Хозяйка проклятого дома

Герасимова Галина

 

Добро пожаловать, проходите, чувствуйте себя как дома. Только не забывайте, что на дом наложено проклятие, и тот, кто станет его хозяином, должен будет узнать тайну особняка.

…Хорошо, если бы кто-нибудь сказал об этом молодой дочери влиятельной фамилии, вместе с семейным адвокатом приехавшей вступать в наследство. Впрочем, Асаяке не прочь заняться собственным расследованием, особенно когда рядом есть друзья, готовые помочь.

 

ЧАСТЬ 1.

- Добро пожаловать, проходите, чувствуйте себя как дома, - приветливый темноволосый человек, где-то двадцати пяти лет отроду, изящно поклонился, пропуская вперед богато одетую даму и сопровождающего ее сотрудника, - Только осторожнее, не поскользнитесь! Вчера весь вечер шел дождь, а крыша особняка давно требует ремонта. Вот прихожая и покрылась тонким слоем льда. Но не переживайте, гостиная уже оттаяла - с утра я затопил камин. Не могу позволить, чтобы столь замечательные люди простудились!

Искренность, с которой были сказаны теплые слова, заставили уже сморщившую в брезгливой гримасе гостью расплыться в довольной улыбке, не слишком уместно смотревшейся на ее привычно хмуром лице. Впрочем, парень давно заметил, что стоит ему лишь пристальнее взглянуть на своих знакомых, или прибавить нежности голосу, как люди становились словно шелковые, во всем поддакивая и стараясь угодить. Возможно, это было следствием преклонения перед природным обаянием, которым обладал молодой мужчина, а быть может, причина крылась в чем-то другом, что тщательно скрывалось за добродушной маской - сейчас человеку не было дела до подобных мелочей. Его глаза ни на секунду не выпускали из виду долгожданных посетителей, которые в полном молчании рассматривали дом.

А посмотреть было на что. Старинный особняк, построенный более двухсот лет назад в небольшом провинциальном городишке, не мог не привлечь внимания обычных граждан. Каждый, кто приезжал в Розаводь, считал своим долгом посетить местную достопримечательность. И, разумеется, насладиться парой-тройкой жутковатых историй на любой вкус.

Поговаривали, что некто очень богатый и влиятельный, не желая отказываться от внебрачной связи, построил особняк для своей возлюбленной, чтобы иметь возможность видеться с ней в уютной обстановке. Почти десять лет жители с восторгом следили за тем, как самый заброшенный уголок города превращается в прекрасное место, с дивным садом алых роз вокруг благородного каменного здания. Взрослые приводили детей взглянуть на причудливые витражи и мозаичную дорожку, юноши тайком пробирались в сад, чтобы сорвать для подруг чудесных цветов. С каждым днем особняк становился все краше - счастливый влюбленный не скупился на подарки. Но однажды все изменилось. То ли отношения у них не сложились, то ли счастье оказалось обманчивой жизнью в золотой клетке, но как-то холодным осенним утром тело несчастной женщины нашли неподалеку от кладбища. Она не была убита, по крайней мере, никаких признаков насильственной смерти не было обнаружено. Только поседели пышные черные локоны, да навеки застывшее лицо ее отражало неподдельный ужас.

С той поры особняк опустел. Истинный его хозяин так и не соизволил объявиться, а посему дом объявили собственностью города. Несколько раз его продавали, но все безуспешно - вскоре особняк снова становился заброшенным. Неудачливые покупатели уходили из него напуганными, не прожив и пары месяцев, и скоренько уезжали из города либо обходили район, опасливо озираясь по сторонам. С последним хозяином дома дела обстояли еще хуже - у пожилого человека не выдержало сердце, и несколько дней пробыв между жизнью и смертью, он ушел в иной мир, так и не сказав про наследников ни слова. Сдать особняк в аренду после такого не было ни единой возможности - жители в здравом уме и твердой памяти не рискнули бы поселиться даже на пару дней в столь мрачном месте. И, пожалуй, так бы дом и продолжил медленно гнить без заботливой хозяйской руки, если бы однажды вечером в ворота мэрии не постучался странный паренек в темном плаще с высоким воротником. За окном хлестал ливень, и человек вымок до нитки, однако первые его слова были не о тепле и приюте, а о временной работе. За возможность жить и работать в особняке парень предлагал неплохую сумму денег, кроме того, обещая в течение пяти лет подобрать для дома достойного владельца. Необычный стиль одежды, изысканные манеры гостя порядком удивили мэра, но возможность найти, наконец, смотрителя для заброшенного дома оказалась слишком притягательна.

Знал бы он тогда, кем являлся таинственный незнакомец, десять раз бы подумал, прежде чем принять на работу.

Парень стряхнул с себя воспоминания вместе с глупой улыбкой, едва заметно показавшейся на губах. "Контроль ни к черту стал", - с грустью вздохнул он про себя, и приступил к своим непосредственным обязанностям. А именно, показал потенциальным покупателям дом во всей красе. Через пару минут все было кончено - такие экстравагантные дамочки почему-то до жути боялись стайки милых серых мышек, живущих за комодом, и нескольких ползающих по углам пауков. Конечно, он поохал и поахал в притворном сожалении, раскланялся на прощание и даже предложил подумать и непременно зайти еще… Но! Он прекрасно понимал, что посетители здесь больше никогда не покажутся.

"Прямо от сердца отлегло", - подумал парень, махая на прощание исчезающим в тумане фигурам. Потянул ручку на себя - и входная дверь с громким скрипом захлопнулась, подняв за собой сверкающее облачко ледяной пыли. Словно отгородила мир дома от всего остального незримой стеной.

На мгновение, всего на миг нежно голубая радужка окрасилась в темно-вишневый, и взгляд парня стал пустым. О чем он подумал тогда? Что таилось в его душе? Легкий ветерок пронесся по комнате, взбивая в воздух клубы пыли вперемешку с засохшими листьями, словно зная ответы на каждый вопрос.

…"Лишь один человек может владеть этим домом. Только ему он откроет все свои секреты. А пока… Я буду ждать столько, сколько потребуется. Возвращайтесь скорее, госпожа".

 

Глава 1.

С той поры, как я приехала в Розаводь, неприятности стали сыпаться на меня со всех сторон. То проливной дождь застигнет по дороге в гостиницу, то в самый неподходящий момент на середине дороги заглохнет машина. Словно кто-то сглазил. Хотя нет, проблемы начались еще раньше, просто по старой доброй привычке я старательно не обращала на них внимания. Первый звоночек прозвенел, когда вдруг ни с того ни с сего, меня, младшую дочь нашей многочисленной фамилии, вдруг пригласили на семейное совещание. Тогда я подумала, что это дань моему возрасту - но удивилась, что не позвали годом раньше. Между прочим, в двадцать один каждый член семьи становился относительно самостоятельным и приобретал право голоса. Почему относительно? Потому как не было никакой реальной свободы выбора для столь благородной фамилии, которую с трепетной нежностью передал нынешнему поколению мой дед. И неделю назад я полностью в этом убедилась. Тогда, в зале, где собрались все старшие рода, я, сжав кулаки до боли, с ужасом слушала о том, что меня ожидает.

- Твой дед был человеком крайне вспыльчивым, всегда жил от нас обособленно, - нервно перебирая пальцами по столу, тетушка в последний раз втянула дым от тонкой дамской сигары и небрежно бросила ее в пепельницу. Курила тетушка не часто, в минуты особо тягостных раздумий, что вызвало у меня неприятные предчувствия. - В последние годы жизни он много путешествовал, пока не купил себе миленький домик в небольшом городке. Где вскоре скончался при весьма странных обстоятельствах - уж поверь, врачей он не обходил стороной, и с сердцем у старика все было в порядке.

Тетушка потянулась за новой сигарой, но строгий взгляд старшего брата заставил ее со вздохом отложить коробку. Сцепив руки под подбородком и слегка опершись локтями о стол, она продолжила.

- И вот недавно всплывает его завещание, где черным по белому написано, что тот самый дом перейдет в наследство женщине нашего рода. Правда, с условием: она должна быть незамужней до и после принятия наследства. Как знаешь, единственная совершеннолетняя женщина нашего рода, которая не выходила замуж - это ты.

Согласно кивнув на молчаливый вопрос тетушки "все ли я поняла", я с тоской оглянулась на прижавшуюся к стенке сестру. Та с отрешенным видом смотрела в окно, легонько поглаживая пальцами округлившийся, чуть заметный животик. Не вовремя-то как! И дед тоже хорош, неужели не мог просто оставить состояние фамилии, обязательно было все так запутывать?

Впрочем, нет ничего странного в том, что он поставил подобное условие. Противником брака дед был жутким, и неудивительно - бабушка бросила его с двумя малышками-близнецами на руках. В детстве я часто слышала от брата истории про молодость деда. Как часто он, еще молодой тридцатилетний мужчина, дремал за обеденным столом, едва успевая ухаживать за детьми и одновременно следить за семейным делом. С тех времен дед отгородился от всей фамилии. Родственники старались общаться поменьше с угрюмым человеком, который, ко всему прочему, не только обладал тяжелым характером, но и в железном кулаке держал дисциплину дома.

Я видела его совсем мало - в те редкие дни, когда еще ребенком, боясь остаться одна, упрашивала мать взять меня с собой на семейные совещания. Почему-то мне запомнились седые лохматые брови деда и уверенный, властный голос, способный угомонить любой начавшийся спор. Тогда дед казался мне грозным и всемогущим. Каменным исполином, способным раздавить щелчком пальцев или укрыть в грозу.

Годы спустя, он единственный раз пришел в наш дом. Ни на совет, а поздравить брата с совершеннолетием. Они долго беседовали о чем-то за закрытыми дверьми, и у меня не было никакой возможности подслушать их разговор. Не знаю, что они говорили друг другу, но с той поры дед больше не появлялся в нашем доме, а брат выглядел заметно повзрослевшим. Мне же старик за всю жизнь не сказал ни слова.

И теперь я вдруг оказываюсь наследницей этого постороннего, в общем-то, мне человека! Конечно, обрадовав решением рода, тетушка поспешила закончить на том собрание, дабы не вызывать лишних недовольств и вопросов. А несколько дней спустя меня отправили в другой город, отрядив в качестве сопровождающих семейного адвоката. Так как период вступления в наследство давно прошел, меня ожидали горы бумажной волокиты, доказательств и споров, с которыми непосвященной в тонкости законов девчонке одной было трудно справиться.

Однако, сказать по правде, все прошло не так плохо, как мы ожидали. Конечно, жители Розовой заводи не встретили нас с распростертыми объятиями, а мэр даже не пригласил на ужин (что посчиталось бы любым другим членом нашей фамилии как оскорбление, но я не слишком большая поклонница официальных приемов). И все же стоило мне объяснить, какой именно дом перешел мне в наследство, как все сначала пораженно застывали, а затем натянуто улыбались, без уговоров подписывая необходимые бумаги. Думаю, причиной этому были слухи, которые я услышала в свой первый день приезда в город. Жуткие истории про особняк на окраине, тот самый, который тетушка охарактеризовала "миленьким".

Тот самый, перед воротами которого я стояла уже добрых пятнадцать минут, и если бы не отдавший мне пальто адвокат, давно бы продрогла.

- Эй, есть здесь кто живой?! Откройте, наконец!

…А в ответ - тишина.

Стальная решетка чуть покачнулась от удара ногой, зазвенела тонкая изящная цепочка с другой стороны - я уже пробовала ее подцепить, но, увы - прутья оказались слишком узкими, чтобы дать руке свободу действия. Да и взламывать замки меня не учили.

- Асаяке-сама, вы точно уверены, что в доме кто-то живет? - на всякий случай уточнил Югата, поправляя съехавшие на нос очки в изящной оправе. Этот молодой адвокат работал на нашу семью всего пару лет, но несколько раз помог выпутаться родственникам из щекотливых ситуаций. Если не ошибаюсь, отец Югаты служил компании Хасу много лет, пользуясь почти безграничным доверием всех членов фамилии.

- По словам мэра у особняка есть смотритель, - я пожала плечами, пристальнее вглядываясь в плотную завесу тумана, окружающую дом. - Может, у него сегодня выходной? Но вроде как он здесь живет…

Адвокат слегка нахмурился. Видимо, подобные слухи доходили и до него, и вероятное постоянное присутствие рядом с наследницей некоего незнакомца его не радовало.

- Одзё, это не дозволительно. Мы не можем позволить постороннему проживать в вашем доме. Как только он появится, я урегулирую этот вопрос.

- Делай, как считаешь нужным, - отмахнулась я, стараясь не прислушиваться к возрастающему в душе напряжению. Вот уже как несколько минут я ощущала, что за мной пристально наблюдают, только не видела кто и откуда. Возможная паранойя отметалась сразу - будучи из знатной фамилии, я с пяти лет узнала о разного рода папарацци, а к семи научилась их успешно избегать. Плотнее запахнув пальто, я еще раз дернула за колокольчик. Эффект оказался неожиданным.

- Кхе, кхе, - тихо, но так, чтобы мы услышали, кашлянули за спиной. - Простите, что прерываю вашу беседу, но, во-первых, в доме есть электричество, и ниже декоративного колокольчика расположен звонок, - в голосе говорившего проскользнула приторная вежливость. Я медленно развернулась, глядя на подошедшего к нам человека. - А во-вторых, - невозмутимо продолжил парень, не обращая внимания на мой любопытный взгляд. - Кто Вы и что Вам здесь нужно? Если Вы желаете приобрести дом, то стоит сначала обратиться к мэру, а затем я с удовольствием покажу Вам особняк. Если же нет, то в любом случае возвращайтесь в город. Скоро стемнеет, и на окраинах станет небезопасно.

- Вы, наверное, Кагэ-сан. Простите за беспокойство, - чуть улыбнувшись в знак мирных намерений, задумчиво протянула я, невольно перенимая вежливые манеры собеседника. - Вообще-то, мы не хотим приобретать дом. Мы приехали, чтобы увидеть дедушкино наследство.

- Я не знал, что земля рядом кому-то принадлежит, - с сомнением ответил незнакомец, глядя на меня пронзительными темно-голубыми глазами. Посмотрел на адвоката - Югата даже не шелохнулся, успешно притворившись моей тенью. "Очень опасной тенью",- добавил его обещающий проблемы взгляд. Парень вздохнул и развел руками. - Но я ведь не могу быть в курсе всех дел. Возможно, мы скоро станем соседями? - и он лукаво подмигнул.

Крупная капля дождя упала смотрителю на плащ, скатилась змейкой по плечу и затерялась в складках ткани. Видимо, природа решила устроить сегодня небольшой ливень. Я не успела и слова вставить, как человек вновь заговорил.

- И все-таки Вам стоит поспешить, если не хотите промокнуть до нитки. До центра города далеко, а машины у дороги я не приметил, - с некоторой озабоченностью заметил парень, окинув взором облитое кляксами чернил небо. - А сейчас позвольте откланяться. Было приятно познакомиться.

Слегка поклонившись, смотритель направился к воротам, снял с шеи ключ и в считанные мгновения управился с неподдающимся мне замком. Я оглянулась на адвоката, в поисках поддержки. В возникшей неловкой обстановке была моя вина. Но если сейчас не показать себя наследницей, то в будущем могут возникнуть осложнения.

Прекрасно осознавая ситуацию, Югата едва заметно кивнул и плавным движением шагнул вперед.

Ворота успели закрыться ровно наполовину. Перехватив их правой рукой, адвокат левой не слишком вежливо подтолкнул меня в сторону особняка. Хорошо, смотритель в это время уже шел в дом и такого панибратства в отношениях начальник-подчиненный не увидел.

- Кагэ-сан, вы ошибаетесь, - негромко окликнул уходящего по дорожке смотрителя Югата. Парень удивленно остановился и оглянулся, с едва заметным недовольством глядя на не прошеных гостей.

- И в чем же? - в притворном удивлении поинтересовался он.

- Мы еще не познакомились. Меня зовут Югата Ёджи, я адвокат семьи Хасу. А девушка перед Вами - Асаяке-сама, законная наследница и новая хозяйка этого особняка.

На этот раз взгляд, подаренный мне, был намного более пристальный. Недоверчивый, недоуменный и… опасливый. Наверное, именно так человек смотрит на проползающую мимо змею: ядовитая или нет. Хотя, это не слишком лестное сравнение в мой адрес.

Ну что же, будем до конца вежливыми, Кагэ-сама?

Следуя традиции, я слегка склонила голову и улыбнулась дрожащими губами.

- Приятно познакомиться.

***

Наполовину заросшая пожухлой травой дорожка бежала вперед, огибая небольшие валуны и старинные фонари, призванные создавать в саду мягкое освещение. Колючие ветки роз то и дело дергали за подол юбки, словно желали остановить. На крыше с визгливым скрипом раскачивался флюгер, заглушая своей заунывной песней мерный перестук дождя.

- Кар-р-р! - со зловещим криком пронеслась над головой черная тень, и Югата резко оттолкнул меня в сторону. На место, где я находилась секунду назад, с высоты птичьего полета упала бледно-красная черепица, расколовшись на десятки осколков.

- Как будто сам дом против нашего присутствия, - тихо шепнула я адвокату, чтобы не услышал идущий впереди смотритель. С момента моего представления он больше молчал, и на все вопросы отвечал неохотно, глубоко задумавшись о чем-то своем. Его мрачная фигура, казавшаяся бесформенной в развевающимся плаще, прекрасно дополняла и без того страшноватое место.

Я поежилась: то ли от пронзительного порыва ветра, то ли от общего впечатления от вида неожиданного наследства. А может, просто становилось прохладно.

Югата легонько сжал мое плечо, немного придерживая, и я невольно замедлила шаг.

- Не отходите от меня далеко, одзё. Если потребуется, я сумею вас защитить, - снизив голос до шепота, пообещал он, и тут же убрал руку. Прикасаться ко мне он мог лишь в случае опасности или при необходимости принятия быстрых решений. Воспитание в семье Хасу всегда чтилось должным образом.

Наконец, извилистая тропинка закончилась, плавно перерастая в невысокое каменное крыльцо с изящными перилами. Смотритель уже ждал нас у входа в дом, двери которого, как я заметила, не имели никакого замка.

"Разумеется, горожане в здравом уме и носа сюда не сунут", - подумала я, поднимаясь по скользким ступенькам, и надо сказать, в тот момент была полностью с ними согласна. Подобное место трудно было назвать дружелюбным.

- Асаяке-сама! - испуганно и возмущенно воскликнул Югата, ловя моё хрупкое тельце, когда я поскользнулась на пороге. - Четвертый раз, - беззвучно произнесли его губы, и по напрягшейся фигуре адвоката я догадалась, что он имел в виду. За сегодняшний день он дотронулся до меня больше, чем за прошедшие полгода. Такая статистика не могла не настораживать.

- Скользко, - коротко откликнулась я в ответ, после того как была бережна поставлена обратно. Лед в жилом доме казался настолько нереальным, что я даже присела на корточки, чтобы потрогать. Хрупкая прозрачная корочка треснула под нажимом пальцев.

- Кагэ-сан, я думала, Вы живете в доме, - полувопросительно поинтересовалась я, поднимаясь и отряхивая юбку. Пол был покрыт ровненьким слоем пыли вперемешку с крохотными льдинками. Да что пол! Вся прихожая была усыпана миллиардом холодных искр, переливающихся в лучах включенного смотрителем светильника.

- Я живу в гостиной. Отапливать дом целиком слишком хлопотно и дорого, - спокойно ответил парень, глядя на меня искренне и абсолютно невинно. Излишне невинно, чтобы сказанное им было правдой.

Однако, даже понимая, что со мной просто играют, я не могла предпринять что-либо против, ибо слова без доказательств ничего не значат. Вздохнув, я решила, что такому дому хуже не будет, и потому, не снимая обуви, прошла в гостиную вслед за смотрителем. Югата немного замешкался, воспитание не позволяло ему ходить по дому в обуви, а разум вопиял об обратном. Поэтому и комнату, призванную вызывать у гостей благоговейный трепет, я увидела первой. Трепет она действительно вызывала, но другого плана: свисающая со стен паутина, клочья ткани, оставшиеся от штор, несколько разбитых ламп и остальные светильники, тускло освещающие разгромленное помещение, - это было донельзя безрадостное зрелище.

- Итак, госпожа Асаяке желает продать дом? - никогда не знала, что вопрос можно задать настолько утвердительно. Отвлекшись от созерцания гостиной, я посмотрела на смотрителя. - За какую цену, и в какие сроки? В рассрочку или хотите сразу и наличными? Может, у Вас на примете уже есть покупатель? Если нет, я готов помочь. Помните, я весь в Вашем распоряжении, - парень буквально забросал меня расспросами, не переставая при этом заниматься мелкими хозяйственными делами. Он успел скинуть плащ, оставшись в белой рубашке и классических брюках - не жалко ведь пачкать! Вскоре дрова в красивом старом камине вспыхнули ярко-рыжими лепестками пламени, а с кресла напротив небрежно смахнули засохшие листья. Как они там оказались, загадки для меня не представляло. Даже сейчас я чувствовала, как из третьего окна на первом этаже тянуло холодным воздухом.

- Потребуется капитальный ремонт, - в тон моим мыслям сказал адвокат, неслышно появившийся позади меня. - Благо, стены особняка еще крепкие. Уборка, новая мебель, замена старых проводов и труб, облагораживание сада - придется потратить не меньше полугода, чтобы привести дом в приличный вид.

"Не учитывая времени, которое я буду осматривать особняк, и составлять смету", - добавила я про себя.

- Но дом можно выгодно продать и в таком состоянии, - не отвлекаясь от дел, заметил смотритель. - Все прежние владельцы так и поступали.

Я искоса посмотрела на адвоката - Югата нахмурился. "Похоже, невзлюбил его", - устало констатировала я. Порой, адвокат относился ко мне излишне бережно, защищая даже от несуществующей угрозы. Лицо мужчины превратилось в каменную маску.

- Кагэ-сан, вы опять делаете поспешные выводы. С чего Вы взяли, что Асаяке-сама захочет продавать дом? - холодно осведомился он.

Смотритель на мгновение опешил. Выпрямился, отложил в сторону старую тряпку, которой протирал стол от крошек.

- Мне казалось очевидным. То, что Ваш родственник умер здесь, да и к тому же легенды, которые ходят об этом месте… Вряд ли особняк на отшибе города станет благоприятным местом жительства для молодой леди, - и он с немым вопросом посмотрел на меня.

Считает, что я соглашусь? В принципе, так всё могло бы закончиться, если бы не личная просьба брата.

Безмятежная улыбка, появившаяся на моих губах, похоже, немного обидела парня.

- Думаю, госпожа Асаяке не понимает всех проблем, которые могут возникнуть. Позвольте показать Вам дом во всей красе, а потом принимайте решение, - резко бросил смотритель.

- Хорошо, - спокойно сказала я, подойдя поближе к камину. Пламя завораживало, а тепло приятно согревало, высушивая намокшее пальто. Раздеваться подобно смотрителю я не собиралась. - Для начала я хотела бы осмотреть кухню, ванную комнату и спальню.

- Вы собираетесь остаться здесь? - кажется, они спросили это одновременно. И тут же угрюмо уставились друг на друга. Я понимала их недоумение - Югата не знал о моем последнем разговоре с братом, а для смотрителя такое поведение вообще выглядело диким. Неудивительно, что особняк так и не купили - учитывая, в какое зловещее место он превратился.

Затянувшееся молчание прервал громкий звон стекла. Я оглянулась на шум - повинуясь сильному порыву ветра, ветка яблони разбила еще одно окно.

А мы ведь пробыли здесь не более получаса!

"…и если сможешь, узнай, кто стоял за смертью деда"… - убедительной просьбой пронеслось в голове.

Ну, братец, ты мне по гроб жизни должен будешь.

И я с твердой уверенностью взглянула в глаза своему неприглядному будущему.

- Разумеется, я останусь здесь. Ведь сейчас… я дома!

***

Наконец-то отдых! Секунда требуется, чтобы преодолеть расстояние от двери до кровати, и вот усталое тело падает на мягкую перину, погружаясь в пучины пуха и шелка. Нежное покрывало ласкает кожу, и ты блаженно жмуришься, вдыхая аромат луговых цветов. Небрежным жестом откидываешь со лба длинные пряди светлых волос. И засыпаешь, в тишине и покое…

Какая прекрасная мечта…

И как сильно она отличается от суровой реальности!

Я перевернулась на левый бок, стараясь, чтобы диван не особо скрипел. Было холодно, гостиная выстудилась быстро, и даже шерстяной плед, пожертвованный Кагэ-сама (скорее, отобранный у него адвокатом) совсем не согревал. Остаток дня прошел суетливо и хлопотно, мы еле успели осмотреть помещения первой необходимости и более-менее в них прибрать. По-крайней мере отчистить их от накопившейся за годы паутины и пыли. Боже! Даже мне было не по себе от количества мусора, которым были завалены коридоры и спальни. Впрочем, их мы как раз трогать не стали. Тем паче все спальные комплекты, которые мы нашли, уже успели покрыться слоем плесени, и были признаны непригодными к использованию, а мыть стены и полы не было ни времени, ни желания. Хорошо хоть ванная комната и кухня, благодаря присутствию Кагэ, содержались в относительной чистоте.

В результате именно на кухню, где затопили небольшую печь, и были выгнаны адвокат и смотритель, временно перетащившие туда раскладной диван. Я не стала спрашивать, как они вдвоем улягутся на нем спать, и честно постаралась не смеяться над обиженным Югатой. Хотя получалось не очень.

Мне же предоставили всю гостиную в собственное распоряжение. Королевские апартаменты, если не придираться к жесткому холодному ложу, леденящим прикосновениям ветра и мышиному писку под ухом. Ах да, я совсем забыла про недавно разбитое окно, осколки которого мы постарались собрать, но босиком пройти по полу я бы не рискнула.

Просто чудесно!

Чувствуя, как медленно замерзает мое тело, я свернулась клубочком, надеясь согреться. Спать, когда холодно, для меня было совершенно невозможным. "Излишняя изнеженность", - как сказала бы тетушка. Боюсь, такими темпами от нее вскоре ничего не останется.

А за окном непогода разбушевалась не на шутку. Ветки деревьев, кажущиеся в темноте причудливыми ожившими куклами, танцевали пугающий танец под завывания ветра, отдергивались от капель дождя, словно те жгли их листья. Вокруг затихало, а в следующий миг поднимался такой шум, что нельзя было услышать стук собственного сердца. Хотя сейчас оно стучало у меня особенно громко. Даже страшно немного… Я накрылась покрывалом с головой и зажмурилась.

Бух!

Что это? Что-то упало на пол? Шум шел со стороны разбитого окна. Я открыла глаза, села, нашаривая в темноте ботинки. Юбка зашуршала по ткани дивана, пронзительно громко в наступившей тишине. Может, все-таки показалось?

Скри-и-ип…

Нет, я не ошиблась. Нечто находилось в комнате и двигалось по направлению ко мне. Горло резко перехватило, не давая силы ни крикнуть, ни даже шепотом позвать Югату. Я вскочила и бросилась к ближайшей стене, пытаясь нащупать выключатель. Где же он находится? Кажется, один был в холле, рядом с входной дверью… Нет, слишком далеко. Наверняка есть еще один в комнате. И почему я не догадалась спросить у Кагэ-сама, ведь это он выключал свет? Пожелал спокойной ночи, и ушел на кухню вслед за исчезнувшим с подушкой адвокатом. Значит, выключатель в той стороне…

Скри-ип.

Ближе и громче. Черт, первым делом надо менять эти скрипучие полы, они жутко действуют на нервы. И о чем я думаю в такой момент?! Не отрывая взгляда от маленькой корявой тени, перемещающейся в мою сторону, я попятилась к кухне.

Скрип, скрип, скрип, скрип!

Похоже, мой план раскусили, и теперь существо собиралось ему помешать. А точнее, попросту догнать меня раньше, чем я успею включить свет. Оно ведь быстрее чем я, намного.

Хорошо, Асаяке, тогда убегать нет смысла. Я отступила еще немного, восстанавливая в памяти вид комнаты, и лихорадочно зашарила рукой по пыльной полке. Если я все запомнила верно, то где-то тут стояла фарфоровая статуэтка, которая могла пригодиться в данный момент. Правее? Левее? Прохладная фигура дамы с веером удобно легла в ладонь, и я напряглась, стараясь разглядеть почти слившуюся с темнотой комнаты тень. Ну, милая, а теперь попробуй меня достать!

- Мяу? - громогласно разрушилась натянутая тишина, и луч луны, выглянувшей на миг из-за облаков, упал на сидящую напротив меня кошку. Та склонила голову на бок, забавно двигая ушами, и пристально смотрела. Будто оценивала. Это была необычная кошка. С темной, почти черной шерстью и ярко-голубыми глазами. Явно породистая, но лохматая и совершенно не ухоженная. Она подошла поближе, настороженно следя за моими действиями, потерлась о юбку. Но стоило мне наклониться, чтобы погладить ее, как я получила по руке когтистой лапой, а кошки и след простыл.

Глупости какие-то! Тихонько, стараясь не разбудить спящих на кухне парней, я прокралась к дивану. Выдохнула. Хорошо, не закричала. А то был бы позор на всю жизнь - дочь семьи Хасу испугалась пробравшейся в комнату кошки! Я слегка улыбнулась, посмеявшись над собой. Улеглась поудобнее. И вскоре сама не заметила, как заснула.

 

Глава 2.

Ночь близилась к концу. Где-то вдалеке - нет, ему не показалось - на востоке прорезалась тонкая алая полоска, постепенно оживляющая светом сонный мир. Изломанные очертания кустарников и деревьев становились более мягкими и принимали изящные формы, и становилось возможным различить темные провалы луж, образовавшиеся после затяжного ливня.

Югата любил дождь. Открыв окно настежь, парень с наслаждением потянулся, вдыхая свежий воздух, и тотчас опустил руки, оглядываясь через плечо. Но Асаяке не было в дверях, и никто не мог увидеть его минутную слабость. Ну, или почти никто.

- И куда ты ходил? - с подозрением спросил у зашедшего через черный вход парня адвокат. Настроение Югаты было испорчено мгновенно: в отличие от него, проспавшего от силы пару часов и до сих пор чувствующего себя не в своей тарелке, Кагэ выглядел донельзя бодрым и отдохнувшим. Он даже бровью не повел на столь недружелюбное приветствие, отряхивая намокший плащ и кидая его на спинку стула.

- Повторюсь. Где ты был всю ночь? - на этот раз Югата повысил голос. Чуть заметно, потому как не хотел разбудить одзё, но вполне ощутимо для собеседника. - Не думай, что мне интересна твоя личная жизнь или предпочтения, но хотелось бы знать, с кем имею дело, чтобы не подвергать Асаяке-сама опасности.

- О, вот оно как? Я спал в беседке, - снизошел до ответа смотритель, в это время безмятежно возившийся с кучей посуды. Наконец, его поиски увенчались успехом, и чудом не разрушив внушительную горку, Кагэ вытащил чашку, немного позеленевшую от времени. - Меня нервирует, что приходится жить в одном доме с посторонними.

- Вроде ведь никто не заставляет, - скрипнул зубами парень, подавляя злобу. Если бы не вчерашнее решение одзё, которое она сказала с таким невинным и просящим видом, что не согласиться было невозможно, ему не пришлось бы быть столь вежливым.

- Будь добр, в следующий раз предупреждай, куда и насколько уходишь, - адвокат отвернулся к окну, стараясь успокоить себя умиротворенным видом восходящего солнца. Да и смотреть на то, как в наскоро обтертую чем-то не похожим на полотенце чашку наливают вчерашний холодный чай, у него не было желания. - Так принято в семье Хасу. Я не хочу, чтобы одзё волновалась.

- Без проблем, - Кагэ отхлебнул чая, и небрежно пожал плечами. - Раз уж мне было позволено остаться здесь. Надеюсь, подробности моих походов рассказывать не надо? - с ехидцей добавил он.

- Упаси бог! - вздрогнул Юката от перспективы каждое утро выслуживать похождения молодого повесы. Смотритель раздражал его своим поведением, беззаботным и бесцеремонным отношением к Асаяке. И что греха таить? - парень немного опасался, что ограниченная правилами в общении девушка может влюбиться в этого загадочного улыбчивого ловеласа. Вот тогда проблем точно не оберешься.

- А-апчхи! - неожиданно для себя чихнул адвокат.

- Будь здоров, - радостно донеслось из другого угла кухни. Югата тихо буркнул себе под нос нечто, что в зависимости от желания одинакового можно было рассматривать как "спасибо" и "пошел к черту". Потер переносицу - в носу неприятно щекотало, как во время весеннего обострения аллергии.

"Странно, а ведь в доме преспокойно живут мыши", - подумал парень. Он собирался избавиться от пищащей живности в первую очередь, но Асаяке жалобно попросила его дать мышкам "хотя бы чуточку времени пожить спокойно". В некоторых вопросах она оставалась совершенным ребенком.

Словно в подтверждение его мыслей, из-за прикрытых дверей просочились глухие нотки будильника, и послышался вторившим им горестный вздох девушки. Адвокат невольно улыбнулся - ему и раньше приходилось видеть, с какой неохотой Асаяке встает ранним утром. Но что поделать? Сегодня их ждала масса дел, которые совершенно невозможно было отложить. Спрыгнув с подоконника, Югата решительным шагом направился к горке посуды, с твердым намерением превратить кухню в нечто достойное присутствия его госпожи. Он не знал, что ждет их в будущем, но собирался приложить все усилия, чтобы помочь Асаяке во всех ее начинаниях.

…До момента встречи с первой загадкой особняка оставалось меньше двенадцати часов.

***

Утро. Неужели уже утро?! С трудом разлепив веки, я откинула в сторону одеяло и выключила противно дребезжащий телефон, не сумев при этом подавить стон разочарования. Несмотря на ночное приключение, спала я все-таки хорошо, и еще пара часов сновидений не были бы лишними. Может, притвориться, что я еще не проснулась? Тихонько улечься обратно, разомлев в тепле, и подремать хотя бы чуть-чуть?

Да, пожалуй, так я и сделаю.

Быстренько нырнув обратно под одеяло, я уткнулась носом в подушку, стараясь дышать тихо и мирно. Немного мешали разливающиеся от окна лучи солнца, но я укрылась одеялом с головой, и мир вокруг стал бархатисто-темным. Ласковый сон приветливо распахнул свои объятия.

