больше будет!

— Это преступники, — пояснил капитан, протягивая матросу, пустую кружку. — В конце плавания из них останется не больше половины, зато останутся самые сильные и выносливые.

— Будь моя воля, — сказал Бевид. — Я бы никогда не взял на борт этих бандитов. Пусть лучше в тюрьмах гниют!

— Они должны иметь возможность искупить свои преступления, — возразил Гормант. — Не все они бандиты. Так что, будь добр, не забудь приказать, что бы их накормили.

Ворчливый помощник удалился, бурча что-то себе под нос.

— Бевид отважный моряк и прекрасный помощник, — усмехнулся капитан. — Нужно только найти к нему подход, тогда он станет вам самым верным другом.

Гребцы расселись вдоль фальшбортов, в тени скорпионов и баллист стуча ложками по своим медным тарелкам. Отовсюду слышался смех и обрывки сальных анекдотов.

— Похоже, что им нравится такая жизнь, — Айс передернул плечами. — Целый день сидеть в жаре и духоте, ворочая тяжеленным веслом!

— Ну что вы, — возразил капитан. — Они только в штиль садятся на весла или в бою, а так у них довольно сносные условия. Вот на нижних палубах, там действительно ужасно!

В такой чудесный день не хотелось думать о плохом. Я выбросил из головы все, что мешало наслаждаться солнцем, ветром и морем.

По небу неторопливо плыли кудрявые облачка, вдали виднелись силуэты островов. Высоко над нашими головами перекликались марсовые. Разомлев на солнце, я вернулся под навес и улегся в гамак, подвешенный между опорами. Айс с капитаном остались на носу, а над их головами матрос раскрыл большой шелковый зонт с бахромой на краях.

С моей койки была хорошо видна вся палуба. Мне было видно, как Бевид смеется с матросами, как гребцы лениво бросают кости, как маленькие серебристые рыбки выпрыгивают из воды и летят рядом с кораблем, планируя на широких алых плавниках-крыльях. Веки мои постепенно сомкнулись, и, впервые за много дней, я забылся спокойным безмятежным сном.

Когда я проснулся, бок невыносимо чесался. Похоже, что нужно было сменить повязку. Вынув из своего мешка сверток с мазями и полосками чистой ткани, я неторопливо занялся раной.

Над головой пролетали черные тени чаек, они скользили по холсту навеса, а их крики были пронзительными и сварливыми.

— Патор! — закричал марсовый. — Прямо по курсу!

Под навес заглянул капитан. Увидев, что я занят своими ранами, он тихонько опустился в кресло, взял со стола книгу и погрузился в чтение.

— Мы будем останавливаться на Паторе? — спросил я, когда закончил с перевязкой.

— Да, мы остановимся на ночь, — кивнул капитан. — Здешние воды довольно коварны, не хотелось бы оставаться на плаву в темноте. К тому же на Паторе вполне приличные гостиница и таверна. Можно будет отдохнуть с комфортом.

— А сколько нам добираться до Порска?

— С попутным ветром дня четыре, — капитан закрыл книгу. — Но это если очень повезет. Сейчас ветер редко держится по несколько дней к ряду.

Мы вышли на палубу. Оказалось, что я проспал почти весь день! Солнце клонилось к горизонту, воздух заметно посвежел, стало легче дышать.

— Ну, ты и отрубился! — к нам подошел Айс. — Проспал весь день!

— Это из-за раны, наверно, — предположил я. — Что-то я стал сильно уставать.

— У нас еще есть время, — успокоил меня капитан. — Успеете отдохнуть как следует.

Остров Патор вскоре превратился из точки в гигантскую скалу, заслонившую полнеба. «Каратель» обогнул его с южной стороны и мы сразу же увидели огни маяка на выступающем в море мысе и небольшой опрятный городок.

У нашего судна была неглубокая осадка, поэтому мы без труда смогли пришвартоваться у пристани рядом со складами. Кроме нашего корабля в порту находилось еще с десяток торговцев и одна военная галера из Паары.

Капитан послал матроса на галеру, чтобы пригласить ее капитана в гости. Гребцы вместе с солдатами быстро перешли по сходням на берег и наперегонки припустили в город.

— Может, останетесь на борту? — спросил Бевид. — Я достану амфору лучшего вина и закажу в трактире котелок жаркого!

— Нет уж, — ответил Айс. — Еще успеется! Спать я предпочитаю на твердой земле.

Таверна действительно была хорошей. Она не только вместила в себя экипаж нашего судна, но еще и свободного места осталось прилично.

Еда была простой, но вкусной, а вино, хоть и сильно разбавленным, но хорошим.

— Совсем неплохо служить во флоте, — заметил Айс. — Мне служба представлялась более суровой!

— Ну, это потому что тебя не заставляют ничего делать, — кивнул я. — Посидел бы ты на веслах, я бы посмотрел, как ты запел!

— Все равно во флоте лучше, чем на суше! — покачал головой Айс. — Вот кавалерист — целый день в седле задницу мозолит, пехотинец плетется сзади, ноги стирает и пыль глотает. Причем все свое барахло нужно на себе тащить. То ли дело во флоте! Даже если на веслах! Сегодня за весь день они от силы час гребли, когда нужно было между отмелей пройти.

Айс подмигнул хорошенькой служанке, что принесла новую бутыль с вином.

— Увидим новые места, познакомимся с новыми людьми. Мне такая жизнь по душе!

Не прошло и суток, как Айс пожалел о своих словах!

Шторм налетел вскоре после рассвета. Маленькое облачко на горизонте вскоре превратилось в черные грозовые тучи, которые мгновенно поглотили весь мир, погрузив нас в кромешную темноту.

Ветер крепчал с каждой секундой, принося с собой все новые и новые тучи, из которых хлынул ледяной дождь и зазмеились ослепительные молнии.

— Это «Дыхание Мистар»! — только голос капитана мог пробиться сквозь рев бури и громовые раскаты грома. — Оно словно поджидало нас, притаившись за каким-то островом.

Вот тебе и удача! Я изо всех сил вцепился в поручни, глядя, как гигантские валы перекатываются через фальшборт.

Моряки действовали хладнокровно и слаженно. Они сняли восьмиметровые мачты и надежно прикрутили их к палубе, задраили все входы в трюм, привязали к фальшборту такелаж, чтобы его не смыло в море, и заняли свои посты.

В трюме тоже кипела бурная деятельность. Весельные порты запечатывались деревянными ставнями и запирались надежными задвижками. Весла складывались в проходах между гребцами и связывались веревками.

Из рундуков достали обрезки просмоленной парусины и деревянные молотки, чтобы в любой момент законопатить течь. Через каждые два метра зажгли аварийные светильники и приготовили огнетушители.

Капитан и его помощник заняли свои места у бортовых рулей, команда из двадцати матросов была готова выполнить любое приказание.

— Держитесь! — голос капитана звучал как раскат грома. — Да помогут нам боги!

Мы с Айсом спустили свои пожитки в трюм, помогли закрепить мебель под навесом и скатать гамаки. Бевид привязал нас толстыми канатами к медным кольцам, вделанным в изогнутый форштевень.

— Держитесь крепко, господа волшебники, — предупредил он нас. — Если вас смоет за борт, прямиком отправитесь в аннувир!

Мы намертво вцепились в поручни, с тревогой вглядываясь в сгущающуюся темноту.

Страшный удар грома заставил палубу корабля содрогнуться. В нескольких метрах от нас в воду вонзилась шипящая молния! На несколько секунд я ослеп, перед глазами мелькали какие-то световые пятна и черные точки.

Когда зрение вернулось, я поглядел на Айса. Мой друг держался молодцом, правда вся его куртка была перепачкана блевотиной.

Очередная гигантская волна подбросила нас как щепку, и вновь началось бесконечное падение в черную бездну, озаряемую лишь белыми молниями и наполненную жуткими раскатами грома.

Стиснув зубы, я старался не закричать, повернулся к Айсу и увидел, что рот моего друга открыт в беззвучном крике. Тогда я тоже закричал! Стало легче, но уже через секунду мы чуть не захлебнулись, когда ледяная волна накрыла нас с головой.

Волна схлынула, и в леденящих вспышках белого света я увидел согнутые фигуры капитана и его помощника стоящие в пенных водоворотах у рулей.

Это зрелище меня потрясло! Маленький капитан то и дело с головой исчезал в ревущих волнах, перехлестывающих через палубу. Свирепые порывы ветра рвали волосы с головы помощника. Однако, они, словно вросли в палубу, превратившись в одно целое с рулями!

Они направляли корабль через беснующуюся стихию, не давая ему перевернуться, наскочить на жуткие клыки обнаженных скал, спасая наши жизни только силой своей воли!

— Будь я проклят! — прошептал я, давясь соленой водой. — Это же сами боги!

Одежда на моряках светилась. Светилась палуба, рангоут и труп матроса, которого волна гоняла туда-сюда по доскам настила, пока он не застрял головой между привязанных мачт.

Иногда корабль скатывался так глубоко в черную бездну, что я мог поклясться, что видел даже дно моря!

Страшные утесы, величиной с замок, покрытые ракушками и водорослями вырастали с обеих сторон и, казалось, что столкновение неизбежно, однако в последнюю секунду мы пролетали мимо, и бездна вновь смыкалась за нашими спинами, поглощая их и вынося нас на поверхность!

Буря швыряла наш корабль как скорлупку, и я, трясясь от холода, гадал, где же предел сил нашего кормчего. Когда румпель, наконец, выскользнет из его обессиленных рук и пучина поглотит нас.

Однако капитан Гормант и его помощник Бевид казались вытесанными из камня. Время от времени они что-то кричали, может, подбадривали друг друга, а может просто потешались над стихией, которая вновь решила проверить их на прочность.

В очередной раз наш корабль скатился в черную бездну и, казалось, вот-вот чиркнет килем по морскому дну, когда прямо над нами, в стене воды появились гигантские глаза. Кто-то смотрел на нас немигающим взором, вселяя ужас в наши сердца и превращая кости в студень.

Такого зрелища даже Бевид не выдержал, его тело безвольно обмякло, и он повис на румпеле как сломанная кукла. Капитан только втянул голову в плечи и пошире расставил ноги, между которыми кружились пенные водовороты.

Из воды высунулось гигантское извивающееся щупальце, и ловко подхватив труп моряка, выдернуло его из плена между мачтами. Голова несчастного оторвалась и покатилась по палубе, через секунду исчезнув за бортом.

Тут же появились новые щупальца. Каждое из них было длиннее предыдущего. Они были темно-красного цвета с отвратительными желтыми присосками.

Щупальца шарили по палубе, отрывая от нее привязанные рундуки, такелаж и кричащих матросов. Страшная морда покрытая бородавками и увенчанная чудовищным клювом нависла над нами и принялась забрасывать добычу в разверстую пасть!

Айс, белый как полотно, смотрел на чудовище. Его рот был разинут, он так кричал, что его глаза вылезли из орбит, а зубы обнажились в страшном оскале.

И тут меня озарило! Набрав побольше воздуха в легкие я закричал, стараясь перекрыть чудовищные раскаты грома. У меня ничего не получилось, но мой друг, очевидно, почувствовал что-то и посмотрел на меня.

— Огонь, Айс! — кричал я, надеясь, что он сможет прочесть по губам. — Огонь!

Я сложил руки у рта раструбом, как делал это мастер Кеандр и направил его в сторону чудовища. Лицо Айса на миг окаменело, потом его озарила улыбка, очевидно, он понял меня.

С надеждой я смотрел, как вздымается его грудь, на манер кузнечных мехов, как его ноздри раздуваются, выпуская струйки дыма. Глянув на меня еще раз, он сложил руки раструбом и выплюнул небольшой сгусток пламени, который тут же с шипением исчез в волнах.

Волшебник закрыл глаза, откинул голову назад, совсем как в ту ночь, на поле для игры в траки, и выдохнул огонь.

Пламя было не желтого оттенка как огонь мастер Кеандра, а голубого! Струя огня с шипением разрезала волну, которая накатила на нас, и меня тут же ошпарило паром. Чудовище только успело глянуть на нас огромными глазами и исчезло в чудовищном водовороте, сжигавшем плоть и испарявшем тонны воды.

Жуткий взрыв швырнул корабль вверх и на нас посыпались ошметки горящей и плавящейся плоти. Чудовище разнесло на куски, его холодная кровь закипела, разрывая его изнутри!

Капитан повернулся к нам, на его лице застыла страшная улыбка, словно на лице мстительного божества!

В следующую секунду мы вновь взлетели над черной бездной и вновь начали бесконечное скольжение в ужасные глубины.

Я посмотрел на друга и увидел, что он потерял сознание. Айс висел на своих веревках, а его голова моталась из стороны в сторону. Его лицо было красным, а губы покрыты чудовищными волдырями.

Небо высоко над головой вновь превратилось в крошечный лоскуток, а стены воды окружили нас со всех сторон. Корабль зацепил боком за обнажившуюся скалу. Затрещали и разлетелись доски фальшборта, моя голова откинулась назад и я, ударившись затылком, провалился в благодатное забытье.

 

Глава 8

Вновь и вновь я видел, как чудовищные щупальца смыкаются вокруг корабля и тащат его на дно. Я видел огромные, круглые, немигающие глаза, которые, казалось, заглядывают прямо в душу, наполняя все мое существо неконтролируемым первобытным ужасом.

Проснулся я от собственного крика. Бевид стоял надо мной, прижимая к моему лбу мокрую тряпку.

— Он очнулся, слава богам! — воскликнул он и крепко меня обнял. — Выпей это!

К моим губам приблизилась чашка, из которой доносились отвратительные запахи. Это была квинтэссенция смрада и горечи, однако я проглотил ее одним глотком.

— Скоро тебе станет легче, — пообещал помощник капитана.

Я приподнялся на локте и увидел, что Айс лежит рядом со мной на куске сухой парусины, а свернутый гамак подложен ему под голову.

— Как он? — выдохнул я. Горло першило, и звуки с большой неохотой вырывались из него наружу.

— Бредит, — ответил капитан, присаживаясь на корточки. С ужасом я увидел, что его смоляная борода стала белой как снег! — Мы молимся богам, чтобы они вернули его из мира сновидений, как вернули тебя.

С помощью моряков мне удалось сесть, голова все еще кружилась, однако слабость потихоньку покидала мои члены.

Почувствовав жжение на груди, я распахнул рубаху. Это был мой амулет. От него исходили успокаивающие горячие волны.

Я схватил его обеими руками и жадно стал впитывать идущую от него силу. Через несколько минут я смог подняться на ноги, почувствовав себя словно заново рожденным.

Моряки с недоверием следили за моим воскрешением. Под их пытливыми взглядами я надел амулет на шею другу и взял его за руки.

Ладони Айса были холодны как лед. Его обожженное лицо время от времени искажалось от мучительной боли, однако в сознание он не приходил.

Вскоре его руки потеплели, я чувствовал, как сквозь него проходят живительные токи испускаемые Слезой Сердца! Прямо на наших глазах ожоги на его лице заживали, обожженная кожа отваливалась, обнажая здоровую розовую плоть.

Дыхание Айса выровнялось и веки затрепетали. Через несколько минут он открыл глаза и улыбнулся мне.

— Давно я так славно не спал! — сказал он.

Без посторонней помощи он вскочил на ноги и осмотрелся по сторонам.

— Что тут произошло? — спросил он. — Я что, проспал все самое интересное?

Я тоже встал, силы переполняли меня как вино амфору, только что не выплескивались через край. Рана в боку совсем не ощущалась, даже затылок, которым я так треснулся накануне, совсем не болел.

— Ты что, совсем ничего не помнишь? — спросил я, осматриваясь по сторонам.

— Ну, как тебе сказать… — Айс нахмурился.

Со всех сторон к нам подходили матросы и тянули к нам руки пытаясь прикоснуться.

— Руки прочь! — приказал Бевид. — Нашим волшебникам троекратное ура!

— Ура! — закричали моряки расступаясь. — Ура нашим спасителям!

Картина, представшая перед нами, была ужасна! Вся палуба была завалена обломками фальшборта, из настила выдраны целые доски, такелаж разодран в клочья. Разбитые рундуки, треснувшая мачта, повсюду следы огня и рыжие пятна в местах, где страшные щупальца коснулись палубы.

Груды влажных водорослей высились повсюду, мертвая рыба и раздавленные крабы хрустели под ногами.

На носу моряки складывали погибших товарищей. Их было человек двадцать — тридцать.

— Этим, — кивнул капитан. — Досталась легкая смерть. Это гребцы каторжники, они захлебнулись в трюме, на нижней палубе. Еще пять наших лучших матросов стали жертвой чудовища…

Борода у капитана была теперь белее снега, а вот волосы на голове оставались черными. Можно было только представить, какой ужас он пережил, когда на его глазах, страшная тварь, пожирала матросов.

— Ура Убийце Чудовищ! — закричали моряки.

Айс все вспомнил, как только снял с шеи Слезу Сердца. Его лицо побледнело, но он тут же справился с собой, и принялся пожимать руки матросам.

— Вот это была тварь! — кричал один из его новых товарищей. — Больше нашего корабля в десять раз!

— А какие страшные щупальца! — вторил другой.

— А вы помните его глаза? — кричал третий. — Через них можно было заглянуть прямиком в аннувир!

Айс быстро подключился к всеобщему торжеству. Его грудь выпятилась, и голову даю на отсечение, из ушей заструились струйки дыма!

Я подошел к мертвецам, которых уже принялись зашивать в парусину. Их лица были синими и распухшими, когда их шевелили, казалось, что внутри их тел булькает вода.

Внезапно я замер. Лицо одного из покойников показалось мне знакомым. Я отодвинул в сторону моряка, который неловкими стежками шил ему саван, и присел на корточки. Ошибки быть не могло!

Это был студент Аспени, который совсем недавно давал против нас показания в суде! Какая страшная участь! Я даже вздрогнул от неожиданности, и вдруг мою спину пронзила страшная боль.

Вскрикнув, я упал лицом вниз на грудь мертвого студента, от толчка его рот раскрылся и их него хлынул фонтан черной жижи.

