Получив сигнал о сдаче “Деглопера”, святоши возликовали. Помимо собственно уведомления послание содержало красноречивый приказ самого принца, в котором капитану Красницкому предписывалось немедленно капитулировать.

В обмен на выдачу принца святоши гарантировали жизни всему экипажу корабля, хотя это и не увязывалось с их суровыми догматами.

— Капитан Деленей. На связи лейтенант Скалуцци. — Каравазанец помолчал, оглядывая капитанский мостик. — Мы захватили рубку, но взять в плен никого не удалось. Экипаж отчаянно сопротивляется. Большинство людей в бронекостюмах. Сдаваться никто не собирается. — Он опять сделал паузу. — Не нравится мне все это.

— Передайте ему, чтобы держал свое мнение при себе! — огрызнулся капеллан Панела. — И пусть ищут принца!

Взглянув на капеллана, Деленей включил головной микрофон.

— Продолжайте выполнение задачи, лейтенант, — сказал он. — Будьте осторожней, не напоритесь на засаду. Похоже, что они и не думали сдаваться, капитан все наврал. — Деленей резко развернулся. — Мы найдем принца, капеллан. Но терять ни за грош людей глупо. Если принца на борту нет, то весьма вероятно, что нас заманили!

— Он там, — прошипел капеллан. — Зачем им рисковать его жизнью, ставя какие-то дурацкие ловушки! — Злобно оскалившись, он стал похож на взбесившегося хорька. — Хотя, впрочем, они могли бы давно его сами придушить, чтобы нам не достался… Они же должны понимать, что мы можем сделать с одним из главных представителей этой чертовой Империи!

— Капитан! — опять раздался голос Скалуцци. — В корабельных отсеках нет ни одного шаттла!

Глаза капитана расширились. — Час от часу не легче!

— Скорость “Деглопера” сравнялась со скоростью крейсера, — сказал Панер.

— Откуда вы знаете? — спросил Роджер, напряженно всматриваясь в искаженное изображение на мониторе. — Я здесь ничего не разберу.

— Посмотрите на цифры,—посоветовал Панер.—Я уже все уши прожужжал, что нам необходимы большие экраны, и это собирались учесть при проектировании командной станции, но почему-то так ничего и не сделали.

Повернувшись на вращающемся кресле к пульту управления Роджера, Панер ввел какую-то команду на клавиатуре, и изображение на мерцающем экране тут же сменилось: вместо отсканированных картинок появились ряды цифр.

— Вот последние зафиксированные скорость и координаты “Деглопера”, — объяснял капитан. — А вот это вроде бы текущие их значения… А вот аналогичные данные крейсера.

— Они что, совсем рядом с “Деглопером”? — спросил Роджер, заметив явную схожесть показаний.

— Совершенно верно. Их курс и скорость полностью совпадают с деглоперовскими. Значит, Красницкий таки их перехитрил. Попались на крючок…

Роджер кивнул. Он попытался ощутить удовольствие, которое, по всей видимости, испытал при этом экипаж “Деглопера”, и не смог— это было выше его понимания. Панер, как и Роджер, прекрасно знал, что Красницкий и вся его команда не пожалеют своих жизней, прикрывая их побег. По-видимому, одна лишь мысль, что он защищает не кого-нибудь, а самого принца, воодушевляла каждого солдата. Роджер почему-то привык полагать, что люди, добровольно избравшие карьеру военного, должны быть менее… чувствительными, чем другие. Однако Панер неоднократно объяснял ему, что в данном вопросе первостепенную роль играют военные традиции. Как иначе объяснить невозмутимость и потрясающее хладнокровие Панера в любой ситуации, когда у Роджера, бывало, все внутри холодело от страха?

Почему эти люди обязаны защищать его жизнь, когда даже в кругу своей собственной семьи он совершенно не уверен в искренности родных. Когда вежливые и предупредительные телохранители кладут на алтарь собственные жизни только в силу долга, что они получают взамен, кроме… смерти?

Терзаемый подобными вопросами, Роджер решил пока не думать об этом и переключился на другую тему.

— По-моему, судя по этим сведениям, здесь не все так гладко, — тревожно заметил принц.

— А по-моему, все прекрасно, ваше высочество, — усмехнулся Панер. — Святоши конкретно лопухнулись.