…Наверное, я даже успела задремать. По крайней мере, мне привиделся вчерашний дождь, но в этот раз он не был обжигающе холодным, а стал теплым и радостным, и черные тучи вокруг создавали уютный полумрак…

- Асаяке-сама, не притворяйтесь. Вы давно проснулись, - темная тень, нависшая надо мной, приобрела облик Югаты, стоило мне высунуть нос наружу. Парень выглядел серьезным и строгим. "Приятно, что хоть что-то в нашей жизни остается постоянным", - подумалось невольно, пока я сонно разглядывала склонившегося надо мной адвоката. Его белоснежная рубашка и темно-серый жилет были выглажены и застегнуты на все пуговицы, оттеняя загорелую кожу и почти черные, с редкими каштановыми прядями волосы. На стеклах очков не было видно ни пылинки, и все-таки я никак не могла разобрать цвет его глаз - то ли серые, то ли светло-зеленые. Югата не надел пиджак, но и без него смотрелся как всегда превосходно. Что даже слегка разочаровывало - иногда мне ужасно хотелось снять с него каменную маску профессионального адвоката, и увидеть за ней обычного человека.

- Я приготовил Вам кофе, и если Вы не поспешите, он остынет, - Югата выпрямился и отошел в сторону, наблюдая за моими действиями. Попытки поспать с утра дольше положенного он научился пресекать год назад, и делал это без малейших угрызений совести, оставаясь в комнате, пока не убеждался, что я проснулась окончательно. - Не забывайте, пожалуйста, что через три часа мы должны забрать машину из ремонта, - вежливо напомнил он.

Машина! Ха, громко сказано, - мрачно подумала я, вставая таки с постели и оправляя помявшиеся за ночь блузку и юбку. Адвокат в это время деликатно отвернулся. А ведь я почти забыла об этой ржавой посудине на колесах, которую нам выделила тетушка. Если честно, лично у меня возникло подозрение, что она просто хотела избавиться от старой рухляди, а выкидывать было жалко. Техническое недоразумение сломалось вчера на половине дороге к особняку, и к счастью, мы смогли дозвониться до мэра и отослать машину обратно в Розаводь.

И все же Югата был прав, когда предложил отправить машину в ремонт, а не на свалку - без транспорта ежедневно выбираться в город стало бы трудновато.

- Сейчас вернусь, - тихо буркнула я, собирая волосы в неаккуратный хвостик и отправляясь в ванную комнату. Чтобы согнать остатки сна, мне необходимо было умыться. К тому же вода здесь была на удивление чистая, приятная и прохладная. Словно из лесного ручья. Намного лучше, чем в моем родном городе.

Наверно, я наслаждалась водными процедурами дольше положенного, потому что, когда вернулась в комнату, адвоката там уже не было. Он обнаружился на кухне, неторопливо вкушающий чай в компании повеселевшего смотрителя. Подобрав длинный подол юбки, цепляющийся за расставленную мебель и разбросанные вещи, я села на шатающийся стул, пододвигая к себе чашку с ароматным горячим кофе. Видимо, пока я умывалась, Югата сварил новый.

Кофе был вкусным, в меру горьким, с добавлением любимой мной корицы. Однако неловкое молчание, воцарившееся за столом, портило аппетит.

- Югата, сколько у меня есть времени? - поинтересовалась я, стараясь оживить тишину. Несмотря на то, что адвокат никогда не носил часов, его чувство времени вызывало у меня белую зависть.

- Минут двадцать, - подумав, ответил парень, и, посмотрев на смотрителя, с едва заметным недовольством добавил. - Кагэ-сан вызвался нас проводить.

- Надо уладить некоторые дела в городе, - чуть прищурившись, с улыбкой предупредил мое изумление смотритель. Отставил свою чашку и плавным движением встал из-за стола. - Не буду Вам мешать. Лучше погуляю по саду, - и, наклонившись ко мне, доверительно прошептал. - Думаю, Югата-кун хочет с Вами поговорить.

- Для тебя Ёджи-сан, - возмутился адвокат, но смотритель уже вышел за дверь, весело насвистывая какую-то песенку.

- Одзё, неужели обязательно позволять этому человеку оставаться в доме? - с тоской спросил Югата, проводив смотрителя взглядом. Я сделала вид, что не услышала вопроса. - Асаяке-сама!

- Но ведь ему некуда идти, - изучая узор на столе, смущенно сказала я. Слабая попытка оправдаться была встречена таким насмешливым взором, что мне стало стыдно. Пришлось говорить начистоту. - Он ведь помогает нам убираться, хорошо знает дом и окрестности, людей в округе. И все, что требуется от нас - обеспечить его местом проживания. Это ведь совсем не трудно.

- Вы правы, не трудно, - Югата откинулся на спинку стула, позволяя себе невеселую улыбку. - Почему-то я так и думал. Все дело в холодном расчете, - устало заметил он. - Знаете, Асаяке-сама, Ваши родные могут гордиться. Вы истинная дочь семьи Хасу.

Но почему-то вместо осуждения в его голосе мне почудились нотки облегчения. Или, просто показалось?

***

Чуть заметно колыхались пушистые ветви деревьев, успевшие покрыться крупными листочками - весна в этом году наступила рано. Кое-где даже проглядывали наполовину распустившиеся бледно-лиловые цветы, добавляя своеобразную изюминку в сочную молодую зелень. Мостовая, вчера утром сухая и пыльная, после дождливой ночи блестела вымытыми камнями, а в воздухе парил приятный запах свежести.

Все-таки Розаводь обладает особенной притягательностью! - мысленно заметила я, проходя мимо стареньких, но ухоженных домов и магазинчиков. Прогулки по таким тихим местам всегда меня вдохновляли.

Однако нельзя сказать, что Югата разделял мое мнение.

- Асаяке-сама, я понимаю Ваше желание узнать город, в котором будете жить еще некоторое время, но не лучше ли делать это постепенно? - пропыхтел адвокат, тащивший пять, ой нет, уже шесть свертков с купленными мной вещами. Разумеется, он вызвался сопровождать меня во время прогулки, как делал это неоднократно раньше, с тех самых пор, как начал работать на нашу семью. Фактически, за пару лет нашего знакомства Югата уезжал в отпуск от силы на две недели, а все остальное время я видела его если не рядом, то где-то неподалеку.

- Подожди еще немного, - я повернулась к адвокату и тепло улыбнулась, в оправдание. - Я хочу зайти в мастерскую, узнать, нельзя ли починить часы, они слегка спешат. А потом мы сможем где-нибудь пообедать.

Он обреченно вздохнул, что-то прикинул в уме, и вскоре снова окликнул меня.

- Ничего, что Вы тратите такую крупную сумму? Не мое дело, конечно, лезть в финансовые дела семьи Хасу, но Ваших средств едва хватит покрыть все ближайшие расходы за пару недель.

На этот раз моя ответная улыбка вышла злорадной.

- Не волнуйся, - успокоила я Югату. - Кто заказывал музыку, тот и танцует. Счета оплачивает мой брат, раз уж ему было необходимо расследовать смерть деда.

- И все-таки странно, что он попросил Вас об этом одолжении, - парень нагнал меня, и теперь мы шли вровень. Изредка адвокат бросал на меня задумчивые взгляды, ожидая ответа, но его так и не последовало. Потому что я не знала, что сказать. Действительно, учитывая, что моей профилирующей деятельностью были не расследования, а дизайн, просьба брата казалась весьма необычной. К счастью, часовая мастерская была неподалеку, и мучиться от неловкого молчания или лихорадочно менять тему не пришлось.

- Мы пришли, - я толкнула низенькую дверь, очутившись внутри небольшого помещения, с оглушительным шумом внутри. Везде, куда не посмотри, были часы. Они висели на стенах, стояли на полу и полках, лежали на крепком деревянном столе. Часы были самых необычных форм и расцветок, современные и потертые временем, с простым каркасом и до миллиметровых изящных завитушек на циферблате. В их беспрерывном тиканье чудилось, будто они переговариваются между собой.

- Здравствуйте! - громко поздоровалась я, входя в мастерскую и выискивая взглядом хозяина. Привычного колокольчика на двери не было, да и вряд ли его можно было услышать из-за стоящего в помещении шума.

- Доброго дня, - раздалось из-за стола, и, повернувшись влево, я увидела владельца мастерской. Это был пожилой седовласый человек, с блестящими живыми глазами и морщинками вокруг них. Обычная повседневная одежда, поверх который был небрежно одет синий фартук, растрепанные волосы, добродушная улыбка - все это создавало вокруг него уютно-домашний облик. Я бы расслабилась совсем, если бы не последующее за приветствием фраза, - И что за дело привело в мою скромную обитель внучку Кенки Хасу?

- Вы знакомы с дедушкой? - вырвалось у меня непроизвольно, и мгновенно я сообразила всю глупость вопроса. Человек, называющий деда по имени, что позволялось только самым близким друзьям, не мог его не знать. Я исправилась. - Откуда вы знаете, кто я?

- Юная леди, Вы меня неприятно удивляете, - мастер прищурился и отложил в сторону часы, которые чинил, - Могли бы и сами догадаться. Городок-то маленький. Любой приезжий сразу становится объектом внимания, тем более, если собирается жить в том доме.

- Вы верите в проклятие? - я присела рядом со столом, на низенькую табуретку. Человек мог рассказать немало любопытного.

- В проклятие? Нет, в него я не верю. Также как твой дед, когда переехал в Розаводь. Но мне всегда было интересно, что за загадку скрывает старый особняк, ведь не случайно там происходит столь много необычного.

- Дедушка часто сюда заходил?

- Бывало. Ему нравилось смотреть за моей работой. Кстати, погодите-ка минуту, - мастер наклонился, и я услышала звук отодвигаемого ящика. Спустя минуту усердных поисков на стол передо мной легли карманные часы на цепочке. - Он дал мне их починить и заплатил заранее. Словно чувствовал, что не сможет забрать сам. Думаю, что должен отдать их Вам как законной наследнице.

- Спасибо, - я взяла часы в руки, полюбовалась узорчатой крышкой, покрытой замысловатым орнаментом, и открыла их. Однако помимо ожидаемого циферблата увидела внутреннюю шкалу с дополнительной стрелкой и множеством делений и непонятных символов.

На мой недоуменный взгляд человек лишь усмехнулся.

- Он попросил меня "заставить их работать", цитируя дословно. Прежде я никогда не видел ничего подобного. Однако стоит отметить, что по строению часы напоминают обычные и совершают полный оборот вровень в сутки. Кенки нашел их на чердаке особняка, в старом сундуке. Вам бы там тоже побывать не помешало, если хотите узнать о доме больше - ведь именно на чердаке хранятся вещи самой первой владелицы дома.

- А почему их до сих пор не выкинули?

- Поначалу было жаль. Первая пара, вселившаяся в дом, любила красивые вещи. А после того, как стали происходить несчастные случаи, люди решили, что лучше их не трогать, и отнесли на чердак. Некоторые предлагали сжечь, но суеверия оказались сильнее - вдруг дух хозяйки разозлится?

Мы немного помолчали, думая каждый о своем. Пока я подбирала вопрос, на выручку пришел адвокат, до сего момента молчаливо стоящий у дверей.

- Простите, что вмешиваюсь в беседу, но не знает ли уважаемый мастер, с кем еще общался Хасу-сан? - после того, как представился, вежливо поинтересовался Югата. Мастер в задумчивости потер подбородок.

- Честно признаюсь, он не часто выбирался в город. Бывало, мог выпить чашку чая в кафе неподалеку, или посидеть у мэра, обсуждая финансовые вопросы. Но чтобы в гости… Не припоминаю такого. Могу только сказать, что Кенки очень интересовался легендой о доме, и собирал все, с ней связанное. Наверняка где-то сохранились его подробные записи.

- Значит, будем искать, - я бодро улыбнулась и поднялась с табуретки. - Благодарю за интересные сведения. Мы, пожалуй, пойдем.

Я подождала, пока адвокат поднимет многочисленные сумки и развернулась к выходу.

- Один вопрос, юная леди. Почему Вы зашли ко мне? - вопрос мастера достиг меня уже в дверях. Я оглянулась.

- Мне хотелось починить часы. Но теперь это без надобности.

Тихо хлопнула входная дверь - пришли новые посетители. Мимо меня проплыла дородная дама, держащая в пухлой руке нечто золотистое и блестящее, а левой прижимая к себе робкую худенькую девочку. Быстро попрощавшись с мастером, я вышла на улицу.

Длинная серебряная цепочка приятно холодила кожу. Я сжала в кулаке подарок, оставленный дедом. Возможно, именно он поможет мне сделать первый шаг к решению загадки.

- Асаяке-сама… - позвал меня прислонившийся к стене Югата, когда я стала лихорадочно высматривать его в округе - задумалась, и потеряла спутника из вида, - Кажется, я знаю, куда нам стоить сходить.

И он кивком указал на старинное здание напротив, с красивой, хоть и немного покосившейся вывеской: "Городская библиотека".

Шагать между пыльных полок со старыми книгами, боком протискиваясь в узкие проходы, задевать стопки газет, вдыхать запах старой бумаги - мало кто будет испытывать при этом счастье. Но Югата был исключением - он бодро шел вперед, и я, растерявшаяся в незнакомой обстановке, неуверенно ухватилась за его рукав. Впрочем, он всегда был особенным - я видела, с какой трепетностью парень относился к книгам. Библиотека была для него вторым домом, и в отличие от меня, привыкшей к технике во всех ее проявлениях, адвокат чувствовал себя в хранилище как рыба в воде. Да что говорить - если бы не его убедительная просьба, нас бы сюда даже не пустили.

После того, как выдали формуляр деда (прошло более получаса препирательств с заведующим), мы внимательно изучили список читаемой им литературы. В основном, деда интересовали история города и события, связанные с особняком - причем, судя по количеству просмотренных им заметок, ни одна, даже самая маленькая и глупая статья не осталась без внимания. До вечера было еще далеко, и нам предстояло если не изучить, то хотя бы мельком просмотреть заметки, чтобы знать, с чего начинать.

Югата остановился, и, выглянув из-за его плеча, я поняла, что мы пришли. Это была крохотная полутемная комната, казавшаяся еще меньше из-за нагромождения в ней книг: они располагались на полках, столе, и местами, даже стопками на полу. Покрытый трещинами стол с настольной лампой, старый, как и само здание, наверное, занимал половину помещения. В углу стояла трехногая табуретка, с покоящимися на ней журналами военных лет. Стул рядом со столом был отодвинут - видимо, в хранилище недавно работали.

- До конца рабочего дня четыре часа. В течение этого времени хранилище полностью в Вашем распоряжении, Ёджи-сан. Надеюсь, вы будете обращаться с книгами бережно, - сказала сопровождающая нас библиотекарша, дама средних лет, с некоторым подобострастием смотревшая на Югату. Меня она просто не замечала, что было довольно необычно. Видимо, адвокат воспользовался своими методами, не вмешивая в дело влияние семьи Хасу.

- Обещаю, что не причиню им вреда, - с присущей ему серьезностью ответил адвокат, и слегка успокоенная твердым заявлением заведующая покинула помещение, оставив нас наедине с книгами. Боже мой, как же их было много!

Я выпустила рукав Югаты, только сейчас опомнившись и устыдившись своей слабости, и присела на краешек стула. С чего бы начать? Длинный список, отсканированный с формуляра, был у Югаты, но я и так прекрасно помнила большинство названий. К сожалению, статьи были разных лет, некоторые - чуть ли не столетней давности, которые и прочитать-то можно было с трудом.

- Не волнуйтесь, потихоньку разберемся, - заметив мои переживания, ободрил Югата, и принялся развязывать первую стопку газет. Я присела на корточки рядом, подметая юбкой пол. - Если что, сможем прийти завтра. Думаю, заведующая не будет против, - добавил он вполголоса, борясь с маленьким неподдающимся узелком.

Понаблюдав эту картину минут пять, я со вздохом отвела руки парня в сторону, и принялась развязывать сама. Получалось не намного лучше, но все-таки вскоре узелок удалось ослабить.

- Так что ты ей пообещал, - поинтересовалась я, чувствуя себя пряхой-неудачницей - такое ощущение, что веревка обладала волшебной способностью самозапутываться, - что нас пустили в спецхран?

- Пару книг из домашней коллекции, - честно признался Югата, и, посмотрев на меня, тепло улыбнулся. - Асаяке-сама, я ведь люблю книги. Можно сказать, коллекционирование редких книг - мое хобби. И я прекрасно знал, что ни один библиотекарь не устоит перед возможностью пополнить свои полки некой диковинкой.

- Спасибо, что помогаешь, - тихо поблагодарила я, и с удивлением заметила, что Югата покраснел. Еле заметно, но все же…

Или просто свет падает не под тем углом?

В тот момент узел поддался, не дав мне продолжить размышления, и мы с облегчением углубились в изучение литературы. Самые старые, трудночитаемые статьи я без зазрения совести сваливала на Югату, а сама просматривала небольшие очерки и новостные ленты. Неожиданно, мое внимание привлекла подпись, оставленная на краю одной из заметок. Это явно был почерк деда: "Три километра после Лесной, пятая в третьем ряду". Я внимательнее вчиталась в материал. К ужасу моему, им оказался некролог: "В ночь с седьмого на восьмого ноября, в возрасте двадцати шести лет, скончалась горячо любимая и уважаемая Шию-сенсей. Администрация города выражает искренние соболезнования родственникам и друзьям. Уроки Шию-сенсей навсегда останутся в наших сердцах!". Далее шли организационные вопросы касательно похорон, которые я пропустила. Заметка деда наводила на размышление. Я посмотрела дату - газете было более пятидесяти лет, а значит, дед не был знаком с этой женщиной. Что же подвигло его обратить внимание именно на ее смерть?

- Нашли что-то интересное? - Югата отвлекся от разбора какого-то потрепанного документа, и, получив утвердительный ответ, просмотрел некролог. - Любопытно. Думаю, нам стоит съездить по указанному адресу. Завтра так и поступим.

- А почему не сегодня? - наивно спросила я.

Парень вздохнул - похоже, предстоящая поездка его не радовала.

- Потому что к тому времени, когда мы закончим, будет уже темно. А ночью посещать кладбища - не лучшая идея. Даже если Вы не суеверны.

- Бом! Бом! Бом! - раздавался от особняка гулкий звук, торжественным эхом проносясь по всему саду. Когда мы подошли к дому, часы в гостиной как раз отбивали последние удары. Всего семь вечера, однако на улице заметно похолодало и потемнело.

- Надо одеваться теплее, а то простудитесь, - сказал Югата, подходя к дверям и нажимая на звонок, пока я пританцовывала на месте от холода - легкие туфельки никак не подходили к быстроменяющейся погоде города. Мелодия звонка была старая и немного скрипящая.

- Вернулись? - дверь распахнулась, и на пороге возник чем-то довольный Кагэ. Руки он старательно вытирал о розовый, вероятно женский фартук, перепачканное в муке лицо сияло улыбкой. - Я тут как раз окономияки готовлю. Правда, за вкус не отвечаю, но все продукты точно хорошие.

К моменту окончания его речи аромат с кухни добрался до нас, и в животе заурчало. Запах был восхитительный - в нем прослеживался легкий вкус мяса с сыром, приправленный каким-то острым соусом. Впрочем, в том, что я хотела кушать, не было ничего странного: единственной едой за весь день стал рисовый пирожок, купленный у уличной торговки. Ведь до кафе мы с адвокатом так и не дошли.

- Было бы неплохо поужинать. Спасибо за приглашение, - согласился с парнем Югата, и мы зашли в дом, плотно прикрыв за собой дверь. На удивление, к вечеру особняк стал выглядеть намного уютнее. Видимо, смотритель прибирался в нем, пока мы были в городе. Но не успела я поинтересоваться, как Кагэ бодренько убежал обратно на кухню, собирать на стол. Адвокат тоже заметил изменения, - по крайней мере, он оставил свой портфель на полке, коей побрезговал вчера из-за пыли, а сам понес пальто сушиться к камину - на улице накрапывал мелкий дождь. Я же, почувствовав жар от огня, стала в проеме комнаты, блаженно прикрыв глаза, и просто оттаивала.

- Асаяке-сама, так Вы не согреетесь, - сказал знакомый голос, и мне в руки упал теплый плед, - снимайте куртку и кутайтесь.

- Хорошо, - чтобы стряхнуть с себя сладкую леность потребовалось еще полминуты, но плед манил больше, и вскоре я сидела в кресле у камина, попивая горячий чай. Было слышно, как вполголоса спорят на кухне парни, но похоже они начинали привыкать к обществу друг друга.

Эх, сейчас бы покушать! Интересно, долго еще…

Стук в окно прервал мои размышления, и я повернулась, чтобы посмотреть. Не тут-то было! Я совсем забыла, что с утра сама повесила занавески, дабы не так бояться теней, и теперь приходилось расплачиваться. А конкретно вставать с нагретого места и идти к окну. Конечно, это наверняка была очередная ветка, наклоненная порывом ветра или вчерашняя кошка, бедняжка, скреблась в дом, чтобы спрятаться от дождя - однако, стоило проверить. Я откинула в сторону потрепанную штору, вглядываясь в темноту.

Белый силуэт, появившийся из неоткуда, заставил меня невольно отшатнуться, и мгновение испуга показалось вечностью. Пока я не разглядела неожиданного гостя.

Ей было лет семь, и для своего возраста она была необычайна худощава. На фоне общей бледности кожи особенно выделялись огромные глаза, пристально смотревшие на меня.

"Откуда здесь взяться ребенку, тем более, так поздно?" - промелькнула мысль, и в голове тут же стали прокручиваться сотни всевозможных вариантов, от автокатастрофы неподалеку до побега из дома. И каждый из них мог оказаться верным.

Заметя, что я наблюдаю за ней, девочка беззвучно засмеялась и помахала мне рукой.

"А может она поспорила с друзьями, что не побоится подойти к загадочному дому", - со вздохом дополнила я список, и распахнула окно. В любом случае, гостью надо было пригласить в дом. Иначе малышке в ее легком пальто грозил как минимум насморк.

- Иди сюда, - крикнула я, махая в ответ. Однако на лице девочки, стоило мне распахнуть окно, промелькнул страх, и она отступила под сень деревьев. - Не бойся, иди, промокнешь же!

Я почти высунулась наружу, но девочка ни шага не сделала навстречу. Дождь неприятно холодил плечи и шею, стекая каплями по щекам, а уговаривать так ребенка можно было до бесконечности. Оглянувшись, и не найдя в пределах видимости Югаты, я решилась.

Раз-два, и готово! Я отряхнула прилипшую к юбке грязь, все-таки приземлилась не слишком удачно, и посмотрела наверх - окно оставалось открытым. Что же, будем надеяться, что мое отсутствие обнаружат не сразу, а в идеале не выявят и вовсе.

Повернувшись к девочке, я дружелюбно улыбнулась. К удивлению моему, испуг на ее лице сменился ответной улыбкой, и она снова приглашающим жестом позвала меня к себе. Может, хочет познакомить с остальными? Что ж, посмотрим, что за орава храбрых и находчивых пожаловала на наши земли!

Стараясь не напугать ребенка вновь резким движением - дети боятся выдуманных легенд намного больше, чем стараются показать - я пошла за ней. Девочка явно дала понять, что мне надо соблюдать дистанцию. Как только я ускоряла шаг, она тут же срывалась на бег и грозила затеряться в лабиринте кустарников и деревьев. Хотя особо волноваться не стоило - серое пальтишко было отчетливо видно на темном фоне наступающей ночи.

Наконец она остановилась, и это означало, что мы пришли. Все-таки я была не права насчет группы сорванцов - девочка стояла в одиночестве рядом с небольшой запрудой, то ли искусственно сделанной, то ли созданной самой природой. Я не могла понять, что привело ее сюда. Быть может, она находила здесь какое-то умиротворение или убегала от семейных скандалов, а может, слишком любила таинственные истории?

Я подошла ближе: девочка стояла на узеньком мостике, смотрела на меня и улыбалась.

А затем она прыгнула в воду.

Первые секунды был шок. Я смотрела на разлетающиеся в стороны брызги, и пыталась осознать, что происходит. На смену шоку пришел страх и некоторая нереальность происходящего. Кажется, я позвала на помощь - мой крик разнесся по саду - и именно громкий звук вывел меня из прострации. Нельзя было терять время. Холодная вода весной ужасно коварна.

Когда я подбежала к мостику, девочки уже не было видно, только мерно разбегались по запруде круги воды. "Она не вынырнула обратно, а ушла на дно, даже не вскрикнув", - с жутким холодом поняла я, и картина мгновенно дополнилась. - "Слишком сильно ударилась при погружении или зацепилась за что-то". И с каждым прошедшим мигом глупая шутка могла обернуться трагедией. А вокруг как назло не было никого, способного помочь.

Я наклонилась, всматриваясь в воду. Где-то на глубине мне померещилось светлое пятно, похожее на цвет ее одежды. И тогда я нырнула вслед за девочкой. Плавала я не важно, именно это служило причиной недолгих колебаний. Конечно, себя на плаву я кое-как держала, но нырять, а тем паче вытаскивать утопающего раньше не доводилось.

Вода обжигала; судорогой сводило руки. Пока не сильно, но учитывая, что только недавно сошел лед, долго находиться в воде было опасно. Да и задерживать дыхание я могла максимум минуты на полторы. Плывя в сторону пятна, я видела, как стремительно приближаюсь, и обрадовалась, что успею…

…Но не только я стремилась к ребенку. Девочка плыла мне навстречу, и лицо ее теперь было совсем близко, настолько, что я смогла разглядеть острые мелкие зубы за широкой улыбкой, и безжизненные глаза болотного отлива, с неестественно огромными зрачками, и небольшие темные полоски на шее, до жути напоминающие жабры. Тело девочки покрывали мелкие чешуйки, а тонкая кожа между длинными худыми пальцами смахивала на перепонки. Она совсем не боялась, и плавала превосходно. Все происходящее совершенно не относилось к шутке ребенка над взрослым, с целью напугать или удивить. Это была охота.

Впрочем, сказать по правде, мне тоже не было страшно. Потому что на самом деле не бывает никаких чудовищ, а значит, я просто заснула в кресле, пригревшись у камина. Через пару минут меня разбудит Югата, негромко позвав по имени, и я пойду есть окономияки, приготовленные заботливым Кагэ. И может, поведаю парням о странном сне, привидевшемся мне в полудреме.

Но если все так, почему леденеют мышцы, а горло схватывает спазм?

Чувствуя, что воздух заканчивается, я устремилась наверх, но девочка оказалась быстрее, крепко ухватив меня за лодыжку холодными склизкими пальцами. Длинная юбка намокла, мешала движению, сплетая ноги лучше веревок. Приходилось сдерживать панику, чтобы не наглотаться воды, окончательно усугубив ситуацию, и в тоже время лихорадочно искать решение. Если это сон, то почему я не могу проснуться?!

Острый коготь проехал по ноге, разрезая кожу и окрашивая воду вокруг в розовый цвет. Во сне не бывает больно, - уяснила я еще в детстве, во время борьбы с ночными кошмарами. И потому осознание реальности происходящего накатило на меня с новой силой.

"Я умру", - почему-то возникшая мысль перебила все разумные размышления, и я забилась, стараясь вырваться из цепкого захвата. Один из ударов оказался достаточно сильным - хватка ослабла, и я смогла совершить решающий рывок к поверхности. Глоток воздуха, единственное, что я успела себе позволить, когда девочка вновь потянула меня за собой. Несмотря на хрупкое телосложение, она оказалась невероятно сильна. Или, ее детский вид был просто обманной оболочкой, призванной успокоить добычу? В любом случае, мне не остается ничего, кроме как бороться.

Светлая тень мелькнула мимо, отрывая меня от противника, и с невероятной силой вышвырнула наверх. Неожиданно, поверхность оказалась совсем близко. Заметя пирс, я ухватилась за перильца, и с трудом подтянувшись на руках, обессилено упала на доски. Сил отползти дальше не было. Тело била крупная дрожь, охвативший холод почти полностью заглушал боль в раненой лодыжке.

Наверно, я таки потеряла сознание, потому что даже не услышала его приближения.

- Асаяке! - Югата подхватил меня на руки, и я впервые увидела на лице адвоката не спокойствие или тревогу, а самый настоящий страх. Он осматривал меня с ног до головы, провел ладонью по ране, бережно и осторожно. Его руки на замерзшей коже показались горячее огня.

Резкий всплеск воды вызвал не контролируемую дрожь, но я нашла в себе силы повернуться. Если это чудище, а не неожиданный спаситель, то лучше встретить опасность лицом к лицу.

- Говорил же, что лучше дом продать! - отплевываясь от воды, выдохнул Кагэ, хватаясь за пирс. Обычно улыбчивое лицо было напряженным и злым. Я выдохнула и смущенно отвела глаза, когда он вылез на доски - на парне были скорее обрывки одежды, чем ее наличие.

- А монстр? - не узнала собственный голос, ставший вдруг хриплым и тихим.

Парень покачал головой.

- Не догнал, смогла сбежать, - он с благодарностью принял кинутый Югатой пиджак, и указал на убегающую от запруды речку. - К лесу уплыла, зараза.

Мимолетное воспоминание о пережитом ужасе - и мне вновь стало нестерпимо холодно. Адвокат почувствовал мою дрожь и быстро поднялся.

- Пойдем в дом, там все расскажешь. Вам обоим нужно тепло, - сказал парень, и, не отпуская меня, направился к особняку.

- Вы идите, я догоню, - крикнул вслед нам Кагэ, - Не в таком же виде разгуливать, - добавил он тише.

Адвокат не сбавил шагу, и на невысказанное удивление попросил меня не беспокоиться попусту. За его словами крылась такая странная уверенность, что я не вытерпела и оглянулась. На месте смотрителя сидела огромная мокрая черная кошка. Заметя мой округлившийся взгляд, она зевнула, обнажая ряд белоснежных клыков, движением лапы подняла лежащий у ее ног пиджак, небрежно закинула его на спину и потрусила за нами следом.

 

Глава 3.

Окономияки сгорели. Это было особенно обидно, учитывая, что готовил Кагэ не часто, обычно обходясь полуфабрикатами или рисовыми пирожками, купленными на рынке. Результатом часовых трудов стало нечто обугленное с одной стороны и недожаренное с другой, да парочка небольших пятен на коже. С другой стороны, что такое маленький ожог в сравнении с четырьмя глубокими царапинами, оставленными когтями подводного чудища? Хотя, отдать должное новой владелице дома, кисть ему продезинфицировали и перебинтовали.

- Что, не мог плиту выключить? - недовольно поинтересовался смотритель у вошедшего на кухню Югаты; парень выглядел донельзя бледным. - Ужин-то теперь из чего готовить будем?

- Рис сварим, - буркнул в ответ адвокат и, пошатываясь, уселся за стол, чудом не свалившись со стула. - Знаешь, как-то в голову не приходит заниматься хозяйственными делами, когда знакомый человек вдруг на глазах превращается в здоровенного такого котяру и несется куда-то в сад, а через минуту раздается крик одзё.

- Ну, извини, объяснять некогда было. Тварь больно хитрой оказалась, близко к дому подходить не стала, и если не ветер, принесший ее запах через открытое окно, я бы ничего не почувствовал. И пришлось бы нашей подружке несладко… О, кстати, а где Асаяке?

- "Сама" добавлять не забывай, - Югата недовольно прищурил глаза, но скорее по привычке. - Отогревается у камина. Я дал ей успокоительного, пусть отдохнет и поспит.

- Думаешь, сможет?

- Лекарство сильное, должно помочь. Слушай, Кагэ, у меня к тебе три просьбы. Выполнишь?

- Постараюсь, - парень отставил в сторону рисоварку и жестом фокусника вытащил из шкафа оплетенную стеклянную бутыль. - Может, выпьешь сначала? А то на тебе лица нет. Поверь, ничто не справляется со стрессом лучше, чем пара глотков сакэ.

- Не откажусь, - кивнул адвокат, и махом осушил протянутую крошечную пиалу с прозрачной жидкостью. - Ух, ну и гадость… Во-первых, поспи сегодня дома.

Смотритель недоуменно хлопнул глазами, но изумление быстро сменилось ехидством.

- Ты никак решил разделить со мной ложе?

- Не надейся, - усмехнулся Югата, однако взгляд его оставался серьезным. - Меня не будет, а я не хочу, чтобы Асаяке-сама оставалась одна.

- А во-вторых?

- Расскажи подобнее про ту тварь. Я не собираюсь сидеть и ждать, пока она снова высунется. Найду и прибью собственноручно.

Кулаки парня непроизвольно сжались, демонстрируя сквозь тонкую ткань рубашки великолепные мышцы. Кагэ кивнул.

- Так и знал, что ты не простой адвокат. Справишься сам?

- Разве у меня есть выбор? - вопросом на вопрос ответил парень. - Насколько я понимаю, местная полиция не будет разбираться со сверхъестественным. Тем паче связанным с "проклятым" домом, - на последних словах он заметно скривился.

- Мне больше нравится называть это мутацией, - смотритель уселся напротив, оставив на время готовку, и смахнул с рукава несуществующую шерстинку. - Лично у меня она проявилась в шестнадцать лет. Было страшно, - парень потер шею, словно вспоминая болезненный удар. - А потом ничего, свыкся. Научился контролировать. Но наши незваные гости, как та девочка-русалка, например, не слишком считаются с остальными людьми.

- Ты ее знаешь?

- Она бывала здесь раньше. Пыталась выманить меня, но я-то ее рыбий дух сразу почуял. Потом пару раз показывалась, когда покупатели дом смотрели. Словно ждала кого-то.

- И ты ждал? Ведь не зря же столько времени тут провел?

- Мы сейчас о монстре говорим, а не обо мне, - Кагэ отвернулся от наблюдающего за ним Югаты, и подтянул к себе бутылку. Глотнул прямо из горлышка, искоса посматривая на реакцию собеседника. И рассмеялся. - Я не пьянею. Вообще. А насчет твари… Когда гулял по лесу, ее запах явственно чувствовался рядом со старым кладбищем. Там река неподалеку проходит, видимо, и ее логово близко. Да, без оружия соваться не советую,- добавил он, отставив наполовину опустошенную бутыль.

- Ясно дело, - адвокат с сожалением покосился на рисоварку, затем на остатки возможного ужина и поднялся из-за стола. - Пойду, разберу вещи. Хорошо, что сегодня мы забрали их из гостиницы. Посмотрю, что пригодится.

- Эй, Югата? - тихо позвал его смотритель, когда парень уже подходил к двери.

- Что?

- А последняя просьба?

