Светлая королева

Гайдукова Ольга Ивановна

Часть 2. Глава 1. Салон красоты

 

 

Глава 1. Салон красоты

Нечего на зеркало пенять, коль спиной стоишь.

Я блаженно растянулась на кровати, застеленной тончайшим приятно пахнущим бельем. Как же хорошо наконец принять ванну и лежать вот так, расслабив все мышцы.

Но в ушах всё звенел предсмертный крик Альтаира. Неужели князь прав и нельзя было по-другому. Скорее всего, ведь даже Шератон в кои-то веки с ним согласился. А Альтаир… Как он мог предать стольких сразу. Похоже, мы все здорово в нем ошиблись…

Магдалена сидела перед зеркалом и со скорбным видом расчесывала костяным гребнем золото волос. Я опомнилась и принялась заплетать свои в толстую черно-белую косу. Странно, но они как будто стали длиннее — еще вчера были чуть ниже лопаток, а сегодня уже почти по пояс.

— Магдалена, — неуверенно начала я, — мне так жаль…

— Не стоит, — горько улыбнулась она. — Князь не мог поступить иначе. На его месте я, наверное, сделала бы то же самое, хотя мне, скорее всего, не хватило бы духа, в отличие от него…

— Но ведь Альтаир… — возразила я.

— Да, он заменил мне родителей на время обучения, — перебила меня эльфийка. — Но теперь он… предал всех нас… всех.

Она едва сдержала рвущиеся наружу рыдания и продолжила:

— И уверена, тоже не пожалел бы… Так что не вини князя, он прав. Как бы горько это ни было.

— Хорошо, — обняла я Магдалену. — Больше не буду возвращаться к этой теме, чтоб не причинять никому лишней боли.

Эльфийка благодарно улыбнулась и вытерла набежавшие слезы, стряхивая скорбные настроения.

— Идем, — поторопила меня девушка. — Нас уже, наверное, заждались, бултыхались в ванне неизвестно сколько.

— Надо же было отмыться от пыли и паутины подземелий, — отшутилась я.

— Да это-то и тебе и мне ясно, — согласилась Магдалена, — а вот им никогда не понять, как можно столько времени тратить на приведение себя в порядок. Вон, Альфард уже три раза приходил.

— Тогда не будем заставлять их ждать, — ответила я и вышла вслед за девушкой.

— Разрешите? — постучала она в дверь напротив.

— Да, да, — отозвался Регул.

Я прошла в комнату, и нерешительно остановилась среди всего окружающего великолепия. Мебель из дорогого дерева, ковры, в которых можно утонуть, и это — эльфийской работы. Настолько все кажется хрупким и точеным.

Мужчины сидели в креслах вокруг письменного стола с аккуратно сложенными бумагами и попивали из хрустальных бокалов поигрывающее рубиновыми бликами вино. Увидев нас, они синхронно встали и склонились в полупоклоне. Я автоматически присела в реверансе, как и Магдалена. Регул, затянутый в одежду из золотистого летящего шелка протянул мне руку, в которую я и вложила свою ладонь, и повлек куда-то в другую комнату, оказавшуюся столовой. Как и там, здесь все поражало своим великолепием, от тончайшей работы посуды, переливающей в свете солнца яркими бликами, до ковров, в которых утопали ступни. Одетый во все черное Шератон лукаво подмигнул мне, этим самым приводя в чувство.

— Прошу, — галантно отодвинул мне стул князь и шепнул почти на ухо, — надеюсь, ты на меня больше не сердишься?

— За спасение жизни? — ответила я вопросом на вопрос и послушно присела. Остальные тоже расположились по своим местам. От обилия невиданных блюд у меня аж потекли слюнки.

— Думаю, никто не будет возражать, если мы сначала поедим, — заметив мой голодный взгляд, предложил Регул.

Протестов не последовало.

* * *

— Как вы прошли через Врата? — был мой первый вопрос, когда мы после трапезы собрались в импровизированном кабинете на военный совет, и адресовался он, прежде всего, Шератону.

— Платок, — пожал плечами он.

— Ты порезалась, когда вчера чистила яблоко, — пояснила Магдалена, — и на платке осталась твоя кровь.

Я облегченно вздохнула, ведь Шератон всё-таки не выдал себя, и еле слышным шепотом спросила:

— А разве так открыть их возможно?

— Вообще-то, нет, — поморщился темный, — мне пришлось незаметно колоть палец и себе, но ведь им об этом знать совсем не обязательно…

Вот же хитрец. Я улыбнулась, не сумев скрыть восхищения изобретательностью эльфа, и обменялась с ним загадочными взглядами.

— А что ты сделал с Альтаиром? — меня передернуло от воспоминаний о том ужасе, что пришлось недавно пережить.

— Простейшая ментальная атака, болевой удар, — так же спокойно разъяснил Шератон. — За тысячелетия нашей изоляции эльфы разучились противостоять подобному виду магии, да и сделать это может только тот, кто владеет хотя бы двумя стихиями.

— Так что, у Альтаира не было шансов? — ужаснулась я.

— Практически, — равнодушно пожал плечами эльф.

Я потрясенно уставилась на темного. А он лишь снова пожал плечами, мол, чего ты хочешь — тебя спасли и будь этим довольна.

— Теперь нам надо разработать план дальнейших действий, — прервал нашу игру в гляделки Регул. — Я предлагаю вам остаться здесь и не светиться до совета, а потом преподнести Растабану большой сюрприз. Наверняка некоторые члены Конклава встали на его сторону, раз уж шпионы моего братца внедрились в нашу компанию, поэтому пока нам всем угрожает опасность. Лучше подумаем, как можно выкрасть Имирэль до совета? Все согласны?

Ответом князю стало красноречивое молчание и моё уверенное:

— Нет.

— Что конкретно тебе не нравится? — раздраженно поинтересовался эльф.

— Всё, — хладнокровно продолжала я, сложив на груди руки. — Поправь меня, если я не права, но, по-моему, ты здесь вроде как правитель, тогда к чему все эти глупые прятки? Пусть этот ваш хваленый Совет видит, что у тебя имеется своё собственное мнение насчет сложившейся ситуации, тогда, возможно удастся перетянуть на свою сторону кого-то еще. А если мы будем прятаться по углам, то это докажет несостоятельность нашего мнения, кто пойдет за неумеющим отстаивать свою позицию.

— Это всё, конечно, хорошо, — начал кипятиться князь, — но я здесь больше не правитель, теперь вся власть в руках Королевы.

— Вроде, ты говорил, что после Совета, — уточнила я, отметая первый аргумент Регула. — Но даже если и так, то ты по-прежнему Советник. Верно?

— Растабан попытается устранить тебя, — выдвинул князь второй аргумент.

— Фи, зачем ему это? Да и занят он более важными вещами. Я, по его мнению, обычный человек с некоторыми необычными способностями. Так что вряд ли он будет тратить на меня свои усилия, по крайней мере, сейчас.

— Девочка сделала тебя, — усмехнулся Шератон. — И она права. Тебе нужно вернуться как правителю, успешно преодолевшему незначительные трудности, а не красться по углам, как затравленному мышонку.

— Ну, хорошо, — сдался Регул, — мы втроем отправляемся в королевскую резиденцию, а вы, Альфард и Магдалена, домой.

Молодые эльфы чинно поклонились и, тепло попрощавшись со мной, поспешили удалиться.

— Скоро увидимся, — шепнула Магдалена, напоследок обнимая меня.

— Скорее, чем ты думаешь, — поддержал её Альфард.

* * *

Я в сопровождении Регула и Шератона шествовала по улицам столицы, разинув от удивления рот. Да и было чему подивиться. Широкие ровные улицы, выложенные белым камнем так, что между двумя соседними нельзя втиснуть и булавочную головку. Не то что в наших городах, где каждый шаг грозит вывихом ноги, а то и переломом. Аккуратные светлостенные особняки с переливающимися черепичными крышами, увенчанными затейливыми флюгерами. Резные балкончики, крылечки и клумбы с невиданной красоты цветами. Прозрачные витрины с выставленными в них нарядами, сластями и другими не менее полезными и прелестными предметами. И все это утопает в зелени цветущих деревьев, кустарников, тоже мной доселе невиданных. По аллеям туда и сюда сновали буквально воздушные эльфийки в легких летящих платьях и атласных туфельках на каблучках и эльфы в неизменно светлых туниках. А на фоне этого милого пейзажа — белокаменные стены и башни королевского дворца с реющими на ветру флагами.

Регул снисходительно улыбался, украдкой наблюдая за моим детским восторгом, ведь именно он настоял на пешей прогулке. Ну, точно хотел произвести впечатление, и это ему, надо сказать, удалось.

— А куда мы идем? — наконец, оторвавшись от созерцания местных красот, поинтересовалась я.

— Привести себя в порядок, — последовал незамедлительный ответ, — не можем же мы появиться во дворце все в дорожной пыли, как-никак по статусу не положено, — пошутил князь.

— Да и прохожие как-то нездорово пялятся, — отметил постоянно наряжено оглядывающийся вокруг Шератон.

— Не обращай внимания, — посоветовал Регул, — просто они — столичные жители до мозга костей и столь пыльных эльфов наверняка до сих пор не встречали. Тем более, столь непрезентабельно выглядящего правителя в подозрительной компании.

— То-то я сразу подумала, что косятся именно на меня, уже думала у меня мания преследования, — облегченно выдохнула я, отбрасывая свои подозрения. — Регул, а если тебя узнают, почему не оказывают знаков внимания? У нас если встретишь правящую особу и не поклонишься, изгвоздавшись в пыли, сразу могут бросить в казематы.

Регул сдавленно хихикнул, но снизошел до ответа:

— Я сейчас без регалий власти. Иногда правители выходят прогуляться в парке, например, или поглядеть на местные красоты — они ведь тоже эльфы. И чтобы народ не испытывал должного пиетета и не тратил драгоценное время на оказание почестей, принято, что если правитель без регалий, то он здесь — обычный гражданин и не следует его беспокоить делами государственной важности.

— Как у вас всё сложно, — протянула я, впечатлившись одним из местных обычаев.

— Поэтому во дворец мы поедем верхом, надеюсь, здесь все умеют держаться в седле? — лукаво поинтересовался правитель.

Мое возмущенное фырканье и выразительный взгляд Шератона послужили ему ответом. Мы остановились у резной двери, и Регул услужливо распахнул её передо мной, одновременно настойчиво подталкивая внутрь.

— Добро пожаловать, — услышала я переливающийся сотней колокольчиков голос, — для меня честь принимать столь высокого гостя в своей скромной обители.

И с ведущей куда-то наверх лестницы спорхнула прелестная золотоволосая эльфийка и непринужденно присела в реверансе перед правителем, предоставив ему полюбоваться на глубокий вырез своего декольте и стреляя подведенными глазками в сторону Шератона, выставляя напоказ кукольное личико и точеную фарфоровую шейку. Вот же пигалица! Я мгновенно невзлюбила девушку.

— И я рад видеть вас, ли'ин Адара, — чинно поклонился Регул.

— Что привело вас ко мне, сиятельный князь? — продолжала осыпать правителя комплиментами вредная эльфийка, украдкой недовольно косясь на меня. — Прошу вас, присаживайтесь. Вина?

— Благодарю, но в другой раз, — вежливо уклонился от угощения эльф. — Сначала дело.

— О, наш правитель всегда думает, прежде всего, о делах, — польстила Адара, подвигаясь поближе к князю. — Я внимательно вас слушаю.

— Нужно приготовить к приему в королевском дворце вот эту леди, — подтолкнул меня вперед Регул.

— Мда, — скривилась, будто съев дольку лимона, эльфийка, — здесь работы много. Впервые вижу столь неухоженную… леди, — съязвила на последнем слове она, обходя меня и рассматривая с видом знатока со всех сторон.

— Посмотрела бы я на тебя после столь впечатляющего путешествия, — пробурчала я.

— Цена не имеет значения, — поставил точку в колебаниях Адары Регул.

— Узнаю вашу деловую хватку, — расцвела эльфийка. — Тогда она будет готова в три пополудни.

— Замечательно, я за ней заеду, — на прощанье уточнил князь и легко скользнул поцелуем по подставленной ручке Адары с безукоризненно наманикюренными тонкими пальчиками.

Так, а они что, уходят?

— Вы куда? — с паническими нотками в голосе поинтересовалась я.

— Нам тоже нужно привести себя в порядок, — подмигнул Шератон. — Так что будь паинькой и не разнеси здесь всё к демонам.

Вот это номер? И когда я что успела разнести, раз меня уже обвиняют и в этом?

— Не волнуйся, — провел по моим волосам Регул, поиграв непослушным локонам. — Адара тебя не съест. И, правда, будь умницей.

Едва они скрылись за дверью, как эльфийка обернулась ко мне со строгим выражением лица. Я встретила её не менее угрюмым взглядом.

— И что он в тебе нашел? — цыкнула она. — Ни рожи, ни кожи. А волосы, так это вообще жуть. Кто это тебя так неудачно покрасил?

— Испугалась сильно, — в ответ вскинулась я.

— Это мы поправим, — продолжила уже сама с собой Адара. — И маникюр, и притирки, ужас, сколько дел. Но чего не сделаешь ради благосклонности повелителя. Девочки!

Из соседней комнаты выпорхнула щебечущая стайка эльфиек и, замолчав, в изумлении уставилась на меня, иногда переводя удивленный взгляд на Адару.

— Вот, полюбуйтесь, что нам правитель привел, — насмешливо кивнула в мою сторону эльфийка. — Будем приводить в порядок. Приступим.

И эльфийки, подхватив меня под белы рученьки, потащили вглубь дома. Если бы знала, что за экзекуция мне предстоит, никогда бы не осталась здесь по доброй воле. Сначала они сноровисто стянули с меня всю одежду, хотя я отбрыкивалась, как могла, и куда-то утащили, оставив абсолютно нагишом. Что за безобразие! Даже нижней рубашки нет, прикрыть срамоту. Неужели у них здесь так принято принимать ванну? Вот же страна разврата! Но не успела я сообразить, что к чему, как меня уже погрузили в теплые воды огромной купальни, с лежащими на поверхности лепестками неизвестных цветов. Ладно, ради удовольствия поплавать всласть, смирюсь даже с отсутствием на теле одежды. Но когда несколько эльфиек тоже сбросили свои легкие туники, оставшись в чем мать родила, и с визгом попрыгали в воду, я от удивления чуть не утонула, в ступоре перестав грести. Да что же за непотребство творится! Я попыталась выскочить на бортик, но была со смехом поймана и отконвоирована к прячущимся в воде ступеням. И вот тут-то за меня принялись всерьез. В десять рук меня, отбрыкивающуюся и вопящую, терли жесткими мочалками с какой-то пенящейся, но приятно пахнущей жидкостью, ополаскивали тело какими-то неизвестными мне настоями, тщательно промывали волосы, втирая ароматные масла и, наконец, вытащили из воды и, насухо вытерев, снова куда-то потащили, так и не соизволив одеть или хотя бы прикрыть. Я уже сгорала от стыда и была красная, как вареный рак. Еще немного и, ей богу, сбегу из этого дома умалишенных. Меня втолкнули в задрапированную легкими светлыми тканями комнату, посреди которой оказался только обитый бархатом стол длиной в человеческий рост, да по полочкам в углах оказались расставлены какие-то баночки, бутылочки, флакончики и куча других неизвестных предметов. Пыточная что ли? Я попятилась, но не тут-то было. Кто-то нетерпеливо подтолкнул меня в спину, другие эльфийки подхватили под руки и заставили улечься на это приспособление. Все девушки оживленно похватали свои принадлежности и принялись заниматься каждая своим делом: кто втирал в меня благоухающие масла, кто окунал руки в ванночки, вода в которых пахла пряными травами, и аккуратно подпиливал мои сломанные ногти, покрывая какой-то перламутровой краской. Пара рук наносила на лицо крема и бальзамы, а кто-то уложил на глаза примочки из мягкой ткани. Дальше я уже поэтому ничего не видела, приходилось рассчитывать исключительно на слух. Но разноголосый гомон девушек понять было невозможно, и я под массирующие движения умелых рук задремала. Проснулась я от внезапно образовавшейся тишины.

— Ну, как успехи? — услышала я голос Адары.

— Всё готово, — отозвалась одна из девушек, — вот только…

— Что? — заинтересовалась эльфийка.

— Не знаем, что делать с волосами. Черный закрасить сложно, а такой красивый платиновый портить жалко.

Адара задумчиво промолчала, но потом вынесла вердикт:

— Оставим, как есть. Подберем нужную прическу, и будет смотреться даже пикантно.

С моих глаз, наконец, сняли примочки и обернули тело в тонкую просвечивающую простыню. Толку-то от нее, и греть не греет, хотя здесь и так тепло, и не прикрывает ничего. Адара поманила меня за собой. Я нехотя последовала за ней и оказалась в зеркальной комнате.

— Ох, — я восхищенно огляделась и внезапно поймала в гладкой поверхности своё отражение.

Неужели это я? На меня смотрело миловидное личико с нежно-персиковой кожей и легким румянцем, окутанное облаком черно-белых локонов. И куда исчезли царапины на скулах и темные круги под глазами от нелегкого путешествия? Адара насмешливо наблюдала за изменением выражения моего лица и постепенно округляющимся в форме буквы о ртом, а потом резко дернула за край укрывающей меня ткани, и та скатилась на пол под ноги, словно этого и ждала.

— Ай, — я попыталась руками прикрыть наготу и дотянуться до покрывала, но меня остановил резкий оклик эльфийки:

— Не смей!

— Что вы себе позволяете! — рассердилась я. Да это же просто безобразие какое-то творится.

— Тебя передали мне, чтоб привести в порядок. Именно этим я и занимаюсь, — жестко отрезала Адара. — Не тебе судить о моих методах, девочка.

— Но это же… это же… бесстыдство… — промямлила я, не зная, как укрыться от скользящего по коже и буквально прожигающего пристального взгляда эльфийки, изучающей изгибы моего тела.

— Отнюдь, — возразила она. — Опусти руки и выпрямись.

Я продолжала стоять, не шевелясь, не в силах выполнить это требование.

— Опусти руки, — снова хлестнула Адара.

Я отрицательно покачала головой.

— Хм… — сменила тактику эльфийка, — тогда придется тебе появиться перед правителем в таком виде.

— Что????

— Я просто не смогу подобрать платье, пока ты стоишь вот так, скрючившись, — просто констатировала она. — А если одену в неподходящее, да меня же при дворе засмеют, что, мол, ли'ин Адара утратила чувство вкуса. Своей репутацией я не намерена рисковать, — вынесла вердикт эльфийка, — так что, выбирай, или ты сейчас опускаешь руки и становишься прямо или отправляешься голой в королевскую резиденцию.

Ладно уж, пять минут позора как-нибудь переживу. Я медленно, всё ещё стыдясь, опустила руки вдоль бедер и выпрямилась.

— Отлично, — сама себе хмыкнула Адара, подойдя поближе. — Фигурка ничего, почти эталон, грудь надо подчеркнуть, рост увеличим каблуками.

Эльфика задумчиво обошла вокруг меня, пристально вглядываясь в каждый изгиб фигуры. Я стояла, боясь пошевелиться и молясь, чтоб эта пытка поскорее закончилась.

— Не понять, этих мужчин, — проворчала Адара, — и почему он выбрал тебя? Ведь Алиа намного красивее.

С ума сойти, чуть что, сразу эта пресловутая Алиа! Да кто она такая, в самом-то деле? Если не узнаю этого сейчас, то лопну на месте от любопытства. И забрызгаю все зеркала…

— И чем же эта Алиа лучше меня? — ядовито поинтересовалась я, отрывая эльфийку от созерцания и подсчетов. — Может она красивая, но дура? Вот правитель и ищет себе отдушину в других?

— Да как ты смеешь! — взвилась Адара, как будто я оскорбила её ближайшую родственницу.

— А вот так! — не осталась в долгу я. — Должного пиетета, извини, не испытываю, да и не за что пока её уважать. Я только и слышу дифирамбы её красоте, а вот об уме или таланте — ни словечка.

— Да ты… да… — не нашла слов Адара и только открывала рот, пытаясь взять себя в руки.

— Ну-ну… — насмешливо подбадривала я краснеющую от негодования эльфийку.

— Ли'ин Алиа… она самая красивая… — начала девушка, но снова была прервана моим красноречивым фырканьем.

— Вот и я о том же. Больше, видимо, достоинств нет.

Адара вконец лишилась дара речи от столь вопиющей наглости пришелицы, то бишь меня, но потом решила взять себя в руки, дабы поставить на место зарвавшуюся, по её мнению, девчонку. Вот теперь можно почерпнуть много полезного, вряд ли в таком бешеном состоянии она будет фильтровать информацию.

— Да будет тебе известно, — пафосно начала Адара, — ли'ин Алиа происходит из благороднейшей семьи его величества Цебальрая, она его единственная сестра.

Значит, принцесса. Эльфийка голубых кровей. Цебальрай… Я покатала на языке это имя. Что-то знакомое… Точно! Это ж опаздывающий член Совета Конклава. Его величество… Значит, еще вдобавок и четырехстихийный маг, коих в этом государстве пока не наблюдается. Плохо… Интересно, а эта Алиа тоже такая способная?

— Так она маг четырех стихий? — между прочим поинтересовалась я. — Или обычная бездарность?

При моей последней фразе Адара снова вспыхнула, как факел.

— Да будет тебе известно, она владеет двумя стихиями: водой и воздухом.

— Значит, не обычная, но посредственность, — продолжала доводить я эльфийку.

— Нет! — фанатично выкрикнула она и начала метаться по комнате, подыскивая аргументы. Интересно, а с чего эта девица так пламенно защищает Алию? — Посредственность никогда не стала бы невестой правителя. Как только состоится свадьба, она станет нашей правительницей.

— Но не королевой, — подначила я.

— Это всё сказки про королеву, — запальчиво выдала Адара.

— А вдруг нет?

— У меня нет времени обсуждать с тобой всякие глупости! — решила положить конец неприятному, свернувшему не в то русло разговору эльфийка. — Идем, у меня есть на тебя платье.

— А Регул её любит? — задала я напоследок самый отчаянный вопрос, опасаясь услышать ответ.

— Конечно! — услышала я уже из другой комнаты. — А как же иначе? Ли'ин Алия — прекрасная партия, так необходимая нашему государству. Да и поддержка её брата не помешает. Мы слишком ослабли за последние двадцать лет. Всё, разговор окончен. Я и так сболтнула лишнего.

Значит, прекрасная партия. Да уж, похоже на Регула — жертвовать собой ради всеобщего благополучия. Альтруист. Но куда-то в сердце холодными щупальцами закралось сомнение. А может, Алиа и правда достойная пара для правителя? Вот разберусь с Геммой и сразу домой, подальше от этих игр.

Я обдумывала это в то время, пока Адара облачала меня в нежнейшее кружевное белье и прелестное голубое платье, совсем как у эльфиек, что встречались мне по дороге сюда. Несколько девушек завили мне локоны и уложили в причудливую прическу, закрепив уймой заколок и шпилек. Напоследок меня обули в атласные туфельки и препроводили в комнату, где я была оставлена своими спутниками.

— Ну вот, успели ровно к трем, — облегченно констатировала Адара. — Что-то правитель опаздывает. Не в его это правилах.

Эльфийка нетерпеливо начала постукивать носком туфельки по полу, явно желая поскорее сдать меня на руки заказчикам. Звякнул колокольчик, задетый открываемой дверью, и в комнату вошел Шератон. Адара, не отрываясь, уставилась на сказочное видение, одетое в белую с кружевными манжетами сорочку, серебристо-серые бриджи, плотно облегающие безупречную фигуру и не скрывающие перекатывающихся мышц, и на тон темнее высокие кожаные сапоги. Золотистые волосы перехвачены такой же серебристой лентой, через руку небрежно переброшен богато расшитый серебром и серым жемчугом плащ.

— Еще раз добрый день, — эльф отвесил нам легкий поклон.

Наконец ожившая Адара кокетливо протянула ручку для поцелуя. Шератон легонько припал губами к её запястью, не отрывая манящего взгляда от лица эльфийки. Она облизнула кончиком языка перламутровые губки. Очаровывает, шельмец. Я с полуулыбкой наблюдала за этой картиной.

— Наш заказ готов? — перешел к делу эльф, не меняя завораживающего тона.

— Конечно, — поспешно ответила Адара, словно боясь разочаровать высокого гостя.

— Разрешите взглянуть?

— Прошу, — эльфийка неохотно высвободила руку из ладоней Шератона и, подойдя ко мне, вытолкнула на свет. — Взгляните.

Темный с видом знатока пару раз обошел вокруг меня, задумчиво потирая подбородок.

— Неплохо, неплохо, — вынес он свой вердикт.

Что??? Я едва удержалась, чтоб не высказать эльфу пару нелицеприятных эпитетов. Неплохо? Да я лучше не выглядела никогда! И это после всего, что мне пришлось претерпеть? Вот точно прибью наглеца. Я уже закипала, когда наконец разглядела еле сдерживаемую насмешливую улыбку. Вот же, паразит, а! Нарочно дразнить меня! Точно жизнью не дорожит.

— Я вполне доволен вашей работой, ли'ин… — обратился он уже к эльфийке.

— Адара, — поспешно напомнила она.

— Адара, — несколько интимно повторил Шератон, вынимая из-за пояса бархатный мешочек. — Это плата за ваш труд.

Мешочек перекочевал из руки эльфа в ладонь Адары. Мне показалось, что пальцы темного при этом ловко пробежались по нежному запястью затаившей дыхание девушки.

— А это, — ловким движением он откуда-то из складок извлек такую же серебристую жемчужину, что и нашитые на плащ, — вам благодарность лично от меня.

— О, благодарю вас, — рассматривая подарок ответила Адара. — Вы неслыханно щедры.

— Могу я еще воспользоваться вашими услугами? — снова бархатным ласкающим голосом поинтересовался Шератон.

— Конечно, — поспешно согласилась эльфийка. — В любое время дня и ночи…

— Тогда до встречи, — темный снова поцеловал запястье Адары, несомненно заметив двусмысленность ответа. — Нуар, идем, коляска ждет нас.

И, вежливо открыв дверь, эльф пропустил меня, напоследок послав всё еще пребывающей в оцепенении Адаре воздушный поцелуй.

— Ты сказал про меня «неплохо»? — наконец, выразила я свое недовольство, оказавшись на солнечной улице и так резко оборачиваясь, что Шератон чуть не вписался в меня на полном ходу.

— Сказал, — не стал отпираться он, поднимая руки и задорно улыбаясь. — Сдаюсь на милость победителя.

— Никудышний из тебя шут, — гордо развернулась я и принялась взбираться в легкую открытую коляску, стоящую у тротуара.

— Но ты же поверила, — парировал он. — И вообще, надо же было поставить на место эту зазнайку Адару.

— Ой, представляю, на какое место ты поставишь её в любое время дня, — передразнила я эльфийку и мстительно добавила, — а особенно ночи.

Шератон громко расхохотался:

— Да ты, деточка, никак ревнуешь.

— Вот еще, — вспыхнула я, — ревновать такого старого хрыча? Да ни за что.

И, сложив на груди руки, отвернулась от севшего рядом и взявшего поводья эльфа.

— Тогда и Регула ревновать не будешь? — вкрадчиво начал он.

— А есть повод? — вскинулась я. — И, кстати, где это он пропадает?

— Срочные дела во дворце, — легкомысленно ответствовал Шератон, причмокнув губами, отчего лошадь, запряженная в нашу коляску, бодро затрусила по брусчатке.

— Ага, значит, когда меня похищал, до моей занятости не было никакого дела, — недовольно проворчала я.

— Согласись, его дела — разгребать всё, что произошло в отсутствие правителя — гораздо важнее твоих, — не согласился эльф.

— И ты не знаешь, какие? — продолжала допытываться я.

— Не имею ни малейшего понятия.

Так, понятно, этот партизан знает, но не хочет говорить. Не клещами же из него вытаскивать? Придется сменить тему.

— А где ты взял золото на столь дорогие подарки?

— Не мог же я, отправляясь в дальнее и грозящее неизвестно чем путешествие, не взять с собой средств к существованию. А драгоценные камни пока никто не отменял. Это тебя, дорогая, спонсирует правитель.

Вот теперь я вспыхнула до корней волос.

— Я… я ему возмещу все расходы.

— Даже представляю как, — хохотнул Шератон.

— Да ты… ты… — у меня не даже не хватало слов ответить на подобное циничное заявление. — Ну, знаешь ли…

— Окажешь посильную помощь в борьбе с интервенцией, — невинно продолжил эльф. — А ты что подумала?

Ну всё, придушу его ночью втихаря подушкой точно. Доведет же.

— Ничего особенного, — промямлила я, благоразумно отворачиваясь и делая вид, будто обозреваю окрестности, дабы не нарваться снова на какой-нибудь неприятный разговор. Да и не стоит отвлекать возницу, а то еще не впишемся в поворот, и все труды Адары насмарку.

 

Глава 2. Королевский дворец и его обитатели

Мы молча въехали в арку ворот, охраняемых парой стражей, даже не посмотревших в нашу сторону, видимо, получив распоряжение на этот счет, и оказались в вымощенном всё той же брусчаткой дворе.

— Неприветливое место, — заметила я, разглядывая обстановку.

— Это всего лишь подъездной двор, — разъяснил Шератон, — сейчас пройдем через внутренние ворота, и всё увидишь сама.

Он соскочил с коляски, небрежно бросил поводья подбежавшему мальчишке и галантно протянул мне руку.

— Благодарю, — я воспользовалась предложенной помощью и, взяв под руку чинно вышагивающего эльфа, вместе с ним направилась к ажурным кованым воротам. Здесь стража уже оказалась не столь дружелюбной. Скрестив пики, левый охранник поинтересовался:

— Назовите ваше имя.

— И цель визита, — продолжил правый.

— Шератон из дома Аль Ниал и ли'ин Нуар, гости светлого князя Регула Аль Де Рамина.

— Мы предупреждены о вашем приходе, — расслабились стражники. — Проходите.

Мда, неплохо тут работает охрана, не то, что у нас — пока не разбудишь, не почешутся.

Я прошла сквозь слегка приоткрытые ворота и остолбенела в изумлении. Здесь, во внутреннем дворе был разбит самый настоящий парк: белые мраморные дорожки, резные скамеечки, весело журчащие хрустальной водой фонтаны и море невиданных цветов и деревьев, в ветвях которых заливались трелями пестрые птицы, а белые балкончики и галереи были увиты разросшимся плющом. Шею можно сломать, разглядывя всё это великолепие. Странно, но нас никто не встречал. Действительно, разве мы такие важные персоны? Хотя могли бы и препроводить пред светлы очи правителя.

На одной из галерей раздались торопливые мужские шаги, а потом цокот женских каблучков.

— Регул, дорогой, мы ведь еще не договорили, — окликнул князя переливчатый девичий голос с нотками нетерпения.

— Алиа, эта тема закрыта, — отрезал Регул.

— Прошу тебя, выслушай… — продолжала настаивать эльфийка. — Возможно, в идее Растабана есть доля здравого смысла…

— Даже не смей так думать! — еще более суровый ответ.

— Хорошо-хорошо, как скажешь, — торопливо согласилась она, — но всё же поговори с братом. Я не хочу, чтоб из-за всей этой истории вы отдалились еще больше.

— Ничего не могу обещать, но постараюсь сделать всё, что в моих силах, — капитулировал Регул, и я, наконец, смогла разглядеть его фигуру на верхней ступеньке ближайшей лестницы.

— Благодарю, — улыбнулась появившаяся рядом с ним ослепительно красивая эльфийка. Так, боюсь, что в этой стране я буду самой уродливой. Этак и комплексы себе заработать можно…

— Нуар, Шератон, — кивнул нам правитель, спускаясь и припадая галантным поцелуем к моей руке.

Воздушная эльфийка чинно последовала за ним, не отставая ни на шаг и, прищурившись, рассматривая нашу парочку, всё еще стоящую под руку.

— Прекрасно выглядишь, — заметил Регул.

— Благодарю, — присела я в реверансе, — вашими стараниями.

— Позвольте представить вам Алию, — решил соблюсти приличия князь и познакомить нас со своей спутницей.

Пронзительно синие глаза эльфийки оценивающе пробежались по мне и угрожающе сузились.

— Невесту правителя, — пропела она, скорее для меня.

— Наслышаны, — буркнула я.

Ишь ты, какие взгляды кидает. Сразу видно, что не так проста, как кажется. Надо присмотреться к этой дамочке повнимательнее, а вообще, лучше держаться подальше, а то мало ли какой змеюкой окажется. Первое впечатление пока не вдохновляет на продолжение знакомства.

— Для меня огромная честь познакомиться с вами, пресветлая ли'ин, — перебив меня, галантно припал к её руке в почтительном поцелуе темный. — Разрешите представиться, Шератон из дома Аль Ниал.

— О, из того самого? — воодушевленно поинтересовалась эльфийка.

— Верно, — загадочно улыбнулся Шератон.

— Тогда это для меня честь быть представленной вам, — присела Алиа в легком реверансе. — Надеюсь, наше знакомство будет столь же плодотворным, сколь и приятным.

— Несомненно, — усмехнулся темный.

Ох, ну и придворные расшаркивания. Ничего друг другу не сказали, а сколько слов вылетело.

— А вы, — обратилась эльфийка ко мне, — ли'ин…

— Нуар, — напомнил Регул, — я рассказывал тебе о ней. Она моя гостья.

— Ах, да, — едва заметно скривилась Алиа, но тут же взяла себя в руки и нацепила маску радушной хозяйки. — Мы счастливы принимать вас у себя.

Регул облегченно выдохнул, словно ожидал скандала от своей благоверной, а Шератон при слове гостья нахмурился и выдал:

— Нет, нет, ли'ин Нуар находится под защитой моего дома.

— О, — последовала странная реакция эльфийки, — простите что не уточнила сразу. Тогда мы поселим вас рядом в западном крыле.

Регул сжал кулаки, но согласно кивнул:

— Да, да. Вам покажут ваши комнаты. Альхена!

На зов откуда-то неслышно выскочила совсем уж юная эльфийка, по крайней мере, с виду — точно подросток, но грационая и ловкая.

— Правитель…

— Покажи гостям комнаты в западном крыле, — распорядился Регул и обратился уже к нам. — Жду вас в шесть в малом зале совета. Альхена проводит вас.

Я снова присела в реверансе перед правителем, проигнорировав его оценивающий взгляд, Шератон отвесил поклон, и только мы собрались отбыть вслед за провожатой, как Алиа неожиданно схватила меня за руку:

— Не согласитесь ли, ли'ин Нуар, осмотреть наш сад? Я с удовольствием составлю вам компанию.

Вот еще, не хватало гулять по кустам с этой странной барышней. Я только открыла рот для вежливого отказа, как она перебила меня:

— Отлично, жду вас здесь, скажем в пять. Вы уже успеете отдохнуть?

Вот же интриганка.

— Конечно, — ничего не оставалось, как согласиться.

— О, это просто замечательно, — расцвела в улыбке девушка, но глаза остались холодными. — Тогда не смею вас больше задерживать.

И мы с Шератоном последовали за юной эльфийкой. Во время всего пути до отведенной комнаты я вертела головой по сторонам, пытаясь увидеть как можно больше. Да и посмотреть было на что. Мягчайшие ковры ручной работы устилали весь мраморный пол. От мастерски исполненных картин и скульптур невозможно было оторвать глаз. Залы и коридоры чередовались с поразительной частотой, а количество поворотов вообще было не счесть. Без карты точно заблужусь и, боюсь, останусь здесь приведением. Встречающиеся по пути эльфы заинтересованно смотрели на меня и провожали долгими взглядами и загадочными полуулыбками.

— И что они все на меня смотрят? — поинтересовалась я у вышагивающего рядом Шератона.

— Нечасто встретишь человека в королевском дворце, — пожал плечами он, явно что-то недоговаривая.

— И это основная причина? — продолжала допытываться я, намереваясь вытащить из упрямого эльфа все подробности.

— Ну, если Регул представил тебя так же, как и своей невесте, то я их понимаю, — еще более загадочно ухмыльнулся Шератон

— А ты можешь объяснить прямо, в чем дело-то? — мои нервы сдали окончательно. — Иначе я за себя не ручаюсь.

— Понимаешь, слова «моя гостья» это как бы проще объяснить… не противоречащее этикету обозначение скажем так, близкой подруги, очень близкой, если ты понимаешь, что я имею в виду, — растолковал эльф.

— Чтоооо? — еще больше рассвирепела я.

Вон, значит, как! Снова за свое?

— Не сердись. Кажется, мне удалось слегка подправить положение, — решил успокоить меня темный.

— Интересно как? — сложила я руки на груди, ожидая очередных объяснений.

— Уточнил, что ты под защитой моего дома. Теперь я, что-то вроде твоего опекуна, так что все приличия пребывания здесь вроде как соблюдены, но…

— Что но? — я насторожилась в ожидании очередного каверзного подвоха.

— Я всегда должен быть рядом с тобой, чтобы в случае чего защитить от посягательства кого бы то ни было, даже самого правителя, — добил меня Шератон.

— Извини, — всё еще кипятилась я, — это ты и ванну со мной принимать будешь?

— Ну, нет, — рассмеялся эльф, — не перегибай палку. Просто никто теперь не смеет даже целовать тебе руку без моего разрешения.

Отлично, теперь я как собачонка на привязи. Что же за невезение! Хотя, с другой стороны защита Шератона — самое то, уж он-то сможет в случае чего настучать обидчику, возможно, даже превентивно. Значит, не всё так плохо. Что ж, живем!

— Ну, хорошо, — расслабилась я, прийдя к таким выводам, — пусть всё так и остается. Остальные права зачитаешь мне потом. Кстати, господин надзиратель, прогулки в саду в компании Алии мне разрешены?

Шератон, ожидая от меня новых порций возмущения вместо появившегося шутливого тона, несколько опешил.

— Умоляю вас, — продложала лицедействовать я, хватая его за полы переброшенного через локото плаща, — запретите мне. Не хочу я гулять с этой двуличной сво…

— Нуар! — шикнул на меня эльф, покосившись на удивленно взирающую на нас провожатую. — Мы в приличном обществе, держи себя в руках.

— Ну, если ты просишь… — промурлыкала я.

— Я разрешаю тебе прогулку, — отомстил мне за издевательства Шератон, нацепив на лицо гнусную улыбочку, и уже тихо прошептал, — заодно присмотришься к конкурентке.

— Что?

— А то! — ухмыльнулся он.

— Пришли, — огласила эльфиечка. — Ли'ин, ваша комната справа, ваша, ре'ин, слева.

— Благодарю, — в унисон ответили мы и, отвесив друг другу шутовские поклоны, отбыли в указанных направлениях, оставив в коридоре удивленно взирающую на столь странных гостей эльфийку.

Покои, выделенные мне оказались просто шикарными. Значит, считают важной гостьей, раз поселили в таких просторных хоромах. Я, закрыв за собой дверь, оказалась в маленькой уютной гостиной, с письменным столом из лакированного красного дерева в углу, обитой позолоченным шелком кушеткой с нарочито небрежно разбросанными по ней пушистыми подушечками, парой таких же мягких кресел вокруг низкого столика из прозрачного хрусталя, на котором располагалась ваза с аппетитными, но незнакомыми мне фруктами, и колокольчик. Это, наверное, чтобы позвать кого-то можно было. Я прошла в причудливо задрапированную плотными шторами арку и попала в спальню, иначе эту комнату назвать было нельзя. От ударившего в глаза яркого света пришлось зажмуриться. Проморгавшись, я принялась осматривать свое новое жилище. Надеюсь, временное. Ох, какое же здесь всё красивое. Пожалуй, только эльфы могут делать столь замечательные вещи. Белоснежный полупрозрачный полог кровати был подвязан к столбикам лентами цвета слоновой кости. Я подошла, ногами утопая в пушистом ковре, к огромному ложу, застеленному покрывалом из белого шелка с настолько искусно вышитыми невиданными цветами, что захотелось их потрогать, дабы убедиться, что они и вправду вышиты, а не разбросаны по покрывалу. И для чего такая огромная кровать в комнате, рассчитанной, вроде бы, для одного? Тут же могут и пятеро преспокойно разместиться, даже не пиная друг друга во сне. Я провела рукой по гладкому прохладному покрывалу, пощекотавшему нежную кожу ладони. Приятно. Мне здесь пока определенно нравится. Ой, а сколько всего на туалетном столике. Я подошла поближе, дабы рассмотреть поближе все это разнообразие дамских штучек. Чего здесь только нет. Костяные гребни, редкие и частые, ленты, заколки, шпильки и множество баночек и коробочек неизвестного назначения. Я открыла одну и, не удержавшись, чихнула, отчего вверх взмыли тысячи пылинок. Так, ясно, пудра. Я торопливо закрыла коробочку, иначе такими темами в этой белой комнате скоро придется устраивать генеральную уборку, но побороть естественное женское любопытство так и не смогла. В следующей коробочке оказалась черная краска и причудливая круглая кисточка. Видимо, для ресниц. Несколько маленьких коробочек оказались с блестящей краской для губ от карминно-красного до нежно-розового и персикового цветов. Настала очередь для бутылочек из темного стекла. Я с трудом вынула тугую пробку из одной, с узким горлышком, и по комнате поплыл чудесный цветочный запах. Да это же… это же дорогущие духи, купцы привозили откуда-то с востока, да еще и по баснословной цене. Не каждая барышня могла себе позволить хотя бы флакон. Так, оказывается, их делают эльфы? А никто и не знает… Вот только эти купцы со странными раскосыми глазами хитро улыбались в ответ на все вопросы, где делают такое чудо…

Тут я заметила еще пару искусно задрапированных тканями дверей. Одна вела в просторную гардеробную с неимоверным количеством зеркал, в которых можно было увидеть себя с любой стороны с ног до головы. Так, а эти платья… Неужели здесь всё, что на меня примеряла Адара? Я в растерянности переводила взгляды с одного наряда на другой, вспоминая каждый. Так, пожалуй, стоит обсудить с Регулом, что это он устроил. У меня дома гардероб и то меньше, некрасиво как-то принимать столь дорогие подарки. Я, утвердившись в правильности мыслей, захлопнула дверь в гардеробную и распахнула следующую.

Это оказалась купальня. Хоть не такая огромная, как у Адары, и на том спасибо. Надеюсь, совместное купание голышом не является здесь частью ритуала омовения? А то ж я предпочту грязной ходить, чем терпеть такое. В углу на маленьком столике тоже располагалась колонна бутылочек и баночек, видимо, с маслами и кремами для всех частей тела, и стопка простыней и полотенец. А на полу у столика я обнаружила широкие чаши с лепестками различных цветов, источающих тонкое благоухание. Так, и здесь эти пресловутые зеркала. Тьфу, что за безобразие. Я выскочила в спальню и раздраженно хлопнула дверью так, что задрожали зеркала на туалетном столике. Вот же любители самолюбования! И шагу не ступнешь, чтоб не напороться на очередное зеркало. Нет, я, конечно, тоже люблю посмотреть на себя, но здесь чувствую себя среди всех этих прекрасных и одухотворенных эльфов обычной уродиной.

Я, одернув очередную занавеску, развеваемую легким ветром, шагнула на балкон и мгновенно позабыла все невеселые мысли, очарованная невиданным зрелищем: повсюду, до самого горизонта, насколько хватало взгляда, раскинулось бескрайнее море, нагоняющее на берег пенные барашки и переливающееся, как чешуя зеркального карпа (была у меня такая рыбка в детстве). Открывшаяся картина так зачаровала меня, что я не заметила, сколько времени потратила на любование потрясающим видом. Эх, как бы мне хотелось жить здесь. Это место казалось мне таким родным и знакомым, словно я вернулась домой после долгих скитаний. И что за мысли навевает местный климат?

Надо вернуться в комнату и отдохнуть или, хотя бы, морально приготовиться к встрече с Алией. Чувствую, наш разговор «по душам» отнюдь не будет приятным. Я плюхнулась на кровать, наслаждаясь редкими минутами покоя и утопая в мягкой перине и подушках.

Так, вообще-то, надо бы поскорее отправиться в Храм Стихий и распутать весь этот клубок. Значит, мне нужен провожатый. Шератон отпадает сразу — он не знает город хорошо, Регул наверняка занят своими важными государственными делами, Альфард и Магдалена — неизвестно, где их искать. Так, проблемка нарисовалась. Придется просить князя выделить мне провожатого для осмотра местных достопримечательностей.

