Лили с балкона проскользнула обратно в бальный зал. И едва не налетела на Энни, которая с изумленным видом стояла у французских дверей. Лили широко улыбнулась и подхватила сестру под руку.

— Что ты здесь делаешь? — таинственным шепотом спросила она.

— Ищу тебя, — с непроницаемым лицом ответила Энни.

— Я вышла подышать.

Энни взглянула сквозь стекла дверей и подняла бровь.

— Понятно.

— Вернись и танцуй. Развлекайся! Наслаждайся!

У Энни чуть глаза из орбит не выскочили.

— Теперь я точно знаю: ты заболела или что-то в этом роде. Это не моя сестра.

— Что ты хочешь этим сказать? — задохнулась от смеха Лили.

— Что с тобой? — подозрительно посмотрела на нее Энни. — Ты на себя не похожа.

— Со мной все в порядке. Просто я веселюсь. Наслаждаюсь чудесным шампанским. — Лили подхватила с подноса проходившего мимо лакея очередной бокал. — И этим замечательным праздником.

— Лили Эндрюс, ты пьяна!

Лили хихикнула, когда сестра назвала ее девичьим именем, и отпила глоток.

— Ш-ш… Это секрет.

Округлившиеся глаза Энни стали размером с блюдце.

— Поверить не могу: ты дожила до того, что злоупотребляешь алкоголем.

Лили оглянулась, чтобы убедиться, что их не подслушивают, и потянула сестру в угол. Они спрятались за пальмой в кадке.

— Послушай, Энни. Завтра мы уезжаем в Нортумберленд. Это последняя ночь нашего веселья. Так что иди и танцуй с Джорданом Холлоуэем, твоим юным мистером Иглторпом или как его там… Наслаждайся.

Энни схватила сестру за руку, в ее глазах застыл неподдельный ужас.

— Нортумберленд?

— Да. Я собиралась сказать тебе об этом по дороге. Суть в том, что мы нищие, и я попросила кузину Алтею принять нас.

— Нищие? О чем ты говоришь? — уперлась рукой в стену Энни.

Туман, окутавший рассудок Лили, на мгновение развеялся. О Господи! Не надо было говорить это Энни сегодня. Особенно когда еще не получен ответ кузины. Проклятое шампанское. Лили так хотела, чтобы сестра наслаждалась своим последним вечером в светском обществе.

Она понизила голос:

— У нас нет выбора, Энни. Ты должна понимать, что мы какое-то время боролись с бедностью. Все труднее и труднее оплачивать счета. Новый граф сообщил о своем намерении поселиться в городском доме.

На лице Энни отразилась паника.

— Ты собиралась отвезти меня в Нортумберленд, не сказав ни слова? Не дав мне шанса попрощаться с подругами… с Артуром?

Тревожный сигнал прозвучал в голове Лили, когда сестра назвала мистера Иглстона по имени.

— Тише, — похлопала она Энни по руке. — Ты можешь написать из Нортумберленда. Энни, послушай, для меня это трудный выбор, но нам не остается ничего другого. Когда я продам второй памфлет, возможно…

— Ты права, Лили. Мне надо веселиться. В последний раз. — Смаргивая навернувшиеся слезы, Энни выдернула руку из ладони сестры и ушла.

Лили вздрогнула. Чувство вины терзало ее. Меньше всего хотела она ранить Энни, разочаровать ее. Однако пора сестре повзрослеть. Энни хочет, чтобы к ней относились как к взрослой. Что ж, тогда ей нужно спокойно воспринимать взрослую информацию и брать на себя взрослую ответственность. Принять тот факт, что у них нет денег. И им некуда идти.

Она смотрела Энни вслед, пока не увидела, что сестра, сияя улыбкой, танцует с мистером Иглстоном. Ну и характер!

Лили вздохнула. Она скверно справилась с этим делом. Это все шампанское виновато. Нужно было рассказать все Энни утром. Объяснить более четко. А теперь настало время собирать материал для нового памфлета.

Лили посмотрела сквозь стеклянные двери на балкон: Колтон исчез. Он вошел в дом через другие двери? Или он прячется от нее? Что ж, она бросила перчатку. И теперь надо иметь мужество увидеть, как ее поднимут.

Она должна сыграть эту маленькую драму независимо от того, обернется ли она комедией или трагедией. Лили поспешила наверх, чтобы Мэри помогла ей снять корсет. Она по собственному опыту знала, что Девон Морган ловко справляется с этим предметом одежды, но предпочтительнее надеть более легкий наряд, если ее намерение — соблазнить.

Лили влетела в спальню и окликнула горничную:

— Мэри, быстро! Я должна переодеться в ночную одежду.

— Что? Почему, миледи? — засуетилась Мэри.

Об этом Лили не задумывалась.

— Если я скажу, ты не поверишь, — ответила она.

Все-таки иногда полезно иметь служанку, которая ничего не помнит. Наутро Мэри не осудит ее за вольность. Она просто ничего не вспомнит.

Мэри помогла ей снять бледно-лиловое платье, корсет, и Лили вскоре оказалась в тонкой ночной рубашке. Она накинула пеньюар.

— Спасибо. — Лили крепко обняла Мэри и скользнула к двери.

Она внимательно оглядела темный коридор. Нужно выбрать верный момент для побега.

Она уже точно знала, где находится спальня Девона.