- Не приближайся ко мне в своей второй ипостаси, лады? А то на кошек у меня аллергия.

Перед самым уходом он заглянул в комнату. Асаяке спала, свернувшись на диване клубочком. Плотно сжатые губы и общая напряженность позы, так неприсущие ей, выдавали охватившее девушку беспокойство. Странно было видеть ее такой серьезной. Тем более во сне.

Осторожно, боясь разбудить спящую, Югата подошел ближе, поднял упавший на пол плед и укрыл им девушку. Замер на мгновение, стараясь даже не дышать, когда она пошевелилась, почувствовав чужое присутствие. Но всё же не проснулась, только бессвязно прошептала что-то, и крепче прижала к себе подушку, как прижимала плюшевого зайца много лет назад. Парень непроизвольно улыбнулся - столько лет прошло, а ее привычки остались те же. Конечно, одзё давно позабыла их первую встречу, а может, просто не связала образ серьезного адвоката с тем робким мальчиком, с которым дружила в детстве. Когда их познакомили, Асаяке исполнилось всего пять лет, и она была сущим ангелом, если бы не чрезмерная любознательность. Девочка была немного смущена и пряталась за дверью, но, изредка, ее любопытное личико показывалось, а большие глаза цвета малахита оглядывали присутствующих в комнате. "Эту маленькую госпожу ты будешь беречь и защищать всю свою жизнь", - сказал в тот день его отец, но тогда Югата не мог оценить истинно смысла слов. Он просто радовался новой подруге, и старался, чтобы им было весело. И хотя их дружба длилась всего несколько месяцев, до начала его учебы, это были прекрасные дни, полные беззаботного счастья.

…А когда спустя пятнадцать лет он вернулся из-за границы, то навсегда отвык от одиночества и ответственности только за свою жизнь. Теперь пришла пора вспомнить, ради чего он три года тренировался в военной школе, и покончить с тварью, покусившейся на жизнь его госпожи.

Плотно прикрыв за собой дверь, Югата прошел в холл. Наверное, хорошо, что Асаяке сейчас спала, потому как преображение строгого адвоката могло бы поспорить с превращением Кагэ в кота. Очки сменили контактные линзы, классический костюм-тройку - не стесняющие движения куртка и штаны цвета хаки, удобные для длительного бега кроссовки и целый арсенал оружия, разбросанный по разным карманам. Начиная от охотничьего ножа и заканчивая бесшумным пистолетом девяти миллиметрового калибра.

Кагэ, поджидающий его у входной двери, только присвистнул.

- Растешь на глазах, - одобрительно заметил он, но наткнувшись на холодный взгляд, проглотил очередную шутку. - Вообще-то, я предупредить хотел. В здешних лесах встречаются и другие твари, похожие на того монстра. Кажется, их что-то привлекает в этой местности, а может, нравится маленький и спокойный город, где их никто не замечает. Так что будь осторожнее.

- Не волнуйся, я ни за что не позволю остаться Асаяке-сама в одиночестве, - уверенно сказал Югата, взял в руки фонарик, и выскользнул из дома в полночную тьму. Дождался, пока щелкнет замок на входной двери, и лишь тогда ступил на извилистую дорожку сада. Парень собирался начать свои поиски со злосчастной запруды, и двигаться дальше вдоль реки. Если у него и был шанс найти тварь, то только по свежим следам, пока она испугана и не ожидает нападения. И он не собирался его упускать.

Бежать по саду оказалось на удивление легко. По логичному размышлению дорожка давно должна была зарасти, учитывая отсутствие жильцов в доме, однако ее очертания явно просвечивали в тусклом свете фонарика. А вскоре и тот не потребовался, благодаря ветерку, разогнавшему тучи, и проглянувшей ясной луне. Миновав запруду, Югата замешкался, оглядывая место нападения, но ничего нового не нашел. Еще пять минут (а запруда-то действительно невелика!) - и вот он увидел речку, устремляющуюся за ограду и ведущую в лес. Кстати, насчет ограды - она стала неприятным препятствием на его пути. Словно в насмешку над ним, ни дырки, ни выломанного прута на суше, чтобы пролезть сквозь железную изгородь, не было. Пришлось плыть по реке, сопротивляясь довольно таки сильному течению и оберегая огнестрельное оружие от намокания.

- Такие каждодневные ледяные купания кого угодно озлобленным сделают, - пробормотал парень, спустя пятнадцать минут вылезая из воды, и осматривая пришедшую в мало приглядный вид одежду. Легкий освежающий до сего момента ветерок стал пронизывающим и колючим, а кроссовки хлюпали при каждом шаге. Однако дело того стоило: внимательно осмотрев местность, Югата обнаружил клочок серой ткани, зацепившейся за куст. "Как я и предполагал, долго в холодной воде тварь сидеть не стала", - заключил он, и двинулся в заданном направлении.

Хорошо, что его учили ориентироваться в лесу, ибо спустя полчаса парень еще мог определить, с какой стороны зашел. То и дело он замечал обломанные сучки и неглубокие следы на рыхлой земле, что свидетельствовало о верности выбранной дороги, но монстра поблизости не наблюдалось. И все же Югата постоянно был настороже, внимательно вслушиваясь в каждый шорох, будь то взлетевшая с ветки сова или проскользнувший в нору зверь. Опасность могла появиться неожиданно.

Это его и спасло.

Тварь напала внезапно, со спины, спрыгнув с дерева, на котором до сего момента успешно сливалась с листвой. Как он успел разглядеть в лунном свете, это было неестественное смешение человека с рысью, существо с ярко выраженной звериной мордой и по-человечески умными глазами. Лапы-руки с длинными когтями оставили на его куртке несколько длинных полос, но к счастью, только слегка поцарапали кожу. Зловонное дыхание на мгновение обожгло шею, однако инстинкты сработали быстрее, и Югата успел перекинуть тварь через себя. Так они и застыли напротив друг друга - жертва и охотник - в любой момент готовые поменяться местами.

- Убир-райся, ты нам не нужен, - с трудом вырвались слова из изуродованного горла, и тварь мотнула головой в сторону. - Оставь пр-роклятую и уходи.

- А может вам лучше не стоять у меня на пути? - Югата быстрым движением вытащил пистолет и выстрелил. Пуля пролетела в сантиметре от отклонившейся в сторону твари, и та с визгом ринулась в спасительную тень кустов. Теперь присутствие монстра выдавало лишь злобное рычание.

- Твое пр-раво, - раздалось слева, и парень успел вовремя отскочить, чтобы промелькнувшая когтистая тень не задела его. - Но вам не скр-рыться, - уже справа и одновременно со спины. Югата скорее почувствовал, чем услышал новую опасность, совершая очередной кувырок в сторону, и предназначавшийся ему удар достался напавшей из кустов водянице. В ночи девочка-русалка и вовсе утратила человеческий облик, став жутковатой низкорослой тварью. Монстры взвыли одновременно, одна тварь от досады, а другая от боли, зажимая располосованное плечо с выбивающейся из раны густой желтой жидкостью.

"Ну и мерзость", - не удержался от отвращения адвокат, хладнокровно стреляя в скорчившуюся фигуру, но неожиданно перед пулей предстала другая мишень, а водяница бросилась в темноту леса. В отличие от водной твари, кровь человека-зверя была алой, и серебристый мех, покрывающий тело чудища, стал быстро окрашиваться в красный цвет. Югата выстрелили еще дважды, но монстр, чувствуя приближение смерти, решил, по всей видимости, забрать противника с собой. Прыжок на нечеловеческой скорости - слишком быстрый для обычного человека - и парень не успел отклониться, как цепкие лапы схватили его, сжимая в смертельных объятиях. Острые когти прошли под кожу, ломая ребра, а все силы уходили на то, чтобы не дать клыкам существа подобраться к горлу. "Минута, две - сколько еще проживет тварь с такими ранами?" - всплыла на грани сознания отчаянная мысль.

И все исчезло.

Мне снился сон. В этом я точно была уверена, потому как четко слышала потрескивание огня в камине и шаги Кагэ по дому. Несколько раз он заглядывал в гостиную, и тогда темнота комнаты на мгновение озарялась узким лучом света. Я жмурилась, отворачивалась и вновь проваливалась в тревожную дремоту.

Но этот сон был из ряда вон выходящий. Правильнее сказать, ненормальный. Там я бежала по лесу, чувствуя, как мокрая трава касается обнаженной кожи ног, опасливо озиралась, и в то же время ожидала кого-то со странным предвкушением. Тело было не моим - хрупким, маленьким, непривычным, и оттого всё вокруг казалось крупнее обычного: деревья выше, а ямы под ногами глубже. И хотя я задевала острые ветки кустов, их прикосновение не причиняло боли, а ночь вокруг была на удивление ясной.

Я заметила, как прошмыгнула в сторону маленькая мышь, и неожиданно для себя ощутила голод. Та, другая, с удовольствием перекусила бы сейчас, но с некоторой долей разочарования побежала дальше, боясь упустить и не догнать. Я вспомнила (это было необычайно странно, видеть чужие воспоминания), как затаившись в прибрежных кустах, она ждала появление человека, и затем, на некотором отдалении, последовала за ним.

Наконец, я услышала чье-то громкое и прерывистое дыхание. Та, кем я была в тот момент, обрадовано улыбнулась, но вместо того, чтобы побежать быстрее, замедлила шаг, притаилась. Раздвинув заросли кустов, я чужими глазами наблюдала причудливый танец двух теней под лунным светом, и ужас, рождающийся в моем сердце, особенно остро контрастировал с радостью другой.

На поляне дрался Югата. Я не сразу узнала его, он внезапно стал слишком ярким и живым, таким непохожим на свою повседневную маску. Я видела, как на лице его застыла полоска грязи, и с каким трудом (но невероятной сноровкой) он перевернулся в воздухе, уходя от удара. Тварь, напавшая на адвоката, что-то прорычала, слишком непонятное, чтобы разобрать, и тут тело, неподвластное мне, прыгнуло в каком-то зверином прыжке, собрав все силы, целясь в его незащищенную спину.

- Нет! - крик, от которого в другое время заложило бы уши, никак не сказался на другой. Но Югата, словно шестым чувством осознав опасность, кувырнулся в сторону. Острые когти твари, предназначенные ему, коснулись чужой и одновременно моей кожи, разрывая плотно подогнанный ряд чешуек, оставляя глубокую рану. Страшно и радостно: мы опять не поделили наши чувства. Но теперь все было наоборот.

- Асаяке-тян, - прикосновение теплых, человеческих пальцев выдернуло меня из сна, и я села, бездумно глядя перед собой. Рядом с диваном, на корточках, примостился Кагэ, смотря на меня с непривычной серьезностью. - Что случилось, Асаяке-тян? Ты кричала.

Я покачала головой, отстраняя руку смотрителя. Плечо не кровоточило, но отдавало болью, и оттого полученное во сне ранение казалось таким реальным! Словно отголосок дрёмы, завладевшей мной, эхом отражался по комнате.

- Дурной сон и ничего больше. А где Югата? - я огляделась, надеясь найти адвоката поблизости, но стулья и кресло были пусты. А дом неестественно тих. - Он спит? - спросила я уже с определенной неуверенностью в голосе, боясь услышать ответ.

- Он…вышел, - замявшись, сказал парень, и по тому, как он прячет глаза, я поняла: адвокат пошел не свежим воздухом подышать. Отчего-то проклятый сон, засевший в голове, стал в стократ ярче и тревожнее, и все внутри замерло от страха.

- Югата пошел за той тварью, что напала на меня? - севшим голосом произнесла я, не столько спрашивая, сколько утверждая. Понимание было страшным, но после сегодняшнего вечера я готова была поверить во что угодно.

- Да, - просто сказал Кагэ, и переменился в лице, посмотрев на меня: не удивительно, я находилась в состояние, близком к обмороку. - Только не говори…

- Он в опасности. Надо помочь! - я заставила себя встать, и это простое движение послужило толчком к снятию оцепенения и страха. Не смотря на тянущую боль в ноге, я кинулась к дверям. Успела добежать до калитки, когда черная шерсть коснулась ноги, и Кагэ, в облике кота, легонько меня подтолкнул. Ухватился зубами за юбку, кивком указывая на спину.

- Раздавлю ведь… - недоверчиво прошептала я, но огромный кот только мотнул головой. Времени на размышления не было. Спина Кагэ, мягко говоря, была не самым удобным местом для поездок, но скорость нашего передвижения заметно увеличилась, и, прижавшись к пушистой шерсти, я очень надеялась, что мы успеем вовремя.

…Когда мы добрались на поляну, всё было уже кончено. Правда, осознание этого пришло после моего истошного вопля, когда я увидела Югату в обнимку с напавшей на него тварью, окровавленного и безжизненно лежащего на земле. Оторвать замершую в посмертном объятии тварь было непросто, но к счастью, она не успела окоченеть, и не без помощи Кагэ (парню пришлось на время перекинуться обратно в человека, но нам было не до церемоний), мы освободили адвоката. Перенесли его подальше, осторожно, стараясь не повредить еще больше. Хотя куда уж… Мне и раньше приходилось оказывать первую помощь раньше, но здесь невооруженным глазом было видно, что требуется профессиональная помощь. А до больницы ехать и ехать…

- Не паникуй, - ощутимо встряхнул меня Кагэ, проведя беглый осмотр раненого. - Я уберу возможное заражение, а ты перевяжи раны. Надо остановить кровопотерю, - и с этими словами он перекинулся обратно в кота. Розовый язык ловко касался поврежденных участков кожи, и через некоторое время Югата задышал спокойнее. Ожидая, пока смотритель закончит обеззараживать раны, я смотрела на запачканное землей и кровью побледневшее лицо адвоката. Зачем он так рисковал? Ради меня? И почему я ничего не знаю о другой, столь воинственной стороне Югаты?

Юбка была мокрой после того, как мы с Кагэ переплыли реку, и, оторвав полоску, я вытерла испачканное лицо парня.

- Ты должен обязательно поправиться, чтобы ответить, - наклонившись, тихо прошептала я, убирая с побледневшего лба спутанные темные волосы. Но он абсолютно точно ничего не слышал.

Скорая приехала через час, и не столько из-за панических ноток в моем голосе, сколько благодаря последующей за ними угрозы поменять весь персонал больницы. К счастью, поляна располагалась неподалеку от местного кладбища, а потому дорога сквозь лес от города была вполне приличная, и не пришлось долго нас искать. Так как никакого разбойного нападения не было, полиция предложила при необходимости связаться с ними с утра, а доктор не стал тратить время на расспросы. Так и не пришедшего в себя Югату отнесли в машину, а меня посадили рядом, предварительно справившись о самочувствии. Я отмахнулась, слишком погруженная в переживания, а подсунутое медсестрой успокоительное выпила на автомате. Стало немного легче. Когда скорая тронулась, в маленькое окошко можно было видеть, как не обремененный одеждой Кагэ в кошачьей форме наблюдал за всем происходящим с дерева, сливаясь с ночным небом. Но, кажется, никто кроме меня его не заметил.

А вот тварь, кстати, исчезла. В какой-то момент я повернулась, чтобы позвать смотрителя, исследующего окрестности, и увидела, что труп таинственным образом испарился. Только слегка шевелились ветки кустов неподалеку, в доказательство, что тварь не была вознесена на небо и не провалилась сразу в ад. По всей видимости, некто очень хотел сохранить определенные подробности полуночной встречи в секрете.

Нет твари - нет доказательств. К моменту приезда в больницу я успела рассказать сидящей рядом медсестре свое видение произошедшего. Разумеется, эта история не имела с правдой ничего общего, но даже смягченная версия рассказа оказала ошеломляющее действие на привыкшую к спокойной жизни горожанку, и она с ужасом смотрела на "охотящегося за пробравшейся в сад рысью" адвоката, одновременно страшась и восхищаясь. Я невольно скривилась, представляя, сколькими подробностями до утра обрастет история. Впрочем, именно оно мне и было нужно. Ничто не умеет так хорошо скрывать ложь, как многочисленные слухи.

Травматологическое отделение в маленькой городской больнице было почти пустым, и потому Югате выделили отдельную палату. Пару часов я моталась по коридору, ожидая, пока парня осмотрят, перевяжут и сделают необходимые процедуры. В конце концов, не выдержала и прикорнула в кресле у пустой постели, а очнулась уже с утренними лучами. Югата мирно спал, накрыв своей ладонью мою руку.

- Асаяке-сама? - в палату заглянул доктор, и жестом попросил меня выйти. Аккуратно высвободившись, чтобы не потревожить спящего, я обошла кровать и вышла в коридор. - Пройдемте в мой кабинет. Это важно.

Мужчина выглядел уставшим, сказались поздний вызов и бессонная ночь. Доктору мало кто мог дать больше сорока, однако были какие-то черты в его лице, что-то в уставшем и понимающем взгляде, что заставляло безоговорочно верить в его способности. Встревоженная, я последовала за ним: возможно ли, что умиротворенное состояние Югаты на деле обманчиво? Не потребуется ли делать ему операцию, и если да, то достаточно ли оборудования в местной больнице?

Когда дверь кабинета закрылась, доктор практически упал в кресло за большим письменным столом, и с осуждением посмотрел на меня.

- Ёджи-сан сильно досталось: у него сломано ребро и трещины еще в нескольких, не говоря о большой потери крови и потенциальном заражении. Хорошо, что вы оказали ему первую помощь, иначе дела могли оказаться гораздо хуже. Но он поправится. А теперь, - врач подался вперед, - я хочу услышать, что же произошло на самом деле. И не надо придумывать никаких сказок про рысь, - мужчина недовольно поморщился, предупреждая мой рассказ, - я практикую не первый год, чтобы уметь различать раны. Они слишком большие для лапы животного.

- Не понимаю, о чем Вы говорите, - соврала я, делая обиженное лицо; несмотря на симпатию, которую вызывал врач как профессионал, доверять ему я не могла, - К нам в сад повадилась рысь, и когда я заметила ее, то испугалась. Ёджи-сан просто пытался меня защитить.

- Значит, упорствуете? - доктор нахмурился, постучал пальцами по столешнице, раздумывая, и предложил, - Давайте так: я расскажу Вам одну историю, а затем Вы решите, стоит ли говорить мне правду или нет. Согласны?

Я неопределенно пожала плечами, присаживаясь на стул напротив, и мельком осмотрелась. Обивка стула была сильно стерта, что говорило о немалом количестве приходящих к врачу посетителей, а спинка скрипела. На столе помимо врачебных бумаг стояла чашка с недопитым кофе, но не было никаких фотографий семьи или обычной разбавляющей рабочую обстановку безделушки. Длинные полки вдоль стен слегка прогнулись под тяжестью томов по медицине и химии, а дальний угол кабинета оказался занавешен белоснежной шторкой. Конечно, всё это сейчас не имело особого значения, но ведь обстановка комнаты может многое поведать о человеке! И как дизайнер, я понимала - врач не походил на тех людей, кто любит болтать попусту. А порой приобретение союзника стоит потраченного на это времени.

- Будем считать что да, - мужчина невесело усмехнулся, откинулся на спинку стула, и, не сводя с меня взгляда начал рассказ.

Давным-давно в одном маленьком городке родилась страшная легенда. И как часто бывает, чем страшнее история, тем больше она привлекает к себе внимания. Так и повелось, что о проклятии старого особняка судачили на кухнях, попивая чай, или шушукались на работе, передавая свежие слухи, и даже случайно встретившись на улице, не преминули сказать: "А вы слышали, что…" и добавляли в легенду новые детали. Постепенно, истинные события были забыты и настолько обросли слухами, что никто не мог вспомнить, что действительно произошло в особняке. Разумеется, периодически находились те, кто перебирался через высокую ограду, в надежде открыть тайну. Они не уходили от ограды далеко. Прогулявшись немного по саду и не рискуя подойти к дому, "смельчаки" возвращались в свои семьи, чтобы поделиться намного приукрашенными впечатлениями. Их слушали, в тайне восхищаясь, и взрослые, и дети. А дети, скажу я вам, безумно любопытные создания.

Как-то раз незадолго до рождества, вдохновившись историей старшего брата, маленький мальчик, давайте для удобства будем называть его Хару, решил посетить особняк. В свои семь лет он понятия не имел ни о частной собственности, ни об опасностях, могущих подстерегать его в заброшенных местах. Мальчик хотел стать взрослым. А для этого ему надо было совершить подвиг. "Что может быть лучше, чем бесстрашная борьба со злом?" - подумал Хару, и, вооружившись любимым деревянным мечом, отправился к особняку.

Конечно, главные ворота были заперты. Сказать по правде, последние десять лет их никто не открывал, и замок порядком проржавел. Настолько, что никакой опытный взломщик не справился бы с ним. Однако Хару не был вором-профессионалом, он был всего лишь маленьким мальчиком, и потому, не добившись от ворот ничего дельного, он пошёл в обход.

В скором времени искомая лазейка была найдена. В одном месте ограды отсутствовал металлический прут, и образовавшийся в результате проём был достаточным для того, чтобы мальчик в него пролез. Вот так Хару оказался внутри самой большой загадки города, и, проходя мимо укрытых снежной шапкой кустов роз по скользкой каменистой дорожке, шаг за шагом приближался к старому дому. Как он был горд собой! Он был настолько обрадован, что совсем потерял бдительность. Возможно, если бы он был менее рассеянным… Если бы хоть немного думал об осторожности… Хотя бы раз оглянулся! - ничего и не произошло. Но он беспечно шел по дорожке к дому, и отчаянный крик достиг его слишком поздно.

А дело в том, что кроме старшего брата у мальчика была сестра-близнец, Аки, которая очень его любила. Близнецы вообще хорошо ощущают потребности друг друга, и сестрёнка, почувствовав боевой настрой Хару, последовала за ним. Она пряталась за деревьями, чтобы он не прогнал её домой, следила за ним издалека. Аки совсем не нравился особняк, она никогда не подходила к нему близко. Но ведь близнец, её вторая половинка души, отправился навстречу опасности! Девочка просто не могла оставить брата одного.

Снег под ногами хрустел и искрился на солнце, морозный воздух щипал нос и щеки. В какой-то момент девочка потеряла брата из виду, и, растерявшись, не раздумывая, побежала вперед. Она не увидела припорошенную снегом ледяную корку запруды, и успела только отчаянно вскрикнуть, когда лёд треснул, и холодная вода увлекла её на дно.

Когда Хару прибежал, он увидел только темную водную пасть и остатки льда вокруг, да маленькую варежку в снегу неподалеку. И сколько он не звал сестру, она не появилась.

Несколько дней спустя в городе прошли похороны. Говорили, что течение унесло тело Аки, что тратить время на поиски - бесполезно. В тот год на рождество кладбище обзавелось новой могилой.

А жизнь продолжалась. Мальчик не был глупцом. Он знал, что люди смертны и заставил себя смириться. Наверное, он сильно повзрослел: начал помогать по дому и совсем позабыл детские забавы. Он очень хотел стать полезным, надеясь хоть немного искупить вину, тяжким грузом лежащую на сердце.

…А месяц спустя начались странности. Стали пропадать некоторые вещи, игрушки, еда. В доме появлялись мокрые следы на полу, пятна на одеялах и подушках. Ни с того, ни с сего открывались двери и окна. В один из вечеров, когда Хару уже ложился спать, в окошко его спальни кто-то осторожно постучал. Но когда он отодвинул штору, на улице никого не было.

А еще, очень редко, почти на грани сна, мальчик слышал тихий плач. Когда он рассказал о происходящем родителям, те отправили Хару к врачу, чтобы ему выписали лекарство. А после еще нескольких подобных уверений его положили в больницу.

Когда мальчик выписался, странности исчезли. Его мать постаралась взять себя в руки, и хотя порой плакала на кухне, делала это намного реже. Отец днями пропадал на работе, стараясь обеспечить младшего сына всем необходимым. И Хару, чтобы не тревожить заживающие раны родителей, никому не сказал о записке, написанной неровным почерком его сестры: "Помоги мне, братик!".

На последних словах голос доктора упал до шепота, словно ему было тяжело говорить. Казалось, внутри него страх недоверия борется с желанием найти понимающего человека. До боли сжав кулаки, мужчина заставил себя вернуться к разговору.

- Я хочу, чтобы вы кое-что увидели, - наконец сказал врач и протянул мне вытащенную из стола шкатулку. В тот момент, когда я открыла ее, сердце моё замерло. Внутри, на алом бархате, трепетно хранимая, лежала та самая записка. Глупая шутка? Способ вызнать правду? Нет, судя по потрепанному состоянию бумаги и разводам чернил, записке было много лет.

Я перевела взгляд на бейджик врача: Харука Атсуй, хирург. Еще раз произнесла про себя имя: Харука, Хару. Тот самый мальчик, о котором он рассказывал.

- Теперь Вы мне доверяете, Асаяке-сама? - перегнувшись через стол, доктор вынул из моих рук шкатулку и вновь спрятал её. Я услышала, как щелкнул замок. - С самого детства вплоть до этого дня я никому не рассказывал о записке. Даже любимой жене. Я боялся, что меня вновь примут за сумасшедшего, и я окажусь на месте пациента, а не врача. Но молчание не мешало мне следить за странностями, происходящими в городе. В лесу я находил необычные следы, а порой, возвращаясь с ночных дежурств, слышал непохожие на звериные завывания. Несколько раз за свою практику, я сталкивался с ранами, подобными тем, что у вашего друга. И все их получали жильцы особняка. Не верю, что это обычное совпадение.

Неожиданно врач поднялся, обошел стол и взял меня за руку.

- Прошу Вас, Асаяке-сама, скажите мне правду. Я не смог спасти свою сестру, но хочу помочь Вам. В конце концов, спасать человеческие жизни - мой долг!

- Отпустите, пожалуйста, - я не повысила голоса, но врач сразу отдернул руки, опомнившись.

- Простите.

- Всё нормально, - я потерла излишне сжатое запястье и решилась. - Хорошо, я расскажу Вам, кто напал на Югату. Тем паче, Вы готовы верить в сверхъестественное. Но пожалуйста, сохраните услышанное в секрете. Не хочется стать посмешищем или поднять в городе панику.

- Разумеется, - мужчина вновь уселся напротив, положив свои большие руки на стол, и я поведала ему произошедшую за вечер историю. Хотя некоторые детали я благоразумно опустила, например, о превращении Кагэ в кота, в целом рассказ получился правдивым.

- Как я и предполагал, - под конец моего повествования доктор прошелся по комнате, достав с полки непримечательную на вид книгу. Как оказалось, томик на деле был шкатулкой с секретом, представляющий собой аккуратный тайник для бумаг. Там лежали копии страниц из карточек больных, показавшиеся врачу наиболее интересными. Получив некоторые из них, я по совету доктора углубилась в чтение.

Внезапно, одно знакомое имя привлекло мое внимание. Это была выписка из карточки той самой учительницы Шию, смерть которой заинтересовала моего деда. Не знаю, каким образом врач смог найти столь древние записи, но вот их содержание меня заинтересовало. Женщина была совершенно здорова, если не считать пару заболеваний, перенесенных в детстве, и единственным, с чем она обращалась в больницу (кстати, всего за пару месяцев до смерти), стала бессонница. Шию утверждала, что слышит по ночам странные звуки и ощущает в доме чужое присутствие. Я перевернула страницу: к записи прилагалась обложка карточки больной, на которой значился ее адрес. Но что более важно, это был новый адрес, а вот старый, перечеркнутый, оказался ничем иным, как моим особняком.

- Мило, - скептически выдохнула я, и быстро пролистала прочие записи. В основном, их содержание мало отличалось и сводилось к одному: люди были напуганы чем-то, что не могли объяснить. В большинстве случаев это списывалось на обычную усталость, но вот явная связь всех больных с особняком настораживала. Точно кто-то действительно препятствовал поселению чужих людей в доме.

Заработавшись, я не заметила, что доктор уже ушел, и, судя по настенным часам, приближалось время обеда. Убрав записи обратно в книгу, я поставила томик на полку и вышла, аккуратно прикрыв дверь. Интересно, где здесь можно покушать? Сидевшая на вахте медсестра с профессиональной улыбкой сообщила мне о том, что Югата очнулся, но сейчас находится на осмотре, поэтому в палату нельзя, и объяснила, как пройти в столовую. Поблагодарив, я спустилась этажом ниже, где столкнулась нос к носу со спешащим наверх Кагэ.

- Мне сказали, что Югата-кун пришел в себя, - парень недоумевающее уставился на меня, когда я потащила его за собой в столовую. - Вообще-то, я пришел его проведать…

- Потом, - оборвала я объяснения смотрителя, и, найдя свободный столик в углу, усадила парня на стул. Сама же быстро заказала первые попавшиеся блюда, и нагруженная подносом с едой, быстро вернулась к столику. - Сначала послушай, что я узнала.

Я быстро передала ему свой разговор с доктором, сделав акцент на несказанном, а также поведала о "ночных призраках" бывших владельцев дома.

Кагэ призадумался.

- Вообще-то, я никогда особо не размышлял над происходящим, но мне почему-то тоже не по себе, когда в дом приезжают посторонние. Словно у дома уже есть владелец, и кто-то посягает на чужую собственность. Именно поэтому в первую ночь вашего прибытия…

- Ты напугал меня своим появлением, - я улыбнулась, пододвинув к себе салат. - Ничего страшного, в образе маленькой кошки ты выглядишь даже лучше.

Кагэ отложил ложку и внимательно посмотрел на меня.

- Про какую кошку ты говоришь? Вообще-то я бродил по окрестностям.

- Но тогда кто был в доме? - спросила я, но не дождалась ответа, ибо наш разговор был прерван грохотом посуды.

- Ах ты, поганка! - раздалось с кухни, и в обеденный зад выбежала полная женщина с веником.

Черная маленькая тень мелькнула мимо нас и унеслась в открытую дверь. И готова поклясться, это была та самая кошка, которую я встретила ночью. Мы переглянулись. Кажется, только что в нашу и без того запутанную головоломку вплелась еще одна загадка.

 

Глава 4.

Когда ты находишься на грани, неважно где - между жизнью и смертью, сном или явью - мир вокруг становится намного ярче и понятнее. Для запутанной задачи находится решение, а для непонятных чувств - осознание. Югата давно усвоил этот урок, и частенько размышлял перед сном над нерешенными в течение дня проблемами. Но сейчас в голове было абсолютно пусто, несмотря на то, что адвокат сам не понимал, грезит он или нет.

Борясь с наваливающейся тяжким грузом усталостью, Югата сосредоточился, пытаясь связать происходящее с его воспоминаниями. В какой-то миг мир для него перестал быть просто черным, а голова, несмотря на жуткую боль, начала соображать. Он не открыл глаза, потому как веки были словно свинцом налиты, однако чувствовал, как прохладный ветерок из открытого окна касается плеч, а тело укрыто теплым одеялом. Ах да, еще очень хотелось чихать. Но он точно знал: при сломанных ребрах чихать будет больно.

И все-таки обидно, что так получилось! Ладно бы вывих или даже перелом - при спарринге с учителями в военной школе и не такое бывало. Но чтобы оказаться в больнице после боя, когда не то чтобы встать, ногой или рукой пошевелить больно - такого еще не случалось! Хотя и противник на этот раз был весьма неординарным.

Парень вспомнил стальной захват твари, горячее дыхание у самой шеи. Поднял руку, морщась от боли, аккуратно провел подушечками пальцев - немножко саднило с левой стороны. Вероятнее всего, клыки успели проехать по коже, но не вошли глубоко. Можно сказать, ему крупно повезло, потому что укуси тварь немного выше - и никакой врач не помог бы. С такими ранениями вообще долго не живут. Даже профессионально обученные люди.

В дверь постучали, и в смутных воспоминаниях пронеслось, что он находится в больнице - когда адвокат очнулся в первый раз, то без труда узнал в светло-бежевом помещении больничную палату. Затем его куда-то повезли и по случайности задели рану, отчего в голове разом помутнело…

Интересно, сколько времени он пробыл без сознания?

- Можно войти? - раздался негромкий вопрос, и у Югаты словно камень с души упал - голос Асаяки он узнал бы и в худшем состоянии. Значит, с одзё всё в порядке. Не забыть потом сказать "спасибо" Кагэ за сдержанное обещание, - сделал мысленную пометку адвокат, и приподнялся на локтях, проверяя наличие сил. Предстать перед Асаяке в столь неприглядном виде он не мог себе позволить.

- Входите, - громко, насколько позволял хриплый голос, ответил он и тихо добавил, - Давай, не подведи. - Резко сев, Югата заставил себя открыть глаза, с минуту глядя на мерцающие вокруг звездочки. Повернул голову в сторону вошедших, с трудом различая смутный силуэт девушки и парня за ней, с огромной корзиной фруктов в руках. К счастью, звездочки постепенно исчезали, а фигуры посетителей становились всё более отчетливыми.

- Ты как? - немного хромая (это не укрылось от взора адвоката) Асаяке подошла к кровати и присела на самый краешек. Одзё выглядела немного обеспокоенной и смущенной - более точно он описать не мог, из-за двух отрицательных факторов: плохого зрения и сильного головокружения. Но никаких других изменений в её поведении или внешности не наблюдалось.

Так и не решив, хорошо это или плохо, Югата собирался дать полный отчет по поводу своего самочувствия, но не успел.

- Одел бы хоть рубашку, хватит смущать девушку, - грубовато буркнул подошедший следом за одзё смотритель и кинул парню рубашку. С трудом сохраняя невозмутимость, особенно услышав хихиканье Асаяке, адвокат оделся. Рубашка оказалась немного тесноватой в плечах и явно не из его "походного" комплекта - парень никогда не позволил бы себе такой тонкий материал и нестрогий покрой. Впрочем, особого выбора у него не было, а, учитывая, кто её принес, удивляться не приходилось.

Несколько резких движений потребовали своё, и перед глазами вновь стало стремительно темнеть. В тот же момент Кагэ быстро двинулся вперед, поспешно поддержав накренившегося в бок адвоката.

- А вот и очки, - водрузив очки на нос побледневшего парня, смотритель слегка придержал его за плечи, не давая упасть. - Здорово тебе досталось. Так и умереть недолго. Зачем вообще лезть в опасные авантюры, если драться не умеешь? - с легким порицанием добавил он и, отступив, присел на стул, благо к Югате успело вернуться самообладание. А вместе с ним и привычная манера поведения.

- Простите за беспокойство, - адвокат склонил голову, извиняясь. Огрызаться в ответ или спорить парень не собирался, да и крыть было нечем - в больнице ведь оказался именно он. - Асаяке-сама, думаю, что смогу вернуться к своим обязанностям не ранее чем через пару дней. Мне очень жаль. Пожалуйста, будьте осторожнее и никуда не ходите одна.