Торопясь поделиться этой мыслью с Регулом, я выскочила из комнаты и направилась в сторону, откуда нас привела юная эльфийка. И, конечно же, вскоре заблудилась. Бесконечные галереи чередовались с коридорами, мне даже начало казаться, что пару раз я прошла по кругу. И, самое удивительное, по дороге никого не попадалось. Я снова свернула в первый понравившийся коридор, и тот вскоре закончился тупиком, вернее, огромными двустворчатыми дверями с позолоченными ручками. Интересно, а что здесь? Я повернула ручку и толкнула плечом дверь, которая с легкостью бесшумно отворилась, приглашая войти внутрь.

Я ступила за порог и замерла. В витраж из позолоченного хрусталя падал солнечный свет, тоже становясь золотым, и окрашивая в такой же цвет все предметы в комнате: софу, письменный стол, кресла, столик. Я прошла дальше, туда, откуда лился этот ровный волшебный свет, и очутилась в спальне, чем-то напоминающей выделенную мне. Вокруг стояла мертвая тишина, несмотря на роскошь, комната казалась давно нежилой и пустой. Я, ведомая любопытством, отворила следующую дверь и попала в детскую, посреди которой сиротливо ютилась ажурно выкованная позолоченная колыбелька. Вокруг на полках, оказались заботливо расставленные игрушки и вещи малыша. Интересно, чья это была комната? Кто здесь вырос? Я качнула колыбельку, и откуда-то заиграла тихая чарующая мелодия, такая, что заслушаешься, и подозрительно знакомая. В такт музыке пришли слова. Я тихонько замурлыкала их себе под нос, пытаясь вспомнить, где уже слышала. Казалось, что нужная мысль — вот она, только ухвати за хвост, но стоит потянуться, и она лукаво махнув на прощанье, ускользает. Нет, не уйдешь! Вспомнила! Этот мотив в детстве напевала мне няня…

— Что вы здесь делаете? — раздался позади меня звонкий голосок.

— Заблудилась, — ответила я, поворачиваясь и замечая в дверях давешнюю провожатую. — Ты не знаешь случайно, где соизволит находиться пресветлый князь?

— Сейчас заседает малый совет, он должен быть там, — пожала плечами эльфийка.

— А проводить можешь?

— На совете не положено присутствовать посторонним, — бодро отрапортовала она.

— Тогда проводи меня хоть ко входу в залу, я подожду его, — предложила я.

— Следуйте за мной, — последовало незамедлительное предложение.

Я едва успевала за уверенно шагающей по коридорам эльфийкой.

— Послушай, — обратилась я к Альхене, наконец, догнав её, — а чья это была комната?

— Это покои короля Месартима и королевы Алеины. После их гибели там никто не живет, — односложно ответила эльфийка, явно пребывающая не в восторге от моего любопытства.

— А детская?

— Она была специально обставлена для принцессы Имирэль. Там её высочество и провела первые дни своей жизни до исчезновения, — снова односложный ответ

Теперь понятно, почему покои показались нежилыми: они таковыми и были. Тем временем Альхена остановилась у массивных резных дверей, из-за которых доносились голоса, но слов разобрать было нельзя.

— Совет проходит здесь, — проинформировала меня эльфийка. — Вы можете присесть на диванчик в нише, если желаете подождать.

— Благодарю, — покорно разместилась я на предложенном месте, а Альхена бесшумно скрылась в первом же боковом коридоре.

Я честно посидела поджидая Регула, правда недолго. Похоже, это собрание затянется — видимо, министры в отсутствие законного правителя понатворили незнамо чего. Я нетерпеливо поерзала на диване, а потом подкралась к двери и чуть-чуть приоткрыла её. На появившуюся в просвете голову никто не обратил внимания. Регул сосредоточенно внимал то одному, то другому министру, сидевшими вокруг стола и периодически что-то спрашивал.

— Еще разведка докладывает, — услышала я знакомый голос, — о скоплении кораблей вот здесь.

Граффиас ткнул пальцем по лежащей на столе карте, а потом поднял голову и, не отрываясь, в упор посмотрел на меня. Хм, значит он — не простой трактирщик. Всё чудесатее и чудесатее…

— Мда, — озадаченно потер подбородок Регул, — а что там с нашими боевыми магами?

— Большая часть обеспечивает безопасность Совета Конклава, остальные размещены в непосредственной близости от столицы, — продолжил доклад Граффиас, всё еще смотря на меня.

Регул проследил за его взглядом, и, наткнувшись на мою физиономию в дверях, укоризненно покачал головой и сделал знак удалиться. Не буду портить репутацию правителю перед подданными, пожалуй, пойду. А то там и Алиа заждалась уже, наверное. Я, стараясь не хлопнуть, потихоньку прикрыла дверь в зал заседаний совета и двинулась туда, где мне кажется, располагается выход. Так, похоже тут намечается нехилая заварушка. Вот же попала из огня да в полымя. А ведь я никогда не участвовала ни в сражениях, ни даже в просто драках — девица всё-таки…

— А, ли'ин Нуар, вот вы где, — услышала я сбоку певучий голос.

Алиа. Вот вспомни про неё — она и появится. Я нацепила на лицо самую обворожительную улыбку и повернулась к эльфийке.

— О, у вас такой огромный замок, что я немного заплутала, — соврала я, негоже ей знать, что я искала Регула и немножко подслушала разговор на совете.

— Ну, со мной вам это не грозит, — рассмеялась она, беря меня под руку, — я отлично знаю дорогу в сад. Может, оставим все эти церемонии и перейдем на ты?

— Пожалуй, это будет правильно, — согласилась я. Интересно, что это она вдруг изображает столь радушную хозяйку, да еще и в подруги набивается? Подозрительная личность… Ой, не так проста красавица, как кажется…

Тем временем мы прошли по галерее и спустились в сад на мощеную дорожку, упирающуюся в журчащий фонтан.

— Как тебе у нас? — начала Алиа издалека с ничего не значащего вопроса. Ага, хочет усыпить бдительность. Ну, что ж, изобразить дурочку для меня ничего не стоит.

— У вас здесь так красиво, — восторженно отозвалась я, впрочем, ни капли не соврав.

— Да, здесь чудесно, — согласилась она, подводя меня к одной из скамеек в тени развесистого дерева. — Присядем?

Я примостилась на краешке скамьи.

— Расскажи мне о вашем путешествии с Регулом, — после паузы приступила к основным расспросам эльфийка.

— Да я толком-то ничего и не помню, — снова состроила дурочку я, — сначала меня опоили какой-то гадостью, что я пару недель провалялась в бессознательном состоянии, а потом столько всего навалилось, что практически ничего и не поняла. То магия, то существа какие-то, брррр…

— Что за существа, — насторожилась эльфийка и даже от любопытства подалась вперед. Ага, так я тебе всё и выложила.

— Ой, не знаю, об этом лучше расспросить у Регула, уж он-то точно ответит на все вопросы, — легкомысленно предположила я.

— Да ничего он не говорит, — сквозь зубы процедила эльфийка.

Ах, вот оно что, значит и князь тебе не вполне доверяет, дорогуша. Моя интуиция, похоже, не ошиблась.

— Прости, пожалуйста, — тут же взяла себя в руки эльфийка, снова нацепляя на лицо выражение радушной хозяйки, — мне нужно отлучиться, я забыла отдать кое-какие распоряжения. Ты пока погуляй здесь, только не уходи далеко, а то заблудишься.

— Хорошо, — покорно кивнула я.

Алиа заметно расслабилась.

— Советую обратить внимание вон на то деревце, — указала эльфийка на растение, всё сплошь усыпанное ярко-красными аппетитными плодами, — полезная штука.

— Обращу, — пообещала я.

Алиа наклонилась поближе и заговорщически прошептала:

— Советую попробовать поскорее.

— Я подумаю, — расцвела моя ответная улыбка.

— Тогда я скоро, — и эльфийка, резко развернувшись, быстро зашагала по аллее.

Ага, скушай яблочко, мой свет. Так я тебе и поверила. Хотя плоды довольно аппетитные. Мой желудок просительно сжался, напоминая, что обедали мы давно. Ну, нет, не стоит следовать советам не вызывающих доверия личностей. Лучше поинтересуемся у кого-нибудь другого. Из-за поворота показался эльф, куда-то торопливо несущий стопку свитков. Библиотекарь местный что ли?

— Постойте, уважаемый, — окликнула я его.

Он резко остановился и повернул голову в мою сторону:

— Я к вашим услугам, ли'ин.

— А скажите-ка, пожалуйста, что это за деревце, усеянное прелестными плодами? А то я тут прогуливалась, и меня заинтересовала местная флора.

— Это эльфийская яблочко, очень вкусный и полезный фрукт, подается к королевскому столу каждый день, — бодро отбарабанил эльф, не проявляя никакого интереса.

— Благодарю за информацию.

— Что-нибудь еще?

— Нет, очень вам признательна, — отпустила я незнакомца, и он так же бодро, как и до остановки со мной, затрусил по прерванному маршруту.

Так, значит не ядовито. Я сорвала с ветки краснобокий фрукт и снова расположилась на скамейке. Тогда чего это Алиа так пеклась, чтоб я непременно откушала сие лакомство? Или у меня так живот урчал, что у благовоспитанной эльфийки не хватило терпения слушать утробные завывания, и она так ненавязчиво предложила перекусить? Что-то тут не так…

Я крутила в руках заманчивый плод, рассматривая его и так, и этак. Ну, с виду обычное яблоко, только красивое, с полупрозрачной кожицей. Может, это у меня уже мания преследования — кажется, что все хотят убить?

Ой, ладно, попробуем, что за чудо, сказал же ведь тот субъект, что подают его к королевскому столу, значит, не отравлено.

Я поднесла яблоко к губам и откусила большой кусок. Терпкий сок брызнул и растекся по губам. Ммммм… Какая вкуснотища… Прямо тает во рту.

Я продолжала беззаботно грызть фрукт, когда увидела приближающуюся Алию.

— А вот и я, надеюсь, тебе не пришлось долго ждать? — поинтересовалась она. А выражение лица-то довольное…

— Совсем нет, — согласилась я, — вот, скоротала время яблочком.

— И как, вкусно? — зловеще вопросила эльфийка, сбрасывая с лица добродушное выражение.

— Да, — отшатнулась я, от так стремительно преобразившейся Алии.

— Рада, что тебе понравилось, — хищно улыбнулась она, — хоть какое-то удовольствие перед смертью.

— Что? — я вскочила со скамейки, откидывая остатки фрукта в кусты и вытирая руку о платье, совершенно не думая о его чистоте, и тут же присела обратно, потому что перед глазами всё поплыло, а ноги отказывались слушаться.

— Это — эльфийское яблочко, и для людей оно ядовито! — злобно прошептала почти на ухо Алиа. — Так что, прощай, не состоявшаяся соперница.

Ах ты, гадина! От ощущения беспомощности слезы навернулись на глаза, очертания предметов начали терять свою четкость. Еще немного, и сознание покинет меня.

— Помогите! Кто-нибудь! — резанул по ушам истошный крик Алии.

От накатившей слабости я опустилась на спинку скамейки, но слышала торопливые шаги со всех сторон. Попытка покачать головой, чтоб разогнать сгущающийся туман, успехом не увенчалась, предметы с завидным упорством расплывались перед глазами.

— Нуар, ну же, смотри на меня, — услышала я голос князя спустя какое-то время борьбы с собой.

Я перевела взгляд на озабоченное лицо правителя, единственное, что было четко различимо среди остальных размытых пятен.

— Я отошла ненадолго, — фальшиво всхлипывала Алиа, — а она сорвала и почти съела эльфийское яблочко, когда я вернулась. Я тут же позвала на помощь.

Какая-то неведомая сила рывком подняла меня в воздух, и я оказалась на руках у Регула.

— Смотри на меня, — шептал он, — только не теряй сознание, пожалуйста, постарайся.

И столько мольбы было в его голосе, что я, превозмогая слабость, кивнула. Но лицо Регула, куда-то быстро несущего меня, продолжало расплываться перед глазами. Я несколько раз моргнула, пытаясь сфокусироваться на гордом профиле князя, но его очертания, приобретая четкость, почти сразу же снова становились размытыми.

— Не закрывай глаза, — жаркий шепот князя. — Не смей! Продолжай бороться.

Я снова, сражаясь с желанием уснуть, кивнула, сосредотачиваясь на голубых, как небо, самых прекрасных глазах.

Наконец, Регул бережно опустил меня на что-то мягкое и отрывисто выкрикнул:

— Вон все отсюда! Граффиаса ко мне! Из комнаты напротив позовите Шератона и срочно дворцового врача!

Кто-то умчался выполнять приказания. Все остальные торопливо вышли.

— Незачем меня звать, я уже здесь, — услышала я вальяжный голос темного, — да и, пожалуй, без доктора обойдемся.

— Ты с ума сошел, — взъярился на него Регул, — Нуар умирает.

— Успокойтесь, правитель. Ей слегка не по себе, согласен, — констатировал Шератон, присаживаясь рядом и беря горячими руками мою холодную ладонь, — но вряд ли она умирает.

— И ты думаешь, кто-то из людей выживал после угощения эльфийским яблочком? — продолжал кипятиться князь, мечась по комнате, как раненый зверь.

— Нуар, послушай меня, — завораживающе начал Шератон, напрочь игнорируя правителя, — сосредоточься, пожалуйста. Помоги своей эльфийской половинке одолеть яд. Ты справишься.

Я прикрыла глаза и сосредоточилась на ощущениях внутри себя, вроде всё как обычно, а потом все мои внутренности скрутило жесточайшим спазмом, и я пронзительно закричала, срывая голос и выгибаясь на кровати дугой. Такое ощущение, что у меня выкручивают все мышцы и кости, растягивают и сминают, как глину, чтобы придать другую форму. Как же больно! Я была уже не в силах кричать, и только стонала, когда всё вдруг прекратилось так же резко, как и началось. Моё тело провалилось в перину и отказывалось отзываться хоть на какие-нибудь команды.

— Нуар, очнись, — потрясли меня за плечи.

Я распахнула веки и резко подскочила, осматривая себя, страшась увидеть нечто отвратительное, но вместо ожидаемых синяков и ссадин моим глазам предстала гладкая алебастровая кожа собственных рук.

— Ч-ч-что со мной? — услышала я свой голос и подняла взгляд на эльфов.

Они тоже так же потрясенно взирали на меня.

— Думаю, с тобой всё в порядке, — первым очнулся Шератон.

— Хотя ты слегка изменилась, — покачал головой, пристально разглядывающий меня Регул. — Но главное — ты жива.

И правитель порывисто обнял меня.

— Ты заставила меня перенести такой страх, которого я в жизни не испытывал, — прошептал он, зарываясь в мои волосы. — Я почти потерял тебя.

Я наслаждалась жаркими объятиями, позволив себе на миг расслабиться и тоже положить голову на плечо Регула. Сейчас он так близко от меня…

— Простите, что нарушаю вашу идиллию, — кашлянул Шератон, о присутствии которого мы совсем позабыли, — но всё же, надо удостовериться, что с Нуар все в порядке.

Князь отпрянул от меня и накрыл своей ладонью мою уже теплую руку.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он.

Я прислушалась к своим ощущениям. Кроме разлившейся по телу слабости всё было как обычно.

— Да вроде ничего, только слабость какая-то — пожала плечами я.

— Тогда есть причина отлежаться, — вынес вердикт Шератон, — и, надеюсь, ты больше не впутаешься ни в какую историю? А то стоит только выпустить тебя из поля зрения, как непременно случается какая-нибудь гадость.

— Сейчас мне не до приключений, — покачала головой я, чувствуя желание вздремнуть.

— Уверена, что не нужен лекарь? — усомнился Регул.

— Уверена, — успокоила я его мимолетной улыбкой, — со мной все в порядке.

— Правитель, — услышала я голос незаметно вошедшего Граффиаса, — вызывали?

— Да, — кивнул князь. — Нуар, позволь представить тебе главу Тайной Стражи.

Вот это да! Действительно, не простой трактирщик. Но как он узнал, где нас встречать?

— Я послал ему сообщение из Асцеллы, что мы воспользуемся Вратами, и нам, возможно, потребуется помощь, — ответил Регул на мой так и не высказанный вопрос, но наверняка читаемый по лицу. — А теперь нужно выяснить, что же там у вас с Алией произошло.

— Разрешите ли мне, ли'ин, задать вам несколько вопросов? — приблизился ко мне Граффиас.

— Безусловно, — кивнула я. Да и надо обезопасить себя от дальнейших нападок бешеной невестушки Регула. Это слово горечью прокатилось по языку, оставив кисловатый привкус. Если Тайная Стража будет следить за ней, то, может быть, красавица и поостережется.

— Расскажите, что произошло в саду, — присел рядом со мной эльф и уставился мне в глаза острым, пытливым взглядом.

— Мы вышли с Алией погулять, — начала восстанавливать я хронологию событий. — Присели на скамью. Она предложила мне попробовать свежий фрукт, так называемое эльфийское яблочко…

Шератон фыркнул и обменялся с Регулом многозначительными взглядами.

— Мне показалось, подозрительным всё это, — продолжила я, игнорируя все эти перемигивания, — пришлось остановить пробегающего мимо эльфа со стопой свитков, чтоб подробнее расспросить про фрукты. Он мне сказал то же самое, что и Алиа. А дальше я просто совала яблочко и съела почти целиком. Короче, поплатилась за собственную глупость, — подвела итог я.

— Может, Алиа не знала о вреде эльфийского яблочка для человека? — вслух поинтересовался князь. — Хотя должна бы…

Шератон тоже неопределенно пожал плечами и язвительно добавил:

— Скорее она не знала, что наша Нуар — не совсем человек.

— А что было, когда ли'ин Алиа вернулась? — вкрадчиво поинтересовался Граффиас. Вот сразу видно, что поднаторел он в распутывании интриг.

— Она сначала спросила, вкусно ли было… — начала я, и тут же осеклась, вспомнив злобное выражение, исказившее прелестное лицо эльфийки.

— А потом… — мягко подтолкнул меня к ответу Граффиас.

— А потом сказала, что рада, что мне понравилось — хоть какое удовольствие перед смертью получу. И спустя какое-то время принялась звать на помощь, — на одном дыхании выпалила я.

— Что и требовалось доказать, — удовлетворенно хмыкнул Глава Тайной Стражи. — А ведь я предупреждал вас, правитель, что невеста ваша плетет тут свои интриги.

— Да помню уж, — поморщился Регул, — но не думал, что она дойдет до попытки убийства.

— Прикажете установить наблюдение? — по-деловому поинтересовался Граффиас.

— Да, и докладывай мне лично обо всем подозрительном, — властно отдал приказ князь. — Хотя не нравится мне всё это. Такое ощущение, что что-то затевается, и узлы событий всё туже стягиваются… — задумчиво пробормотал он.

Граффиас чинно поклонился и удалился так же бесшумно, как и появился.

— Мы тоже пойдем, отдыхай, — поцеловал меня в лоб Шератон, задержав губы на моей коже на мгновение дольше, чем следует.

— Я распоряжусь, чтоб еду принесли сюда, — добавил Регул, взяв мою руку в свою. — И пожалуйста, не выходи из комнаты, по крайней мере, в-одиночку. Прогулки только в сопровождении кого-то из нас троих. Ты поняла?

— Да поняла я, поняла, — уверила я князя, и вся компания удалилась. А я откинулась на подушки и почти сразу задремала.

Сквозь полудрему мысли крутились, как белка в колесе. Ну и нравы тут у них: сначала это нестандартное приведение в порядок, теперь вот попытка устранить соперницу, едва не увенчавшаяся успехом. И ощущение какой-то тайной игры, в которой и я уже засела по самые уши, всё больше усиливается. Плюс ко всему, я пока не видела Гемму. Надо поинтересоваться у Регула, где она живет. Видела же я тогда шикарную комнату. Бррр… И Растабана. Вот, скорее всего её во дворце нет, а то уже давно бы пришла проведать «любимую подруженьку». Наверняка Растабан её где-то прячет, чувствует моё сердце.

Ощущение чьего-то присутствия заставило меня вынырнуть из цепких объятий сна. Я открыла глаза и сразу же наткнулась на лихорадочно горящий взгляд Алии, стоящей у моей кровати.

— Что ты наговорила обо мне? — прошипела она, заставив меня отшатнуться.

— Правду, — пролепетала я, всё еще не до конца проснувшись и слегка медленно соображая.

— Какую правду? — воскликнула она, принимаясь метаться по комнате.

— Да, ту, что ты пыталась меня убить, — негодуя, вскричала я.

Она мгновенно застыла и повернулась ко мне, тщетно пытаясь скрыть выражение презрения на лице.

— Глупая девчонка, если бы я хотела тебя убить, ты бы со мной сейчас не разговаривала, — зло прошипела Алиа.

— Ну, конечно, — нахально ухмыльнулась я, — теперь недостает смелости признаться, что твой план по устранению соперницы окажется не столь безупречным, как хотелось бы. И что твоё всемогущество все-таки, увы, ограничено.

— Да как ты смеешь, — вышла из себя эльфийка настолько, что даже замахнулась, пытаясь дать мне пощечину, но осеклась, поймав мой взгляд, и рука задрожала в воздухе.

— Только попробуй, — властно оборвала я, — и ты горько об этом пожалеешь.

Алиа, не ожидавшая подобного отпора, только беспомощно хватала ртом воздух, не в силах ответить.

— Какая-то девчонка чуть не испортила прекрасную игру, — сквозь зубы процедила она, — но имей в виду, партия еще не закончена.

— О какой игре речь? — услышала я знакомый голос, и из тени выступила мужская фигура.

— Ну, конечно, — скривилась Алиа, словно её заставили съесть ложку горчицы, — где же еще может быть верный пёс, как не охранять хозяйское добро.

Граффиас проглотил оскорбление, ничего не сказав, но в его глазах мелькнула зловещая искорка.

— И псу вроде не давали команды «голос», — продолжала изгаляться эльфийка.

— Прошу вас, ли'ин Алиа, покинуть эту комнату, — яростно прожигая её взглядом процедил Глава Тайной Стражи.

— Не смей мне указывать! — рявкнула напоследок эльфийка и, взметнув подолом, резко выскочила в дверь.

— Благодарю вас, Граффиас, — облегченно выдохнула я.

— Я всего лишь выполняю приказ правителя, — сдержанно улыбнулся эльф и, слегка поклонившись, тоже покинул меня.

И чего этой Алии неймется? Ну, конечно, что может быть хуже неудавшегося покушения, особенно когда жертва не молчит в тряпочку. И чувствуется, надо быть с ней поосторожнее, она так просто не остановится. Да и о какой такой игре речь? Вот чувствую задним умом, что снова влезла куда-то, куда меня абсолютно не просили, причем отнюдь не по собственной воле.

А аппетит-то пока никто не отменял… Я заметила на столике поднос, полный всевозможных яств, и принялась планомерно их уничтожать. Надеюсь, здесь отравы никакой нет. Тьфу, с этой Алией мания преследования разовьется. Что-то и лежать уже не хочется, но так и быть, последую совету Регула не выходить без сопровождения, а то снова нарвусь на какие-нибудь нелицеприятные приключения. Хотя, подышать свежим воздухом на балконе мне, вроде бы, не запрещено.

Я вышла наружу и оперлась на резные перила. Солнце уже коснулось краем спокойной глади моря и вызолотило на ней яркую дорожку. Еще один день прошел, а я ни на йоту не приблизилась к своей цели. Отец и сестры по-прежнему у герцога Валоо, Гемма неизвестно где прохлаждается с Растабаном, да еще теперь и собственная жизнь в опасности, благодаря стараниям Алии. Да уж, невеселый расклад. Но ничего не попишешь, будем играть и с такими картами на руках и постараемся оказаться в числе победителей. Наверное, даже придется иногда поблефовать, а, может, и поискать туз в рукаве.

Неспешно текли мысли, солнце лениво закатилось за горизонт, в небе уже загорелись первые звезды.

— Любуешься? — услышала я чарующий голос, но невольно вздрогнула от неожиданности.

— Скорее, думаю, — покачала головой я, слегка поворачиваясь к подошедшему сзади Шератону. — Да ты и сам вроде мысли читать умеешь.

— Я почти не пользуюсь этим даром — слишком много сил требуется, — поморщился эльф. — А тебя с того дня на берегу, так и вообще не могу прочитать.

— Блок, — усмехнулась я.

— Хитрюга, — легко улыбнулся в ответ он. — Но это же должно отнимать много сил.

— Не знаю, — лениво пожала плечами я, — пока не замечала.

— Да, ты прямо сплошная загадка. А я, кстати, невольно стал свидетелем одного весьма занимательного разговора, — лукаво сощурил глаза темный.

— То есть, просто подслушал? — шутливо толкнула его в плечо я.

— Ты на редкость проницательна, — белозубо улыбнулся Шератон. — В-общем, Регул выяснял отношения с Алией.

— Мне это ни капельки не интересно, — мгновенно погрустнела я, уставившись куда-то вдаль, но не замечая пейзажа.

— Неправда, — взяв меня за подбородок и разворачивая к себе, не согласился эльф, — история крайне интересна. Алиа отрицала свою причастность к твоему отравлению, но Регул позволил себе усомниться. А далее, как обычно, слезы, мольбы, ну и прочие ваши женские штучки.

— Алиа и ко мне сегодня приходила. Хотела выяснить, что же я такого сказала Регулу. Еще бормотала что-то про испорченную игру, — вспомнила я. — Какие-то загадки прямо.

— Нет, тут всё как раз просто: ей не повезло родиться в королевской семье не четырехстихийным магом, в отличие от брата. А девица довольно честолюбива, да и править хочется. Единственный вариант для нее достичь желаемого — стать женой Регула, он ведь тоже не отличается владением всех видов магии, но в то же время является правителем, — растолковал мне Шератон.

— Как ты это узнал? — удивилась я необычайной прозорливости эльфа, так просто объяснившего причину всех интриг с её стороны. И попытка моего убийства — просто стремление избавиться от незапланированной соперницы.

— Как обычно, — довольно потянулся эльф, — послушал, о чем она думает. Вымотался прилично.

— Твоё умение просто незаменимо, — рассмеялась я.

— Благодарю за лестный комплимент, — поднес к губам мою руку Шератон, пристально глядя мне в глаза. — Я зашел пожелать тебе спокойной ночи и принес пару книг из библиотеки на случай, если сразу заснуть не удастся.

— Спасибо за заботу, — искренне поблагодарила я эльфа.

Он отпустил мою руку и направился к выходу, но уже в дверях обернулся и, окинув мою босоногую фигуру задумчивым взглядом, загадочно и немного грустно улыбнулся перед тем, как окончательно скрыться.

Интересно, а какие цели преследует Шератон, помогая нам? Я даже рассердилась на себя за подобные кощунственные мысли: нельзя же подозревать всех и каждого в преследовании злого умысла. Я тряхнула головой, прогоняя столь нелепые идеи и, еще немного понежившись на свежем прохладном ветерке, вернулась в комнату. Книги, оставленные эльфом, всё так же сиротливо лежали на прикроватном столике. Так, посмотрим, что тут у нас. Хм, интересно, а как я смогу читать эльфийские книги, если не знаю их языка? Вообще-то, по правде знаю, но Шератон-то об этом и понятия не имеет. Я открыла первую и заливисто рассмеялась. Надо же, какой хитрец! Это были не книги, а альбомы с искуснейшими рисунками, изображающими различные здания и города. Наверняка запомнил же, что я интересовалась Храмом Четырех Стихий, вот и притащил фолианты по архитектуре. Как говорится, не могу показать вживую — смотри на картинках. Я откинулась на подушки и принялась рассматривать восхитительные картины, изображавшие поражающие своим великолепием произведения эльфийского искусства, иначе и не назовешь. От созерцания меня оторвал еле слышный звук открывающейся двери.

— Еще не спишь? — спросил Регул, поймав мой настороженный вопрошающий взгляд.

— Как видишь, нет, — тепло улыбнулась я.

— Я могу войти?

— Безусловно. С каких это пор правитель спрашивает разрешения? — пошутила я.

— Как твоё самочувствие? — поинтересовался Регул, присаживаясь на край моей необъятной кровати. В неясном свете, отбрасываемом пламенем свечей, его глаза казались серебристыми звездами.

— В порядке, — завороженно пробормотала я с некоторым опозданием.

— Ну и хорошо… — прошептал Регул. — Тогда спокойной ночи?

— Нет, погоди, — торопливо остановила я его, — не уходи. Посиди со мной, пожалуйста…

В моем голосе прорезались панические нотки. Я так устала быть одна, когда некому даже поплакать в плечо.

— Хорошо, — в замешательстве согласился Регул. — Не уйду.

— Спасибо…

Я отложила книги и поудобнее устроилась на подушках, замотавшись в теплый кокон из одеял. Регул взял мою ладонь в свои руки и поднес к губам.

— Тебе нечего бояться, — услышала я уже сквозь сон, — я не уйду.

 

Глава 3. Торжественный обед и помпезные гости

Утро встретило меня щебетаньем птиц за окном, которое я накануне, конечно же, забыла закрыть. Я сладко потянулась, разомлев под мягкими одеялами и не желая покидать обустроенное за ночь уютное гнездышко. Вот полежу еще чуточку, ни о чем не думая, подальше от насущных проблем. Я только устроилась еще удобнее, подложив под щеку кулачок, как в мою дверь постучали. Да что ж за проходной двор! Ни минуты покоя даже в такую рань.

— Кто там? — недовольно пробурчала я, выбираясь повыше на подушки.

— Доброе утро, Нуар, — прощебетала впорхнувшая внутрь свежая, как утренняя роса, Магдалена.

— Магдалена!!! — сорвался с губ мой крик, и я, мгновенно выскочив из постели, повисла на шее подруги, едва не придушив ту в объятиях.

— Вижу, мне здесь рады, — искренне улыбнулась она, с трудом отцепляя меня от себя.

— Еще как, — подтвердила я её слова энергичным кивком.

— Тогда давай помогу собраться, — предложила она.

— Куда?

— Нас ждут к завтраку, — пояснила Магдалена туго соображающей мне и за руку потянула в гардеробную. — Как прошел день без меня?

— О, просто отлично, — ответила я, запихивая себя в легкое кремовое платьице и поворачиваясь к эльфийке спиной. — Застегнешь? Кроме того, что меня чуть не убили, ничего интересного не произошло.

— Что??? — негодующе воскликнула Магдалена, поворачивая меня к себе. — Кто???

— Ага, еще спроси где, — подколола я подругу.

— И спрошу, — гневно ответствовала она, игнорируя мой несвоевременный юмор. — Правитель знает?

— Ну, естественно, — вспыхнула я, — это ж дело рук его разлюбезной невесты.

— Этой змеи Алии? — процедила сквозь зубы эльфийка.

— Вижу, ты к ней особо теплых чувств не питаешь, — ухмыльнулась я в ответ на сей эпитет.

— Да она интриганка еще та, — объяснила свою неприязнь Магдалена, слаженными движениями расчесывая мне волосы и собирая их в пучок на затылке.

— И что ее Регул тогда терпит?

— Из-за своей матери. Та просто в восторге от Алии, именно она способствовала обручению с князем. Впрочем, с ней ты тоже сейчас познакомишься, — хитро улыбнулась эльфийка, — но мой тебе совет — держи ухо востро и не сболтни лишнего.

— Да уж поняла, — пробурчала я, расправляя последние складки на платье и влезая в шелковые туфельки, — никому здесь нельзя доверять. Не дворец прямо, а змеиное гнездо.

— Очень точная характеристика, — подмигнула мне Магдалена, выпихивая из гардеробной. — Если что, я рядом.

Я остановилась напротив зеркала. Странно, но вместо привычного отражения на меня смотрела… почти эльфийка: алебастровая кожа, которую не берет никакой загар, черно-белые локоны, рассыпавшиеся по плечам, голубые глаза, которые, вообще-то раньше были серыми, и даже слегка миндалевидный их разрез.

— Не поняла… — я даже повертела головой, проверяя, что не наблюдается заостренных кончиков ушей.

— Ну что ты там копаешься? — шикнула уже вышедшая Магдалена.

— Тебе не кажется, что я странно выгляжу? — поинтересовалась я у эльфийки.

— Да вроде нет… — критически осматривая меня, нерешительно протянула она.

— Это для эльфийки вроде нет, — начала кипятиться я, — а для человека?

— Хм… Ты и правда слегка изменилась — в тебе стало что ли больше именно эльфийских черт.

— Интересно, с чего бы это? — уже своему отражению усмехнулась я, которое тоже скорчило мне в ответ гримасу. — Может пресловутое эльфийское яблочко повлияло?

— Что??? — снова вскрикнула Магдалена.

Так, меня начинает утомлять её столь бурная реакция на любую мою реплику.

— Да, я же не сказала, Алиа вчера пыталась отравить меня эльфийским яблочком.

— И ты выжила? — потрясенно глядя на меня, как на выходца с того света, воскликнула подруга.

— Да, каким-то невероятным образом Шератону удалось разбудить во мне кровь твоего народа.

Хм, да вот и ответ, скорее всего.

— Наверное, именно поэтому я стала слегка походить на эльфийку, — озвучила я свою бредовую идею, впрочем, всё ещё сомневаясь на этот счет.

— А что, — оживилась Магдалена, — очень может быть. И всё же, давай поторопимся, нас наверняка уже все ждут.

Мы быстрым шагом миновали пару галерей и лестниц и, наконец, эльфийка, распахнув двери, ввела меня в огромную столовую. Мда, вот зарекалась уже чему-нибудь здесь удивляться, так вот вам новое произведение местного искусства. Я снова с восхищением оглядывала окружающую отделку и обстановку. Комната была убрана в виде осеннего сада, со свисающими со стен гроздьями сочного винограда и его кое-где багряными листьями. Устланный на пол ковер имитировал опавшую желтую и красную листву, но восхитительнее всего был потолок, напоминающий пронзительно глубокое синее осеннее небо с белыми барашками пушистых облаков, казалось, даже бегущих вдаль.

— Какая красота, — запрокинув голову, прошептала я.

— Нуар, вернись к нам, — сквозь улыбку процедила Магдалена, слегка пихнув меня локтем в бок, отчего я мгновенно выпала из мира сладких грез.

У окна почти во всю стену, выходящего в сад, с бокалами светло-золотистого вина стояли старые знакомые: Регул, видимо, по случаю торжественного завтрака нарядившийся в светло-кремовые летящие одежды, почти в тон моему платью, Шератон в неизменном серо-стальном облачении, Граффиас и Альфард. И все, как один, насмешливо наслаждались моей неадекватной реакцией на необычное убранство.

— Ли'ин, — наконец, прервал затянувшееся молчание князь, а из незамеченной мною ниши с дивана поднялась пара эльфиек. — Позвольте представить вам гостей нашего дома. Ре'ин Шератон и ли'ин Нуар.

Я присела в почтительном реверансе перед незнакомой эльфийкой, второй-то оказалась небезызвестная Алия в незатейливом светло-зеленом платьице.

— Рада приветствовать в нашем доме гостей моего сына, — одними губами улыбнулась незнакомка, но глаза по-прежнему остались холодными.

О, да это, оказывается, матушка Регула. Только тут мне предоставилась возможность как следует её рассмотреть. Она на первый взгляд казалась чуть постарше Алии, такое же безупречное фарфоровое личико и точеная фигура, но взгляд более расчетливый и холодный.

— Это моя матушка, ли'ин Альфекка, — продолжил представление действующих лиц Регул.

— Очень рада знакомству, — наконец, подала голос я. В ответ меня смерили откровенно презрительным взглядом и не удостоили внимания. Ну, что ж, так даже лучше, по крайней мере, не будет попыток устранить, хочется надеяться.

— Прошу к столу, — пытаясь замять неловкость, провозгласил Регул, отодвигая мне стул рядом с собой по левую руку.

Алиа заметно напряглась при этом действии правителя и кинула быстрый взгляд в сторону чуть заметно поморщившейся ли'ин Альфекки.

— Мальчик мой, — вмешалась она, не меняя тона голоса, — кажется, в нарушение всех правил этикета ты решил отдать кому-то место твоей невесты и будущей жены?

— Матушка, позвольте мне самому определять, кто более достоин занимать это место, — парировал Регул, едва ли не насильно усаживая меня.

Как и следовало ожидать, ли'ин Альфекка не опустилась до банальных препирательств с сыном на виду у гостей, но было очевидно, что его ждет неприятный разговор. Вместо этого она обратилась к Магдалене:

— Магдалена, что-то давно ты не заглядывала ко мне. Я скучаю по нашим милым беседам.

— Простите, ли'ин Альфекка, — потупилась эльфийка, — меня не было в городе, но я сегодня же посещу вас.

— Хорошо, милая, — покровительственно кивнула мать Регула. — Буду с нетерпением ждать повествования о тех местах, где ты побывала.

Дальнейшая часть завтрака прошла почти в полном молчании, изредка нарушаемом лишь фразами ли'ин Альфекки или безуспешными попытками Регула разговорить кого-то из присутствующих.

Едва трапеза была окончена, как Шератон, видя мою нервозность, подхватил меня под руку и, сославшись на неважное самочувствие «милой спутницы», поспешил откланяться.

— Какой кошмар, — резюмировала я, наконец, оказавшись в своей комнате, — ну и змеиное гнездо.

— Вижу, тебе несказанно понравилась матушка Регула, — усмехнулся Шератон, плечом опираясь о косяк балконной двери, пока я вытаскивала заколки из волос.

— Угу, не то слово, — передразнила его я. — И что они все на меня взъелись.

— Ну как же, — деланно удивился он, — с одной стороны любимая почти невестка напела, что не менее любимый сын привел в дом еще одну претендентку на его если не руку, то сердце точно. А с другой стороны ты, вся такая милая и скромная и выглядишь почти как эльфийка, то есть прехорошенькая.

— Спасибо, — зарделась я от неожиданного комплимента.

— Да не за что, это — чистая правда. Вот она и ведет себя согласно своему титулу. Обычные замашки высокопоставленных особ, — отмахнулся Шератон. — Не бери в голову.

— Да я и не особо расстроилась. Меньше внимания — меньше проблем.

— Вот вы где, — окликнул нас вошедший Регул.

Нет, ну точно проходной двор.

— Я приглашаю вас сопровождать меня на церемонию встречи его величества Цебальрая, — объявил князь. — И прошу прощения за мою матушку.

— Да и извинять-то не за что, — улыбнулась я эльфу, опустившему голову. — И буду рада сопровождать тебя, хоть погляжу на вашу хваленую столицу.

Регул поднял на меня глаза, и его взгляд просиял.

— Тогда, самое время отправляться — ладья почти причалила.

Кавалькада для встречи высокого гостя двигалась в сторону пирса. Возглавлял отряд, конечно же, Регул на изящном эльфийском скакуне, которому, казалось, только дай волю, и обгонит ветер. Сопровождали его около дюжины королевских гвардейцев, одетых в парадную форму для особо торжественных случаев, как объяснил мне Альфард, тоже желающий пообщаться с моей персоной. А замыкала шествие коляска, в которой ехала я и, самое невероятное, Алиа. И кто только додумался разместить нас на таком опасном расстоянии? Поубиваем же друг друга ненароком, хотя теперь — моя очередь. Рядом скакали Шератон, верхом на норовистом жеребце и Граффиас на своем абсолютно безукоризненно слушающемся хозяина скакуне. Видимо, присматривают, чтоб мы с невестой Регула не поцапались и не опозорили державу своим неподобающим поведением.

Едва мы выехали на набережную, как передо мной во всем величии развернулась бескрайняя морская гладь, со скользящими по ней, словно птицы, изящными кораблями. И один из них двигался явно в нашу сторону, подгоняемый попутным ветром. Наконец, его борт стукнулся о деревянный пирс, и сверху были спущены резные сходни. Регул с гвардейцами спешились и бодро направились в сторону величественной ладьи, с которой по ступеням, легко скользя, спускался статный эльф. Платиновые локоны, выбившиеся из затейливой косы, теребил морской бриз.

— Рад приветствовать вас, многоуважаемый Цебальрай, — легко склонился Регул.

— И я рад нашей встрече, досточтимый князь, — в тон эльфу с таким же легким поклоном ответствовал новоприбывший. — Может, без лишних церемоний?

— Положено, — вздохнул Регул.

— Братец!!! — в нарушение любого этикета завопила Алиа так, что я едва не оглохла, и, оттолкнув меня, ринулась к гостю.

— Сестричка, — распахнул объятия тот, и эльфийка на ходу в них влетела. — Ты всё так же хороша.

— Благодарю, — смутилась Алиа, — я так скучала по тебе.

— Прости, я не мог приехать раньше, — немного виновато начал оправдываться Цебальрай, — ты же знаешь, государственные дела отнимают столько времени. Но обещаю, как только окончится Совет — я весь твой. А пока…

— Я понимаю, — кивнула Алиа, отходя от брата, уже легко взлетающего в седло заранее подведенного жеребца.

— Едем, — скомандовал Регул, повторивший маневр гостя.

И вся кавалькада, резко развернувшись, проскакала обратно по направлению к дворцу. Лишь на мгновение оценивающий взгляд иноземца остановился на мне, выражая еле заметное удивление.

— Интересно, а зачем мы тут были нужны? — риторически поинтересовалась я, разглядывая ладью, на которой прибыл высокий гость.

— Правитель хотел ознакомить вас со здешними обычаями, — прокомментировал Граффиас, а я не могла понять, показалось мне или нет, что на палубе мелькнул печально знакомый черный плащ.

— Быстро убираемся отсюда, — словно в ответ на мои мысли, процедил Шератон, разворачивая своего коня и делая знак вознице моей коляски.

— А как же Алиа? — спохватилась я.

— Я её сопровожу, — кивнул Граффиас, направляясь в сторону всё так же стоящей на пристани эльфийки.

— Нет, — возразил Шератон, — оставляем коляску вам.

И, выдернув меня из транспорта, как морковку из грядки, ловко усадил на жеребца перед собой, и мы скрылись в ближайшем повороте.

— В чем дело? — возмутилась я столь бесцеремонным обращением товарища с моей драгоценной особой.

— На корабле было нечто подозрительное, — напряженно пояснил Шератон, — я не хотел, чтобы нас увидели.

— По-моему, у тебя мания преследования, — многозначительно покрутила я у виска.

— Лучше лишний раз перестраховаться, чем потом разгребать проблемы, — назидательно возразил темный. — Да и ты сама хотела прогуляться до Храма Четырех Стихий. Или уже передумала?

— Нет, — обрадовалась я, радуясь возможности осмотреть столь давно вызывающую непроходящий интерес достопримечательность.

— Тогда, вуаля, — тоном факира, вытаскивающего из шляпы кролика, произнес эльф, когда мы вывернули из узкой улочки на огромную площадь.

Да, рисунки в книгах не идут ни в какое сравнение с оригиналом.

— Это просто… просто изумительно, — не в силах подобрать слов восхитилась я.

— Согласен, — кивнул Шератон. — Подойдем поближе.

— Вот именно, подойдем, — уточнила я, нетерпеливо ерзая в седле, уже порядком набившем мне синяков на одном нежном месте.

— Хорошо, как пожелает госпожа, — ухмыльнулся эльф, легко срыгивая с коня и снимая меня за талию.

— Благодарю, — улыбнулась в ответ я, краем сознания заметив, что руки задержались на моей талии дольше, чем это было необходимо.

 

Глава 4. В Храме Стихий

Я, поддерживаемая под руку Шератоном, двинулась по направлению к величественному, но, в то же время, легкому и изящному Храму. Отсюда он выглядел еще великолепнее, купаясь в лучах почти полуденного солнца.

— Невообразимо, — снова восхитилась я белокаменному резному произведению архитектурного искусства, шпилями попирающему небеса.

— Когда-то эльфы вложили сюда частичку своей души, — грустно произнес Шератон.

— И правда, он кажется живым, — согласилась я, — только словно спящим в ожидании кого-то или чего-то.

— Естественно, уже более двадцати лет никто не заходил сюда и не говорил со Стихиями, — пояснил Шератон необразованной мне.

— Откуда ты все это знаешь? — прищурилась я, оборачиваясь к спутнику.

— Эльфийки во дворце крайне болтливы, — задорно ответствовал он, — да и кто может устоять пред моим невообразимым обаянием?

— И правда, — рассмеялась я. — Так что там с Храмом?

— То, что он уже два десятилетия пустует, и милость стихий покинула этот народ, как кара за предательство по отношению к их избраннику, — пафосно толкнул речь темный.

— И что, разве никто из четырехстихийных магов не может туда зайти? — недоуменно поинтересовалась я, все ближе подходя к волшебному зданию, уже закрывшему собой солнце.

— Никто. Этот остров — самый древний из всех населяемых эльфами, это исконные земли Стихий, избранные ими для своих детей. Только здесь стоит их Храм, и только истинный король этой страны, когда-то благословленной ими, может войти к ним, — продолжил Шератон, словно рассказывая старинную легенду, хотя, возможно, это так и было.

