Когда я начал осознавать, лежа на полу, что происходит вокруг, я обнаружил, что мой пьяный противник вместо того, чтобы пинать меня, как мешок, что было бы в его положении обычным делом, стоит возле меня на коленях и со знанием дела обшаривает мои карманы. Он уже достал пистолет, который был засунут у меня за пояс, и вытаскивал у меня из кармана дешевый бумажник из искусственной кожи. И это вовсе не походило на поведение старого рогоносца, который свихнулся от ревности и пытается наказать любовника своей жены.

Не найдя ничего важного в бумажнике, Акерман начал похлопывать меня по бокам и обнаружил спрятанную плечевую кобуру, в которой я носил свои документы и остальные деньги. Он расстегнул мне рубашку, вытащил кобуру, внимательно просмотрел все отделения и, найдя то, что он хотел, даже вздохнул от облегчения. Потом он пристроил кобуру на прежнее место и более или менее привел мою рубашку в порядок. Он даже засунул бумажник обратно мне в карман перед тем, как встать на ноги. Очень аккуратный человек.

- Вы можете теперь открыть глаза, мистер Хелм, - сказал он безо всякого намека на пьяную речь. - Если хотите, сядьте. Надеюсь, у вас не слишком болит голова.

Я сел с большим усилием, жалостно стеная. Я осторожно потрогал затылок.

- О, Господи, как больно.

Стоицизм ничего не стоит в глазах других. Пусть ваши противники знают, что вы человек мягкий, и видят, как вы ужасно страдаете, им это нравится. Акерман достал Кольт двадцать второго калибра с навинченным глушителем. Сейчас это оружие предпочитает большинство секретных агентов.

- Я прошу прощения за причиненное насилие, - сказал Акерман, - но это была необходимая мера предосторожности.

Я облизал губы и сказал:

- Очень хитро, мистер Акерман. Сначала вы разыгрывали полицейского за дверью, потом сыграли обманутого мужа, зная, что поскольку я не виновен, то, конечно, не приму вас всерьез. Не знаю, правда, где в это время была моя голова.

Акерман сказал:

- У вас есть определенная репутация, мистер Хелм. Было необходимо избежать ненужной перестрелки или Драки, где кто-нибудь мог бы серьезно пострадать.

Меня насторожила его речь. Он говорил и вел себя не так, как это делают наемники южноамериканских наркотических баронов. Даже пистолет был неподходящий. Мне казалось, они обычно пользуются большими и шумными пушками, как минимум, тридцать пятого калибра. Я опять потрогал свой затылок, сморщился от боли и сказал:

- Конечно, я счастлив, что никто серьезно не пострадал. Но почему вы просто не постучали в дверь и не объяснили, что вам нужно? Мы бы прекрасно договорились.

- Конечно. Сядьте туда.

Я встал и, с трудом протащившись несколько футов, осторожно сел в указанное кресло. Акерман сказал через плечо:

- Белинда, приведи ее.

Дверь между номерами открылась, и Руфь вошла, сопровождаемая пухленькой миссис Акерман. У нее в руке был пятизарядный дамский Смит-и-Вессон тридцать восьмого калибра с накладками на рукоятке из красного дерева. Руфь, похоже, не пострадала никак. Но видно было, что она вне себя от ярости.

- Мэтт, она ворвалась ко мне и начала размахивать у меня перед носом своим дурацким пистолетиком, а потом открыла дверь в коридор этому придурку, который сразу же начал щупать меня. Мэтт, ты ранен? Что этим ублюдкам нужно? Она облапала меня всю, когда что-то искала, черт бы ее побрал! Что им нужно?

- Небольшой ущерб моему черепку, - сказал я Руфи. - И очень большой - моей гордости. Садись, дорогая. Я уверен, этот приятный джентльмен все нам объяснит.

- Да, миссис Штейнер, пожалуйста, сядьте. Белинда, смотри в оба за ними.

Акерман опустил пистолет и сказал мне:

- Миссис Акерман - отличный стрелок, поэтому я надеюсь, мистер Хелм, вы не будете строить планов, как бы поменяться с нами местами.

Я сказал:

- У меня нет никаких планов на настоящий момент.

Я посмотрел на Белинду Акерман.

- Вы меня очень обидели. Вы мне всегда так мило улыбались. Я думал, что я вам нравлюсь. Она засмеялась.