Девушка без споров кивнула. В другое время подобная покладистость насторожила бы Югату, но сейчас он с трудом удерживал себя в сознании, и продумывать каждый момент поведения собеседников у него не было возможности.

- Не волнуйся, я буду внимательна, - улыбнувшись, Асаяке взяла в свои ладошки руку адвоката и легонько сжала. - А ты выздоравливай поскорее. И не своевольничай, слушай врачей. Обещаешь?

- Хорошо.

Это был не столько ответ на вопрос, сколько чувство, испытанное им в тот момент. Словно тот груз, который Югата нес на плечах, стал значительно меньше, потому что теперь ему не надо было притворяться. Хотя, правил фамилии никто, разумеется, не отменял. Но ведь сегодня он болеет? А значит, не совсем отвечает за свои поступки?

Теплые пальчики Асаяке приятно согревали его замершую ладонь…

Возникшую идиллию прервал Кагэ, положив рядом с адвокатом почищенное, порезанное и аккуратно разложенное на тарелке яблоко.

- Что-нибудь помнишь из вчерашнего? - поинтересовался он, меланхолично оттирая свисающим углом одеяла запачканный соком нож. Югата возмущенно вскрикнул, свободной рукой вырывая у смотрителя уже изгвазданную ткань.

- Эй, может мне сломали пару ребер, но ведь не голову проломили! Я всё помню, кроме того, как оказался в больнице, - последнюю фразу он добавил значительно тише, слегка потерев висок. Мгновение назад туда словно разряд ударил.

Собеседники сочувственно на него посмотрели.

- Тогда в деталях расскажешь завтра, - вздохнул Кагэ, поднимаясь со стула и отставляя его к стене. Асаяке встала вслед за ним, с явным сожалением покидая друга.

- Доктор не разрешил сегодня долго беспокоить тебя. Если что потребуется, звони - одзё достала из сумки новенький сотовый, взамен потерянного (или сломанного) в лесу, и положила его на тумбочку рядом с кроватью. - Буду на связи!

И они ушли. Когда дверь захлопнулась, Югату покинули остатки сил, и он упал на подушки, чудом не задев стоящую рядом тарелку. Отправил в рот кусочек яблока, с минуту подумал. Прокрутил в уме короткий разговор. То, что получилось в итоге, ему совершенно не понравилось. Посетители ни словом не обмолвились о том, кто привез его в больницу. Отсюда следовал единственный вывод - они спасли его сами. А значит и дело на полпути не оставят, начнут расследование.

Югата огляделся, увидел черный пульт справа и нажал кнопку вызова. Похоже, лечение придется проходить в ускоренном режиме. Надо восстанавливать силы, и как можно быстрее. Потому что, зная неусидчивость Асаяке, надолго её терпения не лезть в тайну особняка не хватит.

Каким бы это ни было странным, но когда выходишь из больницы на улицу, воздух всегда кажется намного чище. Даже в том случае, если пару минут назад мимо здания проезжала машина с клубящимся черным дымом из выхлопной трубы. А уж коли такой не наблюдалось, да город сам по себе представляет образец чистоты и порядка, то про свежесть воздуха и говорить нечего. Им просто надо наслаждаться.

Этим я и занималась последние двадцать минут, спускаясь с небольшой горы к лесу, через который вела кратчайшая дорога в особняк. Конечно, можно было взять машину. Водить я умела и полгода как сдала на права, но если честно, до сих пор немного побаивалась садиться за руль. Тем более, одно дело ездить по ровным трассам в большом городе, и совсем другое по ухабам и кочкам здешних дорог. Поэтому небольшое пешее путешествие выглядело привлекательнее.

Да и с погодой повезло - день выдался солнечным. Под ногами шелестели прошлогодние листья, разбавляя желтизной зелень молодой травы. То и дело перекликались в вышине ранние пташки. Изредка в их веселый щебет вмешивалось воронье карканье, добавляя басы в хор радостного сопрано. "Невероятный контраст со вчерашней непогодой", подумалось в какой-то миг, и беспокойство от произошедшего с Югатой холодными щупальцами сжало сердце. Захотелось вернуться и убедиться, что всё в порядке, адвокат безмятежно отсыпается и вылечивается под заботой врачей.

Словно почувствовав изменившееся настроение, Кагэ перестал насвистывать весёленький мотивчик и обратился ко мне. Любопытство в его голосе смешалось с легкой тревогой.

- Чем думаешь заняться? - спросил он, небрежно сминая в руке подвернувшийся молодой листик. Ободранный кустик возмущенно раскачивался нам вслед. Я невольно подметила, что в родном городе эти кустарники с трудно запоминаемым названием выглядели намного меньше. Может, всё-таки какая-то радиация влияет на местную флору и фауну?

- Хочу исследовать чердак, - честно ответила я, памятуя об обещании Югате не бродить по окрестностям одной. Сердить адвоката совсем не хотелось. - Часовщик сказал, что у деда могут быть записи, и посоветовал поискать там.

- Часовщик? - заинтересовался смотритель. Не вдаваясь в подробности, я коротко поведала ему о посещении мастерской и информации из библиотеки, не забыв связать сказанное с заметками доктора. Кагэ задумался.

- Пожалуй, ты права. Вход в библиотеку нам заказан до выздоровления Югаты-куна, а ехать на кладбище… Брр, как-то не особо хочется. Давай-ка действительно разберем чердак. А если время будет, то еще в пару комнат заглянем: в спальню первой владелицы и рабочий кабинет твоего деда. Если уж что-то и должно содержать ключ к разгадке, то это сам особняк.

- А разве у тебя нет никаких догадок?

Вопрос я задала без всяких задних мыслей, скорее, чтобы поддержать разговор. Но реакция на него оказалась неожиданной. Кагэ споткнулся на ровном месте, посмотрел на меня удивленно и как-то буркнул-переспросил:

- Что?

Я невольно хмыкнула. Однако какая знакомая ситуация! Примерно также несколько месяцев назад старшая сестра стояла перед тетушкой, когда она спросила, не будет ли в нашей фамилии нежданного пополнения.

Улыбнувшись воспоминаниям и вздохнув от невозможности быть сейчас с семьей, я пояснила:

- Ты живешь в особняке несколько лет. Наверняка замечал какие-то странности. Неужели не пытался их обосновать?

- Вся моя жизнь сплошные странности! - отмахнулся Кагэ, всё еще находясь в странном напряжении. - Рождение, подростковые проблемы, работа, сны, - он горько усмехнулся. - Особняк стал для меня родным домом, и я принял его, как принимают семью - без возражений и нареканий. Я не хотел копаться в прошлом, а дом позволил мне стать его настоящим.

- Так что же изменилось? - спросила я немного резче, чем полагалось. Слова смотрителя задели меня. Они прозвучали обвинением - будто я вторглась в чужие владения, нарушив покой.

Парень опустил голову, избегая моего взгляда.

- Я не могу сказать, - его голос казался очень раздосадованным, словно он сам не до конца понимал причину происходящего. - Но допускать новой трагедии не хочу. Уверен что с особняком связана какая-то тайна, потому что когда случайностей накапливается много, они перерастают в закономерность. И мне кажется, мой долг разобраться, что служит причиной бед.

- А долг Югаты - защищать меня, - тихо домыслила я вслух. Получалось, что у каждого из нас были свои причины влезть в эту тайну, но в результате, все трое, мы завязли в ней по самые уши. - Кагэ, а почему ты вообще стал смотрителем? Силой и ловкостью ты не обделен, умом как я вижу да внешностью тоже.

- Не захотел становиться подопытной крысой, - смотритель передернул плечами, точно сбрасывая неприятное воспоминание. И молча ускорил шаг, замедлив его вновь метров через пять.

Я не рискнула расспрашивать и не стала его догонять. Каждому из нас было над чем подумать. А думать над личными проблемами лучше всего в одиночестве.

Дорога к дому заняла больше времени, чем я предполагала, и когда особняк показался за деревьями, я почувствовала, что искренне этому рада. Сегодня, при свете дня, я впервые рассмотрела дом как следует. Величественное каменное здание, увитое плющом, устремляло в небо четыре тонких башенки. По ветру раскачивались старинные флюгера, изображающие бегущих кошек. Потускневшие витражи на окнах ловили солнечные лучи, отбрасывая вокруг разноцветные блики. А сад, вблизи запустевший и мрачный, издали всё еще казался кусочком волшебного мира.

Возвращаясь из города, мы подошли к дому не с главного выхода, а сбоку, но обходить не пришлось. Вскоре перед взором предстала высокая изгородь с узорчатой калиткой "для слуг", как выразился на мой вопрос Кагэ. Впрочем, ей не преминули пользоваться и особо прозорливые гости после приемов, встретившие на вечере свою вторую половинку и не желающие оглашать это публично. За определенную мзду их всегда проводили к "служебному" входу, от которого вела в то время довольно-таки удобная тропа к Розовой Заводи.

Поговаривали, что первая хозяйка особняка тоже частенько использовала боковую калитку, встречая ночью своего любимого. И именно через нее в злосчастную ночь она выбежала из дома, чтобы на утро оказаться в цепких объятиях непреклонной смерти.

- Проходи, - Кагэ распахнул дверку, беззвучно отошедшую в сторону. Разумеется, у смотрителя был ключ. Судя по смазанному замку и петлям, маленькой калиткой в доме в последнее время пользовались чаще, чем главными воротами. - Приготовить что-нибудь на ужин или обойдемся бутербродами?

- Я бы не прочь съесть рисовые шарики, - честно призналась я, идя вперед по тропинке. Заставлять человека готовить что-то сложное не хотелось, но и постоянно питаться пирожками было нельзя. - Могу помочь, если надо.

- Одзё учили готовить? - удивился Кагэ. Он закрыл калитку и шел вслед, периодически останавливаясь, чтобы убрать с дорожки камешки или ветки.

- Не только. Обучение в семье Хасу включает в себя множество предметов из самых различных областей. Этикет, социология и политика, знание всех нынешних влиятельных фамилий, самооборона, музыка, - я перечислила первые пришедшие на ум, и наиболее запомнившиеся мне дисциплины. - Только после того, как закончилась обязательная подготовка, членам фамилии разрешается выбирать себе специальность и продолжать обучение самостоятельно.

- И кто ты по профессии?

- Дизайнер интерьера, - я смутилась, как всегда, когда говорила о своем выборе. Фактически, изначально дизайн был моим хобби, и образование я получала совсем по другому направлению. Но на последних курсах моими выставленными в интернете проектами заинтересовалась одна крупная фирма и с тех пор пошло-поехало…

- Ай! - вдруг вскрикнул Кагэ.

Я обернулась. Смотритель стоял рядом с разросшимся кустом роз, посасывая уколотую правую ладонь. Судя по всему, он пытался убрать часть ветвей подальше от тропинки, за что и поплатился. Мог бы и просто обойти.

- Надеюсь, ты не внес заражение? - хмуро спросила я, посматривая на запыленные листья розы. Подхватить какую-либо заразу можно было запросто. - Пойдем в дом, там и промоешь.

Я потянула его за рукав плаща, и парень, бурча о чрезмерном внимании к подобным мелочам, поплелся следом.

Мы вошли через черный вход, ведущий через небольшой коридор прямиком на кухню. В коридорчике не было того ужасающего холода, который встретил нас в день приезда. То ли особняк прогрелся солнечными лучами, то ли не до конца ушло вчерашнее тепло. В любом случае, теперь в холле можно было говорить, не выпуская изо рта облачко пара. Пройдя в гостиную, я зажгла свет и, найдя в чемодане привезенную с собой аптечку, подала смотрителю йод.

- Асаяке-тян, я не собираюсь убиваться из-за подобных царапин, - возмутился Кагэ, с подозрением рассматривая закрытую темную бутылочку. Видимо, будучи не совсем обычным человеком, к лекарствам он относился весьма скептически. - Погляди, наверняка уже и крови нет, - он повернул руку к свету, показывая мне ладонь.

И непроизвольно вздрогнул. Я тоже отшатнулась, прикрывая рот. Чуть не выругалась, при моем-то воспитании.

В тусклом свете (от запыленной лампы другого и быть не может) мы увидели, как темные полосы неторопливо расползаются по всей руке от места укола, создавая на чистой коже омерзительный рисунок фиолетового отлива. Справившись с отвращением, я прикоснулась к поврежденной ткани - рука словно одеревенела, и в наиболее твердых местах проявлялись крохотные узелки. Подрастая с каждой секундой, они становились всё более окрепшими…

И мы вдруг очень четко осознали, чем всё закончится.

Хорошо, что аптечка была поблизости.

Смотритель нервно сглотнул, зажав здоровой рукой плечо, не позволяя заразе распространяться дальше, и терпеливо ждал, пока я наложу жгут. Йод заменил спирт - не было времени решать, что в данной ситуации было лучше, и рисковать я не стала. Не знаю, что за яд попал Кагэ на руку, но обычным заражением здесь и не пахло. Достаточно сказать, что от спирта царапина вспенилась, и парень стиснул зубы, чтобы не закричать. Я прикрыла глаза, борясь с накатившей дурнотой.

"Соберись, некогда строить из себя кисейную барышню", - резко одернула я себя, с трудом справляясь с подступающей слабостью.

А черные узелки словно жили своей жизнью. Росли, пульсировали, готовясь в любой момент прорвать натянувшуюся кожу…

- Режь, - Кагэ протянул мне миниатюрные ножницы, здоровой рукой распотрошив маникюрный набор. Больше ничего острого под рукой не оказалось. Я посмотрела на острые края, зараженную руку и задохнулась, представив, как буду резать по живому.

- Не могу. Прости, я правда не могу.

Скрутило живот. Я присела, стараясь отдышаться и успокоить бьющееся сердце. В ушах стоял звон. "Вот такой бывает паника", - услужливо подсказала мне память и подсунула с десяток других не менее приятных воспоминаний. Окровавленный нож, смех, разбитое стекло - посеревшие картинки из прошлого калейдоскопом закружились вокруг, не давая утихомирить страх.

- Асаяке, я правша, - спокойный голос смотрителя проник вглубь моего личного ужаса, потихоньку убирая его из головы. - Я не смогу сделать это сам. Ловкости не хватит. Пожалуйста, режь.

В трясущуюся руку вложили ножницы, и мне показалось, что холодный металл жег сильнее докаленного добела железа. Вдох-выдох, - я позволила себе несколько секунд страха, чтобы потом полностью собраться.

"У меня были курсы скорой медицинской помощи. Я не боюсь крови. Значит, обязательно справлюсь". А всё, что произошло раньше - оставлю воспоминания напоследок.

Когда паника отступила, я вновь посмотрела на пораненную руку Кагэ. Парень сидел рядом на полу, прислонившись спиной к шкафу, и тяжело дышал. По шее катились бисеринки пота. Смотрителю было гораздо хуже - в некоторых местах наросты достигли сантиметра в диаметре, и в любую секунду готовы были прорваться. Медлить дальше было нельзя.

- Терпи, - честно предупредила я, аккуратно перехватив руку и делая надрез на месте укола шипа. Проступившая желтая жидкость смешалась с кровью, и пришлось срочно её оттирать, несмотря на стенания Кагэ. Иначе не было видно главного: темного корешка от мутировавшего растения, успевшего пуститься в рост. И этот корень извивался словно живой, стараясь прочнее зацепиться в чужом теле.

- Вытащи из меня эту гадость, - прошептал смотритель, отводя глаза от устрашающего зрелища. Стараясь думать только об операции, я пережала корень пинцетом, не позволяя ему двигаться, и посмотрела на пульсирующие наросты. Кажется, я догадалась, что было внутри.

- Держи и не смей дергать, - сказала я приказным тоном и подала парню пинцет, а сама аккуратно надрезала самый крупный из узелков. Внутри предсказуемо оказался шип. Блестящий, красный от крови и острый, как игла. Представляю, что стало бы с рукой смотрителя, если бы мы сразу дернули за корень.

Аккуратно, стараясь не задеть кожу, я срезала шип и принялась за следующие наросты. Кагэ шипел от боли, но терпел. А узлов оказалось нескончаемо много…

Счет времени был потерян. Возможно, прошло пять минут. Вероятнее, полчаса. Мне показалось - вечность, но сейчас это не имело значение. Последние шипы были срезаны, а резко выдернутый корень вместе с разросшимся стеблем неподвижно лежал рядом со смотрителем, на заляпанном кровью полу.

Я промывала парню раны, обильно дезинфицируя и перевязывая. Несмотря на все мои старания, рука выглядело ужасно, но Кагэ обещал, что за пару дней заживет. Да и впрямь - чернота уходила, потихоньку, почти полностью отступив у локтя.

Закончив работу, я обессилено села рядом со смотрителем, положила остатки бинтов в аптечку, туда же сунула ножницы… и неожиданно для себя заплакала.

Кагэ молчал. Притянул мою голову к себе, тихонько поглаживал здоровой рукой волосы и молчал.

Возможно, тишина сейчас была лучшим лекарством для нас двоих.

Странное это явление - одиночество. Оно может возникнуть даже в шумной кампании, посреди огромной, грохочущей толпы - и накрыть тебя с головой. А может подкрасться незаметно, уютно угнездившись в глубине и потихоньку подтачивать душевное спокойствие. Недаром замечают, что одинокие люди - весьма творческие натуры. Возможно, дело даже не в скрытом таланте. Просто желание поделиться с кем-то своими впечатлениями выливается в нечто настолько яркое и необычное, что не оставляет никого равнодушным.

Я улыбнулась своим мыслям и отложила в сторону карандаш. Списывать отсутствие желания творить на счастливую жизнь - оправдание для лени не худшее, но и не лучшее. Впрочем, действительно, наброски получились так себе. Завтра перерисую, после того, как схожу в больницу. Ведь с тех пор, как я встретила Югату, а после Кагэ, одиночество мне не грозило.

И всё-таки зря я так сильно переживала - на смотрителе раны заживали удивительно быстро. По крайней мере сейчас он, ни разу не пожаловавшись, лазал по удаленным местам чердака, вытаскивая оттуда разный хлам (назвать вещами кучу полусгнивших тряпок и истлевших писем у меня язык не поворачивался). В то время как я делала наброски домашнего интерьера.

Надо сказать, что до этого и у меня было дело - я обследовала темные углы и старые сундуки, в поисках чего-либо интересного. Но, к сожалению, единственная лампочка на чердаке потухла почти сразу после включения, а взятый с собой фонарь продержался не намного дольше.

- Асаяке-тян, помоги с коробкой! Мне далеко до богини Кали, и рук у меня всего две, причем одна сейчас мало функциональная. И если вон та железная штука с полки свалится, то будет очень грустно.

Я отвернулась от окна, откуда открывался прекрасный вид на местность, и где было хоть немного света, и в полумгле приблизилась к смотрителю. Стукнулась коленкой о старый сундук, пока шла, чем вызвала смешок у Кагэ. Парень стоял на трехногой табуретке, слегка покачиваясь, держа в руках большую доверху набитую коробку. Её товарки уже лежали внизу ровными рядами, и коробка была последней на полке, за исключение железной банки, за которую она зацепилась углом. Двинь её смотритель чуть дальше, и банка полетела бы прямо на него, а поднимать обратно, видимо, было неудобно.

Черт, и почему я такого маленького роста? Пришлось встать на цыпочки, чтобы подхватить руками низ коробки, в то время когда парень аккуратно отодвигал банку в сторону.

В отличие ото всех предыдущих, коробка была на удивление тяжелой.

- Не возись! - прорычала я, ощущая, что руки начинают дрожать. Так и на ногу грохнуть не долго. На больную, по закону подлости.

- Потерпи немного, - табуретка под смотрителем опасно закачалась, когда парень вдруг лихорадочно зашарил по полке, и вскоре на меня сверху полетело что-то белое, мягко шлепнув по носу. В то же время вес коробки исчез, и Кагэ, с легкостью её удерживая, спрыгнул на пол. Потирая ноющие от тяжести руки, я наклонилась - под ногами лежал потрепанный запечатанный конверт.

- Нашёл под банкой - пояснил смотритель, слазав на табуретку еще раз и вернувшись со злополучной железкой. Добавил груз к остальным, затем посмотрел на внушительную гору коробок и спросил, - Будем спускать вниз или посмотрим здесь?

- Давай тут. Только к окну поближе, в темноте мне ничего не видно.

Всё еще держа письмо в руках, я вернулась к старому креслу, облюбованному у окна, и распечатала конверт. К великому разочарованию, обратного адреса, как и имени отправителя, на нем не было, а внутри лежал обычный засушенный кленовый лист. "Наверное, память от романтичной прогулки", - подумал я, и с вздохом положила конверт на узкий подлокотник.

А вот Кагэ оказался внимательнее, приметив на нем одну немаловажную деталь.

- Посмотри-ка на печать, - сказал он, пристально рассматривая разломанный сургуч. Внутрь он тоже заглянул, на всякий случай, но похоже не нашел там ничего интересного. Я поднесла конверт к свету - и ахнула: печать по форме идеально совпадала с одним из знаков на часах, оставленных дедом. К тому же теперь, вставший на дыбы единорог легко угадывался в хитросплетении линий, чего не было заметно в его уменьшенной копии.

- Может, нам стоит поискать какой-нибудь клён в округе? - задумчиво протянула я, заодно проверив листок на просвет. Но тот оказался обычным засушенным листиком.

- Их здесь не слишком и много, - подтвердил мою догадку Кагэ, и выглянув в окно, указал на восток, - У самой ограды посажено несколько штук, но относительно недавно, лет двадцать-тридцать назад. Вряд ли они помогут с решением проблемы. Если письмо связано с загадкой особняка, то нужно дерево много старше.

- Скорее даже трухлявый пень, - мрачно добавила я, прикидывая, сколько времени уйдет на исследование огромного сада. Неделя, не меньше. Это если не учитывать возросшую опасность лишиться руки или ноги от случайной царапины. А ведь остатки клена давно могут быть погребены под густой травой.

А самое обидное, если время будет потрачено впустую. Я пододвинула к себе верхнюю коробку, надеясь за работой отвлечься от грустных мыслей.

Наверное, прошло несколько часов, прежде чем я решила передохнуть. За окном заметно стемнело. Ленивые тучи набегали на скрывающееся за лесом солнце, и лишь изредка тонкие лучи прочерчивали сумерки алым сиянием. Снова поднялся ветер, на этот раз небольшой и игривый, покачивающий зеленые шапки деревьев. Вдали заунывно подвывало, и я не рискнула бы проверить, собака выводила вечерние рулады или зверушка покрупнее.

К сожалению, дальнейшие поиски чего-либо интересного не дали результатов. Мы перебрали половину коробок, вдоволь изучивши бумаги по покупкам садовых растений и принадлежностей и описанию различных сортов первых, но по дому ничего не обнаружили. Наглядевшись на расстроенную запыленную мордашку, Кагэ провел большим пальцем по моей щеке, стирая прилипшую к ней паутину, и преувеличенно бодро предложил отправиться спать. Мол, утро вечера мудренее.

Да кто бы спорил. Позевывая и через шаг спотыкаясь, я добралась до маленькой открытой крышки, едва не кубарем спустилась по ступенькам и, прихрамывая, отправилась в ванную. На подозрительно чистое зеркало в комнате я попросту не обратила внимания, слишком поглощенная своими мыслями и теплой водой.

Как оказалось впоследствии, абсолютно зря.

Вас когда-нибудь преследовало ощущение чего-то нехорошего, готового произойти в любую секунду, но старательно оттягивающего неизбежное, дабы насладиться паникой жертвы? Вы просыпались посреди ночи от тихого скрипа ступеньки, возможно даже безвредного и случайного? А если при этом нервы расшалились, и воображение подсовывает одну картинку страшнее другой? Как долго потом приходиться ворочаться, чтобы далеко не безмятежно уснуть!

Впрочем, даже до вызова легкой дремоты мне было трудиться и трудиться. Сон как рукой сняло. Я села, откидывая со лба спутанные волосы и машинально завязывая их узлом. Такая прическа продержится не долго, зато какое-то время непослушная копна не будет мешать. И почему я небрежно закинула ленту на трюмо, а не положила рядышком на подушку? Не понадобилось бы долго искать. А теперь придется идти через половину гостиной, сшибая по дороге стулья.

Прижавшись к очередному препятствию и зябко потирая пятки, я потихоньку привыкала к темноте. Сквозь неплотно задернутые шторы пробирались лунные лучи, и мгла потихоньку отступала, являя очертания окружавших меня предметов. Кресло, столик, старая ваза с засохшим букетом. В тусклом свете тени на стене приобретали самые разнообразные формы, словно старались напугать еще больше: а вдруг они на самом деле живые?

Сердце гулко бухнуло в груди, напоминая о том, что разбудил меня отнюдь не звонок будильника. Может, снова кошка в окно влезла? Ощущение недоброго взгляда усилилось, и, не вытерпев, я оглянулась через плечо. Выдохнула воздух сквозь плотно стиснутые зубы, прикоснулась к горлу, словно скрученному спазмом. И даже не заорала, хотя очень хотелось.

Хорошо все-таки иметь за плечами два неудачных похищения и троих постоянных преследователей. Меньше боишься неприятностей.

У стены напротив стояло зеркало. Старинное, красивое, в тяжелой раме. Правда, покрытое сетью трещинок, да не в том соль. Гораздо больше меня заинтересовала отражающаяся в нём черноволосая молодая женщина, в ярко-голубом платье, с тонкими, аристократичными чертами лица. В её внешности смешались простота и истинно королевское величие, столь редко встречающиеся у нынешних красавиц. Если бы в тот момент меня попросили описать фейри, то я не сомневалась бы ни на миг - ведь передо мной стоял идеальный образ. Однако моё присутствие в доме волновало женщину в последнюю очередь. Она смотрела влево, на полуоткрытое от ветра окно, в которое ловко влезала давешняя девочка-русалка. Я видела, как в отражении на пол падают капли, стекая с мокрых зеленоватых волос, и огромные глаза с прищуром глядят на таинственную незнакомку. Не удержавшись, я посмотрела назад. Окно действительно было открыто, и странно колыхались занавески, точно отодвигаемые невидимой рукой. Жуть…

Неосознанно, я вновь заглянула в зеркало, придвигаясь к нему поближе. Что-то в женщине вызывало у меня доверие, что-то знакомое проскальзывало в её чертах, вселяя уверенность в собственных силах. И не давало убежать.

Молчаливое противостояние длилось недолго. Женщина открыла рот, произнеся неслышные мне слова, и властным жестом взмахнула рукой. Вихрь, поднявшийся в отражении, прошелся и по реальной комнате, приподняв мою юбку и здорово охолодив ноги, а треск захлопнувшегося окна прозвучал громче грома в напряженной ночной тишине.

- Что случилось? - разбуженный шумом, в комнату влетел Кагэ. Но мое невнятное бурчание вряд ли могло служить ему ответом, а женщина в зеркале при его появлении сменилась обычным отражением. Отмахнувшись от тревожных расспросов смотрителя, я на не гнувшихся ногах дошла до злополучного окна и с тревожным сердцем посмотрела на растекшуюся лужу неприятного, илистого цвета. После чего старательно закрыла щеколду, для надежности проверив и остальные окна: как целые, так и недавно заколоченные. И только после этого ответила на вопрос Кагэ.

- Она приходила, - слегка дрожащим голосом сказала я, указывая в сторону сада. За окном безмятежно колыхались деревья, ничем не напоминая о минувшем кошмаре. Но мне всё равно было не по себе. Да и вряд ли в сложившейся ситуации могло стать иначе.

Смотритель побледнел. Я заметила, как сжались его кулаки, как медленно он выдохнул воздух, точно с трудом подавляя охвативший его гнев.

- Почему ты не позвала на помощь?

- Не смогла, - честно ответила я и кивнула в сторону зеркала. - Там была женщина, которая прогнала девочку-русалку.

- Женщина? - удивленно переспросил смотритель, и я кивнула. - Интересненькое дельце… - Парень подошел к зеркалу, прикоснулся к нему рукой, даже приподнял, обнаружив за ним темный круг: зеркало явно раньше не сдвигали.

- Женщина молодая и очень красивая. Готова поспорить, она не собиралась причинять мне вреда. Скорее, просто наблюдала. А затем в отражении появилась русалка, и мне кажется, они узнали друг друга.

Присев на диван, я со смешком потеребила растрепанные волосы, собираясь с мыслями, и продолжила.

- Если честно, то поначалу происходящее выглядело, словно ночной кошмар, настолько оно было нереально. Но после всего происшедшего, я не знаю, во что верить. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. Ожившие зеркала, оборотни, ходячие утопленницы - фильм ужасов какой-то! Вот только доказательства чересчур болезненны - слишком реальными оказываются раны от моих призраков.

Только сейчас я заметила, что меня колотит сильная дрожь - запоздалая реакция на испуг. Смотритель легонько обнял меня за плечи и приподнял с дивана, указывая на дверь.

- Знаешь, поспи-ка лучше на кухне, - тихо сказал Кагэ, подхватывая с кровати тонкое одеяло и подушку. - На твою честь, обещаю, я покушаться не буду, да и не в том я состоянии. Зато так спокойнее. Лады?

Кивнув, я последовала за ним. После событий сегодняшней ночи мне было чихать на все правила приличия, установленные фамилией. К тому же, я могла занести это в раздел непредвиденных ситуаций, в которых надо действовать по обстоятельствам.

Разобранный диван оказался на удивление мягким и широким, и мы со смотрителем свободно уместились на нем вдвоем. Я тихонько хихикнула - при желании даже Югата влез бы. И всё-таки есть свои плюсы в том, что он в больнице. Узнай адвокат о происходящем, наверняка снова полез бы в самое пекло. А мне совершенно не хотелось подвергать его новой опасности. Да, и насчет Югаты.

- Кагэ, послушай…

Перевернувшись на другой бок, я увидела мерно поднимающуюся спину смотрителя. Уже заснул? Не успела я уверовать в своем решении, как парень лениво оглянулся через плечо, и приложил палец к губам.

- Только ему завтра ничего не говори!

Кажется, мы произнесли это одновременно.

 

Глава 5.

"Немного необычно, но приятно", - вот первая мысль, пришедшая Кагэ в голову, когда поутру он проснулся в объятиях своей нынешней нанимательницы. Голова Асаяке доверчиво прильнула к его груди, а руки обнимали талию, словно любимую подушку. Спящая, девушка выглядела донельзя хрупкой и милой. Соблазнительно пухлые губы что-то прошептали во сне, и смотритель с сожалением отверг идею воспользоваться ситуацией и разбудить наследницу семьи Хасу нежным поцелуем. Слишком ярко представил, что с ним сделает Югата, если узнает о произошедшем. Радостное настроение чуточку померкло.

Аккуратно высвободившись, чтобы не потревожить спящую подругу, Кагэ поднялся и вышел на крыльцо, с удовольствием подтягиваясь. Разделся, небрежно бросив одежду на ступеньки, затем опустился на четвереньки, на миг вздрогнул от боли в позвоночнике и побежал в сад уже огромной кошкой. Пока Асаяке не встала, он мог спокойно поразмяться в звериной шкуре и заодно проверить территорию - не забредал ли кто-нибудь ночью, помимо уже известной русалки.

Опустив нос к земле, тщательно принюхиваясь, Кагэ направился в сторону ограды. Сырая от росы трава холодила лапы, отчего шерсть намокала и слипалась, но парень давно научился не обращать на это внимание. Если бы кто спросил его, боится ли он своей второй ипостаси, Кагэ твердо ответил бы "нет" - он никогда не терял власти над разумом, да и кошки внутри него как таковой не было. Смотритель всегда оставался самим собой, вне зависимости ходил ли он на двух или четырех конечностях. Единственная неприятность состояла в боли от превращения, когда тело приобретало новую форму.

Добежав до калитки, парень остановился, прислушиваясь. Нет, ему не показалось. Это был шорох шин по дороге, причем совсем недалеко от особняка. Вот незадача, незваные гости пожаловали. А он только вошел во вкус! Круто развернувшись, Кагэ со всех лап припустил обратно.

Времени до звонка аккурат хватило, чтобы перекинуться, надеть брюки, ботинки и накинуть рубашку. На ходу застегивая пуговицы, смотритель пошел к воротам, даже не особо стараясь пригладить малость вздыбленные волосы: в конце концов, было раннее утро, когда все порядочные граждане спокойно спят.

"Не к добру такие гости", - подумал парень, разглядев новоприбывших. Ждущий у ворот пожилой мужчина при появлении Кагэ доброжелательно заулыбался, чего нельзя было сказать о двух высоких телохранителях за его спиной. Смотритель присвистнул - Югате до такого хладнокровия учиться и учиться! Но всё-таки интересно, к чему такая встреча? Может, к Асаяке решили наведаться родственники? Блестящий черный ягуар, на котором приехали гости, стоял невдалеке от ворот и явно указывал на высокое благосостояние владельца. "Что ж", - решил смотритель, - "в любом случае будем вежливы. Отложим на время возопившую о неприятностях интуицию и попытаемся разузнать что-нибудь о гостях".

- Доброе утро, - коротко поклонился парень.

- Здравствуйте, здравствуйте. Вы, наверное, Кагэ-сан, смотритель особняка? Премного наслышан! Позвольте войти, у меня есть интересное предложение для новой владелицы дома, - мужчина сделал шаг к воротам, но Кагэ и не подумал их открывать, продолжая наблюдать за гостями из-за ограды.

- Простите, но Асаяке-сама не предупреждала о столь ранних посещениях. Я настоятельно рекомендую Вам зайти позднее, - как можно любезнее ответил смотритель, не сводя глаз с лица мужчины. Ответная улыбка посетителя стала весьма натянутой.

- Госпожа еще не проснулась, - спокойно добавил Кагэ, продолжая вежливо улыбаться.

В голосе мужчины прорезалось недовольство.

- И всё же я настаиваю на визите. Дело не терпит отлагательств. Передайте Хасу-сама, что я представитель семьи Кенрёку и приехал издалека. Уверен, она слышала о нашей фамилии, и будет рада встретиться. Возможное сотрудничество выгодно для обеих семей.

Сказано это было настолько уверенным тоном, что не вызывало ни тени сомнения. Да и о Кенрёку смотритель неоднократно слышал из новостей. Но то, что он знал, не внушало особой радости - семья была влиятельна и опасна. Несколько раз их подозревали в довольно крупных финансовых махинациях, и только благодаря связям в высоких кругах их фамилии до сих пор удавалось избегать суда. Поэтому Кагэ был уверен, что Асаяке не захочет иметь с Кенрёку никаких дел. А значит, стоило заранее готовиться к неприятностям.

