Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

Валянский Сергей Иванович

Калюжный Дмитрий Витальевич

МИФЫ АРХЕОЛОГИИ

 

 

В 1767 году профессор Христиан Готлиб Гейне прочитал в Геттингенском университете курс лекций на тему: «Археология искусства древности, преимущественно греков и римлян». Слово археология профессор употребил, как видим, в смысле «описание, классификация». Так понимали классическую археологию в XVIII–XIX веках!

Наука, которую мы называем археологией теперь, сформировалась лишь в самом начале XX века. Она объединила четыре ранее самостоятельных направления в изучении старины. Помимо классической археологии, занимавшейся письменным периодом «классических» Греции и Рима, в то время существовали также «первобытная», «средневековая» и «восточная» археологии. «Первобытные» археологи шли вслед за геологами, биологами и другими учеными-естественниками, подбирая все, что можно было счесть следами древнейшей жизни людей. «Средневековые» изучали вещественные памятники Средних веков Европы. Сфера деятельности «восточной» археологии — история Египта и Передней Азии, добывание вещественных и письменных источников для особого, восточного раздела классической истории.

«Отцом археологии» называют Кириако Анконского (1391–1452), связавшего, как полагают, изучение классической древности с классической филологией. Одновременно Петрарка (1304–74) возрождал классическую латынь. Помпоний Лэт (1428–1497) возрождал античный театр. Римляне возрождали Римскую республику, исчезнувшую с лица Земли за тысячу лет до этого. В общем, отец археологии взялся изучать историю древнего мира в том самом веке, когда эту историю начали повсеместно «возрождать».

 

Миражи античности

Разрыв между древностью и возрождением древности — результат хронологической ошибки. На самом деле события так называемого Древнего мира непосредственно предшествовали эпохе, прозванной эпохой Возрождения. История, как это и положено естественному процессу, развивалась последовательно, события и достижения X–XII веков стали прологом событий и достижений XIII–XV веков. Если понимать это, не будешь удивляться, что от «античного мира» не сохранилось ни одного подлинного письменного свидетельства.

Вы правильно поняли предыдущую фразу? Мы говорим вам: ВСЕ античные произведения, написанные якобы задолго до нашей эры, известны только в рукописях Х-XV веков.

Ученые-историки об этом предпочитают помалкивать, но проговариваются теологи, историки религий. В книге «Введение в текстологию Нового завета» Гринли пишет:

«Старейшие из известных списков греческих классиков на тысячу лет или более того моложе, чем оригиналы… Что же до Нового Завета, то два из наиболее важных списков были составлены самое позднее через 300 лет после завершения Нового Завета… Коль скоро ученые с доверием относятся к трудам древних классиков, несмотря даже на то, что их самые старые списки изготовлены настолько позднее оригиналов, а число дошедших до нас списков иногда столь мало — становится ясной достоверность текста Нового Завета».

(Мы не сомневаемся в достоверности текстов ни греческих классиков, ни Нового Завета. Мы сомневаемся во времени их создания.)

Вот данные из книги Джоша Макдауэлла «Неоспоримые свидетельства»:

Брюс Метцгер в своем труде «Текст Нового Завета» пишет:

«Книги многих древних авторов дошли до наших дней по самой тонкой ниточке, какую можно представить. Например, свод римской истории Велия Петеркула сохранился лишь в одном неполном списке, …но даже и этот список погиб в XVII веке».

Ф. Ф. Брюс («Документы Нового Завета») отмечает:

«Из 142 книг „Римской истории“ Ливия (59 год до Р.Х. — 17 год от Р.Х.) сохранилось лишь 35, которые дошли до нас в лучшем случае в 20 списках различного происхождения, причем самый ранний из них относится к 4 веку».

Мы утверждаем: никаких подлинных письменных свидетельств античного мира нет, потому что их и не было. Известные науке труды «античных авторов» были написаны именно тогда, когда они были якобы «найдены», а именно в Средние века, во времена, предшествовавшие началу их исторического изучения и осмысления. Просто в XV–XVI веках зародилась новая наука, история, и приняв с первых же своих шагов неверную хронологию, она напластовала за следующие столетия тысячи ошибочных толкований, ошибочных не по сути своей, не по событийности и сюжетам, а именно по хронологии.

Археология, наука более чем молодая, следуя за исторической традицией, неизбежно должна была совершить ту же ошибку.

