У Гарри явно были какие-то неприятности. Я начала догадываться об этом по его поведению, однако догадки переросли в уверенность, когда через две недели после встречи с мистером Чалмерсом я вспомнила, где видела его раньше. Мне приходилось встречаться с ним на ипподроме: он играл на скачках.

— Дрянной тип, — сказал мне о нем в свое время отец. — Один из тех кровососов, которые зарабатывают себе на жизнь, выманивая денежки у зеленых юнцов, не имеющих головы на плечах.

Когда я вспомнила эти слова, у меня появилось отвратительное ощущение, что младший брат моего мужа как раз один из тех зеленых юнцов, в которого Чалмерс вонзил свои зубы. В последнее время Гарри казался очень нервным, а его ангельское лицо выглядело изможденным.

Я была не единственным членом семьи, кто обратил внимание на его состояние. Однажды я услышала, как Каролина сказала ему, что он ужасно выглядит и что ему следует пораньше ложитъся спать. В один из тех редких вечеров, когда мы все обедали дома, Адриан, окинув брата внимательным взглядом, порекомендовал ему прекратить жечь свечу с двух концов одновременно.

Разумеется, Гарри в самом деле очень поздно ложился, но в таком же режиме жили и все мы. Тем не менее никто из нас от этого не выглядел словно щенок, проглотивший тряпку. Спал Гарри столько же, сколько и все остальные, но даже Луиза, которая была значительно старше его, имела гораздо лучший цвет лица.

Его явно что-то терзало, и я очень боялась, что он каким-то образом попал в лапы мерзавца Чалмерса. Однако каждый раз, когда я пыталась завести с Гарри серьезный разговор, он тут же исчезал, ссылаясь на то, что ему по той или иной причине надо немедленно уйти.

Он стал настолько неуловимым, что мне в концов концов пришлось устроить для него что-то вроде ловушки. Как-то раз Эдвард и Каролина повезли маленького Неда на шоу в амфитеатр Эстли. Вернувшись домой, Каролина взахлеб рассказывала о выставке лошадей и панораме Великого лондонского пожара. Пока я слушала ее восторженные отзывы, у меня возникла идея попросить Адриана купить билеты для меня и Гарри, сославшись на то, что мы с его младшим братом получим огромное удовольствие от описанного Каролиной зрелища, в то время как для самого Адриана столь примитивное развлечение вряд ли будет представлять интерес.

Последнее соображение я привожу по той причине, что, когда я впервые затронула эту тему, Адриан выразил желание пойти в амфитеатр Эстли вместе со мной и Гарри. Поскольку я была совершенно уверена, что в присутствии старшего брата Гарри и слова не проронит о своих проблемах, мне, несмотря на то что я бы с удовольствием насладилась интересным шоу в компании мужа, пришлось каким-то образом объяснять, почему мы с Гарри не хотим брать Адриана с собой.

Адриан приобрел для нас билеты в ложу, из которой были прекрасно видны и сцена, и посыпанный опилками ринг, где демонстрировали лошадей. У меня было твердое намерение все внимание уделить неприятностям, с которыми, судя по всему, пришлось столкнуться Гарри, но шоу было настолько захватывающим, что в течение первого часа я не предприняла абсолютно ничего и вместо этого лишь охала и ахала от восторга.

На Гарри шоу произвело такое же впечатление, как и на меня, и мы оба, сидя в ложе, громкими криками поощряли участвующих в гонках крохотных пони и изо всех сил аплодировали дрессированным лошадям, выдельшавшим сложные танцевальные па.

Лишь когда на сцене начались приготовления к воспроизведению картины Великого лондонского пожара, я вспомнила, зачем пришла в амфитеатр Эстли сама и привела с собой Гарри. Времени на осуществление моего плана у меня оставалось не так уж много.

— Ну ладно, Гарри, — заговорила я. — Я знаю, что у вас неприятности. Мне все известно про этого негодяя Чалмерса. А теперь скажите мне, сколько вы ему должны?

Гарри, на лице которого вдруг появилось виноватое выражение, уже открыл было рот, собираясь мне все рассказать, но затем, избегая моего взгляда, невнятно пробормотал:

— Я не знаю, о чем вы говорите, Кейт.