- Хорошо, подождите. Я доложу хозяйке о Вашем визите.

Направляясь к дому, смотритель невольно вспомнил суровую маску адвоката и вздохнул. Эх, жаль, что Югата, с его высшим образованием и обширными знаниями, не смог встретить столь важных гостей. Какую практику потерял! И всё же, что заставило их приехать в такую даль?

Почему-то парню совсем не хотелось знать ответа на этот вопрос.

День не задался с самого утра. Хотя нет, неприятности начались даже раньше, еще с полуночи, когда в гостиную пытался влезть монстр с совсем недружелюбными намерениями. Но после того как на рассвете меня разбудил хмурый смотритель, поведав о новоприбывших гостях, я окончательно уверовала в своем решении.

И что, простите, прикажете делать с этим представителем семьи Кенрёку? Наши фамилии никогда не сотрудничали, и насколько я знала брата, подобное не рассматривалось даже в далёком будущем. На всякий случай я, конечно, позвонила тётушке, но та сонно попросила меня разобраться самой, на худой конец вежливо отправив гостей куда подальше, и спокойно ушла досыпать. Я попыталась связаться с братом, но и тут потерпела фиаско - как сказала невестка, ответившая по телефону, брату недавно предложили новый проект, и теперь он просиживает над ним все ночи, проверяя каждую мелочь. Дозвониться до него с утра нет никакой возможности. А, следовательно, со всеми проблемами придётся разбираться самостоятельно.

Приведя себя в порядок и переодевшись в официальный костюм (надо сказать спасибо сестре, помогающей собирать вещи - именно она положила его в чемодан, несмотря на мои возражения), я попросила Кагэ позвать посетителей. Конечно, внешний вид гостиной был не слишком презентабельным, но после генеральной уборки комната, по крайней мере, стала чистой и аккуратной, а старинная мебель добавляла ей определенный шарм. Не стыдно и гостей принять. Если не показывать им остальной дом, разумеется.

Я уселась на кресло рядом с камином и достала свои записи касательно ремонта. Не терять же время даром, дожидаясь появления визитёров! Впрочем, надо отдать им должное - я успела сделать только краткий набросок расчетов. Представитель семьи Кенрёку не заставил себя долго ждать.

При появлении гостей я встала и, согласно этикету, поклонилась.

- Здравствуйте. Добро пожаловать в мой дом.

- Доброе утро! Разрешите представиться: Гинко Кенрёку, - вошедший в гостиную пожилой мужчина ответил на мой поклон и протянул визитную карточку, не отрывая при этом испытующего взгляда. - Для меня большая радость познакомиться с Вами. Я был на презентации Вашего последнего проекта - галерея "Поздняя осень" - и полон восхищения! Но, к сожалению, так и не смог найти Вас на приёме, чтобы познакомиться.

- Благодарю. Присаживайтесь, пожалуйста. Чаю?

- Не откажусь, - мужчина кивнул, и я жестом попросила Кагэ сходить на кухню.

- К сожалению, тогда я не смогла присутствовать на вечере. Но, думаю, моим помощникам будет приятно услышать столь лестные отзывы о проекте.

Я скромно улыбнулась, ровно настолько, чтобы не показаться невежливой. Комплименты я не любила, предпочитая скупую похвалу восторженным отзывам. Заметив недоверие к его словам, гость поспешил смягчить ситуацию:

- Прошу прощения, я не хотел Вас обидеть. Но я не капли не преувеличил. Напротив, искренне надеюсь, что однажды Вы сможете сотворить для нашей фирмы нечто подобное!

- Так Вы хотите сделать заказ? - оживилась я. В последнее время сотрудники жаловались на большой объём работы, и загружать их лишний раз я не хотела. Но у меня-то сейчас был отпуск, за который я вполне могла нарисовать небольшой проект. А деньги лишними не бывают.

Однако моим планам не суждено было сбыться.

- Ни в этот раз, - уклончиво ответил мужчина, и с любопытством оглядел комнату. - Знаете, я специалист по недвижимости…

- Да, я прочитала на визитке, - кивнула я, ожидая продолжения и подозревая, что ничего хорошего в нём не будет.

- И Ваш особняк меня заинтересовал. Я бы хотел его приобрести, - прямо закончил он.

- Почему? - вырвалось у меня невольно. Насколько мне было известно, семья Кенрёку приобретала землю под крупные торговые центры и дома отдыха, но особняк в глухомани явно не подходил для таких вещей.

- Затем же, зачем его приобрел уважаемый Кенки-сан: чтобы иметь возможность уединиться и насладиться тихой жизнью. Мирный лес вокруг, уютный маленький городок, чистый воздух - что может быть приятнее после тяжелого и суетливого рабочего года? О, благодарю, - Гинко аккуратно взял в руки фарфоровую чашку с ароматно дымящимся чаем и блаженно вздохнул. - Просто превосходно! Асаяке-сама, Вы не обидитесь, если я попробую увести Вашего помощника? В моем доме ему определенно нашлось бы подходящее место.

- Не стоит стараться, у меня только одна госпожа, - ровно ответил Кагэ, прежде чем я успела что-либо вымолвить, и встал за моим плечом, неуловимо напомнив Югату. Думаю, он нарочно скопировал его действия, чтобы создать для меня видимую защиту. Но в то же время я еще острее почувствовала нехватку поддержки надежного адвоката.

- Очень жаль, - без особого сожаления отметил гость и повторил своё предложение, - Так что Вы думаете насчет продажи дома? Поверьте, цена будет более чем достаточной.

Я прикусила губу, задумавшись. Ответить резким отказом значило оскорбить гостя, но оставлять семье Кенрёку возможность часто бывать в моем доме не хотелось. Наконец, я приняла решение.

- Гинко-сан, извините, но ни в моей компетентности решать подобные вопросы. Тем более что семейный консультант, занимающийся моими делами, сейчас болен. Если Вы настаиваете, то я сообщу фамилии о Вашем предложении. Однако в случае, если компания предоставит мне право решать, оставлять дом или продавать, то мой ответ будет для Вас неудовлетворительным.

- Вы уверены, что поступаете правильно? - мужчина наклонился вперед, прищурившись, и понизил голос до заговорщического шепота, - Наша фамилия влиятельна. Что, если помимо денег за дом мы поможем Вам приобрести вес в компании? Быть младшей в семье довольно трудно.

- Надеюсь, Вы сейчас не хотели меня оскорбить? - я вопросительно приподняла бровь, и ледяным тоном продолжила, напрочь игнорируя сказанное собеседником, - Вы услышали мой ответ. Ваши координаты есть на визитке, и если семья Хасу решит продать особняк, я свяжусь с Вами. Сожалею, что наше знакомство было недолгим, Гинко-сан. Однако Вы наверняка устали за столь долгую дорогу, и Вам не терпится вернуться в гостиницу и отдохнуть.

Я встала, и гостю ничего не оставалось, как, скрипнув зубами, последовать моему примеру.

- Не пожалейте о своем решении, Асаяке-сама, - сказал напоследок Гинко, выходя из дома. Я промолчала, сделав вид, что не расслышала. И только когда черный ягуар скрылся из виду, позволила себе выдохнуть и расслабиться.

- Наших неприятностей прибавилось? - невесело поинтересовался Кагэ, бережно передавая мне чашку с кофе. Я сделала крохотный глоток, смакуя горький вкус, так похожий на мое настроение, и согласно кивнула.

К моему несчастию, на досадном визите гадости дня не закончились. Робко выглянувшее поутру солнышко заволокло тучами, отложив на неопределенное время наметившийся поход на кладбище, а когда маленький дождь перерос в ливень, выходить из дома и вовсе расхотелось. Ожидая улучшения погоды, я бродила по гостиной, перебирая в уме кучу появившихся дел, затем писала финансовый отчет брату и совсем не смотрела на время, а потому раздавшийся звонок Югаты застал меня врасплох.

- Асаяке-сама, во что Вы снова влезли? - вот был первый вопрос, вместо приветствия заданный мне бдительным адвокатом, и прежде чем я успела ответить, он продолжил. - Буквально пять минут назад от меня ушел представитель семьи Кенрёку, с недвусмысленным предложением за определенную плату убедить Вас продать дом. Разумеется, я очень вежливо отказал ему и попробовал заверить в бессмысленности затеи, но… У этой фамилии есть привычка добиваться своей цели любыми методами. Я боюсь, что Ваша жизнь может быть подвержена опасности.

- Да понимаю я это! Но что делать? - я присела на краешек дивана, грызя колпачок; никак не могу отучиться от дурной привычки, - Даже если бы я хотела продать дом, то не стала бы, потому что в нем творится много странностей. И мне совсем не нравится становиться причиной чьей-либо смерти. Даже если это будет совершенно незнакомый мне человек. С другой стороны, кажется весьма подозрительным, что вопрос о покупке особняка возник именно сейчас.

- Я тоже об этом подумал, - согласился Югата и добавил. - Если удастся выпросить у врача ноутбук, хотя бы на часик, то попробую связаться с несколькими бывшими однокурсниками. Они работают на эту семью. Может, скажут что-то любопытное. А вы посмотрите последние новости о Кенрёку и их сделках. Иногда в СМИ проскальзывает полезная информация. И будьте осторожнее!

- Договорились. Вечером я заеду к тебе, обсудим, что делать дальше. Кстати, как ты сам? Что сказал врач? Ой, ничего не слышно! - я отодвинула сотовый, морщась от неприятного шипения в трубке, но вскоре голос парня стал, несмотря на сухой треск, вполне различимым. Адвокат терпеливо повторил.

- Сказал, что всё заживает быстро, осложнений нет, и потому завтра выпишут. Только не надо спорить! - предупредил Югата мое возмущение. - Одзё, я слишком хорошо знаю, как Вы умеете влипать в неприятности. Поэтому сейчас мое присутствие рядом просто необходимо, - и уже мягче, намного спокойнее добавил. - Мне нельзя делать резких движений и поднимать тяжести, а для этого вовсе необязательно лежать в больничной палате, правда? Обещаю, что буду вести себя настолько аккуратно, насколько возможно.

- Ох, тебя не переспоришь, - обреченно вздохнула я. - Хорошо, выписывайся. Но я зайду к врачу и если узнаю, что ты меня обманул, то уволю.

В трубке и одновременно рядом под ухом скептически хмыкнули. А затем неслышно подошедший смотритель бесцеремонно выхватил у меня телефон.

- На твоем месте я бы не торопился с выпиской, - елейным голоском сказал Кагэ, отодвигаясь от меня подальше, - Полежи в больнице, отдохни, наберись сил. А я пока позабочусь об Асаяке-тян. Поверь, у нее не будет времени, чтобы скучать, - с весьма двусмысленной интонацией закончил парень и выключил трубку. Хитро улыбнулся, бросая мне сотовый, который я еле успела поймать.

- Вот теперь он точно сделает все возможное, чтобы скорее выздороветь, - пояснил смотритель, садясь на диван и беспечно откидываясь на спинку, жмурясь от теплого огня в камине. Он выглядел донельзя мило: растрепанные волосы, самодовольная усмешка и невероятная грация в каждом движении и жесте - точно породистый кот пришел погреться у домашнего очага. Заметив мой взгляд, парень повернулся ко мне и, лукаво прищурившись, мягким баритоном спросил:

- А может ты хотела побыть со мной наедине, Асаяке-тян?

- Не дождешься, - выдохнула я, размышляя, не запустить ли в него чем-нибудь тяжелым. Но как назло ничего подходящего под рукой не оказалось, и возмущенно передернув плечами, я ушла на верхний этаж, обследовать комнаты. Однако треск от громко хлопнувшей двери не заглушил искренний смех, раздающийся из комнаты.

Двадцать четыре с половиной - это количество ступенек, которое я насчитала, поднимаясь наверх. Половинкой стала последняя, провалившаяся, и почему-то немного меньшая по высоте, чем остальные. Присев, я потрогала дерево: верхняя часть ступеньки была явно тоньше, чем требовалось. Да и цвет, если приглядеться, немного отличался.

Если подумать, то чем не место, чтобы спрятать что-либо ценное?

Не особо надеясь на успех и стараясь не пораниться, я вытащила сломанные деревяшки, оставляя в ступеньке приличных размеров дыру, куда беспрепятственно могла пролезть рука. Изогнувшись, почти ложась на лестницу, я посветила внутрь фонариком, встроенным в телефон, и увидела нечто светлое в самом углу. Поколебавшись - паутины в доме было предостаточно, и ощущать, как по пальцам что-то ползает, мне хотелось, - я всё-таки протиснула ладонь в щель. Вытащенный на свет, это оказался железный сундучок с полукруглыми краями и мудреным замком, который я даже не сразу заметила. Вместо привычной замочной скважины по краю крышки шел замысловатый узор, показывающий, что ключ будет не один, однако в тайнике больше ничего не обнаружилось. Я смахнула носовым платком пыль, чуть не расчихавшись, и огорченно вздохнула: витиеватая надпись в старинном стиле, выгравированная на крышке, настоятельно рекомендовала не взламывать замок, а найти ключи.

Что ж, открыть сундук не получилось, и мучимая любопытством (и что скрывать - алчностью: а вдруг там старинные украшения? - хотя позвякивания не было слышно), я подавила обиду и решила обратиться за помощью к Кагэ. Однако, как ни прискорбно, смотрителя в гостиной уже не было.

На кухне я его также не нашла, и когда в растерянности выглянула в сад, успела увидеть промелькнувший вдалеке черный хвост. Что ж, оставалось надеяться, что разминка Кагэ будет не долгой.

Зато прекратился ливень, и дождь теперь накрапывал противной моросью, не мешающей, впрочем, выйти из дома. Раз уж погода позволяет, то обследование дома можно отложить - подумала я. Вернувшись в холл и накинув куртку с капюшоном, я решила поискать клен, лист которого был в странном письме. За сохранность сундучка я не волновалась и потому, оставив его на кухонном столе, спокойно выбежала на улицу.

Интересно, с чего бы начать? Мысленно разбив сад на несколько частей, начиная от ворот, я пошла направо, в сторону заброшенного фонтана. Его я заметила уже давно, во время переезда в дом, но все никак не успевала посмотреть. Зря, как оказалось. Потускневший от непогоды и отсутствия ухода, фонтан всё еще представлял собой достойное зрелище. Это был миниатюрный цветник, выполненный в камне, с небольшой добавкой металла. Видимо, некогда из искусно вырезанных чашечек цветов лилась вода, но теперь старые статуэтки печально застыли, непонимающе наклонив маленькие головки.

Я обошла фонтан по кругу, любуясь творением неизвестного мастера. Насколько всё было выверено, точно, изящно! Словно скульптор рисовал по особому шаблону, создавая ему одному понятный рисунок. И если посмотреть на него сверху…

Заметив неподалеку старый ясень и поддавшись внезапному порыву, натолкнувшему меня на эту мысль, я залезла на дерево, ничуть не боясь запачкать парадный костюм. Сказать по-честному, действовала я тогда больше на эмоциях, и когда сообразила, осторожничать было поздно - на бежевой ткани отпечаталась парочка темных пятен.

Хорошо, хоть часы не забыла переложить в куртку, а то все старания были бы напрасными. Балансируя на ветке и искренне надеясь не упасть, я открыла крышку, сверилась - и поразилась везению. Сверху фонтан действительно был схож с изображением, стоящим около двух часов.

- Что ты там делаешь, Асаяке-тян? - окликнул меня знакомый голос, и, вздрогнув от неожиданности, я как спелая груша свалилась с дерева. Успела сгруппироваться, присев на полусогнутые ноги, хотя воздух вышибло. Выглядывающий из-за кустов смотритель неприкрыто смутился.

- Извини, не ожидал, что ты так среагируешь. Очень больно? - спросил он и, получив озлобленный взгляд, пробормотал что-то вроде извинений. На минутку скрылся из виду, щегольнув в просвете обнаженной спиной, и подошел ко мне уже крупной кошкой. Просительно потерся о ноги, оправдываясь как настоящий кот - и я машинально почесала за большими ушами, услышав в ответ довольное мурлыкание. Тьфу, и чем только занимаюсь!

- Я нашла еще один совпадающий символ: фонтан. Но убейся, не понимаю, что он может значить. Может, ты сможешь что-нибудь почуять или увидеть, пока находишься в таком состоянии? - долго объяснять Кагэ не пришлось, и он, прыгнув за бордюр, начал обнюхивать скульптуры. А я тем временем присела на корточки, изучая низ фонтана. По бордюру шел венок из крупных ромашек, и на одном участке лепесток как будто отвалился. Я попробовала приладить его обратно и как ни странно, сдвинутая часть с легкостью вернулась на место, издав далеко немелодичный звук заработавшего механизма.

Зашипев, что явно выражало неудовольствие моими действиями, Кагэ выпрыгнул из фонтана. И вовремя: со всех сторон ударили струи рыжей от ржавчины воды, многократно пересекаясь и образуя своеобразную клетку, а цветок в центре фонтана, с плотно сомкнутым бутоном, начал медленно раскрываться. Когда лепестки растворились полностью, пред нами предстал пестик, выпадающий своей формой из общей скульптуры.

Это был маленький изящный ключ.

- Ш-ш-ш!

Стоило мне запрыгнуть на бордюр и протянуть руку, как смотритель дернулся всем телом, сбивая с ног и отталкивая от фонтана. Видимо, на том мое везение и кончилось: я хорошо приложилась о землю, расцарапав ладони и чувствительно треснувшись затылком.

- С ума сошел?! Ты что делаешь?

Однако в ответ на мое возмущение кот только лениво лизнул мою руку, и я вздрогнула. Оттолкнул он как нельзя вовремя: несколько капель, успевших попасть на куртку, прожгли в ней аккуратные дырочки.

- Да здесь хоть где-нибудь можно побыть спокойно, не опасаясь за свою жизнь? - возмутилась я, с трудом встала, отряхнулась и с извинениями погладила Кагэ по шерстке, - Кто же знал, что это не вода, а кислота? И как теперь доставать ключ?

Просунутая на пробу палочка за секунду перегорела в трех местах, ссыпаясь вниз маленькими обломками и там же медленно растворяясь. Я поёжилась, представив, чтобы со мной было, попади я под струю.

Мягкое прикосновение лапы на время отвлекло меня от грустных мыслей. Добившись внимания, смотритель указал черной мордой на вход в дом и неспешно потрусил туда. Я последовала было за ним, но кот остановился, обернулся, покачал головой и побежал дальше. Ну, не надо, так не надо. Я возвратилась к фонтану, кинула на дно монетку и стала смотреть, что с ней произойдет. Минуту, другую. Особых изменений не обнаружилось, и я решила, что на металл кислота влияет хуже. Но что это нам даст? Сквозь струи воды ключ был виден намного хуже, но никакого кольца, за которое его можно было бы подцепить на железный прутик, не было.

Находиться рядом с фонтаном было неприятно, еще страшнее прикасаться к нему, но я всё-таки дотронулась до бордюра, надеясь повернуть лепесток обратно. Как бы ни так! Теперь он сидел точно влитой, и даже двумя руками я не смогла передвинуть его ни на миллиметр.

- Допустим, ловушка была однозарядной, - размышляла я вслух, после того как простукала все подозрительные места и передергала за каждый выступающий листочек. - Но ведь должна она как-то выключаться. А если выключится, то не вернется ли ключ на место, то есть внутрь закрытого бутона? Замкнутый круг… - я в раздражении прикусила губу.

- Если только ключ и не является выключателем, - добавил позади мягкий голос, и Кагэ, наспех одетый, судя по кое-как застегнутой рубашке и мятым брюкам, босиком ступая по жухлой траве, приблизился к фонтану. - Хорошо не выбросил, как чувствовал, что пригодится!

С этими словами он протянул в фонтан кочергу с привязанным на кончике несколькими слоями проволоки магнитом. Такие магнитики выдавали в продуктовых магазинах при покупке фирменного чая. Я даже успела заметить торговый знак, до того, как пластик начал плавиться, выделяя неприятный запах. К счастью, сам магнит оставался целым, и не отпадал.

- Аккуратнее, не урони, - сдавленно прошептала я, глядя на круг из дырочек-стоков прямо под лилией, когда Кагэ ловким движением прикоснулся к ключу, отрывая его от цветка. В то же время лепестки стали смыкаться, и смотритель резким движением отдернул палку. Ключ передвинулся к самому краю магнита, и я вдруг поняла нашу ошибку - мы не учли, что струи фонтана могут не только жечь, но и сдвигать.

Кагэ осознал это немного позже, когда ключ под напором угасающей струи серебристой рыбкой скользнул вниз, а я, напротив, рванула вперед. Смотритель сумел поймать меня за талию, не давая упасть в фонтан, а вот вытянутую руку перехватить не успел. Время, казалось, замедлило ход. Я почувствовала, как обжигает кислота, пока не больно, просто жжение на ладони и слабее на запястье, защищенном курткой, потом ключ оказался в руке, а я крепко прижатая к Кагэ - в стороне от фонтана.

- Дура! - рявкнул смотритель, без лишних вопросов снимая с меня прожженную кислотой куртку и откидывая ее в сторону. Пиджак с зигзагообразной дырой последовал за ней.

До того, как нарастающая волна боли достигла пика, затуманив разум, я успела увидеть тройку длинных потихоньку темнеющих ожогов, приобретающих отвратительный коричнево-черный цвет.

Дальнейшее запомнилось урывками, короткими яркими моментами, прерываемыми новой болезненной волной. Кагэ бежал в дом, и сплошная полоса, в которую превратились кусты и деревья, вертелась перед глазами цветным калейдоскопом. На руках у смотрителя было намного горячее, чем у адвоката, что с легкостью объяснялось физиологий Кагэ. Ведь нормальная температура тела кошки около тридцати девяти градусов. Однако тепло не было облегчением. Напротив, мне хотелось засунуть ладонь в ящик со льдом, чтобы хоть ненадолго убрать жжение… На центральной дорожке мне почудилось, что в кусты у особняка метнулась кошачья тень. Из-за сильного удара распахнутая дверь кухни, гулко хлопнула о стену и слегка покосилась. Я отмечала это машинально, чтобы хоть немного отвлечься, пока струя воды из-под включенного на полную мощность крана смывала с кожи остатки кислоты.

Через какое-то время смотритель решил, что промывки достаточно, и аккуратно наложил мне на ладонь повязку. Я нашла в себе силы улыбнуться иронии судьбы - еще вчера делала для него нечто подобное. Теперь у нас двоих будут шрамы - у Кагэ извилистые и маленькие, а у меня несколько параллельных длинных. Хотя, - я посмотрела на руку смотрителя, почти полностью залечившуюся, - на мне так быстро не заживет.

Подсунутая обезболивающая таблетка оставила во рту неприятную горечь, а стакан с водой звучно стукнулся о зубы. Кагэ легонько придерживал меня, пока не перестало трясти от нервов и пережитого, и только минут через десять отпустил.

- Ключ не потерял? - спросила я, потихоньку приходя в себя, и смотритель вытащил его из кармана брюк, небрежно бросая на стол. Ключ выглядел немного поцарапанным, но не сильно поврежденным.

- Неужели он того стоил? - скрывая кипевшую внутри ярость, спросил парень. Его собственные ладони тоже были слегка повреждены, но содовый раствор, помноженный на повышенную регенерацию, с легкостью убрал с них воспаление.

Я промолчала и подошла к сундучку. Обратила внимание на покрывающие его рисунки, узнавая знаки на часах - сильно искореженное подобие, но все-таки… Попробовала так и эдак, левой рукой было не очень удобно, но наконец, нашла для ключа нужную скважину. Он вошел в нее с легкостью. Раздался щелчок.

- Еще одиннадцать, - насчитала я. - Одиннадцать ключей для того, чтобы найти решение загадки.

В том, что именно оно спрятано в загадочном сундуке, я больше не сомневалась.

На сегодня приключений хватило, и потому, решив больше не искушать судьбу, через час мы отправились в больницу. Пешком, по знакомой дороге, порядком раскисшей от дождя. Я вполголоса сетовала на собственную глупость, позволившую оставить машину в городе, и плотнее куталась в пальто адвоката, прячась от падающих с деревьев от порыва ветра капель. Кагэ поначалу напевал песенку, но затем умолк, задумавшись о чем-то своем. Он принял во внимание высказанные мною предположения, но все равно считал поступок опрометчивым, мотивируя тем, что догадки это хорошо, но здоровье все-таки дороже.

"А с деньгами-то у меня не густо, - вдруг подумалось мне, когда я вспомнила о необходимости покупать новую куртку. Обожженную кислотой одежду в целях безопасности пришлось выкинуть. - Основные сбережения на карточке, которой воспользоваться в таком маленьком городе негде, а денег в кошельке от силы хватит на оплату лечения адвоката…"

- Кагэ, в городе есть банк? - спросила я, догнав смотрителя и потянув его за рукав. Долгую минуту парень мучительно вспоминал и наконец, кивнул.

- Рядом с мэрией маленький филиал. Сделаем небольшой крюк и зайдем по дороге. Много времени не займет, - оптимистично заявил он.

Однако, как я отмечала ранее, день не задался. "Небольшой крюк" обернулся весьма приличным расстоянием, когда подойдя к ведущему в город мосту, мы обнаружили, что он разрушен. Вокруг суетились рабочие, жаловались на непогоду граждане, такие же промокшие как мы. А так как за городом был выстроен парк, где отдыхали пожилые люди, встречались влюбленные парочки и играли дети, народу было предостаточно.

- Не подскажите, что произошло? - с милой улыбкой поинтересовалась я у сидящих на скамеечке бабушек. Неподкупные старушки окинули меня придирчивым взглядом, с недовольным прищуром отметив явно мужское пальто на плечах, и самая бодрая, в модной шляпке, более подходящей молодой даме, ответила:

- Да речка наша, Шидзука, из-за дождей разлилась. В этом году весна-то беспокойная! А мост старый совсем был, вот его и разрушило.

- Почитай, лет тридцать без ремонта стоял, - добавила ее соседка, и они дружно вздохнули.

- Скорей он от старости развалился, - буркнул Кагэ, без церемоний подхватывая меня под локоток и уводя прочь. Вслед раздалось пронзительное перешептывание.

- Я не хочу знать, о чем они говорят, - предупредила я смотрителя, уши которого легонько подергивались, а губы стали расплываться в знакомой усмешке. Парень хмыкнул, но промолчал. - Куда идем?

- В больницу, конечно, - удивился смотритель. Его легкий шаг слегка замедлился, чтобы мне не приходилось бежать.

Я непонимающе уставилась на него.

- Но ведь нам в другую сторону! - я обернулась на уходящую в лес дорогу, разветвляющуюся где-то через полкилометра.

- Ты же сама хотела в банк, - терпеливо пояснил Кагэ, - Так что помолчи, пока я сориентируюсь и вспомню.

Я послушно проглотила рвущийся с языка вопрос, и просто шла рядом, с любопытством смотря по сторонам. Видимо, эта часть парка была менее популярна, из-за обилия разросшихся кустарников и большого количества крупных валунов. За десять минут нам встретилось всего две парочки, которые, как я полагаю, мечтали где-то уединиться, и один подросток, сосредоточенно копающий железным совком под деревом. При виде Кагэ он оживился, махнул было рукой, но увидев рядом меня, заметно смутился.

- Это Ёрики, местный детектив-любитель, - пояснил смотритель, поприветствовав мальчика в ответ. - В прошлом году он половину лета провел в лесу у особняка. Там и познакомились. Занятный парнишка, веселый и знает много, - резко остановившись, Кагэ вгляделся в росшее неподалеку и дерево и радостно объявил, - О, почти пришли!

Бесстрашно пройдя ближайшие к нам кусты (мне пришлось поднять руку, чтобы не задеть больное место, а веточка, скользнувшая по ноге, напомнила про другую царапину), мы вышли к реке. Теперь я понимала, что искал Кагэ: крупные камни выстраивали в воде своеобразный мостик, по которому вполне можно было перебраться на другой берег. Если умеешь хорошо прыгать и держать равновесие, конечно.

- Забирайся, - смотритель присел, демонстрируя мне изящную спину.

- Да я как-нибудь сама, - попятилась я, с трудом представляя себе что-то подобное. Меня никогда не носили на спине, и если честно, я не особо горела желанием испытать столь яркие ощущения.

- Хочешь сказать, что допрыгаешь до берега по скользким камням? С ноющей ногой? - парень иронично приподнял бровь. - Прости, конечно, но нет ни единого шанса, что ты справишься.

- На дерево ведь залезла, - обиженно отметила я. Не добавляя про падение с оного. Вздернула нос, не желая признавать свои слабости, и уверенно ступила на первый камень. Было чуть-чуть шатко, однако держаться можно.

- Ловить не буду, - предупредил Кагэ, махнув рукой на мое упрямство. Стремительной стрелой пронесся по камням, едва касаясь их подошвами, и с улыбкой уселся на поваленное бревно на другой стороне реки.

Преодоленный мной маршрут приравнивался к пяти камням из одиннадцати, когда я почувствовала, что начинаю медленно падать. Взмахнула руками, удерживая равновесие, перепрыгнула дальше. Дно было видно как на ладони, светлый песок в мелких камушках, и я уже знала, что вода весьма холодна. Внеплановое купание не прельщало.

- Почти половина, молодец! - крикнул смотритель, в это время преспокойно лузгающий семечки. - Дальше камни поменьше, так что прыгай аккуратнее!

Я промолчала. За следующий прыжок надо было преодолеть метра полтора, и при этом прочно встать на камень, а тот как назло был угловатый. Отсюда и не разглядишь, как правильнее приземлиться.

Наконец, я прыгнула. Глазомер меня не подвел, под ногами оказалась опора и я выдохнула. Однако я не учла одно маленькое обстоятельство - невысокий каблук на сапожках. Скользнув по краю камня, нога предательски подкосилась, и я полетела в воду.

Однако ожидаемого "бух" не последовало.

- Говорил ведь, что упадешь!- лениво возмутился Кагэ, с насмешкой глядя в мое перепуганное лицо. Выглядело так, будто он без труда удерживает равновесие. Развернувшись, смотритель на руках донес меня до берега, где сразу отпустил. Но я успела заметить, как на повязке, скрывающей шрам, появилась пара капель крови.

"Перенапрягся, и шрамы разошлись", - с чувством вины поняла я.

- Извини.

- Да чего уж там. Знаешь, ты смелая, хоть и глупая. Даже не знаю, плохо ли это, - неожиданно сказал Кагэ, и, притянув к себе, ласково потрепал по макушке. Без всякой задней мысли, как хорошего друга.

А я вдруг подумала, что нашла еще одного человека, которому могу доверять.

 

Глава 6.

Харука Атсуй проснулся в своем рабочем кабинете от телефонного звонка. Из-за неудобной позы тело затекло, а руки и вовсе онемели, не желая слушаться. На щеке врача четко отпечатались слова с недавно оформленного выписного листа. "Надо же, угораздило заснуть во время обеденного перерыва!" - с грустью подметил мужчина и потряс кистью, сбрасывая оцепенение. Телефон продолжал трезвонить, и Харуке ничего не оставалось, кроме как с тяжелым вздохом поднять трубку.

- Да, Мегуру? Что случилось? - номер дежурной медсестры высвечивался на экране, и хирургу не пришлось гадать, кто потревожил его покой.

- Извините, Харука-сан, но к вам посетители, - нервно раздалось в ответ, и врач сразу напрягся. Он ожидал неприятностей, но в виде новых больных, а не гостей. Странное дело… Медсестра ценила существующие правила, бывало, и мэра просила подождать и не тревожить врача в свободное от работы время, а тут звонок. Мужчина потряс головой, стараясь избавиться от беспокоящей его в последнее время мигрени.

- Это представитель семьи Кенрёку, - тихим голосом добавила Мегуру, возвращая доктора к реальности. Харука поморщился, не желая разбираться с известными фамилиями, но ответил спокойно:

- Пусть заходят, - и повесил трубку. А затем повернулся к ноутбуку, вводя новый запрос в поисковую систему. Пролистывая последние новости о делах Кенрёку, доктор размышлял, что могло понадобиться неожиданным посетителям.

Члены семьи Кенрёку несколько раз появлялась в городе, но никогда не обращались к услугам врачей. Да и зачем - у каждого из них был достаточно денег для того, чтобы иметь личного доктора. Значит, им потребовалось нечто другое. И это что-то определенно было связано с находившимся в больнице адвокатом, к которому они наведывались утром. Судя по недовольным лицам ушедших, дельного разговора не получилось.

Хасу и Кенрёку. Доктор поискал еще немного, но никакой связи между семьями не обнаружил. В каких-то сферах они пересекались, но не было проекта, где фамилии работали вместе. К тому же, в отличие от Кенрёку, семью госпожи Асаяке никогда не связывали с темными делами.

В дверь постучали и вошли, не дождавшись ответа. Харука едва успел прикрыть окно с новостями.

- Здравствуйте, - холодно поздоровался он с новоприбывшими, в который раз порадовавшись своей специальности. Было не обязательно дружелюбно улыбаться. К нему слишком часто приходили с грустными весями. - Проходите, садитесь. Чем могу помочь?

Вошедший в кабинет мужчина в строгом костюме-тройке оглядел скудную обстановку комнаты и задумчиво протянул:

- Скорее мы Вам. Слышал, что больнице не хватает финансовой поддержки для покупки нового оборудования. Да и ремонт не помешает. Вот, возьмите, - он положил на стол перед врачом чек. Мельком взглянув на выписанную сумму, Харука удивленно приподнял бровь - цифра была весьма впечатляющая.

- Могу я поинтересоваться, с чего такая щедрость? - не торопясь брать подношение, спросил хирург. "Бесплатный сыр в мышеловке", - добавил он про себя, невозмутимо разглядывая гостя.

Однако по лицу представителя Кенрёку невозможно было понять, что он задумал. Мужчина старательно изобразил недоумение, а потом доверительно сказал:

- Сейчас здесь находится мой хороший знакомый Югата Ёджи. Хотелось, чтобы он получил полноценное лечение. Осмотр, процедуры - всё должно быть на высшем уровне. Конечно, установка нового оборудования займет время, неделю или две… Но будет жаль, если Югата выйдет из больницы, не долечившись, - мужчина пристально посмотрел доктору в глаза.

"Вот в чем дело. Такой явный намёк!" - внутренне усмехнулся Харука, разобравшись в ситуации, и решительно отодвинул от себя чек.

- Если дело только в этом, то я не приму деньги. Ёджи-сан покидает больницу вечером, по собственному желанию.

