На следующее утро Рив очень рано разбудил меня поцелуем. Открыв глаза, я увидела, что на нем уже надет костюм для верховой езды.

— Мы с Гарри собрались на прогулку, — объяснил он. — Не вставай, отдохни как следует.

Учитывая, что добрую часть ночи он мне спать не давал, я решила, что заслужила право еще немного понежиться в постели.

Сонно улыбнувшись, я вновь закрыла глаза.

Снова проснувшись в половине десятого, я оделась и спустилась к завтраку.

Оживленно беседуя, мама и лорд Брэдфорд уже сидели в эркере, где был установлен круглый дубовый стол.

Тень пробежала по моему лицу.

Дело вовсе не в том, что я эгоистками не желаю делить ни с кем мою маму, — стараясь быть беспристрастной, подумала я. — Просто я не верю, что лорд Брэдфорд ей подходит.

И только поэтому мне совсем не нравилось то оживление, которое я замечала в глазах мамы каждый раз, когда она на него смотрела.

— Доброе утро, — хмуро приветствовала их я.

— Доброе утро, дорогая, — повернувшись ко мне, улыбнулась мама. — Как спалось?

В глазах лорда Брэдфорда мелькнули веселые искорки, и я почувствовала, что краснею.

— Прекрасно, — ответила я.

— А где Рив? — снова спросила мама, заглядывая мне через плечо, словно ожидала, что там вдруг материализуется мой муж.

— Он уехал на прогулку с Гарри.

— Наверное, Гарри решил сообщить Риву, что в сентябре уезжает учиться в Королевский медицинский колледж, — вмешался лорд Брэдфорд.

— Неужели это правда? — удивилась я. — Неужели вы передумали и разрешили Гарри учиться на врача?

— Я передумал, — беззаботно подтвердил лорд Брэдфорд.

Он не смотрел на мою мать, и она не смотрела на него, и делали это они так упорно, что я все поняла.

— Я очень рада! — сухо сказала я. — Гарри всегда об этом мечтал, и я думаю, он станет превосходным врачом.

— Мне это убедительно доказали, — так же беззаботно сообщил лорд Брэдфорд.

Я искоса взглянула на маму, которая безмятежно продолжала пить кофе.

Подойдя к буфету, я взяла немного ветчины и омлет. Бурная ночная жизнь вызывала у меня по утрам зверский аппетит.

— Гарри говорит, что никто не знает, где Роберт, — подойдя с тарелкой к столу, осторожно сказала я.

В серых глазах лорда Брэдфорда появилось такое отчаяние, что мне поневоле стало его жаль.

— Это правда, — кивнул он и махнул рукой, словно отгоняя от себя неприятные видения. — Боюсь, если он появится поблизости, я не смогу гарантировать вашу безопасность, Дебора. Тем более это касается Рива. Было бы разумно, если бы вы приняли некоторые меры предосторожности.

— Вы думаете, он собирается вернуться?

— Да, — печально глядя на меня, ответил лорд Брэдфорд. — Думаю, что да.

Меня вдруг охватила паника.

— Рив! — воскликнула я. — Он уехал на прогулку с Гарри. А что, если Роберт сейчас где-нибудь в засаде? Если он станет в него стрелять?

Мама с Бернардом наперебой бросились меня успокаивать.

— Не беспокойся, дорогая, — говорила мама.

— С Ривом все будет в порядке, — вторил ей лорд Брэдфорд.

— Откуда вы можете знать, что с Ривом будет все в порядке, если сами признали, что Роберт опасен? — разозлилась я.

— Хотя поведение Роберта выходит за всякие рамки, он не дурак, — сказал его отец. — И не захочет быть повешенным за убийство. — Лорд Брэдфорд потер лоб, словно у него болела голова.

Я перехватила устремленный на него полньгй сочувствия взгляд мамы.

— Убийца не может унаследовать титул и поместья человека, которого он убил, — решительно продолжал лорд Брэдфорд. — С Ривом Роберт должен вести себя осторожно.

После завтрака мы с мамой собрались в деревню на одно из последних собраний по подготовке к летнему празднику, который должен был состояться уже через три дня. Стояла прекрасная погода, и мы решили пройтись до конюшни пешком.

— К празднику решительно все готово, — говорила мама, пока мы шли по усыпанной гравием дорожке к сложенному из розового кирпича зданию конюшни, располагавшемуся на склоне холма.

