Лили замерла у комнаты Девона, дрожа всем телом. Что, если его нет? Что, если он запер дверь? Снова отверг ее? Лили набрала в грудь воздуха. Она не может рисковать и стоять в холле полуодетая, кусая губы и заламывая руки. Она выбрала этот путь и должна его пройти.

Она положила дрожавшую руку на холодную бронзовую ручку, повернула ее и толкнула дверь.

Слава Богу, не заперто.

Выдохнув, Лили распахнула дверь и влетела внутрь, ночная рубашка шелестела у ее лодыжек. Сердце колотилось с гибельной скоростью. Закрыв дверь, она привалилась к ней и зажмурилась.

Открыв глаза, Лили быстро заморгала. В комнате горело всего несколько свечей: одна на каминной полке, другая на дальней стене, у окна, и еще одна рядом… с кроватью.

Лили расправила плечи. Девон стоял рядом с кроватью. Выражение его лица сказало Лили, что он сделал выбор. Он хочет ее. Он все еще оставался в черных брюках и белой сорочке, но снял сапоги. Галстука на нем тоже не было, распахнутый ворот накрахмаленной белой сорочки открывал загорелое мускулистое тело и тень темных завитков на груди.

Девон босиком пошел к ней.

Лили сжала руки, чтобы сдержать дрожь. Господи, как же он красив! В этот миг она больше не думала о пари, о деньгах, даже о своем волнении. Сейчас имел значение только этот распалявший ее желание мужчина, направлявшийся к ней. Его темные глаза всматривались в нее так, словно он читал ее мысли. У нее пальцы заломило от желания коснуться его темных волос.

— Ты опоздала на две минуты, — протянул Девон с чувственной улыбкой.

Мягко взяв за руку, он повел ее к кровати. Лили шла на ватных ногах.

— Ты уверена. Лили? — шепнул он, почти касаясь губами ее волос. Его сильные руки обхватили ее.

Она кивнула.

— Пожалуйста, скажи, что сейчас ты не думаешь о пари.

Лили прижалась головой к его мощной груди.

— Не думаю.

Плечи Девона немного обмякли.

— Хорошо. Ты знаешь, что сам я такое пари никогда не заключил бы и мне на него наплевать.

Она снова кивнула.

— Если ты почувствуешь себя неловко или испугаешься, скажи, и мы остановимся.

Очередной кивок.

Девон улыбнулся, и чувственный изгиб его губ заставил исчезнуть все ее сомнения.

Девон нежными словами и неспешными ласками сделал для нее все простым и легким. Страха совсем не было, только ожидание, узлом затянувшееся у нее внутри, теперь растекалось по всему телу, вызывая дрожь.

— Ты красивая, Лили, — прошептал Девон у ее губ, потом отстранился, явно наслаждаясь видом просвечивавшего сквозь тонкую рубашку тела. — Такая красивая.

Похоже, он понимал, что она почувствует себя свободнее, если он позволит ей остаться в пеньюаре. Взяв за руку, Девон потянул Лили к кровати. Потом повернулся и обеими руками потащил рубашку через голову.

Его руки и плечи согнулись, спина напряглась, такая мускулистая и… совершенная. Лили не утерпела. Она хотела увидеть больше. Блики света заиграли на его гладкой коже, и Лили едва не задохнулась от желания.

Это вожделение — вот что это такое. Первобытное вожделение. Мощное и волшебное.

— Мы не будем спешить, — шепнул он.

Лили кивнула. Только она хотела, чтобы он не торопился, по другой причине. Не потому, что она испугана, а потому, что очарована.

— Мм… — сдержанно кивнула она. — Девон, можно мне выпить?

Полуулыбка заиграла на его губах.

— Думаю, тебе уже хватит.

— Только один бокал. Ты тоже выпей.

— Хорошо.

Ступая босыми ногами по толстому ковру, он подошел к буфету и вытащил бутылку вина. Прихватив два бокала, Девон вернулся к Лили. Его глаза смотрели прямо в душу. Их темные глубины гипнотизировали Лили. У нее замерло сердце, но это было приятное волнение.

— Ты делаешь это со всеми леди, которые приходят в твою спальню? — спросила Лили.