Матросы закричали, у меня над головой началась какая-то свалка, но встать я не мог. Мои руки и ноги потеряли всякую чувствительность, оставалась только слепящая боль в спине, от которой перехватывало дыхание и из глаз текли слезы.

— Он воткнул ему иглу прямо в позвоночник! — закричал какой-то матрос. — Бейте гада!

Драка вновь возобновилась. Мне были слышны звуки ударов и сдавленные крики, словно кому-то зажимали рот.

Айс склонился надо мной и тоже увидел мертвого Аспени. Он его сразу узнал.

— Вот беда! — вздохнул он.

— Не трогай иглу, — закричал Бевид. — Он может умереть, если ты ее вытащишь!

— Он умрет, если я ее не вытащу! — упрямо возразил Айс. Меня вновь обожгло как ударом бича. Однако дышать сразу же стало легче. Слеза Сердца мерно пульсировала у меня на груди, теплыми волнами изгоняя боль из моего тела. Через несколько секунд я уже смог сесть, ухватившись за руку товарища.

— Слава Орваду, все в порядке! — закричал Айс. Матросы дружно взревели и захлопали себя по ляжкам в знак приветствия.

Бевид и Айс подняли меня на ноги, демонстрируя команде, что я жив и, похоже, здоров.

Человек, напавший на меня, лежал на палубе лицом вниз. Под его головой растекалось пятно крови.

— Я, кажется, знаю, кто это, — хмыкнул Айс, пытливо осматривая меня с ног до головы. — Он запросто мог бы тебя убить, если бы попал в позвоночник.

— А он и попал, — Бевид осматривал мою спину. — Прямехонько между лопаток!

Моряки закричали и вновь принялись пинать убийцу. Остановил их только голос капитана.

— Мы все сделаем по морским законам, сей час же прекратить самосуд!

Я тоже догадывался, кто это мог быть, не было ни какой нужды смотреть на лицо нападавшего.

— Это Хлир, — сообщил мне Айс. — Пройдоха и тут нас достал!

Уборка палубы и починка повреждений заняли весь остаток дня. Корабль стоял на якоре, а в обе стороны, до самого горизонта простилалось море, без всяких признаков суши. Море было как зеркало, гладкое и спокойное. В воде отражались кудрявые облака, неподвижно висящие в вышине, а в бирюзовой воде, подле нас, резвилась стайка беспечных дельфинов.

— Даже не верится, что это с нами произошло! — Айс подошел ко мне. — Рассказать кому — никогда не поверят!

— Чудо что мы еще живы! — кивнул я.

— Если верить мастеру Айдиоле, — возразил Айс. — Никакого чуда нет. Это ты приносишь нам удачу.

— Ничего себе удача! — возмутился я. — Сначала мы попали в самый жуткий шторм, потом на нас напало чудовище, и под конец меня чуть не прикончил Хлир своей иглой!

— А как же, — улыбнулся Айс. — Чтобы боги на нас не посылали, мы из всех переделок выбрались живыми. Разве это не удача?

Мне нечего было возразить.

Моряки сложили мертвых товарищей вдоль фальшборта возле заново установленных мачт. Тела были тщательно зашиты в парусину, с камнем, из балласта привязанным за ноги.

— Пойдемте, господа волшебники, — позвал нас помощник капитана. — Сейчас начнем церемонию.

Моряки выстроились перед нами рядами. Их темные суровые лица были печальны. Я заметил что они смастерили еще пять кукол, вместо тел матросов которых сожрало чудовище. Эти куклы тоже лежали рядом с мертвецами, приготовленные к погребению.

Вышел капитан. Он был одет в парадную сверкающую кирасу, стальной шлем и перепоясан мечом. В руках у него была книга Орвада.

— Мы провожаем в последний путь погибших товарищей, — начал он. — Но в наших сердцах нет печали! Мы знаем, что они займут надлежащие им места за пиршественным столом Орвада и будут всегда сидеть от него по правую руку! Погибшие в бою со стихией и страшным порождением Мистар заслуживают высочайшей чести! Пусть легенды об их подвигах останутся в веках, а их потомки пусть дивятся мужеству своих пращуров!

Капитан коснулся книгой каждого покойника, начав с кукол. Потом он достал меч и поднял его в направлении садящегося солнца.

— Дорога вам предстоит не близкая, братья мои, — сказал он. — Ступайте, пока она еще видна!

Весь мир окрасился багрянцем. Лица людей превратились в торжественные медные маски. Кроваво-красными стали палуба и мачты. Каждое слово произнесенное капитаном наполняло сердца людей гордостью за себя и за погибших товарищей.

Матросы торжественно подняли длинную доску и опустили ее в воду, таким образом, что ее конец погрузился в сверкающую дорогу, ведущую по морю к солнцу.

Первыми соскользнули пять кукол. Команда проводила их громогласным «Ура»!

Гребцов — преступников отправили следом, но уже без особых церемоний.

Мы, молча, стояли и ждали, пока солнце скроется за горизонтом. Как только на небе появились первые звезды, капитан поклонился команде.

— Они уже далеко, — объявил он. — Теперь займемся другими делами!

Матросы оживленно загалдели, они раздались в разные стороны, образовывая круг вокруг мачты, где с реи уже свисала петля.

Из трюма выволокли связанного студента.

При свете фонарей мы с Айсом, наконец, смогли его хорошо разглядеть.

— Смотри, — Айс показал пальцем на клеймо у студента на лбу. — Его лишили дара печатью Ротэ!

И действительно, на лбу у Хлира была выжжена печать Ротэ, сестры Орвада, богини Луны и Солнца, покровительницы волшебников.

Студента поставили на колени под петлей.

— Ты совершил самое страшное преступление на корабле, — объявил Бевид, обращаясь к преступнику. — Ты посягнул на жизнь одного из товарищей! За это тебе нет прощения, и не будет снисхождения.

— Этот ублюдок мне не товарищ! — воскликнул Хлир. — Эти двое оболгали меня в суде из-за чего я, и мой друг оказались в этой клоаке!

Бевид нахмурился, очевидно, Хлир нарушал протокол казни.

— По этому, — продолжил он. — В соответствии с морскими законами, ты приговариваешься к казни, свидетелями которой станут команда «Карателя» и господа волшебники.

— Какие они к Мистар волшебники! — захохотал Хлир. — Это просто самозванцы! Я и Аспени — настоящие волшебники! Это мы должны стоять на их месте, а самозванцев нужно сейчас же повесить!

Бевид ударил студента в лицо ногой, сломав ему челюсть. Больше говорить он не мог, а только мычал и рычал, катаясь по палубе.

— Повесить! — приказал капитан. — К Мистар его!

С энтузиазмом моряки схватили визжащего Хлира, и накинули ему петлю на шею.

— Давай! — скомандовал Бевид.

Матросы потянули за веревку и подняли брыкающегося студента до самых марсов. Там он некоторое время висел, дрыгая ногами и извиваясь всем телом, но вскоре затих.

— Говорил я тебе, — шепнул мне на ухо Айс. — Омерзительное зрелище! Собаке — собачья смерть!

Я вздохнул. Дорога, по которой шли Аспени и Хлир, была выложена ненавистью, завистью, ложью и предательством. Такая дорога могла привести только в царство Мистар и никуда больше.

Звезды над ночным морем были необычайно яркими. Стоял полный штиль, и на весь мир опустилась необыкновенная тишина. Можно было слышать дыхание спящих на палубе матросов и щелканье астролябии, которую капитан Гормант держал в руках.

— Нас отнесло далеко на юг, — сказал он в полголоса. — В этих краях штиль обычное дело, некоторые торговцы, которые в него попадают, неделями ждут ветра.

— К счастью у нас есть весла! — воскликнул я.

— Нашим гребцам не помешает поразмяться, — кивнул капитан. — Слишком уж напряженная обстановка на корабле. Это чудовище…

Мы замолчали, вспоминая чудовищные глаза и жуткие щупальца.

— Многие моряки сбегут в первом же порту, — сказал Бевид. — Так что ночевать будем на борту. Мало кто из них умеет плавать, так что есть хоть какая-то надежда сохранить экипаж.

— Чудовище видели только матросы! — возразил я.

— Но они рассказали всем остальным, — усмехнулся Гормант. — А воображение создает чудовищ куда более страшных, чем реальность! Так что многие из наших героев теперь в море ни ногой!

— К счастью наши солдаты напрочь лишены воображения, — добавил помощник. — Они весь день обсуждали, как они расправились бы с монстром своими руками!

Мой взгляд постоянно возвращался к темной фигуре, висящей на рее, и на душе у меня было неспокойно.

— Мы снимем его завтра утром, — капитан заметил мое беспокойство. — А вы действительно были знакомы?

— Да, — вздохнул я. — Он был старшим учеником в Академии. Но Мистар повел его по кривой дорожке.

— Мистар увлекает только слабых! — фыркнул Бевид. — Только глупцов и трусов!

— Жаль что это не так, — возразил я, вспоминая жреца, который с невероятной энергией и изобретательностью преследовал нас. Такой союзник, будь он на нашей стороне, был бы просто неоценим! — Иногда даже самые лучшие люди сходят с пути Орвада, и это самое страшное! Самое страшное, когда они от всего сердца верят в то — что делают и считают путь Мистар единственно правильным.

— Мудрые слова, — вздохнул капитан. — Жаль, что мы с ними говорим на разных языках и никогда не поймем друг — друга.

На рассвете, как и было обещано, труп Хлира выбросили за борт. «Каратель» поднял якоря, двести пятьдесят весел вспенили морскую гладь и корабль устремился вперед.

— У нас займет два дня, чтобы добраться до Темны, — сказал Бевид. — Там мы пополним запасы пресной воды и двинемся к Порску новым курсом, мимо Суз, Декоса, Дом и Ингар.

С каждым часом становилось все жарче и жарче. Когда солнце оказалось в зените, на палубе стало невыносимо находиться. Доски настила так нагрелись, что по ним невозможно было ходить босыми ногами. Капитан и помощник надели башмаки на деревянной подошве, а на головы повязали белоснежные тюрбаны из множества слоев ткани.

Матросы постоянно плескали водой на палубу, но она быстро испарялась, к медным деталям лучше было вообще не прикасаться.

— Установить вентиляторы! — приказал капитан. — Или гребцы совсем зажарятся!

Солдаты повыползали из-под навесов и с ойканьем и ругательствами засеменили по раскаленной палубе к складам.

Два часа они стучали молотками, перетаскивая из складов железные цепи и деревянные детали какой-то конструкции. Бевид следил за сборкой, отдавая приказания и размахивая кисточкой покрытой вязким жиром.

— Хорошенько смазывайте оси! — кричал он. — Если не хотите собирать все заново!

Вскоре вентиляторы были установлены и присоединены к лопастям, опущенным в воду, которые приводили их в движение. Из-под палубы послышалось мерное гудение. Гребцы восторженно закричали.

— Идите вниз, господа волшебники, — посоветовал Бевид. — Там сейчас будет попрохладнее!

Мы с Айсом разделись до набедренных повязок, но и они были насквозь пропитаны потом. Даже в тени плотного навеса дышать было невозможно.

— Что они там соорудили? — поинтересовался Айс. — Я уж лучше тут буду поджариваться, чем запекаться внизу.

— А что мы теряем, — возразил я. — Пойдем, посмотрим!

Вентиляторы представляли собой огромные изогнутые лопасти, нанизанные на вал, которые установили в начале и в конце каждой гребной палубы. Вращаясь, они проветривали помещение, создавая ток свежего воздуха. Кроме того были установлены распылители, которые распыляли прохладную морскую воду освежая разгоряченные тела гребцов.

— Ну и парилка! — воскликнул Айс.

— Ничего, господин волшебник, — откликнулся один из гребцов. — Скоро, даже холодно станет. Так что вам придется сесть за весло, чтобы не замерзнуть.

В ответ раздался взрыв хохота.

Матрос был прав. Скоро мы с Айсом действительно замерзли, сидя на влажных скамейках и обдуваемые вентиляторами. Мы выползли на палубу погреться и узнать новости.

— Глядите, — Бевид показал пальцем на горизонт. — Похоже на столб дыма!

— Дым и есть, — согласился капитан. — Идем туда, проверим, что горит.

Обычная скорость пентеры под парусом не превышала семи — восьми узлов, но при желании мы могли разогнаться и до двадцати двух! Весла с силой ударили о воду и корабль как стрела помчался вперед, разрезая зеркальную поверхность сверкающим тараном.

— Морская пехота, приготовиться! — закричал Бевид.

Сержант пехотинцев задул в свисток. Солдаты быстро высыпали на палубу и, собравшись под навесом, принялись разворачивать свертки с доспехами.

Мы с Айсом вперились в столб дыма, который с каждой минутой становился все ближе и ближе.

Барабан под палубой вторил ударам моего сердца, быстрым и решительным.

— Запахло дракой! — выпалил Айс. — Что будем делать?

— Держитесь в стороне, господа волшебники, — приказал Бевид. — Ваше дело сражаться с волшебством и чудищами, а простых смертных оставьте нам!

— Вполне разумно, — согласился Айс и потянул меня под навес на корме. — Пойдем, если тебе, конечно, не хочется пустить кому-нибудь кровь!

Мне этого совсем не хотелось, и я пошел за другом.

Морская пехота тем временем облачилась в доспехи, скорпионы и баллисты расчехлили, над палубой подняли абордажного ворона.

На марсах изготовились арбалетчики.

— Вот куда нам надо! — сказал я, указывая на площадки на вершине мачт.

— Обзор что надо, — согласился Айс. — Но и к солнышку поближе! Давай лучше останемся в тени!

Через несколько минут мы увидели маленький островок, едва возвышавшийся над водой. Он был около ста метров в окружности, с песчаными берегами, покрытыми выгоревшим кустарником. На пляже догорал вытащенный на берег корабль. Чуть дальше по берегу виднелись остатки костра и множество трупов.

— Шлюпку на воду! — приказал капитан. — Я пойду с десятью солдатами.

Через несколько секунд шлюпка была спущена, а команда из девяти десантников во главе с сержантом приготовила весла.

— Будьте наготове, — приказал капитан Бевиду. — Это не займет много времени.

— Капитан! — я подошел к шлюпке. — Я хочу тоже сойти на берег, может, понадобится моя помощь.

— Хорошо, — капитан Гормант не раздумывал ни секунды. — Ваша помощь всегда кстати!

Я помахал Айсу, который проводил меня встревоженным взглядом.

— Я буду отсюда за вами следить! — крикнул он.

Гребцы едва коснулись воды, как песок зашуршал под килем нашей лодки. Мы спрыгнули прямо в воду и по мелководью побежали к берегу. Солдаты в доспехах, со щитами и обнаженными мечами в авангарде, мы с капитаном в арьергарде.

— Это торговец, — доложил сержант. — Скорей всего из Артеры.

В останках корабля угадывался силуэт быстрой пятидесяти весельной галеры.

— Да это Артерцы, — согласился капитан. — Они возят только ткани, и большого груза на борт не берут. Обычно, быстрые биремы позволяют им скрыться от преследователей, но не на этот раз…

— На них напали ночью, пока они спали, — сержант указал на костер. — Они вытащили судно на берег, поэтому и не успели удрать.

— Не думаю, что нападавшие оставили им такую возможность, — покачал головой я.

Трупы лежали вокруг костра. Многих убили во сне, перерезали горло или пронзили сердце. Со многих сняли не только украшения, но и одежду.

Неподалеку валялся перевернутый котелок с остатками кофе, втоптанные в песок бумаги и столовые принадлежности.

— Восемь у костра, — доложил сержант. — Остальные пытались отбиваться.

Тела убитых, что валялись в глубине острова, были сильно обезображены. Было видно, что они сражались до последнего вздоха. Я наступил на отрубленную руку. Ее хозяин лежал шагах в тридцати весь утыканный стрелами.

— Судя по следам, — я осмотрел отпечатки на песке. — Пиратов было человек тридцать. Они высадились на другой стороне острова и застали торговцев врасплох.

— Если бы они, хоть караул выставили, — фыркнул сержант. — Их бы не перебили во сне.

— Караул? — удивился капитан. — На этом островке, посреди моря? Пиратам просто повезло, что они на них наткнулись!

— Командир! — закричал один из солдат. — У нас живой!

Мы бегом бросились на голос. Солдаты стояли кругом вокруг покрытой песком фигуры которая пыталась зарыться поглубже в землю.

— Тащите его на берег! — приказал Гормант. — Бросьте его в воду, может это приведет его в чувства.

Солдаты схватили несчастного за руки и за ноги и швырнули в воду. Незнакомец тут же вскочил кашляя и отплевываясь, в его руке появился нож.

— Прочь от меня, собаки! — закричал он. — Живьем я вам не дамся!

Он размахнулся, намереваясь вонзить лезвие себе в грудь, но один из солдат метко метнул камень и выбил оружие у него из руки.

— Успокойся, парень, — воскликнул капитан. — Мы ничего тебе не сделаем! Мы патрульные из Паары, ловим пиратов. Так что успокойся и расскажи что тут у вас произошло.

Незнакомец затравленно озиравшийся по сторонам, похоже услышал слова капитана, его руки опустились и он плюхнулся прямо в воду.

Солдаты похватили его и вынесли на берег.

— Да ведь это девчонка! — присвистнул один из них. — Повезло же тебе, крошка, что мы оказались поблизости!

Девчонка отпрянула, запахивая мокрую куртку. Ее волосы облепили чумазое лицо, а одежда висела бесформенным балахоном.

— Да уж, повезло, — хмыкнул капитан. — Только женщины нам не хватало на военном корабле.

Я осторожно приблизился к незнакомке, стараясь ее не спугнуть, снял с пояса флягу и протянул ей.

Девушка схватила флягу и жадно принялась пить огромными глотками, давясь и захлебываясь, пока фляга почти не опустела. Остатки воды она вылила себе на лицо и откинула волосы назад.

— Какая красотка! — вздохнул один из солдат.

Девушка действительно была очень красивой. С темной кожей и продолговатыми разрезами глаз.

Она гордо вскинула подбородок.

— Похоже, мне действительно повезло! — у нее был низкий, почти мужской голос. — Если, конечно, считать везением что пираты вырезали всю мою семью, не считая меня!

