Аглая открыла глаза и удивленно взглянула на Катерину которая удерживала ее из последних сил.

– Катя?! – спросила она. – Что происходит? Почему ты обнимаешь меня, и где вообще мы находимся?!

– Аглая! – радостно закричала Катерина. – Это снова ты?!

– Конечно, я! Кто же еще? И где Прохор?! Господи, мы же были в театре, когда на нас напал тот жуткий тип! – воскликнула Аглая. – Что происходит? Почему везде снег?! Это снова пришельцы с той стороны?!

– Все уже закончилось, – выдохнула Катерина. – Но вы многое пропустили!

– А почему я… – Аглая ошеломленно уставилась на свои руки. – Боже!!! Да я стеклянная!!! – пролепетала она. – Вот почему мне не холодно!

Ее кожа блестела в сполохах полицейских мигалок.

– Да как же это?! Но это ведь не навсегда?

– Будем надеяться, – сказала Катерина.

– У вас найдется, чем перевязать рану? – спросил Кирилл.

– Конечно! – Аглая рванула подол платья. – А с тобой кто так обошелся?! Да что же это?! – охнула она. – В тебя стреляли?!

Мгновенно позабыв о себе, она принялась хлопотать вокруг раненого Кирилла. Над Санкт-Эринбургом медленно занимался рассвет. Солнце всходило над крышами, бросая косые лучи на разгромленные улицы, перевернутые машины, баррикады и горящие дома. Солнечный свет медленно, словно опасаясь, проникал в самые отдаленные районы мегаполиса. Светило поднялось выше, и его лучи, отраженные в сотнях тысяч окон города, залили улицы волнами тепла и света. Спасенный мир приветствовал утро нового дня.

Полицейские собирали стеклянных, ничего не понимающих людей на площади между павильонами. Вскоре появились машины «скорой помощи», санитары начали грузить на носилки раненых. Мимо пронесли Феофанию, при виде Катерины она ободряюще улыбнулась. Затем лицо женщины тут же накрыли кислородной маской, а носилки загрузили в машину.

– Она жива, – облегченно вздохнул подошедший Алекс.

– Что произошло?

– Бест стрелял в нее. Я думал, мы больше никогда не увидим эту бойкую старушку!

Горничная Марьяна тоже забралась в «скорую» и уехала вместе с Феофанией. Скорпион обнимал Серафиму, Георгий и его люди быстро скрылись из луна-парка во избежание ненужных встреч.

– А что с Бестом и Гертрудой? – спросила Катерина.

– На их счет можешь не беспокоиться. Их мы точно больше не увидим. Как и Шахиню…

– А с ней что? – спросила Ирина.

– Гертруда толкнул а ее в зеркало. Я да же пред положить не мог у, куда ее могло унести. Феофания покончила с ведьмой, но Бест рани л ее. Тогда пришлось мне взяться за проклятого фокусника.

Наташа и Кирилл стояли обнявшись, пока их не разлучили врачи, которые принялись увлеченно бинтовать парню кровоточащее плечо. Катерина завертела головой в поисках Матвея и вдруг увидела его вместе с Прохором Ворониным. Катерина радостно вскрикнула, Аглая обернулась и завизжала от радости, не сдерживая эмоции. Они наперегонки помчались к Ворониным и бросились Прохору на шею. Катерина была так счастлива, что добродушный силач не угодил под шальную пулю или меч. Он, счастливо улыбаясь, обнимал Аглаю, а другой рукой так обхватил Катерину, что у той ребра затрещали. Они снова были вместе, хотя трое самых дорогих в жизни Катерины людей теперь и были стеклянными.

Матвей… Он обнимал ее и улыбался, но как-то сдержанно. Катерина и сама больше не испытывала к нему прежнего чувства. И это сильно огорчало и озадачивало ее. Как же так? Они столько сделали, чтобы помочь друг другу, а теперь… обнимались, словно брат с сестрой.

Действительно, она любила Матвея, она готова была на все ради него. Но любовь вдруг стала совсем другой! Теперь Матвей был членом ее семьи, как и Прохор, но не более того.

– Нам нужно многое обсудить, – тихо сказала она ему на ухо.

– Позже, – так же тихо ответил Матвей.