— Меня интересует только одна леди в моей спальне, — прошептал он. — Не забывай, что ты уведомила меня о своем намерении нанести мне визит сегодня вечером. Какой же я хозяин, если бы не подготовился?

— Ты прав, — выдавила она пересохшими губами.

Огонь потрескивал в камине. Острый запах тлеющих поленьев наполнял комнату. Девон вытащил из бутылки пробку, налил два бокала густого красного вина и вручил один Лили.

Прикрыв глаза, она потягивала сладкий напиток. Вкус великолепен. Укрепляющая сила вина — это именно то, что ей сейчас нужно. Выпитое шампанское уже выветрилось. Вино было прекрасное, но Лили без всяких сомнений знала, что хочет заняться любовью с Девоном, и алкоголь не имеет к этому никакого отношения. Отхлебнув очередной глоток, она уселась на кровать.

Он потянулся забрать у нее вино, она заколебалась, допила бокал и только потом отдала его. Девон поднял бровь, и Лили глуповато улыбнулась.

— Еще? — спросил он.

— Пока нет.

Девон одним глотком допил вино и поставил бокалы на буфет. Потом лег и притянул ее к себе. Он был все еще в бриджах, Лили — в ночной рубашке.

Мягкий матрац заставил Лили расслабиться. Подняв взгляд, она увидела, что Девон навис над ней, его темные чуть вьющиеся волосы разметались, на скульптурных губах играла самая чувственная улыбка, какую ей доводилось видеть. Но было что-то еще в его глазах, не поддающееся четкому определению, говорившее Лили, что он заботится о ней, хочет сделать это событие особенным. Она чувствовала это в каждом его прикосновении, в каждом слове.

Они лежали рядом. Девон поцеловал ее в губы так нежно, что она едва не заплакала. Его поцелуй был восхитителен. Девон словно проверял, Как много она готова дать. Лили обняла его за широкие плечи и притянула ближе.

Девон застонал, когда Она прильнула к нему всем телом. Его рука ласкала ее грудь сквозь ткань. Подушечка большого пальца кружила вокруг соска, доводя до безумия. Лили сильнее прижималась к Девону, чтобы почувствовать его всего, и теперь пришла ее очередь стонать, когда он легко сжал и ущипнул ее сосок. Его ладонь не отрывалась от ее груди, а Лили хотелось большего. Она прижалась к Девону в поцелуе, языком исследуя его губы. Его язык проник в ее рот, подчиняя, и в этот миг Лили осознала, чего хочет. И всегда хотела. Прошлое не имеет значения. И будущее — тоже. Сейчас важно одно: этот загадочный красавец, которого она всегда любила, занимается с ней любовью. И это восхитительно.

Рука Девона двинулась ниже и потянула вверх ночную рубашку. Лили знала, что он хочет удостовериться, не испугал ли ее. И она это оценила. Его рука скользнула к ее колену, и Девон чуть приподнял над ним ткань. Его пальцы потирали ее колено, заявляя свои права; он без всяких слов проверял, все ли с ней в порядке, прежде чем двинуться дальше. Лили вздрогнула. Как он нежен. Как нежен!

Рука Девона двинулась по ее ноге и чуть сжала. Дрожь пробежала по спине Лили. Кто бы мог подумать, что простое прикосновение окажется столь греховным?

Он приподнимал край ее рубашки, и это сводило Лили с ума. Ей хотелось самой сорвать с себя одежду. Не терпелось двинуть его руку вверх по своему бедру, положить ее себе между ног — именно там ей место.

Если он собирается так ее мучить, то нужно выпить еще. Повернувшись к прикроватному столику, Лили схватила бутылку вина, которую оставил там Девон. Запрокинув голову, Лили выпила, потом игриво взглянула на него поверх бутылки.

— Жажда? — поднял бровь Девон.

— Будешь? — предложила Лили.

— Всенепременно. Если мы собираемся устроить сегодня вакханалию, давай пить прямо из бутылки.

Вино помогло, но Лили все-таки дрожала. Что, если Девон узнает ее тайну? О Господи! Конечно, узнает! Тут ничего не поделаешь. Возможно, если он выпьет достаточно, то ничего не заметит. Или если она выпьет достаточно, то ее это не будет волновать.

Да, вино — это выход.