Совершенно неожиданно мы увидели шедшего навстречу Гарри, который что-то бормотал себе под нос.

Куртка его висела на плече, а рубашка и брюки были насквозь мокрыми.

— Гарри! — окликнула его я. — Где Рив?

Гарри остановился с таким видом, словно только сейчас заметил, что кто-то стоит у него на пути, и рассеянно посмотрел сначала на меня, потом на маму.

— Где Рив? — саркастически повторил он. — Не имею понятия, где Рив! Как только мы добрались до берега, он вскочил на лошадь и умчался с такой скоростью, будто за ним гнались дьяволы. Я подумал, он поехал домой, но на конюшне сказали, что он не появлялся.

— Что случилось? — не сводя с него глаз, спросила я. — Почему ты такой мокрый? Вы что, купались в одежде? Гарри провел рукой по своим влажным волосам.

— Да, мы действительно собирались купаться, — подтвердил он. — Только все вышло не так. как я думал.

У меня заныло в груди.

— Рассказывай! — потребовала я.

— Дебора, — тихо вступила мама. — Может, Гарри лучше сначала переодеться?

— Нет! — непреклонно возразила я. — Пусть сначала расскажет, что случилось.

— Вчера вечером, перед тем как ложиться спать, я предложил Риву съездить со мной утром на прогулку, — переминаясь с ноги на ногу, начал Гарри. — Я хотел сообщить ему приятную новость.

— Я слышала об этом, — кивнула я.

— Мы встретились на конюшне, как и договорились, в семь тридцать, и решили, воспользовавшись отливом, поехать на остров Чарльза.

С юга подул легкий ветерок, и Гарри вздрогнул от холода в своей насквозь промокшей одежде. Но я не собиралась отпускать его до тех пор, пока все не выясню.

— И что же дальше? — поторопила я.

— Мы так и сделали, — продолжил он. — Прискакали на остров Чарльза, прокатились вдоль пляжа, затем спешились, я стал рассказывать Риву, что осенью поеду учиться в Королевский медицинский колледж.

— Это и вправду замечательная новость, Гарри, — заметила я. — Очень за тебя рада.

— Спасибо. Рив тоже обрадовался. — Гарри снова провел рукой по спутанным волосам. — А потом, когда мы шли вдоль берега, Рив предложил: А почему бы нам это не отпраздновать? Давай поплаваем.

Я сжала мягкий кожаный ридикюль, который держала в руках.

— И ты согласился? Гарри кивнул:

— Было чудесное утро, а в детстве мы часто купались во время отлива. Рив вел себя так бесшабашно, словно мы и в самом деле были детьми. Я тоже расслабился, мы сняли куртки и рубашки и полезли в воду.

— Полагаю, вы оба неплохо плаваете, — тихо сказала мама.

— Да, — ответил Гарри, — мы оба умеем плавать, но уже давно не тренировались, поэтому я не собирался заплывать далеко.

Мне стало совсем нехорошо.

— Ну? — с тревогой поторопила я. Гарри покачал головой, словно все еще не мог поверить в то, что произошло.

— Мы были возле Скалы черепов, где довольно глубоко. Тут Рив внезапно сказал: Я хочу добраться до Фэр-Хейвена.

Я перестала дышать.

— До Фэр-Хейвена? — со страхом переспросила мама. — То есть он собирался добраться туда вплавь, через пролив?

— Да, — мрачно подтвердил Гарри. — Именно это я имел в виду.

Успокойся, Дебора, — сказала я себе. — Рив жив. Гарри уже говорил, что Рив жив.

Но все равно сердце замерло от страха.

— Он отплыл от берега прежде, чем я успел его остановить, — продолжал рассказ Гарри. — Я не знал, что делать. Если бы я поплыл за ним и попытался силой вернуть обратно, то, боюсь, мы бы оба утонули. — Он глубоко вздохнул. — В конце концов я решил, что мне нужна лодка.

— Лодка? — тихо повторила мама.

Гарри снова переступил с ноги на ногу, и снова в его ботинках захлюпала вода.

— Я поплыл назад к берегу, вскочил на коня и галопом помчался в Фэр-Хейвен, — не отрывая глаз от моего лица, рассказывал он. — Добравшись туда, я взял одну из рыбачьих лодок — чуть не избив старика, который пытался мне помешать, — и поплыл на ней через залив. Я видел, что Рив все еще плывет, хотя явно очень устал.