— Как тебе удалось спастись? — спросил капитан.

— Очень просто, — девушка нахмурилась. — Пока пираты были заняты моими братьями и отцом, я закопалась в песок. И только по чистой случайности, они меня не заметили.

— Когда произошло нападение? — спросил сержант. — Сегодня ночью?

— Перед рассветом, — кивнула девушка. — Накануне мы увидели приближающуюся бурю и решили укрыться на острове.

— Похоже, что пираты решили сделать то же самое, — хмыкнул капитан. — Чистая случайность, что вы столкнулись с ними на этом острове. Если бы не буря, вы все были бы в целости и сохранности.

— Я не верю в случайности, — девушка покачала головой. — Это была судьба! Ведь сказала же гадалка моему отцу, что не стоит в этом месяце выходить в море. А он ее не послушался! Выходит, мы сами накликали на себя беду!

— Это все чушь! — возразил сержант. — Во всем виноваты не судьба, не боги, а только пираты. Когда мы их догоним, то всех повесим на рее! Правда, господин волшебник?

Девушка быстро повернулась ко мне. Фляга выпал из ее рук.

— Вы и правда волшебник? — спросила она. Я видел, что она побледнела, не смотря на ее темную кожу.

— Я только ученик, — улыбнулся я. — Настоящий волшебник остался на корабле.

Девушка вскочила на ноги и посмотрела в сторону «Карателя».

— Какой огромный! — выдохнула она.

 

Глава 9

После того как мы похоронили мертвых и капитан прочел над могилами молитву, мы взяли курс на Артеру.

Нужно было вернуть девушку на родной остров и заодно разузнать о пиратах, напавших на «Ласточку», корабль ее отца.

— Думаю, что не обошлось без наводчиков, — сказал Бевид. — У них был быстроходный корабль, с небольшим, но ценным грузом. Такой запросто мог ускользнуть от любого пирата. Поймать такую птичку, мечта любого бандита.

— Возможно, что за ними следили еще на Артере, — согласился капитан. — Возможно, что пираты каким-то образом прознали и об их курсе, так что расставить силки, было делом техники.

— Мы никому не говорили, каким курсом пойдем, и какой груз возьмем, — возразила девушка. — Все это держалось в тайне даже от команды. Поверьте, мы не первый год плаваем в этих водах и знаем как вести дела!

— Знали, — поправил ее Айс. — Видно не очень хорошо знали.

Девушка уткнулась лицом в платок и вновь начала всхлипывать.

Я сделал Айсу страшное лицо, тот в ответ пожал плечами и поспешно ретировался.

Девушку звали Нела, ее отец был одним из богатейших торговцев на Артере. Он был уже стар, поэтому старался обучить своих сыновей и дочь всем премудростям торгового дела. Последние несколько лет он брал их с собой во все плавания, знакомил с партнерами и перекупщиками. Учил торговаться, извлекать выгоду на разнице в стоимости иноземных валют и извлекать прибыль из каждой, даже самой рискованной, сделки.

Последнее плавание должно было стать экзаменом для Нелы и ее братьев Никостоса и Эдроса. Старый Торас намеревался передать им свой бизнес и отправиться на покой. Закончилось все страшной трагедией, и девушка не представляла себе, что будет делать дальше.

Я как мог, утешал ее и обещал, что мы во что бы то ни стало, найдем убийц.

Похоже, что я в очередной раз давал обещание, которое не смогу выполнить!

Прибыли мы на Артеру через два дня. По пути нам помог попутный ветер, и гребцы как следует, отдохнули. Айс развлекал девушку огненными фокусами, а мы с Бевидом наблюдали за ними с марсов.

— Артера! — закричал помощник капитана, когда на горизонте появилась чуть заметная точка. — Это вулкан Темна, его издалека видно!

На входе в порт стояли военные корабли. Их было десятка два. Не такие могучие, как наша пентера, но способные без особых проблем задать трепки любому пирату, который надумает появиться в поле их зрения.

Мы пришвартовались рядом с ними, и капитан тут же отправил посыльного, с приглашением для капитанов трирем на торжественный ужин.

— Этого требует этикет, — пояснил он нам с Айсом. — А вы можете проводить девушку домой и познакомиться с городом.

— Я буду их гидом, — вызвался Бевид, подкручивая усы. — Покажу все злачные места и познакомлю с местной флорой и фауной!

— Я не против! — воскликнул Айс, он всегда был готов познакомиться с флорой и фауной!

Над городом возвышалась заснеженная вершина вулкана Темна. Она заслоняла собой полнеба, сверкая и искрясь в заходящих лучах солнца.

— Правда, удивительное зрелище? — спросил Бевид. — Когда-то в молодости я взобрался на самую ее вершину!

— Врешь! — воскликнул Айс. — Ни за что не поверю!

Бевид самодовольно ухмыльнулся.

— Там, на самой верхотуре, стоит камень, с моим именем, написанным на нем, если хочешь проверить — милости просим!

Айс нахмурился.

— Бьюсь об заклад никто и никогда не рискнул бы проверить правдивость твоих слов!

Бевид расхохотался.

Дорога от порта до города была мощена камнем и обустроена не хуже инсарского тракта. Мы взяли напрокат трех осликов и вскоре очутились на узеньких тенистых улочках с крашеными заборами и узорными калитками.

— У города нет стен! — удивился Айс.

— Лучшие стены для нашего города это наши корабли, — вздохнула Нела. — Наших военных кораблей боятся все пираты!

— Кораблей боятся, — подтвердил Бевид. — А вот некоторых торговцев, очень даже любят!

— Да как вы смеете! — возмутилась Нела. — За такое оскорбление с вас тут и шкуру снять могут!

— Интересно кто? — удивился моряк. — Я на вашем острове бывал, когда тебя еще на свете не было. И отца твоего, Тораса, тоже встречал, когда сам торговлей занимался. Так что поверь, я знаю что говорю. Если повезет, мы быстро распутаем это дельце.

Дом у семейства Нелы был огромный. Из белого камня, с широкими окнами и балконом на крыше. В саду дорожки были посыпаны желтым песком, а по ним важно разгуливали павлины с распущенными хвостами.

Мы с Айсом встали как вкопанные, когда увидали этих птиц. Подобного буйства красок даже представить себе было трудно! Изумрудно-зеленый хвост был покрыт пятнами похожими на человеческий глаз! Еще тут были редкие белые и красные павлины, такие прекрасные, что даже дух захватывало!

Одна такая птица сидела на скамейке, свесив с нее свой длинный хвост, похожий на водопад огня, а вторая — белоснежная, красовалась на мраморной колонне.

— Вот это да! — воскликнул Айс. — А мой старик еще гордится своими миносскими петухами, у которых три зеленых перышка в хвосте и характер как у пехотного сержанта.

— У этих тварей тоже мерзкий характер, — успокоила его девушка. — Но мой отец все равно их очень любил. Говорил, что сварливый характер это признак хорошей породы.

— У людей тоже так, — подмигнул Бевид.

Навстречу нам вышел здоровенный слуга, который увидев Нелу, со всех ног припустил назад в дом.

— Побежал предупредить маму, — пояснила девушка. — Так уж у нас принято.

Хозяйка дома вышла к нам навстречу. Она накинула на голову цветастый платок, и плотный плащ на плечи, прикрывавший прозрачные одежды.

— Вот бы у нас так девушки ходили! — шепнул мне Айс.

— Боюсь, что они бы быстро замерзли, чужеземец — ответила мать Нелы. Слух у нее был что надо. — Вы уже вернулись? А где папа с братьями?

Госпожа Намери была высокой и статной, с волевым подбородком и мускулистыми руками.

Она пригласила нас в дом и усадила в просторном патио на мягких подушках.

— Ну, что молчишь, — она улыбнулась дочери. — Знакомь нас с твоими новыми друзьями!

Девушка побледнела и не могла выдавить даже слова. Ее глаза покраснели, и она с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться. Мать с тревогой посмотрела на дочь, потом на нас и быстрыми шагами подошла к ней. Ее руки обхватили девушку за плечи и та, уткнувшись лицом ей в грудь, наконец, разрыдалась.

— Мы с военного паарийского судна, — представился Бевид. — Я помощник капитана, а это господа волшебники, которые помогают нам в поисках пиратов.

Женщина молча кивнула. Ее губы плотно сжались, превратившись в тонкие бледные полоски. Очевидно, она уже догадалась, что мы принесли плохие вести.

— Мы нашли вашу девочку на необитаемом острове посреди моря. Корабль был сожжен, а вся команда убита, — продолжил Бевид. — Ей очень повезло, что мы проходили мимо, и заметили дым от горящего корабля.

Руки женщины впились в плечи Нелы как клещи. По ее щекам покатились слезы, и она уткнулась носом в волосы дочери.

У меня сердце разрывалось наблюдать за подобной сценой. Однако, Бевид, ничуть не смутился.

— Мы полагаем, что кто-то на Артере предупредил пиратов, где ждать корабль вашего мужа, — продолжил Бевид. — Если у вас есть какие-нибудь соображения на этот счет, быть может, это поможет нам поймать преступника.

Госпожа Намери усадила дочь в кресло и медленно опустилась рядом.

— Только один человек знал о маршруте «Ласточки», — она вытерла лицо полой плаща. — Но он не мог так поступить. Ведь он сам вложил большие деньги в экспедицию!

— Если мы правы, то этот человек заработал гораздо больше — чем потерял, — усмехнулся Бевид. — Можете мне поверить!

— Это мастер Нексос, — сказала госпожа Намери. — Если он причастен к этому, я сдеру с него кожу живьем!

Нела отстранилась от матери и с удивлением заглянула ей в глаза.

— Я хочу при этом присутствовать! — сказала она.

Мать прижала лицо дочери к своей щеке и прошептала:

— Будь уверена, я не лишу тебя такого удовольствия.

Мы договорились с женщинами о плане действий и отправились с Бевидом в город. Там мы нашли постоялый двор и сняли комнату на троих.

— Я поброжу по городу и наведу кое-какие справки у старых друзей, — сказал Бевид. — А вы, посидите тут тихонько, и старайтесь не привлекать не нужного внимания.

Мы с Айсом завалились на койки и приготовились ждать своего провожатого.

— Расскажи, как это было на войне, — попросил Айс. — Тебе было страшно?

Я вздохнул. Воспоминания все еще были слишком яркими, чтобы спокойно о них рассказывать.

— Когда я был с друзьями, страшно не было. Мы были как одно целое, как одна машина, которая должна сражаться и побеждать! — я запнулся. — Страшно стало, когда друзья стали гибнуть один за другим и когда я остался один…

— Когда ты шел в бой, и видел копья, нацеленные прямо на тебя, — не унимался Айс. — Что ты чувствовал? Тебе не хотелось бросить все и убежать?

— Нет, Айс, — я покачал головой. — У нас в армии принято перед боем принимать магические снадобья, которые превращают любого труса в героя, а героя в полубога. Можешь мне поверить, что трусов у нас не было, а сражаться плечом к плечу с армией полубогов это неописуемое ощущение!

— Вот бы мне таких таблеток горстку, — вздохнул Айс. — Герой я только на словах, а когда доходит до дела, у меня коленки превращаются в студень. Тогда, на корабле, я так перепугался, что думал, богу душу отдам от ужаса. Если бы не ты…

— Ты вел себя как настоящий герой, — оборвал его я. — Герой, это не тот — кто ничего не боится, а тот — кто может перебороть свой страх.

В комнате воцарилась тишина. Я уже подумал, что Айс заснул, но он опять заговорил.

— Ты хочешь сказать, что герой всегда боится? Что он должен каждый раз бороться со своим страхом?

— Не боятся только дураки, — ответил я.

— Значит и мастер Айдиола боялся, когда сражался с драконом Этфулстаг на горе Неф?

— Нужно было его самого об этом спросить, — ответил я. — Я бы на его месте перепугался до смерти!

Я вспомнил глаза Телариса, атаку тяжелой кавалерии алимов и молчаливую поступь зонтракийских полчищ. Как же я тогда боялся, не смотря на все чудо — снадобья!

— Нет лекарства от страха, — добавил я. — Как бы нам того не хотелось.

Бевид вернулся ближе к полуночи, с ним пришла и Нела, закутанная в дорогой плащ до самых глаз.

— Похоже, что боги вновь улыбнулись нам, — объявил моряк. — Я заручился рекомендациями нескольких старых знакомых, так что Нексос пустит нас на свой склад.

Мы вышли на улицу и в полной темноте при свете одной лишь луны и звезд направились к порту. Следом за нами, неслышно заскользили несколько фигур в черном.

— Не бойтесь, друзья, — тихонько сказал Бевид. — Это леди Намери послала с нами нескольких своих слуг. В иноземном порту мы не сможем использовать своих солдат, а помощь может оказаться весьма кстати.

Вскоре мы вышли к пристаням. В тишине был слышен только лай собак, да плеск воды, о борта пришвартованных у причалов лодок.

Где-то вдалеке слышалось пение, а у входа в гавань горела красная сфера маяка.

— Нам сюда, — прошептал Бевид, увлекая нас к длинному, приземистому зданию, сложенному из белого камня. — Нас уже должны дожидаться.

Как только моряк постучал, дверь распахнулась, и на пороге появился дюжий детина в кожаном панцире, рогатом шлеме и с шипастой булавой на плече. От него разило пивом и чесноком на добрые десять метров.

— Заходите, господа! — он сделал приглашающий жест. — Наша лавочка для вас всегда открыта.

Мы торопливо вошли. Верзила запер дверь и повел нас через череду пустых помещений в недра своих владений.

С обеих сторон коридора, по которому мы шли, располагались небольшие клетушки, что делало склад более похожим на тюрьму.

Спустившись по ступенькам, мы попали в просторный зал, в котором был сложен товар.

Полки с добром возвышались до самого потолка и уходили в темноту на необозримое расстояние. За столом в углу сидело еще четверо здоровяков в кожаных доспехах и с боевыми топорами.

— Это друзья хозяина, — пояснил наш провожатый. — Он приказал показать им все самое лучшее.

Громилы встали, не забыв прихватить свое оружие.

— Тогда им не сюда, — сказал один из них. — Тут дешевка всякая. Открой-ка им кладовку!

Айс шумно дышал мне в затылок и цеплялся за мой плащ. Мне и самому было не по себе. Я чувствовал себя как мышь, которая лезет за сыром в мышеловку!

— Моя жена хочет посмотреть ткани и украшения, — оскаблился Бевид беря Нелу за локоток. — Только самые лучшие! Друг Нексос обещал нам невиданные диковинки!

— Будут вам и диковинки, — захихикал один из громил, перехватывая топор поудобнее. — Идите за мной, наша кладовка у многих вышибала слезу умиления.

Достав из кармана ключ, великан отворил массивную окованную железом дверь.

— Милости просим, — усмехнулся он. — Только я вас предупреждал, ваша женушка вас без штанов оставит!

Эта комната была гораздо более скромных размеров. Здоровяк протянул руку и прибавил света в полузатушенной сфере. Мы все ахнули от восхищения!

На столах были разложены драгоценности. Изделия из золота, серебра и платины. Жемчужные ожерелья и дорогая одежда. Бесценное оружие, покрытое инкрустацией и эмалью. Столовые сервизы из драгоценного фарфора и хрусталя.

Связки звериных шкур свисали с потолка. Рядами стояли пузырьки с мазями и благовониями. Грудами были свалены штуки драгоценных тканей.

Охранники засмеялись, видя нашу реакцию.

— Еще ни один человек не покидал наших подвалов с пустыми руками, — радушно улыбнулся охранник в рогатом шлеме. — Когда вы почувствуете вкус прекрасного, вас будет тянуть к нам снова и снова, а мы каждый раз будем удивлять вас новыми диковинками.

— А вы разбираетесь в людях! — польстил охраннику Бевид, улыбаясь во весь рот. — Ну что ты стоишь, дорогая, выбирай что угодно.

Нела стряхнула с себя оцепенение и медленно пошла вдоль столов заваленных сокровищами.

У меня даже дыхание перехватило. Это сколько кораблей нужно было ограбить, сколько людей загубить, чтобы собрать все эти сокровища!

Айс, как ни в чем не бывало, заскользил вдоль столов, то и дело хватая какую-нибудь безделушку и любуясь ею.

— Папа, — обратился он к Бевиду. — Ты купишь мне этот кинжал?

Бевид обернулся. На его лице появилась кислая улыбка.

— Конечно… сынок!

Я не смог сдержать улыбки и тоже принялся за осмотр сокровищ, не выпуская, тем не менее, Нелу из поля своего зрения.

Она, наконец, остановилась у одного из столов и вытащила из вороха парчовых накидок изящную астролябию, выполненную из золота и инкрустированную драгоценными камнями.

— Прекрасная вещь! — воскликнул верзила, который слишком уж хорошо разбирался в драгоценностях, для охранника. — Другой такой, на целом свете не сыскать! Ее только вчера к нам доставили, так что мы даже не успели ее выставить на продажу.

— Дорогая, — вздохнул Бевид. — Ну, на кой тебе сдалась эта астролябия? Возьми лучше вон тот сервиз, он будет прекрасно смотреться в нашей столовой!

Нела не ответила, а только упрямо топнула ногой. Я подошел ближе и заметил, что в ее глазах блестят слезы.

— Давайте посмотрим ткани, — предложил я. — Ты же обещал заказать маме новое платье!

Мы принялись разбирать ткани, и Нела быстро нашла то, что искала. Ее колени подогнулись, и ей пришлось опереться на локоть галантного Бевида.

— Я рад, что вы нашли что искали, — охранник широко улыбнулся. — А вам, молодые господа, могу я чем-нибудь помочь?

Айс помахал в воздухе кинжалом, а я лишь беспомощно развел руками.

— А книги у вас есть?

— Книги, — усмехнулся здоровяк. — Разве это похоже на книжную лавку?

— Дайте ему что-нибудь, — прикрикнул Бевид. — А то он целую неделю будет ныть, что остался без подарка!

Охранник озадаченно сдвинул шлем на затылок.

— Может наверху что-нибудь есть, — он показал пальцем на дверь. — Я спрошу у дружков.