Первоначальная археология не была наукой в современном понимании этого слова. Она начиналась как бессистемное собирание всего, что можно было счесть древним. Вместо научно обоснованных раскопок дилетанты просто выкапывали произведения искусства ради коллекционирования. Причем поврежденные вещи, вне зависимости от их древности и художественной ценности, безжалостно выбрасывались.

В конце XVII — середине XVIII веков по всей Европе начался период создания Музеев древностей и Академий надписей, живописи и скульптуры. И в России вышел указ Петра Первого, повелевающий собирать находимые в воде или земле «старые надписи, старое оружие, посуду и все что зело старо или необыкновенно». В Санкт-Петербурге Петр учредил Кунсткамеру, обязанную покупать и выставлять на обозрение публики подобные находки.

В это время был достигнут определенный успех в систематизации находимого, но вот отыскание археологических материалов, проведение раскопок вплоть до начала XIX века выполнялось самыми грубыми способами.

В 1711 году недалеко от Везувия под затвердевшим как камень слоем пепла был найден город, который сочли за Геркуланум. Из наскоро вырытых ям «археологи» извлекали отдельные предметы искусства, после чего яму засыпали и отрывали новую в случайном месте. Варварство было столь очевидным, что правительство запретило раскопки частным лицам, взяв их в собственные руки (что, надо сказать, мало изменило «научность» работы).

В 1748 году начались раскопки другого города, определенного как Помпеи. Здесь произошло то же самое, что и с Геркуланумом. К счастью, необъятность работы и обилие материала в этих двух городах подтолкнула археологов к созданию некоторой научной методологии для проведения раскопок. Однако при всем этом на серьезную научную основу археологическое изучение Помпей и Геркуланума встало только в 1911 году.

Большое значение для развития археологии, прежде всего первобытной, имело промышленное строительство и вызванная им геологическая разведка. Определенное ускорение этой науке придала также французская революция, рост национального самосознания во Франции и других европейских странах. В обществе появился интерес к своему историческому прошлому. Широко известны заслуги ученых, отправившихся вместе с Наполеоном в его египетский поход. В 1793 году французский Конвент принял декрет, превративший Лувр в национальный художественный музей, один из величайших музеев мира, с богатейшей археологической коллекцией.

 

Что сокрыто под землей

Ниже мы приводим в своем изложении отрывки из книги А. Т. Фоменко «Методы статистического анализа нарративных текстов и приложения к хронологии». Ученый сумел сделать достаточно полный критический обзор современных методов материальной хронологии, археологический и радиоуглеродный. Но, к сожалению, академик отнюдь не писатель, и без литературной обработки его тексты читать трудно.

Археологи определяют возраст найденных предметов, сопоставляя их с другими археологическими материалами, возраст которых им, как они думают, известен. Такой метод называется «методом домино». Например, в Египте, в могилах, относимых учеными к эпохе 18–19 династий фараонов, археологи обнаруживают греческие сосуды. Тогда они считают эти сосуды одновременными 18–19 династиям фараонов. Затем такие же сосуды попадаются им в Греции, причем рядом с ними лежат старинные застежки. Аналогичные застежки встречаются в раскопках в Германии, рядом с урнами. Позже однотипную урну находят еще в одном раскопе, а в ней лежит булавка нового вида. И вот когда похожую булавку нашли в Швеции, в «кургане короля Бьерна», то и датировали этот курган временем 18–19 династий Египта.

Этот «курган Бьерна» стал изумительным открытием для ученых, потому что он никак не мог относиться к известному королю викингов Бьерну, правившему в средние века, «а был воздвигнут на добрых две тысячи лет раньше», как сообщает Л. С. Клейн.

Как видим, методика существенно зависит от датировки династий Египта, и вся целиком покоится на безраздельном субъективизме, поскольку «похожесть» предметов из разных раскопок определяет сам археолог. На самом-то деле в описанном случае установлено только одно: курган Бьерна сооружен в те же времена, когда правили 18–19 династии Египта, а время их правления — это уже другой вопрос (весьма, кстати, непростой).

В свое время Флиндерс Петри, Л. Борхардт и другие египтологи оценили продолжительность истории Древнего Египта в пять-шесть тысяч лет; так возникла «длинная хронология» Египта. Позже ей была противопоставлена «короткая хронология», учитывавшая, что фараоны и даже целые династии могли царствовать одновременно как соправители или параллельно в разных частях страны.