— О-хо-хо, — еще печальнее выговорил принц. Когда он прочел сфабрикованный приказ о немедленной капитуляции, посланный святошам, насколько неправдоподобным и по-детски примитивным показалось вдруг Роджеру его содержание. “Сдаться с честью”, — приказывал там принц. Что за бред!

— Все сработало, как было запланировано, ваше высочество, — бесстрастно проговорил Панер. — Красницкий заманил их, куда хотел.

— Но этого мало… Чтобы взорвать “Деглопер”, должен остаться в живых хотя бы один из тех, кто знает секретный код.

— Именно так, — жестко ответил Панер.

— Как вы можете ручаться? Каждый ведь может погибнуть. И все равно кто-то, знающий код, обязан выжить.

— Вы совершенно правы, ваше высочество. — В голосе Панера сквозила абсолютная уверенность. — Крейсер по-прежнему торчит рядом с “Деглопером”. Если бы святоши взяли языка, они бы давно уже с дикой скоростью умотали от нашего корабля.

“Да хранит вас бог, капитан, — повторял про себя Панер, пытаясь сохранять самообладание и не поддаться накатившему чувству вины перед оставленными товарищами, отважными мужчинами и женщинами, ждущими своего конца. — Вы с честью выполнили свой долг. Теперь наша очередь не ударить в грязь лицом. Конечно, принц — это постоянная головная боль, но мы приложим все усилия, чтобы спасти ему жизнь”.

— Не помогает, — мучилась О'Кейси.

Косутик отправилась, вернее сказать, “поплыла” в другой отсек подымать боевой дух солдатам, оставив бедную О'Кейси наедине с собой. Парадоксально, что именно несчастная докторша больше всех нуждалась сейчас в сильнодействующих средствах.

Пытаясь отвлечься, О'Кейси погрузилась в размышления. С того момента, как на горизонте объявился второй крейсер, совершенно не было времени, чтобы все основательно обдумать и взвесить. События в бешеном ритме накручивались одно на другое, не давая возможности оглядеться и собраться с мыслями.

Временное затишье как раз и предоставляло эту возможность, но в утомленном и ослабленном организме, одурманенном вколотым наркотиком, не возникало вообще никаких желаний, а уставший мозг едва ли был способен на какие-либо размышления.

Взяв себя в руки, О'Кейси все же попыталась составить а хоть какой-то план на будущее.

При обсуждении предметов, предназначенных на продажу, О'Кейси предложила взять побольше драгоценных металлов, но Панер отказался. Во-первых, каждый килограмм багажа был на счету, а во-вторых, взятые сами по себе, они оказались бы бесполезными. Каждый из драгоценных металлов предполагал наличие других компонентов, изготовление которых при низком уровне мардуканской технологии было немыслимым делом.

Так что список “драгоценностей”, включавший и драгоценные камни, был невелик. Золото, конечно, в небольших количествах присутствовало в аппаратуре, в различных электронных контактах, но извлечь его оттуда не представлялось возможным. Количество личных драгоценностей по настоянию Панера также было сведено до минимума. А по мнению О'Кейси, мардуканцы наверняка соблазнились бы даже обычными украшениями и безделушками. Она резонно сомневалась, что кто-нибудь из туземцев способен хотя бы представить себе искусственный драгоценный камень!

Честно говоря, даже если бы мардуканцы смогли по достоинству оценить все эти плоды цивилизации, на настоящем этапе их развития это не принесло бы им пользы. Элеонора вдруг почувствовала, что упускает что-то очень важное… Что-то не давало ей покоя. Как специалиста по культуре древних цивилизаций, ее тревожила смутная догадка…

Унтер-офицер Том Бан в пятнадцатый раз пересчитывал расходы. Что-то явно не сходилось. Получалось, что при приземлении на планету у них останется водорода с гулькин нос — не больше тонны. Конечно, тысяча килограммов вроде бы вес немалый, если поднимать его, скажем, лебедкой, но в полете топливо тратится в огромных количествах.

Он взглянул на экран и покачал головой, изумляясь полученным результатам. Если расчеты верны, то все обстоит очень печально.

— Алло, штурман? — в шумящих наушниках Том не сразу и сообразил, что слышит голос командира команды принца.

— Да, мадам. Офицер Бан вас слушает, — удивленно проговорил Том, не понимая, почему вдруг Элеоноре понадобилось беспокоить его сейчас.