— Но разве Регул не истинный правитель? Разве он не заслуживает быть им? — усомнилась я.

— Увы, нет, — развел руками эльф, признавая, что не нам менять установленные свыше правила. — По идее только Имирэль может войти туда.

— Ясно, — понимающе кивнула я.

— Пора возвращаться, — протянул мне руку эльф. — Скоро полдень. Именно на это время назначен Совет, где всё решится.

— Хорошо, — не стала сопротивляться я, но сердце никак не хотело уходить из этого святого места. — Давай посмотрим Врата Храма, и всё.

— Ладно, ладно, уговорила, — сдался Шератон под моим натиском, а, может, произвело впечатление просительное выражение моей мордашки. — Иногда ты ну прям как ребенок, честное слово, — пожурил меня эльф, потрепав по голове.

— Ну почему же иногда? — развеселилась я, убегая за угол и резко на кого-то наталкиваясь.

Ой, ну вот, опять кого-то зашибла ненароком. Скоро население этой страны резко поредеет в результате моей подрывной деятельности.

— Прошу прощения, — по привычке пробормотала я, поднимая глаза на пострадавшего, точнее, пострадавшую. Ей оказалась никто иная, как ли'ин Альфекка. Злоба вперемежку с презрением отразилась на её лице.

— Да как ты смеешь, наглая девчонка, — прошипела она.

— П-п-простите, — снова проявили себя еще в детстве намертво вбитые в голову правила этикета. Да и чего она бесится? Ну да, толкнула немножко, так зачем же из-за такой малости устраивать истерику на всю площадь. И так вон уже кучка зевак собралась, и все с огромным интересом наблюдают за нашим спором.

— Мало того, что ты воспользовалась приглашением моего сына, — продолжала кипятиться эльфийка, ишь, какие все неуравновешенные. Теперь понятно, в кого Регул пошел, хотя, наверное, и папочка его был не само спокойствие, — так ты еще и проявляешь вопиющую наглость и неуважение к членам его семьи.

О, да это она про Алию наверняка. Так она пока вроде не имеет родственных уз с Регулом и, если у него глаза, конечно, на нужном месте, никогда иметь не будет. И вообще, что за дурная привычка у здешних обитателей повышать на меня голос. То, что я не отношусь к их «великой» расе, еще не означает, что ко мне можно относиться как к пыли под ногами. Слегка подзабытое чувство собственного достоинства подняло голову откуда-то из глубин сознания.

— Уважаемая, — зловеще прошипела я, сверкнув глазами, — я уже принесла вам свои извинения за невольную неловкость и не намерена повторять их впредь.

— Да как ты… — начала эльфийка, но, поймав мой взгляд, осеклась.

Я смотрела за её потугами совладать с собой, слегка склонив голову.

— Идем, — мягко потянул меня в сторону решивший вмешаться Шератон.

И, правда, пора возвращаться, чтобы хотя бы морально поддержать Регула перед Советом.

— Продажная девка! — в сгустившейся тишине раздалось мне вслед.

Едва звук достиг моих ушей, как перед глазами поплыл туман, а сознание заволокла глухо ворчащая, как цепной пес, ярость. Чуждая, но, в то же время, совершенно от меня неотделимая.

— Прошу прощения, — выдохнула я на полуобороте.

— Ты всё прекрасно расслышала, человеческая девка, — сквозь зубы процедила ли'ин Альфекка, совершенно неподобающе потомственной аристократке. — И как бы ты ни старалась, тебе не стать благородной.

— Вы считаете, что можете безнаказанно оскорблять меня? — прошипела я, всё больше и больше накрываемая волной по капле вытекающей ярости, и отблески моего гнева отразились в расшившихся глазах эльфийки. Я всё ближе и ближе подходила к ней, остановившись на расстоянии вытянутой руки, а на кончиках пальцев разгоралось золотистое свечение.

— Ты — зарвавшееся ничтожество, — со злорадной ухмылкой произнесла она, — и я избавлю сына от тебя, раз он сам не в состоянии принять подобное решение.

Весомый толчок в грудь, и я, не удержав равновесия, полетела спиной в услужливо распахнувшиеся створки дверей Храма. Изрядно сгустившаяся толпа слаженно ахнула.

— Нуар! — Шератона, уже почти схватившего меня за руку, тут же отбросило и припечатало к мостовой.

— Ты будешь моим маленьким подарком Стихиям, прощай, — услышала я зловещий хохот, ощутимо приложившись о мраморный пол за порогом Храма, и разглядела торжествующее и слегка безумное выражение на лице эльфийки, прежде чем створки захлопнулись, отрезая меня от всего окружающего мира.

Раздавшиеся за спиной шорохи заставили меня втянуть голову в плечи. Несмотря на все ужасы, рассказанные об этом месте, страшно почему-то мне не было. Неужели я настолько утратила ощущение реальности, что инстинкт самосохранения напрочь отключился? Скорее, меня мучило непреходящее любопытство, а еще парадоксальное чувство, что я здесь уже была, но потом меня разлучили с этим местом, а теперь блудная дочь вернулась в забытый дом, чтобы, наконец, расставить всё по местам.

— Ты права, — раздался звонкий девичий голос, и я пугливо обернулась на звук. В двух шагах от меня во внутренних дверях стояла девушка в платье землистого цвета с черными, как смоль волосами до пояса, казалось, прилипшими к телу, и босая. Ну, вот, а говорили, никто не может сюда войти. Эта же красавица откуда-то тут взялась.

— Кто ты? — вопроса умнее я с ходу не придумала.

— Ой, да перестань, — иронично произнес прекрасный, как весенний день, светловолосый юноша, такой же хрупкий, как и девушка, показавшийся из-за дверей.

Да сколько ж тут народу-то? Я, неэстетично в изумлении приоткрыв рот, наблюдала за всей честной компанией.

— И долго ты собираешься вытирать подолом пол? — снова хмыкнул юноша.

Я, всё еще пребывая в шоке, послушно поднялась, опираясь на услужливо подставленную руку.

— Кто вы? — я решила расставить все точки над и.

— Ну, наконец-то дельный вопрос, — обрадовалась девушка, отступая обратно в залу в сопровождении загадочно улыбающегося юноши, ведущего пребывающую в ступоре меня.

Ну конечно! Помещение оказалось удивительно знакомым — именно оно было в моем видении, когда я впервые открыла ту загадочную книгу еще в отцовском замке, теперь возлегающую на пюпитре у алтаря, на котором посверкивал медальон с четырьмя камнями. Всё здесь именно такое, как и представилось тогда, вот только прекрасных скульптур на постаментах не наблюдалось…

— Что… — обернулась я.

Их было уже четверо. Незаметно к нашей компании присоединились голубоглазая девушка с отливающими синевой волосами в бирюзовом платье и огненно рыжий юноша в ярко-оранжевых одеждах. И все, как один, выжидательно смотрели на меня.

— Вы — Стихии, — изумленная догадкой выдохнула я.

— Ну, наконец-то, — доброжелательно улыбнулась синеволосая. — Я — Аква.

— Игнис, — задорно подмигнул рыжий.

— Терра, — представилась брюнетка.

— А я — Аэрос, — шепнул светловолосый.

И они снова уставились на меня, словно ожидая чего-то.

— Нуар, — представилась я и ухмыльнулась собственной глупости — они ведь и так всё обо мне знают.

— Неверно, — возразил Игнис, и тут же получил тычок локтем от Терры.

— То есть? — изумилась я, уже более-менее приходя во вменяемое состояние. — Моё имя — Нуар. Как это может быть неверно?

— Очень просто, — приблизилась ко мне Аква, и я почувствовала, что тону в её голубых глазах, — вспомни кто ты, дитя.

В голову будто вонзили тысячи раскаленных игл, и мой пронзительный душераздирающий крик многократно усилился, отразившись от стен и потолка. А я уже ничего не соображала, упав на колени — передо мной проносились картины не моего прошлого, прошлого десятков поколений правителей этой страны. Последние оказались самыми красочными. Эльф с кинжалом в груди и навек застывшим в глазах удивлением от предательства собственного брата. Плачущий ребенок на руках коленопреклоненной у алтаря эльфийки и оставленный ею взамен на его жизнь медальон. И темнота…

— Может, не стоило так сразу? — первым, что я услышала, придя в чувство, был неуверенный голос Терры.

— У нас нет времени. Иначе случится непоправимое, — возразил, видимо, Аэрос.

— Она пришла в себя, — констатировала Аква, положив мне на лоб прохладную руку.

— Зачем вы это мне показали, — хрипло вопросила я сорванным от криков голосом, — зачем?

— Тебе пора узнать, кто ты, — ответил Игнис, помогая мне подняться.

— И кто же я? — кусочки мозаики постепенно начали складываться в одну цельную картину, в реальность которой мой разум просто отказывается верить.

— Ты — принцесса Имирэль, — торжественно провозгласила Аква.

Мой истеричный хохот разнесся по залу, а на лицах Стихий отразилось недоумение.

— Но ведь я — даже не эльфийка, — отсмеявшись, возразила я, тыльной стороной ладони вытирая выступившие слезы.

— Уверена? — нахмурилась Аква, поворачивая меня к неизвестно откуда появившемуся зеркалу, из которого удивленно взирала самая натуральная эльфийка. И в то же время я узнавала в ней себя. Эльфийка поднесла руку к своей щеке. Я тоже ощутила ладонь на своем лице, и одернула её, будто обжегшись. Эльфийка одновременно повторила мой маневр.

— Не может быть, — беззвучно прошептали мои губы.

Так вот почему все встреченные мной элементали называли меня королевой. Они видели то, что я настойчиво старалась не замечать, упорствуя в собственных заблуждениях. А ведь стоило всего лишь пораскинуть мозгами, сопоставляя различные очевидные факты. Так нет же — просто не могла поверить в возможность подобного.

— Может, — покачала головой Терра, сочувственно обнимая меня. — Когда твоя мать пришла сюда, умоляя спасти тебя от Силлура, мы пробудили в тебе, как в потомке темных эльфов вторую ипостась, человеческую, раньше срока.

— В обмен на её силу, — перебил Игнис.

— Я уже поняла, что вы ничего не делаете просто так, — саркастически заметила я.

— Мы не имеем права вмешиваться напрямую, — заметив перемены в моем голосе, покачала головой Аква.

— А от меня-то вы что хотите? — снова слегка истерично взвизгнула я.

— Чтобы ты приняла свою судьбу, — проникновенно глядя мне в глаза, пояснил Аэрос, — чтобы стала законной королевой этого государства и вернула ему былую мощь и величие.

— А если не соглашусь? — уже почти в истерике кричала я.

Они предлагают мне забыть всю мою прошлую жизнь, разом её перечеркнуть. Оставить свою семью, хотя я в ней оказалась всего лишь приемышем, как ни горько это осознавать.

— Ты торгуешься с нами? — в гневном окрике Игниса я услышала шум бешено ревущего неуправляемого пламени.

— Нет, — не снижая тона голоса, возразила я, — это вы со мной торгуетесь, уважаемые. Вы просто решили свалить на меня всю ответственность, не спросив, нужно ли мне это. Нужна ли мне эта корона и этот народ, который, за исключением всего лишь нескольких представителей, презирает меня.

— Они склонятся перед величием истинной королевы, — успокаивающе погладив по руке Игниса, не согласилась Аква.

— Вот именно, — устало махнула рукой я, наконец, поверив в то, что здесь — мой дом, страна, где я родилась, — перед происхождением, а не передо мной.

— Так ты пока ничего и не сделала, — терпеливо продолжил увещевать меня Аэрос, — докажи своими поступками, что ты истинная королева.

— Мне это не нужно, — продолжила я упрямо сопротивляться.

— Неужели жертва твоей матери будет напрасна? — тихо вопросила Терра, самая спокойная из всех четверых, и в зале повисло гнетущее молчание.

Мама… Тот портрет, оказывается, был не ее. Я столько раз, стоя перед ним, мечтала хоть на миг увидеть её вживую, почувствовать тепло ласковых рук. Она ради меня отказалась от всего, предпочла человеческую, очень короткую жизнь, только чтобы её единственного ребенка не нашли недруги. А я… я сейчас предаю её память, если я сейчас отступлю, то предам всё, за что она боролась, спасая меня…

— Но смогу ли я? — мой неуверенный взгляд блуждал по лицам Стихий.

— Тебе помогут, — ласково улыбнулась Терра, чувствуя, что я как никогда близка к принятию правильного решения. — И мы тоже будем рядом.

— Хорошо, — сдалась я, словно нырнув со скалы в оглушающее холодный поток, — пусть всё будет так, как должно.

— Мы знали, что ты примешь правильное решение, — серьезно кивнул Аэрос.

— Да я и сама этого не знала, — горько усмехнулась я, понимая, что теперь назад пути отрезаны, а мосты сожжены. — А хватит ли мне сил?

— Мы дадим их тебе, — торжественно провозгласила Терра.

— Принимаешь ли ты свою судьбу, принцесса Имирэль? — грозно вопросил Игнис.

— Да, — обреченно прошептала я, всё ещё не уверенная в правильности принятого решения.

— Тогда прими это, — застегнула на мне тонкую цепочку Аква. — Нам не нужны силы Алеины. За проявленное мужество они твои по праву.

Медальон, до этого покоившийся на алтаре, уютно устроился на моей груди, а тусклые камни ярко мигнули, и по всему телу разлилось приятное тепло, проникая во все его уголки.

— Мама, — прошептала я, ласково погладив украшение, единственное, что мне осталось от неё.

— И еще, прими вот это, — Игнис поднес мне ажурную диадему, увенчанную таким же, что и медальон, узором из четырех разноцветных камней.

— Что это? — поинтересовалась я, когда великолепное украшение оказалось возложенным на мою голову.

— Корона, — ухмыльнулся он, — конечно, не мужской вариант, но это — символ королевской власти, одобренной нами.

И от диадемы, словно хлынул поток воды, омывая меня с головы до ног. Я испуганно зажмурилась, не решаясь пошевелиться.

— Посмотри, — снова повернула меня к зеркалу Аква. Прежнее платье исчезло, а вместо него на мне красовались ослепительно белые, свободно ниспадающие одежды, украшенные искусно вышитым затейливым золотым узором.

— Королевский церемониальный наряд, — пояснила Терра удивленной мне.

— Меня ждет церемония?

— Тебе пора появиться на Совете, — объяснил Аэрос. — И лучше будет это сделать в полном облачении. Иди.

И они расступились, подталкивая меня к выходу.

— И помни, мы всегда рады тебе, — раздалось вслед. — Правь мудро и справедливо. Если понадобится помощь — приходи.

Я неуверенно сделала пару шагов и в нерешительности остановилась, а потом обернулась. В зале никого не было, только четыре статуи немного грустно улыбались, стоя на своих постаментах.

Ну, что же, придется привыкать к новой венценосной роли и начинать это прямо сейчас. Я гордо выпрямилась. Так, для начала наведаемся на Совет и отправим Гемму домой. Уверена, её появление вынудит герцога Валоо освободить мою семью. Семья… Неужели у меня теперь её нет? Неправда, они навсегда останутся моей семьей, несмотря на то, что я превратилась в эльфийку. Значит, будем решать проблемы по мере их поступления. Так, кивнув самой себе, я направилась к выходу.

Интересно, как же открываются эти двери? Я взмахнула руками, как птица крыльями, и тяжелые створки распахнулись, открыв моему взгляду собравшуюся перед Храмом толпу и вещавшую со ступеней ли'ин Альфекку:

— Вы слышали её крик, значит, жертва принята. Я верю, сегодня Стихии пошлют нам истинную королеву.

— Боюсь, уважаемая, — не смогла сдержаться от колкости я, — Стихии скорее пошлют вас с вашими странными методами их ублажения.

Потрясенные лица всех присутствующих одновременно уставились на меня. А потом по толпе разнесся благоговейный шепот:

— Королева… Королева… Хвала Стихиям…

И все, как один, постепенно начали опускаться на колени и склонять головы.

— Что? — испуганно вскрикнула Альфекка, оборачиваясь ко мне. — Ты?!

— А кого вы ожидали увидеть? — иронично изогнув бровь, поинтересовалась я.

— Но… не может быть… — продолжала повторять эльфийка, пятясь.

— Я тоже так думала, — горькая усмешка исказила мои губы.

Вон, значит, как. Унижать беззащитную девушку — это мы запросто. Посмотрим, что ты скажешь, когда она узнала, кем является на самом деле.

— Какую кару наложит на меня её величество за все оскорбления? — понурив голову, смиренно вопросила Альфекка.

Что ж, хоть тут она повела себя достойно, сумев принять поражение в этой партии.

— Мне не за что тебя карать, разве что за гордыню, но и это — не моя прерогатива, — покачала головой я. — Освобождаю тебя от должности регента и разрешаю отбыть в одно из загородных имений до захода солнца.

— Благодарю вас, — радостно выдохнула Альфекка, не ожидая, что удастся так легко отделаться — мало ли что взбредет в голову девчонке, на которую неожиданно свалилось бремя власти.

— Встаньте все, — мой звонкий голос разнесся над притихшей площадью, распугав стайку птиц.

Толпа послушно поднялась. Все взгляды, полные надежды устремились на меня.

— В нашем государстве нужно установить мир и порядок, вернуть ему прежнее процветание, — начала я, — но без вашей помощи мне не справиться. Поддержите ли вы меня?

На мгновение после моей речи воцарилась гнетущая тишина, и я уже испугалась, что сейчас меня побьют камнями, но тут над площадью разнеслось:

— Да здравствует королева!

Отлично, население вроде одобряет смену правителя. Как же теперь побыстрее попасть во дворец и сорвать гнусные планы Растабана? Мой взгляд выловил в толпе одного эльфа в форме гвардейцев, что сегодня сопровождали Регула.

— Ты, — указала я на него пальцем, и толпа мгновенно расступилась, — подойди.

Он послушно приблизился ко мне и почтительно опустился на одно колено, склонив голову:

— Ваше величество.

— Встань, — улыбнулась я. Так, нужно срочно менять этикет, а то все так и норовят при виде венценосной особы бухнуться ниц. — Мне нужно попасть во дворец.

— Я с радостью доставлю вас, моя королева, — просиял эльф, по моему приказу вскакивая с колен.

 

Глава 5. Явление королевы высокому собранию

Коляска, управляемая гвардейцем, стремительно неслась по мостовой, заставляя прохожих удивленно оглядываться вслед. Я нервно постукивала выбивая неизвестный мотив. Кажется, опаздываем уже основательно. Надо поскорее попасть туда и прекратить весь этот фарс, и, боюсь, Регулу без моей помощи будет тяжко. Быстрее…

— Давай к воротам в сад, — скомандовала я вознице.

— Ваше… — начал он, но замолчал под моим красноречивым взглядом. — Как прикажете.

Я выпрыгнула из коляски, едва она остановилась, не дожидаясь, пока кто-нибудь подаст мне руку. Чай не немощная. Гвардейцы у ворот скрестили, было, алебарды, но, разглядев, кто перед ними, почтительно опустились на одно колено:

— Моя королева.

Я торопливо прошла в сад по направлению к уже знакомой галерее, проигнорировав их верноподданнический порыв — сейчас моего вмешательства требуют более безотлагательные дела.

— Альхена! — окликнула я юную эльфийку, разглядев между деревьями тонкий силуэт.

Она, услышав окрик, вздрогнула и обернулась. При виде меня её лицо приняло выражение крайнего изумления и замешательства.

— Ваше величество, — наконец, совладала она со своими эмоциями, подходя ближе и норовя бухнуться на колени. Надо же, какой кругом пиетет к коронованным особам.

— Нет времени, — схватила я за руки эльфийку, не давая ей подмести подолом пол. — Проводи меня в зал совета.

— Следуйте за мной, — понятливо кивнула она и быстрым шагом направилась к знакомой мне галерее.

Спустя минуту блужданий в переплетениях коридоров, Альхена вывела меня в один из еще не знакомых, оканчивающийся тупиком, а точнее огромными резными дверями.

— Совет проходит там, — почтительно склонившись, кивнула девчушка, указывая в сторону охраняющих важное мероприятие гвардейцев, замерших навытяжку.

— Спасибо, ты свободна, — отпустила я неловко переминающуюся с ноги на ногу эльфийку.

— Рада услужить королеве, — пискнула она и в мгновение ока скрылась из виду. Видимо, побежала рассказывать остальным обитателям дворца ошеломительную новость.

Я торопливо двинулась в сторону дверей.

— Вход запрещен, — сообщил один из гвардейцев.

— Разве? — вопросила я, иронично приподнимая бровь и подходя ближе, позволяя рассмотреть, кто это тут пожаловал.

Несколько мгновений гвардейцы разглядывали меня с выражением крайнего потрясения на лицах, а потом слаженно рухнули на одно колено, подобострастно выдохнув:

— Моя королева.

— Тихо, — шикнула я на них, подбираясь поближе к двери, когда услышала голос Растабана. — Встать.

Гвардейцы резко вскочили и снова вытянулись в струнку. Знаю, что не подобает мне теперь элементарно подслушивать под дверями, но иногда можно узнать таким способом много чего интересного.

— Позвольте представить нашу будущую королеву, принцессу Имирэль, — торжественно изрек младший Аль де Рамин.

— Так-так, — отозвался Цебальрай, — вы все-таки отыскали её. Тогда пусть продемонстрирует свои способности.

— Она так долго жила среди людей, что пока в полной мере не владеет ими, но её медальон однозначно доказывает, что это именно потерянная нами правительница, — снова пояснил брат Регула.

— Допустим, — услышала я незнакомый голос, — но как она будет править в столь юном возрасте, да еще пребывая наполовину человеком.

— Я предлагаю принцессе свою руку, — не замедлил Растабан, — и гарантирую совету, что обучать её будут наши лучшие мастера. Я же в свою очередь помогу принцессе разобраться в тонкостях управления государством.

— Никогда! — раздался полный негодования голос князя.

— А вот это решение принимать не тебе, братец, — язвительно заметил его оппонент.

Нет, ну каков нахал! Моё возмущение было готово выплеснуться наружу. Значит, князь был прав насчет этого проходимца…

— И если совет не против, — продолжил Растабан, — я официально предлагаю принцессе Имирэль руку и сердце.

— Совет не возражает, — через некоторое время отозвался снова незнакомый голос, — а что скажет сама юная особа? Согласна ли ты, принцесса Имирэль, принять предложение многоуважаемого князя Растабана аль де Рамина?

Так, по-моему, пора вмешаться… Я снова взмахнула руками, как тогда в Храме, и резные створки распахнулись, с грохотом ударившись о стену.

— Принцесса Имирэль отклоняет ваше предложение князь, — выдохнула я, входя в залу.

— Кто посмел? — раздалось шипение Растабана, обернувшегося ко мне и мгновенно замершего. Взгляды всех потрясенно оцепеневших присутствующих, которых оказалось около десятка, уставились на меня.

— Наконец-то, моя королева, — услышала я голос опускающегося на одно колено Регула, ласкающего меня сверкающим взглядом.

— Так-так, — задумчиво побарабанил пальцами по столу эльф, чей голос я слышала из-за двери, — похоже, князь Растабан, вы ошиблись. Принцессы больше нет — есть королева.

Действительно, существенная поправка. Теперь взгляды всех восседающих за круглым столом оценивающе обшаривали меня. Возраст присутствующих я определить не могла — они казались молодыми мужчинами, но некоторые с мудрыми старыми глазами, как и незнакомец, голос которого я слышала из-за двери. Лишь Цебальрай хищно смотрел на меня, задумчиво поглаживая подбородок.

— Но медальон… — истерично взвизгнула Гемма, прожигая меня отчаянным взглядом.

— Похоже, ты, подружка, забыла, — я поманила пальцем украшение, всё еще покоящееся на её груди и его мгновенно сдуло резким порывом ветра прямо мне в подставленную ладонь, — что это — МОЙ медальон, и ты носишь его с МОЕГО разрешения.

— Ты меня обманула, дрянь! — в бешенстве повернулся к Гемме Растабан и занес над ней руку для удара. — Испоганила все мои планы!

— Не смей! — хлестнула я, и Растабан медленно опустил руку, сжав её в кулак. — Регул, перестань подметать пол.

Князь послушно поднялся.

— Надеюсь, теперь у Совета нет вопросов относительно личности нашей королевы? — громогласно вопросил он.

— Теперь необходимость в Совете отпала, — согласился всё тот же эльф, а остальные начали подниматься, только Цебальрай остался на месте, не спуская с меня цепкого взгляда и сохраняя невозмутимое выражение лица. Так, похоже, всё же нужно опасаться этого холеного красавца. — После столь внушительной демонстрации и магических, и моральных качеств вашей новой королевы, мы можем откланяться. Ваше величество, примите наше искреннее восхищение.

— Благодарю, — я послушно подала руку для поцелуя.

— И всё же, — подал голос Цебальрай, — вы еще столь молоды и неопытны…

— Постараюсь справиться, — отозвалась я, не понимая, к чему он клонит.

— Но уже столь отважны. Поэтому, — выдержав эффектную паузу, продолжил эльф, — я предлагаю вам стать моей супругой.

Все потрясенно замерли, глядя на меня в ожидании ответа, да я и сама остолбенела. Столько предложений я не получала за всю свою жизнь, а тут в один день — два. Мда, прогресс налицо.

— Благодарю за лестное предложение, — фальшиво улыбнулась я, — но в перечень моих ближайших планов матримониальные точно не входят.

— Милая Имирэль, подумайте, — мгновенно поднявшись, не сдавался Цебальрай, — я предлагаю вам быть моей королевой, разделить со мной трон.

Я оглянулась на напряженно замершего Регула, и снова отрицательно покачала головой:

— Боюсь, мой ответ остается прежним. Ваш трон мне ни к чему, у меня, кажется, имеется собственный.

— Ну, хорошо, — немного плотоядно улыбнулся Цебальрай, — тогда беру в свидетели весь присутствующий здесь Совет. По закону Конклава в связи с длительным отсутствием законного правителя я, как ближайший сосед, имею право претендовать на ваши земли для обеспечения на них порядка. И вам, дорогая Имирэль, придется отстоять право владеть ими. Прошу Совет принести клятву невмешательства.

Я беспомощно оглянулась на помрачневшего Регула.

— Это худшее, чего можно было ожидать, — одними губами прошептал он.

— В лице государств, представляемых нами, приносим клятву невмешательства, — раздалось со всех сторон.

— Отлично, — довольно усмехнулся Цебальрай и наклонился к моему уху. — Я предложил вам самое простое решение, подумайте над моим предложением, — интимно прошептал он. — Так или иначе, я получу то, что мне хочется.

— Я подумаю, — потрясенно прошептала я ему.

— Всегда открыт для диалога, моя драгоценная королева, — уточнил он, чувственно целуя мою руку, — если передумаете, только дайте мне знать. А пока готовьтесь к битве — мои войска на подходе.

И он направился к выходу, а я успела заметить многозначительно сверкнувший в вороте рубашки медальон с полным набором камней.

От всего происходящего меня уже потихоньку начинала колотить крупная дрожь.

— Так, если мне кто-нибудь не объяснит, что всё это значит, — истерично начала я, — боюсь, последует безобразный скандал… И, пожалуйста, выделите покои ли'ин Гемме, её судьбу я решу немного позже. Глаз с неё не спускать!

Каждый член Совета вернулся на ранее занимаемое место, лишь кресло, на котором восседал Цебальрай пустовало, да Растабан лишил нас сомнительного удовольствия лицезреть его особу. Гемму, пребывающую в сильно расстроенном душевном состоянии по знаку Регула куда-то увели расторопные эльфийки и появившаяся словно из ниоткуда ещё одна пара гвардейцев.

— Прошу вас, — князь почтительно отодвинул свое кресло, предлагая мне сесть, чем я незамедлительно и воспользовалась, а сам неподвижной статуей застыл справа чуть позади меня.

Совет снисходительно ожидал конца моих маневров, но когда я окинула всех присутствующих изучающим взглядом, никто и не подумал начать разговор.

— Вопрос остается открытым, — напомнила я буравящим меня оценивающими взорами эльфам. Вот теперь-то мне стало понятно, что среди присутствующих особо юных не наблюдается — слишком серьезны и проницательны были взгляды, направленные на мою персону из-под ресниц.

— Думаю, мы не нарушим Клятву Невмешательства, если посвятим очаровательную Имирэль в те события, которые кажутся нам очевидными, а ей в новинку, — нарушил молчание всё тот же эльф, что вел переговоры с Растабаном, и оглядел своих соратников, задумчивыми кивками подтверждающих его правоту. — Цебальрай давно желал заполучить власть над этими землями — нашей древней родиной, но сделать это легитимным путем не представлялось возможным до сего времени. Не зря на сегодня был назначен Совет — ныне ровно двадцать лет с момента трагической гибели вашего почтенного отца. И если бы вы, истинная королева по рождению, не были найдены, Цебальрай законно стал бы новым правителем этой страны, основав новую династию четырехстихийных магов, ведь только они имеют право на трон. Мы предполагаем, что он причастен и к свержению вашего отца, и к оказанию помощи Силлуру, но, к сожалению, доподлинных доказательств этого нет. Теперь, когда его первоначальный план потерпел неудачу, он привел в действие запасной, тоже вполне законно обоснованный. Простите, милая Имирэль, но вам придется доказывать, что вы — достойный правитель.

— Путем гибели невинных жителей? — Негодующе фыркнула я, подавшись вперед.

— Увы, да, — развел руками эльф, — таковы наши древние традиции.

— Вопиюще жестокие традиции! — гневно вскрикнула я. — И почему нужно следовать каким-то глупым пережиткам прошлого?

— Осторожнее в словах, дорогая, — осуждающе покачал головой эльф, — за подобное непочтение к древним может последовать жестокая кара.

Я собралась было горячо возразить, но на мое плечо, успокаивая, легла теплая рука, и опрометчивые слова, готовые сорваться с губ, так и остались невысказанными.

— А теперь просим засвидетельствовать почтение вашему величеству, и позвольте всё же откланяться. Мы вышлем к вам своих наблюдателей, но больше вмешиваться не имеем права, — с легким полупоклоном встал эльф, остальные последовали его примеру, так и не приняв участия в разговоре, поочередно покидая зал собрания.

И только этот самый эльф, склонившись в поцелуе над моей рукой, тихо прошептал, проникновенно глядя в глаза:

— Это ваша битва, королева, примите её как должное.

— Благодарю за совет, — прошептала я ему вслед.

Что же делать? Ведь я совершенно не смыслю в большой политике. Возможно, моё согласие принять корону было слишком опрометчивым? И вот теперь пожинаю плоды собственной глупости? Почему за мои необдуманные поступки должны заплатить жизнью другие? Я склонила голову и спрятала лицо в ладонях.

— Мне придется принять предложение Цебальрая, — это решение казалось на данный момент единственно правильным.

— Нет, королева! — горячо возразил опустившийся передо мной на одно колено Регул, — это невозможно.

— Почему же? Так удастся избежать многих жертв со стороны теперь моего народа. Наши маги слабее их, нам не победить, — горько усмехнулась я. — Одна судьба взамен тысячи жизней.

— Здесь речь даже не о судьбе, — покачал головой князь и взял мои руки в свои ладони, — ваша жизнь будет висеть на волоске. Цебальрай захочет полной и безоговорочной власти, ведь даже если вы станете его супругой, всё равно останетесь нашей королевой. А он неприемлет полумер.

— То есть, — я недоверчиво нахмурила брови, — хочешь сказать, что Цебальрай попытается меня… убить?

— И преуспеет в этом больше, чем Алиа, — негромко добавил князь.

Мне на раздумья хватило и минуты:

— Ну, что ж, тогда одна жизнь в обмен на многие.

— Прошу вас, не совершайте опрометчивых поступков… — умоляюще прошептал Регул, а мою щеку тронул резко налетевший из окна порыв холодного, как в горах ветра. Горы… В моей голове родилась настолько безумная идея, что я будто сумасшедшая принялась хохотать, откинувшись на спинку кресла и утирая слезы. Регул в ужасе смотрел на меня, не понимая причин столь неадекватного поведения.

— Моя королева… Имирэль…

— Перестань выкать, — нервно вскрикнула я. Уже в печенках сидит подобное обращение, как с дорогой хрустальной вазой, на которую даже чихнуть все боятся, а уж несанкционированный взгляд бросить, так вообще.

— Я не имею права обращаться к моей королеве по-другому, как и кто-либо еще, — слегка грустно улыбнулся мне Регул. — Вам нужно принять это как должное.

— Ну, хорошо, — неожиданно для князя слишком легко сдалась я, обнимая его, — нужно быть сильной, а Цебальрай получит свой бой, если так желает.

Я вскочила и принялась нервно ходить по зале, не зная с чего начать — военному искусству не обучена. Значит, нужно пригласить того, кто им владеет.

— Граффиаса и Шератона ко мне, — коротко распорядилась я, — и пусть карты местности прихватят.

Гвардеец, до этого безмолвной статуей стоявший у двери, резво рванул исполнять моё поручение. Что-то подсказывает мне, что темный ой как пригодится в нелегком деле планирования. Во время путешествия вон как здорово придумал уловку с Вратами — не подкопаешься.

— Регул, сядь, — мне уже надоело смотреть, как эльф подметает полами одежд паркет залы, постоянно пребывая в коленопреклоненной позе. Еще заработает себе радикулит — в таком-то возрасте выделывать подобное.

— Мне не пристало сидеть, когда стоит моя королева, — напомнил князь местные правила этикета, однако, при напоминании, что я всё-таки благополучно сижу, с колена поднялся.

— У меня возникла одна идея, — поспешила я поделиться с Регулом собственными мыслями. Он весь собрался и превратился в слух. — Во время перехода через горы мы встретили элементалей и Призрачный Легион, помнишь?

— Забудешь такое, — иронично ухмыльнулся князь. — Но чем это может помочь нам?

— Они задолжали мне услугу за своё освобождение, вот он, наш шанс, — торжествующе улыбнулась я.

— Но почему вы думаете, что они не откажут нам в помощи?

— Ох, какой же ты недоверчивый, — лукаво протянула я, — но этот вопрос позволь уладить мне самостоятельно.

— Моя королева, — раздался голос вошедшего Граффиаса, и эльф щелкнул каблуками и склонил голову в знак почтения перед моей царственной особой.

— Нет времени на церемонии, — отмахнулась я. — Раскладывай карту.

— Регул, что… — услышала я возглас буквально влетевшего Шератона, но тут же замершего на пороге, недоверчиво рассматривая меня. — Нуар?

Темный сначала потрясенно разглядывал меня, не веря своим глазам, а потом слегка прикрыл веки и удовлетворенно улыбнулся:

— Я же говорил, что ты не та, за кого себя выдаешь, и, вижу, оказался прав. Это твоя настоящая сущность. Однако масштаба метаморфоз я, похоже, не оценил. Мое почтение, пресветлая.

Ну вот, и этот туда же, а ведь не является моим подданным. Хотя, может, не хочет заранее портить отношения, непризнанный дипломат…

— Нет времени на расшаркивания, — строго проговорила я, окидывая взглядом присутствующих, — поэтому прошу без лишнего пиетета. Граффиас, что сообщает разведка?

Огромная карта скатертью расположилась на немаленьких размеров столе, накрывая его почти полностью.

— Флот его величества Цебальрая здесь, — ткнул пальцем в синее поле эльф, — в двух днях пути.

— Сколько кораблей? — деловито поинтересовался Регул.

— Около трех десятков, — не замедлил сообщить информацию Граффиас.

— Маги? — уточнил Шератон.

— Примерно три тысячи. Все не ниже второй степени.

— Что значит степени? — решила уточнить я незнакомое понятие.

— В-общем, количество отсутствующих в медальоне камней, — поморщился Регул. — Но тут еще могут быть нюансы, зависящие от сил самого мага.

— Например?

— Я — маг первой степени, несмотря на то, что владею только огнем, — пояснил Регул. — Граффиас — тоже первой, он не управляет лишь водой.

Глава тайной службы вытащил из-за ворота медальон и продемонстрировал мне три камня.

— Но таких, как он, у нас крайне мало, — огорченно кивнул головой Регул. — Едва ли пять сотен насчитается. Шератон, а ты…

Темный поднял взгляд на вопросительно сдвинувшего брови князя.

— Прости Регул, — усмехнулся он, — но я тебя разочарую — не владею стихийной магией абсолютно, тут я скорее теоретик.

— Жаль, — вздохнул эльф, получив не совсем ожидаемый ответ. — Твоя помощь была бы нам очень кстати, каждый маг на счету.

Это всё, конечно, интересно, но хотелось бы узнать свое место в обсуждаемой системе и вернуться к делу.

— А маг какой степени я? — Был адресован окружающим мой следующий вопрос.

— Все четырехстихийные стоят вне иерархии, — терпеливо пояснил Регул, — они превосходят остальных и им доступны такие заклинания, о которых мы и мечтать не смеем, например, телепортация. Жаль, нет времени на твое обучение…

— Жаль, — согласилась я, пожимая плечами. Надеюсь, памяти моих предков, которой меня одарили стихии, будет достаточно, чтоб хотя бы не опозориться.

И всё же, сейчас главное — составить план боевых действий. Я снова уселась на свое кресло и обвела взглядом присутствующую троицу:

— Какие будут предложения по дальнейшему ведению военной кампании? А то я, знаете ли, вообще-то девушка, мне быть в курсе таких вещей не положено, хотя теперешняя должность обязывает.

— Его величество скорее всего высадится вот здесь, в долине, — ткнул в точку на карте Граффиас.

— Скорее всего, — задумчиво потер подбородок Регул, — столицу с моря атаковать нецелесообразно — она надежно защищена древней магией, да и такому флоту в заливе не развернуться. Плюс Цебальрай ищет именно сражения, поэтому и уклоняться от боя не будет.

Что ж, хоть одна хорошая новость.

— Придется встретить Цебальрая там, — нерешительно протянула я, обуреваемая огромным числом сомнений в правильности своего решения.

— Но силы слишком неравны, — не согласился Шератон. — Твоим магам против его армии не выстоять.

— Значит, пора достать пару тузов из рукава, — загадочно и слегка хищно улыбнулась я и подмигнула пребывающему в курсе дела князю. — Граффиас, расположишь нашу немногочисленную армию подковой вот тут.

Мой палец прочертил по карте линию вдоль холмов.

— Будут бросать заклинания оттуда. Смогут с такого расстояния? — вопрос предназначался уже Регулу.

— Далековато, конечно, но, думаю, проблем возникнуть не должно, — кивнул князь.

— Отлично.

— Простите, ваше величество, — вмешался Граффиас, — но это больше похоже на резерв. Откуда же взять основные силы?

Три пары глаз вопросительно уставились на меня. А я только загадочно улыбнулась:

— Позвольте мне самой решить эту проблему. Граффиас, займись расположением войск, Регул, прошу, разузнай, куда запропастился твой разлюбезный братец, а то чувствует моё сердце, он нам доставит еще хлопот. Завтра в полдень жду вас в этом же составе и с хорошими новостями.

Оба эльфа сосредоточенно кивнули, и глава Тайной Стражи, собрав карту, поспешил откланяться.

— Моя королева, — раздался голос вошедшего гвардейца.

— Я слушаю, — все мое внимание было обращено на новоприбывшего.

— Вашей аудиенции просит Гранд Ректор.

Я вопросительно приподняла бровь и обратила недоумевающий взгляд на замершего по мою правую руку Регула.

— Гранд Ректор — глава магической академии, на эту должность выбирается наиболее уважаемый и одаренный маг, — прошептал он.

— Проси, — кивнула я гвардейцу.

— Мне уйти? — тихо поинтересовался Шератон, вероятно, чувствуя себя здесь слегка лишним.

Я только молча указала одними глазами слева от себя, и темный без возражений занял предложенное место. Почти сразу дверь отворилась, и на пороге появился уже немолодой эльф в светлых (как собственно и большинство населения этой страны) одеждах, с пепельно-серебристыми прядями в золотых волосах.

— Приветствую, моя королева, — склонился он.

Я сошла навстречу ему с моего импровизированного трона и протянула руку:

— И я рада знакомству с вами, Гранд Ректор.

Хотя, вообще-то, вы и не очень-то изменились. Только серебра в волосах чуть больше, чем тогда, в моем видении.

— Простите мне мою дерзость, — начал он, — но мне доложили, что наконец-то нашлась пресветлая королева, то есть вы, и что вам угрожает опасность.

— Вы правы, — вздохнула я, проигнорировав первую часть тирады, — Цебальрай угрожает мне войной.

— Он всегда был честолюбивым мальчиком, — осуждающе покачал головой Гранд Ректор. — Но мне также доложили, что вы не хотите воспользоваться силами наших магов, ваших подданных.

— И это правда, — подивилась я осведомленности эльфа. Не иначе, у этих стен имеются огромные уши. — Я бы предпочла избежать лишних жертв.

— Я понимаю, — немного виновато продолжил эльф, — что у вас нет причин доверять нам, особенно после столь подлого поступка Альтаира, которого даже я считал своим другом. Но позвольте доказать, что мы по-прежнему верны королевской семье. Ведь если королева отказывает нам быть её защитниками — это несмываемый позор, который ляжет на всех нас.

Вот это да! Оказывается, у здешних обитателей свои понятия о совести и чести, в отличие от Альтаира. При воспоминании о нем меня слегка передернуло. Не ожидала я и такой пламенной речи Гранда Ректора. Так рьяно защищать девчонку, по недоразумению оказавшуюся юной королевой. Я потрясенно взирала на ожидающего ответа эльфа.

— Принимаю вашу помощь, Гранд Ректор, и очень признательна вам за нее, — улыбнулась я.

— О, благодарю, моя королева, мы не подведем вас.

— Не сомневаюсь. Граффиас введет вас в курс дела.

Эльф на прощанье поцеловал мою руку и удалился так же стремительно, как и появился, гордо расправив плечи.

— Что это было за выступление? — повернулась я к Регулу.

— Маги Академии — надежа и опора, щит и меч её законного правителя, избранного Стихиями, кем бы он ни был. И отказ от их услуг — несмываемый позор для отвергнутых.

— Ох, сколько же у вас странных традиций, — устало протянула я, снова присаживаясь в кресло. — Даже если и знаешь все, то уж точно не упомнишь.

— Для этого и нужен Главный Советник, — пояснил князь. — Кстати, моя королева, нужно собрать Совет.

— Ты прав, — согласилась я, хотя уже порядочно устала от всех этих церемоний. — Но возможно это сделать хотя бы ближе к вечеру? Сил уже нет никаких.

— Мда, первый день правления был крайне насыщенным, — сыронизировал Шератон.

— Еще как, — хмыкнула я, — теперь хотя бы минутку покоя.

— Увы, это будет нескоро, — разочаровал меня Регул.

— Тогда, — раздался мой тяжелый вдох, — созывай Совет на шесть.

— Как прикажет моя королева, — снова поклонился Регул, а я возвела глаза к потолку. Нет, он меня точно в могилу вгонит. Пойду-ка я лучше прилягу, да в одиночестве и тишине переварю все события, не то голова от обилия впечатлений просто лопнет на мелкие черепки.

— Постараюсь не опоздать, — не смогла удержаться, чтоб не подурачиться, я.

— Кстати, — напомнил Шератон, довольно улыбаясь, словно в предвкушении громадной пакости, — королеве нужны фрейлины, дабы исполнять любые ее капризы.

Я представила толпу следующих по пятам и непрестанно щебечущих эльфиек, и мне резко поплохело. Ни на минуту ж не оставят в покое свою драгоценную королеву, то бишь, меня. А тишина и одиночество мне пока еще дороги.

— Шератон, дорогой, — прошипела я, — мне иногда хочется придушить тебя за некоторые «добрые» советы. А главное, своевременные.

— Этот вопрос мы тоже решим, — совершенно серьезно отозвался Регул. — Сегодня же предоставлю вам список кандидаток.

Нет, точно придушу всех, и Регула, как самого ретивого, в том числе.

— Вы еще провожатого мне приставьте, чтоб ненароком во дворце не заблудилась, — язвительно произнесла я.

— Будет исполнено, — незамедлительно отрапортовал Регул и задорно улыбнулся мне, — королева еще что-нибудь желает?

Точно придушу. Шератон уже явно потешался, наблюдая за подобным безобразием.

— Королева желает покоя, — выдала на прощанье я и, гордо подняв голову, зашагала прочь, наконец, переведя дух только оказавшись надежно скрытой дверью от этих интриганов.

И тут же из бокового прохода материализовалась Альхена, немедленно склонившаяся в реверансе, ожидая приказаний.

— Проводи меня в комнату, — попросила я, понимая, что сама дорогу туда при всем желании не найду.