Но и в этих версиях между египтологами существуют изрядные разногласия. Судите сами, они относят восшествие на престол Мены, первого фараона, на следующие годы до нашей эры: 5867, или 5770, или 5702, 5613, 4455, 4157, 3892, 3623, 3180, 2850, 2320, 2224. Комментарии излишни: разница между крайними датами более 3600 лет. Поэтому привязка какого-либо археологического материала к «египетской шкале» не помогает решить задачу абсолютной датировки.

Между тем к египетским датировкам намертво привязана хронология Ближнего Востока: Палестины, Сирии, Ирака (Месопотамии). Об археологических находках в этих местах известный археолог Л. Райт, ярый сторонник правильности ортодоксальной локализации и датировки Библии, писал:

«Громадное большинство находок ничего не доказывает и ничего не опровергает; они заполняют фон и дают окружение для истории… К несчастью, желанием „доказать“ Библию проникнуты многие работы, доступные среднему читателю. Свидетельства неправильно употребляются, выводы, делаемые из них, часто неверны… Традиция считает, что в Месопотамии и Сирии действовали библейские патриархи, но что касается личности самих патриархов Авраама, Исаака и Иакова, то можно лишь повторить, что богатейшие результаты раскопок в Сирии и Месопотамии дали о них беднейшие результаты — попросту сказать, никаких».

Так правильно ли искать следы патриархов в Месопотамии?

Еще хуже обстоит дело с археологией Нового завета:

«Следует отметить как факт, вызывающий недоумение, что в нехристианской литературе I века н. э. события, описанные в Новом завете, не нашли никакого отражения… Нет фактически ни одного нехристианского свидетельства, которое принадлежало бы современнику описанных в Новом завете событий», —

пишет тот же Л. Райт.

Этот факт получил специальное название: «молчание века».

Отсутствие археологических подтверждений Нового завета ученые объясняют тем, что в 66–73 годах н. э. Иерусалим якобы был разрушен до основания, а затем на его месте во II веке н. э. построили новый город Элия-Капитолину (местное название Эль-Кудс). Так что показываемые сегодня туристам и паломникам «исторические остатки» раннехристианских времен, вроде «стены плача» и тому подобного, не выдерживают даже минимальной критики и носят сугубо коммерческо-рекламный характер. Ведь сами историки признают, что это «новострой»!

Можно сказать с полной уверенностью и категоричностью, что ни один, буквально ни один новозаветный сюжет не имеет до сих пор сколько-нибудь убедительного археологического подтверждения (в традиционной локализации). Это полностью относится, в частности, к личности и биографии Иисуса Христа. Ни одно место, которое по традиции считается ареной того или иного новозаветного события, не может быть указано с малейшей степенью достоверности. Археолог Швеглер пишет: «Место его (Христа) смерти, если рассуждать археологическими понятиями, окутано глубочайшей тьмой».

В XX веке археологи обратили внимание на следующий странный факт: подавляющее большинство древних памятников (здания, архитектурные комплексы, статуи и так далее) за последние 200–300 лет, то есть начиная с того момента, когда за ними стали вестись непрерывные наблюдения, почему-то стали разрушаться сильнее, чем за предыдущие столетия и даже тысячелетия. Примеры известны: Эпидаврский театр, Парфенон, Колизей, дворцы Венеции. Обычно ссылаются на «современную промышленность», но пока никто не проводил оценок ее влияния на каменные строения. Естественное предположение: все эти постройки не такие древние, как это утверждает традиционная хронология, и разрушаются они естественным порядком и с естественной, более или менее постоянной скоростью.

Кроме археологических, для датировки событий применяются и некоторые физические методы. Наиболее популярным из них является радиоуглеродный метод, претендующий на независимое датирование античных памятников. В сознании читающей публики твердо укоренилось представление, что этот метод позволяет определять возраст находок абсолютно точно.

Однако в его применении имеются серьезные трудности, в частности, как пишет А. Олейников, «пришлось задуматься еще над одной проблемой. Интенсивность излучений, пронизывающих атмосферу, изменяется в зависимости от многих космических причин. Стало быть, количество образующегося радиоактивного изотопа углерода должно колебаться во времени. Необходимо найти способ, который позволял бы их учитывать. Для того, чтобы добиться определения истинного возраста, придется рассчитывать сложные поправки, отражающие изменение состава атмосферы на протяжении последнего тысячелетия. Эти неясности наряду с некоторыми затруднениями технического характера породили сомнения в точности многих определений, выполненных углеродным методом».