Он посмотрел куда-то в сторону, и Катерина проследила за его взглядом. Там стояла Марина Дасова – одинокая поникшая фигурка. Она печально смотрела то на Матвея, то на Катерину. Подскочивший Артем схватил Марину за руку и потащил к Ирине, девушка покорно пошла за ним, но сама то и дело оглядывалась и ловила взгляд Матвея. Катерине вдруг показалось, что между ними что-то происходит.

В этот момент на площади поднялось оживление. В павильоне зеркального лабиринта полыхнула яркая вспышка света.

– Неужели какое-то из зеркал уцелело? – нахмурился Алекс. Толпа расступилась, послышался изумленный ропот. Полицейские вновь хватались за оружие.

Из павильона вышли Влад и Дмитрий Грановский. Алекс издал радостный клич и бросился к отцу.

– Не стрелять! – крикнула Клементина.

– Это свои! – подхватила Катерина.

Эмма и Панкрат, оказавшиеся поблизости, приказали полицейским убрать оружие. Те с неохотой подчинились, искоса поглядывая на странное облачение пришельцев.

Влад и Дмитрий приблизились к Катерине.

– Мы очень рады, что ты цела, – сказал Влад. – Все наши сильно волновались за тебя.

– А я рада, что вы одержали победу!

– Это наша общая победа, – улыбнулся Дмитрий, обнимая сына за плечи.

– Так непривычно видеть вас на Земле, – сказала Катерина.

– Мне приходилось бывать в вашем мире, – сообщил Влад. – Но очень редко. Все уже закончилось?

К ним осторожно приблизились Эмма и Панкрат. Следователи были грязные, избитые, в изорванной одежде, но очень довольные.

– Это местная полиция, – сообщил Алекс отцу. – Они в курсе происходящего.

– А вы… оттуда? – тщательно подбирая слова, поинтересовался Панкрат.

– Оттуда, – кивнул Дмитрий.

– Я даже не знаю, что сказать, – призналась Эмма.

– А я знаю, – быстро ответил Панкрат. – Что нам делать со всеми этими стеклянными людьми? Они теперь навсегда останутся такими? Интересуюсь не просто так. Мы обнаружили почти все руководство города в этих павильонах. Они растеряны и напуганы, и все они – стеклянные! Как и наш шеф Владимир Михайлович! Как нам теперь быть?

– Именно поэтому мы пришли к вам, – ответил Влад. – Катерина, ты должна ненадолго отправиться с нами в Зерцалию. Корнелиус уже готовит средство, чтобы вернуть ваших людей в прежнее состояние. Он даст тебе столько порошка, что хватит на всех. А пока вам лучше изолировать всех пострадавших, – обратился он к Панкрату – Насколько я понимаю, доппельгангеры – диковинка для вашего мира.

– Еще какая! – сказала Эмма.

– Подержите их отдельно до тех пор, пока Катерина не принесет порошок, который вернет им нормальный облик.

– Ушам своим не верю, – покачала головой Эмма, отходя в сторону. – И почему мне постоянно кажется, что я сплю и вижу какой-то дикий сон?!

– Кроме того, я уверен, что в городе еще остались монстры, – признался Панкрат. – Чтобы изловить их всех, понадобится время, но мы не знаем, что с ними делать. Вы сможете забрать их обратно?

– Демоны покинули этот мир, оставив стеклянные оболочки, – сказал Дмитрий. – Значит, речь идет о зоргах и хироптерах?

– И про циклопер не забывайте, – сказала Катерина.

– Красный ключ теперь снова у Магистра, – сообщил Влад. – Он может в любой момент открыть проход в ваш мир. Если потребуется наша помощь, мы всегда будем рады помочь.

– Негласно, разумеется, – произнес Панкрат. – Чтобы не доводить население до паники.

– Этой ночью творилось такое, что теперь вам ничего не скрыть! – рассмеялась сзади Ирина Клепцова.

– Это верно, – признал Панкрат, озадаченно почесав затылок. В этот момент он был так похож на Никиту Легостаева, что Артем поневоле фыркнул.

– У нас есть еще новости, Катерина, – тихо произнес Влад. – Хорошие и не очень.

– Что случилось?! – похолодела Катерина. – Кто-то… погиб?!

– Лучше тебе узнать обо всем на месте, от Магистра. Есть вещи, которые мы сами не до конца понимаем. События, объяснить которые сможет только он.

Подошли Наташа и Кирилл. Они держались за руки, словно боялись снова потерять друг друга. Оба дрожали от холода, хотя кто-то из полицейских выдал им теплые форменные куртки.