Мы вышли из кладовки и расплатились с бандитами.

— Гляди, что я нашел! — здоровяк появился из темноты со здоровенной корзиной набитой книгами. — Их, правда, крысы маленько покоцали… Но там, кажись, есть и целенькие. Держи, парнишка, отдаю даром!

Я с радостью схватил корзину и прижал ее к груди, охранники весело заржали.

— Для хороших клиентов ничего не жалко! — сказал главарь. — Загляните на следующей неделе, обещаю новую порцию чудес по сходной цене!

— Обязательно! — усмехнулся Бевид. — Чудеса в нашей жизни большая редкость!

Леди Намери держала в руках астролябию и по ее щекам катились слезы.

— Никак не могу поверить! — всхлипнула она. — Мастер Нексос только вчера заходил ко мне и принес огромный букет цветов.

— Ну, этого, как раз, я и ожидал, — покачал головой Бевид. — Боюсь, что он руководствовался не только финансовыми интересами…

— Вы думаете, что он хотел заполучить мою мать? — спросила Нела. — Грязная скотина!

— Надеюсь это не в мой адрес? — усмехнулся Бевид. — Я много повидал на этом свете и меня очень трудно чем-нибудь удивить!

Нела уткнулась лицом в ткани, приобретенные нами у скупщиков краденного.

— Возьмите себя в руки, дамы, — приказал Бевид. — Мы получили все доказательства в причастности вашего компаньона к пиратским нападениям. Теперь нужно подумать о возмездии!

— Мы пойдем к капитану охраны? — Нелла подняла заплаканное лицо. — А если он заодно с Нексосом? Он здесь со всеми дружит, нас могут запросто обвинить в клевете и самих бросить в темницу!

— Я тоже об этом подумал, — согласился Бевид. — Такие дела обычно не делают в одиночку. Скупщики краденного всегда отдают часть выручки представителям власти, чтобы те закрывали глаза на их делишки. Они даже подкупают политиков и более высокопоставленных чиновников, чтобы в случае опасности, те помогли им выкрутится.

— Но что же нам тогда делать! — закричала леди Намери. — У нас есть доказательства его преступлений, а мы не можем его даже пальцем тронуть?

— Вот тут вы как раз ошибаетесь, — усмехнулся Бевид. — У нас нет времени на судебные тяжбы, нам нужно быстро все узнать о пиратах, пока они не совершили нового нападения. Так что забудем о властях и займемся этим делом сами.

— Как это сами? — Нела вытерла слезы кулачками и придвинулась к нам поближе. — Я, кажется, догадываюсь, что у вас на уме!

— В борьбе с пиратами все средства хороши! — воскликнул Айс.

— Ты прав, сынок, — Бевид подмигнул волшебнику. — Мы выкрадем торговца, и он нам все сам расскажет!

Мы вернулись на корабль и доложили капитану о проделанной работе.

— Хорошо, — кивнул Гормант. — Я вижу, что выбора у нас нет. Захватите торговца и доставьте его на борт. Все нужно сделать до рассвета, так как военные не довольны присутствием нашего корабля в своем порту. Мы должны отплыть еще до полудня.

— Трусливые собаки, — сказал Гормант. — Они всегда такими были, насколько я помню! Боятся, что мы можем доставить неприятности!

— И они правы, — отрезал капитан. — Именно это вы и собираетесь сделать!

Я спрятал корзину с книгами под навесом и достал свою скаутскую форму из мешка.

— Я пойду один, вы уж меня извините, — остановил меня Бевид. — У меня есть кое-какой опыт в подобных делишках, а вы мне будете только мешать.

Вытащив из мешка кожаную дубинку, я протянул ее помощнику капитана.

— Возьмите, может пригодиться.

— У меня есть своя! — улыбнулся Бевид. — Ждите меня через три часа. Если услышите заварушку в городе, не волнуйтесь, старина Бевид знает тут все как свои пять пальцев!

Ждать всегда было тяжело. Не прошло и десяти минут, как Айс бросил свой золотой кинжал и забегал по палубе взад вперед.

— Нужно было с ним идти! — сказал он. — А вдруг его схватили стражники!

— Успокойся, — попросил его я. — Прошло всего десять минут, он даже до усадьбы торговца не успел дойти!

Айс сел рядом со мной на палубу, я вытащил корзину с книгами и пододвинул к нему.

— Давай пока изучим нашу добычу, может, найдем что-то интересное!

Мы вывалили книги на палубу и разложили их в аккуратные стопки. Здесь были и маленькие книжечки в деревянных обложках, скрепленных промасленными шнурками и толстые фолианты в обложках из тисненой кожи.

— Это судовой дневник, — сказал Айс, показывая мне книгу с попорченной грызунами и непогодой обложкой. — Чудо что он оказался не на дне морском, а в нашей корзине.

Айс погрузился в чтение, а я тем временем открыл маленькую книжечку с серебряной застежкой, пододвинул к себе фонарь и принялся листать страницы.

Страницы были заполнены крошечными символами, которых мне прежде не доводилось видеть. Сердце мое радостно забилось. Быть может это очередной осколок потерянной цивилизации?

Записи были сделаны очень аккуратно, особыми стойкими чернилами, которые не выцветали со временем.

За текстом следовало с полсотни страниц заполненных таинственными формулами и вычислениями.

— Айс! — позвал я друга. — У меня, похоже, заметки алхимика! Жаль что ничего не понятно!

— Зато у меня все понятно, — вздохнул Айс. — Слушай! «Второй день за нами по пятам гонится пиратский корабль. Гребцы выбились из сил, пресная вода подходит к концу! Боюсь, что это моя последняя запись…»

— Это последняя запись? — спросил я.

Айс показал мне пустые страницы.

— Догнали, — кивнул я. — Иначе как журнал мог оказаться в подвале у скупщиков краденного!

Время пролетело незаметно за изучением книг. Ничего ценного, кроме записей алхимика, мы не обнаружили. Зато в корзине оказалось несколько старинных романов о рыцарях и магии, которых я еще не читал, и сборник стихов Анеша Амаша!

Книга была в очень хорошем состоянии, от нее пахло духами, а между страничек были вложены засохшие полупрозрачные цветы.

Возможно, какая-нибудь юная дама проводила дни за чтением изысканной поэзии и собиранием гербария.

Вдохнув запах давно увядших цветов, я почувствовал, как мое сердце учащенно забилось. Стало невыносимо грустно при мысли о том, что сталось с хозяйкой этого томика, и каким образом он очутился в вонючих подвалах скупщиков краденного.

Тем временем на причале появились темные фигуры. Их было четыре! Айс как ужаленный вскочил на ноги и опрометью бросился к сходням.

Темные фигуры молча взошли на борт, где их встретили вооруженные десантники, готовые к любым сюрпризам.

— Я же говорил, — раздался голос Бевида. — Это было проще, чем отобрать леденец у ребенка!

Мы вздохнули с облегчением.

— Вот только от женщин я не смог избавиться, — пожаловался Бевид, снимая черный плащ. — Они пожелали лично присутствовать на допросе.

Леди Намери и Нела были вооружены кинжалами, которыми они немилосердно тыкали пленника, подталкивая его вперед. Пленник, рот которого был заткнут кляпом, только стонал и хлюпал носом.

Капитан ожидал нас у входа в трюм. Он схватил торговца за волосы и откинул его голову, назад вглядываясь в окровавленное лицо.

— В каждом порту есть такая крыса, — прорычал он. — Отловить их всех — целой жизни не хватит!

Мощным пинком под зад он отправил пленника в трюм, где его подхватили суровые солдаты.

Торговца раздели догола и прикрутили к креслу. Солдаты принесли лампы и жаровню с углями. Бевид сбросил черную куртку, и мы увидели пропитанную кровью повязку у него на груди.

— Ничего страшного, просто пришлось столкнуться с нашими друзьями со склада, — небрежно бросил он. — На вид они страшнее, чем на деле. Я бы таких в охранники не взял.

— Я перевязала господина Бевида, — сказала леди Намери. — Однако ему все равно нужно показаться лекарю. Рана совсем не пустячная!

Капитан поклонился женщинам.

— Спасибо вам, госпожа, — он скептически осмотрел своего помощника. — Стареешь, друг мой, раньше тебя было не просто оцарапать!

— Вы не видели этих охранников! — Нела вступилась за Бевида. — Они дрались как львы!

— Тоже мне львы, — Бевид сплюнул. — Простите мои манеры…

Пленник тем временем с интересом слушал нашу беседу и осматривался по сторонам. Ему, кажется, было вовсе невдомек, в какую переделку он попал!

Бевид тем временем подошел к жаровне, достал из нее раскаленную кочергу и приложил ее к груди торговца. Зашипела обожженная плоть, запахло горелым мясом. Пленник завизжал как поросенок и обмочился.

— Это для затравки, — пояснил Бевид, возвращая кочергу на угли. — Чтобы время зря не тратить на любезности и донести до уважаемого торговца серьезность наших намерений!

Женщины сначала сжались при виде такой жестокости, но вспомнив об убитых членах семьи, подались вперед, чтобы ничего не пропустить.

Капитан вытащил у пленника кляп изо рта.

— У вас уважаемый, — начал он. — На самом деле не богатый выбор. Вы умрете в любом случае, а вот как вы умрете, зависит уже от вас!

Жирное тело торговца тряслось как в приступе лихорадки. Его губы были разбиты, а на груди дымилась отвратительная рана.

Холодные стального цвета глаза остановились на Бевиде.

— Тебе меня не запугать, жирный кабан! — он повернул голову к капитану. — И ты, можешь засунуть свои угрозы себе в задницу! Я двадцать лет был капитаном военной галеры, так что угрозы пиратов для меня привычная музыка!

— Так это мы — пираты? — Бевид удивленно поднял брови. — Почему же тогда, на твоем складе мы нашли вещи принадлежавшие мужу и сыновьям госпожи?

Тяжело дыша, торговец повернулся к леди Намери, которая внимательно слушала весь разговор.

— Вы знаете, как я к вам отношусь, госпожа, — жалобно простонал он. — Это какое-то недоразумение! Может эти пираты сами их мне подбросили, чтобы опорочить в ваших глазах. Прошу вас, помогите мне! Я честный человек и никогда бы не опустился до такого!

— Вы честный скупщик краденного, — Бевид поднял брови. — Покупаете все, что вам предложат.

— Это гнусная ложь! — Нексос не отводил взгляда от леди Намери.

— Это какое-то чудовищное недоразумение!

— Только вы знали маршрут, по которому пойдет «Ласточка» — процедила сквозь зубы женщина. — Только вы и Торас.

— Но это же пираты напали на вашего мужа, а не я!

— А кто вам сказал, что на них напали пираты? — глаза леди Намери сузились.

— Давайте я с ним поговорю, — предложил Бевид, доставая с углей кочергу.

— Тебе не сломить боевого капитана! — сквозь стиснутые зубы процедил торговец. — Я не возьму на себя твои гнусные обвинения. Смотрите, леди Намери, как сносят боль настоящие мужчины!

Капитан остановил помощника и склонился над пленным.

— Мы можем избавить вас от мучений, — сказал он. — Просто отвечайте на наши вопросы.

— И вы меня потом все равно убьете? — захохотал Нексос. — Не выйдет!

— Он просто хочет выторговать себе жизнь, — усмехнулась леди Намери. — Ты, наверно, забыл, что я тоже жена торговца и тоже умею торговаться?

— Моя госпожа! — воскликнул Нексос. — Я просто хочу, чтобы вы поняли, что мне не в чем сознаваться! Что я невиновен!

Леди Намери подняла свой кинжал к свету.

— Я не леди по рождению, — сказала она. — Вы, наверно, уже догадались. Мой отец был простым охотником. Он ходил на охоту, а мне приходилось свежевать добычу и снимать с нее шкуру. Мне доводилось снимать шкуру и с медведя, и с барса, с кабана я тоже смогу шкуру спустить. Посмотрим, сохранились ли мои навыки!

Она встала со своего стула и направилась к пленнику.

Лицо того побелело, а губы затряслись от ужаса.

— Подождите пока мы выйдем в море, моя госпожа, — попросил капитан. — Не то он своими воплями весь остров разбудит!

Мы с Айсом больше не могли присутствовать на допросе и поспешно ретировались на палубу.

Небо начало светлеть и звезды стали исчезать одна за другой.

Город еще спал, однако в порту уже появились рыбаки, волокущие сети, грузчики и стражники.

— Отходим! — закричал моряк с марсов.

Матросы оттолкнули корабль от причала баграми. Верхний ряд весел появился над водой, и «Каратель», не спеша развернувшись, медленно заскользил к выходу из порта.

Нам помахали со сторожевой триремы, мы с Айсом помахали в ответ. Солнце еще не успело взойти и рассеять утренний туман, как остров Артера уже скрылся за кормой.

Бевид вышел на палубу и подошел к нам.

— Нет существа страшней, чем разъяренная женщина! — поделился он с нами. — Заговорит как миленький! Боевой капитан!

Минут через двадцать тишину нарушил душераздирающий крик из трюма. Матросы, услышав вопли пленного, захохотали.

— Вот бы его подвесить на рее за яйца! — предложил один.

— Такого кабана? — усомнился другой.

Раздался новый взрыв смеха.

— Пойдемте, господа в трюм, — позвал на Бевид. Но мы предпочли остаться на свежем воздухе.

Вскоре на палубу поднялся капитан.

— Вы были правы, господа волшебники, — Гормант поклонился нам. — Пираты действительно обосновались на острове Порск! Этот тип нам все рассказал, когда понял, что дама не шутит. Какая уж там капитанская гордость! Бевид пообещал ему быструю смерть, сделал, как говорят торговцы, «предложение, от которого невозможно отказаться»! Видели бы вы, с какой радостью он согласился!

На палубу вышел Бевид, по его лицу блуждала задумчивая улыбка.

— Ну что, — спросил капитан. — Все кончено?

— Какой там, — притворно вздохнул помощник. — Разве я мог отказать двум дамам!

— А как же торговец?

— Получается, что я его обманул!

Из трюма вновь понеслись душераздирающие вопли. Матросы опять засмеялись.

 

Глава 10

К полудню мы достигли острова Суз, где и высадили женщин на берег. Здесь у семейства Торас имелось поместье, в котором они намеревались провести остаток лета.

— Не знаю, вернемся ли мы когда-нибудь на Артеру, — сказала Нела нам с Айсом. — Слишком много воспоминаний у меня с ним связано.

— Судьбе было угодно, чтобы мы тоже стали частью твоих воспоминаний, — улыбнулся Айс, пожимая ей руку.

— За это я ей благодарна, — ответила девушка и побежала к матери, которая ждала ее на пристани.

Матросы втянули трап, и мы покинули Суз и двух несчастных женщин, которых с нами свела судьба.

Дул попутный ветер и мы шли под всеми парусами.

— Если ветер продержится, плаванье займет три дня, — уверил меня капитан. — А пока у нас есть время наточить мечи и отдохнуть перед битвой.

Бевид же еще долго стоял на корме, задумчиво глядя на линию горизонта, за которой исчез силуэт острова. Я подошел к нему и, облокотившись о фальшборт, стал наблюдать за пенным следом, остававшимся за кораблем и за стайкой жизнерадостных дельфинов, которые провожали нас уже много часов.

Было видно, что старый моряк хочет с кем-нибудь поговорить, но не решается.

— Таких женщин как леди Намери я еще не встречал, — сказал он, наконец. — Видел бы ты ярость в ее глазах!

Я только кивнул. В этом вопросе у меня не было большого опыта. Вот Эш или Маш смогли бы поддержать беседу, а мне оставалось только слушать и кивать.

— Хотел бы я иметь такую жену, — вздохнул моряк. — Которая могла бы за меня горло перегрызть! А представь, какова ее любовь! Как огонь степного пожара!

— Сгоришь ты в этом огне, — покачал головой капитан, который в это время тихонько к нам присоединился.

— Чего уж там, — сказал Бевид. — Я уж много лет тлею, ничто и никто не может меня зажечь. Чувства притупились, больше не екает сердце при виде хорошенькой мордашки…

— Стареешь, брат, — сказал капитан.

— Не в этом дело, — возразил Бевид. — Сегодня я почувствовал, как угли моей души вновь разгорелись, словно кто-то поворошил их кочергой. Мое сердце вновь забилось как у молодого, а кровь быстрее побежала по венам, согревая и пьяня как хорошее вино!

— Да ты влюбился, мой друг! — воскликнул капитан. — Мне приказать развернуть корабль?

— Да ну тебя, — усмехнулся помощник. — И что дальше? На кой такой богатой вдове такой никчемный старик? У меня ведь ничего нет за душой. Да и статью и рожей я тоже не вышел!

— Плохо ты знаешь женщин, — возразил капитан. — Таким дамам как леди Намери твоя рожа совсем не помеха. Важно чтобы человек был серьезный и надежный. К тому же она не из высоко-рожденных, так что у тебя все же есть шанс!

— Правда? — с сомнением спросил Бевид.

— Конечно, правда! — поддержал я капитана. — Я видел, как она на вас смотрела, когда вы притащили торговца на борт! А когда она вас перевязывала, разве вы ничего не почувствовали?

— В том-то и дело, — вздохнул Бевид. — Что почувствовал, почувствовала ли она…

— На обратном пути мы обязательно вернемся на Суз, — решил капитан. — Если богам будет угодно, ты к тому времени станешь богачом! На Порске нас ожидают хорошие призовые деньги!

— А ведь верно! — встрепенулся Бевид. — Вы уж извините меня, друзья, но я побегу точить свою саблю!

Капитан проводил его насмешливым взглядом.

— Всякого я навидался за свою жизнь, — сказал он. — Но что увижу такое, даже не мечтал!

Устроившись в тени парусов, я наблюдал за солдатами, проводившими инспекцию своего вооружения и за гребцами, лениво растянувшимися на палубе.

День был пригожий, и совсем не хотелось думать, что каждая пройденная миля приближает нас к страшному острову, который пираты превратили в свою крепость.

Достав из мешка томик стихов моего друга Аша, я открыл его наугад.

Между страниц лежала засушенная роза. Острые изогнутые шипы даже отпечатались на бумаге. Я осторожно потрогал их пальцем, как и ожидалось, они не утратили своей остроты.