Надо учитывать также близость или удаленность от океана, деятельность вулканов и многое другое…

Автор методики У. Ф. Либби был уверен в правильности традиционных исторических датировок: «У нас не было расхождения с историками относительно Древнего Рима и Древнего Египта. Мы не проводили многочисленных определений по этой эпохе (вот тебе и на!), так как, в общем, ее хронология известна археологии лучше, чем могли установить ее мы».

В чем суть метода? Вам дают вазу и говорят: этой вазе три тысячи лет; определите ее радиоактивность. Затем исследуйте другие вазы, и если они будут иметь радиоактивность, близкую образцу, то им тоже по три тысячи лет. (Пример условный).

Но откуда известно, что первой вазе три тысячи лет?

Против радиоуглеродного метода выступали даже сами археологи. Например, Владимир Милойчич не только обрушился на практическое применение радиоуглеродных датировок, но и подверг жесткой критике сами теоретические предпосылки физического метода. Сопоставляя индивидуальные измерения современных образцов со средней цифрой — эталоном, Милойчич обосновал свой скепсис серией блестящих парадоксов.

Так, при абсолютной норме радиоактивности 15,3 распадов в минуту, раковина исследованного (и вполне живого) американского моллюска с радиоактивностью 13,8 оказалась довольно старой: ей около 1200 лет! Цветущая дикая роза из Северной Африки (радиоактивность 14,7) для физики «мертва» давным-давно, она расцвела и увяла уже 360 лет назад… а вот австралийский эвкалипт, чья радиоактивность 16,31 распада, вырастет только через 600 лет. Раковина из Флориды, у которой зафиксировано 17,4 распада в минуту на грамм углерода, «возникнет» лишь через 1080 лет.

Аналогичные колебания и ошибки следует признать возможными и для древних археологических объектов. И вот вам наглядные факты: радиоуглеродная датировка образца от средневекового алтаря в городе Гейдельберге показала, что дерево, употребленное для починки алтаря, еще вовсе не росло!

Подобным примерам несть числа…

 

Шуточки

К. Керам сообщает:

«В 1856 году, неподалеку от Дюссельдорфа были найдены остатки скелета. Когда мы сегодня говорим об этой находке, мы называем ее останками неандертальского человека, но в те времена их приняли за останки животного, и только доктор Фульрот, преподаватель гимназии из Эльберфельде, сумел правильно определить принадлежность найденного скелета. Профессор Майер из Бонна считал его скелетом погибшего в 1814 году казака, Вагнер из Геттингенского университета думал, что это скелет древнего голландца, парижский ученый Прюнер-Бей утверждал, что это скелет древнего кельта, а знаменитый врач Вирхов… авторитетно заявил, что скелет принадлежит современному человеку, однако носит следы старческой деформации. Науке понадобилось ровно пятьдесят лет для того, чтобы установить: учитель гимназии из Эльберфельде был прав».

Немало примеров, когда ученые вставали в тупик, определяя давность и содержание памятника, даже если памятник этот неплохо сохранился. А сколько было шуток и заблуждений!

Один археолог шутки ради подбрасывал в раскопанные им гробницы каменные фигурки белых слоников. Лет через пятьдесят, говорил он с хохотом, когда гробницы вновь откопают, слоники уже позеленеют. Вот поломают головы наши внуки!.. Приходилось слышать о другом исследователе, который среди надписей на храме в Непале высекал фривольные словечки.

В 1726 году профессор Берингер опубликовал книгу, в которой поведал об окаменелостях, найденных им совместно с любимыми учениками неподалеку от Вюрцбурга. В сопровождении великолепных гравюр, дополняющих текст, было сообщено о цветах, лягушке, о пауке, окаменевшем вместе с пойманной им мухой, о табличках с еврейскими письменами и прочих поразительных вещах. Книга была принята на ура, ею зачитывались… пока не стало известно, что все описанные в ней находки были изготовлены вручную теми самыми любимыми учениками профессора Берингера. Несчастный профессор потратил почти все свое состояние, чтобы выкупить весь тираж книги, в том числе у тех, кто ее уже приобрел.

В Арсенальной библиотеке Парижа хранится великолепно изданная в 1860 году книга аббата Доменека «Manuscript pictographique americain» с иллюстрациями. Позже оказалось, что «рисунки американских индейцев» были черновыми эскизами одного американского мальчика, вовсе не индейца, а немца по рождению.