— Прошу следовать за мной, — незамедлительно отреагировала Альхена, увлекая меня по уже смутно знакомым коридорам. Надо срочно учиться ориентироваться на местности, а то так и буду ходить, как немощная, с поводырем.

Наконец, я добралась до собственной двери, которую и открыла мне эльфийка, пропуская вперед. Я вошла и неэстетично плюхнулась на кровать, давая покой своим дорогим конечностям, а прежде всего голове, прислонив пылающий лоб к прохладному покрывалу.

— Простите мою дерзость, ваше величество, — услышала я нерешительный голосок Альхены, так и топчущейся у порога, и повернула к ней голову, не меняя положения.

— Прощаю. В чем дело? — устало поинтересовалась я.

— Нужно назначить вам личную компаньонку, — выдала эльфийка. — Приготовить вам список кандидаток?

Так, еще одного списка моей хрупкой психике, боюсь, не выдержать.

— А ты подходишь на роль моей компаньонки? — поинтересовалась я, придирчиво рассматривая зардевшуюся Альхену.

— Это была бы большая честь для меня, — взволнованно прошептала она.

— Тогда назначаю тебя на эту должность, и можешь приступать к новым обязанностям, — озвучила я своё решение обрадовано вздохнувшей эльфийке. — А сейчас дайте мне хоть немного покоя. В-общем, ближайший час никому меня не беспокоить. А еще лучше — поставить к моим дверям пару крепких гвардейцев, чтоб они отваживали особо настойчивых.

— Как пожелает королева, — легко склонилась в реверансе Альхена и умчалась выполнять поручения.

Так, хватит валяться на кровати и мять церемониальное платье — оно у меня пока единственное. Я нехотя поднялась и присела на мягкий стул перед зеркалом, рассматривая свое новое лицо. Отражающаяся красавица немного грустно улыбалась мне, и при более пристальном рассмотрении можно было обнаружить прежние черты на этом безупречном личике. Теперь надо придумать, куда класть диадему, не буду же я в ней ходить постоянно. Да и как спать с подобным пыточным сооружением на голове — надавит же всё на свете. Хотя нет, преувеличиваю — веса диадемы я не ощущала совсем, да и голову она не сдавливала ни капельки, словно под меня была сделана. Теперь главное — не потерять её, а то ж с меня станется, и будет потом все государство потешаться над нерадивой королевой, умудрившейся лишиться короны по собственной невнимательности.

Я попыталась снять диадему, но она не подавалась, будто приклеенная к волосам.

— Так, без паники, — принялась я себя уговаривать, чувствуя, что еще чуть-чуть, и спокойствие покинет меня. Ясное дело, что с этой регалией власти не всё так просто, но не бежать же спрашивать у Стихий, что к чему, через половину города. Я нервно заметалась по комнате, пытаясь сходу сообразить, кто может оказать посильную помощь в снятии упрямого предмета туалета, как за дверью послышался какой-то приглушенный шум и возня. Ну, просила же не беспокоить…

Я резко распахнула створки дверей и увидела скрестивших пики гвардейцев и буравящего их недобрым взглядом Регула.

— Что случилось? — охнула я, когда князь перевел свой взгляд на меня.

— Гвардейцы отказывались пропустить меня в ваши покои, — склонился он. — Утверждают, что королева час не желает никого видеть.

— Так и есть, — пожала плечами я, внутренне улыбаясь произведенному эффекту. Вот уж не думала, что любое пожелание будет выполняться с таким рвением и тщательностью. — Но тебе я всегда рада.

При этих словах гвардейцы развели пики в разные стороны и замерли, вытянувшись в струнку и, кажется, даже не моргая. Я прошла вглубь комнаты, предоставляя Регулу свободно следовать за собой, и снова в задумчивости присела перед зеркалом. Ну что за упрямая диадема, никак не желает сниматься. Я раздраженно поморщилась и бросила сие неблагодарное занятие.

— Что-то случилось? — мой вопрос был адресован не спускающему с меня горящего взгляда князю.

— Я подготовил список членов Совета, — ответил он, передавая мне перевязанный лентой свернутый трубочкой пергамент, — будет полезно ознакомиться до собрания, чтоб иметь представление о каждом из присутствующих.

— Хорошо, прочитаю, — легко улыбнулась я, перекидывая пергамент на кровать. Да, имею дурную привычку читать лежа, и ничего не могу с ней поделать, и, собственно, не особо стремлюсь избавиться.

— Еще хотелось бы узнать ваши пожелания по поводу организации торжественного бала. Нужно представить вас народу и влиятельным домам.

— Боюсь, сие мероприятие придется отложить до лучших времен, по крайней мере, пока не решится проблема с Цебальраем, — поморщилась я, вспоминая все нудные балы, на которых мне доводилось присутствовать.

— Вот еще список претендентов на должность Главного Советника, — замялся Регул, снова передавая мне пергамент.

Я задумчиво повертела его в руках, не торопясь разворачивать. Неужели князь решил оставить меня на произвол судьбы?

— Регул, если не ошибаюсь, то сейчас сей важный пост занимаешь ты? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Вы правы, моя королева, но будет правильным назначить кого-то более опытного.

— Тебе хватило опыта управлять государством в отсутствие венценосной особы в течение двадцати лет, — не согласилась я, — и после этого ты предлагаешь мне искать тебе замену?

— Да, — продолжил упорствовать эльф.

— Меня вполне устраивает твоя кандидатура, — громко объявила я, а уже тихо, чтоб слышал только Регул, добавила, глядя прямо в его бесконечно глубокие пронзительно голубые глаза. — Ты нужен мне, я хочу, чтоб ты был рядом.

Эльф склонился в нежном поцелуе над моей рукой, и я услышала жаркий и немного грустный шепот:

— Как бы я хотел, чтобы эти слова были сказаны при других обстоятельствах.

И, коротко поклонившись, князь стремительно вышел, оставив меня в гордом одиночестве теряться в догадках, что он хотел сказать этой фразой.

Я оставила в покое многострадальную диадему, здраво рассудив, что перед Советом лучше всё-таки появиться в полном королевском облачении, дабы сразу произвести нужное впечатление. Так-с, теперь посмотрим, что тут наваял нам Регул. Я удобно расположилась на подушках и развернула свиток. Там оказалось около десятка имен с указанием занимаемой должности и кратким описанием самих советников. Занятное чтиво. Настолько занятное, что спустя довольно краткое время мои глаза стали непроизвольно закрываться. Я встряхнула головой, прогоняя дремоту, но она навалилась с новой силой, повергая меня в пучины сна.

— Ваше величество, проснитесь, — раздался почти над ухом шепот, и я подскочила, словно ужаленная пчелой за какое-нибудь стратегически важное место, не сразу поняв, что окликают именно меня.

— Что? Кто? — от резкого пробуждения в гудящую, как чугунный котел, голову более дельного ничего не пришло.

— Прошу прощения, — поклонилась Альхена, — но вас ждут в Зале Совета. Все уже в сборе.

«Неужели я столько проспала?» — толкнулась в голову первая мысль.

Я потерла руками лицо, окончательно прогоняя снова желающий заполучить меня в свои жаркие объятия сон, и поднялась с ложа.

— Уже иду.

Так, кажется, я во дворце уже хоть немного ориентируюсь, вон, иду по коридорам без постороннего сопровождения. Ура, топографический кретинизм отступает! В унисон моим мыслям гвардейцы с поклоном услужливо распахнули знакомые резные двери, пропуская меня внутрь. Все, и правда, были уже в сборе. Как только я вошла, разговоры моментально стихли, а острые, как перекрещенные шпаги, взоры устремились на мою скромную персону.

— Рада приветствовать уважаемых членов Совета, — улыбнулась я, подходя к единственному свободному креслу во главе овального стола.

— И мы рады видеть вас, пресветлая, — склонился к моей руке Регул, до этого пребывавший неподвижной статуей справа от предназначенного мне места для сидения.

Эльфы дружно поднялись со своих мест и так же дружно отвесили по поклону моей особе. Нет, ну не могу я никак привыкнуть, что при виде меня все норовят либо бухнуться на колени, либо на крайний случай хотя бы поклониться. Вся честная компания не торопилась занимать свои кресла. Ах, точно, они же ждут от меня хоть какого-нибудь знака.

— Прошу вас без лишних церемоний, — легко улыбнулась я настороженно замершим эльфам, — присядем и начнем Совет, у нас наверняка крайне много дел.

Я первой опустилась в кресло, и моему примеру последовали остальные. Однако никто не решался заговорить первым, все только непрерывно изучающе смотрели на меня. Ну вот, снова придется брать инициативу в свои хрупкие руки.

— Для начала мне очень хотелось бы познакомиться с каждым из вас, — решила я разрядить накаляющуюся обстановку. — Уверена, кто я — вы все уже и без того знаете.

— Вы так похожи на своего отца, — вдруг выдохнул один из эльфов справа от меня.

— Благодарю, — слегка покраснела я. С отцом меня еще никто не сравнивал, с настоящим отцом, который, как оказалось, был здесь правителем, оставившим след в сердцах своих подданных, раз они так принимают меня, его дочь.

Увидев мои порозовевшие щеки, эльфы слегка заулыбались (,) и, кажется, заметно расслабились. Отлично, обстановка вроде разряжается.

— И всё же, прошу вас представиться.

Это повторное предложение не вызвало такой настороженной реакции, как в прошлый раз. Каждый из присутствующих поднимался и, назвав свое имя и занимаемую должность, церемонно целовал мою руку. Мда, запомнить я их всех с первого раза, конечно, не смогу, но, думаю, со временем Регул мне поможет. А сейчас он просто отдал инициативу в мои руки. Я обернулась на Главного Советника. Он ободряюще тепло улыбнулся мне, подтверждая, мол, всё делаешь правильно. Я в ответ совсем не по-королевски состроила ему потешную рожицу, и князь сначала едва сдержался, чтоб не расхохотаться, а потом нахмурился, украдкой погрозив мне пальцем. Ну вот, уже и подурачиться нельзя…

Когда эльфы, наконец, расселись по своим местам и снова сосредоточили на мне всё свое внимание, я начала:

— А теперь хотелось бы сделать заявление.

Вокруг сгустилась звенящая тишина, и только заинтересованные взгляды блуждали по мне.

— Как вы знаете, сейчас у нас не самая лучшая ситуация — Цебальрай в открытую объявил мне войну, — по залу пронесся легкий шепоток, но я, тем не менее, продолжила, — поэтому сейчас мне нужно подготовиться к сражению. У меня нет ни времени, ни желания, да и, собственно, причин заниматься перестановками в Совете. Князь Регул так же остается Главным Советником, как и вы теми, кем являетесь сейчас. А теперь на этой ноте позвольте закончить наше собрание.

Совет возбужденно загудел, как потревоженный улей.

— Мы рады служить нашей королеве, — услышала я со всех сторон.

— Благодарю вас. И, тогда, позвольте откланяться.

Церемонные поклоны со всех сторон сопровождали меня, пока я, поддерживаемая под руку Регулом, шла к уже распахнутым дверям.

— Ну, как я? — поинтересовалась я у князя, наконец, оказавшись в собственных покоях и растянувшись на кровати.

— Вы были просто великолепны, моя королева, — улыбнулся Регул, снова кланяясь.

— Прекрати, — поморщилась я, — за сегодняшний день твои слова «моя королева» и, наверное, сотый поклон начинают меня раздражать.

— Но таковы правила этикета, — продолжил упорствовать Регул.

— То есть, — мое любопытство высунуло мордочку из глубин сознания, — теперь ты будешь обращаться ко мне только так?

— Да, — выдохнул Регул, прожигая меня взглядом.

Легкая горечь затопила меня. Неужели его отношение ко мне изменилось всего лишь из-за этой проклятой короны? Вместо искренности теперь я буду получать только эту безукоризненно вежливую заботу верного подданного? Куда же делся тот пылкий Регул, что сопровождал меня на протяжении всего пути сюда? Когда появился этот холодный отстраненный незнакомец?

— Регул, — выдохнула я, подходя практически вплотную к князю и впиваясь взглядом в его неуловимо потемневшие голубые глаза.

— Да, моя королева, — страстный шепот, ставший мне ответом, но место которому не здесь, а в более интимной обстановке, когда в мире существуют только двое.

— Я прошу тебя…

— Всё, что будет угодно моей королеве…

Да что ж это за безобразие! Он же прыгнет с самого высокого шпиля, если я ему прикажу.

— Тогда, — яростно прошипела я, — перестань изображать из себя послушную марионетку. Неужели нельзя относиться ко мне как прежде, ведь я всё та же Нуар, что и была…

На этом мой голос сорвался, и в комнате повисло молчание, нарушаемое лишь гулким стуком собственного сердца. Регул не шелохнулся, изучая горящим взглядом каждую черточку моего лица, а потом вдруг схватил в охапку и прижался к губам в неистовом поцелуе, сметающем на своем пути любые преграды. Мое сознание закружило в калейдоскопе новых ощущений, и я, не сумев удержаться на ногах, обмякла в крепких объятиях Регула. И тем неожиданнее было вмиг оказаться сидящей на кровати, когда князь резко выпустил меня и шарахнулся в сторону. В полубезумном взгляде застыл ужас от собственного столь опрометчивого поступка. Я, оцепенев, взирала на всю пронесшуюся на лице эльфа гамму чувств, пока он покаянно опускался передо мной на одно колено.

— Мне нет прощения, моя королева, — хрипло проговорил он, наконец, совладав с собой.

— Что? — я оеломленно взирала на коленопреклоненного эльфа, подумав, что ослышалась. Это он вроде как извиняется? За единственный искренний порыв в последнее время?

— Моё поведение было неподобающим, — продолжил Регул, не поднимая на меня взгляда.

Это он раскаивается что ли? Да как же… В моей душе начала подниматься волна бешеной ярости, а это, боюсь, при нынешнем раскладе чревато концом света местного масштаба. На кончиках пальцев зловеще заиграли золотые огоньки.

— Вон!!! — вырвался из моей груди истошный визг. Если этот предатель сейчас не уберется, потом его не один лекарь не склеит.

— Я прошу… — в конце концов, поднял на меня покаянный взгляд князь, но я не стала его слушать. Еще немного, и взорвусь, если он продолжит мелькать у меня перед глазами.

— Вон немедленно!!! — Продолжала бесноваться я, метаясь по комнате и пытаясь утихомирить собственный гнев.

В князе, наконец, проснулся инстинкт самосохранения, и он, пятясь, покинул мои покои, о чем сообщила стукнувшая ему вслед под напором моей силы дверь так, что во всем крыле едва не повылетали окна. Так, стоп, Нуар или Имирэль уже, не столь важно, главное — надо взять себя в руки и прекратить беситься. Иначе… Даже боюсь подумать скольких можно покалечить в противном случае… Глубокий вдох, еще один… Спокойно… Вот так… Теперь мыслим адекватно, без пелены застилающей ярости.

Я присела перед зеркалом и приложила пальцы к нестерпимо пылающим губам. Теперь самой стыдно за подобные проявления несдержанности. Не должна себя правительница так вести, ой, не должна…

Хотя, Регул тоже хорош. Пошел на поводу своих желаний, а потом на попятную? Вот это уже ни в какие ворота не лезет.

Едва слышный стук в дверь вырвал меня из занимательных размышлений.

— Да-да, — отозвалась я, переводя взгляд на вошедшего, уже приготовившись испепелить его на месте, если это вдруг снова окажется Регул со своими глупыми извинениями. Но им оказался Шератон, слегка поклонившийся у двери.

— Вечер добрый, пресветлая, — поприветствовал он меня.

— И ты туда же, — застонала я, в изнеможении роняя голову на руки.

— Придется привыкать, — ухмыльнулся темный.

— Но ты же не мой подданный, — не согласилась я, — может, всё же будешь обращаться ко мне как раньше. Ведь, кроме этого форменного безобразия на моей голове, ничего, в сущности, не изменилось.

— Отнюдь, — отрицательно покачал головой Шератон. — У тебя прибавилось новых обязанностей, да и статус теперь поменялся.

Я задумчиво смотрела на объясняющего прописные истины, как несмышленому ребенку, эльфа и, по здравому размышлению, все больше соглашалась с его доводами.

— Пусть так, — я упрямо качнула кудрями, — но это же не повод шарахаться от меня, как от чумной.

— А кто это тебя так боится, столь милую и нежную? — Лукаво усмехнулся Шератон, наконец, возвращаясь к почти прежней манере нашего общения.

— Регул, — скривилась я, вспоминая трусливую капитуляцию Советника.

— Ну, уж он у нас — поборник этикета, так что следовало этого ожидать. Или твоя правая рука что-то выкинула уж совсем из ряда вон выходящее? — насмешливо вопросил эльф.

Я густо покраснела и выдавила:

— Он… он… поцеловал меня, а потом дико за это извинялся.

Шератон сжал ладони в кулаки так, что побелели костяшки, а в глазах на миг полыхнула черная бездна и снова пропала, когда темный моргнул.

— И что из этого тебя больше огорчает? — Сухо поинтересовался он. — Сам поцелуй или последовавшие извинения?

— Не знаю, — честно ответила я, сама пребывая в смятении и пока не определившись с причиной своего неадекватного поведения, да и странная реакция темного на безобидное заявление заставляет задуматься.

— Ну, тогда не бери в голову, — легкомысленно махнув рукой, посоветовал Шератон. — У нас сейчас более серьезные проблемы. Ты про Цебальрая с его оригинальным предложением, надеюсь, не забыла?

— Забудешь тут, — недовольно пробурчала я, возвращаясь к скорбным делам. — Кстати, мне потребуется твоя помощь.

— Случайно не пришибить Регула в отместку за твою поруганную королевскую честь? — Расхохотался пришедший в отличное расположение духа эльф.

Я мучительно покраснела, поняв двоякий смысл на первый взгляд безобидной фразы.

— Ну, до чести, знаешь ли, не дошло, — пробурчала я. — Тут от одного-то поцелуя сколько пустопорожних извинений было…

Шератон присел передо мной на корточки и, взяв мои руки в свои ладони, проникновенно глядя в глаза, произнес:

— Пойми, для Регула ты теперь — недосягаемое божество. Он — твой Советник, правая рука, и по закону между вами не может быть никаких официальных личных отношений. То, что он позволил на миг своим чувствам одолеть разум, уверен, больше не повторится.

Я разочарованно кивнула, скрыв то, что породили эти горькие слова в моей душе. Не нужно никому знать, что таится за маской спокойствия королевы, какие чувства и порывы спрятаны в глубине.

— Вот и умница, — ласково погладил меня по голове Шератон, поигрывая непослушными прядями волос. — Почему ты еще не сняла диадему?

— Не могу, — промямлила я, жалобно глядя на темного.

Он заливисто расхохотался.

— Сколького же ты еще не знаешь, — резюмировал он, отсмеявшись. — Диадема — магический предмет. Однажды надетая стихиями на твою голову, она всегда будет с тобой до самой твоей смерти или отказа от медальона.

От подобной перспективы меня передернуло:

— Это что же, я должна всё время теперь носить её? Это же так неудобно…

— Просто представь, что её нет, — посоветовал всё ещё веселящийся Шератон.

Я крепко зажмурилась и представила, что корона исчезает, а, распахнув глаза, увидела, что на голове она действительно отсутствует. Мой взгляд опустился ниже, где с легким шорохом истаивал и церемониальный наряд, постепенно оставив меня в том платье, в котором я была утром.

— Вот так, — поднимаясь, удовлетворенно улыбнулся Шератон. — Теперь ты знаешь, как вызвать свое королевское облачение.

— О, ты оказал мне огромную услугу, — поблагодарила я всезнающего эльфа.

— Пустяки, — отмахнулся он. — Так что ты еще хотела? Говоришь, у тебя ко мне дело?

Я вспомнила, что, собственно, собиралась просить у эльфа. Вообще-то, сначала мне хотелось, чтобы к морю меня отвез Регул, но, боюсь, в свете последних событий нам обоим будет крайне сложно держать себя в руках в непосредственной близости друг от друга, особенно столь неуравновешенной в последнее время мне.

— Ты отвезешь меня завтра на пристань? — поинтересовалась я.

— Безусловно, только вот что ты там забыла? — не остался в долгу Шератон, пытаясь вызнать подробности.

— Это мой маленький секрет, — лукаво хохотнула я, увиливая от объяснений.

— Ну, хорошо, хорошо, — как-то слишком легко сдался эльф, в знак капитуляции поднимая руки. — Тогда отправимся после завтрака?

— Отличная идея, — согласилась я.

— Тогда до завтра, — нежно поцеловал мне руку Шератон, не отрывая изучающего взгляда от моего лица.

— До завтра, — улыбнулась я, делая вид, что не замечаю его выходки.

— Приятных снов, пресветлая, — шутливо произнес эльф уже в дверях, уворачиваясь от полетевшей вслед ему забавной подушки и успешно скрываясь за дверью.

— Ваше величество желает приготовиться ко сну? — почти сразу же нарисовалась в дверях Альхена.

— Желает, желает, — согласилась я, уже представляя мягкую перину и уютное одеяло. Вот только эта чрезмерная забота, когда ни шагу ступить свободно нельзя без желающих услужить, доведет до белого каления кого угодно. А сейчас я просто позволила себе смириться с текущим положением вещей.

Альхена быстро приготовила мне почти невесомый полупрозрачный наряд, такой, что, увидев его, я покраснела. Хотя, кто меня ночью увидит-то?

Эльфийка с должным почтением провела меня в купальню и я, ловко освобожденная от одежд, окунулась в теплую, пахнущую цветами воду. Кажется, начинаю постепенно привыкать к столь странному способу омовения, хотя до сих пор неловко, когда за тобой наблюдают. Вдоволь наплескавшись, я поднялась из воды по мраморным ступеням и сразу же была замотана Альхеной в белоснежную простыню.

Когда мы вернулись в комнату, эльфийка облачила меня в тот самый заранее приготовленный наряд и усадила напротив зеркала, принявшись вынимать из прически шпильки и расчесывать запутавшиеся локоны. А я смотрела на прекрасную незнакомку, отражающуюся в непрозрачной глади, и не могла поверить, что подобная метаморфоза произошла именно со мной. Неужели это теперь я?

Я встряхнула головой, прогоняя непрошенные упаднические настроения, и улеглась в кровать.

— Ваше величество что-нибудь еще желает? — угодливо поинтересовалась Альхена, заметив мой задумчивый взгляд.

— Да, принеси мне из библиотеки историю правления моей династии, если таковая имеется.

— Сию секунду, — и эльфийка мгновенно скрылась в дверях, умчавшись выполнять мое поручение.

Я в ожидании возвращения девушки отрешенно разглядывала комнату, выгнав из головы все мысли. Не то сейчас себе такого напридумываю, что вовек потом не разберешь, что к чему.

— Вот, — вернувшаяся на удивление быстро Альхена протянула мне пудовый фолиант. Мда, образование — страшная вещь, не один вечер придется потратить на это сокровище.

Я забрала у эльфийки тяжеленную книгу и устроила её у себя на коленях.

— Можешь идти, — отпустила я снова замершую в ожидании указаний девушку, — только зажги у меня побольше светильников, вдруг я буду читать допоздна. Хотя, нет…

Я щелкнула пальцами, как некогда это проделывал Регул, и все светильники запылали с утроенной яркостью, озарив комнату как днем. Альхена пораженно наблюдала за моими действиями, а я уже после сегодняшних событий вряд ли буду чему-нибудь удивляться.

— Всё, приятных снов, Альхена, — намекнула я эльфийке на то, что пора оставить меня в одиночестве.

— Да-да, простите, приятных снов, ваше величество, — и она выскочила, тихонько притворив за собой дверь, дабы не отвлекать меня от чтения.

 

Глава 6. Экскурс в историю

Я лениво листала страницы о представителях своей династии, которая оказалась на удивление древней, не особо вдаваясь в чтение и останавливаясь, только чтобы рассмотреть красочно изображенных на гравюрах в героических позах эльфов, являющихся моими дальними-предальними предками. Моё более пристальное внимание привлекли события, связанные с прапрадедом, именно он, судя по написанному, затеял войну против темных эльфов, за которой последовало изгнание оных. Так-так, это, пожалуй, можно и прочитать.

Я углубилась в изучение интересующей темы, но, подробнее разобрав текст, задумчиво нахмурилась. Здесь всё описано совсем не так, как рассказывал Шератон. Мой предок считал темных чуть ли не мировым злом и обвинял их в различных бедах и напастях. Что-то не вяжется всё это с образом единственного известного мне их представителя… Хотя, тут тоже имеется пара объяснений: либо историю пишут победители, что в данном случае вполне вероятно, либо я знаю слишком мало об этой загадочной расе. Так-так, а вот это уже интересно: вот время поединка с моим прапрадедом король темных эльфов перед смертью проклял правящую династию. А где ж текст самого проклятия? Я перевернула страницы в поисках оного, однако, повествование продолжалось дальше, как ни в чем не бывало. То ли автор посчитал это глупостью, то ли просто не знал о его содержании. Всё это более чем странно, вот подсказывает мне пятое чувство, что не всё здесь так чисто.

Я, уже расхотев спать от обилия столь занимательной информации, продолжила чтение. Дальше начинался совсем детектив: прапрадед исчез при загадочных обстоятельствах, направившись в горы. Ну, тут как раз ничего удивительного и нет — я-то знаю, что там была за засада. К власти пришел его старший сын, попутно рассорившийся с собственным младшим братом. Вот тут и зародились нынешняя старшая и младшая ветви династии и их многолетнее соперничество. И всё бы ничего, но по прошествии довольно долгого времени исчезает и он, отправившись… вот это неожиданность! …в горы. После пропажи множества посланных на поиски экспедиций на троне воцаряется мой, судя по всему, дед. Так, здесь всё вроде тихо-мирно: женился благополучно, супруга родила ему сына. Благодать… Десяток страниц о славных деяниях во имя процветания государства мы пропустим — и так понятно, что достойнейший был человек, то есть эльф. И самое главное — в пресловутые горы ни ногой. Так-так, более тысячи лет длилось это благоденствие, пока… ну, конечно, пока кто-то особо ретивый, а именно Главный Советник, близкий друг короля не пропал в пресловутых горах. Интересно, что он там забыл? И снова правитель собственной персоной бросается в опасный район, дабы раз и навсегда искоренить подобное безобразие. Но, как и в предыдущих случаях, не возвращается обратно, сгинув вместе со всей многочисленной свитой. Опять бремя власти ложится на молодого новоявленного короля, единственного сына предыдущего. Я широко раскрытыми глазами всматривалась в изображенное на странице волевое лицо, как выяснилось, собственного отца. Так вот каким, оказывается, ты был… Менкалинан аль де Рамин из Старшего Правящего Дома. Я любовно погладила лист пергамента, благоговейно обводя пальцами вдруг ставшие столь родными черты, которые без труда могла рассмотреть в зеркале. Похоже, эта история мне известна, хотя… погодите-ка. Молодой король очень долго не женился, и страна уже практически отчаялась получить наследника. Да еще вдобавок, правитель, получив неизвестное послание, очертя голову мчится в сторону уже ставших притчей во языцех гор, причем отказавшись от сопровождения. И пропадает. Да уж, медом им там всем намазано что ли? Я заинтересованно подалась вперед, заинтригованная новым поворотом сюжета истории. В столице уже готовились к смене правящей ветви, как вдруг, к всеобщей народной радости, король неожиданно объявляется. И не один, а с прекраснейшей из эльфиек, которую сразу же представляет как свою невесту. Счастью народа снова нет предела, однако, всё равно по столице ходят слухи о странностях Алеины и её более чем загадочном появлении. Но и злые языки постепенно умолкают после помпезной свадьбы, наблюдая за незамутненным счастьем молодоженов. Однако надеждам народа на скорое появление наследника не суждено сбыться — очень долго у красивейшей даже по эльфийским меркам пары не появляется детей. И снова злые языки начали поговаривать, не пора ли, мол, королю сменить супругу на ту, которая подарит долгожданное дитя. Вместе с этим Алеина стала всё больше мрачнеть и раздражаться без причин, чего, впрочем, не замечал безумно любящий супруг.

— О, матушка тоже, видимо, была дама с характером, — довольно усмехнулась я, снова углубляясь в чтение.

Наконец, венценосная пара объявила о скором появлении наследника, что вызвало крайнее недовольство Силлура, троюродного брата короля, которого прочили в правители, когда исчез в горах нынешний монарх. Дальнейшие события мне уже в некоторой степени известны, частично со слов Регула, частично из видений, что посетили меня в Храме Стихий. Но, тем не менее, почитаем официальную версию.

Девятого числа седьмого Лунного месяца на свет появилась наследница Старшего Правящего Дома, названная Имирэль. Мало кто знал, что со старотемного это имя переводится как «слияние противоборствующих начал». Ага, вот и я, сама того не зная, уже попала в хроники. Хм, а матушка-то обладала незаурядным чувством юмора — так-то назвать ребенка.

Далее события развивались как в калейдоскопе: убийство короля, принуждение к браку королевы. А вот с последним-то вышла заминочка — Алеина пропала вместе дочерью так же загадочно, как и некогда появилась, а Силлур погиб в Храме Стихий.

Этим таинственным событием и заканчивалась книга хроник, остальные листы были девственно чистыми. Скорей всего, их оставили для того, чтобы можно было дописать что-либо. Видимо, автор не оставлял надежд, что когда-нибудь потомки Старшего Правящего Дома вновь объявятся, и, в конечном счете это и произошло.

Я задумалась над прочитанным, пытаясь разложить в голове информацию по полочкам. Нет, понимаю, конечно, что правители иногда погибают, но не пропадают же бесследно, да еще и со стопроцентным результатом. Да тут не надо быть шибко прозорливым, чтоб понять — не всё чисто в эльфийском королевстве. Наверняка не обошлось без того пресловутого проклятия, на которое сразу мое внимание переключилось. Эх, выяснить бы, в чем заключается его суть…

— Так, стоп, дорогая, не гони коней, разобраться бы сначала с текущими проблемами, — осадила я внезапный порыв собственного любопытства.

Но сон как ушел, так и не думал появляться. Я соскользнула с кровати и по прохладному полу босыми ногами вышла на балкон. До самого горизонта недовольно ворчало темное море, пытаясь сбросить с себя серебристый след лунной дорожки. Прохладный ветерок лениво пошевелил подол моей неприличной сорочки, приятно освежив кожу. Я оперлась локтем о резную балюстраду и в раздумьях положила голову на ладонь.

Интересно, кому может быть известен точный текст проклятия? Может, конечно, дело и яйца выеденного не стоит, так хоть собственное спокойствие обрету. А то от этой неизведанности долго покоя мне не будет, судя по моему упрямому характеру.

— Точно, — пришла в голову мысль, и я инстинктивно хлопнула себя по лбу, — спрошу-ка я Регула об этом, уж кому-кому, как не Главному Советнику быть в курсе. Не зря же академию заканчивал.

Я словно вихрь ворвалась обратно в собственную спальню и, накинув поверх сорочки пеньюар, вышла из комнаты, наплевав на поздний час за окном. Гвардейцы, как и следовало ожидать, с каменными лицами вытянулись в струнку. Сейчас еще Альхена, чего доброго, прибежит, еще и что-нибудь на тему моего неподобающего королеве вида вставит.

— Проводи меня к покоям Главного Советника, — обратилась я к одному из гвардейцев.

Он почтительно поклонился, предлагая мне следовать за ним, что, собственно, и было мной проделано. Я шествовала за гвардейцем по ярко освещенным, но пустым коридорам дворца, не считая встречающихся, то там, то сям постов внутренней стражи, заученно кланяющейся мне. Наконец, мой провожатый остановился у причудливых дверей, возле которых на посту стояла очередная пара гвардейцев, и все трое синхронно поклонились мне. Оказывается, Регул живет этажом ниже меня, но почти точно под моими комнатами.

«Наверняка потайной ход между этими покоями имеется,» — внутренне усмехнулась я. Но тут же одернула собственные пустившиеся по каким-то извилистым ходам мысли.

— Главный Советник у себя? — деловито поинтересовалась я у стражи.

— Да, моя королева, — ответил левый, видимо, главный в этом карауле и тут же замялся, опустив глаза в пол.

— В чем дело? — не упустив смену настроения из вида, холодно вопросила я.

— Он приказал никого не пускать, но я уверен, что к вам это не относится, — несколько помедлив, принял решение гвардеец и отступил, освобождая мне проход, но двери всё-таки не открыл. Хотя, не сахарная, войду сама.

Я рывком распахнула дверь и вихрем ворвалась в покои, где мне предстала поистине живописная картина. На кровати, пребывающей в полнейшем беспорядке, восседала крайне растрепанная Алиа, одетая примерно как я, только всё это было помятым и сбившимся. А у балконной двери, опершись о косяк и сложив руки перед грудью, с непроницаемым выражением лица замер Регул, облаченный лишь в некоторое подобие халата, словно только что выбравшийся из купальни. Вон, даже спадающие на плечи кончики сколотых на затылке волос еще не просохли.

— Так-так, — протянула я, оглядывая всю честную компанию.

Теперь понятно, почему гвардеец опускал глазки, когда пропускал меня сюда. Но ведь с собственной королевой не поспоришь…

Сладкая парочка, увидев меня, повела себя крайне предсказуемо. Алиа и не подумала сдвинуться с места, только вскинула голову и вызывающе уставилась на мою особу. Регул сначала едва заметно вздрогнул, но затем, моментально взяв себя в руки, склонил голову:

— Моя королева.

— Перестань кланяться, — отмахнулась я и прошла глубже в комнату, сопровождаемая пристальным недобрым взглядом эльфийки.

Регул повиновался и тут же сделал несколько шагов ко мне.

— Мне нужно объяснить… — начал он, но был остановлен небрежным движением моей руки.

— Я не за объяснениями пришла, — услышала я собственный холодный голос, — чем ты занимаешься по ночам в собственной спальне — твоё личное дело.

— Но… — пылко попытался возразить князь.

— Никаких «но», — строго отрезала я и обратилась к Алии, — а вас, ли'ин, я прошу покинуть помещение — мне необходимо переговорить с Главным Советником с глазу на глаз.

— Почему я должна уходить? — вскинулась Алиа. — Мы еще не закончили.

Я зловеще сузила глаза и процедила:

— Не стоит перегибать палку. Пока я ведь только прошу, но могу и приказать вас выставить, причем не только за пределы комнаты, но и за границы этой страны.

И откуда что берется, например подобные властные замашки и приказной тембр голоса? Хорошая ученица у Стихий однако. Алиа, ошарашенная столь быстрым моим вхождением в роль венценосной особы и превращением девчонки в королеву, похоже, впечатлилась масштабами угрозы и всё-таки вышла, по-прежнему пытаясь сохранить гордый вид.

Услышав, как оглушительно хлопнула дверь, я, наконец, позволила себе присесть и сделать попытку успокоиться: вон, опять на пальцах полыхают искры. Действительно, какое дело мне до того, что здесь происходило между этим двоими. И Регул уже давно не ребенок, а вполне зрелый мужчина, да и Алиа — его законная невеста. Так что, злиться нет причин. Но почему же так хочется придушить обоих? Стоп, спокойно, дорогая, не за этим ты сюда пришла… Успокаиваемся и берем себя в руки. И не думать больше на эту тему, по крайней мере, пока…

— Князь, я пришла к вам по вопросу…

— Моя королева, прошу выслушать, — ни капельки не смущаясь своего слегка расхристанного вида, Регул подошел ко мне вплотную и опять опустился передо мной на колено, взяв мою ладонь и чувственно прижавшись к ней губами.

— Не нужно… — поморщившись, прошептала я, но не сдержалась и легонько погладила золотые локоны.

— Алиа приходила, чтобы разведать наши планы насчет ведения боевых действий, — проигнорировав моё нежелание слушать оправдания, прошептал Регул, так и не выпустивший из рук ладонь. — Любыми способами…

При последних словах я задорно фыркнула, и эльф в ответ тоже улыбнулся, лаская меня взглядом из-под длинных ресниц:

— Но как я могу предать мою королеву?

Ах, вот как! Значит, не будь я королевой, то предать можно было бы без особых угрызений совести?

— Отлично, — раздраженно прошипела я и гневно вырвала свою ладонь из его рук, — в твоих верноподданнических чувствах я уже убедилась, но всё-таки прошу поскорее решить вопрос с пребыванием здесь этой пронырливой особы. Алиа должна покинуть дворец как можно скорее. Не думаю, что она присягала тебе на верность, а мне уж и подавно. И не факт, что не будет строчить донесения со стратегически важной информацией своему братцу. Но если у тебя на нее планы…

— Вы, как всегда, правы, — язвительно заметил Регул, уловив перемены в моем настроении. — Всё будет сделано в соответствии с вашими указаниями.

— Очень надеюсь на это, — продолжила я светскую беседу, сделав вид, что не замечаю сарказма в его словах. — Однако, в столь поздний час меня к вам, князь, привело совсем иное дело.

— Я весь во внимании, — чуть склонился эльф в мою сторону так, что я ощутила на коже его горячее дыхание и сразу сбилась с мысли.

— В династической книге, — сглотнув, начала я, собирая разбежавшиеся идеи, но меня по-прежнему отвлекало легкое поглаживание Регулом на этот раз нежной кожи запястья, — указано… указано, что… Прекрати немедленно!

— Прошу прощения, — с невинным видом пробормотал он и отступил к балконной двери, снова заняв свой наблюдательный пост у косяка.

Я начала нервно теребить край своего ночного одеяния, где-то далеко в мыслях уже готовя план позорного отступления из комнаты Советника. Ну его, это проклятие, мои нервы не выдержат этого слегка откровенного, но пока не выходящего за рамки приличий, жгучего взгляда. Мда, не слишком это была хорошая идея заявиться посреди ночи в спальню к молодому холостому эльфу. Теперь еще, чего доброго, пойдут слухи о «тесных» отношениях королевы и Главного Советника. Мысленно дойдя до этого момента, я покраснела и вскочила со своего места.

— Наверное… не самое удобное время для подобных бесед, — быстро пробормотала я, отчаянно заливаясь краской, — и не самое подходящее место.

— Главный Советник пребывает в распоряжении королевы в любое время дня и ночи, — прошептал Регул, и в его устах эта фраза приобрела для меня еще большую двусмысленность.

А щеки мои запылали еще ярче.

— Тогда мне тем более не стоит задерживаться дольше, — скороговоркой произнесла я. — Мне нужна информация о содержании проклятия убитого моим предком темного правителя.

— Свиток с записями об этом хранится в Храме Стихий, — лаконично ответил Регул, не спуская с меня пылающего взгляда.

— Благодарю, Советник, — выпалила я, — доброй вам ночи.

И ураганом выскочила за дверь, помчавшись к своим покоям, напрочь игнорируя следующего по пятам гвардейца. Не знаю, как нашла свои комнаты, но остановилась перевести дух я только тогда, когда за спиной захлопнулись двери моей спальни.

Что со мной происходит в присутствии князя? Я словно теряю голову, а мысли бесславно улетучиваются… Да и сам Регул… То холодный и чопорный, как и полагается быть верному подданному королевы, то абсолютно непредсказуемый, как сегодня.

С этими мыслями я улеглась в кровать, но еще долго не могла заснуть, вспоминая прикосновения эльфа и его более чем странное поведение.

 

Глава 7. Встреча с союзниками, помощниками и противниками

— Доброе утро, — разбудил меня с утра вкрадчивый голос.

Я подскочила на смятой кровати и едва не упала на пол.

— Ага, видно, утро добрым не бывает, — посмеиваясь над моими попытками вырваться из спутавшего ноги покрывала, заметил Шератон.

— Похоже, тут вообще утро по определению добрым быть не может, — проворчала я, всё-таки справившись с непослушной вещью.

— Отлично выглядишь, — оглядывая меня с головы до ног задумчивым взглядом, констатировал темный, а я мучительно покраснела, обнаружив себя одетой только в полупрозрачную сорочку.

— Ой, — вскрикнула я, заворачиваясь в покрывало, с которым совсем недавно боролась, и переводя взгляд на одетого с иголочки Шератона.

Он лукаво усмехнулся, но деликатно вышел, предоставляя мне возможность привести себя в порядок.

— Альхена! — крикнула я, шестым чувством ощущая, что эльфийка топчется где-то рядом, и не ошиблась.

— Доброе утро, ваше величество, — склонилась в реверансе вбежавшая компаньонка.

— Приготовь мне купальню, — отдала я распоряжения, энергично вскакивая с неприлично смятой постели.

Ну, что я могу поделать, коли страшно ворочаюсь во сне, да еще если Регул в кошмарах снится.

Исполнительная эльфийка с завидным энтузиазмом рванула выполнять моё поручение.

— Всё, Альхена, до обеда ты больше мне не понадобишься, — отпустила я компаньонку, когда, наконец, оказалась приведенной в порядок и более-менее довольной собственным внешним видом и отправилась в комнату напротив, возвестив о своем приходе громким стуком в дверь.

Нет, моей персоне, конечно, уже дюжину раз и намекали, и сообщали прямо, что пора бы сменить гостевые покои на королевские, но мне пока и здесь хорошо. Да и разве королевская комната это не та, где изволит проживать сама монаршья особа?

— Рад видеть вас, пресветлая, в моей скромной обители, — приветствовал меня уже, видимо, давненько ожидающий Шератон

— Не такой уж и скромной, — отшутилась я, совсем не по-королевски плюхаясь в услужливо подставленное кресло.

— Вернулась прежняя Нуар? — иронично вздернул бровь темный. — Или теперь правильнее называть вас Имирэль?

— А Нуар никуда и не уходила, — пожав плечами, произнесла я, — да и с именем не совсем понятно: старое уже не годится, а к новому пока еще не привыкла. Ты готов ехать?

— Смотря куда, — осторожно поинтересовался Шератон, пытаясь выведать у меня маршрут следования.

— На побережье, — рассмеявшись, не стала делать я тайну из пункта назначения, — туда, где стены столицы подходят к морю.

— Ну, насколько я знаю расположение, туда примерно около часа пути на лошадях, — подсчитал эльф.

— Тогда распорядись от моего имени, чтоб седлали лошадей — поедем верхом, — попросила я, уже предвкушая поездку, — мне нужно только переодеться.

И я вихрем умчалась из комнаты.

* * *

Когда я спустилась во двор, то увидела, что пара гвардейцев удерживает двух нетерпеливо перебирающих тонкими ногами скакунов: черного и белого со смоляной гривой, хвостом и челкой. Шератон же с абсолютно невозмутимым видом прогуливался рядом.

— Какой красавец, — подошла я к белому и протянула руку, чтобы погладить прекрасное гордое животное. Жеребец шумно фыркнул и недоверчиво покосился на меня лиловым глазом, но потом, обнюхав, ткнулся в плечо.

— Как же тебя зовут, мой хороший? — поинтересовалась я у скакуна, ласково оглаживая его сильную шею.

— Ниал, — ответил незаметно подошедший Шератон. — А черного — Алголь.

Смоляной жеребец недовольно попытался вырвать повод у гвардейца и положил голову на плечо темного. Тот ласково потрепал его ехидную морду.

— Помочь взобраться? — заботливо вопросил Шератон.

— Нет, спасибо, — отозвалась я, поворачиваясь к крупу коня, — я прекрасно езжу в седле.

— Ну-ну, — иронично ухмыльнулся эльф.

Поняла я, над чем потешается темный только увидев, что седла-то и в помине нет. Однако на мой вопросительный взгляд сразу же последовал ответ:

— Это не простые кони — они выведены эльфийскими магами. Животные крайне умны и преданны, и не позволяют себя оседлать. Такой жеребец не допустит, чтоб ты упала, но только если… — тут Шератон неловко замолчал.

— Если что? — осторожно уточнила я.

— Если признает тебя, хозяйкой.

— Отлично, — недоверчиво покосилась я на жеребца, который ответил мне таким же косым, но смеющимся что ли, взглядом. — А ты Алголя уже приручил?

— Их приручить нельзя, — наставительно проговорил эльф в ответ на недовольное фырканье черного скакуна. — Они просто позволяют ездить на себе.

— И почему ты решил, что Ниал мне подходит? — опасливо уточнила я, прикидывая, какова вероятность навернуться с этой громадины.

— Ну, он чем-то похож на тебя, да и не забывай, я их чувствую, — снисходительно улыбнулся Шератон. — Забирайся давай, а то мы и до вечера не управимся с твоим срочным делом.

Я глубоко вздохнула и, зажмурившись, влетела на круп немаленького жеребца, подкинутая эльфом, ожидая неминуемого падения. Но его не последовало. Я осторожно приоткрыла сначала один глаз, затем другой и первое, что увидела, была ехидная морда стоящего, словно вкопанного, Ниала.

— Вот, — удовлетворенно хмыкнул Шератон, легко вскакивая на круп Алголя, — я не ошибся. А ты боялась.