— Можно ли установить связь с бортовым компьютером “Деглопера”?

— Не уверен, мадам, — расстроенный Том не сразу и понял, чего от него хотят.

— Это очень важно, унтер-офицер. — Голос был жестким. — Я бы сказала, жизненно важно.

— Что вы имеете в виду? — спросил Том осторожно.

— Там, в моей базе данных, есть Галактическая энциклопедия. Почему вы не захватили этот файл, я не понимаю.

— Но… — Том соображал, возможно ли действительно связаться с компьютером. Даже если приемная антенна еще функционирует, не стоит забывать про святош, пришвартованных к “Деглоперу”. После выхода на связь существовал риск, что враг вычислит координаты шаттла.

— Я понимаю, что там вряд ли что-то есть про Мардук, — быстро проговорила Элеонора, предвидя естественные возражения штурмана, — но там есть сведения, касающиеся древних культур и технологий. Как изготовить кремниевое огниво или как улучшить свойства железа или стали…

— О, замечательно. Но как только я свяжусь с кораблем, нас могут обнаружить. И что тогда?

— Да… вы правы… — задумалась в свою очередь Элеонора. — И все-таки нужно попытаться. От этого может зависеть судьба экспедиции.

Том включил лазер на прогрев. Может быть, думал он, все это и важно. Но тогда стоит поторопиться. Если попытаться сейчас получить разрешение у капитана Панера, летящего в другом шаттле, то можно потерять время. Каждая минута на счету — в любой момент “Деглопера” может не стать. А вдруг эти данные и яйца выеденного не стоят? И все же он решился…

— Лазер вышел на контакт! — отрапортовал лейтенант по системе корабельной защиты.

— Похоже, пытается запросить какие-то данные. Сигнал идет от… секунду… два-два-три на ноль-ноль-девять!

— Шаттлы, — сказал Деленей. — Пытаются улизнуть.

— Но они же не смогут приземлиться, а потом снова стартовать. Да даже если бы и смогли, им не удастся вырваться — у нас все под контролем.

— Да, это верно, — согласился Деленей. — Но они могут затаиться на время…

— Пока их не обнаружат с воздуха, — успокаиваясь, заметил Панела. — Они с ума сошли — прятаться на планете. К тому же мы сейчас можем попытаться их догнать, пока они еще не подлетели.

— Может быть, — нерешительно произнес капитан. — Но дело в том, что в шаттлах используется реактивный водородный двигатель, и след ракеты можно засечь лишь с расстояния в одну световую минуту. И все же вы правы. Они должны были предвидеть, что мы перехватим сигнал. — Подумав еще мгновение, он вдруг встрепенулся. — Если только они не рассчитывают, что мы уже будем не в состоянии их преследовать. — Он развернулся к экипажу. — Срочно отсоединяйтесь от их корабля. Немедленно.

— Ну, что там скачалось? — как одержимая повторяла про себя Элеонора. — Что, что, что? Ну, давай же, ну, скоро там? — она заметно нервничала.

Офицер Том с огромным трудом пытался установить связь.

Наконец соединение было установлено, и О'Кейси мысленно послала команду в свой имплант.

“Поиск «жизненный», — беззвучно шептала она, нетерпеливо следя за появлявшимися на экране результатами. — Так… не то, не то. «Враждебная флора и фауна» — скачать. «Медицина» — скачать. Найти: «топливо, шаттлы», пролистнуть. «Целесообразный» — скачать. Так… ищем «военный, первобытный», уточним «аркебуза». Пролистнуть, пролистнуть”. Элеонора задержала взгляд на появившейся диаграмме. Пропускная способность контактного лазера оставляла желать лучшего, и первая страница скачанной информации, касающейся “выживания во враждебной флоре и фауне”, оказалась неполной. Она заскрипела зубами и покачала головой, когда на экране появилась стандартная заставка по статистике найденного: “Четыре тысячи триста восемьдесят три статьи”. Мрак. У нее не было столько времени.

“Так, уточняем… «распространенный». Так, еще раз — «высочайший»”. Элеонора взглянула на результаты. Только одно из названий ей о чем-то говорило, хоть она и была доктором исторических наук. Ее основные исследования относились к эволюционному развитию социума, она не считала себя знатоком в военных вопросах: аркебузы значили для нее не больше, чем, скажем, древние римляне и их легендарные легионы. Однако в обоих списках — и в военном, и в социальном аспектах — лишь одно название маячило перед глазами.