- Возможно, Вы что-то придумаете? - не сдавался посетитель, не спеша забирать чек. Он прекрасно понимал, какое влияние оказывает на врача. Так же как осознавал это Харука. Если врач задержит адвоката в больнице, то благодаря полученным деньгам станет весьма влиятельным человеком. В противном случае, на него может ополчиться весь персонал, и без того работающий больше на чистом энтузиазме, чем за зарплату.

Но ведь не просто так семье Кенрёку надо на время убрать Югату с дороги!

- Я не стану удерживать человека в больнице против его воли, - твердо сказал Харука, поднимаясь с кресла и давая понять, что разговор окончен. Раздраженный взгляд мужчины он проигнорировал.

Когда дверь за посетителем закрылась, хирург устало уселся обратно. "Интересно, успею ли я доработать этот месяц?" - подумал он, доставая из стола папку с историями болезней пациентов. Иногда совершать добрые дела оказывалось очень трудно.

Я уже обошла маленький парк целых три раза, заплатила за лечение и поболтала о жизни со скучающим вахтером, а Югата все еще не появился. К адвокату в палату меня не пустили по вполне объяснимой причине - были уже не приемные часы, и врач сам спустился ко мне поговорить. Куда делся Кагэ, оставалось загадкой - в какой-то момент я просто упустила его из виду, увлеченная разговором. Но насчет смотрителя я не беспокоилась, он мог выпутаться из любой передряги, в этом я не сомневалась. А поговорить было о чем…

По всему выходило, что теперь мне стоило быть настороже не только в особняке, но и в городе. То, что поведал Харука о предложении Кенрёку, образовало вместе с наблюдением смотрителя весьма неприятную картину. Еще в магазине, за выбором новой куртки, Кагэ небрежно упомянул о подозрительной личности, следующей за нами от самого банка. Конечно, я догадалась сразу не оборачиваться, но в застекленную витрину посмотрела, отмечая стоящего невдалеке высокого мужчину. И как я убедилась в дальнейшем, он шел за нами попятам.

Слежка слежкой, я привыкла к постоянному вниманию. Но что задумала известная фамилия? Ничего хорошего от знакомства с Кенрёку ждать не приходилось. Может, все-таки стоило еще раз связаться с тетушкой и упросить ее разобраться с этой проблемой? Но интуиция подсказывала, что она не станет вмешиваться.

Так, за раздумьями и построением планов, и пролетело время. Наконец, Югата вышел из больницы в сопровождении Кагэ. Выглядел адвокат бледнее обычного, зато менее строго: пушистые волосы в легком беспорядке, пальто нараспашку. На щеке виднелась свежая царапина - это он настоял на том, чтобы побриться перед возвращением домой, - потом шепнул мне смотритель.

- Простите за беспокойство, - поклонился Югата. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Но не долго. Взгляд адвоката упал на мою перебинтованную руку, с которой я по неосторожности сняла перчатку, и его настроение изменилось мгновенно.

- Что произошло? - нахмурившись, поинтересовался парень. Мы с Кагэ одновременно вскинули глаза к небу. - Асаяке-сама?

- Обожглась несильно, с кем не бывает! - отмахнулась я с деланным равнодушием, искренне надеясь, что мой тон успокоит Югату. Адвокат посмотрел с подозрением, затем повернулся к Кагэ, надеясь услышать его версию, но смотритель предпочел промолчать.

Выручил нас доктор, вовремя вмешавшийся в беседу, и прочитавший Югате целый свод правил, которым тот должен неукоснительно следовать в ближайшие две недели, если не хочет попасть в больницу с осложнениями. Потом он сделал замечание Кагэ, за то, что тот проскользнул мимо вахтёра в палату адвоката, и со всей любезностью предложил нам отправиться домой. Мы не стали спорить. Тем паче, что все дела на сегодня были сделаны.

До стоянки идти было не дольше двадцати минут, это если по центральным улицам, но смотритель уверенно срезал по дворам. Мне даже стало любопытно, откуда он настолько хорошо знает город, если большую часть времени проводит в особняке. Но задавать вопрос я не стала, отложив его на более подходящий момент. А то еще ляпнет что-нибудь ехидное, и пожалею, что спросила.

Адвокат тоже молчал, посматривал на меня украдкой и тихонько вздыхал, тем самым выражая крайнее недовольство и беспокойство моим поведением. В конце концов, я не выдержала, и, убедившись, что Кагэ ушел вперед и не видит, робко коснулась пальчиком руки адвоката.

- Извини, - шепнула я, прижавшись к его плечу, и тут же отстранилась. Поднять глаза было страшно. В такие моменты я чувствовала себя совсем маленькой и глупой девочкой. Но неожиданно Югата хмыкнул, и на краткий миг его пальцы крепко сжали мою ладонь.

- Я ожидал, что будут проблемы, поэтому постарался выписаться раньше. Теперь я снова готов Вас защищать. Поэтому не волнуйтесь, я не сержусь. Лучше расскажите, что нового Вы узнали о доме?

Его голос был неожиданно мягким, таким же, как улыбка, появившаяся на лице. И я, поддавшись обаянию адвоката, начала рассказ…

Вечерело. Мы никуда не торопились, в полной мере наслаждаясь тишиной засыпающего города. Впрочем, тишиной весьма сомнительной, ибо старенький автомобиль на стоянке встретил нас с протестующим воем никак не желающей отключаться сигнализации. Когда же звук был выключен, я предложила сесть за руль. Подумав, все согласились: Кагэ в принципе не водил машину, а у Югаты немного кружилась голова. К счастью, несмотря на непогоду, автомобиль завелся сразу, и мы спокойно выехали на улицы города, освещенные многочисленными фонарями. Кагэ с Югатой обсуждали наболевшие вопросы, строили планы на завтра. Я старалась особо не вмешиваться в беседу, больше слушая и следя за дорогой. Хорошо, что братец смог вдолбить мне, что во время вождения не стоит отвлекаться.

Будь я менее внимательна, все могло окончиться намного хуже. Потому как за следующим крутым поворотом я еле успела нажать на тормоз, остановившись в каком-то метре от преграды. Дорога из города оказалась перекрыта грузовиком.

Ой, больно… И какой умник догадался оставить грузовик так близко? Я потерла постепенно увеличивающуюся шишку на лбу, мысленно весьма нелицеприятно отзываясь о владельце "преграды". Во время резкого торможения машину тряхнуло, и я довольно сильно приложилась о руль.

Немного посигналив и не дождавшись результата - а именно отъезда грузовика - я вылезла из машины и заглянула в кабину. Там было пусто, если не считать одинокой толстой мухи, кружащейся рядом с лобовым стеклом. Впрочем, кабину покинули недавно, об этом явно сообщал еще витавший внутри терпкий запах дешевых сигарет.

- Эй, есть тут кто-нибудь живой? - на всякий случай громко спросила я, но ответа, разумеется, не услышала. Если владелец и был где-то поблизости, он не горел желанием познакомиться с нами поближе.

- Ох, давайте развернемся и проедем по другой улице, - предложил Кагэ, в отличие от меня не видевший причин для беспокойства. А вот ждать у моря погоды ему не нравилось. - Сделаем небольшой крюк, но все равно сэкономим время.

- Может статься, водитель до завтра не появится, вечер на дворе, - поддержал смотрителя Югата и парни понимающе переглянулись. "Что-то подозрительно они спелись, не к добру", - подумалось мне, но вслух, я, разумеется, согласилась. Послушно развернула машину, благо места хватало, да и автомобиль был весьма маневренный: хоть какая-то польза от его малых размеров, и поехала к ближайшему повороту.

И почему-то совершенно не удивилась, когда на другой стороне узкой улицы увидела черный ягуар с тонированными стеклами. Великолепно! Только в таком захолустье как Розаводь можно сделать столь примитивную, но действенную ловушку. В родном городе я бы запросто оторвалась от любых преследователей в лабиринте маленьких улочек.

- Так понимаю, это Кенрёку? - понятливо поинтересовался Югата, когда я, раздраженно фыркнув, уменьшила скорость. - Что будем делать?

- Поговорим, - я остановилась, секунд на десять закрыла глаза, сосредотачиваясь и продумывая нужный образ. - Пока просто поговорим. Не думаю, что у них хватит смелости напасть на меня. Все-таки тягаться с фамилией Хасу им не по зубам. Но на всякий случай будь наготове, ладно?

- Конечно, Асаяке-сама, - адвокат тоже вернул на лицо привычную маску безразличия. Прежде чем открыть дверь, он застегнул пальто на пару пуговиц, чтобы скрыть пристегнутый к поясу нож. - Мало ли что, - ответил он на мой немой вопрос.

- А я тут посижу, если вы не против, - сказал нам вслед Кагэ и зевнул, поудобнее устраиваясь на заднем сидении. Почти полулежа - наверняка со стороны смотрителя нельзя было разглядеть. Плащ парень снял и положил под голову, используя вместо импровизированной подушки.

Я удивилась, но возражать не стала: в конце концов, внутренние проблемы семьи Хасу его не касались. Югата пропустил меня на шаг вперед, но позволил себе сохранить возмутительно малое расстояние между нами, что не укрылось от взгляда Кенрёку. Но меня их мнение волновало в последнюю очередь. Сейчас, как никогда ранее, я чувствовала необходимость поддержки адвоката.

Когда мы подошли к ягуару, нас уже ждали. Гинко вежливо поздоровался, но его дружелюбное отношение явно поменялось на снисходительное превосходство.

- Я очень рад нашей новой встрече, Асаяке-сама. Словно сама судьба сводит нас вместе! Может, ваше мнение о продаже дома переменилось?

- Гинко-сан, если Вы хотите обсудить дела между нашими семьями, то можно найти более подходящее для этого время и место. Ко всему, утром я вполне доступно объяснила вам свою позицию, - холодно заметила я, не скрывая неудовольствия от встречи. Я не собиралась играть в примерную девочку, особенно, в такой ситуации.

- Что Вы, я вовсе не собирался Вас задерживать. Просто хотел попросить подумать над моим предложением еще раз, - Кенрёку ответил мне легкой ухмылкой, и перевел взгляд на адвоката. - Вижу, вы уже выздоровели, Ёджи-сан? Весьма, весьма рад. Надеюсь, впредь Вы будете более осторожны и не попадете в больницу снова. Хотя с такой непреклонной госпожой Вы вряд ли сможете чувствовать себя в безопасности…

Последнюю фразу он произнес немного тише и как бы в сторону, но ее содержание было предельно ясно. Если я продолжу упрямиться, то пострадать могут близкие люди: вот что подразумевал Гинко. И все-таки странно, что Кенрёку решили пойти на открытый конфликт из-за какого-то участка земли. Ведь это грозило им большими проблемами с моей фамилией.

- Соглашайтесь на продажу, Асаяке-сама, - с неожиданной серьезностью предложил мужчина, - Кенрёку не та семья, которая отступается от задуманного. Наши адвокаты здесь. Составим договор, и, обещаю, Вы меня больше не увидите.

- Но ведь дом нужен вовсе не Кенрёку! - вырвалось у меня раньше, чем я успела сообразить, что иногда с догадками лучше промолчать. Гинко оценивающе посмотрел на меня, затем его взгляд переметнулся за наши спины, и он вздохнул.

- А Вы весьма неглупая девушка. Но есть тайны, в которые лучше не совать свой нос. Сейчас Вы - единственная незамужняя представительница Хасу. В случае Вашей смерти особняк снова вернется к мэру. Как говорится - нет человека, нет проблемы.

Мужчина развернулся, махнув рукой своим телохранителям.

Но прежде, чем они успели что-нибудь сделать, мимо них проскользнула огромная тень, прыгнула на Гинко и повалила его на землю. Острые когти кота остановились в опасной близи от горла Кенрёку, не давая тому шевельнутся. Со вздыбленной шерстью Кагэ казался раза в два больше обычного. Повернувшись к нам, кот негромко зарычал.

И тогда Югата схватил меня за руку, и мы побежали.

А, собственно, куда нас занесло?

Хотела бы я спросить, но адвокат вовремя прикрыл мне рот ладонью, не давая вымолвить ни слова. В этот момент неподалеку от нас раздались голоса преследователей. И судя по некоторым высказываниям, нас искали не для того, чтобы выразить извинения. Я затаила дыхание, боясь издать лишний звук, и плотнее прижалась к адвокату.

Впрочем, молчание ничуть не мешало осмотреть место, в котором мы прятались. Просторное помещение было заставлено коробками и старой мебелью, частично прогнившими от времени. Длинные люминесцентные лампы на потолке большей частью оказались разбиты, как и стекла на окнах и частично застекленный потолок. На полу валялись окурки от сигарет и пустые бутылки. Похоже, что помещение было давно заброшено, и теперь использовалось для вечеринок молодежи.

- Дайте зеркало, - шепнул мне на ухо адвокат, стараясь не шевелиться. За нагромождением коробок нас наверняка не было заметно, но любой шум привлек бы внимание. Хорошо, что сумка у меня на пуговицах, а не на скрипящей молнии! Получив желаемое, адвокат немного повертел зеркалом, пока в нем по мере просмотра ни отразились оба выхода. К сожалению, люди Кенрёку успели установить за ними постоянное наблюдение.

"Как будем выбираться?" - спросила я жестом. Югата пожал плечами. Двери отпадали сразу. Окна располагались слишком высоко, чтобы незаметно до них добраться, а тем более как-то открыть. Разобраться со столькими противниками сразу не смог бы даже профессиональный боец. Оставалось только ждать помощи или более удобного случая, потому что пуленепробиваемыми мы не были.

Неожиданный грохот прервал мои размышления, и через секунду адвокат крепко прижал меня к полу, закрывая собой. Из разбитого потолка с хрустальным звоном сыпалось стекло, а в образовавшиеся проемы на веревках спускались вооруженные люди. В черной форме с серебряными и синими вставками - телохранители семьи Хасу! Значит, успели все-таки… Мимо, в метре от нас, просвистела пуля, пробив ящик с чем-то сыпучим, и к своему стыду, я почувствовала, как задрожала.

- Тихо, теперь всё хорошо, - шепнул Югата, и когда через минуту грохот стих, отодвинулся и помог мне подняться. Ноги слушались плохо, запоздало накатил страх, и парню пришлось придерживать меня, чтобы я не сползла по ящику обратно на пол.

Именно такими, обнявшимися, нас увидел старший брат, после того как отдал распоряжение телохранителям семьи Хасу связать преследователей и отправился искать непутевую сестру. Я предпочла проигнорировать его недовольную мину, но от адвоката отодвинулась, постаравшись взять себя в руки.

- Асаяке, в следующий раз предупреждай заранее, что у тебя проблемы! Мне пришлось оставить очень важное совещание, чтобы спасти твою никчемную жизнь, - хотя братец хмурился и язвил, я уловила в его голосе облегчение и позволила себе улыбнуться.

- Я тоже рада, что глава фамилии почтил меня своим присутствием, - проговорила я, унимая дрожь в голосе, и уже более-менее спокойно закончила. - А как ты узнал, что я в беде?

Брат скривился.

- Почему-то с твоего телефона позвонил парень по имени Кагэ, и вежливо сообщил, что мою сестру убьют, если я не поспешу. Я поверил на слово, вызвал отряд, активировал датчик в твоем кулоне и через час мы оказались на месте. Похоже, сегодня тебе не так везло! По сравнению с прошлым разом…

- Можешь не напоминать, - на этот раз поморщилась я. Действительно, во время последнего похищения я спаслась от преследователей благодаря невероятно удачливому стечению обстоятельств. Моя машина успела проскользнуть перед самым носом поезда, а вот незадачливые похитители значительно отстали, ожидая, пока проедет состав. Кстати, именно с тех самых пор я потребовала от семьи сделать датчик, отслеживающий мое месторасположение. На всякий случай. Пусть это и ограничивало свободу действий, но зато я была спокойна за свою безопасность.

- Ёджи-сан? - внимание главы переключилось на адвоката. Парень низко поклонился, несмотря на то, что такое движение определенно доставило ему сильную боль в поврежденных ребрах.

- Прошу прощения. Я не оправдал Ваше доверие. Не смог защитить Асаяке-сама.

- Да, ты прав, я разочарован, - брат с каким-то странным чувством посмотрел на парня, а затем на меня. - Что ж, у тебя будет возможность реабилитироваться. А теперь расскажите вкратце, почему вас преследовали?

- Может, дома поговорим? - робко спросила я, тронув брата за рукав. Старший вздохнул, отдал приказ телохранителям следовать за нами, и помог мне забраться по сброшенной вниз лестнице на вертолет. Югата последовал за нами.

За Кагэ я не волновалась, раз парень позвонил брату, значит сам в порядке. Наверняка бродит в кошачьем обличии где-то неподалеку. Но вот когда он успел вытащить мой телефон? Я думала, что потеряла его, пока убегала.

Надо еще решить, что из случившегося поведать брату…

Не успела я продумать рассказ, как внизу показались башенки особняка. Всё-таки вертолет поразительно быстрое средство передвижения!

- Так, собирайся, ты возвращаешься домой, - братец хлопнул ладонью по столу, прерывая любые возражения. - Мне плевать на особняк и всю ту чертовщину, что здесь творится. Дочь семьи Хасу не будет втянута в подобную историю.

- Между прочим, ты сам меня сюда отправил, - робко заикнулась я, но продолжение проглотила под тяжелым взглядом карих глаз главы. Когда Шуно пребывал в подобном настроении, с ним лучше было не спорить. Я украдкой покосилась на брата и подумала, что он совсем не изменился: всё такой же расчетливый и строгий, как и много лет назад. Только вместо прежних длинных и непослушных темных волос - короткая стрижка, более подходящая для главы Хасу.

- Ты должна была вступить в наследство и узнать про смерть деда, а не лезть в неприятности, подвергая свою жизнь опасности. Ты хоть подумала, как отреагирует мама, когда увидит тебя в таком состоянии? А отец? Я молчу про скандал, который закатится в фамилии, когда узнают, что ты жила в доме с мужчиной!

- Вообще-то это не первая совместная поездка с Югатой.

- Я говорю про него, - брат кивнул в сторону возившегося на кухне Кагэ. Смотритель вернулся через полчаса после нашего прибытия, поздоровался и ушел готовить ужин. Короче, повел себя с несвойственной ему скромностью, - Уже сейчас ты заняла первую полосу на страницах местной желтой прессы. Знаешь, что там пишут?

- Догадываюсь, - мрачно буркнула я. Когда я впервые отправилась в путешествие вместе с адвокатом, на следующий же день появилась газета с моей фотографией и заголовком "Дочь известной фамилии развлекается. Чем обернется интрижка с подчиненным?". Назревающий скандал замяли по-тихому, издательство прикрыли, и больше подобных заявлений в родном городе не было. Что не мешало знакомым шушукаться за моей спиной и понимающе улыбаться при встрече.

- Рад, что ты не споришь, - сказал Шуно, внимательно наблюдающий за моей реакцией на приказ. Брат на дух не переносил, когда ему перечили. Поставив на столик недопитую чашку с кофе, парень поднялся с дивана.

- Пора. На поездку сюда я потратил пол рабочих дня. Подсчитать, сколько денег потеряла фамилия?

- Шуно, послушай…

- Никаких но. Документы в сумочке? Так я и думал, - брат развернулся к выходу, но, что-то вспомнив, остановился. Сощурился, с недовольным видом посмотрел на кухню. - Не забудь забрать у того парня телефон. И предупреди, что наши люди заедут завтра за вещами. Я подожду тебя у вертолета, - с этими словами он вышел в холл.

- В любом случае, Шуно-сан увезет Вас отсюда, - после того, как хлопнула входная дверь, заметил Югата. Он выглядел уставшим и бледным, несмотря на то, что прилетевший с братом семейный врач обработал его раны. - Думаю, лучше не спорить и съездить домой, успокоить родных. Заодно поговорите с семьей.

- Да, тетушка с удовольствием отправит меня обратно: ей не нравится, когда я мельтешу перед глазами, - "слишком часто приходится отклонять приглашения на омиай", добавила я про себя, - Но насчет родителей не уверена. И в офисе скопилась работа, которую с радостью подкинут мне многоуважаемые сотрудники.

- Не переживайте. Работу беру на себя, - улыбнулся адвокат, и я сразу представила разочарованные лица коллег. Появление Югаты в офисе означало, что всё мое время занято. И за несколько лет никто не посмел ему возразить.

Хотя в компании я все же появлюсь. Отвезу наброски нового проекта. Пусть сотрудники поломают голову, какие материалы лучше подойдут для реставрации дома.

Я откинулась на кресло, потирая ноющие виски. В голове стучал болезненный гул, как результат после выпитого обезболивающего. В хорошем же состоянии я вернусь в фамилию…

- Кагэ?

- Значит, особняк вновь в моем распоряжении? - поинтересовался парень, появившись в дверях. Еще бы, ему с его кошачьим слухом не знать, о чем мы говорили. - Если честно, я предполагал, что так и будет. Все-таки опасные дела здесь творятся. Но без помощи твоей семьи вытащить вас из передряги не получалось.

- Я понимаю. Просто не хочется никуда уезжать. Присмотри за домом, пока нас нет, - попросила я, с тоской глядя на дверь. Возвращаться в город под бдительный надзор семьи совсем не хотелось.

- Удачи! - шепнул смотритель на прощание, и мне показалось, что он и вправду расстроен. Зря. Ведь я собиралась вернуться. Потому что теперь это был мой дом.

…Смотритель сидел у камина и смотрел, как неторопливо двигается стрелка часов: десять ноль пять. Совсем недавно часы пропели свою незамысловатую мелодию. Но их совершенно не было слышно из-за гула взлетающего вертолета.

 

ЧАСТЬ 2.

Глава 7.

- Я дома! - негромко бросил парень, войдя в гостиную и легонько стукнув по деревянному косяку, привлекая к себе внимание. Сидящий в кресле пожилой, опрятно одетый мужчина отложил в сторону книгу и повернулся к сыну.

- С возвращением, - со слабой улыбкой сказал он, оглядывая парня с ног до головы. От внимательного взгляда отца не укрылись очертания бинтов под тонкой рубашкой и свежие порезы на лице вошедшего. - Вижу, тебе пришлось не сладко?

- Асаяке-сама порой принимает опрометчивые решения, - дипломатично ответил Югата и, стараясь не делать весьма болезненных резких движений, присел рядом с отцом. Он тоже подметил, что раз отец не встретил его в прихожей, значит, главе семьи Ёджи стало хуже. В небольшой аккуратной комнате отчетливо витал запах лекарств. Уже больше года его отец пытался восстановиться после инсульта, но недолгие улучшения больше походили на передышки перед новыми проблемами. - Как Вы? Что сказал доктор?

- Выписал новые таблетки и посоветовал чаще бывать на свежем воздухе, - Ёджи-сан поглаживал пальцами шероховатую обложку, скрывая тем самым их дрожь. - Вчера приходила твоя мать, помогала по дому.

- Вы помирились с Тай? - удивился Югата. Родители развелись, когда ему было около пяти, и с тех пор общались крайне редко. Парень вырос с отцом, и хотя мама навещала его, относился к ней со смешанным чувством любви и осторожности.

- Скорее, стали поддерживать дружеские отношения. Она беспокоится о тебе. Просила зайти к ней, когда приедешь.

- Хорошо, - не стал спорить адвокат, но внутренне поежился. Подобные разговоры с матерью заканчивались либо очередным знакомством с "милой девушкой", либо просьбой оставить опасную работу и устроиться где-нибудь в офисе в городе. И то, и другое было Югате не по душе. Впрочем, сегодня у него были другие проблемы, которые требовали безотлагательного решения.

- Отец, у меня просьба. Мне нужен доступ к архивам, - парень на мгновение замялся, формируя вопрос максимально точно. - Информация по закупке земель в Розовой Заводи двухсотлетней давности. Особняк, который достался в наследство Асаяке-сама, первоначально может быть оформлен на некую леди, но мне важен сам покупатель. Сможете узнать его фамилию?

- В архивах Хасу этого нет, - Ёджи-сан покачал головой и задумался. - Слишком много времени прошло. Но я дам тебе адрес одного человека, к которому можно обратиться. Он мой старый должник и любитель странных историй. Возможно, что-нибудь знает. Но разве ты не закончил свои дела в Розаводи? Или молодая госпожа планирует вернуться туда?

- Боюсь, в этот раз даже приказ Шуно не удержит ее дома! - в сердцах бросил Югата, и под внимательным взглядом отца слегка покраснел. - Прости отец. Я устал. Пойду в свою комнату.

Когда дверь за адвокатом закрылась, Ёджи-сан вернулся к чтению. Но сосредоточиться не получалось. Хотя Югата не обмолвился ни словом, Ёджи-сан знал, что сын побывал в больнице. И понимал, почему он готов ценой собственной жизни защищать Асаяке. Опасная работа, безнадежная любовь. Возможно, Тай была права: Югате действительно пора было прекратить эти безумные операции на грани жизни и смерти и остепениться.

Одним и крупнейших городов страны является Токай. Если смотреть на него с высоты птичьего полета, он похож на голову медведя с вытянутыми ушами. С запада, со стороны "носа" расположен залив, с востока возвышается горная гряда, куда неизменно каждый год водят студенческие экскурсии. Город поделен на сектора, центром которых является торговый район, где в праздничные дни и шагу ступить нельзя. Ближе к "ушам" находится деловой сектор, нагруженный офисами крупных компаний, дорогими ресторанами и идеально чистыми улицами. Впрочем, по улицам делового района редко ходят пешком.

Однако, из окон здания, где расположен офис фамилии, мегаполис выглядит по-другому. Отсюда можно подметить то, чего не заметно с вертолета: строгий патруль на улицах, вечно спешащие куда-то фигурки людей и выросшее на месте парка современное здание в стиле хай-тек. Каждый раз, возвращаясь в Токай, я подмечала происходящие с ним изменения, и все больше понимала, что не хочу здесь оставаться.

- Асаяке-сама, госпожа ждет Вас, - сообщил подошедший служащий, и я отошла от окна. Уже второй час я терпеливо ожидала окончания совета директоров, чтобы встретиться с тетушкой. Хасу-сама управляла делами компании наравне с братом, и могла выделить на внезапно приехавшую племянницу не больше двадцати минут своего драгоценного времени.

Миновав конференц-зал, я легонько толкнула стеклянные двери, и, не обнаружив тетушку в рабочем кабинете, прошла к двери с электронным замком. В комнате за ней собирались только члены фамилии, поэтому простым работникам компании вход туда был заказан. Однако, с тех пор, как я стала работать дизайнером, внося свой вклад в дела семьи, для меня сделали специальный ключ.

- Тетушка, я так рада Вас видеть! - искренне воскликнула я с порога, глядя на высокую темноволосую женщину с пышными кудрями, сидящую за скромным деревянным столом. Скромным на первый взгляд. Второй охватывал причудливый узор столешницы, резные ножки, то, как тщательно подобрана и обработана древесина… Тётушка обожала старинную мебель, и если не ошибаюсь, в ее коллекции находилось не менее десяти отлично сохранившихся предметов восемнадцатого века.

- Ты видела меня на позапрошлой неделе, - иронично заметила тётушка, в последний раз затянулась и потушила сигарету. В моем присутствии она никогда не скрывала своей любви к курению, а я не спорила, получая взамен поддержку во многих семейных вопросах. - Что так быстро вернулась?

- А то Вы не знаете, - я фыркнула и присела на невысокую скамеечку, обитую бархатом. Давным-давно у нас с тетушкой появилась своеобразная манера общаться - не на "ты" или "Вы", а нечто среднее. Смотреть на тетушку снизу вверх не было ни капельки унизительно. Может быть потому, что с ней я провела большую часть своего детства. Я помнила, что раньше мама много болела и Хасу-сама забирала меня к себе, чтобы не оставлять дома одну. Усаживала на колени и читала долгие истории, под которые я засыпала. Позже я узнала, что истории были финансовыми договорами, над которыми работала тетушка.

- Мне все уши твой брат прожужжал. Асаяке, надо же было в такую историю впутаться! Глупая девчонка! - с притворным возмущением сказала тетушка и протянула руки. - Иди сюда.

Я с удовольствием подбежала к ней и крепко обняла. От тетушки пахло табаком и апельсином с мятой. Какой привычный и родной запах!

- Ты должна стать более внимательной. Однажды семья не успеет тебе помочь, - добавила тетушка, тихонько вздохнув. Я опустил глаза, прекрасно зная, о чем собеседница сейчас вспомнила.

У Хасу-сама не было детей. Овдовев через год после свадьбы, она полностью посвятила себя фамилии. Но это было не из-за сурового характера и алчности, как шепотом поговаривали в фирме. Пожалуй, только мама и я видели, как плакала тетушка, получив известия о смерти муже. Он погиб в автокатастрофе более пятнадцати лет назад.

- Я отделалась парой царапин, так что не волнуйся, - бодро ответила я, показывая перевязанную руку. Про ногу благоразумно промолчала, ибо под высокими сапогами и длинной юбкой царапины заметно не было. - Югате и то больше досталось.

- Естественно, он ведь должен тебя защищать, - тетушка выпустила меня из объятий и легонько стукнула по носу. - Кстати, что за слухи ходят о твоей личной жизни? Я молчала, пока сплетни бродили о тебе и Ёджи-куне, потому что этот парень никогда тебя не обидит, но что за таинственный смотритель? О нем почти нет информации, парень настоящий затворник, хотя, надо признать, по нему вздыхает много девушек в Розаводе. Он красавчик, да?

- Весьма неплох, - я рассмеялась, представив, какой допрос устроила бы тетушка Кагэ, попадись он ей на глаза. Всех моих поклонников она отваживала с завидным постоянством, признавая их негодными для брака с дочерью семьи Хасу. После вступления в наследство о свадьбе вообще не было речи. - Прекрасно разбирается в окрестностях особняка, проблем не боится, да и дом любит. Жалко потерять такого человека, - закончила я под испытывающим взглядом тети.

- Смотри не влюбись, - все еще недоверчиво проворчала Хасу-сама, но продолжила разговор уже о другом. - Завтра фамилия собирает совет, ты должна присутствовать. Боюсь, как бы твой брат не "забыл" тебя предупредить, поэтому и позвала. Будет голосование насчет продажи особняка. Я так понимаю, ты будешь против, - она полувопросительно посмотрела на меня. - Что же нам делать? Я-то с тобой, но вот Шуно еще упрямее деда, и наверняка большинство поддержит его мнение.

- Чтобы он не решил, наследницей дома являюсь я, и этого никто не отменял. Но ругаться с семьей не хочется. Попробую договориться. А ты поговори с мамой, - я просительно посмотрела тетушке в глаза, и она не стала отказывать. - Братец сегодня в офисе?

- А где же еще? - тетушка скривилась, словно попробовала лимон. - Если вчера он пропустил столько важных встреч, то сегодня задержится допоздна. И завтра будет сонным и злым.

- Значит, решим вопрос сегодня, - по моим губам скользнула улыбка. - Надо только подготовиться к разговору. И еще, думаю, тебе стоит узнать подробности моих встреч с Кенрёку, - я вкратце пересказала тетушке события последних дней, понимая, что в любом случае брат уже в курсе основного, а тетя сможет повернуть ситуацию в нашу пользу. По мере повествования Хасу-сама становилась все мрачнее, а при описании покушения (естественно, весьма скорректированном, без таинственных превращений Кагэ), и вовсе хлопнула ладонью по столу и что-то тихо пробормотала. Если бы я не знала тетушку так хорошо, то подумала бы, что она выругалась.

- Иди, поговори с братом. Увидимся вечером! - дослушав, коротко сказала она, поглядывая на часы. Я не стала возражать.

- Ладно, убежала.

Поцеловав тетушку в щеку, я заработала мимолетную улыбку и вышла из кабинета. Номер адвоката был у меня в быстрых вызовах, первым.

- Извини, что отрываю в выходной, но мне нужен твой совет. Приходи в офис, - послала я голосовое сообщение и спустилась в кафе. Зная Югату, ждать мне было не дольше получаса, и за это время надо было успеть покушать. Предстоял весьма долгий и богатый событиями день.

Адвокат сидел напротив меня, спокойно просматривал бумаги, всем видом показывая, что никуда не торопится. Изредка он делал у себя в блокноте какие-то замечания, едва прикасался губами к крохотной чашке с кофе, и вновь погружался в работу. На меня, нервно разрисовывающую уже четвертую салфетку замысловатыми линиями, он практически не обращал внимания. Только вначале отвлекся, ушел ненадолго, а вернулся с пахнущей ромашкой чашкой чая, которую поставил передо мной. Чтобы успокоилась.

Идею в сей же час пойти к брату Югата отмел, на пальцах объяснив, что без надлежащих документов и планов Шуно меня даже слушать не станет. Несмотря на то, что я формально являлась наследницей, приказы главы фамилии не обсуждались. Значит, следовало показать брату помимо упрямства какую-то выгоду от особняка.

Вот только с этим пунктиком возникли проблемы. Ибо кроме неприятностей и лишней траты денег на ремонт, дом был мало к чему пригоден. Об этом я неоднократно раздумывала после встречи с Гинко Кенрёку. И пока не находила причин, почему его так хотели купить. И более того, кем на самом деле являлся его потенциальный покупатель?

- Если честно, я не представляю, как мы выкрутимся, - словно в ответ на мои мысли вздохнул адвокат и убрал бумаги в папку. Показывать их мне не было смысла, так как я совершенно не разбиралась в юриспунденции. - Но попытка не пытка. Единственный выход, на мой взгляд, это предложить сделать из особняка гостевой дом для друзей и коллег фамилии. Еще постараемся показать Шуно, как неприглядно будет выглядеть в глазах других фирм продажа особняка: будто мы уступили власти Кенрёку. Возможно, это сыграет нам на руку.

- А что насчет самого дома? Ты закончил расчет суммы, необходимой на ремонт?

- Да. Вообще-то, это тоже может стать проблемой, - он протянул мне лист, по которому я пробежалась глазами, и приоткрыла рот от удивления, увидев цифру внизу.

- Шутишь?!

Югата невесело усмехнулся в ответ.

- Да брат ни в жизнь мне столько денег не даст потратить! А моих накоплений едва хватит, чтобы покрыть десятую часть суммы!

- Значит, надо убедить его, что это выгодное вложение, - парень пожал плечами. - Я подсчитал, что сумма окупится за пять лет плодотворной работы. Если, конечно, все сложится удачно.

- Удачно?