— Боже мой! — выдохнула я.

— Никогда в жизни я не греб так быстро, — сказал Гарри — Взмахивал веслами, как птица крыльями. Но когда я наконец добрался до Рива, который тяжело дышал и едва держался на воде, он отказался залезть в эту чертову лодку.

— Что?! — ужаснулась мама.

— Он велел мне убираться и сказал, что сам доберется до Фэр-Хейвена,

— мрачно сообщил Гарри.

— О Господи! — прикрыв рукой рот. охнула я.

— Было совершенно ясно, — продолжал Гарри, — что если я его послушаюсь, то он просто утонет, поэтому следующие несколько минут я плыл вровень с ним, а когда он настолько выбился из сил, что едва мог шевелить руками и ногами, я втащил его на борт.

— Он помогал тебе, когда ты втаскивал его в лодку? — чужим голосом спросила я.

Гарри посмотрел на меня, будто решая, сказать ли мне правду.

— Мне нужно это знать, — настаивала я. — От этого будет зависеть мое поведение. Он помогал тебе, когда ты втаскивал его на борт? у

— Нет, — признался Гарри. — Он совсем мне не помогал. По правде говоря, он хотел, чтобы я оставил его в воде.

Невидящим взглядом я смотрела сквозь Гарри и потрясенно молчала.

— А что случилось после того, как вы доплыли до берега? — тихо спросила мама.

— Рив был ужасно зол, — ответил Гарри. — Когда он снова смог говорить, то принялся ругать меня. Говорил, что я старый домосед, в котором нет ни капли спортивного духа.

— Он это не со зла, Гарри, — устало заметила я.

— Я знаю, — уныло кивнул Гарри. — Он пытался покончить с собой к сердился на меня за то, что я ему помешал Вот почему он был так взбешен.

Было ужасно услышать из чужих уст то, о чем я боялась даже думать.

Повисло тяжелое молчание.

— А что же случилось потом? — наконец спросила я.

— Наша одежда и лошадь Рива остались на острове Чарльза, поэтому мы вдвоем доехали туда на моей лошади. Рив оделся, вскочил на своего коня и был таков. Я решил, что он отправился домой, но, очевидно, ошибся.

— Спасибо, Гарри, — печально поблагодарила я. — Ты спас ему жизнь.

Лицо Гарри вновь вспыхнуло от гнева.

— Господь всемогущий, да что же у нас за семья! Брат сошел с ума, любимый кузен пытался утопиться… Что за дьявольщина здесь творится?

Я вспомнила слова Рива, сказанные прошлой ночью: Мне не нужно было на тебе жениться.

— Разве ты сам не видишь? — устало проговорила я. — Рив считает, что, женившись на мне, сделал меня мишенью для Роберта.

Гарри понял мои слова не сразу, а когда понял, весь гнев сразу оставил его.

— Он думает, что Роберт захочет от тебя избавиться, пока ты не родила ребенка, который лишит его прав наследования, — догадался он.

— Да.

Гарри выругался, но тут же посмотрел на маму и извинился.

Она покачала головой в знак прощения.

— Мы все надеялись, что, женившись на тебе, Рив избавится or своих демонов. — произнес Гарри. — Но кажется, получилось по-другому.

Я подняла руки вверх, признавая его правоту:

— Кажется, да.

— Ты должна что-то предпринять, Дебора! — взмолился Гарри. — Рив был совершенно серьезен. Боюсь, он снова попытается сделать что-либо подобное.

— Я поговорю с ним, Гарри, — пообещала я.

— Надеюсь, он тебя послушает, — с сомнением сказал Гарри.

— Я с ним поговорю, — повторила я. — Видишь ли, не думаю, что он заранее все это спланировал. Скорее, он просто воспользовался моментом.

— Он до смерти меня перепугал, — признался Гарри.

— Да, — кивнула я. — Я тебя понимаю.

Мы с мамой решили не ехать в деревню, а вместо этого проводить до дома Гарри и подождать Рива. Гарри считал, что искать его бесполезно и следует ждать, пока он приедет сам.

***

К несчастью, едва войдя в дом через черный ход, мы встретили лорда Брэдфорда. Увидев наши удрученные лица и промокшую одежду Гарри, он захотел узнать, что произошло.