– Можно нам с вами? – спросила Наташа. – Я хочу узнать, чем все закончилось. Хочу увидеть Зерцалию без гнета Властелинов…

– А ты? – Влад взглянул на Кирилла. – Ты тоже этого хочешь? Пока Красный ключ у нас, мы можем водить сквозь зеркало даже не Созерцателей.

– Здесь я чужак, – пожал плечами Кирилл. – Хоть и богатый наследник. Всю жизнь провел взаперти, к тому же, по вине Темнейшего, многие считают меня убийцей. Когда уляжется шумиха, меня обязательно объявят в розыск, я в этом уверен.

– Там тебя никто не тронет, – улыбнулась Наташа. – Вот увидишь, это замечательный мир! Там так красиво…

– Я совершенно этого не помню, – признался Кирилл. Катерина удивленно взглянула на Наташу.

– Значит ли это… что вы хотите уйти в Зерцалию навсегда? – спросила она.

– А что нас держит в этом мире? – спросила Наташа. – Ничто. Поверь, нам там будет куда лучше, чем здесь. Мне очень понравился тот мир, хоть он и таит в себе массу опасностей. Но мы справимся со всеми невзгодами, ведь… мы будем вместе.

И влюбленные снова нежно переглянулись.

– А как же твоя мать? – не унималась Катерина.

– Она точно переживать не станет, – нахмурившись, ответила Наташа. – Она даже не поняла, что нас несколько недель не было дома. И поверь, я о ней тоже беспокоиться не стану. По крайней мере в ближайшем будущем.

– Тогда следует поторопиться, – сказал Влад. – Вас обеих ждет приятный сюрприз.

– Игорь?! – радостно воскликнула Катерина.

– Игорь, – с улыбкой кивнул Влад. – Он еще спит, но скоро очнется. И лучше, чтобы в этот момент вы обе были рядом с ним.

Наташа снова расплакалась от счастья, Кирилл нежно обнял ее за плечи.

– Это ведь ненадолго? – спросила Катерина. – Я так долго не видела своих близких…

– Разумеется, – кивнул Влад. – Семья – это самое главное. И неважно, родная она или приемная. Мы тебя долго не задержим.

И он направился к лабиринту зеркал, предложив всем следовать за собой. Клементина, Алекс и его отец двинулись за ним. Наташа и Кирилл напоследок окинули взглядом окрестные здания, высокие небоскребы, темнеющие на фоне неба, затем тоже направились к лабиринту.

Катерина подошла к Аглае и снова обняла ее. Волнуясь, она сообщила мачехе, что отправляется в Зерцалию за лекарством, но скоро вернется. Аглая едва сознания не лишилась.

– Куда ты отправляешься?! Об этом и речи быть не может! Лучше я навсегда останусь стеклянной куклой, чем позволю тебе добровольно улететь в логово этих чудовищ!

– Нет больше чудовищ, – рассмеялась Катерина. Ей было очень приятно, что за нее снова боятся и переживают. – Созерцатели одержали победу! Мне просто дадут лекарство для всех вас, и я тут же вернусь!

– Все равно не отпущу! Может, мне нравится мое нынешнее состояние? Знаешь, какая я твердолобая? Могу головой новые окна в стенах пробивать! В хозяйстве всегда пригодится! А еще можно новый номер в цирке поставить!

Катерина не сдержалась и рассмеялась.

– Я так тебя люблю! – призналась она. – Всех вас! Аглая замерла, потешно хмуря тонкие брови, затем сдалась.

– Ты уверена, что тебе там больше ничего не угрожает?

– Уверена, – кивнула Катерина.

– Ладно, отправляйся, – смилостивилась Аглая. – Только долго не задерживайся. Ты еще должна все нам рассказать! Во всех подробностях!

– Конечно! – улыбнулась Катерина.

Тут она вдруг вспомнила, что обронила в павильоне с пентаграммой страницу Тетрагона. Нужно вернуть ее в Зерцалию, чтобы она не попала в плохие руки. Катерина огляделась и увидела Макса. Тот любезничал с Серафимой. Рядом стояли Артем, Ирина, Матвей и Марина.

Катерина направилась к ним, когда полицейский за ее спиной произнес:

– А куда делся тот оборотень в черной толстовке? Он расколотил немало этих черных рыцарей, спас несколько наших, но сейчас словно сквозь землю провалился!

