Майкл оглядел больничную палату. Совет директоров Центуриона в полном составе собрался возле постели Гарри Джонсона, а сам виновник, с загипсованной рукой, посвящал всех в детали.

— Итак, — с гримасой боли произнес он, — вы все слышали от Нормана и Майкла о том, что вчера произошло в офисе Лео. Сейчас мы должны заняться проблемами нашего бизнеса, и я хочу, чтобы мы незамедлительно приступили к делу, поэтому я принял сильнодействующее болеутоляющее. Норман, вы подготовили предложение?

Гелдорф кивнул.

— Я предложил Совету директоров назначить Майкла Винсента президентом и главой кинокомпании Центурион Пикчерс со всеми соответствующими полномочиями, а зарплата и бенефиты будут урегулированы в порядке переговоров между представителями совета и мистером Винсентом.

— Итак, ставим вопрос на голосование?

— Да, — откликнулся один из присутствующих.

— Кто «за»? Все подняли руки.

— Кто «против»?

Молчание.

— Майкл, примите наши поздравления, — сказал Джонсон. — А теперь, если у нас нет никаких других срочных дел, Совет распускается. Сестра!

В палату вошла медсестра с подносом, на котором лежал шприц, наполненный обезболивающей жидкостью, и люди стали расходиться.

В коридоре Майкл стал принимать поздравления от членов Совета в связи с избранием, а потом, когда они разошлись, он пошел по коридору в сторону палаты Лео.

Майкл вошел и приблизился к кровати. Казалось, Лео не изменился за прошедшие сутки, но единственный уцелевший глаз был закрыт. Он раскрыл его.

— Привет, Лео, — мягко произнес Майкл.

Глаз Лео быстро моргнул.

— Только что был собран Совет. Они выбрали меня твоим преемником.

Лео вновь моргнул.

Майкл склонился над ним и вперился в его здоровый глаз. Тот светился разумом.

— Лео, если ты понимаешь, моргни один раз.

Тот моргнул один раз. Стало быть, он был в полном сознании.

— Я хочу задать тебе несколько вопросов. Моргни один раз, если «да», и два раза, если «нет».

Лео моргнул раз.

— Ты чувствуешь боль?

Лео моргнул один раз.

— Хочешь, я вызову медсестру?

Лео моргнул дважды.

— Ты способен двигаться?

Лео моргнул дважды.

— Ты можешь говорить?

Лео моргнул дважды.

— Хочешь видеть Аманду?

Лео моргнул дважды.

— Хочешь, чтобы я оставил тебя одного?

Лео моргнул дважды.

— Ах, если бы я мог спросить у тебя, чего ты хочешь! Но не беспокойся, через какое-то время тебе станет лучше.

Лео моргнул дважды.

Майкл уставился в его глаз. — Ты не считаешь, что тебе не станет лучше?

Лео моргнул дважды.

— Лео, ты хочешь продолжать жить, как сейчас?

Лео моргнул дважды.

— Хочешь, чтобы я помог тебе?

Лео моргнул один раз.

Майкл подошел к двери и выглянул в коридор. Там никого не было. Он вернулся к постели своего бывшего босса и огляделся по сторонам. Из носа Лео торчала кислородная трубка. Из капельницы в организм больного поступал питательный раствор. Если он вытащит трубки, это непременно заметят. Он осторожно приподнял голову Лео и вынул подушку, а затем вновь склонился над больным.

— Лео, ты действительно этого хочешь?

Тот моргнул один раз.

— Лео, я хочу поблагодарить тебя за все, что ты сделал для меня.

Лео моргнул один раз.

— Хочу тебя заверить, что с Амандой будет все хорошо.

Лео Моргнул один раз.

— Прощай, дружище.

Лео моргнул один раз и его глаз наполнился влагой. Слеза медленно потекла к его уху.

Майкл положил подушку на лицо несчастного и мягко надавил. Глядя на часы, он подождал три минуты и убрал подушку. Он приложил пальцы к шее Голдмэна и убедился в отсутствии пульса. Тогда он поднял голову Лео, подложил под нее подушку и вышел из палаты. Никто не видел, как он уходил.

И впервые с тех пор, как он был маленьким мальчиком, Майкл не сумел сдержать слез.