“Так, скачиваем: «Адольф, Густав»”.

— Черт, — прорычал Панер.

Роджер кивнул в ответ, увидев знакомое сообщение: “Конец связи”.

— Да, — прошептал капитан, заметив, как вместо данных, поступавших с “Деглопера”, появилось незамысловатое “ПС”. Прерывание Сигнала. Такое… милое сокращение. Прошло несколько секунд, и сенсорные датчики отметили исчезновение вражеского крейсера.

— Кошмар, — печально выговорил Панер, и Роджер опять кивнул в ответ.

— Ладно, — сделав паузу, Роджер попытался разрядить обстановку. — По крайней мере, наши их сделали.

Даже не оборачиваясь, всей своей кожей принц почувствовал возникшее ледяное молчание и мысленно обругал себя. Какое он имел право считать солдат бесчувственными!

— Да, наверное, вы правы, ваше высочество, — уныло вымолвил Панер.

— Черт! — вскрикнула Элеонора, стукнув в раздражении рукой по клавиатуре. Передача данных прервалась прямо на середине строки, и только часть запроса, касающегося Густава Адольфа, шведского короля, отразилась на экране.

Она попыталась перейти по ссылке, чтобы добраться до содержимого статьи, но это оказалось уже невозможным, а если бы удалось до конца докачать эту полезную информацию… Там бездна полезных сведений из совершенно различных областей: металлургии, сельского хозяйства, ирригации, машиностроения. Много ценных замечаний из химии, физики, биологии. Все это легко можно было перекинуть в индивидуальные электронные блокноты или даже в чипы!

Но она опоздала.

— Что случилось? — спросила возвратившаяся Косутик. Она бросила взгляд на экраны и кивнула. — Итак, “Деглоперу” конец. Но и святошам тоже.

— Нет, нет, нет! Все не то! — Элеонора в сердцах опять ударила рукой по столу. — Я рассчитывала, что владею исчерпывающей информацией по всей Галактике. На “Деглопере” находился экземпляр этого файла. И мы не удосужились вовремя скачать его. Я только что попыталась это сделать, но связь оборвалась.

— Но что-нибудь все же удалось заполучить?

— Да. Я думаю, самое необходимое я все же успела скачать. Это в первую очередь руководства по выживанию в условиях враждебной природы, различные средства первой помощи, кое-что по видам топлива для шаттлов. Кроме этого, я только начала скачивать интересную информацию о тех забытых временах, когда на Земле еще воевали с аркебузами. — Она нахмурилась и еще раз взглянула на файлы.

— Похоже, что на одном из шаттлов не хватает топлива, — продолжала она. — О, тут есть один совет. Оказывается, можно использовать электричество, расщепить воду и…

— Точно, на шаттле как раз имеется соответствующая аппаратура, — прервала ее Косутик. — Питается энергией от солнечных батарей, и… за четыре года можно наполнить все резервуары на шаттле.

— Совершенно верно, — обернулась к ней Элеонора. — Вы, оказывается, знали это.

— Да, — улыбнулась Косутик. — Еще до полета на “Деглопере” мне пришлось участвовать в дьявольски опасном эксперименте — это была своего рода целая система боевых тестов для проверки способностей к выживанию в любых условиях. Капитан Панер был там инструктором.

— Потрясающе! — только и смогла вымолвить О'Кейси.

— Не беспокойтесь об этом. Ничего удивительного. Наша Империя огромна. В ней есть люди, находящиеся на совершенно разных ступенях развития. Так вот, каждого солдата прогоняли практически по всем этим ступеням. Вы даже не представляете, на что иногда способны наши люди. Если нам, например, неожиданно потребуется что-то сделать, то всегда найдется специально обученный человек. Да вы сами увидите.

— Дай-то бог, если так.

— Верьте мне. Уже почти сорок лет я только тем и занимаюсь, что натаскиваю бойцов, и все равно они не перестают меня удивлять.

— Ну что же, в таком случае нам ничего не остается, как только сидеть и ждать успешного приземления, — кисло заметила Элеонора.

— Ну и отлично. Вы играете в карты?