— Да и сейчас слегка боюсь, — пробурчала я, вцепляясь в гриву перешедшего вслед за черным собратом сначала на шаг, а потом и на рысь Ниала.

Но постепенно я, наконец, расслабилась, чувствуя мерный ход великолепного жеребца и перекатывающиеся под гладкой шкурой мышцы.

Скакали мы так довольно долго. Ниал всё пытался перейти на галоп, но, чувствуя то ли мой беспочвенный страх, то ли желание подольше насладиться столь манящим чувством свободы, сдерживал свои порывы. Действительно, потрясающее животное. Я, наконец, отцепилась от черной гривы и погладила коня по могучей шее. Ответом мне стало слегка приглушенное довольное ржание. Я совсем забыла бы про Шератона, если б он не ехал впереди, указывая дорогу и постоянно оборачиваясь проверить, цела ли моя драгоценная особа.

Наконец, мы выскочили из-за довольно пологого холма на узкую кромку песчаного берега, и вот тут Ниал понесся по самому краю воды, разбрызгивая по сторонам соленые капли. Мой счастливый звонкий смех разлился по округе. Казалось, что еще немного — и я взлечу, отрастив себе крылья, настолько глубоким было чувство переполняющего счастья. Как будто все невзгоды остались далеко позади, не успевая за бешеным галопом несущегося по набегающим на берег волнам скакуна, к холке которого я прижималась, чтоб не упасть.

— Спасибо, мой хороший, — потрепала я по гриве Ниала, соскочив с него, когда до городской стены, вплотную примыкающей к морю, оставалось не более двух сотен шагов.

Скакун довольно заржал, лукаво посматривая на меня хитрющими глазами, словно понимал всё, что я ему сказала. Хотя, возможно, именно так оно и было.

Шератон тоже, спешившись, вел Алголя под уздцы по самой кромке воды, не обращая внимания на намокшую от соленых брызг одежду, что-то тихонько ему нашептывая, а конь беззаботно прядал ушами.

— Мы на месте, — огласил темный, осматриваясь вокруг, особо пристальное внимание уделив растущим чуть в стороне довольно густым зарослям кустарника, — городская стена рядом, море тоже наличествует, погони, вроде тоже не наблюдается. Что же это за дело, требующее особой конспирации?

— Увидишь, — загадочно улыбнулась я и побрела по кромке прибоя.

Как же там сказал водный элементаль? «Позови меня, стоя у стен светлоэльфийской столицы». Кажется, так…

— Эльтанин… — прозвучал над морем мой шепот, и волны повторили это имя, многократно усилив звук.

И вот уже во все концы неслось тихое «Эльтанин… Эльтанин… Эльтанин…»

— Здравствуй, дитя, — услышала я голос, в котором собрались воедино журчание ручьев, рев горных потоков и шелест набегающих на песок барашков.

— Ты услышал меня, — обрадовалась я появлению элементаля, уже восседающего на гребне послушно замершей волны.

Он ласково улыбнулся:

— Как я мог не услышать — мы ждали этого момента веками. Теперь мои сородичи свободны.

— Рада, что смогла выполнить обещание, — потупилась я.

— И моей искренней признательности нет предела, — склонил голову набок Эльтанин. — Чем же я могу отблагодарить тебя, дитя?

Я немного замялась, вспомнив проблему, в решении которой так уповала на элементалей.

— Собственно… мне нужна помощь, — промямлила я, теребя складки амазонки.

— В борьбе с Цебальраем, — усмехнулся Эльтанин, хитро прищурившись.

— Откуда ты знаешь? — поразилась я осведомленности собеседника.

— Слухами земля полнится, — улыбнулся элементаль в ответ на удивленное выражение моей физиономии.

— Так вы мне поможете? — робко уточнила я, даже не смея надеяться на столь благополучный исход.

— Мы обязаны тебе своей свободой, — серьезно кивнул Эльтанин, — поэтому можешь рассчитывать на нас.

— О, спасибо, спасибо, — я едва не кинулась на шею предводителю водных элементалей, но вовремя опомнилась.

— Не стоит благодарностей, — ласково произнес Эльтанин. — Мы появимся по твоему зову.

И элементаль опал в море кучей брызг, а застывшая до этого волна окатила мои ноги почти по колено.

— Так, часть дела успешно выполнена, — объявила я, возвращаясь обратно к Шератону, настороженно наблюдавшему за моими переговорами.

— И что это было? — несколько озадаченно поинтересовался он.

— Да так, — отмахнулась я, — возврат одного долга.

— И что же ты такого сделала, что водные элементали задолжали тебе услугу? — недоверчиво вопросил темный, слегка прищурившись.

— Свободу, — пропела я. — Впрочем, это самое легкое. Теперь осталось убедить его собратьев.

— Собратьев? — обалдело переспросил Шератон.

— Ну да, — как слабоумному продолжила объяснения я, — огненным, земным и воздушным элементалям. Боюсь, тут всё пройдет далеко не так гладко…

— Ты как шкатулка с сюрпризами, — восхищенно выдохнул Шератон порозовевшей от комплимента мне, — кажется, что разгадал тебя, и ты больше ничем меня не удивишь. Ан, нет, из каких-то неведомых глубин появляется что-нибудь новенькое.

— Гляди, — задорно рассмеялась я, — а то в твоем исполнении я могу счесть это признанием в любви…

В ответ на мой смех глаза Шератона на миг потемнели. Но потом снова пришли в норму.

— А что, если так и есть? — вкрадчиво поинтересовался он.

Я в ответ ещё заливистее захохотала.

— Ну и шуточки у тебя сегодня, — отсмеявшись, констатировала я, вытирая набежавшие слезы тыльной стороной ладони.

— Шуточки… — грустно хмыкнул темный, но разбираться в переменах его настроения у меня совсем не было времени.

Я отошла чуть подальше в прикрытие густых зеленых зарослей и тихим шепотом позвала:

— Теллурис… Игниферул… Аэрофрат…

Позади меня раздался хлопок и шипение. Но не успела я и повернуться, как из кустарника наперерез метнулась смазанная тень и, хлестнув меня длиннющей золотистой косой, остановилась на изготовке, прикрывая мою особу собой от появившихся сзади трех элементалей.

— Регул? Что за шутки! — только и смогла вымолвить я, потрясенная столь неожиданным появлением.

— Мой долг — защищать королеву, — отрезал князь, по-прежнему сохраняя боевую стойку и не опуская играющего бликами клинка.

— От кого ты собрался здесь меня защищать? — уже гневно прошипела я.

— От появившейся за спиной угрозы в виде троих элементалей, — так же серьезно ответил эльф.

Эти самые упомянутые элементали уже явно развлекались, глядя на нашу колоритную парочку и слушая препирательства.

— И какая же это угроза? — устало поинтересовалась я, глядя на Регула, явно вознамерившегося меня защитить даже ценой собственной жизни. Да и как может быть иначе в битве с тремя более могущественными существами.

— Прямая, — не сдавался Регул. — Прошу, бегите, укройтесь за стенами столицы — я их задержу.

— Так, прекращаем этот фарс, — рявкнула я опешившему князю, решив, наконец, растолковать, что происходит.

— Но… — он явно желал возразить королеве, не видящей смертельной, по его мнению, угрозы.

— Они явились сюда ПО МОЕМУ зову, — отрезала я. — Так что успокойся — никакая опасность мне не угрожает.

Князь нерешительно опустил оружие, настороженно поглядывая на тройку элементалей.

— Присоединись пока, пожалуйста, к Шератону, — дернула я Регула за рукав.

Он, бросив напоследок недоверчивый взгляд, всё же отошел, отвесив легкий поклон и не осмелившись противоречить прямому указу королевы, то бишь, мне.

— Знатно ты нас повеселила, девочка, — басовито рассмеялся Теллурис.

Остальные довольными кивками подтвердили его точку зрения.

— Зачем позвала? — резко перешел к делу Игниферул.

— Хочу попросить вас о помощи…

— Мы больше не участвуем в битвах, — мрачно процедил Аэрофрат. — Нам достаточно той, последней, где мы потеряли тысячи братьев и сестер.

Игниферул согласно кивнул.

— Значит, вы мне отказываете? — подавленно вопросила я, всё еще не оставляя надежды на положительный исход дела.

— Мы не можем тебе отказать, — прогудел огненный элементаль, — но и о новой войне нас не проси — мы устали от них.

Мысли бешено закрутились в моей голове. Как сделать, чтобы и элементали появились на поле боя, и заодно не участвовали в схватке? Да всё же просто…

— Я не прошу вас сражаться за меня, — быстро выпалила я, крайне довольная своей задумкой, — просто появитесь на поле боя и сделайте вид, что вы на моей стороне и готовы биться с войском Цебальрая.

— Но что это даст? — задумчиво спросил Теллурис.

— Возможно, удастся обойтись без кровопролития, — воодушевленно продолжала я, мысленно обрадовавшись, что идею не отвергли сразу, как бредовую, — если Цебальрай и его воины увидят что элементали на моей стороне, то поймут бесполезность боевых действий…

— Что ж, мысль стоящая, — вынес вердикт Аэрофрат, после выразительных переглядываний с сородичами. — Мы прибудем в нужное время. Но помни, на наше участие в битве не рассчитывай.

— Хорошо, — кивнула я, торжествуя, что всё прошло более-менее гладко, хотя, не совсем так, как хотелось. Однако, это лучше, чем ничего.

— А что ты будешь делать, если Цебальрай всё-таки начнет боевые действия? — заботливо поинтересовался Теллурис.

— О, — хищно улыбнулась я, — на этот случай у меня есть еще один козырной туз в рукаве.

— Тогда до встречи на поле брани, — оскалился Игниферул и, вспыхнув, пропал, обдав меня напоследок снопом ярких искр.

— Мы будем там, когда тебе это понадобится, — задорно подмигнул Аэрофрат и исчез, оставив в напоминание о себе лишь легкий порыв ветра.

— Мы не подведем, — ухмыльнулся Теллурис и сгинул, осыпавшись кучкой пыли.

Вот так поговорили…

Я вернулась к своим спутникам, сияя лучезарной улыбкой.

— Судя по вашему довольному лицу, пресветлая, всё удалось? — полюбопытствовал Шератон.

— Ага, — утвердительно кивнула я, — хотя немножко не так, как хотелось.

— Они помогут справиться с Цебальраем? — сменив свой виноватый вид на слегка отстраненный, вопросил Регул.

— Помочь не помогут, но поприсутствуют точно, — удовлетворила я любопытство обоих.

— Но как это нам поможет, если они не примут участия в самой битве? — недоуменно пожал плечами Шератон.

— В качестве морального устрашения, — пояснила я, — да и надеюсь, самой баталии удастся избежать. А если нет…

Я злорадно усмехнулась, дав понять, что и на этот случай у меня припасено средство.

— У вас потрясающие способности находить выход из сложных ситуаций, моя королева, — галантно поцеловал мне кисть князь.

— Благодарю за комплимент, — вспыхнула я. — Но давайте не будем забывать о делах насущных и вернемся в столицу.

И тут же мне в спину ткнулась умная морда Ниала, как будто он только и ждал, когда я соизволю проехаться еще раз. Шератон, уже подозвав Алголя, вскочил на его мощную спину. Регул же подхватил меня за талию и усадил на белого жеребца.

— А как же ты… — начала я, понимая, что князь остается пешим, а предлагать проехаться на одном из наших жеребцов нет смысла.

— Точно так же, — задорно подмигнул он и громко засвистел.

В ответ раздалось заливистое ржание, и из-за зарослей выбежал столь же великолепный скакун, как и присутствующие два, только огненно-рыжий, но с черной почти касающейся земли гривой и таким же смоляным хвостом.

Регул на ходу запрыгнул на спину великолепного животного, и я, тронув пятками Ниала, понеслась вслед за пламенным скакуном.

Путь обратно вызвал у меня не меньше эмоций, чем дорога к побережью, а впереди ждало еще одно нелегкое объяснение, на этот раз с разлюбезной Геммой.

* * *

Едва я переступила порог собственных покоев и собралась искупаться и отдохнуть перед предстоящей нелегкой беседой, как в коридоре послышалась какая-то возня и истеричные женские крики. Нет, ну ни мгновения покоя, даже в собственной спальне. Но я, махнув на всё рукой, мол, разбирайтесь сами, всё же отправилась понежиться в купальне.

По возвращении меня уже ждала встревоженная Альхена с чистой туникой.

— В чем там дело? — лениво поинтересовалась я, натягивая предложенное одеяние из золотистого шелка, приятно холодящего кожу.

— Ваша подруга требовала аудиенции, — нерешительно доложила эльфийка.

— И где она сейчас? — продолжала выяснять я, расчесывая платиновые кудри, которые Альхена пыталась уложить в замысловатую прическу.

— В отведенных ей покоях. Мы с трудом препроводили леди туда, она кричала, что приказывает вам явиться к ней немедленно, вела себя, как помешанная, — затараторила эльфийка. — Было невозможно допустить её к вам в таком состоянии, но если королева считает иначе…

— Вы всё правильно сделали, — успокоила я компаньонку, опустившую глаза в пол, — у меня нет ни малейшего желания выслушивать очередные истерики. Её напоили успокоительными травами?

— Да, целители сделали всё возможное.

— И каково её состояние сейчас?

— Она успокоилась, но желания побеседовать с вами не оставила.

— Тогда попросите Гемму прийти сюда, мне нужно обсудить с ней нечто важное, — отдала я распоряжение, и Альхена с поклоном удалилась выполнять его.

— Моя королева, — через некоторое время раздался её голосок, отвлекая меня от созерцания открывающихся с балкона видов.

— Да? — не задумываясь, отозвалась я.

— Леди Гемма по вашему указанию доставлена и ожидает аудиенции в коридоре.

— Проси, — махнула я рукой и вернулась в комнату, удобно устроившись в кресле.

— Но это может быть опасно для вас, — нерешительно начала Альхена.

— Глупости, но чтоб ты была спокойна, пусть, если раздадутся крики, проверяют обстановку гвардейцы.

Эльфийка немного недовольно кивнула, но вышла, не позволив себе лишних возражений.

— О, наша несравненная королева, наконец, соизволила удостоить простую смертную своим вниманием, — раздался от двери полный яда голос, а потом я увидела и его обладательницу и ужаснулась.

Не было похоже это встрепанное создание с бешеным блуждающим взором на мою чудесную подругу детства.

— Ну, ты же хотела повидать меня, — просто пожала плечами я в ответ на очередной свирепый взгляд полубезумной.

— Хотела, гадина, — прошипела она, и изможденное, но остающееся прелестным, личико исказила жуткая гримаса ненависти, направленной на мою скромную персону.

Я только невесело усмехнулась в ответ на столь неприкрытое проявление агрессии и явное оскорбление, пропустив последнее мимо ушей:

— Полегче на поворотах, милая.

— Не то что? — вскинулась девушка. — Ты и так отняла всё, что у меня было: корону, любимого.

— Нет уж, постой, — спокойно возразила я на это обвинение, — допустим, короны у тебя никогда и не было, а любимый, если ты, конечно, имеешь в виду Растабана, просто-напросто бросил тебя здесь и исчез в неизвестном направлении.

— Лжешь! — истошно завопила она и сжала кулаки. — Это ты выставила его отсюда, вместе с его подлым братцем. Если бы не вы, я уже была бы королевой, а Растабан — моим законным супругом! Права была Алия…

— Ах, вот, кто потоптался в этом цветнике, — поняв, чьих рук дело нынешнее состояние Геммы, попыталась я образумить глупышку. — Да пойми, если бы не Регул, ты уже давно была бы мертва, а Растабану требовалась только твоя мнимая сила.

— Неправда! — не сдавалась она, и в ответ на этот вопль в комнату даже заглянули гвардейцы, стоявшие на страже.

— Правда, — гнула я свою линию. — Тобой просто хотели воспользоваться.

И зачем я доказываю что-то девушке, которая слегка не в себе и которую так качественно настроили против меня. Только вот почему она верит им, а не мне. Горько… Неужели за столько лет дружбы я не заслужила доверия? Наверное, нет…

— В-общем, завтра снарядят корабль, и ты отправляешься домой, — сурово вынесла я вердикт, возможно, родная обстановка поможет вернуть Гемме душевное равновесие, и увидела, как на лице собеседницы отразился ужас.

— Нет, ты не посмеешь, — зловеще начала она, сжимая кулачки и слегка подаваясь вперед.

— Это не обсуждается, — отрезала я.

— Но я… — она бегающим взглядом обвела комнату и выкинула последний козырь, — я жду ребенка от Растабана.

Так-так, а это что за новости… Ну-ка, проверим правдивость этой юной дамы.

— Тогда, это большая радость, — искренне улыбнулась я слегка подуспокоенной моей реакцией Гемме, и ехидно добавила, — если всё сказанное правда.

— Естественно, — с превосходством ответила она.

— Тогда я прикажу целителям осмотреть тебя, чтобы быть уверенной, что с ребенком, которого ты носишь, всё в порядке. Ты же столько нервничала в последнее время… — вкрадчиво начала я.

— Нет! — истерично взвизгнула Гемма. — Я не позволю эльфам прикасаться к себе.

— А прикасаться и не надо, целители — они же маги, всё исследуют на расстоянии.

Лицо девушки при этом заявлении смертельно побледнело.

— Ну так, что? — барабаня пальцами по подлокотнику продолжала я нервировать уже и без того дергающуюся подругу, скорее уже бывшую.

— Будь ты проклята! — процедила она. — Растабан еще разделается с тобой и своим подлым братцем очень скоро.

Так, что хотела, я выяснила, а выслушивать пустые угрозы и оскорбления совершенно не намерена.

— Альхена!

— Моя королева, — присела моментально впорхнувшая в комнату на зов эльфийка.

— Пусть леди Гемму проводят до её покоев, она нуждается в отдыхе.

— Сию минуту, — кивнула Альхена, а я сделала знак задержаться и подождала, пока гвардейцы выведут Гемму за дверь. — Пригласи ко мне, пожалуйста, Граффиаса.

— Будет исполнено.

— Моя королева, — через несколько минут в моих покоях бесшумно появился Граффиас и чинно поклонился.

— Добрый день, — искренне улыбнулась ему я и знаком предложила присесть.

Глава Тайной Службы расположился на стуле напротив меня и замер, приготовившись слушать.

— Мне нужно обсудить с вами пару вопросов, — начала я.

— Я весь внимание, — серьезно кивнул Граффиас.

— Первое, — деловито продолжила я, — что у нас с Алией?

— Согласно вашему приказанию, принцесса со всеми возможными почестями доставлена домой и передана лично в руки брату, его величеству, Цебальраю.

— Отлично, — довольно потерла я руками, — проблемой меньше. Теперь еще один момент: нужно снарядить корабль для отправки Геммы домой, да чтоб сопровождали её эльфы понадежнее. Это возможно?

— Для нашей королевы нет ничего невозможного, — улыбнулся Граффиас.

— Совсем ничего? — я игриво усмехнулась.

— Конечно, в пределах разумного, — так же неизменно вежливо ответил эльф.

— Так, и последнее о личностях, — я нахмурилась, именно этот субъект грозил мне наибольшими неприятностями, — известно ли местоположение князя Растабана?

— После памятного совета князь во дворце не появлялся, но наши шпионы докладывают, то он прибыл в расположение его величества Цебальрая, — как можно аккуратнее преподнес мне эту новость глава Тайной Службы, из-под полуопущенных ресниц наблюдая за реакцией собеседника.

Я задумчиво постучала пальцами по подлокотникам:

— Хм, значит, предатель…

— Похоже на то. Плюс ко всему подтвердились сведения о заговоре против Советника, — видя, что я не впадаю в крайности, добавил Граффиас.

— Час от часу не легче, хотя не сказала бы, что для Регула это станет сюрпризом, но и хорошего в этом мало… Узнать, что собственный брат хотел тебя по-тихому убить…

Нет, у меня сестры, конечно, тоже не сахар, но и до подобных чудовищных замыслов тоже далековато… Ну и семейка у князя… Только он один выбился из общей массы мерзавцев, отравленных желанием власти и гипертрофированным честолюбием..

Я оторвалась от своих мыслей, заметив, что уж чересчур надолго задумалась. Хотя Граффиас со всем возможным почтением и не обратил внимания на затянувшееся молчание, или в силу безукоризненной вежливости сделал вид, что не заметил.

— Так, с этими личностями разобрались, — резюмировала я, — что с войсками? Как проходит продвижение?

— Войска были отправлены сразу же по вашему указанию, уже прибыли на место и расположились согласно плану. К вашей гвардии присоединились маги Академии, — бодро отрапортовал эльф.

— Командующий — гранд Ректор? — небрежно уточнила я.

Брови Граффиаса чуть заметно поползли вверх, но он практически тут же взял себя в руки и сохранил прежнее невозмутимое выражение лица:

— Но, моя королева, вы же сами назначили его командующим.

— Я помню, — расцвела моя шаловливая улыбка. — Тогда мне тоже пора отправляться. И у меня будет к вам просьба…

Я понизила тон до шепота так, что Графиас был вынужден податься вперед, чтоб услышать каждое слово.

— Сохраните мой отъезд в тайне, по крайней мере, на то время, пока я не прибуду в расположение своей армии.

— Будет сделано, — восхищенно выдохнул эльф, — но могу ли я предложить еще один вариант…

— Я слушаю.

— Мы пустим слух, что отправили вас другой дорогой и сымитируем ваш эскорт и его помпезный отъезд.

— Отлично, я поддерживаю ваш план, — довольно улыбнулась я, — тогда мне лучше отъехать сегодня же ночью, а завтра с утра мой двойник выедет со всеми возможными почестями.

Граффиас согласно кивнул:

— Тогда я отдам распоряжения, и вас в полночь у Восточных ворот будет ждать дюжина гвардейцев.

— Нет-нет, — я протестующее замотала головой, не поддерживая идею вопросительно глядящего на меня эльфа, — не нужно слишком много народа — мне нужно прибыть на место инкогнито, а такая толпа неизменно привлечет чье-нибудь внимание. Со мной поедет только Шератон.

Я не могла понять, почему доверяю темному, хотя, по здравому размышлению, этого делать совершенно не стоило. Но какое-то пресловутое чутье буквально кричало, что он меня не предаст, и я малодушно согласилась с собственной интуицией.

— Но вы вдвоем можете заблудиться, — резонно возразил Граффиас.

— Ты прав, — неожиданно для эльфа слишком быстро согласилась я. — Никто из нас не силен в географии здешних мест, но я подумаю над этим аспектом. Вас не затруднит отдать нужные распоряжения, чтобы сохранить операцию в тайне?

— Безусловно, всё будет организовано в кратчайшие сроки, моя королева, — встав с насиженного места, чинно поклонился Граффиас и отправился выполнять поручение.

Так, теперь надо подумать, как решить пару сложных задачек. Вот никогда не была сильна в игре, что привозили купцы с юга, в которой нужно было переставлять замысловато вырезанные из кости фигурки по доске в черную и белую клетку. А говорят, она развивает стратегическое мышление.

Я продолжала задумчиво барабанить пальцами по подлокотнику, а потом и вообще метаться по комнате туда-сюда, пока голова совершенно не закружилась. Так-так, кого же взять в сопровождающие? Пару гвардейцев? Слишком рискованно. Дама, путешествующая с тремя мужчинами, вызовет определенный интерес, а это мне совершенно ни к чему. Значит, в сопровождающие нужна особа женского пола… А многих ли таких я знаю здесь? Ну, конечно, Магдалена! Да это же просто идеальное решение. И Альфарда заодно прихватить не помешает: и им вдвоем приятнее, и нам безопаснее, и две мирно путешествующие парочки не вызовут нездорового интереса встречных. Я, удовлетворенная тем, что удалось найти оптимальное решение, довольно потерла ладони. Теперь осталось уведомить о путешествии сами его участников. Вот этим мы прямо сейчас и займемся, пока кто-нибудь не отвлек жизненно важными государственными делами.

— Альхена! — расколол тишину мой оклик.

— Да, ваше величество, — мгновенно нарисовалась пред моими глазами упомянутая эльфийка.

Хм… А начинаю уже привыкать к подобному обращению, уже даже протесты случаются реже. Вживаюсь в роль, похоже… А может, не роль? Может, мне, и правда, с самого рождения было суждено занять это место? И другого не дано? А я просто барахталась как лягушонок в сметане? Хотя… Он ведь в итоге сбил масло… значит, надо дергаться дальше? Ну, что ж, подергаемся, а там видно будет, что собьется…

— Пусть подадут коляску — я хочу навестить ли'ин Магдалену.

— Для этого коляска не нужна, — мягко улыбнулась Альхена, — ли'ин Магдалена ожидает вашей аудиенции в Малом Зале Совета. Или прикажете проводить её сюда?

Альхена замерла, ожидая ответа, а я, нахмурив брови, соображала, как это эльфийка оказалась здесь столь кстати. Подозрительно… Ой, подозрительно… Ну, ничего, это мы ещё выясним, кто тут такой догадливый, что просчитывает меня вплоть до подобных мелочей. Даже не выразить словами, как мне всё это не нравится…

— Я спущусь, — сохраняя внешнее спокойствие, ответила я Альхене. — Пока ты свободна. Да, сообщи, пожалуйста, ре'ин Шератону, если найдешь его, что я загляну к нему чуть позже, после того, как переговорю с гостьей.

Эльфийка понятливо кивнула и бросилась разыскивать нашего неуловимого. А я отправилась в Малый Зал Совета, благо, дорогу туда уже более-менее запомнила.

Едва гвардейцы распахнули передо мной двери, как тут же мне в ноги метнулась заплаканная эльфийка:

— Моя королева…

Я в испуге от столь неадекватного поведения интуитивно сделала пару шагов назад, но потом совершила над собой усилие и, взяв себя в руки, кинулась к уже рыдающей девушке.

— Магдалена…

Я ухватила несчастную за локти и потянула на себя, поднимая с пола.

— Что с тобой? Не плачь, пожалуйста… Что случилось?

Но эльфийка, явно пребывая в глубоком горе, так и норовила снова упасть предо мной ниц, и не могла сказать ничего внятного, захлебываясь рыданиями. Наконец, с большим трудом удалось усадить её в одно из кресел и сунуть в трясущиеся руки стакан с водой.

— В чем дело? — участливо поинтересовалась я, надеясь, что стихающие рыдания не возобновятся с новой силой.

— Я… я… — всхлипывала Магдалена, пытаясь совладать со всё еще неконтролируемым потоком слез, а потом снова сползла ко мне в ноги, — я умоляю вас…

— Прекрати! — я энергично потянула эльфийку на себя и опять усадила на прежнее место. — Объясни внятно, что происходит!

Она всё еще продолжала всхлипывать, но уже не так активно, и почти одним глотком осушила предложенную воду.

— Альфард… — начала Магдалена.

Я страдальчески вздохнула. Так и знала, что дело именно в нем. Эльфийка становится столь чувствительна, когда дело касается возлюбленного.

— Что он снова выкинул? — как можно ласковее вопросила я.

— Он… он… сегодня уезжает… — снова всхлипнула Магдалена, но опускаться до рева не стала.

— Куда? — так же терпеливо продолжила выпытывать я.

— В Долину Гроз, — был ответ.

Так, в географии здешних мест я полный профан, потребую-ка более подробных разъяснений:

— А это где? И что он там забыл?

Магдалена укоризненно посмотрела на меня, как на ненормальную, но потом смутилась и снизошла до вразумительно ответа:

— Он как один из сильнейших магов отправляется в район боевых действий.

О, а вот теперь всё ясно.

— И ты… — я подтолкнула девушку к изложению мыслей, приводящих к таким мокрым, в прямом смысле, результатам.

— Я очень боюсь снова его потерять, — побледнев, прошептала Магдалена, сминая подол платья, — не перенесу этого больше. Моя королева…

Я поморщилась от столь пафосного обращения, прозвучавшего в её устах чуть ли не как молитва.

— Успокойся, пожалуйста, всё будет хорошо, — я взяла ледяные руки эльфийки в свои и успокаивающе посмотрела прямо в наполненные слезами глаза, — я тебе обещаю.

— А если он там… — начала она.

— Нет! — отрезала я слишком резко.

— Но…

— С Альфардом всё будет в порядке, — уже строго прервала я начавшееся было слезоизлияние. — Где он?

— Еще должен быть дома, — с искоркой надежды в голосе прошептала эльфийка.

— Тогда беги скорее туда и передай, что я хочу видеть вас обоих здесь не позднее, чем через час, — объявила я подуспокоившейся эльфийке.

— Спасибо, о, спасибо, моя королева… — Магдалена попыталась было снова бухнуться на колени, но я остановила её одним недовольным взглядом.

— Магдалена… — прошипела я, — не испытывай мое терпение. Ты же знаешь, как я не люблю ждать, поэтому поторопись.

Эльфийка, понятливо кивнув, кинулась за дверь, а я довольно улыбнулась. Вот, и девушку в состояние душевного равновесия почти привела, и практически выполнила план по поиску и уговору сопровождающих. Судя по настрою Магдалены, она пригонит сюда Альфарда любыми способами и в кратчайшие сроки, поэтому, не будем особо удаляться от этого гостеприимного зала.

Я присела во главе стола и принялась просматривать свитки с набросанными начерно, еще не доработанными министрами документами. Так, этот о расширении земель для садов в западных провинциях… О, а тут о торговле с человеческими государствами. Углубившись в чтение, я узнала, насколько много товаров экспортирует, в сущности маленькое, островное государство: дорогие ткани, деликатесы, произведения искусства. Даже и не подозревала, что это производится здесь и окружными путями доставляется купцам, которые потом развозят всё по целому свету.

Мое уединение прервало деликатное покашливание со стороны входа. Я, не поднимая головы, пригласила пришедшего:

— Да-да, проходите, я вся во внимании.

— Но внимание, к сожалению, приковано не ко мне, — подал голос Регул, изобразив на лице ехидную улыбку.

— Прошу прощения, — смущенно улыбнулась я на это безобидное замечание, — но документ оказался столь интересным, что оторваться было просто невозможно.

— Я рад, что вам нравится принимать участие в управлении государством, правда, боюсь, спустя годы, это окажется уже не столь занимательно, — грустно покачал головой Советник.

— Ну что ж, — рассмеялась я, — значит, таково наше предназначение… У вас ко мне дело?

Как же было трудно без тени эмоций обращаться на «вы» к тому, в чьих объятиях хотелось утонуть.

— Пожалуй, — князь попытался собраться с мыслями, чтобы выразиться поделикатнее, но потом плюнул на собственные потуги и выдал, — когда мы отправляемся в Долину гроз?

— Мы? — искренне удивилась я. — Я отправляюсь туда, без вас, уважаемый Главный Советник.

Лицо Регула при этом заявлении приняло непроницаемое выражение, но глаза от скрытой ярости потемнели, став темно-лиловыми.

— Это невозможно, — коротко отрезал эльф, не проявляя абсолютно никаких эмоций, но мне показалось, что будь у Регула такая возможность, он придушил бы меня прямо здесь за подобное заявление или запер где подальше.

Да уж, действительно, невозможно — князь впервые посмел мне противоречить. Теперь не знаю, то ли радоваться подобному непослушанию, то ли огорчаться, то ли напомнить кто здесь кто. Мне нужно, чтоб Советник остался в столице, он лучше, чем кто-нибудь другой сможет справиться с неразберихой, если со мной вдруг что-то случится. От этих мыслей сердце заныло, как от нехорошего предчувствия, но я успокоила сама себя, намереваясь в этом разговоре быть твердой до конца.

— Но именно так и будет, Главный Советник. Вы останетесь здесь вместо меня, — властно отрезала я.

Ну как можно объяснить, что ты не только справишься со всем, вероятно, даже лучше многих, но и что я не могу тебе позволить оказаться там, где возможно грянет битва. Ты просто не останешься в стороне, мой дорогой князь, уж знаю я тебя, переменчивый огонь. И именно такое пламя мелькнуло в направленном на меня взгляде.

— Простите, моя королева, — он взял меня за руку, и сердце зашлось в груди бешеным стуком, а кровь загрохотала в ушах, — но я обязан защитить вас…

— Нет… — я уже шептала, опустившемуся передо мной на одно колено Регулу, поглаживающему мою ладонь.

— Прошу вас, позвольте мне быть с вами в этот трудный час, — я почти не слышала его чувственный шепот, скорее читала по соблазнительным губам широко раскрытыми глазами.

— Нет… — я отчаянно сопротивлялась его чарующим уговорам.

Ты должен здесь остаться. Я не верю в предчувствие, но оно столь сильно в этот раз и твердит мне, что тебе не место на поле битвы, даже если мне удастся её избежать.

— Умоляю вас, моя королева, — глубокий обольстительный шепот из губ, подавшихся навстречу моему лицу.

— Нет… — я уже с трудом выговорила это слово.

— Пожалуйста, малышка…

Сердце зашлось в сладостной истоме от того, что он назвал меня так, как называл раньше, чуть с придыханием. Тело охватил непонятный трепет, мысли в голове окончательно спутались, и я уже готова была ответить согласием на всё, что угодно, как вдруг раздавшийся грохот от распахнутой, похоже, кем-то пребывающим в бешенстве двери, разрушил очарование момента.

Я вскочила, оттолкнув Регула, и выпалила:

— Не советую спорить со мной Советник. Вы остаетесь здесь, это приказ.

Регул поднялся и, горько усмехнувшись, припал церемонным поцелуем к моей руке.

— Приказ… — глядя мне в глаза, повторил он еле слышным чувственным шепотом. — Не могу гарантировать, что выполню его… А потом делайте со мной, что хотите…

И, резко развернувшись, стремительно вышел, едва не сбив с ног недоуменно наблюдающего за нами разъяренного Альфарда и испуганную Магдалену.

Вот это новости! Может, кто подменил князя, а я и не заметила? Так смело сообщить, что ослушается прямого приказа… Не похоже на рассудительного Регула, который следует чуть ли не каждой букве этикета.

— Моя королева, — щелкнул каблуками опомнившийся Альфард, припомнив, пред чей грозный лик он явился, и осознавая, что открывать ногой дверь, направляясь на аудиенцию к королеве, в-общем-то, не стоит. Я искренне потешалась над его чинным видом. Магдалена присела в реверансе, но, предчувствуя серьезный разговор, предпочла отойти в укромный уголок, что незаметно сделать было крайне затруднительно.

— Альфард, — улыбнувшись, кивнула я пытающемуся сдержать буйный нрав в узде эльфу.

— Вы желали меня видеть? — снова поклон.

— Да, Магдалена сообщила, что ты едешь в Долину Гроз и попросила меня…

Но договорить мне не дали.

— Моя королева, — выпалил эльф, — я не знаю, что наговорила вам эта ду… глупая девушка, но я обязан отправиться туда. Я обязан вам жизнью. Долг чести защитить мою королеву от самозванца. Прошу, не идите на поводу у Магдалены, позвольте мне отправиться в составе последнего отряда вашей гвардии…

Воздух у эльфа, наконец, закончился, а я вздохнула с облегчением — второго такого заявления мои уши просто не выдержат. Да еще и Магдалена принялась украдкой всхлипывать из своего уголка. Что за дом умалишенных! Терпение потихоньку начало лопаться.

— Нет, ты не поедешь в составе моей гвардии, — четко проговорила я, чем успокоила эльфийку, а Альфард кинул на нее убийственный взгляд, побагровев от ярости.

— Но, моя королева…

— Стоп! — не дала ему договорить я. — Не смей перебивать меня. Неужели здесь никого не учили хорошим манерам?

Я со вздохом опустилась в облюбованное ранее кресло и жестом пригласила присоединиться остальных. Они безропотно повиновались, не спуская с меня настороженных взглядов.

— Вы оба, — я понизила голос до шепота, — поедете сегодня ночью со мной, в составе моей личной свиты.

— Но разве вы отправляетесь не завтра утром? — недоуменно вопросил Альфард. — Весь город только и гудит о вашем завтрашнем отъезде.

— Нет, я отправляюсь в полночь от Восточных ворот, по дороге объясню.

Оба непонимающе переглянулись.

— Отвлекающий маневр, — нетерпеливо объяснила я. — Ты знаешь кратчайшую дорогу до Долины Гроз?

— Конечно, — кивнул Альфард.

— Вот и поведешь нашу маленькую компанию, — я удовлетворенно откинулась на спинку кресла. — А ты, Магдалена, поедешь, чтобы убедиться, что с твоим драгоценным женихом всё будет в порядке, да и мне в помощь нужна особа женского пола. Возражения есть?

Парочка отрицательно закивала головами.

— Отлично, — резюмировала я. — Тогда вам лучше выехать с вечера и ждать меня где-нибудь недалеко за воротами. В полночь я нагоню вас.

— Всё будет сделано, — поднялся Альфард, поняв намек, что пора бы и заняться приготовлениями к импровизированному побегу.

— Да-да, — подтвердила улыбающаяся Магдалена, — благодарю вас.

— Только, Альфард, прошу тебя, — усмехнулась я, — убери довольное выражение со своего лица. Я же, вроде как, по легенде запретила тебе ехать в Долину Гроз.

Эльф понимающе кивнул и неугомонная парочка, наконец, покинула меня.

 

Глава 8. Путешествие инкогнито

Уговорить Шератона не составило труда — темный эльф полностью одобрил моё желание инкогнито прибыть в ставку командования. Правда, энтузиазм, с каким он воспринял все мои заявления, комментировать отказался.

И вот я, сделав вид, что уже собираюсь спать, отправила отдыхать Альхену, а сама переоделась в дорожный костюм и принялась упаковывать в дорожную суму, принесенную Граффиасом, вещи, которые мне могли понадобиться в путешествии. Запасная одежда и комплект белья уже заняли свое законное место. Шератон обещал взять на кухне еды на пару дней, так что хоть об этом беспокоиться не пришлось. Огниво, веревка, так, на всякий случай, ах да, еще запас всяких лечебных мазей и притираний, обнаруженных в собственном шкафчике в купальне. Кажется всё. Я в последний раз окинула взглядом уже ставшую родной комнату и смело шагнула на балкон. Осталась последняя, самая трудная часть побега: слевитировать вниз, чтобы уж наверняка не оставить никаких следов. А то заметят утром свисающую веревку — и всё, пиши пропало. Шум поднимется…

— Спокойно… Спокойно… — уговаривала я сама себя, замирая перед резной балюстрадой в попытках вспомнить, как проделывала трюки с зависанием весь вечер. Но одно дело воспарить к потолку и плюхнуться в случае неудачи на перину, а другое — исследовать собственными выпуклостями мощеную площадку под балконом в саду или еще лучше колючий кустарник. В-общем, оптимизма подобные мысли не придавали.

Я перекинула сумку через перила в сад и, услышав, как она там глухо плюхнулась, перегнулась поглядеть на высоту предстоящего полета сама. Бррр… Страшно-то как… Пришлось снова отойти и перевести дух. Такими темпами меня не то, что к полуночи, к утру не дождутся. Ну, что ж делать, обратно пути нет…

Я разбежалась и, зажмурившись, сиганула через многострадальную балюстраду, на ходу вспоминая слова заклинания левитации.

— Тахешше риа мерто, — прошептала я, уже не очень-то веря в успех этой затеи, как падение резко замедлилось, потом и вовсе прекратилось, а я плавненько опустилась в чьи-то подставленные руки.

— Оригинальный способ развлекаться ночами, ваше величество, — раздался над моим ухом бархатный баритон.

Я распахнула глаза и узрела усмехающиеся губы Регула в ладони от собственного лица. Судя по всему, в его объятиях мое бренное тело и пребывало.

— Эммм… — промямлила я, будто девчонка, пойманная за тасканием яблок из кухни.

— Куда собрались на ночь глядя? — продолжал насмехаться эльф.

— А ты что делал глубокой ночью под моим балконом? — сощурившись, не осталась в долгу я, предпочитая не отвечать. Ак известно, лучшая защита — нападение.

— Прогуливался, — фыркнул Регул, похоже, полностью осознавая комичность сложившейся ситуации.

— Ну да, ну да, — глубокомысленно согласилась я. — Не будешь ли любезен опустить меня на землю?

— Как пожелает моя королева, — ухмыльнулся князь, и я, наконец, оказалась бережно поставленной на ноги.

Я скосила глаза в сторону, пытаясь обнаружить место, где приземлилась моя сумка, и мне это удалось. И, похоже, не мне одной.

— Вы собирались бежать? — зловеще протянул Регул.

— Почему собиралась? — обезоруживающе улыбнулась я, попятившись. — И сейчас собираюсь. Мне не нужны лишние свидетели путешествия.

— Вы отправитесь завтра с эскортом, как и подобает, — наступал князь. — А не в одиночестве на ночь глядя.

— А я и не в одиночестве, — сорвалось с губ прежде, чем я успела подумать, что не стоит болтать лишнего. Эльф лишь недоверчиво хмыкнул:

— Я отправляюсь с вами.

— Нет! — вскрикнула я и испуганно зажала рот рукой — не приведи, кто-нибудь заметит, и вся конспирация насмарку.

— И кто же мне помешает? — насмешливо отозвался князь.

— Я… Прости… Натарео пиладо кратайтен аль треу, — выпалила я, и эльф рухнул на землю, как подкошенный. Надеюсь, ничего не ушиб.

— Величество, ты чего тут копаешься? — услышала я яростный шепот, а потом и увидела его обладателя.

— Возникла маленькая помеха, — развела руками я, показывая Шератону на лежащего кулем Регула.

— Угу, и ты с ней великолепно справилась, — съехидничал он, — хоть не убила?

— Не знаю, — затравленно прошептала я, — что первым пришло в голову, то сказала.

— Хорошо, ничего другого в нее не пришло, — продолжал потешаться Шератон над моим спонтанным колдовством. — Хотя, должен сказать, я бы и сам ничего лучше Сладкого Сновидения не придумал.

— Чего?

— Того. Ты усыпила его. Теперь проснется не раньше полудня, так что пропустит и завтрашний твой «официальный» отъезд, да и голова поболит немного, — объяснил Шератон, проверив пульс, как оказалось, спящего. — Только вот скажи на милость, откуда ты знаешь наши заклинания?

— Понятия не имею, — пожала я плечами. — И куда его теперь девать? Не бросать же здесь?

— Пусть поспит у себя в покоях, — ответил Шератон на оба вопроса, щелкнув пальцами, отчего спящий Регул исчез с легким хлопком и быстрой вспышкой.

— Ты что с ним сделал? — набросилась я с кулаками на темного.

— Да успокойся ты, величество, телепортировал я твоего Советника в его собственную мягкую постельку — пусть отдыхает там, а то еще ревматизм на брусчатке заработает, — съязвил Шератон, а я заметно успокоилась.

— Тогда я всё в порядке.

— Может, будем продвигаться в сторону ворот? — поинтересовался эльф, подбирая мою сумку. — Я могу тем же методом доставить нас туда.

— А почему не сразу к Магдалене с Альфардом? — любопытно спросила я, неслышно шагая рядом с темным по мощеной дорожке сада в его дальний угол.

— Стены города блокируют любую магию, — терпеливо объяснил Шератон, — даже твою, поэтому сюда войти или выйти можно только через ворота своим ходом. Иначе по древней столице шлялся бы кто ни попадя. Держись.

Шератон мягким движением обвил рукой мою талию и прижал к себе, а затем последовала вспышка, ослепившая меня ярким светом.

— Что-то не то? — прошептала я, пытаясь проморгаться, понимая, что эльф меня не отпускает.

— Нет, всё в порядке, — в его голосе послышались смешинки, а мои глаза, наконец, привыкли к темноте, и я начала различать предметы. — Просто боюсь, как бы ты сослепу не упала.

— Что было бы вполне вероятно, — рассмеялась я, окончательно приходя в чувство и отстраняясь от эльфа. Он неохотно разжал объятия и принялся критически осматривать меня.

— Что опять? — растерянно поинтересовалась я, наблюдая за его фокусами.

— У тебя довольно заметный платиновый цвет волос — признак королевской крови, — наконец, выдал он.

— И что я могу с этим поделать? — недоуменно развела я руками.

— Идеально будет, если ты примешь человеческий облик на время путешествия, — предложил Шератон. — Насколько я знаю, эльфы здесь не слишком высоко ценят людей, поэтому не обратят на тебя особого внимания. Мало ли, привез какой-нибудь любитель экзотики себе девушку с материка. Да и объяснить страже, зачем мы хотим в столь поздний час покинуть город, будет намного проще.

— Чтоооо? — негодуя, вскрикнула я, но эльф тут же зажал мне рот теплой ладонью.

— Тише, не шуми, а то еще стража услышит, придет разбираться, в чем тут дело, — объяснил свое неблагородное поведение Шератон.

Я понятливо кивнула, намекая на то, что можно бы меня уже и отпустить.