— Нет, знаете. Мой отец как-то сказал мне, что Чалмерс — это кровопийца, паразитирующий на молодых глупых юнцах. Мне кажется, что это описание как раз подходит к вашему случаю.

— Черт побери, Кейт! — Гарри наконец повернулся ко мне. — Если вы знали, что за фрукт этот Чалмерс, почему же вы мне ничего не сказали?

— Я только несколько дней назад вспомнила, где я его раньше видела, — призналась я. — У меня было смутное ощущение, что лицо мне знакомо, но я никак не могла припомнить, где мы с ним встречались.

В сердцах Гарри резко опустил ладонь на перила ложи.

— Черт побери! — снова воскликнул он.

— Похоже, он и в вас запустил свои зубы? — сочувственно спросила я.

— Да. — Гарри откинулся назад и посмотрел на меня. На лице его отчетливо проступило отчаяние. — Я не знаю, что мне делать, Кейт. Я должен ему двадцать тысяч фунтов!

От удивления у меня сам собой открылся рот.

— Двадцать тысяч?!

— Да.

Сумма была чудовищно велика и далеко превосходила мои возможности, используя которые я надеялась помочь Гарри.

— Что произошло? Что он с вами сделал?

Гарри усталым жестом потер ладонями лицо.

— Он втянул меня в крупную игру, Кейт. Мне льстило, что такой светский лев общается с таким молодым человеком, как я. — Гарри закрыл глаза. — Боже, до чего же я был глуп.

— И вы проигрались, — сказала я без всяких вопросительных интонаций, потому что заранее знала ответ.

— Да, я проигрался. Когда мне стало нечем платить, чтобы продолжить игру, остальные игроки проявили большую любезность, согласившись принимать в качестве расплаты мои долговые расписки. Я сыграл еще несколько раз, надеясь, что мне улыбнется счастье. Когда же я в конце концов остановился, оказалось, что мой долг составляет двадцать тысяч фунтов стерлингов. Само собой, у меня не было средств, чтобы его погасить, и лорд Чалмерс любезно согласился одолжить мне денег и дал неделю сроку для расплаты.

Тут у меня вырвалось одно словечко, которое мой отец использовал в те моменты, когда бывал особенно сильно на кого-то рассержен.

— Да, — вяло согласился Гарри. — Именно так.

Обдумывая проблему, которая стояла перед Гарри, я одновременно наблюдала за двумя мужчинами, которые деревянными лопатами чистили усыпанный опилками ринг. Ноздри мои уловили знакомый запах лошадиного навоза.

— Чего я не понимаю, Гарри, — заговорила я через некоторое время, — так это то, что Чалмерс решился пойти на такой риск. Ведь если вы ему не вернете долг, он потеряет свои деньги.

— Я тоже об этом думал, Кейт, и пришел к выводу, что Чалмерс состоит в сговоре с хозяином того заведения, в которое он меня затащил. Фокус, видно, состоит в том, что Чалмерс заманивает туда жертву, а в качестве платы получает процент от суммы, которую соблазненный им игрок проигрывает.

— Но если вы не вернете долг Чалмерсу, никто ничего на этом не заработает!

Гарри бросил на меня затравленный взгляд.

— Они знают, кто я такой, Кейт. Если я им не заплачу, они пойдут к Адриану.

Я ничего на это не сказала. Мне было совершенно ясно, что Гарри пойдет на все, что от него потребуют, лишь бы старший брат ничего не узнал об этой истории.

Маленький мальчик, сидящий в ложе неподалеку от нас, начал хныкать.

— Ну, когда же будет продолжение, мама? — то и дело спрашивал он плаксивым голосом.

— Скоро, мой дорогой, — успокаивала ребенка мать.

— Боже, Кейт, — заговорил Гарри с искаженным отчаянием лицом, — что Адриан обо мне подумает, если все станет ему известно? Сначала меня из-за какой-то глупости отчисляют из Оксфорда, а теперь еще и это.

Я решила сделать все возможное, чтобы хоть как-то его успокоить.

