Девон отбросил волосы со лба спящего Джастина и поправил одеяло. Затем оглядел комнату. В углу на полке стояла модель корабля. На письменном столе у окна лежали учебники и раскрытая тетрадь с колонками цифр. Джастин явно практиковался в арифметике.

Правая рука Девона все еще висела на перевязи. Отхлебнув из бутылки, которую принес с собой, он приблизился к письменному столу. Поставил бутылку на стол и провел пальцем по колонке цифр. Правильно. Все правильно. Джастин пошел в отца, а не в деда. Слава Богу!

Девон потянулся. Снова взяв бутылку, он пересек комнату, чтобы взглянуть на Джастина.

— Милорд? — прошелестел в тишине шепот.

Девон обернулся и увидел в дверях миссис Эпплби. Джастин заворочался во сне, и Девон поднял палец, призывая экономку к молчанию. Она кивнула, и он пошел к двери, не выпуская из рук бутылку. Как только они оказались в коридоре, миссис Эпплби тихо закрыла дверь.

— Должна сказать, что удивлена, увидев вас здесь, милорд, — прошептала она. — Я думала, вы не приедете до дня рождения Джастина. Вы привезли с собой молодую жену? — широко улыбнулась экономка.

Девон снова отхлебнул из бутылки.

— Планы порой неожиданно меняются. Нет, Лили не здесь.

Лицо миссис Эпплби вытянулось, она настороженно посмотрела на Девона.

— Как долго вы пьете, милорд?

— Не так долго, — усмехнулся Девон.

Еще один глоток, и Девон безошибочно прошел по коридору и спустился по главной лестнице. Миссис Эпплби следовала за ним по пятам.

— Куда вы, милорд?

— Если вам так хочется знать, я направляюсь прямиком в библиотеку, где меня поджидает следующая бутылка.

Несмотря на его широкие шаги, миссис Эпплби ухитрялась не отставать от хозяина, хотя и тяжело дышала.

— Если позволите, у вас усталый вид, милорд. Глаза красные, и, похоже, вы несколько ночей не спали.

— Такое чувство, что я не спал несколько недель, — застонал Девон. — И да, я позволю. — Он толкнул дверь в библиотеку здоровым плечом и вошел.

Несколько свечей уже горели там. Языки пламени заколебались от сквозняка, когда дверь открылась. Девон направился прямо к буфету.

Миссис Эпплби хоть и покраснела от упрека, но последовала за ним с решительным выражением обычно мягких голубых глаз и положила руку на пробку графина с бренди.

— Столько пить вредно для вашего выздоровления.

— Доктора уверили меня, что нет.

Она потрепала его по руке.

— Мастер Девон, — прошептала она с искренней заботой, — что не так? Что случилось?

Плечи его обмякли, он убрал руку от графина.

— Вы не называли меня так с тех пор, когда я ходил в коротких штанишках, миссис Эпплби.

Она кивнула.

— Нужды не было.

— И зачем только вы так проницательны? — повернулся к ней Девон.

Пожилая женщина снова похлопала его по руке.

— Это одна из моих многочисленных обязанностей, милорд, и вы знаете, я горжусь своей работой. А теперь сядьте и расскажите мне, что случилось.

Миссис Эпплби снова прошла по ковру и устроилась в кресле посреди комнаты. Она указала на соседнее кресло и подождала, когда Девон сядет.

Девон перевел дух и шагнул к ней.

— Ну, — сказала миссис Эпплби, когда он сел. — Что случилось?

Щека у него подергивалась.

— Ничего.

— Понятно. Если я не ошибаюсь, это «ничего» зовут Лили?

У него на миг расширились глаза, потом он улыбнулся.

— Я же говорил, удивительная проницательность.

Экономка сложила руки на коленях.

— Тут секрета нет, я слышала, вы женились, а тут появляетесь в обнимку с бутылкой, зато вашу молодую жену нигде не видно.

Девон вздохнул.

— Миссис Эпплби, правду сказать… я не женат.

Брови экономки чуть сдвинулись.

— Понятно. Но мне кажется, что эта Лили для вас чрезвычайно важна, если вы позволяете распространяться слухам о вашей женитьбе.

Девон сник в кресле и закрыл глаза.

— Все гораздо сложнее. Я сделал ей предложение, потом отослал ее.

— Отослал? Куда?

— Она остановилась у этого болвана Медфорда, — проворчал он.

— Ах, так здесь замешан другой мужчина? — понимающе кивнула миссис Эпплби.