— Ну хорошо, только как мне снова стать человеком? — сдалась я, здраво рассудив, что эта идея — лучшее из всего, что можно было бы придумать на данный момент.

— Нет ничего проще. Смотри мне в глаза…

Я послушно уставилась в залившую белки черноту.

— Ты должна захотеть стать человеком…

— Захотеть…

Легко сказать. Хочу стать человеком… человеком… По коже словно пробежали мурашки, к горлу подкатила тошнота, но больше ровным счетом ничего не произошло.

— Похоже, не вышло, — огорченно констатировала я.

— Зря ты так думаешь, величество, посмотри сюда.

Шератон потянул меня за руку к небольшому темному оконцу, в котором отражались уличные фонари:

— Смотри.

Я вгляделась в хрустальную глубину и обнаружила там слегка встрепанное создание с огромными карими глазами и черными, как ночь волосами, напоминающее чистокровную эльфийку только отдельными чертами, но в том, что это лицо я почти двадцать лет видела в зеркалах — несомненно.

— Получилось? — я неверяще обернулась к Шератону и с радостным визгом кинулась к нему на шею.

— Ты умница, — жарко прошептал он, целуя меня слегка над ухом, но я, пребывая в восторге от себя, проигнорировала этот порыв.

— Тогда пора идти, не то опоздаем, — я ловко вывернулась из объятий и потянула эльфа вперед.

— Пора, — легко согласился он и зашагал в сторону виднеющихся ворот, не отпуская моей ладони.

* * *

— Мы хотели бы пройти, — огласил Шератон свое желание стражу, вплотную приблизившись к проходу в воротах.

— Вы хотите ночью покинуть столицу? — вместо ответа спросил страж, окинув равнодушным взглядом мою фигурку за спиной темного.

— Да вот, — подмигнув эльфу, начал Шератон, — завтра отправляюсь в составе личной гвардии её величества в Долину Гроз, хотел напоследок поразвлечься… то есть показать девушке ночной лес…

— Ну да, ну да, — понимающе хмыкнул стражник без лишних вопросов, — проходи друг. Удачно осмотреть лес, крошка…

— Спасибо, — пискнула я и вслед за темным скрылась в раскрывшемся зеве прохода. Как всё оказалось просто… Надо будет как королеве подумать о дополнительных мерах безопасности в будущем.

Когда мы отошли на безопасное расстояние, Шератон еле слышно свистнул, и ему в ответ раздалось тихое ржание вынырнувшего из тьмы Алголя.

— Зови Ниала, — видя мою растерянность посоветовал эльф.

— Как? — я беспомощно поглядела на Шератона.

Но, едва тот открыл рот, чтоб дать мне ответ, как в спину ткнулось что-то мягкое и теплое. Я едва подавила в себе порыв завизжать и броситься в сторону, но тут разглядела ехидную морду жеребца.

— Мой хороший, — я обняла сильную шею и зарылась лицом в пушистую гриву.

— Величество, мы едем сегодня или нет? Твои спутники уже ждут нас, — напомнил Шератон мне, всё позабывшей в компании коня.

— Едем, — очнулась я, и сильные руки эльфа бережно усадили меня на круп неподвижно стоящего жеребца.

— Тогда двинулись, — скомандовал Шератон, так же легко взбираясь на своего коня, и прекрасные создания, с нами в качестве довеска рванули с места, кажется, обгоняя ночной прохладный ветер.

Удивительно, но животные прекрасно видели в темноте и незамедлительно откликались на любой мысленный приказ всадника. Вдруг Алголь и Ниал резко затормозили, так что я едва не сверзилась, но по задорному тихому ржанию своего скакуна поняла, что он не допустил бы этого ни при каких обстоятельствах.

— В чем дело? — встревожено спросила я напряженно прислушивающегося Шератона.

— Всё хорошо, просто сейчас к нам присоединятся твои друзья, — подмигнул мне темный.

Вот, хоть одна замечательная новость за последнее время, хоть что-то не выбивается из плана. Из-за редкого кустарника, растущего у обочины, показались два всадника и во весь опор понеслись в нашу сторону.

— Моя королева, — приветствовал меня Альфард, чуть склонившись с крупа жеребца, чем-то похожего на Ниала, но имеющего слегка отливающий в голубизну цвет лоснящейся шкуры. Похоже, эльфа ничуть не удивил мой новый облик. Хотя, почему он должен удивляться чему-либо, довольно долго пропутешествовав со мной сюда?

— Ваше величество, — со мной поравнялась Магдалена на гнедой, как оказалось, кобылке, судя по призывным фырканьям жеребцов.

— Рада вас видеть, — искренне улыбнулась я, — но прошу, обращайтесь ко мне по имени Нуар, не стоит раскрывать моё инкогнито — мало ли кто может подслушивать в придорожных кустах…

— Если вы настаиваете… — нерешительно начал Альфард.

— Да, настаиваю, — перебила я его, а то будет рассыпаться в извинениях и подобострастных поклонах до утра. — И к тому же лучше всего обращаться на «ты» — так правдоподобнее, а лучше вообще забыть на некоторое время, что я — особа королевских кровей.

Магдалена и Альфард задумались, не решаясь ни безоговорочно согласиться, ни ослушаться. Шератон только ухмылялся, глядя на происходящее. Да и меня всё это уже начало утомлять.

— Так что? — слегка грубовато поинтересовалась я. — Мы принимаем решение и продолжаем путешествие или топчемся на месте до завтрашнего вечера? Только хочу напомнить, что я всё-таки спешу, да и Цебальрай не будет великодушно дожидаться моего прибытия.

— Хорошо, Нуар, — наконец, с трудом выдавила Магдалена.

Я перевела испытующий взгляд на её вторую половину, и эльф под давлением обстоятельств сдался:

— Нуар так Нуар…

— Вот и отлично, — вставил Шератон, — тогда, раз уж мы так благополучно разобрались, кого как называть, может, продолжим путешествие?

— Следуйте за мной, — сосредоточенно кивнул Альфард и поскакал вперед, а мы слаженной кавалькадой двинулись за ним.

Луна поливала серебристым светом холмы и леса, когда столица скрылась из вида. Ниал нес меня, будто на крыльях, обгоняя ветер. Остальные всадники сосредоточенно ехали рядом, не проронив ни слова. От звенящей в ушах тишины и мелькающих серебряных пейзажей, калейдоскопом сменяющихся один за другим, глаза начали закрываться сами. Пару раз я уже одергивала себя, в полусне едва не соскользнув с крупа коня в придорожный кустарник. Но навязчивая дремота возвращалась и каждый раз с новой силой наливала свинцом веки. Я практически спала, когда сильные руки легко, словно пушинку, подхватили меня, и кто-то усадил мою особу перед собой.

— Разве нельзя сделать привал? — устало поинтересовалась я.

— Нет, — шепнул мне на ухо Шератон, заботливо придерживая за талию, — нужно преодолеть еще солидное расстояние, а потом можно будет разбить лагерь, дать отдохнуть животным да и самим поспать.

Я привалилась на грудь эльфа и притиснулась к ней щекой, а он только крепче прижал меня к себе.

— Пусти, — сонно пробормотала я, — поеду на Ниале сама. Потерплю до привала.

— Тсссс, — раздался прямо над ухом жаркий шепот, — спи уж тут. А то я уже устал следить, как бы случайно не потерять тебя. И не волнуйся, мы успеем отдохнуть.

И я, успокоенная словами Шератона, послушно отдалась во власть сновидений. Через некоторое время мне показалось, что меня куда-то осторожно несут, а потом бережно сгружают на что-то мягкое. Я, пробормотав что-то неразборчивое, свернулась калачиком и уснула окончательно.

* * *

Мне снился прекрасный сон… Уже даже и не вспомню, про что… Вот только чьи-то губы осторожно коснулись моих губ, и я пылко ответила на столь неожиданный и приятный поцелуй, а потом, нехотя отстранившись и обвив незнакомца руками, провалилась в темноту.

Проснулась я от того, что почувствовала странное движение рядом с собой, и сразу всю дремоту как ветром сдуло. Так, разведаем обстановку… То, что я сумела узнать, не открывая глаз, мне совершенно не понравилось, мало того, даже привело в состояние шока. Я лежала в чьих-то крепких объятиях, бесстыдно прижимаясь к теплому мужскому телу и закинув на бедро собственную ножку. Мерное дыхание спящего нежно щекотало кожу у виска, едва шевеля локоны.

Вот тут-то глаза и распахнулись сами собой, и первое, что я увидела, было безмятежное лицо Шератона. Именно его я так нескромно и обнимала. Пурпурная краска стыда залила мои щеки, и я попыталась незаметно отодвинуться на более приличное расстояние, но сильная рука еще теснее прижала меня к крепкому телу.

— Нуар, имей совесть, — полусонно прошептал темный, — я задремал только под утро.

— Так отпусти меня и спи дальше, — недовольно пробурчала я, не оставляя попыток вырваться.

— Угу, — не согласился он, — тогда мне точно сон не грозит — буду непрестанно думать, как бы ты никуда не влезла, пока я тут почиваю.

— Но Шератон, — не сдавалась я, — это неприлично…

Эльф раздраженно фыркнул:

— А лезть с поцелуями к уставшему после ночного дежурства, по-твоему, значит, прилично?

Я, вспомнив давишний сон, который оказался совсем не сном, покраснела еще сильнее, хотя думала, что уже дальше некуда.

— Прости, — стыдливо прошептала я, — я не хотела.

— Не хотела бы, не делала, — назидательно пробурчал он, зарываясь в мои волосы, — и, знаешь, я совсем был не против…

Теперь сложилось ощущение, что побагровели даже уши и затылок.

— Ну, Шератон, пусти… — отчаянно пробормотала я, не зная, куда скрыться от переполняющего стыда.

— Ну, хорошо, — нехотя отстранился он, давая мне свободу, чем я незамедлительно и воспользовалась. — Там Магдалена уже не спит — ты и её разбудила своей возней. Держитесь вместе и не отходите далеко. Если что, будите.

И темный, перевернувшись на другой бок на расстеленном на куче лапника одеяле, сладко засопел. А я, мучительно сгорая от стыда, отправилась под теплое крылышко Магдалены.

Весь оставшийся путь я пыталась избегать Шератона, болтая с эльфийкой и Альфардом о разных пустяках и вспоминая курьезы нашего предыдущего путешествия. Впрочем, темный и сам не искал моей компании, но я постоянно ловила на себе его задумчивый взгляд.

 

Глава 9. И снова покушение

В ставку собственной армии, разместившуюся на одном из холмов, мы прибыли почти на закате, и встретили нас, точнее меня в человеческом обличье, там крайне прохладно. Однако без лишних разговоров препроводили в палатку, предназначенную королеве, в сопровождении Магдалены. Там я и приняла свой не столь давно приобретенный эльфийский облик, сожалея, что не могу остаться прежней Нуар, уже не могу, словно человеческое тело — не моё, а чье-то чужое.

Я расположилась в походном кресле и, задумавшись над собственными метаморфозами, прикрыла глаза, а Магдалена принялась расчесывать мне снова спутанные платиновые волосы.

— Моя королева, — вошел в палатку гранд Ректор и легко поклонился.

— Рада видеть вас, — улыбнулась я и встала ему навстречу, подавая руку, на которой воспитанный эльф и запечатлел поцелуй. — Наша армия расположилась согласно плану?

— Всё выполнено согласно вашим указаниям, но не понимаю, — нахмурился почтенный эльф, — откуда мы возьмем силы для авангарда?

— Не волнуйтесь, гранд Ректор, — улыбнулась я, — эта проблема решена. Завтра всё встанет на свои места.

— Ну, хорошо, доверимся вам. Надеюсь, вы знаете, что делаете, — был ответ.

— Как там наш противник? — продолжала выяснять обстановку я, всё больше нервничая.

— Желаете посмотреть? — мгновенно отозвался эльф.

— Естественно. Только прошу подождать минутку…

Гранд Ректор понятливо кивнул и вышел, а я, вспомнив урок Шератона, снова захотела стать человеком. Странно, но превращения в эту сторону даются мне всё труднее и труднее. Переведя дух, я вопросительно взглянула сначала на Магдалену, а потом в походное зеркало и обнаружила там то, что, собственно, и хотела. Почти…

— Тьфу ты, — выругалась я, — ну почему после превращений я такая встрепанная, как будто полсотни ворон вздумали строить на моей голове гнездо?

Эльфийка сдавленно хихикнула и тут же подскочила с расческой и лентой в руках. Да уж, к этой экзекуции с приведением меня в надлежащий вид мне, похоже, никогда не привыкнуть. Но аккуратная коса, черной змеей струящаяся до пояса, стоила пережитых неприятных ощущений.

— Идемте? — окликнула я гранда Ректора, терпеливо ожидающего меня возле выхода из палатки.

Он, удивленный моим необычным видом, изумленно выгнул одну бровь, присматриваясь ко мне.

— Поразительно, — потрясенно выдохнул он. — Двумя ипостасями обладали только темные эльфы не дальше третьего поколения…

— Возможно и я не исключение, — на лицо легла теплая улыбка, — но копаться в генеалогическом древе пока не было времени…

Гранд Ректор рассмеялся, по достоинству оценив шутку.

— Если вам понадобится помощь в сием нелегком деле, я с превеликим удовольствием вам её окажу, — последовало предложение.

— Благодарю, — благосклонно кивнула я, — и ни в коем случае не буду отказываться.

На этом наш обмен любезностями подошел к концу. Гранд Ректор с полуулыбкой подал мне руку, и я, вложив в неё свою ладошку, послушно направилась к наблюдательному пункту, ведомая эльфом. Мы, курсируя между разбитыми прямо на склоне походными палатками, поднялись на самую вершину холма под сопровождением подозрительных и не слишком дружелюбных взглядов, где и был расположен вышеупомянутый объект, надо сказать, довольно странный. Я-то, наивная, думала, что здесь будет множество всевозможных хитроумных приборов и приспособлений для слежки за передвижением сил противника, однако, ничего подобного в обозримом пространстве не имелось, только круглый походный стол и пять складных кресел вокруг него.

На мой ошеломленный взгляд гранд Ректор только снисходительно улыбнулся и махнул рукой подошедшему молчаливому адъютанту. Тот понятливо кивнул и с поразительной скоростью отбыл в невысказанном направлении, наверное, уже без слов понимал собственного командира.

— И как, собственно… — я попыталась развеять собственное невежество.

— Имейте терпение, моя королева, сейчас вы всё увидите своими глазами, — немного укоризненно сказал эльф вместо ответа. — А пока не соизволите ли присесть?

Я покорно примостилась на угодливо отодвинутое кресло и принялась обозревать окрестности. Склоны холмов были сплошь усеянными палатками, над каждой из которых гордо реял стяг с одной и той же эмблемой: затейливым цветком с четырьмя разноцветными лепестками. Хм, это что же, мой знак?

Внизу в долине не наблюдалось никакого движения, только на виднеющемся поодаль море ближе к берегу словно набухало множество причудливых клякс. А у самой кромки пляжа уже сновали какие-то мелкие точки. Но точнее я разглядеть не могла, как ни напрягала зрение.

Почувствовав, что наше своеобразное уединение с грандом Ректором нарушено, я обернулась в сторону возмутителей спокойствия. Их оказалось четверо: золотоволосые эльфы, безумно друг на друга похожие, только одежды на них были разного цвета, да в лежащих на груди кулонах поблескивало по три камня. Причем отсутствовал у каждого разный. Хорошо я сама догадалась спрятать свои медальоны, которых у меня оказалось даже два, под ворот одежды.

Уловив на себе мой откровенно оценивающий взгляд, компания синхронно презрительно ухмыльнулась, а я не удержалась и ответила им тем же. А то что же это за безобразие — так относиться к незнакомой личности. Вдруг за подобную ухмылку можно получить в челюсть, а то и в глаз? Не все ж такие терпеливые, как я. А магия… от стремительного подзатыльника вряд ли убережет.

Перестав, наконец, сверить меня взглядами, пришедшие синхронно поклонились гранду Ректору:

— Вы просили явиться нас на наблюдательный пост.

— Это — мои лучшие преподаватели Академии, — тихо пояснил эльф, уловив вопрос в моем взгляде. — Уважаемые, нужно провести данной ли'ин демонстрацию Всевидящего Ока.

Компания дружно обалдело уставилась на меня, а гранд Ректор, игнорируя все переглядывания, пригласил их к столу, за которым я уже восседала:

— Прошу вас занять соответствующие места.

Все четверо недоуменно посмотрели на главу Академии, но, видимо, подозревать его в нелогичных поступках до сих пор повода не было, поэтому они уселись вокруг стола и взялись за руки. Я же до сих пор держала свои ладони, сжатые в кулачки на коленях.

— Дайте им руки, — шепнул гранд Ректор, — нужно замкнуть круг.

Я послушно вложила свои пальцы в теплые ладони, раскрытые по обе стороны от меня. Вся четверка тут же принялась нараспев читать слова, скорей всего, заклинания, которое я слышала через слово.

И тут над самым центром стола чуть ниже уровня моего лица образовалась светящаяся точка. Я зачарованно уставилась на диковину, а она с каждым словом магов начала увеличиваться в размерах, приобретая форму сверкающего шара. Постепенно её поверхность перестала светиться и покрылась мелкой рябью, а потом я увидела в глубине прекратившей расти сферы берег моря, на который войско Цебальрая выгружало снаряжение и прочие необходимые вещи. Какая красота… Я пожелала увидеть то, что творится чуть правее, и шар послушно сдвинул вид. Ну просто потрясающе… А где же и сам наш противник? Не успела я об этом подумать, как изображение приблизилось, и на носу скользящей по воде ладьи я увидела профиль его величества, отдающего приказания своим военачальникам.

— Потрясающе! — я довольно похлопала в ладоши, полностью сосредоточившись на просмотре того, что по малейшей моей прихоти показывал чудесный шар. Чувство пьянящего восторга захватило меня почти полностью. А если поглядеть сверху, с высоты птичьего полета? Шар не замедлил исполнить и это желание, мгновенно показав всё именно так, как мне хотелось. Я могла даже сосчитать количество кораблей противника, да что там кораблей, количество находящихся там эльфов.

— С ума сойти! — я, наконец, отвлеклась от захватывающего зрелища, чтобы сразу же наткнуться на пять пар абсолютно круглых глаз.

— Что не так? — невольно сорвалось у меня с губ, пока взгляд метался от одного ошарашенного лица к другому.

— Вы… вы… — наконец, соизволил проблеять один из магов, но это мычание оказалось крайне неинформативно, поэтому я повернулась к гранду Ректору, который выглядел наиболее вменяемым из всей компании.

Он откашлялся и соизволил объяснить необразованной мне причины своего потрясения:

— Как вы это сделали?

— Что «это»? — недоуменно нахмурилась я, по-прежнему теряя нить разговора.

— Око могут сделать только наши маги с полным двойным набором камней, да еще потомки темных эльфов, чтобы ментально контролировать шар, а вы… вы разорвали круг и удержали сферу в-одиночку, да и сейчас удерживаете, полностью отвлекшись, — выдал тираду эльф, и снова все вопросительно уставились на меня, а я оббегала их поочередно удивленным взглядом.

— Ну, знаете, я не специалист в данном вопросе, поэтому вряд ли что смогу объяснить… — протянула я, накручивая, на палец платиновый локон, каким-то чудом выбившийся из косы. Так, опять полупревращение… надо что-то с этим делать.

— Тогда, как только всё закончится, прошу вас в Академию. Такой потрясающий дар нужно развивать и учиться обращению с ним, — предложил гранд Ректор.

— Благодарю, — я учтиво склонила голову в знак признательности за оказанную честь, — обязательно приму ваше приглашение и займусь самообразованием.

Моя ослепительная улыбка позволила эльфам хоть немного оттаять после перенесенного шока, а я щелкнула пальцами, и шар с громким шипением рассыпался сверкающими искрами, потухшими так и не долетев до стола, чем повергла магов в новый ступор.

Внизу на склоне началось какое-то движение и раздался подозрительный шум, привлекший моё внимание. С огненно-рыжего коня соскочил всадник и, отчаянно жестикулируя, сделал попытку прорваться в мою палатку, но его остановили гвардейцы, а вокруг начала собираться толпа, которой новоприбывший что-то истерично втолковывал. Так-с, надо поглядеть, в чем там дело…

Я соскочила с насиженного места и легко понеслась вниз, проделав путь до границы собравшейся толпы в рекордные сроки. Собравшиеся эльфы о чем-то взбудоражено перешептывались, впервые не обращая на меня никакого внимания. Значит, дело серьезное, тогда мне точно надо быть в курсе.

— Что здесь происходит? — колокольчиком разнесся по округе мой звонкий голос, а над лагерем повисла оглушающая тишина. Казалось, никто не дышит. Интересно, что же там всё-таки сообщил незнакомец, да и кто он, собственно, такой, что сеет панику в моей гвардии.

Эльфы начали расступаться, образуя коридор между мной и новоприбывшим. Я встретилась взглядом с самыми красивыми глазами на свете, в которых плескалось дикое отчаянье, и дыхание перехватило. Регул сделал неуверенное движение в моем направлении, и с каждым шагом обреченность в его взгляде сменялась на облегчение и ничем не прикрытый восторг. Эльф подошел ко мне вплотную и замер, а потом неверяще провел по моей щеке с такой нежностью, словно пред ним была не я, а хрупкое видение, безвозвратно разрушить которое можно одним прикосновением. Мое сердце зашлось в бешеной пляске, а кровь загрохотала висках.

— Моя… — благоговейно прошептал Регул и, одним рывком заключив меня в объятия, припал к губам в требовательном неистовом поцелуе с привкусом горечи, словно пытаясь убедиться, что я это точно я, а не сон, который в любой момент может растаять. Если бы он не держал мою талию, мне бы точно оказаться на земле, потому что ноги ослабели и наотрез отказались слушаться, а руки сами против воли обвили сильные плечи, когда я в ответ поцеловала князя с не меньшей страстью. Все мысли разбежались в неизвестном направлении, а по телу пробежали мурашки от импульсов, посылаемых всё сильнее прижимающимся горячим мужским телом и ласкающими легкими поглаживаниями затылок и спину руками.

— … королева, — закончил князь, неохотно отрываясь от моих губ и, не скрывая пылающего взгляда, согнулся в легком поклоне.

Я, всё еще пребывая во власти порыва страсти, покачнулась на подгибающихся ногах, но сохранила равновесие и даже попыталась собрать воедино разбегающиеся мысли, но легкий поцелуй руки обжег нежную кожу и заставил вздрогнуть от удовольствия.

— Советник… — хрипло пробормотала я, купаясь в ласкающем всё тело неистовом взгляде.

— Советник, вы забываетесь, — глухо прошелестел почти над ухом разъяренный голос Шератона.

— И понесу любое наказание, которое моя королева сочтет приемлемым, — Регул продолжал держать мою руку в своей, нежно гладя пальцами кожу запястья, а я млела от его прикосновений.

Наказание? Какое наказание? О чем речь? Происходящее вокруг пробивалось словно через густую дымку, отчетливо я видела только страстный взгляд и чувственные губы, вкус которых ощущала мгновение назад. За что наказание? Единственное, что приходило на ум — зацеловать до смерти этого несносного эльфа. Но, к сожалению, пришлось отбросить эту идею, постепенно возвращаясь к реальности.

— Возможно, — неужели этот хриплый томный голос принадлежит мне, — князь сумеет объяснить свой… порыв. Тогда можно будет подумать и о наказании, если будет найдена вина, конечно…

— Всё что пожелает моя королева… — прошептал Регул так, что армия мурашек вернулась.

— Пойдемте в мою палатку, — пригласила я князя и Шератона, безусловно горящего праведным гневом. Только вот с чего это он так распалился? Неужели аукается тот случайный утренний поцелуй. Ну вот, еще одна проблема на мою голову…

Я последней вошла в палатку, и гвардейцы задернули за мной её полог.

— Что это был за… — начала я, встретившись глаза в глаза с князем и запнувшись от этого.

— … цирк, — подсказал Шератон, за что получил мой неодобрительный взгляд.

А этот-то чего кипятится? Ну, подумаешь, один поцелуй… угу, зато прилюдный, то есть приэльфный, да еще и такой страстный… Стоп, не нужно углубляться в такие подробности, а то еще, чего доброго ноги сами подкосятся снова. Так, избавим себя от их пагубного влияния. И я села в кресло, благопристойно сложив руки на коленях.

— Слушаю, — я снова перевела взгляд на Регула, так и не поменявшего позы.

— Когда я очнулся сегодня почти в полдень с дикой головной болью, — в мою сторону полетел укоризненный взгляд, — то первым делом подумал, что произошедшее в саду сон, однако следы магического воздействия были налицо. Тогда я кинулся к Граффиасу, но он успокоил меня, сказав, что вас удалось переубедить, и вы отправились в Долину Гроз как и подобает королеве в коляске с эскортом. И тогда я кинулся вслед за вами, надеясь нагнать…

Тут я насмешливо фыркнула: что-то князь совсем неуправляемый стал. Раньше вон, ревниво следовал любой букве традиций и законов, а ныне нарушает их направо и налево. И правда, подменили что ли? Однако следующая фраза Регула повергла меня в ужас и заставила волосы на голове встать дыбом:

— Но, когда я нагнал ваш эскорт, все были мертвы… а вместо тела девушки в коляске было искореженное существо…

— Что??? — я в панике вскочила с насиженного места.

— И все место трагедии несло отпечаток темной магии, — добил меня Регул мрачным голосом.

Я никак не могла поверить в услышанное. Кто бы мог подумать, что шальная идея с двойным отбытием закончится столь плачевно, правда, не для того, кого было нужно устранить… то бишь, меня.

— Занятно… — пробормотал Шератон, задумчив потирая подбородок. — А как выглядели погибшие?

Я вопросительно уставилась на темного. Он что, ненормальный маньяк, интересоваться подобными вещами, от одного упоминания о которых передергивает.

— Хочу узнать, что за проклятие было применено, — просто пожал плечами Шератон, не проявляя более никаких эмоций.

— Я не обнаружил повреждений, кроме выражения дикого ужаса на лицах и в остекленевших глазах, да и некогда, собственно, было рассматривать — я поспешил сюда, надеясь, что и Граффиаса вы обвели вокруг пальца. Так и оказалось, — усмехнулся Регул.

— Нет, — способность говорить, наконец, вернулась ко мне. — Он знал, что я уехала еще вечером. Я предполагала, что ты увяжешься следом, хотя я ясно дала понять, что хочу, чтоб ты остался в столице.

— Я не мог оставить мою королеву в опасности… — нежно прошептал князь, опускаясь передо мной на колено и накрывая мои ладони своими. — И чуть не сошел с ума, когда подумал, что потерял тебя…

Теплая волна благодарности накрыла меня с головой.

— Ох, Советник, уж не пытаетесь ли вы очаровать нашу милую королеву, — скучающе подал голос Шератон, до этого, казалось, ушедший в собственные мысли и не прислушивающийся к разговору.

Регул проигнорировал шпильку в свой адрес, но отошел в сторону.

— И, что надумал? — сердито поинтересовалась я, недовольная тем, что Регул оказался так далеко.

— Похоже на проклятие Тайных Страхов, — пожал плечами Шератон.

— Темное проклятие? — недоверчиво вопросил князь.

— Ну, ты же сам сказал, что обнаружил следы темной магии. А это проклятие — самое действенное из ментальных воздействий на расстоянии на основе страха. Но и энергии нужно на него немерено.

— Откуда такие познания в темной магии? — с еще большей подозрительностью спросил Регул.

— Учился долго, — равнодушно ответил Шератон с вежливой улыбкой на лице, но оставшимися при этом холодными глазами.

— Так, стоп, ребятки, — вмешалась я, намереваясь предотвратить назревающий скандал с последующим битьем лиц и всего прочего. — Не время выяснять отношения. Лучше давайте подумаем, кому так невыгодно видеть меня живой, что он не поскупился на энергоемкое и столь специфичное проклятие.

— Ну, со специфичностью понятно, темное проклятье не может снять стихийный маг, — констатировал Шератон, разглядывая ногти на пальцах. — Другое дело, что стихийный маг не может его и наложить…

— А вот кто… Ясное дело, что больше всех вы мешаете Цебальраю, моя королева, — выдал итог собственных размышлений Регул. — Но с темным проклятьем и тут не вяжется…

— Всё прекрасно вяжется, — раздраженно фыркнул Шератон. — Во время той встречи на пирсе, когда Цебальрай приезжал на Совет, я почувствовал на его корабле всплеск темной магии…

«Ага, и поспешил скрыться и заодно увел меня оттуда», — подумала я и получила едва видимый утвердительный кивок. Так, похоже, наш друг снова чтением мыслей балуется, наверное, в результате всех последних потасовок блок где-то и слетел.

— Странно, — Регул подозрительно взглянул на Шератона, словно оценивая его потенциальную опасность, — помнится кто-то утверждал, что не владеет стихийной магией…

— Однако это не мешает мне чувствовать все её проявления, — отмазался темный от проявления открытого недоверия.

Ой, что-то мальчики открыли между собой еще один фронт, того и гляди скоро залпы послышатся…

— Перестаньте спорить, — осадила я обоих, — нужно еще отдать поручения насчет тел тех… тех несчастных.

— Я уже послал Граффиасу весть, он всё организует, — признался Регул.

— Спасибо тебе, — на мои глаза навернулись слезы. — Ступай отдыхать, тебе это не помешает.

— Да уж, — фыркнул князь, — вообще-то благодаря некоторым я уже так наотдыхался, что голова только недавно болеть престала.

Я смущенно покраснела, поняв, о ком идет речь и в чей огород камень. Но Регул не стал усугублять мои терзания и, поклонившись, вышел.

— А вечер-то перестает быть томным, — ухмыльнулся Шератон.

— То есть? — я непонимающе поглядела на него.

— Ну, эта история с загадочным магом, владеющим темной силой. Помнишь Врата Асцеллы?

Меня передернуло.

— Еще бы, забудешь такое.

— Так вот, вспомни, я говорил тебе, что один из символов горит белым, а это значит, что ворота открыты, — продолжил гнуть свою линию Шератон, а я не понимала, к чему он клонит.

— Да помню, помню, и что? — кажется, начинаю уже терять терпение.

— Я знаю, символ какого города это был, — темный сделал паузу, наслаждаясь произведенным эффектом.

— И? Ну не тяни уже! — в сердцах вскрикнула я.

— Это были Врата столицы Цебальрая, Схимтариин. Кто-то проверял собственные силы, — закончил Шератон и в ожидании выводов поглядел на меня.

— У него есть в арсенале темный маг? — я удивленно захлопала ресницами.

— Похоже, не одной тебе так повезло, — подмигнул эльф.

— И он пытается прикончить меня?

— Совершенно верно.

Вот, не было печали… Теперь еще и такие новости. Ну прям час от часу не легче.

— И что же делать?

— Сохранять спокойствие. Для начала прошу тебя, не становись эльфийкой, — учительским тоном проговорил Шератон, подходя ко мне вплотную и присаживаясь рядом на корточки.

— Почему? — я недоуменно смотрела в гипнотизирующие черные глаза.

— Он тогда на пирсе считал твою ауру, а ты была уже почти эльфийка. Думаешь, почему я задержался перед нашим отъездом? Накладывал похожий отпечаток на эльфийку, которая должна была выехать утром.

— Ты предполагал нечто подобное? — я в ужасе смотрела в лицо Шератона.

— Нужно быть готовым ко всему, а подозрений у меня к тому времени было предостаточно, чтобы еще и таким способом обезопасить тебя, — равнодушно пояснил эльф.

— Именно поэтому ты попросил меня путешествовать в человеческом облике?

— Да, — нехотя признал он.

— А предупредить ты меня не хотел? — в ярости бушевала я. — Возможно гибели многих можно было бы избежать.

— Это вряд ли. Думаешь, твой разлюбезный князь обо всем предупреждает? — ядовито вопросом на вопрос ответил Шератон.

— Да, — опрометчиво выпалила я. Уж кто-кто, а Регул меня вряд ли нагло обманывает, да и зачем ему это.

— Ошибаешься, — вкрадчиво прошептал темный, наклонившись почти к моему уху так, что я почувствовала горячее дыхание на коже шеи и даже замерла. — Как ты думаешь, зачем он тебя очаровывает?

От этого заявления я вспыхнула, как маков цвет.

— Вот это уж тебя точно не касается, — зло прошипела я, выходя из себя, — может, я нравлюсь ему…

— Может и нравишься, — продолжал нервировать меня Шератон, находясь в опасной близости, — но наверняка Регул забыл тебе сообщить, что королева может стать супругой только равному себе по силам магу, таков закон Стихий.

— К чему ты клонишь? — это заявление несколько отрезвило меня, готовую в запале защищать князя до последнего удара сердца.

— А то, что максимум, на что ты можешь претендовать, дорогая, — это на статус его любовницы. Отличное положение для королевы, не находишь? — ядовито закончил эльф.

— Да ты… — я гневно оттолкнула наглеца и вскочила с места.

— Только открыл неблаговидную правду, которую твой разлюбезный Регул наверняка позабыл тебе сообщить, — глаза Шератона почернели и метали молнии.

— А тебе-то какое до этого дело? — вспыхнула я. — Сам-то ты чего добиваешься, эдак исподтишка соблазняя меня и втираясь в доверие? Или считаешь себя более подходящей кандидатурой на роль мужа для глупой юной королевы?

— На этот вопрос я отвечу тебе чуть позже, — загадочно ухмыльнулся Шератон и ласковым жестом потрепал меня по подбородку, скользя взглядом по линии губ, так что я их нервно облизнула. — Ты такая соблазнительная, когда сердишься…

И вышел прочь, оставив меня недоуменно взирать ему вслед. А кожа в местах его прикосновений горела, словно опаленная огнем.

— Ваше… — начала осторожно заглянувшая Магдалена.

— Нуар! — нетерпеливо рявкнула я, перебив и одновременно поправив её.

Эльфийка отшатнулась, и это слегка привело меня в более-менее нормальные чувства.

— Прости, — покаялась я за спонтанный порыв ярости.

— Что-то случилось? — участливо поинтересовалась Мэг, окончательно входя внутрь и присаживаясь рядом со мной на походную кровать, застеленную теплым покрывалом.

— Шератон наговорил мне кучу гадостей, — горько пробормотала я, забираясь на постель с ногами и сворачиваясь в калачик.

— Например? — аккуратно уточнила Магдалена.

— Ну… — я снова зарделась, вспоминая тему последнего разговора, а скорее ссоры с темным. — Он попенял на то, что Регул меня очаровывает, не предупредив, что я могу быть только любовницей…

И вопросительно посмотрела на присмиревшую эльфийку.

— Вообще-то, — фыркнула она, — в данном случае скорее князь может быть только вашим любовником…

— Ага, а суть от этого так, прямо, поменялась… — скривилась я. — Так всё сказанное правда?

— В общих чертах да, — подтвердила мои самые страшные опасения Магдалена. Да и с чего бы Шератону врать, если сказанное так легко проверить?

— Убью гада, — припечатала я и уже даже приподнялась на локтях.

— Кого именно из них вы намерены лишить жизни? — невинно поинтересовалась Мэг, даже не пытаясь спрятать играющие в глазах смешинки.

Да уж, тут и правда есть, над чем призадуматься.

— Обоих, — проворчала я, снова делая попытку встать.

— Постой…те, — уложила меня назад эльфийка.

— Это почему? — я, недобро прищурившись, поглядела на нее.

— Насколько мне известно, Советник не желал вас очаровать и тем более соблазнить, наоборот, старался держаться подальше, с тех пор, как заподозрил, что вы — наша королева, на тот момент принцесса, — пояснила Магдалена.

— И как давно это произошло? — сквозь зубы процедила я, понимая, что пара-тройка таких признаний, и я придушу кого-нибудь голыми руками или поджарю заживо. Вон, уже искры из-под пальцев летят.

— После того, как вы спасли Альфарда, — потупилась эльфийка. — Да и перемещение корабля явно провернула не ваша подруга, несмотря на медальон на её шее.

Ага, значит, после…

— А до того момента он, прости, чем занимался? — я уже практически не контролировала эмоции.

— Вы действительно ему понравились, будучи человеком. Князь не захотел отпускать вас, пытался расположить к себе, а потом предположил, что…

— Так, это мы уже в курсе, — невежливо отозвалась я.

Оказывается, этот интриган знал о моей истинной природе, по крайней мере, догадывался. Вот почему предложил обряд Родной Крови, но даже тогда продолжал ломать комедию. Этими соображениями я и поделилась с Магдаленой.

— Ваша истинная сущность должна была проявиться сама, а не под внешним натиском, иначе вы просто сошли бы с ума, — просто объяснила поведение Советника эльфийка.

Ага, то-то я едва не свихнулась после «привета» от стихий в Храме. Сущность прямо-таки сама проявилась, ничего не скажешь…

От всех этих измышлений жутко разболелась голова. Теперь вот не знаю: то ли прогуляться на свежем воздухе, чтоб привести в порядок растревоженные чувства, то ли поспать и во сне разложить всё по полочкам.

— Не желаешь ли пройтись по лагерю? — уже более мирно спросила я свою сопровождающую.

Она в ответ подозрительно покосилась на меня, уловив резкую перемену настроения.

— С удовольствием составлю компанию, — кивнула Мэг.

— Тогда пойдем?

— А… — поколебавшись, спросила Магдалена, — вы не желаете сменить облик на эльфийский?

— По правде говоря, хочу, но Шератон настойчиво не рекомендовал делать этого, и, как бы мы с ним ни скандалили, в данном аспекте предпочитаю доверять ему, — улыбнулась я.

Мэг понимающе кивнула и приоткрыла полог палатки, пропуская меня вперед. В лагере по-прежнему сновали маги-воины, уже не обращая на меня никакого внимания — человек им был теперь не столь интересен после устроенного князем представления. Командиры так же отдавали приказы, все готовились к предстоящему тяжелому дню. Мы с Магдаленой поднялись на один из холмов, и я уселась, скрестив ноги, на траву почти на самой вершине. Пушистые колоски забавно щекотали кожу, подрагивая под легкими порывами бриза, дующего с моря.

Ближе к нам, в некотором отдалении от пляжа, разбивало лагерь войско Цебальрая, заметно превосходящее моё собственное. Ох, что же завтра будет… Как не хочется проливать чужую кровь… Но вызов брошен… и вызов принят…

Я тяжко вздохнула в такт столь же тяжелым мыслям. Магдалена тоже безмолвствовала, и за это я испытывала к ней огромное чувство благодарности. Кто бы еще мог так тактично молчать, попав в столь сложную ситуацию, при этом одаривая собственной поддержкой и чувством, что всё идет как надо.

Я откинулась на спину, зарывшись в сочную траву. Прямо надо мной пролетали белые барашки безмятежных облаков на темнеющем закатном небе, окрашенном солнцем в багряные тона. Спокойствие… как и отрешенность в моей душе. Я мотнула головой, прогоняя упаднические настроения.

— Вернемся? — нарушила молчание сидящая рядом Магдалена, следя за ворчащим, беспокойно подрагивающим морем на горизонте.

— Рано, — шепнула я. — Хочу еще чуть-чуть насладиться покоем, боюсь, он у меня окажется крайне недолгим.

И мы снова замолчали, думая каждая о своём. Я играла пушистым колоском, вертя его в пальцах. Размышлять совершенно ни о чем не хотелось. Даже о том, как круто изменилась моя жизнь за такое короткое время, или как она может повернуть завтра, причем совершенно неминуемо при любом исходе.

— Пора идти назад, — налюбовавшись, повернулась я к эльфийке.

— Пора, — с сожалением выдохнула она.

Когда мы вернулись в лагерь, было уже почти темно. Вот это да, сколько же длилась прогулка?

— Всё готово? — спросила я у поджидавшего с докладом гранда Ректора.

— Безусловно, — серьезно кивнул он, — мы готовы к завтрашней схватке. Вряд ли Цебальрай будет атаковать ночью, но часовые на всякий случай выставлены.

— Отлично, тогда увидимся завтра, — кивнула головой я и скрылась в собственной палатке, где повалилась на постель, даже не раздеваясь.

Но сон всё не шел. Нехорошие предчувствия не отпускали окунуться в его желанные объятия. Я ворочалась с боку на бок, и никак не могла найти себе уютное место и удобное положение. Прямо принцесса на горошине. Я фыркнула над таким нелепым замечанием. Всю ночь тревожили посторонние звуки, не давая забыться, и только ближе к утру я провалилась в столь долгожданное беспамятство.

 

Глава 10. Расстановка сил

Кругом темно, почти ничего не видно. Я оборачиваюсь на странный шорох. Палатка. Когда это я успела выйти из нее? В недоумении подхожу к пологу и, осторожно приоткрыв щелочку, заглядываю внутрь, ощущая опасность буквально каждой клеточкой тела.

— Ты уверен, что девчонка мертва? — спрашивает разлегшийся на кровати Цебальрай, лениво пощипывая кисточку винограда.

— Абсолютно, — столь же бесстрастный ответ до боли знакомым голосом, но произносящего ужасные слова не могу различить, — проклятие было настроено на её ауру, а обратная связь доложила, что цель уничтожена.

— Тогда чего ждут эти олухи на холмах? — в сердцах король отбрасывает фрукт в сторону и приподнимается на своем ложе, подавшись в сторону собеседника в черном одеянии, так и остающегося в тени.

Легкое пожатие плечами:

— Вероятно, на что-то надеются. Этот их князь наверняка пожелает отстоять независимость, чтобы самостоятельно взойти на престол.

— У него не хватит ни сил, ни ума, — глумливо рассмеялся Цебальрай. — Честно говоря, я думал, что девчонка окажется более интересным противником, а теперь даже скучно…

— Вы сами изъявили желание уничтожить её побыстрее, — ухмылка в ответ.

— И сам уже жалею, — притворно вздохнул Цебальрай. — Да и недурна собой… Такой супруге любой бы позавидовал. Жаль, что прелестная Имирэль не приняла предложение…

Я сжала руки в кулачки, слушая, как здесь обсуждают мою персону, но осталась на месте в надежде узнать что-нибудь новенькое. И Цебальрай не подвел меня.

— На рассвете усыпишь их часовых, нападем неожиданно, — ухмыльнулся король. — Но не будем никого убивать: многих заполучить в подданные будет просто интересно, нельзя упускать такой шанс. Да и очень хочется узнать, на что же всё-таки рассчитывала наша маленькая противница, раз не побоялась даже отправить мне навстречу войско.

Подожди, покажу я тебе еще все свои расчеты, самодовольный наглец! Ярость уже неконтролируемо плескалась во мне, готовая хлынуть через край, сметая все барьеры. Я уже протянула руку, чтобы одернуть полог, как кто-то сильный схватил меня сзади и, зажав рот, потащил прочь, не позволяя издавать лишних звуков. Ну, всё, теперь мне точно конец…

— Тихо! — раздался над самым ухом голос Шератона, а я прекратила извиваться в его руках. — Умница.

Он поставил меня на землю и развернул к себе, всё так же крепко прижимая.

— Глупышка, — он поправил выбившийся из косы мне на щеку локон. — Другого времени для астральных путешествий не нашла…

— Как будто могу их контролировать, — раздраженно огрызнулась я.

— Тогда уходим отсюда, пока нас не засекли, — в черных лужицах глаз плескалась искорка лукавства. — Помнишь, что делать?

— Естественно, — тяжко вздохнула я, уставившись в черноту взгляда, — смотреть в глаза.

— Я в тебе не сомневался… — призывно улыбнулся Шератон.

Вокруг всё поплыло, теряя очертания, и я очнулась сидящей на собственной кровати в-обнимку с темным.

— Отпусти! — я резко оттолкнула его от себя и свалилась на спину, потеряв равновесие.

Он снисходительно улыбнулся.

— Зачем ты путешествовала к Цебальраю? — поинтересовался Шератон, не сводя взгляда с моих полуоткрытых губ.

— Говорю же тебе, не могу контролировать это, — невежливо огрызнулась я, отодвигаясь подальше. — Кстати, почему я смогла побывать у него?

— В астральных видениях можно посмотреть только на того, с кем знаком, — объяснил Шератон. — Что-нибудь интересное выяснила?

— Да, — легкий кивок головой. — Темный усыпляет на рассвете всех часовых, а потом войско Цебальрая атакует. Но приказано не убивать.

— Но расстроена ты ведь не этим? — вкрадчиво поинтересовался эльф, слегка прищурившись.

— Да уж, ты не был бы расстроен, узнав, что тебя приказали подло убить вместо обещанного честного сражения, — я закусила губу, вспомнив, что говорил Цебальрай. Конечно, от врага не стоит ожидать благородства, но когда и так играют по твоим правилам, дополнительная подлость выглядит крайне мерзко.