Оборотень Никита. Катерина сдержанно улыбнулась. Наверняка сейчас прячется где-то и наблюдает за происходящим в лунапарке.

А она ведь понятия не имела, что на Земле тоже есть оборотни. И Первородные. И ведьмы, способные на удивительные вещи. Ее приключения открыли ей глаза на мир, показали, что существует много всего странного и неизведанного, о чем обычные люди даже не подозревают.

– А ты не собираешься возвращаться в Зерцалию? – спросила она Макса.

Тот с трудом оторвался от Симы и лукаво улыбнулся Катерине:

– Пока нет. Чего я там не видел? А вот ваш мир меня очень заинтриговал! Пожалуй, я поживу здесь подольше, попутешествую. Составишь мне компанию? – внезапно спросил он у Серафимы.

– Разумеется! – радостно кивнула она. – Тем более что отец планирует уехать подальше из Санкт-Эринбурга! Мы дождемся, когда Алена Александровна пойдет на поправку, а затем возьмем ее и Марьяну и поедем в Европу! Может, и Феофанию с собой прихватим, если она согласится.

– Твой отец так дружен с Сухоруковой? – спросила Катерина.

– Ну, он это не афиширует, но она явно запала ему в душу, – усмехнулась Серафима. – Думаешь, где он сейчас? Отправился скупать все цветы в городе, а потом прямиком в больницу. Похоже, у них наклевывается роман. Посмотрим, чем все закончится.

– Хорошая новость, – улыбнулась Катерина. – Когда двое находят друг друга, это всегда здорово.

При этих словах Матвей и Марина как-то странно посмотрели на нее. Катерина всерьез начала подозревать, что между ними что-то происходит.

– Ребята, мне нужно вернуться в павильон за заклинанием, – сказала она. – Но там все еще лежат тела… Боязно как-то. И я боюсь увидеть графиню… У меня просто сердце разорвется от жалости…

– Мы слышали о ее поступке, – тихо произнес Артем. – У меня даже слов нет.

– Спасла всех нас, – согласилась Ирина.

– Составите мне компанию? – спросила Катерина.

– Может, попросить полицейских? – предложила Сима.

– Никто не должен видеть стеклянную страницу, – сказала Катерина. – Мне бы этого не хотелось. Заклинания Тетрагона… они творят ужасные вещи. А если кто-то заметит, как страница светится в темноте, придется многое объяснять.

– Пойдем, – кивнул Макс. – Мы тебя проводим. Катерина, Серафима и Макс вошли в темный павильон. Линии на полу все еще фосфоресцировали в полумраке. В пределах пентаграммы угадывались очертания тел Башарова и Виолетты Шадурской. Катерина увидела опрокинутый сплющенный фургон, а рядом с ним… Она испуганно замерла.

Потолок над фургоном покрывала кромешная тьма, она клубилась и пузырилась, словно варево в ведьмином котле. Ребята потрясенно застыли, глядя на происходящее. На их глазах с потолка свесились вязкие черные нити. Шлепаясь на пол, они растекались в большую кипящую лужу.

– Что это? – шепотом спросила Серафима.

Пузырящаяся тьма поднялась над полом и приняла форму человеческого тела. Перед остолбеневшими ребятами возникла женщина в плаще из жидкой струящейся тьмы. Воровато оглядевшись, она схватила Диоптру и прижала стеклянный череп к своей груди. Затем снова растеклась тьмой, которая тут же втянулась в пол и исчезла без остатка.

– Вы это видели? – потрясенно спросил Макс.

– Я узнала ее! – испуганно воскликнула Серафима. – Это же Мария, мачеха Гольданской! Мы были недавно в ее кукольной лавке!

– Мария? – Катерина недоуменно взглянула на девушку. Она тоже узнала эту странную даму. – Я знаю ее как Ариадну! Видела ее в Зерцалии вместе с Клементиной! Ты ничего не путаешь?

– Конечно нет! Она нагнала на нас такого страха, что я на всю жизнь запомнила ее лицо!

Ребята озадаченно переглянулись.

– Не нравится мне все это… Нужно расспросить о ней Клементину! – Катерина подобрала с пола стеклянную страницу Тетрагона и завернула ее в тряпицу. – Хорошо, что она забрала только этот ужасный череп!