Склонившись над цветком, я с наслаждением его понюхал, ловя чуть заметный аромат, который он источал.

Сердца девиц пленяет пенье птиц, Я выряжусь как яркий попугай! Среди пустых балов и скучных лиц, Я яростный и дерзкий негодяй!

Что имел ввиду мой друг когда писал эти строчки? Может уже тогда, он понял, что он чужой, что он не принадлежит миру балов и придворных интриг? Быть может, он уже тогда задумал убежать от всего, что его окружает? Решил сменить имя, лицо, наполнить свою жизнь смыслом?

Может уже тогда, степи позвали его к себе, позвали, чтобы никогда не отпустить!

Когда я встретил Аша впервые, он обманул и меня. Я даже принял его за степняка! Простого, туповатого и очень грубого. Сыплющего скабрезными анекдотами и непристойностями. Я думал, что его интересуют лишь скачка, вино, женщины и сражения.

Может в этом он как раз и не отличался от благородных рыцарей, которых, по большому счету, интересовали те же самые вещи.

Почему я судил о людях по их внешности? Может, виной этому было мое воспитание? Ведь нам прививали с детства, что хорошо одетый человек, от которого приятно пахнет, заслуживает доверия, а оборванный немытый бродяжка может быть только вором или убийцей.

Так и в случае с Бевидом. Я сразу же принял его за деспотичного солдафона, для которого лучшее развлечение это гнобить несчастных матросов.

Громкий голос капитана заставил меня сразу же представить страшного великана, который железной рукой управляет кораблем и командой.

Леди Намери, казавшаяся мягкой и женственной, оказалась твердой как камень и более суровой, чем самый матерый морской волк!

Каждый раз я попадал впросак! И примеров тому было не счесть. Хорошим же я был знатоком людей…

Выходит, что книжные мудрости, которыми я с детства себя пичкал, в реальной жизни ничего не стоят! А с реальным жизненным опытом не сравнится никакая книга, даже если ее и написал самый мудрый на свете мыслитель!

Ночь мы провели, укрывшись за маленьким островком, в нескольких милях от Порска. Огонь мы не разводили, так что на ужин было холодное мясо, сыр, хлеб и вино.

Солдаты вытащили из трюма маленький алтарь Орвада и всю ночь жгли перед ним благовония. Гребцы молились Коэс, богу морей и штормов. Капитан и его помощник не молились никому.

Незадолго до рассвета капитан приказал поднять якоря, и мы бесшумно двинулись к пиратскому логову.

Порск был большим островом. С севера его окружали неприступные скалы, зато с юга был обширный залив, в котором некогда располагался прекрасный порт.

Торговал Порск черным вулканическим камнем, который добывали в каменоломнях на западе острова. За черным камнем приходили корабли со всего Внутреннего моря. За него можно было получить хорошую цену и в Пааре и в Гонкоре, так что островитяне не бедствовали. Черный Мор изменил все в один день. С тех пор цена на порский камень выросла в десятки раз, так как его практически невозможно было достать.

— Мы пошлем сначала разведчиков, — сказал капитан. — Они подойдут на шлюпке к берегу, пешком переберутся через перешеек закрывающий вход в гавань и подадут нам сигнал фонарем, если увидят пиратов.

— Что будем делать дальше? — спросил Айс.

— Дальше, — усмехнулся Бевид. — Дальше мы войдем в гавань и потопим все корабли, что там найдем как котят в ведре! Простой план, верно?

— Слишком простой, — удивился я.

— С таким кораблем как у нас, планировать нечего, — пожал плечами Бевид. — Меньшие суда против нас — ничто, исход схватки может быть только один. Пираты отправляются на дно!

Я ничего не смыслил в морских баталиях, но план капитана показался мне слишком рискованным.

— А если мы наткнемся на такой же корабль, или пираты успели укрепить гавань? — спросил я. — Что тогда?

— Пентера у пиратов? — засмеялся Бевид. — Это бред! Они никогда не смогут позволить себе таких расходов. Представляешь, сколько стоит содержание ее команды? К тому же, столько пиратов на одном судне быстро перегрызли бы друг другу глотки. Для управления пентерой нужна строгая дисциплина!

— Хорошо, — не унимался я. — А что если они соорудили береговые укрепления? Тогда мы сами окажемся в ловушке!

— Пираты ничего не строят, — Бевид закатил глаза. — Они только разрушают. Грабят и разрушают!

Меня эти доводы не убедили, однако своих планов они менять не стали.

Шлюпку спустили на воду, и через полчаса на берегу загорелась красная сигнальная сфера.

— Ну что, господа, — капитан улыбнулся, надевая на голову стальной шлем. — С богом!

Я отвел Айса в сторонку, так, чтобы капитан не мог нас слышать.

— Я, конечно, ничего не смыслю в морских сражениях, — сказал я, одевая на шею другу Слезу Сердца. — Но мне кажется, что они слишком самоуверенны. Хочу, чтобы ты был наготове, и если что, использовал свой дар.

Айс сжал амулет в кулаке и глубоко вздохнул.

— Можешь на меня положиться! — воскликнул он. — Твой чудо-камень дает мне такие силы, что я чувствую себя настоящим вулканом, который может спалить весь этот остров дотла!

— Арбалетчики, на марсы! — приказал Бевид. Солдаты забросили арбалеты на спины и ловко вскарабкались на самую верхотуру.

— Может и нам туда? — спросил Айс. — Обзор будет что надо, а с палубы мы ничего не увидим, кроме спин пехоты!

С марсов, действительно, был хороший обзор. Арбалетчики почтительно расступились в стороны, уступая нам место.

— Добро пожаловать, в наше скромное гнездышко, господа волшебники! — командир стрелков установил перед нами стальной щит. — Только пристегнитесь ремнями, во время боя всякое может случиться.

Мы с Айсом застегнули на поясах страховочные карабины, а «Каратель», тем временем набирал скорость!

Таиться больше не было смысла, вовсю застучали барабаны и загнусавили волынки. Вода зашипела вокруг тарана, корабль ворвался в порт на максимальной скорости.

Как мы и предполагали, пираты были здесь. Десятки поджарых галер и крутобоких грузовых парусников были разбросаны по всей акватории порта.

Капитан засвистел в свисток и налег на руль.

Прямо перед нами появилась бирема с двумя рядами весел. Пираты как раз направлялись к выходу из порта и совсем не ожидали увидеть перед собой чудовищный таран пентеры.

С ужасающим треском мы вонзились в борт противника, в воздух взлетели обломки весел, рундуки и покалеченные гребцы. С марсов мне хорошо были видны перекошенные лица команды, которая застыла как вкопанная, пораженная неожиданным нападением.

Вновь зазвучал свисток капитана. Весла взлетели вверх и, дернувшись назад, пентера сбросила с тарана разбитое судно. Мы заскользили в обратном направлении.

Айс потерял равновесие и мог бы упасть, если бы стрелки не подхватили его под локти.

На моих глазах вражеское судно наполнилось водой и в считанные мгновения скрылось под водой, оставив на поверхности только щепки, мусор и потрясенных моряков цепляющихся за обломки.

— Никто из гребцов не выплыл! — воскликнул Айс, вглядываясь в водоворот на том месте, где только что был корабль пиратов.

— Это были рабы, — пояснил стрелок. — Их приковывают к скамьям цепью, так что шансов спастись, у них нет никаких!

Я закусил губу. Выходит, уничтожая пиратов, мы убиваем вместе с ними и несчастных пленников!

Тем временем, весла вновь вспенили воду и пентера, наметив новую жертву, как тигр бросилась вперед. Корабль прошел прямо по головам пиратов, которые надеялись спастись, ухватившись за обломки. Когда я оглянулся назад, над водой не было ни одного уцелевшего!

Морское сражение и впрямь было страшным! Здесь жизни лишались сотни людей одновременно, море не щадило никого!

Следующей нашей целью стал большой корабль с тремя рядами весел. Он попытался увернуться, но врезался в стоящий на якоре парусник. Все весла с левого борта разлетелись в щепки, и он беспомощно застыл на месте, подставляя нам свой правый борт.

«Каратель» протаранил его прямо по центру. Удар был такой силы, что мы со стрелками попадали на пол.

Когда мы распутали веревки и поднялись на ноги, все было кончено. Пентера скользила назад, а пиратская галера, с огромной пробоиной в борту, быстро погружалась под воду.

Капитан засвистел в свисток, предупреждая команду о чем-то. Справа на нас напала маленькая галера. Однако ей не хватило разбега и инерции, чтобы сломать даже наши весла.

— За работу! — закричал командир стрелков.

Арбалеты защелкали, стрелы засвистели в воздухе, уничтожая экипаж маленького суденышка. Одна из стрел пронзила голову кормчего, пригвоздив его к палубе. С поразительной четкостью я мог видеть, как дергаются его ноги в предсмертной судороге.

Весла галеры в разнобой молотили по воде, мешая друг другу. «Каратель» скользнул назад и мимоходом подмял кораблик под себя.

Капитан Гормант неутомимо бросал судно в атаку снова и снова. «Каратель» шел по заливу, оставляя за собой одни обломки и смерть.

— Еще полчаса и с пиратами будет покончено! — воскликнул Айс.

В этот раз пентера нацелилась на красивый черный корабль, который пользуясь мелкой осадкой, пробирался вдоль берега, стараясь ускользнуть от нас.

— Какой красавец! — вздохнул один из арбалетчиков. — Бьюсь об заклад, это настоящая гроза торговцев!

Словно в ответ на его слова пентера содрогнулась. Огромный камень, пущенный с суши врезался в нос «Карателя» смяв броню и осыпав всех дождем из щепок и каменной крошки.

— У них катапульты на суше! — закричал марсовый. — Отходи назад!

Капитан засвистел в свисток. Весла дружно ударили, останавливая нашу атаку, и, спустя мгновение, мы заскользили назад.

Камни продолжали сыпаться в воду вокруг нас, однако попаданий больше не было.

— Они, очевидно, не видят куда стрелять! — воскликнул командир арбалетчиков. — Их направляет наводчик! Нужно во что бы то ни стало его подстрелить!

Арбалетчики во все глаза следили за берегом, но наводчика так и не заметили.

Вскоре мы оказались далеко от берега, куда снаряды из катапульт не долетали. «Каратель» замер, высматривая новую цель, однако, оставшиеся корабли пиратов прибились к берегу, под защиту осадных орудий.

— Как видишь, — сказал я Айсу. — План нашего капитана не сработал!

— Будто ты мог предложить что-то другое! — фыркнул Айс в ответ. — Зато сработала неожиданность! Гляди, сколько пиратов мы потопили!

Действительно, вся поверхность воды была усеяна обломками кораблей, а немногие уцелевшие, жались к берегу, вне нашей досягаемости.

— А с этими как тогда быть? — спросил я. Айс только пожал плечами.

Пентера, между тем, развернулась, и мы увидели небольшую группку пиратских кораблей, которые пытались ускользнуть у нас за спиной.

Весла вновь вспенили воду, и мы рванули с места, как колесница на скачках.

Пираты, заметив нас, бросились к берегу. Их весла мелькали как сумасшедшие, но в этой гонке им было не уцелеть.

— Мы догоним их через пару минут, — сказал командир стрелков. — Держите парни, сейчас тряхнет!

Нас действительно тряхнуло, но пиратов мы так и не догнали.

Камень размером с теленка ударил в соседнюю мачту. Арбалетчики с воплями полетели за борт, следом за ними последовала и сама мачта.

Она рухнула как срубленное дерево, ломая фальшборт и давя пехотинцев на палубе.

Вздымая фонтаны брызг, камни посыпались в воду вокруг нас. Один из них сокрушил с десяток весел, и пентера быстро потеряв скорость, стала разворачиваться.

Вновь зазвучал свисток капитана. Из портов высунулись новые весла, взамен поломанным, и пентера, ловко развернувшись, помчалась прочь от берега.

С пиратских кораблей послышался победный клич и улюлюканье.

— Они таки укрепили порт! — воскликнул я.

— А что мы могли сделать? — возразил Айс. — Если бы мы об этом знали, то до сих пор сидели бы в засаде.

Мой друг был прав. Благодаря неожиданному дерзкому нападению нам удалось потопить значительную часть пиратского флота. Теперь нужно было отступать!

«Каратель» развернулся и быстро заскользил ко входу в гавань. Капитан Гормант был опытным командиром и не хотел подвергать свою команду не нужной опасности.

Мы быстро удалялись от береговых артиллерий пиратов и кораблей, жмущихся к берегам.

— Цепь! — закричал марсовый во всю глотку. — Цепь!

Я посмотрел вперед и увидел толстенную цепь закрывавшую выход в открытое море. Похоже, что пираты сами поймали нас в ловушку!

«Каратель» остановился в полете стрелы от цепи.

Мы с Айсом спустились на палубу и оторопели. Падающая мачта произвела страшные разрушения! Огромная секция фальшборта была вырвана. Палуба проломлена в двух местах, так что мы запросто могли видеть гребцов сидящих в парандосе. Повсюду лужи крови и трупы раздавленных пехотинцев.

— В мачту попало сразу два камня, — хмуро пояснил Бевид. — Один в середину и один в основание. Похоже, что на берегу сидят отличные стрелки!

Мы посмотрели в направлении берега.

— Если они не полные идиоты, — добавил капитан. — Они сейчас подтаскивают свои катапульты поближе к воде, чтобы увеличить радиус поражения.

— Если они не идиоты, то нам еще зададут перца! — хмыкнул Бевид.

Цепь, преграждавшая выход в море была выкована из черного металла. Она слегка провисала в центре, почти касаясь воды.

— Может, мы сможем проскочить? — сказал Айс. — Похоже, что она не очень туго натянута, может, удастся придавить ее еще?

— На шлюпке запросто, — согласился капитан. — Но пентера не пройдет.

— Думаю, что пираты только и ждут, когда мы через нее полезем, — процедил Бевид. — Тогда будет достаточно лишь натянуть ее, чтобы перевернуть нас к верху килем!

— Я бы мог попробовать ее разорвать, — нахмурился Айс. — Но боюсь, что ничего не получится. Видите, какая она толстенная…

Мы смотрели, как волны перекатываются через массивные звенья цепи, слегка раскачивая ее из стороны в сторону.

— Получается что и для «Карателя» сделали оковы, — улыбнулся капитан. — Мы высадим десант на берег, захватим механизмы поднимающие цепь и выпустим корабль из ловушки. Все очень просто!

Только к берегу нам подойти не дали. Механизмы тоже охранялись катапультами, которые на этот раз принялись швырять горшки с горючей смесью, и нам пришлось улепетывать во все лопатки.

«Каратель» встал на безопасном расстоянии от берега, выжидая.

— Теперь к нам направят брандеры, — предположил Бевид. — И спалят нас на рейде!

Его предположение оказалось пророческим. Из порта в нашу сторону направилась целая флотилия суденышек, над которыми клубились облачка дыма.

— Ну и что теперь? — Айс ехидно спросил Бевида. — Ведь вас предупреждали, что наш план не достаточно продуман!

— Ты же недавно защищал этот план! — воскликнул я.

— И совершенно напрасно, — надулся мой товарищ. — Волшебники тоже ошибаются!

— Глядите, — прервал нас капитан. — Брандерами никто не управляет! Их несет в нашу сторону отливом!

Схватив свисток, он подал команду гребцам. Как крылья птицы весла взлетели в воздух. «Каратель» стремительно рванулся вперед и, проскользнув между надвигающихся кораблей, оказался у них в тылу. Брандеры сносило все дальше и дальше к цепи закрывавшей выход в море.

— Может они разнесут там все к Мистар? — с надеждой в голосе предположил Бевид. Айс сомнением покачал головой.

— Тевалийская черная сталь огня не боится!

Флотилия брандеров приближалась к цепи все ближе и ближе. Корабли сталкивались бортами, цеплялись друг за дружку превратившись в конце концов в неуклюжий дымящийся остров.

Первым взорвался корабль с правого края, запустив цепь взрывов от которых даже пентера закачалась на волнах!

Огненная шапка взметнулась до самых небес. Воздух наполнился удушающим запахом гари, газа и дыма.

— Хорошо хоть ветер дует в сторону моря, — порадовался Бевид. — Унесет от нас эту отраву!

Флотилию расшвыряло взрывом в разные стороны, так что теперь на поверхности воды всюду лежали черные обломки и догорающие остовы кораблей. Страшно было даже представить, что сталось бы с «Карателем» если бы нам не удалось избежать столкновения.

— Надеюсь, что они использовали все свои запасы газа и не наскребут на новую флотилию! — Айс заулыбался.

Однако пираты наскребли!

Новый брандер вышел из порта через полчаса. На этот раз это был огромный торговый корабль водоизмещением в триста тонн, не меньше.

На его борту мы заметили рулевого и нескольких матросов. Они ловко спустили парус и направились прямиком к нам.

— Хотят поиграть со мной в кошки — мышки? — усмехнулся капитан, поднимая свой свисток. — Думают, наверно, что я буду стоять и ждать, пока меня протаранят!

Мы с Айсом переглянулись.

— Орудия к бою! — приказал капитан.

Солдаты ловко развернули баллисты и скорпионы.

— Для начала сбейте с этого ублюдка парус и прикончите рулевого! — приказал он. — Огонь!

Снаряды баллист и стрелы за несколько секунд разодрали парус в клочья. Весла взлетели вверх и «Каратель» скользнул назад, увеличивая расстояние между кораблями. Однако, даже лишенный паруса, брандер приближался к нам влекомый течением.

Капитанский свисток подал команду. Пентера ловко развернулась и нацелилась тараном на торговца.

— Мы должны будем пойти вдоль берега, — крикнул капитан. — Нельзя к ним приближаться ни в коем случае! Они взорвутся при первой же возможности!

— Приготовить помпы и огнетушители! — хладнокровно приказал Бевид. Матросы взялись за помпы и принялись поливать водой палубу корабля и такелаж.

— Вот если бы нам удалось прикончить рулевого! — Бевид оценил расстояние до брандера, которое неумолимо сокращалось. — Мистар его забери!