— Вот. — Она сунула бутылку ему в руку.

Девон поднес бутылку к губам и сделал большой глоток. Лили смотрела на его шею, на дрогнувшее адамово яблоко, когда он глотнул. Ей хотелось броситься ему на грудь и лизнуть его. Капелька вина бежала по его подбородку. Лили воспользовалась этим. Она подалась вперед слизнуть каплю, но оказалась недостаточно проворной. Капля катилась по его шее на грудь.

Ее губы скользнули ниже, по красной винной дорожке на его шее. Лили вдыхала его запах. От Девона пахло свежестью и… мужчиной. О Господи! Кончиком языка она провела по его ключице. Он шумно втянул воздух.

Прекрасно! Лили забрала у него бутылку и, наклонив над его ключицей, плеснула в ямку немного вина. Девон ахнул. Его темные глаза расширились.

— Что ты делаешь? — спросил он хриплым голосом, от которого складки ее лона сделались влажными.

— Доверься мне, — прошептала она и наклонилась слизать вино из углубления над ключицей.

— Лили, не думаю…

— Ш-ш… — На этот раз она плеснула вино ему на грудь, и он шумно выдохнул. Лили поставила бутылку на стол и улыбнулась. — Этот маленький беспорядок нужно устранить.

— Ты обворожительна, — сказал Девон, когда Лили наклонилась, чтобы слизнуть вино с его мускулистой груди.

К счастью, вино потекло ему на живот. Лили с радостью последовала за красными струйками, слизывая их. Вкус был чудесный. Сладкий. Восхитительный. Она была немного удивлена собственной смелостью, списанной ею на вино. Но Лили не собиралась допустить, чтобы хоть одно мгновение этой ночи прошло без наслаждения. В конце концов, это ее вторая брачная ночь. Правда, никакой свадьбы не было. Но ведь это не важно. У нее будет ночь, о которой она всегда грезила, и на этот раз с мужчиной, о котором всегда мечтала.

Язык Лили прошелся по его грудным мышцам, задел соски. Девон повернулся взглянуть на нее, когда она чуть прижала кожу зубами, и снова шумно вдохнул. Должно быть, ему это нравилось. Ласки сосков доставляли ему такое же удовольствие, как и ей?

Девон хотел подвинуть ее под себя, но Лили отодвинула бедра.

— Почему ты мучаешь меня? — Его полуприкрытые глаза переполняло желание.

Искра гордости разгоралась в ее груди.

— Я намерена наслаждаться, — ответила Лили. — И наслаждаюсь. Прямо сейчас. Очень.

Девон застонал.

— А что, если я скажу, что ты меня убиваешь? Кроме того, я намеревался сделать это приятным для тебя, Лили.

Услышав свое имя из его уст, она стиснула ноги от унизительной похоти. Лили похлопала кончиками пальцев по его губам.

— Помолчи. Я пытаюсь соблазнить тебя.

— Ты уже это сделала.

Он снова застонал. И не произнес ни слова, когда она наклонилась к его животу. Мускулы выступали там шестью рельефными кубиками. Лили вздрогнула. Этот мужчина — само совершенство. Его тело выглядит как скульптурное творение Микеланджело. Какое наслаждение касаться его языком!

Ее губы спустились к впадинке пупка. Лили слизала скопившееся там вино. Она продолжала свое озорство и спустилась даже ниже, но уперлась в пуговицы его бриджей. Узкая дорожка темных завитков скрывалась за поясом. Лили так хотелось посмотреть, куда она ведет. Ее руки нашли пуговицы, и Лили жадно стала расстегивать их.

— Нет.

От его голоса все ее тело завибрировало.

Теперь Девон был на ней, надавливая на самые интимные места. Лили застонала. Ей еще сильнее захотелось сорвать с него одежду, но она знала, что Девон, дав ей время позабавиться, теперь сам контролирует ситуацию.

Ох! Да!

Он снова проник языком в ее рот.

— Ты чудесна на вкус. Как вино.

Лили запустила пальцы в его темные волнистые волосы и взяла лицо в ладони. Чтобы удержать его. Не позволить уйти.

— У меня и близко нет такого восхитительного вкуса, как у тебя, — прошептала она припухшими от поцелуев губами.