- Конечно, нравишься, дорогой, конечно! Но так редко получается совмещать приятное с полезным.

Акерман подошел к двери и, приказав кому-то поторопиться, сам занял свой пост у двери возле нас. В дверях появилась знакомая фигура. Я встречал этого парня только раз, но хорошо его запомнил. Дэнис Мортон - молодой герой, которому старики до сих пор читают нотации.

Акерман оглянулся.

- Ты закончил?

Дэнис Мортон сказал:

- Я сделал все, что мог, но у нее не очень мощный компьютер, сэр.

По тому, как он посмотрел на меня, я понял, что он не забыл ни меня, ни нашу последнюю встречу.

Акерман спросил:

- Мортон, что ты там нашел?

- У нее маленький переносный компьютер со встроенным жестким диском. У него очень большой объем, и он может работать с достаточно серьезными программами. У нее стоит какая-то шифровальная программа, люди в Вашингтоне безусловно ее сломают, но я пока не могу. Есть отдельный дисковод, она может копировать материалы на дискеты. У нее есть две коробки с пустыми дискетами, а в косметичке я нашел две дискеты, которые, если верить наклейкам, являются копиями потерянного оригинала и включают главы с 27 по 34 книги мистера Штейнера. Я пытался прочитать дискету, но мне нужен код.

Акерман нахмурился.

- Ты сказал, оригинал потерян? Ты обыскал все?

- Да, сэр! А Белинда обыскала миссис Штейнер. Но на ней ничего нет.

Акерман сказал:

- Вот еще один диск, я взял его у мистера Хелма, главы с 9 по 18, судя по наклейке. Конечно, дискета тоже закодирована или зашифрована, но вставь в компьютер и посмотри сам.

- Да, сэр!

Когда Мортон ушел в комнату к Руфи, Акерман посмотрел на меня и сказал:

- Ну, мистер Хелм! По вашему лицу видно, что вы начинаете понимать, что происходит. Вы знаете, кто я такой?

- Вы, наверное, босс этого милого паренька, который только что вышел, мы однажды с ним мило побеседовали в Санта-Фе. Кстати, скажите ему, что нехорошо брать чужое. А его старший офицер, я думаю, должен понимать, что не стоит ссориться со старыми опытными людьми, у которых больше влияния.

Я пытался вызвать реакцию, которую и получил. Этот степенный седовласый человек подошел ко мне и влепил мне пощечину. Потом он отступил назад и уставился на меня.

- У этого старого козла больше влияния? Я организовал это все. Васкес мой. Я несколько лет вел это дело. У него нет никаких прав...

Он осекся, тяжело дыша, не осознавая, как круто он изменил ситуацию. Секунду назад мы были в какой-то мере коллегами и работали над одним и тем же - Грегорио Васкесом. И у нас был один хозяин - дядя Сэм. То, что Акерман обманул меня, чтобы завладеть ситуацией, было вполне простительно в нашем кругу. Я на него даже не обижался. Но пощечина, которую он мне отвесил в гневе, была совсем другое дело. Такое не позволяется. Это значило, что только что он сам открыл охотничий сезон на себя. И на этот счет я больше не волновался. Я потрогал ладонью щеку и сказал:

- Вряд ли Акерман - ваше настоящее имя, и вряд ли Белинда - ваша жена.

Этот седовласый мужчина сказал:

- Назовем это партнерством по работе, так же, как и у вас с миссис Штейнер. А имя Акерман ничуть не хуже, чем любое другое.

Секунду он говорил спокойно, но потом снова начал кричать:

- Этот старый паук, сидя в своем вонючем офисе, посылает своих людей на убийство, так же, как и Старый Горец.

Руфь сказала:

- Вы и ваши люди заботились о нас только потому, что думали заполучить эту книгу и что она даст ответ на ваши проблемы с наркотиками. Мне наплевать на ваши дурацкие проблемы, я хочу, чтобы убийцы Марка были найдены и наказаны, и поэтому я обратилась в организацию, где люди могут мне помочь. Я - вдова, мой муж мертв, а ваш мальчик Дэнис только и может думать, что об этой дурацкой рукописи. Я думаю, он просто выполняет ваши инструкции, но скорее в джунглях будут снеговые заносы, чем вы получите эту книгу, мистер Роджер Акерман.

Акерман шагнул к ней и влепил ей пощечину.