Я оттолкнул солдата от скорпиона и занял его место. Метровой длины стрела уже лежала в ложе, так что мне оставалось только потянуть за спусковой рычаг.

Груженый взрывчаткой торговец подпрыгивал вверх и вниз на волнах, обрывки парусов трепетали на ветру.

Рулевого не было видно, он прятался за крепкой конструкцией, сколоченной из десятка щитов.

— Он там, гад, — прорычал Бевид. — Прячется от нас!

— Давай, брат, — выдохнул Айс. — Времени мало!

Я глубоко вдохнул, поворачивая орудие на станине. Сейчас мы проверим, на чьей стороне удача!

— Быстрее! — поторопил меня капитан. — Нам нужно уходить!

Я выдохнул и дернул за рычаг! Стрела пронзила хлопающие на ветру остатки паруса и исчезла. Торговец тут же накренился на правый бок и стал поворачивать.

Засвистел свисток капитана и «Каратель» метнулся к берегу. Весла мелькали в воздухе с бешеной скоростью, а берег приближался на глазах.

Взрыв был ужасный! Нас словно ударило огромной горячей рукой. В ушах зазвенело, а воздух сгустился так, что стало трудно дышать!

Через секунду с неба обрушились потоки воды, посыпалась оглушенная рыба и дымящиеся обломки.

Брандер словно растворился, будто его никогда и не было.

— Чем это они его напихали, хотел бы я знать! — закричал Бевид, мотая головой из стороны в сторону. Из ушей у него текла кровь.

Пентера застыла в десятке метров от суши. Мы развернули все свои орудия к береговой поросли, в которой угадывалось какое-то движение. Затренькали тетивы скорпионов и баллист. Во все стороны полетели обломки веток и тучи листьев.

— Прекратить стрельбу! — приказал капитан. — Берегите заряды, стреляйте только наверняка!

Пентера двигалась в нескольких метрах от каменистого склона. Бевид непрестанно замерял глубину лотом. Его лицо было перекошено от напряжения, а на щеках запеклась кровь.

— Мы пойдем под самым берегом, — сообщил капитан. — Если они и впрямь выдвинули свои орудия вперед, то на таком расстоянии они ничего нам не сделают, а мы запросто сможем перебить их обслугу.

Пентера как хищник беззвучно скользила в тени обрыва. Похоже, враг решил, что с нами уже покончено! Это было очень кстати!

— Отличный выстрел, — Айс похлопал меня по спине. — Нам опять повезло!

— Тихо! — капитан приложил палец к губам и Айс испуганно замолчал.

Над нашими головами послышалась речь. Пентера остановилась, и мы замерли напряженно прислушиваясь.

Говорили на непонятном нам наречии, очевидно, пираты были совсем близко!

На палубу спустился марсовый и торопливо подошел к капитану.

— Прямо над нами батарея из десяти камнеметов, — доложил матрос. — Наша мачта чуть ниже обрыва, но если они посмотрят вниз, то сразу нас заметят!

— Уходим! — приказал капитан. Айс ухватил его за рукав.

— Могу я взглянуть на эту батарею? — спросил он улыбаясь.

Капитан замер, не отрываясь глядя на волшебника. Он, очевидно, как и я понял, что тот задумал.

— Я с тобой! — шепнул я.

Если встать на марсах в полный рост, можно было разглядеть батарею во всех подробностях, ведь нас разделяло меньше десяти метров.

Катапульты стояли двумя рядами, по пять машин в каждой. При каждой машине было три человека обслуги, которые в данный момент были заняты разгрузкой каменных ядер с телеги.

Чуть дальше расположился отряд пиратов в тяжелых доспехах с топорами и копьями, они охраняли подход к батарее с суши.

Тут же стояла вышка, сооруженная из трех высоких шестов с маленькой платформой наверху. Там мы заметили человека, который осматривал залив, пользуясь странным прибором.

— Ничего себе пираты! — шепнул мне Айс. — Больше похоже на настоящую армию!

— И мы поперли против нее с одним кораблем, — ответил я.

Айс ухватился за Слезу Сердца обоими руками.

— Я сейчас, — сказал он. — Только дай мне отдышаться, и я от них только пепел оставлю!

Отдышаться нам не дали. Человек на вышке свесился вниз и чуть не сорвался с перепугу, увидев пентеру, практически у себя под ногами.

Он что-то закричал на непонятном нам языке. Солдаты вскочили на ноги и побежали в нашем направлении. Некоторые из них снимали со спин заряженные арбалеты.

— Давай, Айс! — закричал я. — Нас заметили!

Айс встал, распрямившись во весь рост. Его руки изо всех сил сжимали амулет. Запахло дымом.

Двое солдат встали на колени и тщательно прицелившись, выпустили в волшебника стрелы. В тот же миг взревело пламя и стрелы, вспыхнув, не успели до нас даже долететь!

Огонь затопил батарею, превращая катапульты в пылающие уголья, а бегущих солдат в живые факелы. Жар был настолько сильным, что в одно мгновение даже доспехи и стальные шлемы начали деформироваться и оплывать!

Вышка вспыхнула и накренилась. Человек, сидевший на ее вершине, еще несколько секунд цеплялся за свою платформу, но шесты обломились, и он с диким воплем рухнул в огонь.

Лицо Айса покрылось жуткими ожогами. Губы съежились, обнажая почерневшие зубы, из разорванного горла падали огненные капли. Он рухнул на площадку лицом вниз, не выпуская Слезы Сердца из рук.

 

Глава 11

Бевид повел отряд из сотни солдат к цепи, запиравшей выход из гавани. Мы с Айсом остались на «Карателе», который предусмотрительно отошел от берега на безопасное расстояние.

— Как он? — капитан подошел к гамаку, в котором лежал мой товарищ.

— Уже лучше, — успокоил я его. — Поправляется на глазах. Думаю, что к вечеру уже встанет на ноги.

Ожоги на лице Айса уже затянулись, но сквозь дыру в горле все еще со свистом вырывался воздух.

— Как его страшно обожгло! — покачал головой капитан Гормант. — Как он, должно быть, мучается.

— Он сейчас спит, — заверил его я. — И не чувствует боли.

Через четыре часа Айс открыл глаза и слабо улыбнулся. Попытался что-то сказать, но не смог. Я поменял мокрое полотенце у него на лбу и потрепал его по щеке.

— Отдыхай, все будет в порядке!

Айс кивнул, уронил голову на подушки и опять заснул.

Стемнело. Пираты не подавали признаков жизни, не было новостей и от отряда Бевида. Капитан решил потихоньку подобраться ко входу в гавань и ждать там.

Мы бросили якоря в полете стрелы от цепи и стали ждать. Небо затянуло плотной пеленой облаков, мир погрузился в чернильную темноту.

Я лежал на палубе рядом с гамаком друга, прислушиваясь к его прерывистому дыханию. Хвала богам, сипов и хрипов больше не было слышно.

Почему Айс так сильно пострадал? У меня в голове роились тысячи предположений, но я не мог найти ни одного объяснения.

Может быть, ему опять пришлось воспользоваться сырой маной? Может внезапное нападение пиратов нарушило его концентрацию? А может Слеза Сердца признавала только одного хозяина? На мои вопросы мог ответить только сам Айс, так что мне не оставалось ничего другого как ждать.

Незаметно для себя самого я уснул. Разбудил меня шепот Айса.

— Марк, ты не спишь?

— Уже нет, — ответил я шепотом. — Ты как?

— Похоже, что и на этот раз меня пронесло! — Айс выполз из гамака и лег со мной рядом на влажные доски палубы. — Если бы не твой камень…

Я почувствовал, как его пальцы что-то впихивают в мою ладонь. Это была Слеза Сердца.

— Возьми, — прошептал он. — Я уже в порядке.

— Но он может тебе еще пригодиться, — я попытался вернуть ему амулет.

— Ну, уж нет, — Айс отстранился. — Похоже, что я не умею им правильно пользоваться. Он наполнил меня такой силой… Ложной силой… Что меня чуть не разнесло на куски!

— Но камень излечил тебя! — возразил я.

— За это ему спасибо, — хмыкнул Айс. — Но если бы я доверился ему полностью, лечить было бы некого!

Я тихонько надел амулет на шею и спрятал его под рубашкой.

— Это камень страшной силы, — вздохнул Айс. — Но не нам им пользоваться! Только могучий чародей способен с ним совладать.

Мы молча лежали рядом, всматриваясь и вслушиваясь. Однако тьма была непроницаемой и молчаливой.

Наконец Айс перевернулся на бок, поближе к моему уху и быстро зашептал.

— На этот раз все было иначе, чем с морским чудовищем, — он взял меня за руку, словно ища поддержки. — Я словно почувствовал боль людей, которых убиваю! Это было ужасно!

Айс задрожал всем телом.

— Но и приятно вместе с тем, — добавил он. — Как бы это объяснить… Настолько страшно, что страх превращался в восторг. Настолько больно, что боль переросла в экстаз! И это все твой камень…

Я сжал руку друга в ответ, чувствуя, какая она потная и как она дрожит.

— Ты сделал то, что должен был сделать, — успокоил его я. — Ты не убивал ради удовольствия.

— А мог бы, — быстро пробормотал Айс. — Я как вспомню свои ощущения в тот момент, так все тело сразу немеет…

Краем уха я уловил слабый всплеск воды, будто кто-то осторожно касался веслом воды.

Вскочив на ноги, мы уставились в темноту.

— «Каратель»! — раздалось из темноты.

На палубе тут же приоткрыли на миг потайной фонарь. Лодка чуть слышно стукнулась о борт пентеры, а гребцу сбросили веревочную лестницу.

На борт поднялся один из морских пехотинцев, что ушел с Бевидом на остров.

Капитан склонился над ним, пока тот с жадностью пил. Мы с Айсом тоже подобрались поближе.

— Докладывай! — приказал капитан. — Напьешься потом!

Солдат отдышавшись, поставил кружку на палубу.

— На острове регулярные войска, настоящая армия, а не простые пираты — доложил пехотинец. — Мы пытались избежать стычки, но нам это не удалось. Из всего отряда уцелело только двадцать человек!

— Чьи войска? — прошептал капитан. — Бевид жив?

— Жив, — кивнул солдат. — Даже не ранен. Чьи войска мы не разобрали. Мы наткнулись на палаточный городок в заброшенном карьере. Сотни больших палаток, каждая человек на десять…

— Целая армия, — присвистнул Айс. — Совсем не похоже на пиратов!

— Пираты на острове тоже есть, — подтвердил солдат. — Они занимаются перевозкой войск.

— Что с Бевидом? — строго спросил капитан. — Что тебе приказали передать?

— Мы оторвались от преследования, — продолжил солдат. — И вышли к тому месту, где стоят механизмы поднимающие цепь. Охрану мы перебили и захватили несколько лодок. Господин Бевид спустит цепь, как только вы подадите ему сигнал. Потом он с отрядом пройдет пешком через перешеек и будет ждать эвакуации на берегу с другой стороны.

— Понятно, — кивнул капитан. — Команда по местам! Самый малый вперед!

Пентера как тень скользнула мимо черных берегов, на которых светились фонари часовых, и через несколько минут застыла возле выхода из гавани.

Черные звенья цепи слегка покачивались, когда через нее перехлестывали волны. Тишина была почти осязаемой. Мы слышали, как переговариваются на берегу вражеские стрелки, как звякают их доспехи и храпят спящие.

— Кажется что они совсем рядом! — прошептал мне на ухо Айс. — У меня от этого мороз по коже.

Я тоже представил себе десяток катапульт заряженных горючими снарядами готовых в любой момент расстрелять нас в упор. Картина была довольно жуткая.

На «Карателе» вспыхнула потайная лампа и тут же погасла. Успел ли увидеть ее Бевид? Оставалось только ждать, и молить богов, чтобы ее не увидели враги.

На левом берегу послышалось какое-то движение и металлическое щелканье.

— Полный назад! — скомандовал капитан, и пентера беззвучно заскользила назад во тьму.

Металлическое щелканье сменилось противным скрипом и цепь начала опускаться в воду! На другом берегу вражеские стрелки всполошились. Послышались резкие команды, топот ног, крики и ржание лошадей.

Послышался звук удара и на том месте, где мы только что находились, разлилось море жидкого огня, освещая все вокруг.

Пентера стояла в темноте в полной готовности. Двести пятьдесят весел подняты, готовы к молниеносному рывку!

Мы с восторгом наблюдали как цепь медленно, но верно опускается в горящую воду.

Крики на противоположном береге стали громче. На берегу, где находился отряд Бевида, тоже замелькали огни. Они быстро приближались, а цепь все так же медленно, звено за звеном, опускалась в воду.

— Давай! — прошептал Айс. — Ну же! Давай опускайся!

Я тоже вцепился изо всех сил в фальшборт, наблюдая за тем, как открывается дверца нашей мышеловки.

Внезапно цепь дернулась и остановилась. До нас донеслись звуки схватки. Звон металла, крики людей и ржание лошадей.

— Они добрались до них! — зашипел Айс.

Цепь дрогнула и вновь поползла вниз.

— Им удалось отбиться! — облегченно воскликнул я.

Пронзительно зазвучал свисток капитана. Весла вонзились в воду с такой яростью, что чуть не оторвали судно от поверхности залива!

Пентера рванулась вперед как призовой скакун.

Тут же послышались удары с берега, и воздух заполнился огненными змеями, нацеленными в «Карателя».

— Лей воду! — закричал капитан. Его громовой голос разодрал ночь в клочья. — Готовь огнетушители!

Струи воды из помп низверглись на палубу, и в тот же момент первый снаряд разбился о мачту, накрыв нас огненным дождем. Полетели стеклянные сферы огнетушителей, они разбивались в дребезги, и выплеснувшаяся из них жидкость тут же превращалась в пену, гася пожар.

Десяток ударов весел и мы пролетели сквозь огненный шторм, и вышли в открытое море. Я слышал, как цепь царапнула по дну пентеры, но она уже не могла удержать нас в ловушке.

Обернувшись назад, я видел, как пылает водная гладь, а снаряды продолжают падать, превращая вход в гавань подобие врат в Аннувир!

Фонарик Бевида мы заметили сразу же, как только обогнули мыс.

Пентера подошла почти к самому берегу, и мы увидели, как три фигурки бегут к нам по мелководью, а сзади их настигают всадники с длинными копьями.

— К орудиям! — закричал я и ухватился за рычаг скорпиона. Метровая стрела ударила коня в бок, отшвырнув его в сторону как тряпичную куклу. Всадник с копьем взвился в воздух, будто выпущенный из катапульты, выбив из седла еще одного преследователя, он кубарем покатился по песку.

Затренькали арбалеты, заухали баллисты, сметая на своем пути все что движется. Оставшиеся всадники осадили своих скакунов и бросились под защиту леса.

Бевид и два солдата благополучно добрались до пентеры вплавь.

— Кроме нас больше ни кого не осталось, — прохрипел помощник капитана. — Прочь с этого проклятого острова!

Весла ударили по воде и «Каратель» устремился в открытое море.

Ближайшим к нам островом, на котором можно было получить помощь, был Библ, но мы направились прямиком на Кортас.

— Там стоит целый флот военных кораблей, — пояснил капитан Гормант. — Мы сможем уже к завтрашнему вечеру блокировать Порск с моря, и топить каждого кто попытается к нему приблизиться!

— Если, конечно, кортасцы соблаговолят нам помочь! — процедил Бевид. Он был легко ранен в плечо и в бедро. Сопровождавшие его солдаты остались без царапины. Они до последнего были облачены в тяжелые доспехи и сбросили их только на пляже, прежде чем добраться до «Карателя» вплавь. Бевид доспехов никогда не носил, за что и поплатился.

— Этот остров, — продолжил он. — Оказался настоящей ловушкой! Нам пришлось разделиться на три отряда и каждому пробиваться порознь!

Чистое везение, что нам удалось захватить механизмы управляющие цепью!

Глаза помощника капитана были налиты кровью, он по-прежнему плохо слышал, а правая рука у него висела как плеть.

— Но мы тоже задали им жару! Паторк отобрал у кого-то двуручный меч и рубил им головы как капусту, — Бевид кивнул на солдат, с которыми спасся с острова. — А Намер крушил их налево и направо рычагом от катапульты. Видели бы вы, какими посеченными были их доспехи, прежде чем они их сбросили! Живого места на них не осталось!

— Чудо что тебя самого не порубили в капусту, — капитан озабоченно рассматривал лохмотья, оставшиеся от одежды помощника. — Ты уже не в том возрасте, чтобы забавляться наравне с молодыми!

Пока гребцы налегали на весла, матросы взялись за установку запасной мачты, починку парусов и такелажа.

Солнце поднялось над горизонтом и мы, наконец, поймали попутный ветер. Паруса раздулись, а на самой верхушке мачты затрепетал флаг Паары.

Капитан подошел к нам с Айсом, его лицо было осунувшимся, а глаза ввалившимися. Выглядел он усталым и угрюмым.

— Даже не знаю, как оценить наш поход, — сказал он. — Как полный провал или как удачу… Что вы думаете, господа волшебники?

— Конечно удачу! — воскликнул я. — Мы не только уничтожили большую часть пиратского флота, но еще и обнаружили вражескую армию готовящую вторжение.

— Это меня волнует больше всего, — признался капитан. — Может это король Кортаса собирает войска для нападения на соседей, а мы сейчас сами сунем голову в его ловушку.

— Мангор Третий никогда не опустится до такой подлости, — возразил Бевид. — Тем более не пойдет на сделку с пиратами!

— Короли как раз и славятся тем, что поступают так, как им заблагорассудится! — хмыкнул Айс. — Мой папаша тоже своей честью дорожит, но иногда нанимает бандитов, если сам мараться не хочет.

Соседей потрепать или купцов ограбить, это у королей любимое развлечение.

— Не знаю как ваш уважаемый отец, — хмыкнул Бевид. — Но Мангор Третий — человек чести!

— Так ведь с его честью ничего и не станется, если никто не узнает о его проделках, — огрызнулся Айс. — Свалят это на пиратов и все дела.

Галеры с Кортаса настигли нас в нескольких милях от Библа. Они даже не потрудились спустить своих флагов.