— Вполне возможно, что он вовсе не будет так шокирован, как вам кажется, Гарри. Он и так беспокоился, как бы с вами не произошло чего-нибудь подобного. Адриан сам говорил мне, что неопытный юноша в Лондоне может попасть в большие неприятности, а у него нет времени, чтобы как следует за вами присматривать.

— Так вот, значит, какого он обо мне мнения, — сказал Гарри и крепко стиснул зубы.

— Дело не в этом, Гарри! — поспешила возразить я. — Он говорил о любом неопытном юноше, которому некому помочь советом.

Повернув голову, Гарри посмотрел на меня.

— Интересно, а если бы Адриан в двадцать лет оказался в Лондоне и некому было бы помочь ему советом, с ним тоже случилось бы такое? — спросил он.

На этот раз взгляд пришлось отвести мне. Мы оба знали, что с Адрианом этого произойти не могло.

— Я не хочу, чтобы Адриан об этом знал, Кейт, — с тихим отчаянием в голосе сказал Гарри.

Я понимающе вздохнула и сказала:

— Ну что ж, тогда нам придется найти способ раздобыть двадцать тысяч фунтов, чтобы расплатиться с этим червяком Чалмерсом.

После этих моих слов мы с Гарри мрачно посмотрели друг на друга. Шансы любого из нас раздобыть такую огромную сумму денег были весьма призрачными, если не сказать больше.

Сидящий в ложе маленький мальчик в нетерпении принялся колотить кулачком по перилам.

— Я уже подумывал о том, не попытаться ли мне выкрасть мои долговые расписки, — признался Гарри. — Если у них их не будет, они не смогут доказать, что я им что-то должен.

— Гарри, какая великолепная идея! — воскликнула я.

Гарри вымученно улыбнулся.

— Идея, может, и великолепная, но реализовать ее будет трудновато, — сказал он.

— А у кого хранятся расписки? У Чалмерса?

— Думаю, да. — Гарри нервным жестом прошелся по тщательно уложенным парикмахером волосам, от чего его прическа стала выглядеть гораздо естественнее. — В первый раз, когда я занял у него деньги, у меня нашлись наличные, чтобы с ним расплатиться. На следующее утро я отправился к нему домой, передал ему деньги, а он вернул мне мою расписку. Я видел, как он вынул ее из запертого ящика стола.

— Значит, мы должны проникнуть к нему в дом, взломать замок ящика и выкрасть расписки, — просияла я. — Что может быть проще?

Гарри издал дребезжащий смешок:

— Вы замечательная девушка, Кейт, но я не могу втягивать вас в это дело. Если Адриан когда-нибудь узнает, что я подвергал вас опасности, он меня убьет.

— Адриан скорее всего будет только рад избавиться от меня, чтобы жениться на этой святоше леди Мзри Уэстон, — мрачно бросила я.

— Бросьте городить чепуху, — сказал Гарри. — Он ни за что этого не сделает. После вас никто не женится на такой зануде, как леди Мэри.

— Это очень любезно с вашей стороны. Спасибо за добрые слова, — благодарно улыбнулась я.

— Любезность здесь ни при чем, я просто сказал правду.

В эту минуту наконец заиграл оркестр. Мы с Гарри устремили взгляд на сцену и стали наблюдать за имитацией Великого лондонского пожара.

Всю дорогу домой мы с Гарри, сидя в карете, обменивались идеями насчет того, как лучше всего проникнуть в жилище Чалмерса. В конце концов мне удалось убедить Гарри, что один из моих планов должен сработать просто идеально.

План состоял в следующем. Гарри должен был познакомить меня с Чалмерсом, после чего я должна была сказать этому червяку, что обожаю азартные игры, и попросить его сопровождать меня куда-нибудь, где играют по-крупному. Отправившись туда с Чалмерсом, я отвлеку его на себя, а Гарри тем временем проберется к нему и выкрадет расписки. Примерно так мне все это виделось.

— Может, вы даже выиграете, — сказал мне Гарри. — В первый раз, когда я отправился играть, со мной именно так и было. Думаю, их расчет на этом и строится. Позже, когда человек начинает проигрывать, он продолжает делать ставки, поскольку думает, что, если ему удалось выиграть один раз, рано или поздно он выиграет снова.