Сам Винкельман однажды стал жертвой мистификации художника Казановы (брата известного мемуариста). Казанова изготовил три картины, на одной из которых изобразил Юпитера с Ганимедом, на двух других — танцовщиц, и выдал эти картины за снятые со стен в Помпеях. Винкельман не только поверил, но и дал описание картин в своей книге «Неизвестные античные памятники» в таких выражениях: «Любимец Юпитера, несомненно, принадлежит к числу самых ярких фигур, достающихся нам от искусства античности. Я не знаю, с чем можно сравнить его лицо: оно буквально дышит сладострастием, кажется, для Ганимеда в поцелуях — вся жизнь»… Далее Винкельман добавляет, что это картина, «равной которой еще никому не приходилось видеть», и уж тут-то мы полностью с ним согласны: действительно, кроме Казановы и самого Винкельмана, никто этих картин не видел.

Но это шутки и ошибки. Поговорим серьезно. Основа для толкований археологических находок — тексты древних авторов, Геродота, например. Как же относятся сами археологи к этим текстам? То есть, откопав древний памятник и сопоставляя его со свидетельствами тех, кого ученые считают возможными современниками памятника, насколько серьезно они к этому относятся?

Приводим без комментариев фразу К. Керама:

«Мы упомянули Геродота — автора, чьи произведения и поныне служат неиссякаемым источником сведений о датах, о произведениях искусства и их авторах. Труды античных авторов, к какому бы времени они не относились, — основа герменевтики (искусства толкования текстов), но как часто они вводят в заблуждение археологов! Ведь писатель говорит о высшей правде — что ему банальная действительность! Для него история, а тем более мифы, — лишь материал для творчества».

 

Эпоха великих открытий

XIX век называют эпохой «великих археологических открытий». Начались открытия с Египта. До похода Наполеона представления европейских ученых о Египте были крайне скудны. Некоторые сведения из Геродота и других «античных» авторов, не идентифицированные свидетельства Библии. Ах, да: еще сочинённая египетским жрецом Манефоном (якобы за 300 лет до н. э.) история тридцати династий фараонов. Плюс к этому — два-три покрытых нерасшифрованными иероглифами обелиска и несколько статуй, хранящихся в Риме, вот и всё. Можно сказать, ничего не было известно об истории и хронологии Египта. Однако это не помешало Наполеону с ходу установить возраст пирамид, когда его войска дошли до них.

К. Керам в книге «Боги, гробницы, ученые» сообщает:

«Указав на пирамиды, Наполеон воскликнул: „Солдаты! Сорок веков смотрят на вас с высоты этих пирамид!“»

Наполеон, конечно, крупнейшая историческая фигура, но все же отнюдь не историк. Пошло ли на пользу науке его более чем авторитетное, но совершенно некомпетентное мнение, установившее хронологические рамки истории Египта? Да и говорил ли он это? Может быть, сами ученые приписали ему эту «историческую фразу», чтобы оправдать свои «исторические выводы».

Большой загадкой были египетские иероглифы. Интересно отметить, что в XVIII веке французские археологи, сравнивая иероглифы Египта и Китая, доказывали, что китайцы — египетские колонисты; английские же ученые (возможно, из привычки спорить с французами), напротив, утверждали, что египтяне — выходцы из Китая.

Многим известно имя Франсуа Шампольона (1790–1842), научным подвигом которого считается расшифровка иероглифов. Он дал ключ к прочтению египетских письмен!.. На самом деле он сумел расшифровать только пятнадцать знаков, и как исследователь был далеко не безупречен. Он исколесил весь Египет в погоне за случайными находками, не придерживаясь никаких научных приемов. Остались воспоминания русского путешественника, посетившего Египет лет через 30 после Шампольона. Однажды он обратил внимание на стену с явно соскобленными надписями. На его недоуменные вопросы проводник ответил, что это сделал великий француз. Возможно, проводник соврал. Возможно, русский турист неправильно его понял. Но не исключено, что действительно, в опасении, что надписи противоречат его теории, их соскоблил Шампольон.