Адвокат посмотрел на меня очень пристально, а затем медленно перевел взгляд сначала на мою пораненную руку, а затем как бы невзначай коснулся своей груди. Сквозь толстый слой рубашки проступили очертания бинтов. Да, лучше способа напомнить о "маленькой проблеме" особняка не придумаешь.

- Что мы будем делать с чертовщиной, которая там творится? - я понизила голос, чтобы не привлечь лишнего внимания. И так молоденькие сотрудницы за соседним столиком больше смотрели на нас, чем обедали.

- Асаяке-сама, не торопите события, - Югата одним глотком допил крепкий кофе и поднялся. Еле заметно пошатнулся, удерживая равновесие. Боже, да ведь он только недавно с больницы, ему бы дома отлежаться, а я все проблем неприятностей добавляю! Я отметила синие круги под глазами, словно парень и не спал сегодня вовсе. - Я знаю, Вы хотите вернуться в особняк. И поэтому помогаю Вам. Если Шуно-сан согласится, мы выиграем время, необходимое для расследования. Но я не могу пообещать, что все будет хорошо. Вы должны понимать, что когда мы вернемся, неприятностей не станет меньше. Скорее, они только разрастутся за время нашего отсутствия.

- Понимаю, - тихо произнесла я. Мне стало стыдно за то, что я бездумно взвалила все на чужие плечи. Действительно, ремонт займет немало времени, и мы успеем распутать этот клубок тайн. Мы просто обязаны успеть! Похоже, мне пора становиться самостоятельным членом семьи Хасу, умеющим принимать решения и нести за них ответственность.

- Пойдем к Шуно, - я протянула руку, и прежде, чем адвокат успел возразить, крепко сжала его ладонь и повела за собой. Его рука была теплой и большой. И отчего-то от Югаты тянуло невероятной уверенностью, даже если он сам того не желал, и мне сразу становилось спокойнее.

А взволнованные шепотки за спиной… Я научусь не обращать на них внимания.

Фикус в кабинете был явно лишним. Я обошла его раза четыре, рассматривая со всех сторон и ракурсов, и все пыталась понять, зачем его поставили именно сюда. Ни гармонии, ни уюта. К тому же, загораживает часть света. Большая плетеная корзина, в которой он находился, и то больше подходила офису, чем само растение.

- Асаяке-сама, сядьте, пожалуйста, - Югата выловил меня на пятом круге и усадил на соседний стул. Парень беспокоился не меньше меня, но как обычно держал себя в руках. Конечно, ему-то было чем заняться! Я с завистью посмотрела на небольшую электронную книгу в кожаном переплете у него в руках. Насколько я помнила, он постоянно носил ее с собой, но никогда не показывал, что читает. Вот и сейчас он казался полностью погруженным в книгу. Немного поерзав, я стала выискивать, на что бы еще отвлечь внимание. Как назло, фикус оказался единственной примечательной деталью во всем кабинете. В остальном мой брат был как всегда консервативен: простая добротная мебель без изысков, паркет квадратиками, серые жалюзи и высоченный книжный шкаф. В последнем наверняка было много интересной литературы, но Шуно не любил, когда вещи брали без разрешения.

- Мне не нравится, что он так быстро согласился, - высказала я тревожащую меня мысль, так и не найдя ничего подходящего для выпуска эмоций. - Я не спорю, что ты можешь быть убедительным, но брат вел себя на удивление лояльно.

- Он еще не дал согласие, - заметил адвокат.

- Но и не выставил нас за дверь, - я вперила взор в вышеупомянутый предмет, надеясь, что дверь сейчас раскроется, и брат вернется с объяснением своему поведению. - И куда он так срочно ушел? Что за важная встреча? Его долго нет…

- Прошло всего двадцать минут. Будьте терпеливее.

- Он забрал часть бумаг с собой.

- У меня есть копии, - Югата пожал плечами, прекращая бессмысленный разговор. Спустя некоторое время, я наблюдала невероятную картину: мой вечно спокойный адвокат боролся со сном. И последний побеждал. Ибо стоило мне ненадолго замолчать, как глаза парня закрылись, а темноволосая голова склонилась к моему плечу. Электронную книгу он, кстати, успел выключить. Наверное, засыпать с ней вошло у него в привычку.

Ему здорово досталось за эти дни, - подумала я, рассматривая тонкие царапины на скуле и шее, стараясь не шевелиться, чтобы ненароком не разбудить. Потом все-таки не вытерпела и убрала особо приглянувшуюся прядь с его лица. Провела пальцем по воздуху, в миллиметре от красивых губ. Прикосновения, которые раньше я не могла себе позволить затягивали в омут, без них становилось трудно. Захотелось прижать Югату к себе, запустить руки в темные волосы, прикоснуться к загорелой коже. Поцеловать щеку. Как когда-то давно, в детстве. Он, наверное, и не помнит…

Пришлось одернуть себя, напомнив, что подобные отношения в семье Хасу под запретом. Друзья, любимые - надо заслужить право их обрести. И найти людей, готовых принять тебя настоящую. Я смотрела на адвоката, а перед глазами стояли лица людей, которые могли, но не стали моими друзьями. Я вспоминала, как один за другим, узнавая о моей фамилии, они повторяли "Простите, Асаяке-сама" и исчезали из моей жизни. И других, стайкой вившихся вокруг меня на приемах, а за спиной шепчущих гадости. Я вздохнула: огромное богатство фамилии не принесло мне счастья.

Топанье каблучков в коридоре сменил удивленный взвизг секретаря (я давно научилась узнавать ее голос - он был на редкость высок и мелодичен), и в тот же миг тяжесть с плеча исчезла. Дверь в кабинет распахнулась. Я скосила глаза на Югату, восхищаясь про себя его реакцией: он успел не только проснуться, но и сесть прямо, приняв бодрый и независимый вид, словно минуту назад не спал мирно на моем плече. Затем я перевела взгляд на вошедших - и тотчас оказалась заключенной в жаркие, крепкие до боли объятия.

- Скучала, сестричка? - лукаво подмигнула мне зеленоглазая, стильно одетая девушка с ярко алыми губами и короткой модной стрижкой, в которой я узнала свою кузину. На самом деле родственные связи между нами были намного более запутанные, Мэй была дочерью сына дедушкиного брата. Однако при этом она являлась частью фамилии, поэтому мы привыкли называть друг друга сестрами. Хотя, сказать по правде, мы не очень ладили. И на то были свои причины. Крови из меня Мэй выпила столько, сколько ни одному вампиру в лучшем сне не снилось.

Вслед за кузиной, все еще продолжающей меня душить, в кабинет зашла высокая светловолосая женщина в деловом костюме. Приветливо улыбнулась, слегка склонила голову и представилась:

- Я адвокат Мэй-сама, Мошидзуки Рю. Приятно познакомиться.

- Взаимно, - я выбралась из объятий, встала рядом с Югатой и приветственно кивнула. - Мое имя Асаяке Хасу, а это адвокат фамилии - Ёджи-сан.

- О, с Юга… с Ёджи-саном мы знакомы, учились вместе, - непринужденно улыбнулась адвокат Мэй, но я заметила, как напрягся при ее оговорке Югата, и это мне совершенно не понравилось.

- Ты занят? Зайти попозже? - спросила я у вошедшего вслед за девушками брата. То, что я находилась в одном помещении вместе с Мэй, давило мне на нервы.

- Останьтесь, - спокойно сказал брат, а Мошидзуки продолжила.

- Простите, что не сказала сразу. Мы бы хотели обсудить долю моей подопечной в наследстве господина Хасу.

- Что? - кажется, мне послышалось. Во всяком случае, я очень на это надеялась. Как моя кузина может оказаться второй наследницей? Да ей никогда не было дел до семьи, лишь бы деньги вовремя поступали на кредитку! Невероятно, нереально, чудовищно! Просто в голове не укладывалось. Однако многолетний опыт подсказывал, что от Мэй можно ожидать и не таких пакостей. - Кажется, вы ошиблись. На момент принятия наследства я была единственной незамужней совершеннолетней женщиной в нашей фамилии.

- Не совсем так. Мэй-сама исполнилось восемнадцать за два дня до принятия Вами наследства. Можете проверить по документам.

Проверять я не стала, вспомнив дату рождения Мэй. И правда, совсем недавно она стала совершеннолетней… Черт, так вот почему тетя торопилась отправить меня в Розаводь! Неужели не могла сразу объяснить? Хотя, стоп! Но ведь Мэй была замужем!

Последнюю фразу я озвучила вслух, с излишней горячностью. Впрочем, в тот момент проявления эмоций не особо меня волновали.

- Фу, сестричка, как ты можешь напоминать о том недоразумении! - поморщилась Мэй, и нисколько не стесняясь, бойко продолжила. - Во-первых, я прожила с тем баскетболистом всего три месяца, а во-вторых, это был гражданский брак, мы не регистрировали наши отношения.

Боже, кузина даже имени своего парня упоминать не стала, словно он был ей совершенно чужим. Будто не она устроила скандал, который только чудом удалось замять, а потом ушла из дома, чтобы преспокойно вернуться спустя полгода с новым возлюбленным. Я посмотрела на брата - он нахмурился, но ничего не сказал.

- Югата? - я обернулась к адвокату в поисках поддержки, но его лицо стало знакомой безжизненной маской.

- Их требования обоснованы, - сухо сказал парень, просмотрев документы, переданные Мошидзукой. В его голосе проскользнуло сожаление, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Нет, мне не жалко было отдать часть наследства Мэй, деньгами я была готова выделить ей нужную сумму, пусть мне и пришлось бы изрядно подкопить, пару лет "бесплатно" работая на фамилию. Но не делить с ней особняк! Старый, вызывающий трепет своим величием дом не должен был достаться легкомысленной красотке, способной думать только о нарядах и парнях. От одной мысли об этом бросало в дрожь. Ко всему, я не была уверена, что Мэй станет ждать, чтобы получить нужную ей сумму денег.

- Асаяке-сама, Вы в порядке? - Югата оказался рядом и придержал меня за локоть, пока я ловила звездочки, витающие перед глазами. Сильно кружилась голова, в висках стучал пульс.

- Нет, не в порядке, - заставив себя не обращать внимания на собственное плачевное состояние, я подошла к Шуно и зло посмотрела на брата. - Ты ведь знал? Поэтому привез меня обратно, и не стал спорить с предложением по ремонту особняка? Ты хочешь продать его, а лучшего повода и не придумаешь. Для себя ты уже все решил? Ведь так?!

- Ты ведешь себя недостойно перед гостями, - холодно заметил брат и посмотрел на меня сверху вниз, как на незначительную букашку. Нельзя сказать, чтобы его убийственный взгляд совсем на меня не действовал, но после монстров особняка переносить его определенно стало легче. - Ты не представляешь, сколько проблем у семьи появилось из-за этого проклятого дома! Кенрёку не могут надавить на нас, но это не мешает им повлиять на другие фирмы. Только за сегодня с нами расторгли три крупных контракта. Подсчитать, сколько мы потеряли денег?

Кажется, брат понял, что сказал лишнее, ибо в его глазах промелькнула досада, а на мое плечо успокаивающе опустилась рука адвоката.

- Не надо, - попросил Югата, но меня уже было не остановить. Я сощурила глаза, как всегда делала, когда была разозлена, и произнесла очень тихо, хотя, по-моему, расслышали все, даже секретарь в соседней комнате:

- Как я могла подумать, что нападение на дочь фамилии важнее, чем процветание фирмы. Грубейшая ошибка с моей стороны. Простите, Хасу-сан. Не смею больше тратить ваше драгоценное время.

Я коротко поклонилась, кипя от гнева. Затем повернулась к Мэй и Мошидзуки.

- Пожалуйста, простите мое поведение. Давайте встретимся через час в моем офисе. Думаю, вы успеете обсудить все вопросы с господином Хасу. После мне бы хотелось поговорить с вами насчет наследства.

- Хорошо, Асаяке-сама, - ответила адвокат Мэй, и я, кивнув им на прощание, вышла. Очень хотелось хлопнуть дверью, но я сдержалась. Надо было успокоиться, а еще мне нужен был совет. И я знала только одного человека способного мне помочь. Тетушку.

Разумеется, после того, как я выдернула тетушку с очередной важной встречи и пересказала ей свою неожиданную вспышку гнева, она не обрадовалась. Стоит сказать больше, Хасу-сама пребывала в том самом состоянии, которое домочадцы называли тихой яростью, и старались скрыться с глаз подальше. У меня такой возможности не было. Поэтому я сидела напротив тетушки, занявшей кресло главного дизайнера в моем же офисе, и ждала, пока она закончит меня отчитывать и даст дельный совет. За свою жизнь я была в ситуациях, когда требовалась тетушкина помощь…- нет, уже не сосчитать сколько раз.

- Я изумляюсь твоей глупости! Если раньше у нас была возможность примирить брата с твоим решением, то теперь он точно будет против. Ну чего тебе стоило немного помолчать и изобразить из себя ничего непонимающую дурочку? "Ах, как я рада, что теперь не одна буду нести тяжкую долю наследства! Ой, сестренка, там такие чудесные окрестности, тебе точно понравится!" - с потрясающей точностью передразнила Хасу-сама восторженную интонацию кузины. - Бери пример с Мэй: она с этой ролью прекрасно справляется!

Я хотела заметить, что Мэй и играть не надо, но вовремя прикусила язык. Несмотря на всю легкомысленность натуры, глупой кузина не была. По крайней мере, умудрялась делать гадости так, что подловить было невозможно. А это требовало немалого соображения! Помнится, на шестнадцатый день рождения я готовилась представить свой первый проект, над которым работала долгих два месяца. Тогда дизайн был просто хобби, мои работы не воспринимали всерьез, и мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы достичь требуемого уровня. Это не похвальба: единственным, кто видел работу, был мой весьма известный учитель по дизайну, и ему она понравилась. Проект представлял виртуальный макет детской комнаты, и я надеялась получить одобрение взрослых, чтобы потом осуществить идею в нашем офисе. Ведь часто бывало, что сотрудникам было не с кем оставить маленьких детей. Работала я на ноутбуке, и перед самой презентацией в комнату ворвалась Мэй с подарочным диском мой любимой группы. Надо заметить, тогда я и дня не могла прожить, не послушав их музыки! Конечно, я не выдержала и поставила диск… Записанный на нем вирус уничтожил все данные на моей машинке за считанные секунды. Причем Мэй после слезно уверяла, что она ни о чем не знала. Да и как докажешь: диск ведь был запечатан.

- Хорошо, оставим твои ошибки и подумаем, что можно сделать, - Хасу-сама вздохнула, заметив, что я погрузилась в собственные думы и пропускаю ее слова мимо ушей. - У нас появится шанс обыграть племянника, если Мэй откажется продавать особняк. Против обоюдного отказа Шуно не пойдет. Но он наверняка рассмотрел разные ситуации и заранее договорился с Мэй. Что может убедить твою кузину пойти против решения главы фамилии?

- Парень, - не задумываясь, буркнула я, еще не отойдя от грустных воспоминаний.

- Асаяке, как ты можешь! - тетушка возмущенно посмотрела на меня, но я только пожала плечами. Я же не вредничала. Просто сколько помнила, именно из-за новых пассий у Мэй с семьей проходили все известные мне конфликты. - Хотя погоди, в этом есть смысл. Надеюсь, у тебя есть возможность связаться с тем красивым мальчиком?

- А? - я хлопнула глазами, пытаясь понять, о ком речь. Тетушка возвела очи к потолку, пораженная моей недогадливостью, и пододвинула мне телефон.

- Звони своему смотрителю, радость моя. И зови его сюда. Если он согласится, то я вышлю за ним личный вертолет.

- Хорошо, - пока тетушка не передумала (все-таки лишние траты противны всем в нашей фамилии), я взяла трубку и, не задумываясь, набрала номер.

- Да, я вас слушаю, - раздался приятный баритон, в котором отчетливо слышалось кошачье мурлыканье.

- Кагэ, это Асаяке. Ты можешь приехать в Токай?

- А что мне за это будет? - лукаво поинтересовался голос. Я выдохнула: парень оставался в своем репертуаре.

- Тебе не придется искать работу, - любезно ответила я. В трубке ненадолго замолчали.

- Веский аргумент. Когда выезжать? - уже без иронии спросил Кагэ. Я едва заметно улыбнулась - после его согласия точно камень с души свалился.

- Жди дома, тебя заберут. На сборы час. До встречи!

Когда я положила трубку, Хасу-сама смотрела на меня с неприкрытым сочувствием. Я ее вполне понимала: представляю, на кого я похожа после всего случившегося. Эх, напряженные выдались деньки…

- Съезди домой, поспи пару часов. Тебе стоит отдохнуть.

Последние слова тетушки прервал переливчатый звонок от секретаря.

- Асаяке-сама, к Вам пришли Мэй-сама и Мошидзуки Рю.

- Впускай, - ответила я и посмотрела на тетушку. - Как видишь, у меня нет времени на такую роскошь, как дневной сон.

Тик-так. Тик-так. Я снова покосилась на мерно шагающие часы, стрелки которых и не думали двигаться быстрее. С начала разговора прошло ровно пятьдесят четыре минуты. Поддерживать беседу, придумывая новые способы задержать кузину, становилось все труднее. Отчасти от того, что говорить с ней не хотелось, отчасти из-за категоричного отказа Мэй идти на уступки. Сколько бы я не приводила аргументов и посулов, в ответ получала одно и то же: кузина определенно решила продать свою часть дома. В том, что ее убедил брат, я даже не сомневалась. Ему и стараться не пришлось - достаточно было упомянуть, что я не хочу отказываться от особняка, а уж Мэй способа позлить меня не упустит.

Что же, наш единственный козырь был в часе пути от города. Как бы мне еще потянуть время?

Выручил меня заглянувший в кабинет Югата.

- Асаяке, не хотите пообедать? Вы весь день не ели, - у меня брови поползли вверх от такого спокойного обмана и дружественного обращения в придачу, но адвокат продолжал непринужденно улыбаться. Затем окинул удивленным взглядом моих посетителей, точно только увидел, изобразил смущение. Именно изобразил, потому что я прекрасно помню, как выглядит адвокат, когда краснеет. - О, простите, я помешал. Вы еще не закончили…

- Дела подождут. Я жутко проголодалась, - мгновенно среагировала Мэй, и, слетев с диванчика, бесцеремонно схватила парня за руку. - Югата-кун, я так соскучилась. Давай покушаем вместе?

Пришлось стиснуть зубы, чтобы промолчать. Я понимала, что адвокат кузину как потенциальный парень совершенно не интересовал, и она дразнит меня, но ничего не могла с собой поделать. Мне не нравилось, что такая липучка как Мэй обнимает моего друга. Но ведь адвокат сам ее спровоцировал! Проглотив замечание, я подхватила с вешалки плащ, и, пропустив перед собой Мошидзуку, последней вышла из кабинета.

В приемной я на минутку задержалась.

- Если меня будет искать высокий темноволосый молодой человек по имени Кагэ, то объясните ему, как попасть в мой нелюбимый ресторан, - я выразительно посмотрела на секретаря. - Для остальных меня нет.

- А если Вас будет спрашивать господин Шуно?

- Он не придет, - уверенно бросила я, выходя в коридор. Троица успела уйти довольно далеко, пришлось догонять. К величайшему огорчению Мэй, до лифта я добежать успела, благо закрывающиеся двери придержал Югата.

- Неподалеку есть прекрасный ресторанчик с острой кухней, - смерив меня недовольным взглядом и вновь повернувшись к парню, прощебетала кузина. Я смолчала. Мои пристрастия сестричка выучила давно, и знала, что слишком острые блюда я не люблю. Нет, я ничего не имела против пикантной остроты на языке, но не когда во рту полыхает пожар. Поэтому любимый ресторан Мэй скоро стал моим ненавистным, куда с невинного предложения кузины мы и направлялись.

"Нэцкэ" был в десяти минутах ходьбы от офиса. Будь моя воля, прошлась бы пешком, тем более погода позволяла: приятно грело солнце, присущее весеннему Токаю, и легкий северный ветер гонял по небу мелкие облака. Но Мэй не могла упустить возможность покрасоваться, поэтому к ресторану мы подъехали на новеньком бордовом феррари последней модели. Потратив при этом двадцать минут на подземной стоянке, ожидая, пока к перекрывшей выход машине подойдет владелец и соизволит отъехать в сторону. Работника я знала, и нисколько не сомневалась, что задержка была вызвана вездесущей тетушкой.

"Наверное, это тетя рассказала Югате наш план, поэтому он пришел", - сообразила я, следуя за спутниками мимо столиков. Несмотря на всю мою нелюбовь к их кухне, "Нэцкэ" выглядел весьма презентабельно: стены были отделаны в янтарных тонах с "порхающими" черными бабочками, а окна занавешены не пропускающими свет шторами с бахромой. Над столиками с бежевыми скатертями висели небольшие фонарики, от которых шло освещение, отчего темный зал казался состоящим из отдельных островков света.

Мэй заняла пустующий столик посередине, ненадолго привлекая к себе внимание посетителей. Ее громкий смех и проскальзывающие в разговоре двусмысленные фразы не раз и не два заставили меня краснеть за то, что она принадлежит к фамилии Хасу. Но так как в ресторане кузина бывала часто, к ее поведению успели привыкнуть. В любом случае, замечания нам вслух не сделали, а косые взгляды посетителей Мэй не волновали.

Вскоре к нам подошел официант принять заказ, и я мысленно порадовалась, что пообедала. Мой любимый кофе в "Нэцкэ" не подавали, зато можно было выбрать чай из множества сортов. К чаю я присмотрела аппетитный кусок орехового пирога.

- Что-то ты не похожа на голодную, - проницательно заметила Мэй, после того, как я озвучила выбор. Придумывать оправдания я не стала, тем более, кузина сама облегчила мне задачу:

- Ты же знаешь, на первое здесь подают только острые блюда, которые я не люблю, - спокойно ответила я, бесхитростно глядя на нее. С любопытством отметила обращенный на Мэй осуждающий взгляд Мошидзуки.

- Мэй-сама, раз мы обедаем вместе, Вы должны были учесть предпочтения Вашей сестры, - с мягкой укоризной заметила адвокат. Я ожидала взрыва, ибо Мэй не переносила, когда ее отчитывают, но вместо этого кузина едва заметно кивнула.

- Я учту, - сказала она негромко.

Мошидзука повернулась ко мне и слегка склонила голову в извинение.

- Простите, Асаяке-сама, по нашей вине Вы остались без обеда.

- О, не переживайте, - мне стало немного совестно за невольный обман. Пришлось повторить себе, что без него нам бы ни за что не удалось задержать Мэй.

Неловкое молчание за столом прервал официант, принесший чай и пирог, суп из водорослей для Югаты и бокал легкого вина для Мэй. Для приготовления остального требовалось время, но ведь и мы никуда не спешили. Правда?

Пока ждали, говорили ни о чем. Мэй рассказывала свежие сплетни высшего общества, ненадолго став той кузиной, которую я когда-то любила: веселой и в меру ехидной. Видимо, подействовало замечание ее адвоката. За краткий срок я узнала все, что нужно о прошедших и намечающихся в Токае вечеринках и скандалах в городе. Я в свою очередь рассказала про Розаводь и легенду особняка. Несколько раз Рю-сама порывалась поговорить с Югатой, но тот отмалчивался, или отвечал короткими фразами. Интересно, они ведь были знакомы, почему ведут себя как чужие? Что за кошка между ними пробежала?

Я так задумалась над этим вопросом, что не услышала мягких, приближающихся шагов. Недоуменно посмотрела на спутников, когда они замерли, удивленно глядя куда-то за меня. И пискнуть не успела, когда горячие руки заключили меня в тесное объятие.

- Ты ждала меня, милая? - произнес бархатный голос прямо над ухом. Я вздрогнула и повернула голову. Рядом со мной, наклонившись и крепко обнимая меня, стоял Кагэ и обворожительно улыбался.

"Какого черта ты творишь?!" - вот что мне больше всего хотелось сказать, а потом вывернуться и залепить парню пощечину. Не успела. Наступившую тишину разорвал треск стекла. Кто-то тихонько ойкнул - то ли Мэй, то ли Рю-сама. Я перевела взгляд со смотрителя на спутников, выискивая причину шума. Нашла. Сердце застучало быстрее и рухнуло куда-то вниз.

- Простите, случайно вышло, - безразличным тоном сказал Югата, с каким-то странным выражением глядя на меня и зажимая правой рукой исцарапанную ладонь. Осколки от стеклянного бокала вперемешку с алыми каплями и водой рассыпались по столу. Лицо адвоката едва заметно побледнело.

- Возьми, закапаешь костюм, - обнимающие меня руки исчезли, и неуловимым движением смотритель оказался рядом с парнем, подавая ему чистую салфетку. И тут же попросил поспешившего к нашему столику официанта. - Пожалуйста, принесите чистый бинт и йод.

- Не стоит волноваться, со мной все в порядке. - Югата вытащил из кармана платок и перевязал ладонь. Я с беспокойством следила, как расплываются по белой ткани кровавые пятна. Адвокат же не обращал на них никакого внимания. - Ты приехал вслед за нами?

- Да. Асаяке соскучилась, а ведь мы всего день не виделись, - Кагэ подмигнул мне, но вместо лукавства в глазах светилось нетерпение. Он играл, а я должна была подхватить. Но какова моя роль? Заставив себя успокоиться, я посмотрела на ситуацию с другой стороны. Прилетев, парень наверняка встретился с тетушкой и в курсе, что его позвали, чтобы привлечь внимание Мэй. Обычное поведение соблазнителя с ней не сработает - сестренка и сама грешила подобным. Значит, Хасу-сама предложила альтернативный вариант. Колесики в голове заработали, и я сообразила, что за игру затеял смотритель.

- Ох, твое неожиданное появление немного меня напугало, - я понимающе улыбнулась оборотню. - Не ожидала, что после одного звонка ты помчишься в Токай. Позвольте вас познакомить. Мэй Хасу, моя кузина и вторая наследница дома, и ее адвокат, Мошидзуки Рю, - поочередно представила я девушек.

- Кагэ-сан, смотритель особняка. Приглядываю за домом, чтобы он сохранил жилой вид и на хранившиеся внутри раритеты не покусились воры, - закончил парень, поклонившись. И усмехнулся. - Значит, теперь у меня две хозяйки?

- Боюсь, что нет, - я покачала головой. - Мэй решила продать свою часть особняка, поэтому, либо у меня получится выкупить половину дома у фамилии, либо тебе придется перебраться ко мне в город.

- Правда? - на лице смотрителя застыло искреннее огорчение. - Мэй-сама, может, прежде чем продавать, Вы сначала взгляните на наследство? Поверьте, у нас прекрасная местность. Розаводь славен своими старинными постройками, а вокруг особняка есть чудесный парк с милыми беседками и фонтанами. Вам наверняка понравится.

- Что ж, ладно, - кузина опустила ресницы, чуть надув губки, раздумывая. - Я все-таки посмотрю на особняк, но только если Кагэ будет меня сопровождать. Уверена, что Вы окажетесь интересным спутником. А потом приму окончательное решение.

- Ты хочешь поехать в Розаводь? Я могла бы сама показать тебе дом и окрестности, - я изобразила святую простоту, как и советовала тетушка и сделала вид, что не замечаю, как кузина заигрывает с моим другом.

- Ну, если Асаяке не против…- смотритель вопросительно посмотрел на меня, словно спрашивая разрешение. Я выдержала паузу, переводя взгляд то на него, то на кузину.

- Только не гуляйте дотемна. Я не хочу лишний раз волноваться, - вздохнула я, соглашаясь.

По губам Мэй скользнула довольная улыбка. Я понимала, чего она хочет: парень показался ей моим возлюбленным, и она решила его отбить. В отместку за прошлое. А раз план предложила Хасу-сама, то оказывается, тетушка знает про нашу личную жизнь больше, чем хотелось бы.

Пока я размышляла, Кагэ присел рядом и бережно накрыл мою руку.

- Не переживай, я всегда буду неподалеку. Но я не хочу стать тебе обузой. Ведь у тебя всегда столько дел в особняке.

А вот это мягкий намек на неразгаданные тайны. Правильно, Мэй в них лучше не впутывать, и смотритель сможет удержать ее подальше.

- Ты прав. В доме еще много неисследованных уголков. Никогда не знаешь, где может потребоваться ремонт. Но ты не переживай, я не буду бродить по комнатам одна. Возьму с собой Югату.

- Говоришь не волноваться, а сама собираешься остаться наедине с другим парнем в темном посещении? - прищурился смотритель.

В наш разговор вмешалась Мошидзука.

- Кагэ-сан, я буду сопровождать этих двоих, раз Вы так переживаете, - серьезно сказала она, бросив быстрый взор в сторону адвоката.

- Что Вы, это шутка, я доверяю Асаяке, - непритворно смутился смотритель.

- И все-таки мне интереснее посмотреть сам дом, чем окрестности. Да и помощь не будет лишней. Втроем дело пойдет быстрее. Кстати, когда мы выезжаем?

- Завтра нам с Мэй надо посетить семейный совет, а после можно отправляться в Розаводь. Мэй, ты не против, если поедем на твоей машине? Моя осталась в особняке.

- Конечно. Но я удивляюсь, что ты называешь тетину развалину машиной, - фыркнула кузина. Вот ведь вездесущий народ!..

На том и порешили.

Мы посидели в ресторане еще немного, но вскоре разошлись. Мэй, судя по загоревшимся глазам, собиралась "побить" меня по всем статьям, и наверняка отправилась в салон красоты и за новой одеждой. Рю-сама последовала за ней.

А мы втроем, не торопясь, пешком пошли в офис, поделиться новостями с тетушкой и обсудить дальнейшие действия. Я постаралась выкинуть из головы, что за все время, пока мы были в "Нэцкэ", адвокат не сказал мне ни слова и старался даже не смотреть в мою сторону, но отчего-то не думать об этом не получалось.

 

Глава 8.

Ночь наползла на город, большущей черной тучей спрятав до утра солнце. Ясное небо украсилось россыпью звезд, за которыми приглядывала круглая желтолицая сестрица, и деловой центр Токая затих. Однако среди укутанных лунным светом домов иногда можно было увидеть огоньки - некоторые работники засиживались за делами допоздна. И то, как разбавляли картину опустевшего района эти маленькие квадраты света, пожалуй, выглядело красиво.

Кагэ редко выбирался из Розовой Заводи в большие города, поэтому смотреть из окон автобуса на раскрывающийся перед взором пейзаж было интересно. Несмотря на усталость, которую он чувствовал, когда удалялся от особняка. Хотя, кто знает, возможно, он утомился из-за насыщенного дня?

Молодой человек, стоящий рядом с ним, тоже не выглядел бодрым. Неестественная бледность переползла со щек на руки и шею, зато лицо покрыл подозрительный румянец. Смотритель готов был поспорить, что у Югаты жар, и он держится на одной силе воли. Кроме того, Кагэ чувствовал злость, исходящую от парня, и понимал, что ни к чему хорошему она не приведет.

- Наша остановка, - коротко бросил адвокат, двигаясь к двери. Смотритель успел обогнать его у самого выхода и выскочил из автобуса.

- Эй, а платить?

- Тот парень заплатит за меня! - он бесцеремонно ткнул пальцем в Югату, но тот не растерялся.

- Я его не знаю, - не моргнув глазом, соврал адвокат, подавая мелочь и выходя из автобуса. Водитель призывно просигналил.

- А ты злопамятный! - прошипел Кагэ, вскочив на ступеньку автобуса. - Хорошо, я заплачу. Только у меня нет мелких денег…

Пока ему отчитывали сдачу, адвокат ушел от освещенной остановки в парк. Ночь была безоблачной, и луна хорошо освещала высокую, бредущую по аллее фигуру. "Как удивительно, что ночью бывает светло, как днем", - подумал бы обычный человек. Но для Кагэ с его кошачьим зрением видеть в темноте было так же естественно, как дышать.

Поравнявшись с Югатой, парень подстроился под его шаг.

- Да, этот город действительно нечто! Почему ваша власть так стремится сохранить чистоту и порядок в деловом районе, а в жилом квартале даже фонарей нет? Что происходит в непогоду, когда на улицах темно? Наверняка, каждый день пара служащих не доходит до дома, - оборотень огляделся и зловещим тоном продолжил. - Это же идеальное место для нападения! Пустая аллея с высокими мрачными деревьями вокруг, редкие прохожие, которые торопятся домой и не обращают внимания на неправильные тени. Вот из-за куста появляется сутулая фигура и приближается к ничего не подозревающей жертве…

- Любишь ужастики? Или это в тебе твоя демонская сущность проснулась? - откликнулся адвокат, но Кагэ предпочел сделать вид, что не расслышал. Шутки на тему своей второй ипостаси он не любил. Некоторое время парни шли молча.

- И вообще, почему я должен ночевать у тебя? Если мы изображаем с Асаяке влюбленных, то вполне логично ночевать в одном доме, - первым не выдержал тишины Кагэ. Не дождавшись ответа, парень продолжил. - Тетушка Хасу сказала, что мы должны продолжить играть перед Мэй. Значит, надо поступать, как влюбленные? Гулять под луной? Держаться за руки? Обниматься? Целоваться?

Продолжить он не успел, потому как сложно говорить, когда кто-то хватает тебя за грудки так, что воздух перехватывает.

- Жить надоело? - Югата встряхнул его еще раз. - Если ты начнешь приставать к Асаяке, я с тебя шкуру спущу! - маска безмятежного адвоката треснула. Кагэ усмехнулся, перехватывая руки парня.

- Да неужели? Кажется, ты забыл, что нам необходимо играть достоверно. Странные получатся возлюбленные, которые боятся прикоснуться друг к другу. Ко всему, это были не первые наши объятия, - как бы между прочим добавил он.

- Провоцируешь?

- А ты попробуй ударить! Ну же, бей! Скинь свою маску! Или думаешь, что такая ледяная статуя может кому-нибудь нравиться?!

- Замолчи!

От первого удара уклониться получилось. Зато второй был неожиданно быстр для человека, и Кагэ едва устоял на ногах. Слизнул кровь с нижней губы.

- Ха, вот как? Будем драться? - парень увернулся и оказался в трех шагах от соперника. Несколько минут защищался, уходя от стремительных ударов. - Не спорю, тебя неплохо тренировали. Но недостаточно, чтобы победить меня, - перехватив летящий кулак, смотритель с силой ударил в ответ. И даже опешил, когда попал. Впрочем, адвокат пришел в себя быстро.

Их бой нельзя было назвать красивым. Парни ни рассчитывали свои силы, ни выравнивали дыхание. Они дрались, чтобы выпустить пар, как мальчишки. Пока, выдохнувшись, не свалились в траву. Злость прошла.