— Ну что я вам говорил, — подбоченился Айс. — Королям верить нельзя!

— Они наверно голубя послали, — предположил Бевид. — Как же это подло с их стороны!

Кораблей было пять. Новенькие, только недавно спущенные на воду, они блистали медью таранов и эпотид. Корпуса украшены красными и черными полосами, делающими их схожими с огромными насекомыми. Паруса подняты, весла лежат на воде. Враг выжидал.

— Они меньше нашего «Карателя», — воскликнул Айс. — У них всего по три ряда весел, значит и в скорости у нас преимущество!

— Зато их пять! — нахмурился капитан. — Сначала они сломают наши весла, а потом и наши хребты…

— Господин волшебник, — Бевид улыбнулся. — Может вы могли бы их припугнуть? Глядишь, они и сами разбегутся!

Айс только покачал головой.

— Я думал об этом, — сказал он. — Однако на этот раз ничего не получится. Я слишком истощен, чтобы спалить даже муху.

— Ну что ж, — Капитан расправил плечи. — Команда по местам! Покажем засранцам, как дерутся паарийцы!

Пехотинцы поснимали с бортов щиты и обнажили мечи. Затрещали вороты арбалетов.

Я встал за скорпион, положив ладони на рукояти. Айс пристроился рядом.

— Будешь стрелы подавать, — одобрил я. — Теперь, господин волшебник, будем сражаться как дикари. Деревом и сталью!

— Я не против, господин ученик, — ухмыльнулся он. — До сих пор нам везло, может и сейчас боги от нас не отвернутся.

На вражеских триремах завыли трубы. Их весла взлетели вверх, и корабли рванули с места. Сразу я даже не понял что произошло! Вместо того чтобы увеличиваться в размерах, вражеские галеры стали уменьшаться на глазах!

— Вонючие трусы! — завопил Бевид, потрясая копьем, которое сжимал в здоровой руке. — Бегут, поджав хвосты!

— Наши! — послышался крик марсового. — Смотрите, капитан! Это наши!

Мы обернулись и увидели, как из-за острова по правому борту грациозно появляются две пентеры с голубыми паарийскими парусами.

— Хвала богам! — воскликнул капитан. — Это «Молот» и «Наковальня» корабли мастера Модрона и мастера Пенкаура!

Под приветственные кличи солдат, пентеры поравнялись с нами. Их паруса были подняты, а сходни переброшены на «Каратель».

Капитаны Модрон и Пенкаур были облачены в позолоченные кирасы с изображением львов на груди. Они и сами походили на львов! Их пышные рыжие шевелюры топорщились во все стороны, а неухоженные рыжие бороды отражались в полированном металле доспехов. Каждый был вооружен стальной булавой с шипами и изогнутым кинжалом в позолоченных ножнах.

— Собаки с Кортаса напали на наших торговцев вблизи Самнора, — взревел мастер Пенкаур. — Мы как раз возвращались с Итар и успели выловить из воды нескольких моряков, которые обо всем и рассказали.

— Если бы не эти моряки, — подхватил мастер Модрон. — Мы бы во всем обвинили пиратов!

— Нужно идти в Паару, — предложил капитан Гормант. — Выяснить, началась ли война с Кортасом или король все еще ничего не знает о нападениях.

— Теперь знает, — успокоил его мастер Пенкаур. — Мы каждый день посылаем по три голубя с донесениями. Хоть один из них да доберется живым до Паары.

— А мы, тем временем, не будем терять времени! — ухмыльнулся мастер Модрон. — У нас теперь три корабля! Предлагаю отправиться к вонючкам в логово и потопить все что на глаза попадется!

— Мы не настолько сильны, чтобы тягаться с целым флотом Кортаса, — возразил Бевид. — К тому же война может и не объявлена, мы можем спровоцировать международный скандал!

— Кортасцы его уже спровоцировали! — резко возразил капитан Гормант. — Война не война, а мы не будем спокойно любоваться, как топят наших торговцев. Капитан Модрон прав! Нужно срочно что-то предпринять.

Капитан рассказал мастерам Модрону и Пенкауру о скоплении войск на Порске и о пиратской базе, которую мы атаковали.

— Я так и думал, — взревел мастер Модрон. — Предатели собираются захватить Патор или Родар, чтобы использовать их в качестве базы для атаки на Паару!

— А почему именно Патор или Родар? — мастер Пенкаур почесал макушку. — Я бы на их месте захватил Библ, он ближе, как раз между Порском и Кортасом!

— А на кой он им нужен? — зарычал мастер Модрон. — Библ и так сдастся, его и захватывать не надо! Вот Родар другое дело, кто им владеет, тот контролирует все морские пути в Паару. Если они устроят морскую блокаду, в Пааре начнется голод, и ее можно будет брать голыми руками!

— Действительно, — согласился капитан Гормант. — Если прекратятся поставки зерна из Пилеса, Паара не продержится и нескольких месяцев.

— Разве Паарский флот не сможет прорвать блокаду? — удивился Айс.

— На какое-то время сможет, — согласился мастер Модрон. — Но это все равно, что стрелять из баллисты по воробьям! Как только наши суда вернутся в порт, блокада вновь возобновится.

— По этому, нужно ударить по самому логову предателей! — подхватил мастер Пенкаур, потрясая булавой. — Идем на Кортас!

План капитанов атаковать крупный остров со своей армией и флотом мне совсем не понравился. В прошлый раз, когда мы сломя голову бросились в атаку на пиратское логово, нам чудом удалось остаться в живых. В этот раз нам могло повезти гораздо меньше.

Я отозвал Бевида в сторонку, чтобы капитаны нас не слышали.

— Мне, вся эта затея, кажется безумием, — сказал я в полголоса. — Что могут три корабля против целого флота? Может, стоит все же дождаться поддержки из Паары?

— Если капитану Горманту что-то взбрело в голову, его не просто остановить, — хмыкнул Бевид. — А Модрон и Пенкаур еще более упрямые. Они даже слушать не станут наших возражений!

— Если нас потопят, — вклинился в разговор Айс. — Пользы не будет никакой. Может я смогу убедить капитанов?

— Только если вы согнете их в бараний рог! — усмехнулся Бевид. — Таких твердоголовых капитанов вы не найдете ни в одном порту Внутреннего моря.

— Я умею быть убедительным! — Айс вздернул подбородок.

— Неужели? — я с недоверием посмотрел на друга. — Что-то я этого не заметил!

Айс ухватил меня за рукав.

— Пойми, я не струсил! — горячо зашептал он. — Просто я не могу позволить другим принимать за меня решения. Глупые решения. Если я вижу что это глупость, и она может погубить нас всех, я не стану молчать!

— Посмотрим, — хмыкнул Бевид. — Бьюсь об заклад, что они вас даже слушать не станут!

Айс круто развернулся на пятках и зашагал к навесу, где капитаны увлеченно изучали карту. Я побежал следом, чтобы если что, поддержать товарища.

— Мы не пойдем к Кортасу! — сказал Айс, уперев руки в бока и яростно сверля взглядом затылки, склоненные над картой.

— Это кто сказал? — спросил Модрон, не оборачиваясь.

— Это я сказал, — Айс постарался придать своему голосу железные нотки.

— Пойдите, погуляйте, мальчики, пока взрослые заняты, — Пенкаур отбросил со лба огненные пряди. — Потом, может, мы найдем и для вас время.

— Мне повторить? — Айс побагровел. — Мы не пойдем к Кортасу! Это самоубийство!

— Мы уже приняли решение, господа волшебники, — вздохнул капитан Гормант, разводя руки в стороны. — Вы уж поймите.

— Тогда мы это решение отменяем! — отрезал Айс.

Тут уж капитаны не смогли остаться безучастными. Они оторвались от карты и воззрились на Айса как на диковинную зверушку.

— Ты не говорил нам, старый пройдоха, что заполучил на борт волшебников! — хмыкнул мастер Модрон. — Да еще и целых двух!

— Любопытно, — цокнул языком мастер Пенкаур. — Что же они умеют? Предсказывать погоду или гадать на куриных внутренностях?

Капитаны захихикали, толкая друг друга локтями.

— Это мастера Маркус Гримм и Айссивед — Убийца Чудовищ! — заявил Бевид, выступая вперед.

— Убийца чего? — вытаращился мастер Модрон. — Чудовищ? Ну и имечко он себе выбрал! Ему больше подойдет Убийца Тараканов или Убийца Клопов!

Рыжие капитаны покатились со смеху, а у Айса непроизвольно сжались кулаки.

— Это мы его так назвали, — мрачно сообщил капитан Гормант, обрывая веселье товарищей. — После того как он сжег Морского Дьявола!

— Ну, ты ври, да не завирайся! — хмыкнул мастер Пенкаур. — Мы же не портовые шлюхи!

Капитан тоже побагровел и отошел от стола, за которым сидели рыжие братья. Он встал рядом с нами и поклонился Айсу.

— Если ваша милость так решила, «Каратель» не пойдет к Кортасу!

Бевид ошарашено переводил взгляд с капитана на Айса, а с Айса на мастеров Модрона и Пенкаура.

— Да ты спятил на старости лет, — воскликнул Модрон. — Капитаны никому не кланяются!

Запахло дымом. У Айса изо рта вырвался тоненький язычок пламени. Он быстро посмотрел на меня и показал что все в порядке.

— Капитаны поклонятся мне, — заявил он хриплым голосом. — И будут делать то, что я им приказываю!

— Да вы тут все с ума посходили! — взревел мастер Модрон, поднимая с пола свою чудовищную булаву. — Такого обращения я не потерплю ни от кого! Тем более от сопливого мальчишки возомнившего себя волшебником!

— Старый осел! — фыркнул Бевид.

— Ты сам виноват! — завопил мастер Модрон, замахиваясь на Айса своим оружием. Его глаза налились кровью, а рыжие усы встопорщились как у кота. Мастер Пенкаур тоже схватился за булаву и приготовился к атаке.

Пламя вырвалось изо рта волшебника и метнулось вперед. На этот раз это было желтое пламя, без страшных сине-зеленых оттенков.

Мастер Модрон вскрикнул и уронил булаву на палубу. Он стоял, и ошалело тряс обожженной рукой, раскаленное оружие мерцало на полу как уголья в костре, а от палубы поднимался дым.

Я посмотрел на опаленные брови, сгоревшие усы и дымящуюся шевелюру капитана и с трудом сдержал смех.

Бевид выплеснул на раскаленную булаву ведро воды. Она зашипела, поднялось облачко пара.

— В следующий раз, когда вы надумаете мне перечить, это будет последний раз! — голос Айса был страшен. Будто рычание дракона вырывалось из его горла. Даже мне стало не по себе!

Рыжие капитаны рухнули на колени. По их лицам потекли слезы.

— Да, господин волшебник! — восторженно пробормотал мастер Модрон. — Мы просто счастливы, что в нашем королевстве появился настоящий Дракон!

— Приказывайте, господин! — воскликнул мастер Пенкаур, склоняя голову. — Мы преклоняемся перед вашей силой и мудростью!

По лицу Айса скользнула кривая усмешка, и я даже вздрогнул. Это лицо было мне не знакомо!

Айс словно стал выше ростом, его присутствие заполняло собой всю палубу. Капитан Гормант и Бевид, очевидно, тоже это почувствовали и опустились на колени.

— Вы преклоняетесь не перед моей мудростью, — прорычал волшебник. — Мой огонь нагнал на вас страха! Так что продолжайте помнить о нем, когда захотите усомниться в моем решении!

От Айса опять запахло дымом, а глаза засверкали не добрыми огоньками. Недолго думая я поднял с палубы ведро с остатками воды и вылил их Айсу на голову.

Зашипел пар, глаза моего друга полыхнули как разгорающиеся угли и потухли.

— Спасибо, друг! — усмехнулся он. — А то я уже собирался поджарить этих рыжих дураков!

Капитаны стояли, склонив головы и не смея даже посмотреть на волшебника, дабы вновь его не разгневать.

— Мы идем к Родару, — сказал я. — Если Кортас начал блокаду Паары, мы ее разорвем, жители города не должны пострадать!

— Мы так решили, — строго произнес Айс, подмигивая мне.

— Будет исполнено, господа волшебники! — сказал Гормант.

Капитаны встали с колен и торжественно направились к своим кораблям.

Наши матросы, ставшие свидетелями, всего произошедшего, застыли как истуканы.

— Спустить паруса, — приказал капитан.

— Спустить паруса! — завопил Бевид. — Идем домой!

 

Глава 12

После того как Айс поставил задиристых капитанов на место, они вели себя примерно. На Айса они теперь смотрели с восторгом и обожанием. Они даже принесли нам вымпел, на котором был наспех нарисован дракон с пламенем, извергающимся изо рта!

— Вот, — сказал мастер Пенкаур. — Нужно поднять этот вымпел на марсе, в знак того, что «Каратель» наш флагман!

Айс выбросил флаг за борт, и даже не взглянув на капитана, отослал его небрежным кивком.

— Они что с ума все посходили? — спросил Айс.

— Ты сам виноват, — пожал плечами я. — Волшебник должен внушать уважение, а не страх!

— Похоже, что наши капитаны признают только силу, — вздохнул Айс.

— Зато теперь, они тебя почитают как какое-то божество, — я хлопнул друга по плечу. — Скоро даже жертвы начнут тебе приносить!

— Я не против! — подбоченился Айс. — Если это будут хорошенькие девушки…

— Какие там девушки, — удивился я. — У них девушек нет. А вот свинью заколоть в твою честь они могут и кровью тебя обмажут!

Айс поежился, представляя картину, которую я ему живописал.

— Спасибо, друг, ты очень добр!

К нам подошел Бевид.

— К полудню мы подойдем к Родару. Какие будут указания? — он выжидательно смотрел на Айса. Волшебник пожал плечами и кивнул на меня.

— С вопросами обращайтесь к господину Маркусу, это по его части!

Честно говоря, я и сам не знал, что мы будем делать, когда достигнем Родара. Инстинкт мне подсказывал, что все встанет на свои места само собой, когда остров покажется на горизонте.

Так оно и вышло! В узком проливе между островом и континентом виднелись корабли.

С такого расстояния не было видно кто это, друзья или неприятели. Нам видны были только силуэты мачт и неясные очертания корпусов.

— Это не наши суда! — закричал марсовый. — Это транспорты!

Над водой зазвучали капитанские свистки, загремели барабаны, паруса поползли вверх. Ловкие матросы споро увязывали их на рее, готовя «Карателя» к бою.

«Молот» и «Наковальня» во всем следовали нашему примеру.

— Глядите, какие они огромные! — закричал мастер Модрон. — Похоже, что мы успели вовремя!

Теперь нам уже хорошо были видны очертания длинных плоских кораблей, больше похожих на баржи и не предназначенных для долгих морских переходов.

— Это десантные суда, — сказал Бевид, изучая противника. — Кто-то готовит высадку на Родар. Хвала Богам, мы подоспели вовремя!

— К бою! — взревел капитан Гормант. Застонали волынки и заухали барабаны.

Десантники в полном боевом снаряжении присели на корточки вдоль фальшбортов. Арбалетчики застрекотали воротами, заряжая оружие. С катапульт и скорпионов на палубу полетели чехлы.

Повсюду появились горки сфер огнетушителей, ведра с водой и песком. Команда матросов готовила абордажные трапы.

— Оставьте это, — остановил их Бевид. — Сегодня мы только тараним!

Тараним и топим!

Выглянув за фальшборт, я увидел фигурки мастеров Модрона и Пенкаура, в сверкающих кирасах и с чудовищными булавами в руках.

Бевид подошел к волынщику.

— Только таранить! Никаких абордажей! Передай приказ!

Заунывный стон волынки полетел над волнами. Капитаны показали, что все поняли, и приветственно замахали оружием.

Двести пятьдесят весел одновременно опустились в воду и «Каратель» ринулся в атаку. «Молот» и «Наковальня» следовали за нами попятам.

На транспортах нас тоже заметили. Завыли трубы, загремели барабаны и трещотки.

В тот же миг сотни стрел взлетели с их палуб, затмевая небо. Я сразу же вспомнил мастера Никоса, и как он уничтожил в воздухе тучу стрел алимов. Вот бы и нам сейчас боевого колдуна!

— Мама родная, — схватился за голову Айс. — Это сколько же на этих баржах народу!

— Щиты! — закричал сержант десантников.

Солдаты укрылись щитами приготовившись встретить смертоносный дождь.

— Под палубу, господа волшебники! — закричал Бевид. Он схватил нас с Айсом под локти и спихнул в парандос, закрывая за собой дверь.

Через несколько секунд по палубе забарабанил стальной град.

Гребцы, налегающие на весла, засмеялись. Возбуждение от предстоящего боя передалось даже им.

— Глядите, господа волшебники, — закричал здоровенный детина весь покрытый татуировками. — Как мы сейчас пустим этого кашалота ко дну!

Гребцы весело заухали, мускулы на их потных спинах равномерно перекатывались, руки крепко сжимали рукояти весел, а ноги упирались в скамьи.

Мы с Айсом присели на связки запасных весел лежащих в проходе меж скамей, дожидаясь пока стихнет обстрел.

Стрелы неутомимо продолжали барабанить по палубе, а пентера, между тем, продолжала свою неумолимую атаку.

— Им от нас теперь не уйти! — Бевид выглянул в весельный порт. — Держитесь крепче!

Мы ухватились за веревки, протянутые под потолком, и в тот же миг весь корабль содрогнулся от страшного удара.

— Больше не девочка! — захохотали гребцы и как один налегли на весла. Пентера рывком освободила свой таран и отпрянула назад. Послышался треск лопающейся обшивки и крики людей.

Мы бросились на палубу.

Прямо перед нами навис борт транспорта. В его корпусе ниже ватерлинии зияла огромная дыра, в которую уже устремилась морская вода. Каждый удар весел все удалял нас от вражеской посудины, а она все сильнее и сильнее кренилась на борт.

Вся палуба, мачты и корпус нашей пентеры были утыканы стрелами, однако, похоже, что никто из команды даже не был ранен. Солдаты деловито очищали палубу, сшибая стрелы своими щитами.

Тем временем «Молот» мастера Модрона врезался в брюхо гигантского транспорта справа от нас.