Мне показалось, что Гарри верно ухватил суть схемы, по которой действовали негодяи. В этом случае наш план должен был принести двойной положительный результат. К тому времени, когда мы добрались домой, Гарри значительно повеселел.

Каролина и Эдвард обедали где-то с друзьями, Пэдди и Луизы тоже не было, но Адриан оказался дома, так что обедали мы втроем. Поглощая приготовленное Реми фрикасе из цыпленка, мы с Гарри рассказывали Адриану о шоу. Когда я закончила описание постановки Великого лондонского пожара, Адриан сдержанно заметил:

— Вероятно, именно во время такого представления и сгорел предыдущий театр.

Я рассмеялась и согласилась с мужем, добавив, однако, что зрелище все же было великолепное. Потом, заметив уже некоторое время назад, что Фрэнк, молодой лакей, прислуживающий Адриану, прислушивается затаив дыхание к моему рассказу, я, обращаясь к нему, сказала:

— Фрэнк, если вы или кто-нибудь еще из лакеев или горничных захочет посмотреть шоу, то его милость, я уверена, будет счастлив купить для вас билеты.

— Кейт, неужели вам до сих пор неизвестно, что вы не должны болтать с лакеями во время еды? — взвился Гарри.

— Разумеется, мне это известно, Гарри, — с раздражением ответила я. — Но сегодня здесь, по-моему, собрались только члены семьи.

— Я в самом деле с удовольствием достану для вас билеты, Фрэнк, — сказал Адриан, слегка повернув голову. — Вы только скажите мне, сколько билетов нужно, хорошо?

— Да, милорд. Большое спасибо, милорд, — сказал Фрэнк, покраснев как помидор. — Благодарю вас, миледи, — добавил он, посмотрев на меня.

— Вам понравится, — улыбнулась я.

Гарри недовольно покачал головой и спросил:

— А куда это сегодня подевались Пэдди и Луиза?

В самом деле, в последнее время мы видели Пэдди и Луизу все реже и реже, причем даже в этих редких случаях они бывали заняты каким-нибудь совместным делом.

— Мне кажется, что они пообедали пораньше и вместе отправились в театр, — с удовлетворением заметила я. — В «Друри-Лейн» идет «Ричард Третий» с Кином, а Пэдди обожает этот спектакль. Англичане там выглядят такими гнусными.

Адриан хохотнул.

— Что это у вас такой вид? — спросил, обращаясь ко мне, Гарри.

— Какой такой? — не поняла я и широко раскрыла глаза от удивления.

— Как у кота, который успел тайком полакомиться сметаной, — пришел Адриан на помощь младшему брату.

Я и в самом деле чувствовала себя, как добравшийся до сметаны кот, но не хотела объяснять почему. Поэтому я лишь таинственно улыбнулась и положила себе со стоящего у края стола блюда зеленых бобов.

— Устраиваешь чужие судьбы, Кейт? — осведомился Адриан.

— А ты откуда знаешь?

— Не такая уж ты непредсказуемая, — ответил муж, которого явно позабавила моя реакция на его вопрос.

— Я знаю, что Пэдди — человек иного круга, нежели Луиза, — сказала я с вызовом, — и к тому же он значительно старше ее, но он очень хороший человек и превосходно разбирается в лошадях.

— Как ты думаешь, сколько ему лет? — с любопытством спросил Адриан.

— Должно быть, лет шестьдесят, — предположила я.

— Пятьдесят три, — поправил меня Адриан.

— Да ты шутишь!

— Я сам его об этом спрашивал.

— Пятьдесят три! Получается, что он старше Луизы всего на десять лет.

— Именно, — сказал Адриан, отхлебнув вина из своего бокала.

— Пэдди и Луиза вряд ли смогут пожениться, Кейт, — вмешался в разговор Гарри.

— Какой же ты все-таки сноб, Гарри! — в сердцах воскликнула я.

— Дело не в снобизме, — возразил он. — Я считаю, что Пэдди — отличный парень, но леди вроде Луизы не может жить, переезжая из одной конюшни в другую.