— Полагаю, Медфорд — джентльмен, но все запуталось еще больше. Я никогда не рассказывал ей о Джастине и о данном отцу обещании. Это на ней я хотел жениться пять лет назад, перед тем как все это… Не понимаю, почему меня это волнует.

Экономка покачала головой.

— Я понимаю, милорд. Прекрасно понимаю. Сейчас самое время сказать вам правду кое о чем.

Она тяжело поднялась с кресла, подошла к буфету и налила два стакана бренди. Потом вернулась, подала стакан Девону и, прежде чем сесть, отпила половину из своего.

— Теперь вы меня пугаете, миссис Эпплби, — настороженно посмотрел на нее Девон.

Она грустно улыбнулась, вертя стакан в руках.

— Мне нужно выпить, если уж предстоит рассказать вам эту историю. — Экономка смотрела в темный угол комнаты. — Я пообещала вашему отцу, что оставлю ее при себе, но время пришло.

Девон отпил из своего стакана.

— Не томите.

Миссис Эпплби собралась с духом.

— Я помню ту ночь, с которой теперь уж почти пять лет минуло, когда вы прискакали сюда из Лондона по требованию отца.

Девон кивнул.

— Да, он написал мне, что Джастин здесь.

— И вы приехали, как делали всегда. Вы всегда были таким послушным мальчиком. — Она улыбнулась ему и продолжила: — «Эпплби, — сказал тогда ваш отец, — не смейте Девону даже словом обмолвиться о том, что знаете». И видит Бог, я мучилась из-за этого все эти годы.

— Что? — Девон подался вперед в кресле и напряженно всматривался в нее. — Что вы знаете?

— Ох, мастер Девон. Ваша любовница Селин пришла к вашему отцу за несколько месяцев до рождения Джастина. Вас тут не было. Она сказала, что носит вашего ребенка и ей нужны деньги.

Девон выдохнул сквозь сжатые зубы.

— Продолжайте.

— Ваш отец выставил ее. Он сказал, что не намерен платить за ваших бастардов. К несчастью, Селин даже не знала, что у вашего отца нет денег. И конечно, он не сказал ей правду.

Девон со стуком поставил стакан на стол рядом с креслом.

В таком случае, как Джастин оказался здесь и почему отец вызвал меня?

Миссис Эпплби на миг закрыла глаза. Слеза покатилась по ее щеке.

— Это самое худшее, милорд. Ваш отец не желал иметь ничего общего с Джастином. И сказал Селин, что она с ребенком может жить на улице… Пока граф Меррилл не нанес ему визит.

Девон вскинул голову.

— Меррилл? Муж Лили?

Экономка кивнула.

— Он тогда еще не был мужем вашей Лили. Поэтому он и приехал. Понимаете, он ухаживал за ней. Похоже, он знал, что имеет в вашем лице конкурента, и ему это совсем не нравилось. Он уговорил вашего отца вызвать вас домой. Убрать вас из Лондона, чтобы разлучить с Лили.

— Это какая-то бессмыслица, — покачал головой Девон. — Почему Меррилл просил об этом моего отца? И почему отец согласился?

— Вы не понимаете, — продолжала миссис Эпплби. — Ваш отец сильно задолжал графу Мерриллу. Так что ваш отец отплатил ему услугой. Меррилл хотел убрать вас подальше от Лили и за это простил ему долг.

Девон грохнул кулаком по столу.

— Это очень похоже на моего батюшку. Но какое отношение к этому имеет Джастин?

— Ваш отец день и ночь думал, как разлучить вас с Лили, и ничего не мог придумать. Наконец он сообразил, что ваш ребенок — прекрасный повод. Он найдет младенца и вынудит вас вернуться домой.

— Почему Селин отказалась от Джастина?

Миссис Эпплби прикрыла глаза.

— Она не отказывалась. Ваш отец нанял человека в Лондоне, чтобы найти их. Тот добыл информацию о том, что Селин умерла накануне в родах. О младенце заботились женщины в богадельне, где она жила.

Девон уронил голову на руки.

— Отец знал, что у меня есть ребенок, — хрипло прошептал он, — и не собирался сообщить мне об этом, пока это не совпало с его целями. Он позволил Селин умереть в одиночестве. И вынудил бы Джастина расти на улице, в нищете. — Он взглянул на экономку. — Уму непостижимо.

Слезы текли по ее морщинистому лицу.

— Знаю, милорд, знаю.

Девон стиснул зубы.