– Давайте поскорее уберемся отсюда? – предложила Серафима. – Мне тут не по себе.

Катерина и Макс тут же с ней согласились.

Катерина отправилась в «Лабиринт страха», где ее уже ждали Созерцатели. У входа в павильон она увидела Матвея, он явно дожидался ее. Рядом с ним никого не было, Марина куда-то исчезла.

Матвей стоял, прислонившись спиной к стене здания и скрестив руки на груди. Он наблюдал за снующими по площади полицейскими и врачами «скорой помощи».

– Хочешь поговорить? – спросила Катерина, приближаясь. Она сразу все поняла. – Может, не сейчас? Меня ждут…

– Лучше сейчас, – сказал Матвей. – Я хочу объяснить тебе…

– Я тоже хотела с тобой поговорить, – призналась Катерина. – Но давай сначала ты.

– Может, ты начнешь?

– Мне нужно собраться с мыслями… Разговор будет непростым.

– У тебя тоже? – удивился Матвей.

– Да не тяни уже… Говори, как есть. Чем скорее покончим с этим, тем лучше.

– Я… – Матвей замялся. – Не знаю, сможешь ли ты меня простить. Наши родители любят друг друга и собираются пожениться… А я…

– Что?

– Черт, перед лицом опасности мне не было так боязно, как сейчас. Ты знаешь, я люблю тебя…

– Знаю, – тихо произнесла Катерина.

– Мы с тобой знакомы много лет, мы выросли вместе. Когда вы с Аглаей уехали, я скучал по тебе, и мне не терпелось снова тебя увидеть. А тот поцелуй в этом самом «Лабиринте страха»… Он случился как само собой разумеющееся. Мне казалось, я люблю тебя… но позже… – Матвей опустил голову. – Это была не такая любовь… После того, как завертелись все эти события, я встретил другую девушку и вдруг понял, что действительно ее люблю. Не так, как тебя… А тебя тоже люблю, но как сестру. Мы с тобой закадычные друзья, с тобой все просто, все легко. Это больше дружба, чем любовь. А при виде нее мое сердце – даже стеклянное – так сжимается и бьется. К ней… я испытываю совершенно другие чувства. И это сильно огорчает меня, Катерина… То есть не это, а то, что я предал тебя и твою любовь. А ты столько для меня сделала.

Парень стоял перед ней, понурившись.

– По правде сказать, я хотела признаться тебе в том же, – с улыбкой сказала Катерина.

– Что?! – воскликнул Матвей.

– Ты был первым парнем, с которым я поцеловалась. И я думала, что это настоящая любовь. Но я ошибалась, Матвей… Не так давно я поняла, что романтические чувства отличаются от просто дружеских. Я тоже любила тебя как брата и все еще люблю. Но другой человек заставляет мое сердце биться чаще. Я боялась признаться тебе и считала себя настоящей тварью. Ты ведь тоже столько всего сделал ради меня…

– И я сделал бы это снова, если бы потребовалось! Но как для своей сестры, – тихо добавил Матвей. – Так, значит, мы оба испытываем одинаковые чувства? У меня прямо камень с души свалился!

– Я рада, что мы объяснились. Рада, что все так вышло! – воскликнула Катерина и бросилась ему на шею.

Матвей обнял ее и крутанул вокруг себя.

– Так кто она? Марина? – спросила Катерина. Матвей кивнул.

– Игорь?

– Да. И сейчас мне нужно идти к нему, ведь его буквально вернули с того света.

– Так поспеши, – улыбнулся Матвей. – И возвращайтесь скорее.

Катерина радостно вбежала в павильон и увидела возле зеркала одного Алекса.

– А где остальные? – удивилась она.

– Уже дома, – ответил тот. – Я решил дождаться тебя на случай, если твои способности… ну, ты меня поняла!

– Думаешь, я больше не Созерцательница? – спросила Катерина. – Темный Гламор ушел, верно. Но не думаю, что мои врожденные способности покинули меня.

– Лучший способ проверить это – открыть проход! Алекс указал ей на зеркало.

Катерина сосредоточилась и протянула ладонь к стеклу. Она вспомнила, как призывала Темный Гламор, и попыталась сделать то же самое, но у нее ничего не вышло. Зеркало оставалось спокойным и холодным.

– Значит, по старинке! – хохотнул Алекс и протянул ей короткий стеклянный нож.