Кливленд гневно взглянул на мужчину, сидевшего напротив него в лимузине.

— Что происходит? Мы так не договаривались!

— Просто планы изменились.

— Вы вообще кто?

Мужчина медленно повел левой рукой. Послышалось тихое поскрипывание механизма. Рука была механической, но выглядела как настоящая.

— Мое имя Конрад. Штульгерр прибег к моим услугам, чтобы исправить положение.

— Где мой внук?

— Едет в машине, прямо за нами. Это я распорядился держать вас раздельно. Послужит предметом торга, если вы вдруг заупрямитесь.

Кливленд посмотрел в окно. Они проезжали по мосту.

— Куда вы меня везете?

— Для человека, знающего ответы на все вопросы, вы чрезмерно любопытны.

— Не понимаю, о чем вы.

— Зато я так понял, что именно вам удалось установить связь между книгой и картой.

Кливленд усмехнулся:

— Тот, кто сказал вам это, солгал.

— Но ведь это вы говорили сами. В Германии. У меня есть аудиозапись, если хотите, можно послушать.

— Я соврал. Не хотел, чтобы меня убили.

Хотя в лимузине стоял полумрак, Конрад носил узкие солнцезащитные очки в металлической оправе. Тянущийся из-под левой линзы шрам намекал на кровавую стычку с жестоким концом. Вот он послюнил указательный палец и смахнул соринку со ствола пистолета, что лежал у него на коленях.

— Собираетесь убить меня? — спросил Кливленд.

— Книги при вас нет. И карты — тоже. И вы утверждаете, будто вам неизвестна существующая между ними связь. — Он снял солнечные очки. Шрам тянулся через весь глаз, вместо него на Кливленда смотрела безжизненная темная глазница. — Иссякают все доводы и причины сохранить вам жизнь.

— Стало быть, люди из «Черных Фем» обнаружили и другие реликвии?

Одноглазый молча изучал его.

— Ну конечно, обнаружили, — ответил он после паузы.

Кливленд улыбнулся:

— Вы ведь понятия не имеете, о чем я, верно?

Конрад заметил еще какое-то пятнышко на стволе пистолета и принялся протирать его краем пиджака.

— Все остальные реликвии спрятаны на страницах книги. Могу показать.

— Блефуете?

— Ну, если даже и блефую, у вас всегда будет возможность пристрелить меня позже. А лучше всего — убейте прямо сейчас. Тогда уж точно ничего не узнаете.

Низко, над самым лимузином, пронесся самолет. Они приближались к какому-то аэродрому.

— Ладно. Поговорю со Штульгерром об этом.

— Со Штульгерром? Мне как раз надо обсудить с ним одно дельце.

Конрад проверил магазин в пистолете, снова надел солнечные очки.

— Уверен в этом. Однако придется подождать. Потому как прежде, чем поговорить с ним, придется добираться до Антарктиды.

Кливленд ощутил легкий озноб, словно в машину вдруг ворвались холодные ветры с ледяного континента.

— Так я полечу в Антарктиду?

— Ну, уж определенно, там без вас не обойтись.

У контрольно-пропускного пункта водитель предъявил свои права, шлагбаум подняли, машину пропустили на территорию.

— А как же мой внук?

— Не следовало брать его с собой.

— У меня не было другого выхода.

— Если вы солгали насчет реликвий, он разделит вашу участь.

— А как быть с Августом?

Лимузин остановился.

— Он скоро присоединится к нам.

— Вы его схватили?

— Нет, — ответил Конрад. — Он сам к нам придет. Мы слышали, о чем вы говорили в парке. Знали, что вы должны были встретиться у «каменной книги». Ну и оставили там ему записочку…

— Он сразу поймет, это ловушка.

Конрад сполз с сиденья и распахнул дверцу, готовясь выйти.

— Все это неважно. У него просто нет другого выбора, кроме как самому примчаться к нам. Разве не так?

— Он что-нибудь придумает.

— Посмотрим. Но это не так-то просто. Ведь он будет один против «Черных Фем». — С этими словами Конрад вышел из машины. И не преминул напоследок бросить Кливленду: — Не надо быть гением, чтобы понять — шансы у него нулевые.

Дверца лимузина за ним захлопнулась. Кливленд, сидя в тишине, взмолился о том, чтобы слова Конрада не оказались правдой.