— Он заставил меня дать обещание. Лежа на смертном одре, он заставил меня пообещать… Он притворялся, будто заботится о своем внуке. Это все была игра.

— Ох, милорд, ваш отец всегда знал, что у вас куда больше чести, чем у него. Он знал, что вы не выставите мальчика на улицу. Было ясно, что вас не волнуют деньги, но он всегда хотел использовать ваши способности к вычислениям, чтобы восстановить свою казну. И в конце кондов изобрел отличный план. Он использовал вас, милорд.

Девон хрипло выдохнул.

— Так вот почему все эти годы мне не удавалось найти Селин.

— Это моя вина, милорд. Я тоже вас обманывала. Все письма, которые вы писали ей… пытаясь найти ее… думая, что с ней все в порядке… Я их не отправляла. Их некуда было отправлять. Простите, милорд, я не обижусь, если вы вышвырните меня отсюда без рекомендаций за то, что я сделала. Я знаю, этому нет прощения, поэтому так долго вам ничего не рассказывала. Просто боялась за свое место. И понимаю, как это гадко.

Девон поднялся и зашагал по комнате. У него сердце переворачивалось от мысли, что Джастин едва не оказался на улице.

Он повернулся к экономке:

— Вам не следовало хранить такие секреты, миссис Эпплби, но я могу понять, почему вы это сделали. Мой отец был не из тех, кому можно перечить.

Миссис Эпплби мяла в руках носовой платок.

— Надо было все рассказать вам после его смерти, милорд. Я просто не могла понять, чему это послужит, и боялась… за себя. — Она поднесла платок к глазам. — Я соберу вещи и немедленно уйду.

Девон подошел к ней и положил руку на трясущееся плечо.

— Я не могу выгнать вас, как не выгнал бы собственную мать.

— Спасибо, милорд, — прошептала экономка и сильнее зарыдала. — Вы слишком добры.

— Кто еще знает об этом, миссис Эпплби?

Она быстро покачала головой.

— Никто. Ни одна душа. Я в этом уверена. Я была здесь, когда привезли ребенка, и никогда не говорила об этом с другими слугами. Ваш отец не допускал сплетен. Конечно, подозрения были у всех, но никто ничего не знал наверняка.

— Тогда продолжайте хранить этот секрет, — велел ей Девон. — У Джастина будет довольно трудная жизнь и без оповещения о подробностях его происхождения.

— Да, милорд, конечно. Все, что хотите. Я так виновата. Простите.

— Вам не за что извиняться, миссис Эпплби. Во всем виноват только мой отец.

— Да, милорд, — мрачно кивнула экономка. — Приготовить вам комнату? Вы останетесь на ночь?

Он отодвинул полупустой стакан и прижал ладонь ко лбу. Перстень Колтонов холодил висок. Девон снял его с пальца и смотрел на него, пока все не поплыло перед глазами.

Проклятое кольцо. Джордан однажды спросил его, почему он не купит взамен новое. Если бы все было так просто. Нет, это кольцо было заработано каждой клеточкой того человека, каким стал Девон за прошедшие пять лет.

Он сжимал кольцо в кулаке, пока оно больно не впилось в ладонь. От чего он отказался ради этого кольца и обещания, которое дал человеку без чести?

От Лили.

Она именно такая, какой он считал ее пять лет назад. Искренняя. Непосредственная. Ей пришлось бороться за себя все эти годы, и жизнь ее была нелегкой. Лили жила в аду. И она справлялась с этим, как только могла, со всей силой, порожденной необходимостью.

Он любил ее пять лет назад, потому что она не обращала внимания на пересуды и сплетни. Она видела его, и только его. Его больше не волновало то проклятое письмо, которое она написала. Лили вышла бы за него, если бы он приехал в то утро. Он знал это. Он прочитал правду в ее глазах в ту ночь на балконе, на загородном балу Аткинсонов.

Девон закрыл глаза и запрокинул голову. Какая ирония судьбы. Он думал, что умеет просчитывать шансы. В игре он всегда был непревзойденным мастером. Люди что карты — предсказуемые, ходы легко просчитываются. Но не Лили. Она совершенно непредсказуема. И он не может жить без нее.

Он открыл глаза и снова взглянул на кольцо. Медфорд был прав, назвав его дураком. Ему потребовалось пять лет, но он отыграл этот злосчастный приз.

Девон повернулся к экономке:

— Нет, миссис Эпплби, на ночь я не останусь. Я возвращаюсь в Лондон. Я должен присутствовать на балу у Стэнхопов.