— Война есть война, — философски заметил Шератон, пожав плечами, — тут, как и в любви, все средства хороши.

Ой, что-то не хочется продолжать разговор в подобном ключе — чую, ни к чему хорошему он не приведет.

— А который час? — спохватилась я, вскакивая с кровати и путаясь в покрывале.

— Почти рассвет, — ответил Шератон, с полуулыбкой наблюдая за моими маневрами.

— И ты так спокойно мне сообщаешь? — бушевала я. — Сейчас же на нас направят сонные чары.

— Успокойся, еще есть время защитить часовых, — поднялся Шератон, — чем я сейчас и займусь, а ты приготовься выехать навстречу дорогому гостю.

Он направился к выходу, совершенно не прибавив спокойствия последними словами. Эх, мне бы такую железную выдержку…

— Мне нравится, когда ты в гневе. Твои глаза сверкают тогда, как две звезды темной ночью, — он бросил на меня оценивающий взгляд и скрылся в уже редеющей ночи.

Я выскочила вслед, чтобы высказать пару ласковых этому озабоченному, и сразу заметила окутывающее лагерь прозрачное марево и красный край восходящего солнечного диска. Парализующий страх охватил меня, когда кожи коснулось неизвестное заклинание, но, увидев, что никто уже не спит, я поняла, что Шератон выполнил обещание. Правда, каким образом… Хотя, если есть усыпляющее, то наверняка в арсенале темного имеется и пробуждающее средство…

— Что происходит? — спросил неслышно подошедший сзади Регул, отчего я подпрыгнула на месте. Так и заикой стать недолго. Как будто мне мало имеющихся проблем.

— Срочно сообщи гранду Ректору, пусть выставляет магов согласно нашему плану, — не удостоила я ответом князя, вопросительно смотрящего на меня. — Быстро!

Регул тут же скрылся, а я, вглядевшись вдаль, заметила приближающиеся верхом фигуры и следующих в некотором отдалении вражеских магов.

— Ниал, — легкий шепот, и волшебный конь ткнулся мне в плечо, а я уже привычно легко вскочила на его сильную спину.

— Куда собралась в одиночестве? — насмешливо окликнул меня Шератон, восседающий на Алголе и уже выглядящий как светлый эльф. Ветер трепал его золотистую шевелюру. Но от моего взгляда не укрылись тени, залегшие под глазами. Нелегко, видать, далось отбивание вражеской магии. Ничего, пожалеть его успею потом, а сейчас пора встретить дорогих гостей.

— Так куда же? — поддержал темного Регул, гарцующий на своем нетерпеливом скакуне.

— Устроить маленький сюрприз Цебальраю, — сквозь зубы процедила я.

— Думаешь, я пропущу такое представление? — ухмыльнулся Шератон. — Ошибаешься, милая.

— Я не брошу тебя ни при каких обстоятельствах, — серьезно заявил Регул, приближаясь ко мне вплотную и прожигая недобрым взглядом веселящегося темного.

— Спасибо, — растроганно поблагодарила я двоих мужчин, готовых идти за мной хоть на край света, и чуть не прослезилась от нахлынувших сентиментальных чувств.

Но сейчас не время для слезоизлияния. Я неэстетично вытерла рукавом со щек всё-таки чудом скатившиеся из глаз капельки и, шмыгнув носом, взяла себя в руки. Подбородок вверх, спина прямо, плечи расправлены. Как там учили меня гувернантки, вдалбливая в юную голову правила поведения аристократок?

И Ниал без каких-либо команд с моей стороны понесся навстречу противнику, а по бокам, не отставая, неслышными тенями двигались мои спутники, которые, я уверена, смогут защитить меня от подлого удара в спину.

Цебальрай, увидев нашу компанию, придержал коня, и мы остановились друг напротив друга на расстоянии нескольких лошадиных скачков.

— Так-так, — лениво ухмыльнулся он, оглядывая меня с ног до головы, — интересно… И кто же это тут у нас?

Да, в человеческой ипостаси он меня еще не лицезрел. Хотя, нет, видел на пристани, но тогда подумал, что я — очередная игрушка правителя.

— Как, ты меня не узнал? — иронично вскинула брови я. — Ай-яй-яй, понимаю, что с возрастом склероз прогрессирует, но чтоб настолько… Как можно не признать ту, которой только недавно делал предложение?

Цебальрай нахмурился, а я прикрыла глаза, вновь легко становясь эльфийкой.

— Не признал, дорогой? — мурлыкнула я опешившему королю. — Ой, значит, быть мне богатой.

Цебальрай, как и подобает истинному правителю моментально взял себя в руки, не показывая собственного удивления от смены мной облика и от того, что моя персона оказалась более чем жива.

— Как можно не узнать столь дивный цветок, — с показным спокойствием вернул мне шпильку он, оглядывая меня с ног до головы ну ооочень пристальным взглядом. — Вы не разочаровали меня, дорогая Имирэль… Рад видеть вас в добром здравии.

— А особенно живой, как я понимаю, — сорвалась с моих губ очередная колкость, но остановиться было уже выше моих сил. — Несмотря на козни вашего прихвостня.

Я махнула рукой в сторону подъехавшего и замершего чуть левее Цебальрая, как теперь уже знала точно, темного мага, по-прежнему с ног до головы закутанного в черный плащ.

— Фу, как грубо, моя дорогая, — деланно поморщился король. — Но мы же собрались здесь не для взаимных оскорблений.

— О, одно другому не помеха, — с гаденькой улыбочкой заметила я.

Цебальрай засмеялся, запрокинув голову, по достоинству оценив шутку.

— И всё же, — вкрадчивым чарующим баритоном начал он, призывно смотря на меня из-под полуопущенных ресниц, — подумали ли вы над моим предложением?

— Так и знала, — тяжело вздохнула я, — что у вас точно склероз. Я же тогда ответила вам: нет. И с тех пор ничего в моей позиции не изменилось.

— Не стоит шутить со мной, милая, — прошипел Цебальрай, подъезжая ко мне вплотную, отчего мои сопровождающие дернулись было, но я остановила их одним движением руки, — потому что, боюсь, скоро вам будет не до шуток.

— Вы меня запугиваете? — картинно вскинула бровь я, скептически оглядывая собеседника, который отвечал мне не менее прожигающим взглядом.

— Что вы, моя прелестная Имирэль, просто предупреждаю, — белозубо улыбнулся правитель, но улыбка больше смахивала на оскал матерого зверя.

Его взгляд остановился на моих полуоткрытых губах.

— А вы мне всё больше нравитесь, — усмехнулся он, продолжая всё таким же соблазняющим взглядом исследовать моё лицо, — необыкновенная женщина. Столь же смелая, сколь и безрассудная. Я люблю пылких красавиц. Их так интересно покорять…

Фу, еще бы и плотоядно улыбнулся при этих словах.

— Боюсь, окажусь вам не по зубам, дорогой правитель, — процедила я, пытаясь сохранить спокойствие.

— Увидим-увидим, — ухмыльнулся он, поигрывая сложенным хлыстом, — многие говорили точно так же, а потом с огромной радостью сдавались на милость победителя.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — пожав плечами, равнодушно проговорила я, игнорируя все замашки Цебальрая, направленные на моё соблазнение.

— И на что вы рассчитываете, моя девочка? — продолжил игру правитель по усыплению моей бдительности, но она, как назло, уже давно выспалась. — Моё войско в пять раз больше вашего, мои маги сильнее ваших, вам не победить. Признайте же очевидное, дорогая, и сдавайтесь, пока не поздно. Соглашайтесь быть моей супругой, чтобы потом не оказаться рабыней, с которой я смогу сделать всё, что только мне заблагорассудится…

При последних словах, произнесенных низким грудным голосом, по моей спине волнами прошла неконтролируемая дрожь. Я прекрасно поняла, что он имел в виду. Моё состояние не укрылось от цепкого взгляда Цебальрая, и он, удовлетворенный произведенным эффектом, понимающе хмыкнул.

— Чтобы получить меня в свою постель, вам придется знатно потрудиться, — яростно прошипела я, гневно сверкнув глазами.

— Не думаю, — ухмыльнулся он, самодовольно улыбаясь. — Уже сегодня ваше прелестное тело будет принадлежать мне, как и ваше королевство.

Я с трудом удержала на месте рвущихся отомстить за нанесенное оскорбление собственных спутников. Подумаешь, ну услышала много нового в свой адрес да разведала, чего нужно правителю. Он, оказывается, хочет наложить свои загребущие ручки не только на мои земли и всех, кто на них живет, но и на меня лично. А вот не дождешься, дорогой, так просто я не сдамся. Придется переплюнуть всех твоих, вероятно, не очень-то и сопротивлявшихся пассий.

— Тогда чего же мы ждем? — недобро ухмыльнулась я. — Может, проверим, или вы только болтать горазды?

— О, а вы нетерпеливы, моя красавица, — выдохнул Цебальрай. — Обещаю, что исполню любое ваше столь же пылкое пожелание, когда уложу на обе лопатки.

Вот же наглец! От двусмысленности его фразы и мерзкой ухмылочки я покраснела, но сдаваться так просто не собиралась.

— А где же ваши воины, дорогая? — картинно оглядывая пустой луг за моей спиной, поинтересовался правитель. — Уж не та ли жалкая горстка магов, расположившаяся на склонах? Или эта парочка ваших поклонников?

— Сейчас увидите, — загадочно прошептала я, вызывающе глядя прямо в лиловые глаза короля. — Эльтанин, Теллурис, Игниферул, Аэрофрат пора выполнить данное обещание…

— Мы уже здесь дитя… — раздался едва слышный шепот позади меня.

Судя по расширившимся зрачкам Цебальрая и его участившемуся дыханию, там происходило что-то необычное. Я обернулась и окинула взглядом еще секунду назад пустовавший луг, на котором с огромной скоростью материализовались сотни элементалей, и теперь с огромным интересом на нас взирали тысячи глаз.

— Похоже, такого поворота событий ты не ожидал? — проворковала я.

— Действительно, потрясающая женщина, — выдохнул Цебальрай, восхищенно разглядывая меня. — Наконец-то достойный противник.

— Так что скажешь? — проигнорировала я сомнительный комплимент. — Сдаешься?

— О, нет, не так быстро, — рассмеялся правитель, а я недовольно нахмурилась.

Что-то не нравится мне его реакция. Он ни капли не шокирован и даже не испуган. И где же тут подвох?

— Как ты уговорила элементалей принять участие в этом фарсе? Да и где их нашла? — полюбопытствовал Цебальрай, в его глазах разгорелись искорки интереса.

— Не думаю, что тебе это пригодится, — парировала я. — Так что?

— Ах, дорогая, — лениво протянул король, заговорщически наклоняясь ко мне, — неужели вы и правда думаете, что они после войны Светлых и Темных примут чью-либо сторону и согласятся принять участие в битве? Не смешите меня. На подобную бутафорию я не куплюсь.

Я огорченно прикусила губу. Этот план не сработал, а жаль… И всё же Цебальрай своим спокойствием и холодной рассудительностью вызвал у меня невольное уважение, и желание всё же одолеть его стало еще навязчивее.

— Неужели это всё, что есть в вашем арсенале? — продолжал насмехаться правитель, а я в раздражении от его издевок всё сильнее закусывала губу. — Тогда я разочарован, всё оказалось столь просто, а вы так предсказуемы…

— Не спешите, — прервала я его излияния на полуслове и хитро прищурилась, принимая правила игры, — как же я могу вас разочаровать?

— Ну, тогда давайте поскорее покончим с этим фарсом, — нетерпеливо стукнул себя рукояткой хлыста по бедру правитель, — мне не терпится оказаться с вами в, так сказать, более интимной обстановке…

— Не дождешься, — рассерженно прошипела я, — отец мой, мои предки, взываю о помощи…

— Что вы там бормочете? Ваш отец давно почил с миром… — начал Цебальрай.

— Но ничто не помешает мне даже из могилы защитить своё дитя, — прервал его на полуслове бархатный голос, в котором натянутыми струнами зазвенели металлические нотки.

Плотный туман сгустился за моей спиной, закручиваясь в тугие спирали, и, когда он сгинул, позади меня оказался отряд полупрозрачных вооруженных до зубов воинов в главе с моим отцом, ну, или его фантомом.

— Призрачный Легион, — в ужасе прошептал Цебальрай, резко бледнея, да так, что цветом лица мог бы посоперничать с появившимися привидениями.

По рядам его воинов прокатился шепоток.

— Как вам такой сюрприз? — ехидно поинтересовалась я у правителя, пытавшегося отъехать на более приличное расстояние, как будто это ему поможет. Судя по всему, Призрачный Легион страшно смертоносная штука.

— В-в-впечатляет, — промямлил король, явно придумывая, как выйти из этой ситуации с наименьшими потерями.

Наконец-то мне удалось сбить спесь с его надменного лица.

— Так что, вы сдаетесь? — подозрительно ласково улыбнулась я, возвращая недавно адресованный мне вопрос. — Сможем избежать множества жертв…

Цебальрай растерянно поглядел сначала на меня, потом на призраков за моей спиной, и задумался.

— У вас есть всего несколько минут на размышления, — продолжала я морально давить противника.

Ох, зря я дала ему время. Всадник в черном плаще, наконец, отмер и, подъехав к своему господину, шепнул ему пару слов, отчего тот расплылся в торжествующей улыбке.

— Вы и вправду меня несказанно удивили, — ухмыльнулся Цебальрай, недоуменно смотрящей на него мне и не понимающей, что так развеселило противника. — Но ведь и на это ваше ухищрение найдется средство, моя милая.

— Какое? — против воли поинтересовалась я.

— Я требую трех Поединков Правды, — громогласно объявил правитель.

— А это что еще такое? — хмуро обернулась я к своим сопровождающим. — Еще одна какая-нибудь ваша глупая традиция?

— Именно, — кивнул головой Регул. — Он вправе потребовать три поединка для выяснения того, кто из вас прав, пытаясь избежать без многочисленных жертв.

— И почему мне никто не удосужился рассказать, что возможен и такой вариант? — в ярости прошипела я.

— Ой, да это такая древность, — отмахнулся рукой Шератон, — я даже не думал, что про него кто-то вспомнит. А ты говоришь склероз.

— Я могу отказаться?

— Неа, — лениво протянул темный. — И да, ещё один нюансик, призраки не могут в нем сражаться, так как бой происходит один на один, а у них, скажем так, коллективное сознание.

Точно, сейчас кого-то прибью! Не могли раньше сообщить о таких маленьких незначительных подробностях.

— А почему это ты так спокоен? — раздраженно вопросила я подозрительно безмятежного темного.

— При таком раскладе у нас довольно неплохие шансы, — пожал плечами Шератон. — Посмотрим, кого он выставит.

— Так что, моя дорогая, — прервал наше совещание Цебальрай, — вы принимаете предложение? Или всё же предпочитаете сдаться.

— Принимаю, — недовольно буркнула я. — Выставляйте вашего первого поединщика.

— Да вы предпочитаете перейти сразу от слов к делу, — ухмыльнулся правитель, — что ж, как пожелаете.

По мановению его руки вперед выехал тот самый всадник, завернутый в черный плащ с ног до головы, и медленным движением снял капюшон.

 

Глава 11. Поединок темных эльфов

Позади меня раздалось яростное шипение взбешенного Шератона. А я во все глаза смотрела в провалы черных, как ночь, глаз второго в моей жизни темного эльфа. Ветер развевал смоляные пряди его длинных волос, а на губах играла презрительная усмешка. Зловещая, но завораживающая красота.

— Наконец-то мы встретились лицом к лицу, — произнес он, не мигая глядя на меня, а я вздрогнула от звуков врезавшегося в память голоса.

Это ведь тот самый незнакомец, что натравливал на меня Гемму на корабле, тот, с кем вчера Цебальрай строил свои гнусные планы, тот, кто пытался убить меня и преуспел бы в этом, если б не усилия Шератона. Волны ярости поднимались во мне в ответ на гадкую полуулыбочку, полную собственного превосходства. Позади меня пронеся гул среди воинов. Страх перед темными, которых не было здесь тысячелетия, вполне понятен и очевиден.

— Темный… — прошептал Регул.

— Убью, — выпалила я, подаваясь вперед.

— Как, вы сами принимаете этот вызов, дорогая? — ухмыльнулся Цебальрай. — Неужели в вашем войске совсем нет достойных магов, способных защитить собственную королеву?

Регул дернул поводьями, намереваясь приблизиться к противнику и поднять брошенную перчатку, но его опередил сочащийся ненавистью голос Шератона:

— Я принимаю вызов.

И на Алголе выехал вперед, прожигая яростным взглядом черноплащника.

— О, это что у нас за смелый мальчишка? — усмехнулся Цебальрай, и его поддержала глумливая улыбочка темного приспешника.

— Это кто еще здесь мальчишка? — недобро ухмыльнулся Шератон.

— Думаешь, сможешь противостоять мне, светлый, — рассмеялся темный, — лучше откажись от своей безумной затеи выделиться перед собственной королевой.

Искренний смех Шератона разнесся над поляной, а я недоуменно наблюдала за разыгрывающимся спектаклем, уже не очень понимая его суть. Похоже, у моего друга какие-то личные счеты с этим самоуверенным красавцем.

— Ты, наверное, растерял все способности, если не можешь отличить темного от светлого, — почти прорычал он.

Вокруг эльфа заклубился смерч. С волос, начиная от корней, начало стаивать золото, уступая место непроглядной черноте, черты лица немного поплыли, из пальцев прорезались черные когти, губы царапнули клыки. А когда он, наконец, распахнул горящие неприкрытой ненавистью глаза, их уже заливала сплошная тьма.

— Не узнал, Эзгард? — прорычал столь радикально изменившийся Шератон. — Я давно ждал этой встречи, наставник.

Последнее слово темный выплюнул как оскорбление. Ряды обоих войск замерли в оцепенении, Цебальрай непонимающе взирал на происходящее, явно вышедшее из-под контроля. Регул рванул вперед, пытаясь заслонить меня, но я нетерпеливо отмахнулась, не желая пропустить ничего из разворачивающего представления. Ага, значит, эти двое еще и знакомы… Мда, как-то не везет эльфам с учителями: сначала один оказался порядочной сволочью, теперь вот второй — не подарок.

— Шератон? — потрясенно выдохнул Эзгард, глядя на темного в полубоевой ипостаси.

— Именно. Ах, да, ты же не знал, что у любимого ученика прорезался, помимо боевого, второй облик, да еще и в виде светлого эльфа… — недобро ухмыльнулся тот. — Боюсь, учитель, ты много чего пропустил, занимаясь интригами…

— Какие интриги, мой принц, — принялся опровергать сказанное Эзгард, но меня больше потрясли не внутренние дрязги темных эльфов, а то, как обратился к Шератону его, судя по всему, учитель.

— Принц? — обалдело вопросила я, но меня не удостоили ответом.

— Ты пытался убить отца, — едва сдерживая рык, рявкнул Шератон, — а из-за того, что ты сделал с моей сестрой, она лишилась рассудка. Теперь моя очередь отплатить тем же…

Эзгард, сжав зубы, исподлобья наблюдал за взбешенным противником.

— Я убью тебя, — процедил напоследок Шератон.

— Посмотрим, — нагло усмехнулся его оппонент, — хватит ли у тебя на это силенок, самоуверенный мальчишка.

Шератон взвился вверх, на лету меняя тело, наращивая мышцы. Одежда белыми клочьями полетела вниз, не выдержав напряжения. Противник проделал тот же самый маневр. И оба зверя с грозным рыком сцепились прямо в воздухе, а потом огромным клубком рухнули на землю. В стороны полетели клочья то ли шерсти, то ли кожи, а меня по лицу хлестнули капли крови. И неожиданно так же резко немного помятые враги разошлись, принявшись ходить по кругу друг напротив друга, раздраженно порыкивая. Ну, прямо как два хищника в борьбе за территорию. Я завороженно наблюдала за этим зрелищем, да и не только я. Вокруг стояла мертвая тишина, никто не издавал ни звука. Даже Цебальрай, потрясенный необычной схваткой, замер каменным изваянием.

Вдруг противники как по команде встали на дыбы, постепенно снова превратившись в темных эльфов, а не в непонятных чудовищ. Собственная нагота их абсолютно не смущала, а я стыдливо прикрыла глаза, но потом любопытство взяло верх, и я опять принялась завороженно наблюдать за схваткой двух потрясающих мужчин, под гладкой кожей которых при малейшем движении переливались крепкие мышцы. Глаза обоих светились жгучей ненавистью.

— Что ж, этот урок ты усвоил на отлично, — ухмыльнулся Эзгард, — а как насчет страхов? Помнится, с этим были проблемы.

Эльф сжал пальцы, неотрывно смотря прямо в глаза Шератона, вокруг которого заклубились неясные тени, что-то шепча. Эльф побледнел и упал на одно колено, но упрямо не отвел взгляда. На шее бешено пульсировала жилка, выдавая его огромное напряжение. Я вскрикнула от страха за своего друга, и этот возглас порвал вязкую тишину.

— Я давно преодолел свои страхи, — сжав зубы, процедил Шератон, постепенно поднимаясь на ноги.

И чем больше он поднимался, тем меньше оставалось вокруг него теней. Эзгард удивленно распахнул глаза, наблюдая за уже усмехающимся противником.

— Теперь моя очередь, — хрипло прошептал Шератон, нахмурив брови и сжав в кулаки пальцы так, что острые черные ногти впились в кожу, и из ранок потекли струйки крови.

Эзгард, судорожно вдохнул, хватая ртом воздух и рухнул на колени, скребя пальцами по земле.

— Такой опыт ты ставил над Цельтарин? — сквозь зубы процедил Шератон, не спуская с противника ненавидящего взгляда и пребывая в напряжении, как натянутая струна.

Эзгард кинул на него злой взгляд и едва слышно застонал, пытаясь преодолеть то, чем давил на него противник силой собственных мыслей, но пока это получалось из рук вон плохо. Ситуация повисла в хлипком равновесии.

— Именно такой, — выдохнул, наконец, Эзгард, продышавшись, и, видимо, слегка ослабляя нажим ученика. — И могу испробовать на тебе…

Шератон судорожно вздохнул и сложился пополам, словно получил удар под дых, а я снова непроизвольно вскрикнула, когда увидела, что у него из носа по губам течет струйка алой крови. Эльф постепенно, явно с огромным усилием выпрямился, не отрывая взгляда от еще больше корчившегося Эзгарда, за спиной которого разгоралась ярко пульсирующая точка.

— Я, в отличие от Цельтарин, могу постоять за себя, — с придыханием выдавил Шератон, — а ты отправишься туда, где тебя уже давно заждались…

Сияние за спиной Эзгарда приняло форму вытянутого вверх овала, когда Шератон сорвался с места и парой прыжков достиг не ожидающего подобного маневра противника.

— Попробуй… — ухмыльнулся старший темный, поднимаясь во весь рост, словно избавившись от того, чем давил на него ученик.

Но тот, казалось, только этого и ждал: один точный удар в грудь с нечеловеческой силой, и Эзгард с отчаянным криком летит прямо в центр нестерпимо сияющего марева, которое с громким шлепком захлопывается за ним и с ослепительной вспышкой гаснет.

Шератон покачнулся, но устоял на нетвердых ногах, когда я птицей слетела с коня и бросилась к нему.

— Имирэль, — выдохнул он, зарываясь в мои волосы. А я, не стесняясь его вида, подхватила эльфа за талию и прижала к себе.

— Целителей сюда! — разнесся над полем брани мой крик, мгновенно разбудивший замерших эльфов.

Кто-то накинул плащ на дрожащего и постепенно оседающего Шератона.

— Мне нужна помощь! — я испугалась, что не удержу тяжелое тело темного, и он как куль с мукой упадет на землю.

Но тут же двое появившихся из-за спины эльфов подхватили его под руки, так и не отпускающие меня.

— Шератон… — шептала я в постепенно тускнеющие черные глаза, чувствуя липкий страх, неумолимо вползающий в душу. — Шератон… пожалуйста, не умирай…

— И не собираюсь, — слабо усмехнулся он, ослабляя хватку, что позволило уложить эльфа на доставленные носилки, — мне просто нужно собраться с силами.

Я улыбнулась сквозь слезы облегчения, пеленой застилающие глаза и прокладывающие по щекам влажные дорожки.

— Не плачь, — Шератон поднял слабеющую руку и стер с моей кожи соленую влагу, — со мной всё будет в порядке. Возьми себя в руки, битва еще не окончена. А я не смогу в ближайшее время проследить, чтобы ты не наделала глупостей.

Я послушно кивнула вслед носилкам, на которых эльфы-целители уносили моего друга, потерявшего сознание.

— Если с его головы упадет хоть волос… — зловеще процедила я, поймав за рукав главного целителя, на что тот понятливо кивнул и скрылся вслед за своими помощниками.

— Вот теперь вы меня и вправду удивили, — пощекотав дыханием кожу на затылке, прошептал Цебальрай. — Не думал, что кто-нибудь сможет одолеть Эзгарда.

— Однако первая схватка за мной, — холодно констатировала я, поворачиваясь к собеседнику и отстраняясь от него.

— Но впереди еще две, — безмятежно возразил Цебальрай, легким движением убирая с моей щеки выбившийся из косы локон.

— Так покончим с этим! — храбро кивнула головой я, отступая под укрытие рук Регула, недобро сверлящего правителя пристальным взглядом. — Еще имеются верные приспешники?

— Хм, — потер подбородок Цебальрай и деланно задумался, — есть один очень перспективный мальчик.

Взмах рукой, и снова из рядов расступившихся воинов выходит некто в черном плаще. Я только вздохнула. Ну откуда такая любовь к театральности? А внутри всё похолодело. Если это еще один темный эльф — нам точно не выстоять.

— Есть желающие принять этот вызов? — вопросил Цебальрай, а незнакомец скинул капюшон, и я оцепенела. Над долиной повисла тишина.

— Я принимаю вызов, — твердо отрезал Регул, сжав кулаки и не отрывая взгляда от лица собственного брата, глумливо ухмыляющегося рядом с Цебальраем.

— Нет, — твердо возразила я. — Ты не будешь с ним сражаться.

— Братец попал под каблук глупой девчонки? — с издевкой в голосе вопросил Растабан.

— Моя королева… — Регул взял меня за локти и развернул к себе, — позвольте мне исполнить свой долг…

— Не могу, — прошептала я одними губами, — это же твой брат…

Регул прикрыл глаза, словно я его ударила, а потом твердо, но печально произнес:

— Он сам предал нас, и вас, и меня, поэтому это моя битва.

В его глазах плескалось столько боли, что я хотела обнять его и утешить, но подавила свой порыв.

— Нет… — всё так же тихо возразила я.

— Ну же, моя дорогая, — ядовито процедил Цебальрай, наблюдая за нашими препирательствами, — я не буду ждать вечно. У вас есть поединщик?

— Да, — ответил Регул, поднимая твердый взгляд на брата, и оттесняя меня за спину, — я принимаю вызов.

— Ну, что ж, — ухмыльнулся Цебальрай, — это будет интересно.

— Но не сейчас, — снова вклинилась я, стараясь если не предотвратить, то оттянуть неизбежное.

Правитель вопросительно выгнул бровь и выразительно посмотрел на меня, ожидая пояснений.

— Я прошу отсрочку в поединке до завтрашнего утра, — тихо проговорила я, не отрывая взгляда от лиловых глаз.

— Что ж, — притворно задумался Цебальрай, — это возможно, но в обмен на одну маленькую услугу…

— Это какую же? — недоверчиво поинтересовалась я.

— Один ваш поцелуй… — неторопливо проговорил король, чтобы все поняли смысл его фразы.

Я вспыхнула до корней волос и уже собиралась ответить что-нибудь соответствующее и даже набрала для этого воздух, как резко передумала. Что для меня какой-то несчастный поцелуйчик по сравнению с целым днем для Регула. А там, возможно, удастся что-нибудь придумать, чтобы избежать поединка между братьями.

— Хорошо, — покладисто выдохнула я. — Согласна на это условие.

— Имирэль, не стоит… — возмущенно выдохнул Регул.

— Что вы сказали, моя дорогая? — насмешливо уточнил Цебальрай, а меня уже начало кидать в бешенство от его извращенных игр.

— Я согласна на поцелуй, — разнесся мой крик над долиной, — так вы услышали всё?

— Вполне, — согласился правитель и сделал шаг по направлению ко мне.

Я еле преодолела в себе инстинктивное желание попятиться и тоже шагнула навстречу, зажмурившись.

— Мы так не договаривались, — раздался жаркий шепот над ухом, и тут же последовал легкий укус, отчего я распахнула глаза. — Так-то лучше…

Улыбка превосходства на лице Цебальрая сделалась еще явственнее. Кожу на щеке пощекотало легкое дыхание. Я нервно сглотнула и, уже не выдержав, отшатнулась. Но крепкое кольцо рук, охватившее меня за талию, не дало сделать больше никаких движений.

— Куда же ты бежишь, моя дорогая, — снова шепот и невесомый поцелуй в чувствительное место под ушком, отчего я вся напряглась. — Расслабься…

Легкий поцелуй скользнул по уголку крепко сомкнутых губ. Затем дразняще Цебальрай провел языком по моей верхней губе, словно пробуя её на вкус.

— Ты такая сладкая… — прошептал он.

А я возмущенно раскрыла рот, намереваясь сказать пару ласковых, но мерзавец только этого и ждал, требовательным поцелуем отнюдь не нежно впившись в мои губы, терзая их языком. Я глухо вскрикнула, почувствовав укус и металлический привкус крови, а так же нагло шарящие по всем изгибам моего тела руки.

Упершись в твердую, как камень, грудь, я с усилием отстранилась, пребывая в состоянии крайнего бешенства.

— Мы договаривались на поцелуй, — яростно прошипела я, игнорируя текущую по подбородку кровь из прокушенной мерзавцем губы, — а не на то, что ты будешь лапать меня, как блудную девку.

— Не смог удержаться, — пожал плечами Цебальрай, соблазнительным движением слизывая со своих губ мою кровь. — Тебя стоит заполучить, маленькая королева, и я приложу к этому все усилия.

Одним движением он легко вспорхнул на собственного коня, послал воздушный поцелуй оторопевшей мне и, махнув рукой своим сопровождающим, поскакал прочь.

— Я убью его… — процедил Регул, подхватывая меня, постепенно оседающую на землю из-за того, что ноги отказались действовать.

— В очередь, дорогой, в очередь, — зловеще пробормотала я, глядя вслед правителю прищуренными от ярости глазами, — сначала его убью я…

Мы вернулись в лагерь. По пути я кивком отпустила элементалей, которые не преминули почти сразу исчезнуть, раздала указания часовым и освободила души Призрачного Легиона. Они постепенно истаяли, и только дух отца грустно и нежно посмотрел на меня, пообещав вернуться, когда я позову его.

У лекарской палатки я спрыгнула с Ниала и уже порывалась войти внутрь, как деликатное покашливание гранда Ректора остановило меня.

— Что вы хотели? — устало поинтересовалась я, намереваясь побыстрее закончить разговор и, наконец, посмотреть, как там Шератон.

— У меня к вам пара вопросов, — по-отечески начал эльф, — пройдемте в палатку штаба.

Я тяжело вздохнула. Вот только разговоров мне сейчас и не хватает для полного счастья.

— Регул, — позвала я Советника, собирающегося с непроницаемым лицом последовать за мной.

На меня был поднят чуть усталый взгляд голубых глаз.

— Тебе лучше отдохнуть, — я провела по его щеке рукой, отчего он полуприкрыл веки, — понимаю что…

— Не нужно слов, моя королева, — поверх моей руки легла прохладная ладонь, — всё уже сказано.

— Прошу, иди отдыхай, — прошептала я, с трудом поборов предательскую дрожь от его прикосновения, пробежавшую от макушки до пяток. — Только не спорь…

— Повинуюсь вам во всем… — легкий выдох, и вторая армия мурашек промаршировала вслед за первой.

Я отвернулась к гранду Ректору, чтобы скрыть, какую слабость и дрожь в коленках вызывает такой страстный взгляд Советника, которым он меня сейчас наградил.

— Прошу следовать за мной.

Я покорно пошла вслед за эльфом, борясь с искушением обернуться, чтобы поймать еще раз подобный пылкий взор.

— Мы обеспокоены, моя королева, — с порога начал один из магов, демонстрировавший мне не столь давно заклинание Ока.

Их тут собралось около тридцати, причем, довольно не хилых, судя по поблескивающим в медальонах трем камням.

— И чем же? — нахмурилась я, присаживаясь в кресло.

— Ваш… так называемый друг оказался темным эльфом, — подал голос другой.

— Вы считаете, мне это не было известно? — обвожу тяжелым взглядом всю компанию.

— Но они же источник зла…

Хм, кто это у нас тут такой осведомленный?

— А это кто вам сказал?

— Древние книги…

— Мне плевать на записи каких-то мохнатых лет, — вышла я из себя и вскочила с кресла, упершись кулаками в стол.

— Если появился один, то могут и остальные… — робко начал кто-то.

— Могут, — пожала плечами я, — и что с того?

— Но они пожелают отомстить тем, кто их изгнал…

— Так вот, чего вы боитесь, — усмехнулась я, — мести. Не думаю, что темным есть дело до подобных мелочей.

— Нельзя судить обо всех по одному конкретному экземпляру…

— Вот поэтому, — мне надоели эти глупые препирательства, и я решила поставить точку в разговоре, — я намерена познакомиться с другими представителями этого народа.

Маги возмущенно зашептались.

— И вы знаете, я на своем опыте убедилась, что светлые, возможно, еще более коварны, — горько усмехнулась я.

— Но…

— Еще вопросы есть? — я обвела собрание ледяным взглядом, но все хранили молчание. — Отлично, тогда пора заняться более важными делами, которых у меня предостаточно.

И я, не оборачиваясь, гордо прошествовала к выходу, а вслед неслись шепотки, что неопытная и слишком молодая королева сошла с ума, не иначе.

 

Глава 12. Ночь перед битвой

— Шератон… — я взяла в руки холодную ладонь темного, настолько бледную, что через прозрачную кожу были видны вены.

Сам эльф был уложен в целительской палатке на походное ложе под теплое покрывало. Черные, как сама ночь, волосы беспорядочно разметались по подушке, лоб покрыла холодная испарина, из полуоткрытых губ со свистом вырывалось тяжелое дыхание.

— Он вас не слышит, моя королева, — покачал головой целитель, не отходивший от постели больного уже много часов.

— Почему он не приходит в себя? — с истерическими нотками в голосе вопросила я, не отводя взгляда от заметавшегося в бреду эльфа.

— Восстанавливает потраченный резерв и ауру, и, надо сказать, очень быстро, — поспешил успокоить меня целитель, но на душе легче не стало. — Потрясающая регенерация, я такой ни разу не видел.

— А я бы предпочла и не увидеть, — всхлипнула я, роняя голову на руки.

— Как прекрасно, когда просыпаешься, а у постели прелестная девушка, — раздался надтреснутый насмешливый голос.

— Шератон! — я с визгом бросилась обнимать очнувшегося темного.

— Ну-ну, — нежно погладил он меня по волосам, — не стоит из-за такого пустяка ронять свои драгоценные слезинки.

А я всё никак не могла остановить бегущие по щекам соленые дорожки.

— Я думала, ты… — мой голос сорвался в нервные всхлипы.

— Что бы убить меня, нужно намного больше усилий, — улыбнулся Шератон, стирая с моих щек слезы. — Не плачь, величество, это не подобает настоящей королеве.

Ну вот, только что одной ногой в могиле стоял, а тут уже подтрунивает над неудержимо ревущей мной. Я благодарно улыбнулась, но тут же хмуро возразила:

— А вы, конечно, знаете, как должна вести себя настоящая королева, правда, темный принц?

При таком обращений с моей стороны, Шератон поморщился, как от зубной боли.

— И когда ты собирался мне об этом сказать? — гнула я свою линию, гневно взирая на бывшего умирающего, который, похоже, уже начал жалеть, что так быстро пришел в себя.

— Когда настал бы подходящий момент, — в знак капитуляции поднял руки эльф. Я скептически хмыкнула и сложила руки перед грудью, выжидательно воззрившись на темного и предлагая продолжить объяснения.

— Я собирался всё рассказать тебе после этой авантюры с Цебальраем, — на меня смотрели самые честные в мире глаза.

— Ну да, ну да, — больше слов не было.

— Ладно, — со смехом сдался Шератон, — что ты еще хочешь узнать, мучительница?

— Почему ты так ненавидел Эзгарда?

При упоминании этого имени глаза эльфа потемнели, а он, сжав зубы, процедил:

— Потому что он, правая рука Правителя, покушался на моего отца и издевался над моей сестрой, собственной женой. Этих причин достаточно?

— Да, — я сглотнула ком в горле, а темный уставился в потолок невидящим взглядом, всем видом показывая, что не намерен продолжать разговор на эту тему.

— Больному нужен покой, — деликатным покашливанием напомнил о себе приоткрывший полог целитель.

— Уже ухожу, — поспешно отозвалась я, поднимаясь с низкого стульчика, на котором сидела у постели, но тут же тяжелая рука легла на мою талию, а черные глаза умоляюще уставились на меня.

— Побудь рядом еще немного, — тихий, слышный только мне шепот.

Я беспомощно оглянулась на сурового лекаря и, лишь получив его недовольный, но, тем не менее, утвердительный кивок, вернулась на свое место.

— Спасибо…

Полупрозрачные веки закрылись, раздалось мерное дыхание погруженного в здоровый сон эльфа, но его руки так и не отпустили мою ладонь.

Я аккуратно поправила чуть сползшее с рельефной груди покрывало, натягивая его почти до шеи, с невыразимой нежностью убрала упавший на щеку черный локон.

— Спи… — раздался мой шепот. — Спи… Я буду охранять твой сон, как ты сберег мой покой…

Наградой мне было легкое пожатие руки.

* * *

Ого, похоже, я просидела с Шератоном очень долго: солнце уже окрасило розовым край моря. Но оставить больного не было никакой возможности: он то и дело метался в горячечном бреду, успокаиваясь только от звуков моего голоса.

— Где Регул? — с порога спросила я Магдалену, входя в собственную палатку.

— Он еще около полудня вскочил на своего жеребца и унесся во весь опор, — бодро отрапортовала эльфийка, пока я скидывала с себя одежды, оставшись только в полупрозрачной нижней рубашке. Нехорошее предчувствие заворочалось где-то глубоко внутри, ощущение чего-то трагически-неизбежного.

— И не возвращался? — безжизненным голосом поинтересовалась я.

— Пока нет, — Магдалена подала мне воду для умывания небольшом прозрачном тазике. Я ополоснула лицо и, скинув сорочку, влажной тканью обтерла тело.

— Вы сегодня даже не ели ничего, — укоризненно покачала головой эльфийка, подавая другую нижнюю рубашку, столь же нескромную, как и предыдущая, — так нельзя.

— Знаю, — грустно улыбнулась я, — но в свете последних событий, знаешь ли, кусок в горло не лезет.

Магдалена понимающе кивнула, но затеи накормить меня не оставила.

— А, может, для ужина всё же найдется место? — хитро улыбаясь, эльфийка протягивала мне поднос с аппетитными кушаньями, умопомрачительными ароматами пощекотавшими мне нос. И только сейчас я поняла, как проголодалась на самом деле.

— Как Альфард? — между делом спросила я, быстро проглатывая предложенную снедь.

— С ним всё в порядке, — поторопилась с ответом эльфийка, намазывая мне булочку маслом, — Альфад — личный адъютант гранда Ректора.

— Угу, — кивнула я, не в силах сказать большее с набитым ртом.

Снаружи послышался конский топот и какая-то возня, так что мы обе напряженно замерли.

— Узнай, что там случилось, — кивнула я Магдалене, которая тут же скрылась за пологом, а сама отложила в сторону остатки ужина, снова напрочь растеряв весь аппетит.

Голова разболелась, как будто в нее воткнули раскаленную иглу, а перед глазами всё сначала потемнело, а потом поплыло. Я с криком уронила нож, падение которого отозвалось в ушах резким звоном, и, повалившись на колени, почувствовала, как сознание медленно уплывает, невзирая на мои тщетные попытки удержать его.

* * *

Тело плывет в невесомости, а разум не понимает, что происходит, как вдруг меня куда-то резко потянуло. Оглядевшись вокруг, я как в тумане увидела, что восседаю на широкой спине Ниала, позади собрались сильнейшие маги моего войска, охраняющие собственную королеву. Цебальрай с хищной улыбкой на лице взирал на двоих остервенело дерущихся эльфов, сыплющих друг на друга огненными вспышками. Один из них навзничь падает, поверженный огненной птицей. Второй смотрит на него, и противоречивые чувства борются на его лице. Победитель поворачивается к нам и делает пару шагов навстречу.

— Регул? — я ошеломленно взираю на окровавленное лицо эльфа, его растрепанные в схватке волосы, щедро присыпанные пеплом.

— Я победил, моя королева, — самые нежные в мире глаза направлены только на меня, не замечая ничего и никого вокруг.

— Осторожно! — мой крик разносится над долиной, но уже поздно: острый, как игла, кинжал впивается Советнику между лопаток. Моё сердце пропустило пару ударов, как будто это мне вонзили в спину смертоносный клинок.

Время становится словно тягучим, когда Регул медленно поворачивается к собственному брату, на лице которого расцветает жуткая улыбка.

— Не ожидал, братец? — шипит он, но с рук раненого срывается столб ревущего огня и поглощает предателя, посмевшего ударить собственного брата в спину. Я лишь краем глаза успеваю заметить странную белесую вспышку среди рыжего пламени.

— Я… победил… ради вас… моя королева, — с хрипом по слогам произносит Регул, тяжело падая на одно колено передо мной.

С громким криком слетаю с коня, в несколько прыжков преодолевая разделяющее нас расстояние, чтобы поймать оседающее на землю тело князя с уже туманящимися глазами, не отрывающими взгляда от моего лица. По его белым одеждам и моим рукам течет алая кровь. Я в ужасе смотрю на это зрелище, и крупная дрожь начинает колотить меня.

— Неееееееет!!! — разносится над долиной душераздирающий крик.

* * *

— Что с вами, моя королева? — меня тормошат за плечи.

Я распахиваю глаза и резко сажусь на полу, где только что лежала в беспамятстве, ловя на себе испуганный взгляд Магдалены.

— Где Регул? — в безумстве шепчут мои губы, а я сама мертвой хваткой цепляюсь за эльфийку.

— Только что вернулся. Князь в своей палатке, — сообщает она, пытаясь усадить меня на кровать. — Вам приснился дурной сон. Успокойтесь.

— Сон? — восклицаю я и истерически смеюсь. — Да уж, более реалистичной картины в жизни не видела.

Я вырываюсь из рук эльфийки, и, как была, босиком и с полурасплетенной косой, в одной нижней рубашке бросаюсь на выход, и выскакиваю наружу. Магдалена едва успевает накинуть мне на плечи плащ, который я ловлю и заворачиваюсь в его широкие полы.

Снаружи уже почти стемнело, но я, не разбирая дороги, несусь к палатке Регула, то и дело наталкиваясь на не успевших уйти с дороги взбесившейся королевы. Меня провожают недоуменные взгляды, но мне всё равно.

— Регул! — я врываюсь к князю и окидываю его пристанище полубезумным взглядом.

— Моя королева… — эльф изумленно приподнимается на локтях.

Я отмечаю каждую черточку его лица, разметавшееся по подушке золото волос, удивленный взгляд, рельефные мышцы груди, выглядывающие из небрежно застегнутой наполовину рубашки. Легкая дрожь пронзает всё тело.

— Регул… — мой вздох облачком срывается с губ, и я вихрем несусь в объятия любимого, такого теплого и, самое главное, живого.

— Всё хорошо, моя девочка, — шепчут его губы, покрывая поцелуями висок и щеку.

— Я не хочу, чтоб ты завтра бился с собственным братом, — испытующий взгляд глаза в глаза.

Регул слегка отстраняется, его лицо мгновенно приобретает каменное выражение, а плотно сжатые губы превращаются в тонкую ниточку. Но я не опускаю глаз. Гораздо страшнее увидеть тот туманящийся в предсмертной дымке взгляд, чем сверкающую решимость в глубине расширенных зрачков сейчас.

— Я принял вызов, уже ничего нельзя изменить, — наконец, медленно по слогам произносит он.

— Но… — моё робкое возражение.

— Никаких «но». Неужели ты не понимаешь, что это давно не игра? — начинает кипятиться эльф. — Здесь и сейчас решается судьба целого народа, да и твоя собственная. А ты ведешь себя, как несмышленое дитя!