Девон прижал ее руки к постели. Он поймал Лили в ловушку. Раскинув ноги, он припечатал ее к кровати и сам прижался к ней.

— Мне нравится вино, — выдохнул он.

Наклонившись, Девон просунул голову под ее рубашку и устроился в ложбинке на груди. Когда его губы скользнули по ее соску, Лили снова ахнула. Он посасывал чувствительный пик, сводя ее с ума. Она прижимала его голову к себе, не желая, чтобы он останавливался.

Девон переключился на другой сосок и принялся слегка покусывать его. Лили зажмурилась, смакуя накатывавшие волны наслаждения.

Ты такая красивая, Лили. Ты совершенство. — Он приподнялся над ней на локтях.

На этот раз он медленно потянул ее ночную рубашку выше колен. Лили хотелось умереть от восторга. Большая теплая рука Девона легла на ее бедро. Лили готова была разрыдаться.

— Девон, коснись меня. Пожалуйста, — выдохнула она у его губ.

— Ты не боишься?

Лили едва не заплакала. Конечно, она не испугалась, но как великодушно с его стороны заботиться об этом. Ей нужно показать ему, что она в порядке. Она нашла его руку и положила себе между ног. Нагая, влажная, горячая, она хотела его.

Девон застонал. Он раздвинул влажные складки ее лона, один палец скользнул внутрь и двигался взад и вперед. Лили, уцепившись за его плечи, уткнулась в его шею.

— О Господи… Девон…

Его глаза закрылись, зубы сжались, словно он вел яростную битву за контроль над собой. Он медленно, очень медленно вытащил палец. Бедра Лили разошлись. Она хотела большего.

Его палец нашел чувствительное место. Одно это заставило Лили всхлипнуть. Ничего она так не хотела, как того, чтобы он прикасался к ней и никогда не останавливался. Ее голова запрокинулась на подушке. Лили закусила губы. Что бы Девон ни делал, она не хотела, чтобы он останавливался.

Ее бедра сжались, сладкая истома разлилась в груди. Она выгнулась, двинулась ему навстречу и резко распахнула глаза. Девон с напряженным видом поднялся над ней. Он смотрел ей прямо в душу.

Но его палец все кружил и кружил вокруг чувствительного бутона, пока у Лили не перехватило дыхание. Задыхаясь, она вцепилась в его плечи.

— Пожалуйста, Девон, пожалуйста.

— Хорошо, Лили. Иди ко мне, милая.

Она рассыпалась на тысячи кусочков, закричала, уткнулась в его шею, тяжело дыша и всхлипывая.

Да, она только что достигла финала, но она хотела большего. Ей это необходимо. Ей нужно почувствовать его внутри себя. Принадлежать ему. Они должны сделать это сегодня ночью. Это ее мечта.

Девон отстранился, и у нее вырвалось рыдание.

— Нет!

Он оглянулся и провел пальцем по ее щеке.

— Лили, нам не стоит делать этого.

Она изо всех сил потянула его назад на себя.

— Нет, нужно. Девон, сделай меня своей.

Вздрогнув, Девон судорожно выдохнул. Похоже, он с облегчением услышал эти слова и отстранился лишь за тем, чтобы быстро сбросить бриджи, Лили не сводила глаз с совершенного тела, стройного и мускулистого. Он просто «Давид» Микеланджело. Во плоти. И эта плоть прекрасна.

Девон снова навис над ней. Лили увидела настойчивый и нежный взгляд его карих глаз, а потом почувствовала его жар у своих бедер. Потом он вошел в нее.

Лили дернулась от боли. Повернув голову, она прижалась щекой к подушке. Выражение ее лица выдало ее тайну? Девон понял? Он не двигался. Лили осмелилась взглянуть ему в лицо. В колеблющемся свете свечей она наблюдала за ним. Что он чувствует? Гнев? Удивление? О Господи, пусть только он не сердится!

— Лили, — прошептал он.

Она прижала ладони к его щекам.

— Ты сделаешь кое-что для меня?

— Все, что угодно. — Он поцеловал ее в лоб.

— Не останавливайся. Займись со мной любовью.

Девон прижался лбом к ее лбу и застонал.