Мы прошли в столовую, где Гарри вновь повторил свой рассказ о том, что произошло утром на острове Чарльза.

Как и следовало ожидать, лорд Брэдфорд был взбешен.

— Что случилось с мальчиком? — расхаживая перед камином, нервно вопрошал он. — У него прекрасное положение в обществе, жена, которую он искренне любит. У него есть все, что нужно! — Остановившись, он обвел взглядом нас троих, полукругом выстроившихся вокруг него, словно зрители у клетки с тигром. — Очевидно, он совсем не настолько переменился, как мне показалось.

Я уже собралась выступить в защиту Рива, но, к моему удивлению, мама меня опередила.

— Вы несправедливы, Бернард, — мягко сказала она. — Рив просто пытается защитить Дебору. Конечно, он делает это не правильно, но его мотивы благородны.

Серые, как сталь, глаза лорда Брэдфорда встретились с небесно-голубыми мамиными.

— Каждого, кто с помощью самоубийства пытается избежать трудностей, можно назвать трусом, Элизабет.

Стиснув кулаки, я открыла рот, чтобы ответить, но мама молча покачала головой. Усилием воли я заставила себя промолчать.

— Рив — один из храбрейших молодых людей, — тихо, но твердо заметила мама, не сводя взгляда с лорда Брэдфорда. — Вспомните, что отец возложил на него всю ответственность за смерть матери. — Мамины губы скривились от отвращения. — Дебора как-то передала мне слова лорда Кембриджа, и я была не в силах поверить, что отец мог наговорить сыну такие ужасные вещи. Просто чудо, что Рив в результате не озлобился на весь свет.

На лбу у лорда Брэдфорда залегла глубокая складка.

— Риву было всего пятнадцать лет, когда эта карета перевернулась, — сердито напомнил он. — Это был несчастный случай, только и всего. — Он нахмурился еще больше. — Я всегда считал, что Хелен, должно быть, сошла с ума, когда позволила ему взять в руки поводья.

— Конечно, это было безумием, — согласилась мама. — Но Рива заставили думать иначе. Его убедили, что это он убил свою мать. А теперь он больше всего на свете боится стать причиной гибели Деборы.

Мама замолчала, но они с лордом Брэдфордом так и не отвели друг от друга глаз.

— Понятно, — пробормотал наконец лорд Брэдфорд. — Понятно.

— Он не трус, — сказала мама. — Он просто в отчаянии.

К моим глазам подступили слезы. Какая у меня чудесная мама! До сих пор я и не предполагала, что она так хорошо понимает Рива.

Однако лицо лорда Брэдфорда не прояснилось.

— Это мой сын трус, Дебора, — повернувшись ко мне, признал он. — Я приношу извинения за то, что говорил о Риве.

К горлу подступил комок, я была не в силах говорить и только молча кивнула.

— И что же нам теперь делать? — спросил лорд Брэдфорд. — Не можем же мы позволить мальчику убить себя!

Сама эта мысль его явно ужасала, Мне вдруг вспомнилось, что если с Ривом что-нибудь случится, то графом Кембриджским станет именно лорд Брэдфорд. Пожалуй, при подобных обстоятельствах не многие бы на его месте так беспокоились о Риве.

Откашлявшись, я наконец обрела дар речи.

— Я поговорю с ним, — пообещала я. — Но лучше всего что-нибудь сделать с Робертом.

Лицо лорда Брэдфорда стало непроницаемым.

— С Робертом мы ничего не можем поделать. Я не могу даже лишить его средств, потому что он получил наследство от матери.

— Значит, он может беспрепятственно бродить по округе, угрожая жизни Рива и моей? — взглянув ему прямо в глаза, спросила я.

— Дебора, — вмешалась мама, — если можно как-то оградить вас от Роберта, Бернард, я уверена, это сделает.

— Можно его связать и отправить в Австралию, — пробормотала я.

— Это вряд ли выполнимо, — неодобрительно заметил лорд Брэдфорд. — В данный момент мы даже не знаем, где он.

Я понимала, что ляпнула глупость, но была слишком напугана, чтобы соблюдать приличия.

— Пойду наверх, — заявила я. — Когда Рив объявится, с ним поговорю.

Три пары глаз с беспокойством смотрели мне вслед.