«Наковальня» мастера Пенкаура тоже настигла свою добычу.

— Не думал, что когда-нибудь увижу такое! — воскликнул потрясенный Айс.

Транспорт, который мы протаранили, настолько наклонился, что его фальшборт уже зачерпнул воды. На его палубе словно разверзлись врата в аннувир!

Тысячи людей карабкались друг у друга по головам, пытаясь взобраться повыше, спасаясь от наступающей воды. Многие были одеты в стальные доспехи, они остервенело, разили мечами направо и налево, прорубая себе путь к спасению.

Те, на которых доспехов не было, прыгали за борт и плыли прочь от тонущего корабля. Однако у большинства не было никаких шансов к спасению!

— Через пару минут она пойдет ко дну, — удовлетворенно хмыкнул Бевид.

— Да их там как сельдей в бочке! — воскликнул Айс потрясенно.

— Тысячи две, не меньше, — согласился Бевид.

Справа от нас «Молот» благополучно освободил свой таран из пролома в борту транспорта и теперь, как и мы, наблюдал, как он уходит под воду.

«Наковальня» слева все еще никак не могла отцепиться от противника. Весла раз за разом врезались в воду, однако, корабль не мог сдвинуться с места.

— Плохо дело, — нахмурился Бевид и побежал к капитану стоящему у руля.

«Каратель» не медля развернулся, и бросился на помощь.

С оглушительным треском наш таран пронзил борт транспорта. На палубу тут же полетели обломки такелажа и крючья на веревках! Они вонзались в наш корабль как когти хищного животного, не позволяя нам освободиться.

Так вот, оказывается, почему «Наковальня» намертво прилипла к этой барже!

— Это ловушка! — закричал Бевид. — Десанту немедленно освободить корабль от крючьев!

Солдаты с обнаженными мечами принялись рубить канаты, но безуспешно. Мечи отскакивали от туго натянутых веревок не в силах их перерубить.

— Похоже на какую-то магию! — воскликнул Бевид.

— Приготовьте огнетушители! — бросил Айс и побежал вперед на нос.

В тот же миг с вражеской баржи полетели стрелы. Огонь вырвался изо рта волшебника, и они вспыхнули в воздухе, не долетев до нас. Черные веревки, привязанные к крючьям, вспыхнули и с треском полопались.

Я схватил друга и повалил его под защиту фальшборта. Айс улыбался. На его лице не было ожогов, и он мог говорить.

— Наконец у меня все получилось! — закричал он. — На этот раз, это была самая чистая мана, которую мне доводилось пробовать!

Протараненный борт транспорта удалялся. На его борту вспыхнул огонь. На «Наковальне» послышались торжествующие крики и корабль, освободившись, двинулся следом за нами.

«Молот» времени зря не терял. Он, тем временем, успел догнать два транспорта и благополучно пустить их ко дну.

Теперь среди морских волн болтались только головы моряков цепляющихся за обломки, да груды мусора, которые остаются после каждого морского боя.

— Четыре транспорта, — прикинул Бевид. — Это около восьми тысяч человек! Вполне достаточно чтобы захватить Родар и укрепиться на берегу.

— Нам опять повезло! — воскликнул Айс. — И все благодаря моему другу Марку!

Я не разделял энтузиазма Айса. Ведь я стал причиной гибели такого количества народа!

Это была война. На войне гибли люди. Я понимал все это, однако цена, которую мы заплатили за победу, была слишком высока.

— Идем в Паару? — спросил Бевид, склонившись надомной.

Я только кивнул головой.

— Выловите для меня несколько уцелевших, — капитан Гормант махнул за борт. — Будет не лишним поболтать с ними по душам.

В воду полетели крючья на веревках. Они цепляли барахтающихся в воде людей и тащили их к «Карателю».

— Вот это рыбалка! — восхитился Айс, глядя, как подцепленный матрос извивается в воде пытаясь освободиться от крюка, зацепившегося за его кожаный панцирь. — У нас в Антраге так не порыбачишь!

— А у нас такая рыбалка постоянно, — оскаблился Бевид, подкручивая усы. — Хотите сами попробовать?

Айс отрицательно затряс головой.

— Спасибо, как-нибудь в другой раз! Когда рыбка будет помельче.

Солдаты как раз вытаскивали на палубу здоровенного рычащего детину в кожаных доспехах темно-зеленого цвета.

Опутав его веревками, они бросили добычу на пол и принялись тянуть из воды новую жертву.

Пленный воин хрипел и отплевывался, из его горла ручьями извергалась вода. Длинные спутанные волосы облепили бледное лицо, как гнилыми водорослями.

Мы подошли к пленнику. Бевид присел на корточки и убрал волосы с его лица.

— Ты кто такой? — спросил он. — Назовись!

Слов пленника мы не разобрали. Он что-то прошипел на неизвестном нам языке, захрипел и потерял сознание.

Воины тем временем вытащили из-за борта новую добычу. На этот раз это была наголо бритая девушка в кожаном доспехе. Едва она оказалась на палубе, как тут же выхватила из-за пояса кинжал и бросилась на матросов. Дюжий солдат, не мешкая, свалил ее с ног могучим подзатыльником.

— Вяжите сучку, — приказал Бевид. — Похоже, что она опаснее вот этого здоровяка!

Девушка не приходила в сознание до самого вечера. Мы уже думали, что с ней все кончено, когда она открыла глаза.

— Что пялитесь, шлюхины дети! — прорычала она, пытаясь освободиться. — Развяжите меня сейчас же!

— Хоть эта по-нашему говорит, — обрадовался Бевид. — Не то, что вон та груда мышц!

Пленный воин сидел привязанный спиной к мачте и забавлял матросов иноземной руганью.

Капитан Гормант склонился над пленницей.

— Против тебя лично, мы ничего не имеем, — сказал он спокойно. — Если будешь себя хорошо вести и отвечать на наши вопросы, мы отпустим тебя на все четыре стороны. Договорились?

Девушка смотрела на капитана изучающим взглядом.

— Почему я должна вам верить? — спросила она. Произношение у нее было непривычным, но вполне понятным.

Я посмотрел на ее красивое лицо с правильными чертами, на ее черные как ночь глаза и сразу же вспомнил лесовичку.

— Позвольте мне, — попросил я и сел на корточки перед девушкой.

Бевид и капитан отступили на шаг, пропуская Айса вперед.

— Какому богу поклоняется твой народ? — спросил я осторожно.

Девушка выглядела озадаченной.

— А тебе какое дело? — огрызнулась она. — Ты жрец что ли?

Айс присел рядом со мной.

— Отвечай господину волшебнику! — жестко приказал он.

Пленница сразу поникла.

— Я с острова Дект, — ответила она. — Мы поклоняемся Мирку, богу ветра.

— Мирку брат Орвада, — оживился Айс. — Почему вы поклоняетесь именно ему?

Девушка нахмурилась.

— А какая разница? — спросила она. — Все равно все попадем в аннувир…

Бевид расхохотался.

— Развяжите ее! — приказал он. — Если рыпнешься, брошу тебя за борт. Поняла?

Девушка кивнула и лежала смирно, пока солдат снимал с нее путы.

— Дект это рядом с Гонкором, — заметил капитан. — Паара многие века торгует с вашими соседями. Почему же вы решили напасть на нас?

— Гонкор заключил союз с Кортасом, — девушка пожала плечами, потирая занемевшие руки. — Нас никто не спрашивал, хотим ли мы войны с Паарой.

— А этот тип, — я кивнул на связанного воина. — Он откуда?

— Понятия не имею, — девушка плюнула в сторону пленника. — Их привели откуда-то с севера. По мне, они такие же шлюхины дети, как и вы!

Бевид вновь расхохотался.

— И зачем это им понадобилась такая очаровательная леди как ты? — спросил он. — Солдат ублажать?

Пленница злобно зашипела.

— Их ублажали жирные старики вроде тебя! Я же строю осадные башни!

Девушку звали Хрианон, она была седьмым поколением в роду строителей. Ее предки уже пять веков строили осадные башни для правителей Гонкора. Они участвовали в осадах Ритура, Тергаса и Андора.

— Было бы неплохо добавить к этому списку и Паару, — сказала она. — Отец мог бы тогда мной гордиться!

— Ты бы себе зубы обломала о Паару! — усмехнулся Бевид, протягивая девушке чашу с вином. — А твоя хорошенькая головка, наверняка, украсила бы собой городские стены!

— Да мне все равно, какой город, — она вздернула подбородок. — Пусть даже Гонкор! Главное чтобы стены были повыше и потолще, тем больше славы мне достанется!

— Ты совсем не боишься смерти? — спросит Айс.

— Все мы умрем, — пожала плечами девушка.

— Ну чем позже, тем лучше, — хмыкнул Бевид. — У меня еще есть кое-какие дела на этом свете!

— Тебе все равно немного осталось, — презрительно скривилась Хрианон. — Так чего же цепляться за эти жалкие годы?

Возмущенный Бевид вскочил на ноги.

— Я еще тебя переживу, попомни мое слово! — воскликнул он.

Девушка расхохоталась ему в спину.

— Ты это зря, — пожурил ее Айс. — Бевид хороший человек. Не нужно его обижать!

— Хороший человек? — фыркнула Хрианон. — Он обещал бросить меня за борт, ваш хороший человек!

— А у вас на Декте не принято уважать старших? — поинтересовался я.

— А за что их уважать? — девушка удивилась. — Тоже мне подвиг — дожить до старости. Герои умирают молодыми, только они достойны уважения!

— А твой отец, — напирал я. — Он тоже не достоин уважения?

— Моего отца посадили на кол при осаде Андора, — радостно сообщила девушка. — Он трое суток не умирал, пока солдат не заколол его копьем. Мы каждую ночь слышали, как он поносит андорцев и пророчит им скорую и мучительную смерть!

— Я бы его заколол в первую же ночь, — хмыкнул Айс. — Терпеть не могу, когда спать мешают.

— Он был настоящим героем! — девушка, казалось, никого не слышала кроме себя. Она выпила пол амфоры вина и съела три ломтя вяленого мяса. Теперь она чувствовала себя вполне счастливой и даже попыталась начать командовать. Попытка была пресечена капитаном Гормантом, который отвесил ей такую оплеуху, что было слышно даже на «Молоте» и на «Наковальне».

— А вы когда-нибудь видели, как сажают на кол? — поинтересовалась она у нас с Айсом. — Заостряют шест с одного конца…

Закончить Хрианон не успела, так как сон сморил ее прямо в начале рассказа. Она обмякла в гамаке и громко захрапела.

— Пойдем спать на нос, — предложил Айс. — Или я задушу ее спящую!

— До Паары еще два дня пути, — усмехнулся я. — Думаешь, что сможешь продержаться?

— Одним богам известно! — Айс горестно закатил глаза. — За что они меня так наказывают?

Мы направились к носу, переступая через спящих солдат и гребцов. Проходя мимо мачты, мы услышали звериный рык. Пленный воин глядел на нас, не отрываясь. Его глаза, казалось, светятся в темноте как угли.

— Вот же чудовище! — пробормотал Айс. — Представляю, какого страха они навели на гонкорцев, пока их не погрузили на корабли!

— А представь, что могла натворить целая армия таких головорезов, если бы мы их не потопили! — добавил я.

Мы осторожно обошли мачту и устроились на ночь на самом носу, рядом с клюзами. Заснули мы быстро и нам даже не мешали моряки, которые время от времени перешагивали через нас, направляясь к клюзам по нужде.

Проснулся я от странного звука. То ли всхлипнул кто-то во сне, то ли вскрикнул… Некоторое время я лежал, не открывая глаз, и вслушивался, надеясь понять, что же меня разбудило.

Стояла полная тишина, нарушаемая только храпом матросов, скрипом дерева, да ударами морской волны о борт корабля.

Внезапно звук повторился. Он походил на сдавленное мычание, словно кто-то стонал сквозь крепко сжатые зубы. Похоже, кого-то мучили ночные кошмары!

Я перевернулся на другой бок и уже собирался вновь уснуть, как звук повторился, но уже чуть с другого места. Это было необычно!

Повернув голову, я открыл глаза и принялся всматриваться в темные силуэты, лежащие на палубе.

Ночь была безлунной, так что приходилось довольствоваться лишь светом звезд.

Некоторое время ничего не происходило, но вот один из моряков встал. Наверно сейчас пойдет на нос к клюзам. Я улыбнулся. Несчастный, наверняка, страдал от боли в желудке, вот и постанывал во сне!

Переступив через спящего товарища, моряк вновь улегся. Я все еще улыбался. Да он еще и лунатик!

Стон вновь повторился. Моряк даже слегка задергался. Однако он скоро успокоился, и я решил вернуться ко сну. Глупо было следить за несчастным, который страдает бессонницей и коликами.

Но тут моряк опять встал. На этот раз я успел разглядеть его фигуру. Он был огромным и плечистым. Наверняка один из гребцов. Мой взгляд невольно скользнул к мачте, где был привязан пленник. Сердце мое забилось так сильно, что чуть не выпрыгнуло изо рта! Пленника не было!

Тем временем моряк опять улегся и через несколько мгновений вновь послышался сдавленный стон. Я сразу все понял!

Зажав Айсу рот ладонью, я потянул его за ухо. Мой друг проснулся мгновенно. Он попытался было вырваться, но я прижал его к палубе и зашептал ему на ухо.

— Пленник освободился и теперь убивает солдат! — я показал Айсу на темный силуэт, который вновь поднялся на ноги.

— Будь я проклят! — прошептал Айс. Я почувствовал, как все его тело дрожит. — Что делать будем? Я не могу его спалить, без того, чтобы не поджарить пол команды с ним заодно!

— Нужно найти арбалет, — сказал я. — Я уложу его с одного выстрела!

— Какой арбалет в такой темноте! — возразил Айс. — Да пока ты его зарядишь, он пол команды передушит!

— Что же делать? — я тоже не видел выхода. — Если мы поднимем тревогу, начнется такая неразбериха, что он перебьет еще больше народу!

— Похоже, что выбора нет, — прошипел Айс. — Когда он встанет, я его подожгу! А ты хватай огнетушители и сразу швыряй их на палубу. Если богам будет угодно, у нас все получится!

За нашими спинами как раз стоял большой ящик со стеклянными сферами наполненными жидкостью способной потушить даже горящую нефть. Я сжал Слезу Сердца в кулак и кивнул Айсу.

Темная фигура вновь поднялась. Вместе с ней вскочил и волшебник. Вспыхнуло пламя и на секунду мы увидели улыбающееся окровавленное лицо пленного великана. Его рот был выпачкан кровью!

Потом человек в один миг превратился в визжащий огненный факел!

Я откинул крышку ящика и принялся швырять в пламя огнетушители один за другим. Они разбивались о палубу, зеленая пена вскипала не в силах справиться с огнем!

Айс присоединился ко мне. Мы швыряли огнетушители, а вокруг начался настоящий бедлам! Кричали обожженные моряки и солдаты, ноги людей скользили в крови и в пене. Они падали друг на друга, повсюду начинались драки, засверкали обнаженные мечи!

— Пожар! — громовой голос капитана прекратил панику. — Всем тушить пожар!

Со всех сторон в огонь полетели огнетушители, песок и ведра забортной воды. Люди образовали круг вокруг горящего участка и через несколько минут расправились с пламенем.

Мы с Айсом бросились к дымящимся останкам пленника. Чуть дальше, ближе к мачте лежали неподвижные тела матросов. Сколько их было, невозможно было сосчитать в темноте.

— Зажгите свет! — приказал звучный голос капитана. — Я себе шею сверну в этой тьме!

Световые сферы вспыхнули, заливая палубу резким белым светом. Длинные черные тени заплясали вокруг нас. Мы с Айсом огляделись.

Труп пленника, вернее то — что от него осталось, лежал в черном круге копоти. Руки скрючены на груди, а голова откинута назад.

— Мерзкое зрелище, — прошипел Айс.

Мы перешагнули через мертвеца, и пошли к мачте, на которой все еще висели обрывки веревок, которыми был связан пленник.

— Что тут произошло, господа волшебники? — Бевид все еще держал в руках огнетушитель. Лоб у него был разбит и кровоточил, одежда разорвана и покрыта сажей.

— Наш гость освободился, — Айс кивнул на дымящиеся останки. — И решил прогуляться по кораблю!

Мы подошли к телу матроса, распластанному на палубе. Из его разорванного горла натекла большая лужа крови.

— Будь он проклят! — воскликнул Бевид, склоняясь над матросом. — У него перекушено горло!

Утром мы похоронили убитых. Их было двенадцать. Капитан прочел над ними молитву и зашитые в парусину тела скользнули по доске за борт.

Раненных оказалось два десятка, все с ожогами разной степени. Однако на Айса никто не обижался. Забинтованные матросы, солдаты и гребцы по очереди подходили к нему со словами благодарности.

— Вы спасли нас от страшной смерти, господин волшебник, — поклонился один из гребцов с забинтованной рукой. — Нет слов, которые могли бы выразить нашу признательность!

Всех страшно напугало, с какой жестокостью были убиты их товарищи. Даже закаленные бойцы стояли на похоронах с побледневшими лицами.

— Эта тварь могла бы растерзать нас всех, если бы вы ее не остановили! — поклонился солдат.

Капитан и Бевид стояли рядом с нами одетые в церемониальные одежды. Их лица были бледными и суровыми.

— Это я виноват, что не приставил к нему стражу на ночь, — пробормотал Бевид. — Если бы не моя беспечность, ничего этого не случилось бы!

— Виноват только я, — возразил капитан. — Надо было его сразу за борт отправить, а не везти в Паару, как военный трофей!

Мы с Айсом молчали, молчала даже Хрианнон, потрясенная ночным происшествием до глубины души.

— Похоже, что нам до сих пор невдомек, с каким врагом мы столкнулись и кто стоит за всем этим! — сказал я капитану. — Кто подбил дружественные Гонкор и Кортас на войну с Паарой! Кто привел армию людоедов на наши земли, и с какой целью!

— Надеюсь, что люди поумнее чем мы, смогут дать на это ответ, — вздохнул капитан.

Я тоже на это очень надеялся.