— Именно так жила моя мать, а ведь она тоже была леди, — сказала я со злостью.

— Ваша мать была молода, чего нельзя сказать о Луизе, — заметил Гарри, и на этот раз я не могла не признать, что он прав.

— Если Пэдди и Луиза решат пожениться, нам надо будет подыскать для них дом, — сказал Адриан. — Я не назвал бы Луизу старой, но скорее всего она вряд ли готова начать новую жизнь, путешествуя по сельской местности. Кстати, для Пэдди и его бизнеса тоже будет полезно, если он осядет где-нибудь в одном месте.

— Какая замечательная идея! — воскликнула я и послала мужу восторженную улыбку.

Гарри также кивнул, давая понять, что одобряет предложение старшего брата.

— Может, в качестве свадебного подарка ты купишь им конный завод где-нибудь в Ирландии, а, Адриан? — спросил Гарри.

Его вопрос разом покончил с захлестнувшей меня волной радости. Разумеется, предложение Гарри было вполне резонным, но, если бы Пэдди и Луиза поселились в Ирландии, они оказались бы слишком далеко от меня.

— Вообще-то я думал выделить им хороший участок под аренду в Лэмбурне, — сказал Адриан.

— О, — прошептала я, — это было бы просто чудесно.

При этих словах я посмотрела на мужа и по его взгляду поняла, что в моих глазах отражается вся моя любовь к нему, которую в этот момент я была просто не в силах скрыть.

— Да, я думаю, это и в самом деле было бы неплохо, — согласился со мной Адриан. — Я знаю, как ты любишь их обоих, Кейт, но все же мне не хотелось бы, чтобы они весь остаток жизни прожили с нами.

— Не понимаю почему, — заметил Гарри с невинным лицом.

— Ну что же, если нужно, могу объяснить, — сказал Адриан, на что Гарри только фыркнул.

— Тем не менее решение о женитьбе должны все же принять Луиза и Пэдди, — сказала я. — Если они друг друга не любят, мы не должны их к этому подталкивать. Браки, которые заключаются без любви, всегда заканчиваются плохо.

После этих моих слов в комнате наступила мертвая тишина. Я только через несколько секунд поняла, что послужило тому причиной. Как только до меня дошло, что я сказала, лицо мое тут же густо залилось краской. В эту минуту я с удовольствием отрезала бы себе язык.

— Ты, как всегда, права, Кейт, — услышала я голос Адриана. Отодвинув стул, он встал. — А теперь извините меня, мне нужно заняться делами.

Провожаемый нашими с Гарри взглядами, он вышел из комнаты.

— Черт возьми, Кейт! — воскликнул Гарри, когда за Адрианом закрылась дверь. — Как вы могли сказать такую глупость?

— Не знаю, Гарри, — жалобно протянула я. — Просто в тот момент я совершенно не думала о нас с Адрианом! Я просто сделала что-то… что-то вроде обобщения.

— Ну вот, а теперь из-за этого обобщения Адриан рассердился. Какому мужчине понравится, когда его собственная жена напоминает ему, что его силком заставили вступить в брак.

— Я знаю, знаю. Правда, Гарри, я вовсе не это имела в виду!

— Ладно, не убивайтесь так, Кейт, — вздохнул Гарри. — Это у него пройдет.

— Налить вам еще лимонада? — вежливо спросил меня лакей.

— Думаю, будет лучше, если вы мне нальете вон того вина, Джордж, — ответила я.

— Может, это не лучшая идея, Кейт? — с беспокойством осведомился Гарри.

— Может, но я все равно выпью. Сегодня вечером я никуда уже не поеду. Буду сидеть тут с вами и пить.

В тот вечер я осушила три бокала вина, поэтому неудивительно, что, когда я встала из-за стола, мне стало казаться, что стены комнаты угрожающе наклоняются то в одну сторону, то в другую. Отводя меня наверх, Гарри был вынужден держать меня за руку.

— Ложитесь в постель и спите, — посоветовал он мне на прощание.

— Вы думаете, он возненавидит меня за то, что я сказала? — жалобно спросила я.