Он целовал ее руки, щеки, потом закрыл глаза и начал двигаться. Для Лили остановилось время. Вспышка боли прошла, ее заменили жар и сила. Самая совершенная часть его совершенного тела двигалась в ней. Лили обняла Девона и отдалась первозданной радости. Не было ни боли, ни печали. Это оказалось прекрасным, как она всегда себе и воображала. И она знала, что это правильно. Не важно, что случится завтра. Или послезавтра. Не важно, что остаток жизни она проведет в Нортумберленде. У нее навсегда останется эта ночь. Самая прекрасная и счастливая.

Девон вздрогнул и двинулся в ней, снова вызывая острые ощущения. Лили хотелось кричать. Но вместо этого она целовала его. Ухо, губы, плечо — все, до чего могла дотянуться.

Девон снова застонал и впился губами в ее губы. Он двигался в ней снова и снова, испарина выступила у него на спине, зубы были стиснуты. Лили снова рассыпалась на тысячу кусочков, как раз перед тем, когда Девон вздрогнул и со стоном упал на нее.

Прерывисто дыша, он поцеловал ее в висок и откатился в сторону, освобождая ее от своего веса, но прижал ее руку к своему сердцу.

— Лили, это было… невероятно.

Невероятно! Она перекатывала это слово в уме, как драгоценную жемчужину. Да, это было невероятно. А может, Девон говорит это всем женщинам, которые оказываются в его постели? Это всегда невероятно? Лили отказывалась думать об этом. Не сегодня. Кроме того, вино наконец одолело ее, наводя сон. Лили, свернувшись калачиком, прижалась к Девону.

— Ты выиграл это чертово пари, — прошептала она, перед тем как заснуть.

Девон сжал ее руку, его голос дрогнул:

— Лили, могу честно сказать, что ни секунды не думал об этом дурацком пари. — И он обнял ее.

Она вздохнула и закрыла глаза.

Какое это имеет значение? Важны только покой в ее сердце, ее удовлетворенное тело и то, что она может притвориться, будто все это реально. По крайней мере ближайшие несколько часов.

Девон смотрел на спящую Лили. Он откинул темный локон с ее щеки и провел пальцем по гладкому лбу. Как же она красива!

Слова, которые она бросила ему на балконе, эхом отдавались в его голове. «Я влюбилась в тебя пять лет назад. Влюбилась безумно, по-идиотски. Мое сердце было разбито, когда ты уехал в провинцию». О чем она говорила, черт побери? И что она имела в виду? Она действительно была влюблена в него пять лет назад?

Он прислонился к изголовью кровати. Вытащил из смятых простыней бутылку и улыбнулся. О Господи, что они делали с этой бутылкой! От одной этой мысли он снова почувствовал прилив желания. Девон не помнил, когда так наслаждался… гм… бокалом вина. Он поставил пустую бутылку на ночной столик.

— Лили, — он потер лицо, потом закинул руку за голову, — почему, черт побери, ты оказалась девственницей?

Девон тяжело вздохнул. Чувство вилы разрывало его грудь. В тот момент, когда он понял это, время будто остановилось. Это было ужасно и восхитительно одновременно.

Хвала небу, Лили попросила его не останавливаться. Да, он настоящий негодяй, но в то мгновение его не остановил бы и легион чертей.

Девон рассеянно смотрел на колеблющиеся огоньки свечей. В комнате пахло лилиями. Ее духи. Он взглянул на Лили. Ее рука лежала на подушке, вокруг губ темнели винные разводы. Что, черт побери, ему теперь делать? Что он может сделать? Ведь не скажешь, что он ее погубил. Леди, слава Богу, вдова. Как говорится, все в прошлом. Но почему? Почему она оказалась невинной?

Прикрыв глаза, Девон вдыхал ее дурманящий запах. Завтра настанет время задать ей эти вопросы. Время все выяснить и решить, что делать дальше. Но этой ночью он будет спать в тени ее красоты, в покое ее объятий.

Обняв за талию, он притянул Лили ближе. Ее тихое дыхание подсказывало, что она еще спит.

— Я хочу открыть тебе один секрет, Лили. Не то что бы сейчас это имеет значение, но… я влюбился в тебя пять лет назад. Влюбился безумно, по-идиотски.