Дитя? Волна противоречия вязким туманом захлестывает разум. Да я только и делаю, что решаю проблемы эльфов, как по отдельности, так и вместе взятых с того самого момента, как попала сюда. Такое ощущение, что их просто копили до моего прибытия. А до этого жизнь была спокойной и размеренной, пока некто не соизволил вмешаться. Ой, а я что, всё это вслух сказала? Вон как глазки Регула потемнели. А ведь не скандалить сюда шла. И вообще, не подобает аристократкам проявлять подобные эмоции перед кем бы то ни было. Дитя? Ну, погоди, я покажу тебе дитя…

— Так ты считаешь меня неразумным ребенком? — мурлыкающим тоном вполголоса вопрошаю я, и провожу ладонью по груди князя, еще больше распахивая рубашку на нем. Ммм… какой красавец. Волна удовольствия прокатывается где-то в глубине тела, заставляя нервно сглотнуть.

— Имирэль, — Регул предостерегающе кладет свою ладонь на мою, останавливая её шаловливые движения.

— Ты не ответил… — выдыхаю я ему в лицо, наклоняясь так, что мои губы замирают напротив его, а грудь упирается в крепкий торс. Как же хочется снова попробовать вкус твоего поцелуя…

— Ты понимаешь, что со мной делаешь? — с легкой хрипотцой в голосе интересуется эльф, впрочем, не пытаясь отстраниться.

— Прекрасно понимаю, — я и не знала, что с губ может срываться такой чувственный шепот. Но останавливаться не хочется.

— Имирэль… — снова пытается образумить меня Регул.

По обнаженным ногам скользит прохладный вечерний ветер, отчего я ощутимо вздрагиваю, а может от нарастающей в груди жажды, желания прижаться сильнее к… любимому? Наверное, да…

— Ты же еще девчонка, — стонет князь, прикрывая глаза, будто от невыразимых внутренних терзаний.

Он снова считает меня несмышленышем?! Да сколько ж можно уже-то?!

— Поцелуй меня, — короткая фраза сродни приказу срывается губ, заставив Регула удивленно распахнуть веки и уставиться на меня подозрительным взглядом.

— Ты же понимаешь, что я не смогу остановиться… — звучит, как предупреждение, но мне и не хочется останавливаться.

Легко киваю в ответ, загадочно улыбаясь, и тут же на мои губы обрушивается лавина огненного поцелуя, сметая на пути все барьеры разума, оставляя только обнаженные нервы и обостренные чувства. Пальцы запутываются в золотых волосах, сильнее и сильнее прижимаю голову эльфа к себе. Его руки сначала легонько массируют мне затылок, отчего я почти мурчу от удовольствия, а потом пускаются в путешествие по спине вдоль позвоночника, то дотрагиваясь почти невесомо, то настойчиво лаская горящую кожу. А я едва не плавлюсь под этим бурным натиском, когда он зубами легонько прихватывает мою верхнюю губу, тут же успокаивающе проводя по ней языком.

Удивленно взвизгиваю, когда Регул одним движением легко перебрасывает меня через себя и придавливает к кровати почти всем телом. Умелые руки изучающее скользят по бедру.

— Имирэль… моя Имирэль, — шепчут его губы, покусывая мое ушко и прокладывая дорожку из поцелуев по шее до ключицы. А я сильнее впиваюсь пальцами в широкие плечи, наслаждаясь каждой клеточкой тела. Из горла вырывается экзальтированный стон, тут же заглушенный еще более ошеломляющим поцелуем. Я уже ничего не соображаю, только натянутые до предела нервы отзываются невыразимым восторгом в ответ на каждую смелую ласку.

Шорох разрывающейся ткани отвлекает мой слух на доли секунды — Регул посчитал мою рубашку абсолютно лишней здесь.

— Ты прекрасна, — шепчет он, ласкающим взором оглядывая мое полуобнаженное тело и проводя рукой вдоль по плоскому животу. И тут же его губы опускаются на вершину моей груди, отчего я чуть не задыхаюсь от нахлынувшего восторга, тут же выгибаясь дугой в его чутких руках. По жилам словно течет горячая лава, еще сильнее и сильнее разгораясь где-то глубоко внутри.

Я в экстазе дергаю на себя рубашку Регула, и она с громким треском расходится на его спине, а над ухом раздается тихий смех.

— Какая же ты нетерпеливая, моя радость, — улыбается эльф, продолжая исследовать все изгибы моего тела, а мне кажется, что его руки и губы оставляют на коже пылающие огненные дорожки.

Я уже мелко дрожу, не в силах более удерживать в узде собственные желания, прильнув к Регулу всем телом, стремясь прижаться сильнее, чтобы ощутить его каждой клеточкой. Мне наплевать на то, что королева должна хранить целомудрие для будущего супруга, хочется только унять это нарастающее неистовое пламя в животе, почти напоминающее боль.

— Пожалуйста… — шепчу я, хватаясь за Регула, как за спасительную соломинку, совершенно не понимая, о чем прошу, но твердо уверенная в необходимости этого.

— Как пожелает моя королева… — страстно мурчит он и, щелкнув пальцами, гасит все магические светлячки, оставляя нас в таинственной темноте.

* * *

Когда я открыла глаза, вокруг по-прежнему была полутьма. Блаженная истома, накрывшая всё тело, еще не отпустила из своих цепких объятий. Я сладко потянулась, разминая затекшие косточки и вытягивая налившиеся приятной тяжестью мышцы. В голове не осталось ни одной мысли — только подозрительная пустота и странное ощущение переполняющего счастья. Легкий сквозняк скользнул по моим плечам, и я зябко поежилась. И тут же в сердце начал расползаться ледяной ком.

— Регул! — вскочила я, не обнаружив рядом того, кто ласкал меня всю ночь до потери чувств, того, кто сделал меня настоящей женщиной. И это было восхитительно. Но сейчас липкий страх парализовывал меня. Неужели мой эльф ушел, оставил одну после всего…

Князь, едва прикрывший бедра покрывалом, отчего казался еще более соблазнительным, обнаружился сидящим на самом краю ложа нашей любви. Я нервно сглотнула, мгновенно вспомнив всё, что творили со мной его чуткие пальцы, страстные слова, что он шептал мне на ухо, воспламеняющие быстрее факела, нежные прикосновения и нетерпеливые поцелуи — всё слилось в один калейдоскоп новых чудесных ощущений.

Но сейчас он просто понуро сидел, подперев рукой лоб.

— Регул… — прошептала я, проводя ладонью по его шелковой обнаженной спине, отчего эльф слегка вздрогнул.

— Прости меня, — раздался виноватый голос.

— За что? — искренне удивилась я, немного опешив. — За мою самую чудесную ночь в жизни? За блаженство, что ты мне подарил? За что именно ты просишь прощения?

Напряженная спина дернулась, но Регул так и не повернулся.

— Я не должен был… — покаянно продолжил он.

— Ты жалеешь? — горько вопросила я, внутренне боясь услышать положительный ответ.

— Конечно, нет, моя глупая девочка! — резко развернулся ко мне князь. Я встретилась взглядом с его горящими глазами и затрепетала. — Не смей так даже думать.

— А что можно предполагать после твоего «прости»? — не осталась в долгу я.

— Просто я не должен был так поступать… — запнулся Регул. — Пойми, наша связь навсегда останется просто связью и ничем более. Мы не имеем права быть друг для друга больше, чем любовниками… Я опорочил вас, моя королева, и готов принять от вас любую кару.

Я лишь загадочно улыбалась в ответ на эту покаянную тираду, ведь в голове уже зрел вполне очевидный план.

— О, большей кары, чем я сама, придумать сложно. Мне до смерти надоели ваши традиции, — пробормотала я, игриво проводя пальчиками по рельефной груди эльфа, отчего он заметно напрягся и шумно выдохнул, но не отстранился. — Однако и среди них есть очень полезные, — я продолжала чертить воображаемые узоры на коже эльфа, не проронившего ни слова. — Вспомни своего отца…

— Нет, — Регул легко перехватил мою ладонь, уже спускающуюся к его животу, и крепко её сжал. — Что ты задумала?

Я лишь неопределенно пожала плечами и сняла с шеи один из медальонов, что до сих пор покоились на обнаженной груди.

— Думаю, первая часть плана уже реализована, — загадочно прошептала я на ухо князю, надевая на него украшение.

— Но….

— Тссс… — я приложила палец к его губам. — Он теперь твой. А когда ты посетишь со мной Храм Стихий, то и сила перейдет к тебе. Ты станешь равным мне четырехстихийным магом, а, следовательно, и наилучшим кандидатом в мужья… Стихии не будут противиться предпочтениям собственной избранницы.

Регул потрясенно уставился на меня:

— Я не могу…

Я откинулась на подушку и заливисто захохотала:

— Ну, вот, что мужчины, что эльфы — все одинаковы. Как только речь заходит о женитьбе — сразу в кусты.

— Глупая! — вспыхнул Регул. — Я не могу лишить тебя силы перед последней схваткой — вдруг тебе самой придется принять вызов.

— Ты и не лишаешь меня ничего. Моя сила пока со мной. У тебя только медальон, — нежно улыбнулась я любимому мужчине.

— Тогда я спокоен, — легкий поцелуй лег мне на запястье.

— Светлый князь, уже почти рассвет, — раздалось от входа.

Я ойкнула и спряталась за спиной Регула, благо она была достаточно широкой.

— Уже иду, — кивнул эльф пришедшему, который не замедлил скрыться. — Нам пора, — повернулся князь уже ко мне, подавая остатки разошедшейся по шву рубашки, в которой я пришла, и свой теплый плащ, где можно было просто утонуть с моей комплекцией. — Тебе тоже лучше вернуться к себе.

Я понятливо кивнула, принявшись торопливо натягивать вещи, пока Регул облачался в свои светлые одежды, и не могла оторвать взгляда от его статной фигуры, буквально излучающей силу и уверенность. Рядом с ним мне всегда так спокойно, словно князь может защитить от всего мира, с ним я могу действительно почувствовать себя маленькой слабенькой девочкой и не стесняться этой слабости.

— Идем, — подтолкнул меня, занятую созерцанием его особы, князь.

Я проследовала в указанном направлении, натягивая на голову глубокий капюшон. Регул резко остановился у входа и повернул меня к себе.

— Будь осторожна, моя девочка, — прошептал он, заправляя мне за ухо выбившийся из-под ткани платиновый локон, и распахнул полог.

 

Глава 13. Братоубийство

— Уже почти рассвело, — уведомила меня Магдалена, заглядывая сквозь приподнятый полог.

— Знаю, — пожала плечами я, так и не сумев согнать с губ загадочную счастливую улыбку. А эльфийка была настолько воспитана, чтоб не задавать бестактных вопросов, поэтому обо всем произошедшем догадалась по одному моему безмятежному виду.

— Воды для умывания? — понимающе хмыкнула она.

— Да, пожалуйста, — согласилась я. — И губку.

Едва Магдалена удалилась, как в поле моего зрения нарисовался Шератон. По очереди, что ли, ходят?

— Доброе утро, пресветлая, — поздоровался темный, подозрительно принюхиваясь и ощупывая меня цепким взглядом.

— И вам не болеть, принц, — не менее пафосно ответствовала я, не понимая, чем вызвано такое пристальное внимание к моей персоне со стороны Шератона столь ранним утром.

— От тебя пахнет другим мужчиной, — прошипел он, отскакивая от меня и прикрывая мгновенно почерневшие глаза. — Ты была с ним. Что он с тобой сделал?

— Успокойся, — осадила я разбушевавшегося темного, — тебя это абсолютно не касается, не находишь?

— Ты хоть понимаешь, что вы натворили? — в ужасе уставился на меня Шератон, хвала Стихиям, уже нормальными глазами.

— И что же? — я даже заинтересованно подалась вперед.

— Первым мужчиной королевы должен стать её будущий муж. Взамен потерянного целомудрия приобретается тонкая связь между двоими. Теперь ваши с Регулом ауры связаны, как и магические способности. Они будут постепенно выравниваться. Ты понимаешь, что можешь потерять силу, остаться либо двух, либо в лучшем случае трехстихийным магом, потому что Регул владеет только огнем? Ты, глупая девчонка, выбрала наихудший вариант из всех возможных и снова подставила под удар не только свою жизнь, но и судьбу собственных пока еще подданных! — разошелся Шератон, не стесняясь в выражениях.

Хм, а вот об этом я и понятия не имела… Внимательнее надо читать древние трактаты, ой, внимательнее…

— Я не знала, — полупридушенно пискнула я, падая на кровать.

— Уверен, что и твой распрекрасный Советник не знал. Ты думаешь, зря существует традиция женить между собой четырехстихийных магов? — ядовито продолжил темный. — Ну, что у тебя за привычка совершать неимоверных размеров глупости на абсолютно ровном месте?

Это только что меня так ненавязчиво назвали тупицей что ли?

— Простите, мне не столько лет, сколько вам, ходячие древности, — прошипела я, сверкая глазами исподлобья на Шератона, — и до недавнего времени я и понятия не имела обо всей этой магии, а тем более тысячелетних правилах и традициях.

Темный немного подуспокоился от моей несколько отрезвляющей тирады.

— Хорошо, — сдался он, поднимая руки в примирительном жесте, — будем решать проблемы по мере их поступления. Возможно, всё же удастся что-нибудь придумать. Ты готова?

— Была бы готова, если бы некоторые не заявились с утра пораньше и не начали читать нотации, — ворчливо отозвалась я, ненавязчиво намекая, что пора бы и удалиться, давая девушке возможности спокойно одеться.

Шератон оказался на удивление понятливым и, молча кивнув, скрылся за пологом. Я в ожидании Магдалены принялась нервно выхаживать по палатке, теребя в руках первое, что попалось под руку. Возможно, темный и прав, а может и нет, ведь он не знает всего. Кажется, я нашла брешь, по стечению обстоятельств появившуюся в этих пресловутых древних традициях, которые уже просто в печенках сидят. И если всё получится…

— Ваша вода, — окликнула замечтавшуюся меня Магдалена, и я приступила к омовению.

* * *

Оба эльфа ждали меня у входа, демонстративно не замечая друг друга, а иногда обмениваясь и откровенно неприязненными взглядами. Хм… весь этот сыр-бор из-за моей особы что ли?

— Пора? — шепнула я, по очереди оглядывая обоих и подзывая Ниала.

Хоть тут оба согласно кивнули, но напряжение между этими двумя буквально витало в воздухе. Ой, как бы они не надумали выяснять отношения, когда вся эта история с поединками закончится. Ни к чему доброму подобное противостояние привести не может. Да и я чувствую себя словно на линии огня.

Позади нас выстроился отряд королевской гвардии, отныне сопровождающий меня везде, как объявил накануне Гранд Ректор, не желая выслушивать никаких возражений, даже моих. И я, в какой-то степени осознавая его правоту, просто согласилась.

Наша кавалькада в глубоком молчании двинулась в сторону замершего в отдалении отряда Цебальрая, уже не такого представительного, как вчера. Видимо, тоже не стал собирать силы, не ожидая массового побоища, да и я не горела желанием устраивать таковое.

— Приветствую вас, прекраснейшая, — отвесил мне шутовской поклон Цебальрай.

— Не скажу, что рада вас видеть, — холодно процедила я, замерев напротив него. — Начнем?

— Да вы решительны, дорогая Имирэль, и нравитесь мне всё больше и больше, — усмехнувшись, подмигнул мне правитель.

— По-моему мы собрались здесь не обсуждать наши чувства друг к другу, — холодно оборвала я его речь.

— Вы совершенно правы, — тут же принял отстраненный вид Цебальрай и махнул рукой.

В ответ на этот жест из строя его напряженно замерших сопровождающих выехал Растабан и, кинув на меня короткий злой взгляд, легко спешился. Регул с абсолютно непроницаемым выражением лица проследовал за братом, и только ниточка стиснутых губ говорила о его внутреннем напряжении. Гвардейцы позади меня зашевелились, образуя полукруг, явно намереваясь защитить свою королеву от любой неожиданности. Шератон застыл рядом, наблюдая, как противники обмениваются ритуальным приветствием и настороженно замирают друг напротив друга. Я не слышала, что каждый из них сказал другому, но видимое спокойствие вдруг раскололось: почти одновременно оба выхватили из ножен на поясе тонкие клинки. На лезвии оружия Растабана заиграли кровавые блики восходящего солнца, и к моему горлу подкатила тошнота от нехорошего предчувствия. Да еще и тот пресловутый сон, выкинуть из головы который я не могла, как ни старалась. Регул отсалютовал своим клинком, нестерпимо сверкающим в лучах утреннего света и поудобнее перехватил эфес с изящной витой гардой. Растабан повторил его маневр, и оба перетекли в боевую стойку, на миг замерев в ней. А потом клинки с громким звоном сошлись, и началась бешеная круговерть боя. Свистящие удары, хитроумные защитные приемы, коварные атаки — всё сплелось в этом прекрасном, но смертоносном танце. Я в волнении закусила губу, подавшись вперед и ловя каждое движение противника.

— Великолепные бойцы, — произнес Цебальрай, возбужденно раздувая ноздри в восторге от развернувшейся схватки.

Вот извращенец! Я нервно отшатнулась от него, и глухо застонала, когда кончик оружия Растабана достиг цели и кольнул Регула в левое плечо. По его белоснежному одеянию поползло алое пятно. И противники снова замерли друг напротив друга. Но оказалось, что и клинок князя достиг цели, прочертив кровавую полосу вдоль ребер брата, рубашку которого тут же украсил красный развод.

Регул виновато оглядел своего визави, но поймал лишь лихорадочно горящий ненавидящий взор, и клинки снова неумолимо сошлись. Не знаю, сколько продолжалось это безобразие, но ставшие более осторожными противники не позволяли нанести себе еще ран. Они кружили друг напротив друга, как два хищных зверя, делая хитроумные выпады и не менее замысловато защищаясь. Очевидно, братьев обучал один мастер, и оба преуспели на этом поприще.

Наконец, последовал один особенно хлесткий удар, и клинок Растабана с жалобным треньканьем переломился пополам. Регул что-то сказал брату, но тот лишь досадливо откинул остатки своего оружия в сторону и замер напротив, выплюнув какую-то фразу.

Я стиснула руки в кулаки до побелевших костяшек, не понимая, что там происходит, когда князь вложил собственный клинок в ножны и, отстегнув их от пояса, осторожно опустил на траву чуть поодаль.

— Шератон, — позвала я темного, неподвижной статуей замершего верхом на Алголе.

— Что? — отозвался он, не отрывая цепкого взгляда от обоих неподвижных противников.

— Что происходит? — дрожащим шепотом вопросила я.

— Похоже, Регул оказался настолько великодушен, что не принял свою победу. Благородный дурак, — пояснил эльф. — Теперь будут разрешать спор магическим путем.

— О, нет, — сердце кольнуло воспоминание об умирающем у меня на руках Регуле. И если до этого реальность не соответствовала тому ужасающему видению, то теперь становилась всё больше на него похожей.

И тут же ослепительная вспышка заставила зажмуриться. Два огненных шара одновременно слетели с рук эльфов и, встретившись друг с другом на полпути, рассыпались шипящими искрами. Что тут началось! Полыхающие сферы и булавы носились над поляной, заставляя противников выписывать немыслимые пируэты, чтобы увернуться от летящей прямо в лицо пылающей смерти. Я сдавленно охнула, когда от пролетевшей на расстоянии волоса стрелы, загорелся рукав одеяния Регула. Но тот лишь невозмутимо хлопнул по нему рукой, и недовольно зашипев, занимающийся, было, огонек погас. Растабан тоже едва смог увернуться от огненного дождя, но какая-то шальная искра всё же зацепила кончик косы и уже собралась приняться за свою новую пищу, как маг, щелкнув пальцами, погасил её. Над поляной разнесся запах гари. Я едва успевала прикрывать глаза, дабы не быть ослепленной особенно яркими вспышками.

Маленькая передышка, и огненная круговерть начинается с новой силой. По усталым лицам эльфов, испачканным черной сажей, скатывались капельки пота, прочерчивая светлые дорожки. Регул взмахнул рукой, и с его пальцев сорвался особенно яркий сгусток пламени, понесшийся к Растабану, которому пришлось прыгнуть в сторону и покатиться по траве, чтобы увернуться от горящего снаряда. И тут же, с другой ладони старшего князя вспорхнула огненная птица. Даже Цебальрай рядом со мной восхищенно выдохнул, оценив мастерство мага. Птица ударилась в грудь Растабана, которому для защиты не хватило буквально мига, и тот, поверженный, упал навзничь и больше не пошевелился. Регул что-то прошептал и, виновато склонив голову, закрыл лицо руками.

Волна облегчения прокатилась по телу, но навязчивый червячок предчувствия продолжал точить сердце изнутри.

Регул повернулся ко мне и сделал пару шагов навстречу. Его растрепанные в схватке волосы, щедро присыпанные серыми хлопьями пепла, развевались на ветру.

— Я победил, моя королева, — услышала я навеки отпечатавшиеся в моем мозгу слова, приправленные непреодолимой горечью.

Время словно замерло, а сердце пропустило пару ударов, когда я увидела летящее в спину любимому холодно сверкнувшее лезвие кинжала. Я ведь об этом знала, и именно подобного боялась больше всего. Липкий ужас расползся по телу.

— Осторожно!!! — экзальтированный крик разнесся над поляной, но поздно. Острое, как игла оружие впилось точно между лопаток, и я, чувствуя боль эльфа как свою собственную, со стоном едва не упала.

Регул с застывшим на лице недоумением медленно повернулся к Растабану, на лице которого расцвела жуткая мерзкая ухмылка.

— Не ожидал, дорогой брат? — прошипел он, но с рук Регула неожиданно сорвалась струя ревущего огня и поглотила удивленно хлопающего глазами предателя, не погнушавшегося нанести собственному брату удар в спину. А я лишь краем глаза успела заметить странно сверкнувшую белесую вспышку среди красноватых отблесков пламени.

— Я… победил… ради вас… моя королева… — с надсадным хрипом произнес Регул, тяжело опускаясь передо мной на одно колено из последних сил.

— Нет!!! Нет!!! — я птицей соскочила с Ниала и понеслась к постепенно оседающему на землю Регулу, успев поймать в последний миг.

Его туманящийся лиловый взгляд оказался направленным только на меня, не замечающим ничего вокруг. По моим рукам, обхватившим бледнеющего Регула потекла густая алая кровь.

— Будь умницей, моя девочка, — тихо прошептал он, пытаясь слабеющей рукой погладить мою щеку, по которой уже солеными дорожками бежали потоки слез.

— Нет, пожалуйста, не уходи, — тормошу я его, — умоляю тебя.

Но глаза Регула, подернутые дымкой, медленно закрылись полупрозрачными веками, а порывистое дыхание начало становиться всё тише.

Моё сердце сжалось от закрадывающегося в душу холода. Я же всё это видела, мне не зря было дан тот страшный сон, который теперь стал ужасающей реальностью. Не смогла… Не уберегла… Не предотвратила…

Из горла вырвался душераздирающий крик, пронесшийся над поляной и скрывшийся в безмолвных небесах. Горькие рыдания сотрясали всё моё тело, а крупные слезы окропляли рубашку Регула, смешиваясь с его кровью. Щемящее чувство невосполнимой утраты холодной струйкой просачивалось в сердце, наполняя его до краев и леденя душу.

— Имирэль, — позвал меня Шератон, коснувшись рукой моей окровавленной ладони. — Ему уже ничем не поможешь.

— Ложь, — категорично выдохнула я, не желая поверить в эту страшную правду.

— И мы еще не закончили, дорогая Имирэль, — пропел Цебальрай, кровожадно раздувая ноздри, — похоже, в этот раз победа за моим бойцом…

— Отнюдь, — скучающе прервал его довольную тираду Шератон, не спуская с меня напряженного взгляда. — Растабан скрылся в портале с поля боя, когда светлейший князь Регул был еще жив, что приравнивается к поражению.

Цебальрай лишь досадливо сжал кулаки, но тут же надменно процедил:

— Осталась последняя схватка, и я…

— Провались ты пропадом, злосчастный ублюдок, — ненавидяще выдохнула я, прожигая правителя яростным взглядом, — будь ты проклят!

— Утихомирьте свой острый язычок, — гневно прошипел Цебальрай, наклоняясь ко мне, и мы встретились глаза в глаза, — на последнюю схватку я вызываю вас, моя несравненная.

— И ты пожалеешь об этом, — зловеще пообещала я, вместе с Регулом покрываясь золотистым сиянием, — но только когда вернусь, а я это сделаю, не сомневайся.

Яркая вспышка ослепила меня, и я зажмурилась, чувствуя, что проваливаюсь в сверкающую воронку, но Регула из рук выпускать не собиралась.

Храм Стихий встретил меня оглушающим безмолвием.

— Вы же сказали, что поможете мне, — отчаянно крикнула я в звенящую тишину.

— Поможем, — раздалось над моим правым ухом, и я дернулась от испуга.

Оказалось, что моя несравненная зареванная особа восседает прямиком на алтаре, да еще и обнимает обмякшего тут же Регула.

— Пожалуйста, не дайте ему умереть, — умоляюще прошептала я, окидывая полным отчаяния взглядом замерших Стихий.

Они переглянулись, не произнеся ни слова.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, — наконец, напряженно проговорила Терра.

— Но ты должна завершить начатое, — продолжил Игнис. — Это твое предназначение.

— Я не могу оставить Регула.

— Ты должна, — жестко отрезал Стихия Огня, — иначе мы не сможем помочь ни ему, ни тебе.

— Хорошо, — горько проговорила я, прикасаясь поцелуем к холодным губам. — Я вернусь любимый, и как можно скорее.

Аэрос подхватил меня как пушинку и поставил на трясущиеся и подгибающиеся ноги.

— Иди и ни о чем не беспокойся, — провела по моим щекам Аква, смывая с них грязь, кровь и слезы.

Я понятливо кивнула и, бросив последний тоскливый взгляд на лежащего на алтаре, словно тряпичная кукла, Регула, провалилась в сверкающий вихрь портала.

* * *

На миг в Храме воцарилась тишина, а потом Стихии напряженно замерли по углам алтаря с неподвижно застывшим на нем умирающим эльфом.

— Мы должны его вылечить, — начала Аква, но была резко прервана Террой:

— Нет. Если мальчишка останется жив, все наши планы пойдут прахом.

— Терра права, — задумчиво отозвался Игнис, — но я не могу позволить умереть тому, кого взял под собственное покровительство. Очень талантливый мальчик.

— Это жестоко по отношению к Имирэль, — продолжала настаивать Стихия Воды.

— Зато она не будет отвлекаться на посторонние вещи, — отозвался молчавший до этого Аэрос. — Этот урок пойдет ей на пользу.

— Довольно жестокий урок, — горько усмехнулась Аква, с сожалением понимая, что ей не отстоять эту жизнь среди враждебно настроенных брата и сестры и занявшего нейтральную позицию Игниса.

— Не может быть! — воскликнул покровитель огня, и все остальные вопросительно уставились на него. — Вы только посмотрите, что связывает нашу юную королеву и этого мага.

— Потрясающе! — восхищенно проговорила Аква и прикрыла глаза, загадочно улыбаясь.

— Вот паршивка! — выругался Аэрос. — И когда только успела?

— Девчонка умудрилась нас переиграть, но как? — недоуменно нахмурилась Терра.

— Очевидно, наша девочка любит его и была с ним близка, да еще и пообещала одарить его силой. Смотрите, — покровительница воды приподняла ворот рубашки Регула, и оттуда задорно блеснули два медальона.

— А мы не отказались принять его здесь и тем самым одобрили этот союз, — пораженный догадкой, воскликнул Игнис. — Значит теперь, этот мальчик — супруг нашей маленькой королевы. Причем, одобренный нами.

— Вот же бестия, — насмешливо хмыкнул Аэрос, — так изящно всё провернула.

— А сознательно ли? — вопросила Терра, в задумчивости оглядывая распростертое на алтаре тело эльфа. — Как бы то ни было, в наших планах этот ход конем абсолютно лишний.

И все четверо снова замерли, прислушиваясь к последним ударам неровно бьющегося сердца.

— Вы снова заигрались, — укоризненно раздалось откуда-то сбоку, и всемогущие Стихии вздрогнули.

Из темноты величаво выплыла женщина, белизна кожи которой буквально ослепляла, в платье, цвет которого перетекал из белого в черный, словно никак не мог определиться. Черно-белые волосы до пят, будто прилипшие, змеились по спине и плечам.

— Великая Судьба, — разом поклонилась четверка.

— Неужели прошлое ничему вас не учит? — поинтересовалась прибывшая тоном, каким спрашивает мать у провинившегося неразумного дитя. — После ваших игр в последний раз едва не перестал существовать целый народ, а что теперь?

Ответом ей было красноречивое молчание. Женщина подошла к алтарю и замерла напротив Регула, прислушиваясь к биению его сердца, цепляющегося за жизнь из последних сил.

— Из нечастного мальчика вытекают последние крохи жизни, а вы толкуете о каких-то планах… Хотите насмешить Судьбу — расскажите о них, — усмехнулась она. — Всё.

Трепыхнувшись последний раз, сердце Регула затихло.

— Что ж, — задумчиво пробормотала Судьба, — он прошел через смерть, что предназначалась ему, и я беру его под свое покровительство. Похоже, мне действительно пора вмешаться в творимое вами безобразие.

Женщина махнула широким черным рукавом, и Регул, покрывшись серебристым сиянием, истаял, лишь прядь золотистых волос осталась на алтаре, как безмолвное напоминание о произошедшем.

— Где он? — удивленно спросил Игнис.

— Он больше не принадлежит тебе, — сурово ответила Судьба, обводя тяжелым взглядом каждого из присутствующих, от которого они сжимались как нашкодившие котята, — никому из вас. Он там, где должен был оказаться по воле Судьбы. А у вашего плана есть десять лет. Но потом…

Женщина угрожающе нахмурила брови и истаяла.

— А потом всё будет так, как должно было быть, если бы не ваше вмешательство… — прогремело под сводами и стихло.

Стихии лишь переглянулись и облегченно вздохнули, не поверив, что так легко отделались.

 

Глава 14. Последний бой

Я появилась на поле недавней битвы так же неожиданно, как недавно покинула его, — из вихря золотистых звездочек. Не знаю, каким было выражение моего лица, но даже собственные гвардейцы отшатнулись, увидев его.

— Принимаю твой вызов, Цебальрай, — яростно прошипела я, прожигая ненавидящим взглядом правителя.

— Вы так прекрасны в гневе, дорогая, — насмешливо пропел в ответ тот.

— В гневе я страшна, — раздалось мое рычание, — и вам предоставляется возможность испробовать это на собственной шкуре.

— Зачем лишние слова? — усмехнулся Цебальрай. — Сейчас и посмотрим, на что вы способны.

Он обошел вокруг настороженно замершей меня, оценивающе оглядывая мою фигуру, и чувственно прошептал на ушко:

— Только вот мой опыт превосходит твой, крошка. Да и лет мне несоизмеримо больше. Даже твой любезный князь — мальчишка по сравнению со мной.

При упоминании этими нечестивыми устами имени Регула, ярость охватила меня с новой силой:

— В некоторых вопросах молодость может дать фору, старый хрыч.

— Ах, как грубо, моя дорогая, — прицокнул языком Цебальрай. — Думаю, у меня будет возможность доказать вам, что я могу многое.

Двусмысленность фразы и тон, каким это было сказано, заставили меня вздрогнуть, как и рука, будто невзначай прошедшаяся по талии.

— Нервничаешь? — снова раздался над ухом томный голос.

— Мы вроде не для словесного поединка здесь собрались, — огрызнулась я, отскакивая на почтительное расстояние.

— Ты права, — церемониально поклонился Цебальрай, хищно осклабившись, — начнем?

Вокруг меня закрутились воздушные жгуты, со свистом рассекая воздух, и я еле успела поставить щит из голубого пламени, когда один из них резко опустился в район моего плеча. Но барьер с честью выдержал этот удар, разразившись недовольным вибрирующим гулом.

— Хм… — усмехнулся Цебальрай в ответ на мой яростный взгляд, — неплохо. А вот что ты будешь делать с этим?

В воздух поднялись клубы песка и пыли, поглощая меня в центр воронки, вокруг которой бесновалась стихия. Всё скрылось из глаз за этим мельтешащим маревом, так что Цебальраю повезло, что он не увидел мой оскал. Спасибо Магдалене, хотя творимое сейчас безобразие не идет ни в какое сравнение с её потугами на корабле, я, по крайней мере, понимаю, что происходит.

С усмешкой на грязном лице я шепнула пару слов, и всё застыло, а потом разлетелось в стороны ледяными осколками, в которые оказались намертво вмурованными все парящие до этого в воздухе песчинки.

Один из обломков скользнул острым краем вдоль щеки Цебальрая, прочерчивая красную полосу, тут же набухающую кровавыми каплями. Льдистые глаза хищно уставились на меня, а я ответила не менее мерзкой ухмылкой. Неужели ты думал, что со мной будет так легко справиться, даже если я узнала о существовании магии относительно недавно?

Цебальрай демонстративно стер кровь с пореза и неторопливо дразняще облизнул палец. Меня передернуло от его гадкой усмешки, тут же нарисовавшейся на лице.

— Браво, прелестная, — похлопал он в ладоши, — бороться с вами одно удовольствие. Впервые я встречаю столь достойного противника да еще и женщину. Я покорен вами, дорогая.

— Неужели вы признаёте поражение? — лукаво усмехнулась я.

— О, ни в коем случае, это только начало, — самодовольно протянул правитель.

И тут в мою сторону полетел сгусток пламени, который я могла бы остановить одним движением руки, но тут внутри со звонким хлопком словно лопнула тонкая натянутая до предела струна, открывая дорогу заползающему в сердце промозглому, как речной туман, холоду.

— Нет, нет… — прошептала я, совершенно не чувствуя, как из носа тоненькой алой струйкой льется кровь, не замечая широко открытыми глазами, как навстречу несется пламенный метеор.

Из легких словно выбили весь воздух, и я навзничь повалилась на землю от сокрушительного удара в грудь. От чудовищной боли я царапала ногтями землю и до крови стиснула губу, чтобы не издать ни единого стона. Но болело отнюдь не обожженное и покрытое синяками тело, не треснувшие ребра — на части рвалась душа, теряя половину себя. Мрачное понимание того, что Стихии не смогли или не пожелали спасти Регула, закралось в душу и свернулось там мерзким черным клубком.

Покачиваясь, я поднялась на дрожащие ноги, обжигая яростным взглядом ухмыляющегося Цебальрая.

— Его больше нет, — зловеще припечатала я, поймав взгляд глаза в глаза и не отпуская его.

Улыбка поползла с лица Цебальрая, когда он нервно дернулся, пытаясь отступить, но не смог оторвать привязанного мною взора.

— Он погиб из-за твоей чрезмерной алчности, — сквозь зубы прошипела я, едва сдерживаясь, чтоб не завопить от нарастающей внутри мучительной боли, которую хотелось просто вырвать изнутри когтями, расцарапав в клочья грудь. — Так пусть тебя настигнет то, что по твоей милости испытываю я.

Всё вокруг поплыло, смазывая в бессмысленный узор тускнеющие краски. Четко я видела только Цебальрая, в непонимании замершего напротив меня. Крылья его носа раздувались, а зрачки, в которые я уставилась, как гипнотизирующая змея, расширились.

— Что ты… — начал он, и осел на одно колено, обхватывая себя руками, едва не разрывая скрюченными аристократическими пальцами одежду.

— Почувствуй боль души, по твоей прихоти разорванной надвое, — теряя голос, прохрипела я, чудом сдерживая рвущийся наружу истошный крик.

Цебальрай поднял на меня безумные глаза, подернутые дымкой муки от страданий, что я сейчас показывала ему.

— Прекрати… — прохрипел он, сминая на собственной груди одежду, даже не пытаясь вытереть кровь, стекающую по губам синхронно с моей.

Я вымученно улыбнулась и на долгий миг прикрыла веками глаза, загоняя клубящуюся боль далеко внутрь, давая волю звезде надежды.

— Бой окончен, — хрипло огласила я, покачнувшись и едва не упав на полусожженную траву.

— Ты думаешь что победила? — зло процедил на удивление быстро опомнившийся Цебальрай.

— Мне всё равно, — устало отмахнулась я, опираясь на молча подхватившего меня Шератона. — Даже если я и проиграла, то для меня это не позор, а для тебя сомнительная честь. Пусть тебя запомнят как правителя, неразумно пошедшего на поводу у собственных несоизмеримых со здравым смыслом амбиций и над которым взяла верх практически несмышленая девчонка.

— Взяла верх? — немного полоумно расхохотался правитель. — Ты заблуждаешься.

— Это ты заблуждаешься, — махнула слабеющей рукой я, раздраженная тем, что надо объяснять подобные простые истины. — Оба моих мага одержали победу, и, даже если я и проиграла тебе, общий итог всё равно в мою пользу.

В подтверждение этих слов в абсолютно чистом безмятежном небе сверкнула ветвистая молния, и раздался оглушительный раскат грома.

— Она права, — согласился Шератон, прищурившись, посмотрев вверх.

— Так что не тешь своё тщеславие и убирайся с моей земли, — подвела итог я, — и как можно быстрее. У тебя полчаса, иначе знаешь, что потом будет.

— Что ж, — кивнул Цебальрай, — до встречи, моя королева.

И послал мне воздушный поцелуй. Я скривилась, как будто в мою сторону летело что-то мерзкое и неприглядное.

— Нет, — сквозь зубы процедила я, — надеюсь, что прощайте.

— Я не отступлю, — констатировал несколько потрепанный правитель, вскакивая на коня и делая знак своей свите следовать за ним.

— Ваше право, — глубокомысленно заметила я, равнодушно пожимая плечами.

Цебальрай только усмехнулся, напоследок прожигая меня странным взглядом, и бешеным галопом помчался прочь, сопровождаемый собственной гвардией.

Я обессилено откинулась на грудь Шератона. Осознание того, что эта чудовищная авантюра закончилась, не принесло должного облегчения. Да, всё удалось, но какой горькой ценой.

— Мне нужно в Храм Стихий, — вяло заерзала я на руках у темного.

— Сейчас доставлю, — понятливо кивнул он, не тратя драгоценное время на лишние слова.

— Ты не понял, я должна попасть туда одна. Тебе в Храм дороги нет…

— Твоих сил не хватит, — покачал головой он.

— Если не хватит на это, тогда на что же хватит… — тихо усмехнулась я, проводя ладонью по родной щеке. — Спасибо тебе.

— Ты как будто прощаешься, — подозрительно заметил он.

Я лишь молча передернула плечами, отступая в созданную с огромным трудом золотистую воронку телепорта.

Храм встретил меня звенящей тишиной. Я затравленно огляделась по сторонам, но не обнаружила рядом никого живого. Четыре статуи замерли по углам от пустого алтаря, на котором лежал лишь шевелимый невидимыми потоками ветра локон золотистых волос.

Я, не отрывая глаз от сверкающей пряди, на подкашивающихся ногах сделала шаг вперед, потом еще один, давшийся с еще большим трудом, чем предыдущий.

— Нет… нет… Не верю, — срывался с похолодевших губ мой безжизненный шепот.

Я обессилено опустилась на колени перед алтарем, проводя ладонью по застывшему камню, казалось, еще хранившему тепло недавно лежавшего здесь Регула. Пальцы шутливо пощекотала осиротевшая прядь. Как мне нравилось любоваться золотом твоих волос… слышать звенящий тысячей серебряных колокольчиков смех… ощущать пьянящий вкус поцелуев. Этого больше не будет никогда. Я с силой саданула по камню, не замечая боль от стесанных костяшек, потому что гложущее изнутри мучительное чувство потери оказалось намного сильнее.

Я медленно поднялась с колен, крепко сжимая в ладони единственное, что осталось мне от самого дорогого сердцу эльфа.

— Ненавижу! — крикнула я, не проронив ни одной слезинки, сильнее стискивая зубы.

И этот возглас эхом пролетел под сводами, многократно усилившись отражениями от стен и купола. Каменный ботик фонтана, разлетевшись, брызнул крошками. Бесформенные булыжники, вода и пыль воронкой поднялись в воздух, выбивая стекла, круша убранство храма и вовлекая в безумный водоворот всё новые и новые предметы. И только я стояла в центре беснующегося безобразия, истерично хохоча.

— Что ты делаешь, глупая девчонка! — звонкая пощечина обожгла мою щеку, заставив голову бессильно мотнуться вбок, но так и не приведя в чувство. — Ты же погибнешь, растратив свою силу, а у тебя её не так много осталось.

— И пусть, — зло крикнула я в лица стоящих напротив Стихий. — Я не боюсь смерти. Та пустота, что расползается внутри меня гораздо страшнее.

— Но неужели ты готова ради собственной прихоти погубить нерожденную жизнь? — вкрадчиво поинтересовалась Терра, пытаясь меня хоть как-то успокоить и привести в некоторое подобие чувств.

— Что? — удивленно уставилась на нее я, впервые чем-то заинтересовавшись. — О чем ты толкуешь?

— Регул оставил в тебе зерно себя, неужели ты упустишь столь шикарный подарок судьбы? — терпеливо объяснила Аква, жестом не позволив вмешаться остальным.

И вся круговерть мигом опала, превращая роскошное убранство Храма в пыльную свалку, как только я осознала услышанное.

— Ты всё ещё считаешь, что тебе незачем жить? — продолжила уговоры Аква.

Хрупкий росток нового чувства взошел в моей душе, загоняя огромную боль и пустоту в самый дальний угол. Да, они постоянно будут со мной, будут терзать меня, но теперь… Хоть что-то оказалось не напрасным.

— Хорошо, — покладисто согласилась я, — но не думайте, что мне удастся это забыть или простить…

С этими словами я развернулась и гордо прошествовала на выход.

— Ноги моей здесь не будет, — бросила я через плечо, не оборачиваясь на замерших Стихий. — Никогда…

И оглушительно хлопнула за спиной створками дверей, поклявшись себе, что это был последний раз, когда я использовала магию, с обретением которой я так много потеряла. Внутри послышался звон стекла, а потом всё стихло.

— Что произошло? — обеспокоенно спросил Шератон, подхватывая на руки оседающую меня, грязную, в прожженной местами одежде, со спутанными в колтун волосами.

— Ровным счетом ничего, — равнодушно ответила я, загораживая израненную душу от всего мира холодно стеной безразличия. Душу, одна часть которой полоумно бесновалась, корчилась от нестерпимо жгущей боли утраты, а вторая выжидательно замерла в тихой светлой надежде, подаренной мне новостью Аквы.

— Тогда не возражаешь, если я отнесу тебя во дворец? Там хоть приведут в порядок.

Я безразлично кивнула, смежая веки и проваливаясь в черноту, полную ужасных чудовищ.

* * *

Я периодически выныривала из опутавшей разум, словно липкая паутина, темноты, но потом снова, не желая сопротивляться, проваливалась обратно. Иногда ушей достигали чьи-то голоса, зовущие меня, но откликаться не хотелось, поэтому их я тоже просто игнорировала. Казалось и силы, и жажда жизни совершенно покинули меня, а их место заняло холодное безразличие.

Но всё же в один прекрасный момент я-таки открыла глаза, в которые сразу же ударил ослепительный свет. Пересохшее горло требовало спасительной влаги.

Я ощупала лицо и провела руками по туго перебинтованной груди, не дававшей глубоко вдохнуть морской воздух, врывающийся в распахнутые двери балкона.

— Пить, — прохрипела я, облизывая пересохшие губы и делая неуклюжие попытки встать.

— Лежи спокойно, — услышала я голос откуда-то сбоку и, повернувшись, встретила обеспокоенный взгляд черных глаз Шератона, протягивающего мне бокал с какой-то темно-коричневой мутной жидкостью.

— Что это? — равнодушно спросила я, разглядывая необычное содержимое бокала.

— Отвар из целебных трав, поможет тебе быстрее набраться сил, — ответил он, не спуская с меня обеспокоенного взора. — Как ты себя чувствуешь?

Я неопределенно пожала плечами, выпивая предложенный напиток до дна и снова откидываясь на подушки и впиваясь равнодушным взглядом в потолок.

— Имирэль, послушай меня, — осторожно начал Шератон, пересаживаясь ко мне на кровать и накрывая мои руки своими ладонями, — я понимаю, что тебе сложно принять смерть Регула.

Я поморщилась от снова возникшей в груди тупой боли, которую, казалось, выгнала на задворки сознания, но она снова, глухо рыча, попыталась вернуться.

— Не надо… — оборвала я его, — пожалуйста.

— Хорошо, — покорно замолчал Шератон.

— Спасибо тебе за всё, — прошептала я и снова, едва смежив веки, провалилась в сон.