С точки зрения науки значительно больший вклад в египтологию внес немецкий ученый Рихард Лепсиус (1810–1884). Он открыл и исследовал более тридцати неизвестных до него царских пирамид, увеличив их общее число до 67, и 130 гробниц сановников и вельмож. Именно он предложил и утвердил в науке разделение истории и хронологии Египта на три периода: Древнее, Среднее и Новое царства. Он составил хронологический перечень почти тысячи имен и титулов царей, цариц и царевых детей. Бесчисленные монографии и двадцатитомное издание «Памятники Египта и Эфиопии» — несомненный вклад ученого в египтологию.

Материалы, подбор и объяснение которых сделал Лепсиус, легли в основу экспозиции Берлинского музея, который он сам и возглавил. Он стал более чем авторитетен в научных кругах. Его называли «основателем современной научной египтологии». Таким образом, научный авторитет Р. Лепсиуса держался на египетских древностях, а их «древность» — на его авторитете.

В Греции археологические раскопки начались лишь после 1829 года, с окончанием освободительной войны, в которой участвовали Англия, Франция и Россия. Только с этого времени ученые получили доступ к памятникам Греции. Заметим, что хронологически неверные представления о классическо-эллинистской эпохе уже полностью владели умами, так что археологи, еще не начав раскопок, знали, что может быть здесь найдено, и какие постулаты будут подтверждены находками.

 

Что за Трою отрыл Шлиман?

Доказать истинность событий, описанных Гомером, такую цель поставил он перед собою еще в отрочестве, — утверждал сам Генрих Шлиман (1822–1890). Нажив состояние на поставках селитры для русской армии в Крымскую войну 1853–1856 годов и на торговых сделках в североамериканских штатах во время гражданской войны, он смог финансировать поиски Трои.

В те годы сведения об этом городе, как и вообще о культуре и истории Греции, ограничивались гомеровскими «Илиадой», «Одиссеей» и еще несколькими легендами и мифами. Самого Гомера почти все считали не более как мифотворцем. В реальность описанных им событий не верил никто. Местонахождение Трои было совершенно неизвестно. Она могла быть в Италии, Греции, Турции, на любом берегу Средиземноморского бассейна. Шлиман тоже не знал, где искать.

Сначала он выбрал для раскопок остров Итаку. Ничего не нашел, поехал в Грецию, потом в Турцию, предполагая, что гомеровская Троя найдется в местечке Пинар-Баши. Не нашлась.

Затем по совету британского консула в Дарданеллах Шлиман обратил внимание на холм Гиссарлык на берегу турецкой Малой Азии. И вот 11 октября 1871 года здесь начались раскопки. В итоге Шлиман отрыл многослойный памятник, девять сменяющих друг друга городов. Довольно долго археолог не мог решить, который из них описан в поэме Гомера. Многие ученые считают, что искомая гомеровская Троя находилась в шестом или седьмом слое; Шлиман же, снося слой за слоем, добрался до города номер два. Позже он писал в дневнике: «Я нашел то, что искал. И я разрушил то, что искал».

Мы не будем гадать, почему каждый следующий город строили на месте предыдущего, и сколько веков это длилось. По сути, вопрос ясный. На месте разрушенного землетрясением Ташкента построен новый Ташкент, на месте Спитака — Спитак. Деревянная Москва горела едва ли не ежегодно, и над головешками немедленно строили новый город. Откопанный Шлиманом «слоеный» город мог существовать тысячу лет, но при хорошей (то есть при отвратительной) сейсмической активности мог быть разрушен, построен, снова разрушен и так далее и за сто лет.

Это неважно. Важно другое: почему откопанное им Шлиман назвал Троей?.. Да потому, что он пришел туда откапывать Трою, вот и все. «Я искал город Трою, и я нашел город. Значит, это Троя». Чистейший волюнтаризм, но спустя сто тридцать лет кто об этом думает? Время и кропотливая работа последователей, толкователей, историков, романистов и школьных учителей превращают любое заблуждение в непреложный научный факт, во всяком случае, в сознании обывателя (прости, читатель).

Конечно, закреплению мифа об открытии Трои способствовал скандал, разгоревшийся из-за сокровищ, предъявленных Шлиманом мировой общественности и названных им самим «Кладом Приама». Но это не был клад Приама. Как сообщает русский историк Владимир Толстиков:

«Прошло более ста лет, пока ученые выяснили, к какому же все-таки времени принадлежит „Клад Приама“. Оказалось, что это эпоха ранней бронзы, то есть примерно за 1000–1200 (!) лет до известных троянских событий».