— Нет, — ответил Гарри и посмотрел на Жанетту. — Ее милость не очень хорошо себя чувствует, так что уложите ее поскорее.

— Да, мистер Гарри, — ответила девушка. Она закрыла дверь, провела меня через комнату к камину и расстегнула на мне платье. Все это она проделала очень умело, так что не прошло и десяти минут, как я уже лежала в постели. Я уснула, как только щека коснулась подушки, и проснулась лишь по прошествии нескольких часов, когда почувствовала, что рядом со мной лежит Адриан.

Он вошел в комнату и лег очень осторожно, так что даже толстая перина почти не спружинила под весом его тела, но я все же проснулась. Я всегда просыпалась, когда он приходил. Открыв глаза, я увидела лишь луч лунного света, пробивавшийся сквозь щель между неплотно задернутыми портьерами. В комнате было темно. Мне показалось, что стоит глубокая ночь, потому что огонь в камине уже погас. Адриан даже не посмотрел на меня, а просто отвернул одеяло, улегся на бок, повернувшись ко мне спиной, взбил кулаком подушку и затих. Я молча лежала рядом, глядя на его укрытую одеялом спину. Наконец я не выдержала.

— Адриан, — тихонько позвала я.

Молчание.

— Адриан, ты не спишь?

— Сплю, Кейт, — отрезал он.

— Я очень сожалею о сказанном.

— Можешь не переживать по этому поводу.

— Я вовсе не хотела сказать, что наш брак кончится плохо.

— Я понимаю. Спокойной ночи, Кейт.

Я всхлипнула, но Адриан по-прежнему молчал. Я всхлипнула еще раз.

— Ты что, плачешь? — сухо осведомился он.

— Нет. Я никогда не плачу. Наверное, я просто немного пьяна.

Тут Адриан наконец-то повернулся ко мне.

— Пьяна? — переспросил он.

— После того как ты ушел, я выпила несколько бокалов вина. У меня все еще кружится голова.

— Интересно, куда смотрел Гарри?

— Он как раз не хотел, чтобы я напивалась.

— Я уж вижу. — В голосе Адриана чувствовалось сдерживаемое возмущение.

— Адриан, я очень, очень сожалею о том, что сказала сегодня вечером за столом. Ты всегда так добр ко мне, что я иногда просто забываю об обстоятельствах, при которых был заключен наш брак. Именно так и случилось сегодня. Я не имела в виду ничего плохого.

— Добр к тебе. Боже мой, какая же ты глупая, Кейт.

Из голоса мужа исчезли холодность и отстраненность, которые мне так не нравились, и я совсем не обиделась на его последнее замечание. Я готова была позволить ему говорить все что угодно, лишь бы он не разговаривал со мной как с совершенно чужим человеком.

— Я вовсе не хочу быть глупой. Я хочу быть тебе хорошей женой, Адриан. Правда.

— Я знаю, милая, — вздохнул он. — Прости, если я тебя расстроил. А теперь спи. Уже очень поздно.

— А можно, ты меня обнимешь? Ну, хотя бы ненадолго?

Мне было ясно, что ему не хотелось выполнять эту просьбу, но, как видно, в голосе была такая мольба, что он все же протянул руки и бережно обнял меня. Пожалуй, слишком бережно… Но это сейчас меня не так уж заботило. Главное, что он был рядом и я чувствовала его тело. Положив щеку на его плечо, я затихла.

— В кровати очень холодно, когда тебя нет, — прошептала я.

— М-мм?

— У тебя действительно были дела или ты просто ездил в клуб и там напился, как я?

Грудь Адриана содрогнулась от легкого смешка.

— Кейт, ты сам дьявол, — сказал он и крепче прижал меня к себе. Облегчение, которое я при этом почувствовала, не поддается никакому описанию. Я закрыла глаза. — Откуда ты об этом узнала?

— Я ясновидящая, — пробормотала я Адриану в плечо. Теперь, когда мне было тепло и я чувствовала себя в безопасности, действительно захотелось спать.

Я успела еще услышать, как Адриан сказал: «Это уж точно». После этого я уже ничего не помнила: сон укутал меня мягким, невесомым покрывалом.