Другое открытие Шлимана — гробница царя Агамемнона в Микенах. Сообщалось об открытии так:

«Затем, руководствуясь свидетельством Павсания о местонахождении могилы Агамемнона, он (Шлиман) предпринял раскопки Микенского Акрополя и нашел гробницу знаменитого ахейского вождя. Может быть, гробница принадлежала и не Агамемнону (и действительно), но, во всяком случае, это было богатейшее, несомненно царское погребение с массой золотых вещей».

Всего было отрыто пять могил, а в них — останки пятнадцати человек, усыпанных золотом и драгоценностями. Королю Греции Шлиман отбил телеграмму: «С величайшей радостью сообщаю Вашему Величеству, что мне удалось найти погребения, в которых были похоронены Агамемнон, Кассандра, Эвримедон и их друзья, умерщвленные во время трапезы Клитемнестрой и ее любовником Эгистом». Действительно ли это могилы перечисленных лиц? К. Керам пишет: «У него (Шлимана) не было ни малейшего сомнения в своей правоте, и все же — сегодня мы это знаем совершенно точно — его теория была неверной. Да, он нашел под агорой царские погребения, но не Агамемнона и его друзей, а людей совершенно другой эпохи… Но это, в общем, несущественно». (Забавно, что популяризатор археологии К. Керам считает «несущественными» расхождения с фактами как откровений Геродота, так и утверждений Шлимана.)

Мы не хотим бросать камни на могилы ученых. Мы всего лишь призываем осторожнее относится к толкованию письменных трудов, к объяснению археологических находок. История человечества — категория настолько грандиозная, что специалисту в какой-либо области истории нужно быть скромнее в выводах… А ради полноты картины отметим, что методы Шлимана при раскопках «Трои» специалисты считают варварскими. Он уничтожил этот исторический памятник.

 

Как факт подтверждает миф

Начиная с 1900 года на острове Крит проводил раскопки английский археолог Артур Эванс (1851–1941). До него об истории Крита знали еще меньше, чем о Египте, Трое или Месопотамии. Кроме мифов, ничего не было известно об истории Крита. О результатах своих раскопок Эванс писал: «исключительное явление — ничего Греческого, ничего Римского».

Он обнаружил развалины дворца и назвал найденное им «дворцом Миноса». Минос — мифический сын Зевса, отец Ариадны и Федры, владелец лабиринта и хозяин ужасного быкочеловека (или человекобыка) Минотавра. Теперь мифы о Миносе и о нити Ариадны сопровождаются фотографиями развалин дворца. А как же иначе? Согласно мифу, на острове Крит был дворец Миноса. Вот Крит. Вот дворец. Значит, это дворец Миноса. Так миф подтвердил факт, а факт, в свою очередь, подтвердил миф.

Поговорим же об острове Крит и его истории. Период расцвета критской цивилизации относят к 1600-му году до н. э. (линия № 4), основываясь исключительно на египетской хронологии (а делать это, как мы показали выше, нужно очень осторожно). Конец критского царства произошел, по одним версиям, из-за нападения варварских племен, по другим — в результате мощнейшего землетрясения.

Неизвестно, кто населял остров. Гомер утверждает, что здесь жило пять народов. Геродот сообщает, что Минос не был греком, Фукидид говорит обратное. Эванс выдвинул гипотезу об африканско-ливийском происхождении населения. Крупнейший знаток античной истории Э. Майер пишет, что эти люди пришли не из Малой Азии, а Дерпфельд, старейший сотрудник Шлимана, утверждал, что крито-микенское искусство зародилось в Финикии. (Как это все напоминает «психологические задачи» из журнала «Наука и жизнь»! Дается множество высказываний, чтобы читатель путем логических рассуждений решил, кто сказал правду. А прав кто-то один, или никто.)

Изрядную загадку представляет местная письменность. Оказалось, тексты написаны грекоговорящими людьми, но не на основе греческого алфавита. Возможно, тексты когда-нибудь расшифруют, но вся критская история останется мифом, если не потревожить хронологию событий… История Крита явно требует омоложения. На наш взгляд, расцвет здешней культуры пришелся на времена крестоносных государств XII–XIV веков н. э. (линии № 4–6), то есть надо историю Крита «придвинуть» к современности на 3000 лет.

Даже сами историки, запутавшись в своей истории, говорят о необходимости пересмотра хронологии Крита, но они, конечно, предпочли бы «удревнить» его историю. Мы уже говорили о том, что, не зная, куда поместить непонятные факты, историки норовят запрятать их поглубже во тьму веков. Вот цитата на эту тему:

«Античная филология находится накануне окончательного разрешения интересующей ее проблемы, однако ее разрешение ставит сразу же еще одну, гораздо более широкую проблему перед всей наукой о древности: почему, из каких побуждений на Крите — центре самостоятельной высокоразвитой культуры — за шестьсот лет до Гомера писали по-гречески местными письменами, на языке народа (греков), который в те времена отнюдь еще не был высокоразвитым? Может быть, эти два языка существовали параллельно? А может быть, неверна вся наша древнегреческая хронология?»

Понятно, что если древних греков сделать еще древнее древних критян, то проблема будет решена.

Сходная история с датировкой многих других археологических материалов.

С 80-х годов XIX века в Египте работал английский археолог Флиндерс Петри (1853–1942). Он первым начал изучать керамику, причем не богато украшенную, как до него, а любую. И предложил «сравнительный метод» для перекрестной датировки египетской и греческой керамики. Основываясь на этом методе, Эванс установил «абсолютную» хронологию крито-микенской культуры. Но стоит только усомниться в истинности датировок египетских археологических находок, и куда подевается абсолютная точность хронологии других стран! Чуть двиньте хронологию Египта, и посыплется история всего «Древнего мира».

А самостоятельная история этого «мира» недостоверна до крайности, мало того, изучение ее началось буквально «на днях».

Так, древняя история Индии стала известна совсем недавно, благодаря археологическим открытиям последних семидесяти лет. До этого единственным источником знаний об этой «истории» были Веды, сборник религиозных гимнов и заклинаний, не содержащий никаких вообще указаний на время их написания.

И «Древний Китай» до 20-х годов XX века был науке совершенно неизвестен. То есть имевшиеся о нем сведения позволяли думать, что территория Китая в древности совсем не была заселена. Никаких археологических раскопок не велось вплоть до последнего времени; дело в том, что китайская традиция запрещает рыться в земле, так как это может оказать магическое действие на живых.

Первые раскопки принесли только сведения палеолитического и неолитического периодов о временах каменного века. Позже были откопаны «доисторические» гадательные кости с иероглифами. Сейчас имеются и находки более близких к нашему времени периодов, среди которых следует отметить изделия из янтаря, при том, что природного янтаря в Китае нет.

Мы не раз цитировали интереснейшую книгу К. Керама, посвященную археологии. Но в этой книге нет рассказа о раскопках в Китае. Почему? Вот как он объясняет это сам: «Мы довольно неплохо осведомлены об истории Китая, но нашими знаниями в этой области мы лишь в незначительной части обязаны археологии». А чему обязаны? Записям о династиях императоров, сочиненных неизвестно кем, неизвестно когда и неизвестно, с какой степенью правды!

Если встать на такую точку зрения, то лучше всего мы знаем историю Атлантиды. В самом деле! О ней упомянул однажды Платон, ссылаясь на древнеегипетских жрецов. Трудов этих жрецов не сохранилось, подлинных трудов Платона тоже. Раскопок по вполне понятным причинам не проводилось, но количество наименований работ, посвященных этому потонувшему государству, перевалило уже за двадцать тысяч. Когда новые авторы, начитавшись предположений и фантазий своих предшественников, насочиняют еще несколько сотен книг, наши знания об Атлантиде, надо полагать, увеличатся.

Чтобы больше не возвращаться к вопросу об истории Атлантиды, напомним, каковы истоки «знания» о ней. Согласно записям Платона, пожилой жрец, приступая к повествованию о событиях, происходивших за 9000 лет до их беседы, сказал:

«Я расскажу то, что слышал как древнее сказание из уст человека, который сам был далеко не молод. Да, в те времена нашему деду было, по собственным его словам, около девяноста лет, а мне — самое большее десять».

В другом месте он объясняет, почему молчал раньше:

«…По прошествии столь долгого времени я недостаточно помнил содержание рассказа; поэтому я решил, что мне не следует говорить до тех пор, пока я не припомню всего с достаточной обстоятельностью».

За 9000 лет девяностолетних старцев было уж никак не меньше сотни… И кстати, о достоверности записей:

«…Египтяне, записывая имена родоначальников этого народа (атлантов), переводили их на свой язык; потому и сам Солон, выясняя значение имени, записывал его уже на нашем языке».