- Ты любишь ее. Ревнуешь. Почему не расскажешь о своих чувствах? - Кагэ повернул голову, глядя на лежащего неподалеку адвоката. Он думал, тот промолчит, но прозвучавший ответ был наполнен неподдельной горечью.

- Она их не примет. Фамилия не позволит.

- Дурак. Ты принесешь семье Хасу больше пользы, если станешь ее частью.

- Я и так принадлежу им, - глухо произнес Югата.

- Дважды дурак. Если ты не признаешься ей до отъезда, я перестану быть добрым и отберу ее у тебя, - фыркнул смотритель, отвернулся и вновь стал смотреть на звездное небо. Он знал, что сказанная им фраза была похожа на шутку. И только стал осознавать, что говорил серьезно.

К семейному совету я начала готовиться с вечера. Внимательно прочитала документы, которые дал мне Югата, отрепетировала с тетушкой ответы на всевозможные вопросы. Затем достала строгий костюм цвета капучино с юбкой до колена и туфли на низком каблуке. Помудрила с волосами, подбирая прическу, и заплела на ночь косу, чтобы с утра не решать, что делать с гнездом на голове.

После чего уселась за стол с твердым намерением поработать. Старая потертая столешница и лампа в виде кролика с морковкой давно привыкли к моим ночным бдениям. Если присмотреться, то вся поверхность стола была исписана моими заметками, ровно, как и книги на полках, и даже, местами, стены. Единственным, что оставалось в комнате в идеальном порядке, была кровать с голубым покрывалом и подушками в кружевных наволочках. Наверно потому, что чаще всего я засыпала либо за проектом, либо на диванчике с книжкой.

"Что ж, пора за работу", - я положила на стол папку толщиной в два моих пальца. Дел накопилось немало. Добросовестные служащие, узнав, что начальство вернулось из отпуска (пусть и ненадолго), сочли это даром судьбы, передав мне через секретаря горку папочек с чертежами, набросками и идеями. Что-то я сразу отложила в сторону, понимая, что за пару часов все равно не справлюсь. В некоторых рисунках подчеркивала лишние детали и набрасывала недостающие. Идеи новых проектов я решила забрать с собой, а потом проработанные, принятые и отклоненные, отправить коллегам по факсу.

Время близилось к полуночи, я потихоньку стала клевать носом и все чаще перечитывать одно предложение по нескольку раз. Вскоре я задремала за столом, но чье-то тихое перешептывание привлекло мое внимание и прогнало сон.

- Возвращайся! Возвращайся! - разобрала я в шепоте, доносившемся откуда-то из дальнего угла комнаты. Ни двери, ни окна там не было, поэтому услышать звуки с улицы или разговоры родных я не могла. Зато там находился платяной шкаф, которого я в детстве боялась, потому что думала, что там живут чудовища. Отчего-то и сейчас стало жутковато.

- Асаяке, у тебя разыгралось воображение, вот и слышится всякое, - вслух сказала я себе, стараясь не волноваться. - Скоро стану бояться собственной тени. Одно шутливое "Бу!", и упаду в обморок, - я рассмеялась, как-то нерадостно. До этого момента я думала, что дома буду в полной безопасности, но, похоже, ошиблась.

Тихие голоса не исчезали. Поднявшись со стула и удерживая в руке увесистый томик по средневековому искусству, я подошла к шкафу и резко его распахнула…

Никого. Отодвинула платья и костюмы, передвинула коробки с обувью - везде было пусто. Но самое странное, что шепот не прекращался ни на минуту.

"Я сошла с ума", - это было первое, что пришло мне в голову. Однако признать себя сумасшедшей оказалось весьма сложно. Я прислушалась, то отходя от шкафа, то приближаясь к нему. Нет, мне не показалось - голоса усиливались, чем ближе я подходила к дверцам.

Хорошо, а что у меня есть в шкафу помимо нарядов? Вычтем стопку конспектов, сложенных после окончания университета, пару фотоальбомов наверху и отодвинем в сторону платок, неизвестно каким образом очутившийся на внутренней стороне дверцы.

Я почувствовала облегчение, когда в обнаружившемся зеркале увидела знакомую мне женщину из особняка.

- Долго ищешь, я устала ждать, - прошелестело ложное отражение, со скучающим видом накручивая на изящный пальчик локон черных волос. Я отодвинулась на шаг, не отрывая взгляда. Мое движение не укрылось от внимательных глаз. - Теперь боишься? А ведь я пришла предупредить!

Но я не боялась.

- О чем? - голос не дрожал, но по сравнению с низким бархатистым тоном незнакомки казался глухим и слабым.

- Особняк сегодня обыскивали. После того, как смотрителя забрали. Они ничего не нашли, - предупредила девушка вопрос, - но в следующий раз могут быть настойчивее.

- Кто это был?

- Обычные люди. Мужчины. Я их не знаю, - отражение пожало плечами, затем оглянулось, заметно встревожившись. Я только сейчас отметила, что за спиной девушки располагалась знакомая гостиная. - Ты должна вернуться как можно скорее. Без хозяев дом теряет свою силу.

Неожиданно речь ночной гостьи перекрыл другой шум. Он был похож на жужжание тысячи пчел. И в тот же миг комнату особняка заволокло серым дымом, а девушка стала терять свои очертания, точно на зеркало плеснули водой.

- Что случилось? Что ты имела в виду, говоря про силу дома? - я не на шутку перепугалась, уже не за себя. То, что происходило с отражением, было каким-то противным и не правильным.

- Иные пришли! Я жду тебя, возвращайся! - повторил голос, и девушка окончательно растворилась, сменившись моим растерянным видом.

Я прикоснулась к гладкой поверхности зеркала, идеально чистой, как и тогда, когда я первый раз ее встретила. Странно, с некоторых пор моя жизнь стала походить на мистический сон. И что самое чудное - я не хотела просыпаться! Я еще немного походила по комнате, держа в руках сотовый и размышляя, будить парней или нет, но в итоге легла спать. С твердым намерением завтра рассказать друзьям обо всем.

Утро выдалось ясным и безмятежным. Солнечный свет заливал добрую половину комнаты, ласково касаясь кожи. Проснувшись по звонку будильника, я умылась, поменяла повязки (на месте ожогов образовалась тонкая кожа, которая болела при соприкосновении с водой, зато царапина на ноге почти зажила), переоделась в костюм и спустилась к завтраку. Семейный совет должен был начаться ближе к полудню, поэтому вряд ли меня позовут в зал совещаний раньше. А поесть перед встречей с родственниками было необходимо! У фамилии весьма необычное представление о семейных сборах: во время них решались исключительно дела, а не обсуждались новости и радостные известия, поэтому никакого дружественного обеда не предполагалось.

В гостиной оказалось пусто. То ли я встала раньше всех, то ли мой работящий братец успел умотаться в офис, а остальные родственники были заняты своими делами. Я прошла на кухню, обнаружила на плите приготовленный заботливой экономкой омлет, в шкафу немного порезанной зелени, а в холодильнике банку апельсинового сока. Забрала все с собой, и поразмыслив, уселась завтракать прямо за кухонным столом. Возвращаться в пустую гостиную не хотелось.

Разрезая посыпанный укропом омлет на ровные кусочки, я думала о превратностях судьбы. Всего пару недель назад я была приглашена на свой первый совет, и даже слово там сказать боялась, опасаясь быть выгнанной. А сегодня собиралась выступить против решения главы Хасу. Младшая дочь фамилии, Асаяке, решила обыграть старшего брата в им же начатой игре! Смешно. Хотя, я ошибаюсь. Теперь статус "младшей" перешел к Мэй, и она будет второй после Шуно, кто появится на собрании в столь раннем возрасте. Надо заметить, что младшими в семье называли не самых маленьких детей, а членов фамилии, последними из других достигших совершеннолетия.

Позавтракав, я походила по дому, постучалась к родственникам и с сожалением обнаружила, что кроме отдыхающей экономки, в доме никого нет. От нее я узнала, что родители еще позавчера улетели в другой город, и вернутся не раньше, чем к совещанию. То есть через пару часов. Слоняться без толку мне не понравилось, а браться за работу не получалось, так как все мысли перескакивали на предстоящий совет. В конце концов, я позвонила Югате и попросила парней приехать. Пусть их на собрание не допустят, но я хотя бы перестану метаться из комнаты в комнату и успокоюсь. Заодно расскажу про случившееся ночью.

К моему удивлению, адвокат появился один. Как всегда элегантно одетый, но странно напряженный, словно чувствовал себя не в своей тарелке.

- Откуда синяк? - спросила я, показывая на сиреневое пятно, расплывшееся по скуле.

- О… это… упал вчера, - парень отвел глаза, делая вид, что внимательно изучает причудливый узор обоев на стенах. Дернул стального цвета галстук, чуть ослабляя узел. - Может, прогуляемся? В доме немного душно.

Жары я не чувствовала, так как всегда обладала излишней теплолюбивостью, но почему бы не подышать свежим воздухом? Мы вышли в сад. Небольшая, покрытая зеленью территория была огорожена от дороги кованой оградой в человеческий рост. Помимо вишни, еще не расцветшей, в саду можно было встретить довольно редкие кустарники, покрытые молодыми листиками, и цветы. Под сенью старого дерева скрипуче покачивались качели, обожаемые мной с детства, на которые я не преминула забраться. Адвокат присел рядом, на вывороченный корень, нисколько не опасаясь запачкать шерстяной темно-синий костюм.

- Волнуетесь?

- Да, и сильно, - честно призналась я. - Пыталась отвлечься на работу, но ничего путного в голову не приходит. Все думаю, что сказать семье, как их убедить. Представляю, как расстроится мама из-за моего решения вернуться. А если отец узнает подробности моего пребывания в особняке, то запросто запрет в комнате… Кстати, куда делся Кагэ?

- Досыпает, - Югата прислонился спиной к дереву. - Мы вчера погуляли по ночному Токаю и поздновато вернулись.

Я почувствовала укол совести.

- Прости, что вызвала так рано, - я качнулась вперед, чуть задевая носками туфель земли. - Но с тобой мне, правда, спокойнее. Спасибо, что приехал.

Югата хмыкнул, а затем поднялся, обошел меня и встал рядом с качелями.

- Хотите, я вас покачаю? - предложил он.

- Серьезно? - удивленно вскинула брови.

- Конечно! - по губам адвоката скользнула мимолетная улыбка, и в тот же миг мне в лицо ударил ветер, а я сама взлетела высоко вверх, крепко держась за ручки качелей. И чем сильнее поднималась, тем больше хотелось закричать от странной, непостижимой радости свободы. Время исчезло, природа вокруг превратилась в сияющий хоровод красок. Когда качели достигли высоты нижней ветки дерева, а это было в метрах двух над землей, я совсем по-девчачьи взвизгнула и зажмурилась.

Наконец, адвокат замедлил ход качелей. Потихоньку мир перестал летать и остановился. Я поправила растрепавшиеся волосы: во время "полета" заколка отлетела, и пушистая светлая волна рассыпалась по плечам. Посмотрела на адвоката - он тоже выглядел непривычно растрепанным. Наклонившись ко мне, Югата аккуратно собрал мои волосы в хвост, закрепил и заметил:

- Вы совсем не изменились. Все также боитесь высоты!

- Ты помнишь? Правда? - я подняла голову, в восторге глядя на улыбающегося парня.

- Как я могу забыть? - обиженно спросил он, но в глазах плясали смешинки.

Кажется, сто лет прошло с тех пор, как Югата последний раз качал меня так, тогда еще совсем мальчик, но мой лучший и единственный друг. И сейчас он снова стал собой. Я боялась спросить адвоката, помнит ли он нашу дружбу, но такие вот мимолетные воспоминания дарили мне много радости!

- У тебя веточка запуталась, - неожиданно для себя, я подняла руку, касаясь темных и мягких волос. Веточка зацепилась около уха, и я без проблем ее вытащила. За время моих манипуляций парень не шевельнулся, даже не дышал. Но когда я убирала руку, его пальцы остановили движение и накрыли мою ладонь.

- Одзё, - голос адвоката был тихим и серьезным. - Вы не жалеете, что стали наследницей?

- Что ты имеешь в виду? - спросила я, непонимающе глядя на друга. Югата закрыл глаза, точно боялся посмотреть на меня, и продолжил.

- По условию, пока Вы наследница, то не можете выйти замуж. Вас это не беспокоит?

Я ненадолго задумалась, а затем решительно покачала головой.

- Нет, - ответила я, сообразив, что мое мотание он с закрытыми глазами не увидит, - Возможно, однажды я пожалею о своем решении, но не сейчас. Ты сам знаешь, сколько раз меня приглашали на омиай, и сколько раз после него я отказывалась от брака. Может, я просто не готова к семейной жизни, поэтому и не хочу ее?..

- Понятно. Простите мое любопытство, - Югата печально улыбнулся, а затем отпустил мою ладонь. - Пойдемте в дом? Кажется, я слышал шум подъезжающей машины.

Адвокат отряхнул брюки и пошел по дорожке, ведущей к дому.

А мне отчего-то стало жаль, что он не подержал мою руку дольше. Ведь каждое его прикосновение вызывало необъяснимое ощущение тепла и защищенности.

Кагэ появился за полчаса до совета, возмутительно бледный и усталый, учитывая, сколько он проспал. Мы перехватили его у ограды, прежде чем он позвонил в ворота и всех переполошил, и через черный ход провели в дом. С кухни взяли свежеиспеченных булочек с шоколадной крошкой и три банки сока. Перед тем, как уйти, я с тоской покосилась на кофеварку, от которой меня оттащили в четыре руки - готовить мой любимый эспрессо было некогда. Мимо гостиной, где начали собираться родственники, мы прошмыгнули на цыпочках. Впрочем, если кто нас и заметил, то виду не подал.

Пробравшись в мою комнату, я поведала парням о ночном посещении и повинилась перед Югатой, что оно не первое. Потом показала зеркало, в котором отражалась гостья. Парни внимательно осмотрели "место встречи", однако ничего нового, кроме осевшей пыли, не обнаружили.

- Почему не рассказали мне о прошлом визите? - со вздохом спросил адвокат. Он был больше расстроен, чем рассержен, и мне очень хотелось его ободрить.

- Мы боялись, что ты снова станешь искать утопленницу, еще не оправившись после нападения, - призналась я. - Со мной ничего не случилось, а мы с тех пор стали более внимательны. Однако вчера, после второго посещения, я хотела позвонить, но жалко было вас будить.

Кагэ в объяснения не лез, с ногами забравшись на кровать. Адвокат взглянул на него с осуждением, но промолчал, пододвинув мне стул. Сам он остался стоять.

- Невысокого же Вы мнения о моих умственных способностях! Я стараюсь думать, прежде чем делать. Надеюсь, что теперь у вас не осталось столь важных секретов, Асаяке-сама?

Про шкатулку с замком и спрятанные на территории особняка ключи адвокат уже знал, поэтому я кивнула.

Неожиданно Югата прищелкнул пальцами и, поставив портфель на прикроватный столик, стал перебирать в нем бумаги.

- Вот оно! Я-то все думал, кого она мне напомнила по описанию, - он нашел конверт и подал мне. - Взгляните, не эта ли девушка приходила к Вам ночью?

Я вытащила из конверта старую, черно-белую фотокарточку. На ней была изображена печально знакомая молодая женщина в длинном красивом платье, с ребенком на руках. Она кому-то улыбалась, а мальчик, неуловимо похожий на нее, махал рукой. Позади них высился парадный вход особняка, тогда еще более величественного, чем ныне. Я перевернула фотографию и прочла: "Дорогой Сильвии, с любовью. Сакура". Дата была затерта временем до неузнаваемости.

- Это первая хозяйка особняка, - пояснил нам Югата. - Я встречался с другом отца, он любитель запутанных историй. Однажды ему в руки попала эта фотография - кажется, письмо не нашло адресата и пролежало на почте много лет, где он его и нашел. Во всяком случае, именно так мне это объяснили.

- Да, они похожи, - я внимательно посмотрела на фото еще раз, на всякий случай. В голове как-то с трудом укладывалось, что я разговаривала (и притом весьма диковинным способом) с девушкой, жившей более двух веков назад. И насколько я помню легенду, найденной мертвой. - С ума сойти, как все запутано, - высказалась я вслух.

- И чему ты удивляешь? - в отличие от нас с адвокатом, Кагэ выглядел совершенно безмятежным. Откинувшись на кровать, он сладко потянулся, отчего короткая рубашка задралась намного выше живота, показывая отличный пресс, и продолжил, перемешивая разговор зевотой. - Мы уже ни единожды встречали необычных существ: русалка, монстр, с которым дрался Югата, розы-убийцы. Да я и сам со странностями. Поэтому дух в особняке не должен тебя волновать - он ведь не материален и потому безобиден.

- Не стану утверждать наверняка, - я покачала головой. - Я же сказала, что девушка прогнала русалку. Следовательно, она может влиять на наш мир из своего зазеркалья.

- В любом случае, она не нанесла тебе вреда, и дважды предупредила об опасности. Пока запишем ее в нашу команду. Ох, как подумаю о том, что кто-то рыскал в доме, аж кулаки чешутся! Надо скорее разобраться с этим советом и вернуться в особняк.

- А ты как считаешь? - я с любопытством взглянула на адвоката.

- Как ни прискорбно, я согласен с Кагэ. Мне не нравится, что Вам будет угрожать опасность, но почему-то я уверен: мы уже настолько влезли в это дело, что пока не распутаем до конца, покоя нам не видать.

- Ого, быстро учишься! - смотритель поаплодировал, и поднялся было потрепать Югату по голове, но был сильным толчком отправлен обратно на кровать.

- Выглядишь неважно. Поменьше паясничай, лучше отдыхай. Нам не нужен слабосильный помощник!

- Без проблем, - буркнул смотритель, и заполз на кровать подальше. Свернулся клубком, укрыв ноги куском покрывала.

Я кинула взгляд на часы и вскочила - до собрания оставались считанные минуты. Если задержусь, достанется от братца!

- Ладно, я на совет. Ведите себя так, словно вас нет. И постарайтесь сегодня не подраться!

Несмотря на возможность опоздать, я не отказала себе в удовольствии посмотреть на смутившегося адвоката, заалевшие уши смотрителя и вышла из комнаты. Все-таки в чем-то они еще дети! Неужели парни и впрямь думали, что заклеенная пластырем бровь одного, синяк на скуле другого и разбитые костяшки ничего мне не скажут? Я фыркнула, и бегом спустилась с лестницы.

На совет я успела в последнюю минуту, когда в зале собралась почти вся фамилия, не считая меня да Мэй. Под осуждающими взглядами родственников я поздоровалась, кое-как пригладила распушившийся хвост, оправила костюм и скоренько уселась по левую руку от мамы. Пока позволяло время, не без интереса оглядела торжественно украшенный зал: стены со старинными картинами, белоснежные занавески на окнах, подвязанные алыми лентами, вазы со свежими цветами. Все было чисто, опрятно и элегантно. Как раз по вкусу сидящих за столом одиннадцати человек. В этот раз братец расстарался, чтобы на совете присутствовали все старшие родственники. Тетушка, которая сидела рядом с Шуно во главе стола, ободряюще мне улыбнулась, и на душе сразу стало легче.

- Асаяке, где ты была весь день? Я хотела с тобой поговорить, - накрыв мою руку маленькой, холодной ладонью, обратилась ко мне мама. Вообще-то разговаривать на семейном собрании на посторонние темы считалось дурным тоном, но пока не пришла кузина, брат совет не открывал. Я слегка повернулась, чтобы видеть своих родителей. Промелькнула печальная мысль, что мы все чаще встречаемся на собраниях, а не в уютной домашней обстановке. Но, несмотря на то, что из-за ежемесячных поездок родителей мы виделись мало, я искренне их любила и знала, что они отвечают мне тем же.

Родители выглядели весьма занятной парой, полной противоположностью друг друга. Отец был невысокого роста и весьма полный. На каштановых висках рано появилась седина, но в отличие от многих его современников, он не скрывал ее, а заслуженно гордился. Папа работал в основном с иногородними фирмами, и, путешествуя, зачастую попадал в передряги. Однако убедить его работать в главном офисе брату так и не удалось. Трудно представить человека более твердого в своих решениях, чем мой отец! Что, впрочем, и являлось главным его недостатком - уверенность в правильности выбранного пути зачастую перерастала в обычное упрямство.

Мама, напротив, была женщиной высокой и худощавой, с очень красивыми глазами цвета лазури. Ее светлые волосы завивались в очаровательные кудряшки, спускаясь ниже плеч. Из-за того, что много болела, мама частенько нервничала по пустякам и могла закатить скандал, но после вспышки гнева быстро успокаивалась, радуя домашних теплыми смущенными улыбками.

Когда родители стояли рядом, или прогуливались под руку, разница в росте становилась особенно заметной. Но только постороннему зрителю, увидевшему их первый раз. Стоило людям узнать родителей лучше, как они переставали обращать на это внимания. Союз родителей был на редкость удачным - все годы брака они прекрасно дополняли друг друга.

- Экономка сказала, что вы приедете только к обеду, и я немного прогулялась… Не одна, не волнуйтесь. Меня сопровождал Югата, - быстро добавила я, когда заметила их беспокойство.

- О, тогда ладно, - сразу успокоилась мама, зато отец, слегка нахмурив брови, строго поинтересовался:

- А ты не слишком ли много времени проводишь с этим молодым человеком?

- Дорогой, мы много раз это обсуждали, - вторая мамина рука легла на ладонь отца, и он что-то проворчал под нос, но возмущаться перестал. Мама всегда умела успокаивать его одним словом.

Надо заметить, что именно маминой идеей было сделать Югату семейным адвокатом. После второй попытки похищения я была искренне возмущена парой теней, которые следовали за мной повсюду. Тогда, наслушавшись моих жалоб, мама поговорила с отцом и через неделю мне второй раз представили Югату. Уже не скромного мальчика, а красивого и уверенного в себе двадцатитрехлетнего мужчину. Но даже наедине адвокат обращался ко мне на "Вы" и называл одзё - "молодой госпожой", и я все никак не решалась напомнить ему о былой дружбе. До сегодняшнего дня.

- Как там Югата-кун? С ним все хорошо? Шуно упоминал, что он был в больнице.

- Да, несколько дней назад. Но врач говорит, ничего страшного.

- А что произошло? - спросил папа. Я знала, что, несмотря на все его бурчания, адвоката отец уважал и желал ему благополучия.

- Неприятная ночная прогулка, - я рассудительно умолчала про то, с кем он встретился. Пусть лучше думают, что адвокат наткнулся на любителя чужих кошельков, чем на непонятное потустороннее существо.

- Передавай ему привет и пожелания скорейшего выздоровления, - мама наклонилась ко мне и тихо, чтобы отец не расслышал, произнесла. - Но я слышала, ты тоже поранилась.

- Тетушка поведала?

- Она ничего подробно не рассказала, отец вертелся рядом. Только поставила перед фактом, чтобы я не переживала, если об этом упомянет Шуно. Сильно досталось?

- Нет, пара царапин и ожог. Ты же знаешь, какая я неловкая и невнимательная, - я сказала правду. Будь я сообразительней, то не попала бы в лапы к русалке, и может, достала бы ключ, не обжегшись кислотой.

К счастью (или наоборот?) мама действительно привыкла к моим злоключениям. В детстве и юности я что ни день зарабатывала новые синяки и шишки, причем самым неожиданным образом.

Мама хотела спросить что-то еще, но в этот момент дверь отворилась и в зал совещаний зашла Мэй. Она выглядела иначе, чем вчера. Стилисты поработали над ее образом, благодаря макияжу и стрижке превратив юную девушку в молодую чувственную женщину. И одета кузина была по-другому: более строго, но не менее роскошно - исключительно в дизайнерские вещи. Если честно, мне было завидно - мой образ деловой женщины никогда не получался ярким, да и повседневный облик больше походил на невзрачного мотылька, чем на красавицу-бабочку.

- Простите, я опоздала! - Мэй низко поклонилась, приглушая своим звонким голосом недовольный ропот, и быстро прошла на свое место. Как раз напротив меня. Когда шепот успокоился, брат поднялся и оглядел родственников.

- Ну что ж, наконец-то все в сборе. Сегодня мы собрались, чтобы решить вопрос о наследстве Кенки Хасу. Для отсутствующих на прошлом собрании напомню, что речь идет о старом особняке в Розовой Заводи. На днях семья Кенрёку предложила нам за него хорошую цену, однако возникли разногласия. Одна из наследниц, Асаяке, не хочет продавать особняк и предлагает сделать из него гостиницу. Так как решение о продаже затронет всю семью, я вынес его на совет. Давайте выслушаем, что скажут наследницы, а затем проголосуем.

Шуно закончил речь и сел, выжидательно смотря на меня. Отлично, слово предоставлялось мне. В горле как-то резко пересохло, я пригубила воды из хрустального бокала и встала. В голове вспыхнула первая фраза, написанная Югатой и перечитанная мною много раз: "Как всем известно, в настоящее время заключение договоров зависит от отношений между фамилиями" - с нее я и начала. Что говорила дальше, сама не помню. У меня оставалась надежда, что я произнесла дословно отрепетированную речь, и там не проскользнуло ничего лишнего. По крайней мере, меня выслушали и не перебивали, а к концу моего выступления некоторые родственники одобрительно кивали. Закончив, я раздала каждому подготовленные адвокатом расчеты по возможным расходам и доходам, и села на место. Руки дрожали, и я положила их на колени, пока остальные этого не заметили. Искоса взглянула на брата - он выглядел недовольным. По всей видимости, не ожидал от меня ничего, кроме голословных фраз. Зато в тетушкиных глазах прыгали смешинки.

К сожалению, Шуно было не так просто сбить с выбранного пути.

- Мы выслушали мнение Асаяке. Но что думает о продаже особняка вторая наследница? - не сомневаясь в ответе кузины, мягко спросил он.

В это время Мэй лениво переворачивала поданные ей листочки, поэтому слова брата пропустила мимо ушей. Ему пришлось повысить голос.

- Мэй, мы тебя слушаем!

- О, извините, задумалась, - невинно хлопнув глазками, улыбнулась кузина. - Что ты спросил?

- Что ты думаешь о продаже особняка?

- А, насчет этого… Я против.

После ее слов, за то ошеломленно выражение, которое возникло на лице брата, я готова была простить Мэй половину пакостей. Хотя надо отдать должное Шуно, пришел он в себя быстро. Сощурился, оперся ладонями о стол и тихим голосом поинтересовался:

- Мэй, ты уверена, что расслышала правильно?

- Конечно, - кузина не соизволила встать, но похоже, не чувствовала никакого дискомфорта от того, что над ней нависла скала в виде главы Хасу. - Я даже не видела дом, как я могу судить о его продаже? Прежде всего, я хочу съездить туда и всё посмотреть.

Похоже, такого заявления от легкомысленной кузины никто не ожидал и в помещении снова раздался возбужденный гул, который прервался после негромкого кашля. Я замерла как мышь под веником, надежда и беспокойство перемешались - слово взял мудрый и гордо держащий спину мужчина, дедушка Мэй. Насколько я знала от тетушки, он очень редко посещал семейные мероприятия. То ли из-за того, что не хотел тратить времени, то ли ему было неприятно видеть во главе фамилии кого-то, кроме своего брата.

Вмешивался в ход совета двоюродный дед еще реже. Однако он был единственным, чье мнение ценилось выше слова главы.

- Шуно, если обе наследницы против продажи дома, зачем ты вынес вопрос на совет?

- Я думаю, что правильно решить его всей фамилией. Мы можем потерять крупную сумму и некоторых постоянных клиентов, если откажемся от предложения Кенрёку, - брат нисколько не смутился. Он не сомневался в своей правоте. В такие моменты Шуно становился копией отца.

Дед Мэй нахмурился.

- Ты считаешь, что семье Хасу стоит связываться с кучкой отбросов, которые нарушают закон? Пойти у них на поводу ради выгоды? Думаешь, я не знаю, кто напал на мою внучку позавчера?! - дед стукнул кулаком по столу. Я вздрогнула, а родственники удивленно переглянулись: о покушении на меня никому не сообщалось. Продолжил дед тише. - Пусть наследницы вернутся в особняк, чтобы принять окончательное решение и еще раз хорошенько все обдумают. Если спустя месяц их мнения все еще будут совпадать, я не вижу причин вмешиваться. Надеюсь, вопрос исчерпан?

- Но…

Однако дед уже не слушал. Поднялся из-за стола, что-то сказал сидящему рядом с ним сыну, и ушел. В комнате то и дело раздавалось еле слышное перешептывание. Я поняла, что решение принято и выдохнула, чувствуя, как сжимающийся комок в груди немного отпустило.

- Хорошо. Раз все согласны, то и мне ничего не остается, как принять такое решение. Через месяц я жду вас у себя, - кивнул брат нам с Мэй и, раздраженно отшвырнув поданную мной папку с расчетами, вышел из комнаты.

- Береги себя, милая. Не стой под крышей дома, она старая, черепица может свалиться. Не гуляй поздно вечером и не ходи одна в лес. Осторожней рядом с рекой! - наставляла мама, в который раз обнимая меня. Я испытывала жуткое смущение. Вся наша компания уже сидела в машине и минут десять наблюдала эту сцену. После того, как родственники разъехались, мы собрались в рекордные сроки и готовы были выехать в Розаводь. И уехали бы, если мама не забросала меня советами и предостережениями.

- Мам, мне пора! - я вырвалась, получив напоследок легкий поцелуй в лоб и забралась в машину. С отцом и тетушкой расставание вышло более сдержанным, у них были дела и они отправились в офис, едва закончилось собрание. Сестра, как я узнала от родителей, проходила обследование в больнице, передавала мне привет и наказ звонить. Стоит ли говорить, что братец прощаться и желать счастливого пути не стал, тем самым показав, что мои дела его больше не касаются.

- Аккуратней на дороге! - мама кричала что-то еще и махала нам вслед, пока мы не скрылись из виду.

- У тебя потрясающая семья, Асаяке! И как они решились отпустить тебя всего с одним телохранителем, а не наняли целую гвардию? - тихонько посмеивался Кагэ над моим смущением, когда мы выехали из города и неслись по трассе. Дорога пока еще была ровной, все-таки недалеко от Токая. Парни расположились на заднем сидении, а меня, как самую маленькую по росту и телосложению, посадили посередине. В салоне играла громкая музыка, малоизвестная рок-группа, которую любила Мэй, поэтому мы могли перешептываться, не боясь, что кузина и Мошидзука нас услышат.

Пока Кагэ подшучивал надо мной, а затем ругался с Югатой, попытавшимся его осадить, я подумала, что ничего толком не знаю о смотрителе. Где он родился? Почему не живет вместе с родителями и не упоминает о них в разговоре? Наверняка трудно скрывать свою сущность от близких людей. Может, они знали, что он оборотень, и потому Кагэ ушел из дома?

Заинтересовавшись вопросом, я дернула парня за рукав, бесцеремонно привлекая к себе внимание. Тот как раз привел убийственный аргумент, что "над своей девушкой он может шутить, сколько хочет" и добавил что-то малопонятное про уговор. С минуту парни сверлили друг друга взглядами, после чего Югата замолчал и отвернулся к окну, а Кагэ соизволил посмотреть на меня.

- Слушай, а где твоя семья? - спросила я смотрителя, с подозрением поглядывая на адвоката. Югата смотрел на проносящийся мимо пейзаж с обиженным видом, но явно прислушивался к разговору. Любопытно, что у ребят появились общие секреты, имеющие ко мне непосредственное отношение.

- У меня ее нет, - глухо ответил Кагэ. Похоже, тема разговора ему не понравилась, из голоса исчез даже намек на веселье. - Я сирота.

Но пары слов, чтобы избавиться от меня, было недостаточно.

- А где ты вырос? Мэр рассказывал, что ты пришел в Розаводь не так давно. Ты жил в деревне или в городе?

- В городе, если так его можно назвать. Пыльный городок рядом с железной дорогой, грязный, как свинарник. До двенадцати лет меня воспитывала бабушка, другой родни я не помню. Жили бедно, денег постоянно не хватало, хотя на питание наскребали. Бабушка вязала шали, их скупали у нее по дешевке. Я помогал в магазине: убирал, таскал мешки с продуктами. Не сказать, чтобы жизнь казалась совсем плохой - все-таки я был не один, а вдвоем переносить невзгоды проще. Бабушка тоже никогда не жаловалась, даже когда заболела. У нее была обычная простуда, но она слишком запустила болезнь… - Кагэ замолчал ненадолго, погрузившись в воспоминания. Я уже пожалела, что спросила, но смотритель неожиданно продолжил. - После смерти бабушки меня отдали в приют. Воспитатели жалели меня, а может, я им нравился, - парень желчно усмехнулся, - во всяком случае, до шестнадцати лет меня особо не задирали. А если и возникали проблемы с некоторыми приставучими личностями, я научился их улаживать, - в глазах у смотрителя появился опасный блеск.

- А затем началось? - я понизила голос до еле слышного шепота.

- Да, почти сразу после дня рождения, - он говорил о своей второй сущности с поразительной легкостью, как о юношеских прыщах, - Я пару месяцев маялся, превращения были спонтанны. Во время них приходилось скрываться то на чердаке приюта, то в подвале. Затем не выдержал и ушел.

- Куда?

- Это имеет такое большое значение? По-моему, я рассказал достаточно! - неожиданно разозлился парень. Вышло громко, Мошидзука оглянулась, и Кагэ пришлось срочно исправлять ситуацию.

- Спи, ехать далеко! - он притянул меня к себе, чересчур грубо для влюбленного, но подобное поведение можно было списать на вспыльчивый нрав.

Вырываться и возмущаться я не стала. Все-таки, сама подняла болезненную тему. Тему рождения одиночества. А одиноким быть тяжело. Я уткнулась носом в шелк рубашки и закрыла глаза. От смотрителя приятно пахло, мягко и сладковато. Как-то успокаивающе и волнующе одновременно. За окном мелькала свежая зелень, сливая в единую полосу, которая неслась рядом с нами так быстро, что я не рискнула посмотреть на счетчик спидометра. Гонки я любила только со стороны.

Холодный ветерок пробежал по оголенной шее. Это кузина открыла окно, впуская в нагретый салон свежий холодный воздух. Вскоре я ощутила, что, несмотря на жар, исходящий от Кагэ, замерзла. Но не успела шевельнуться, чтобы попросить пальто, как на меня накинули теплый пиджак.

Когда закрываешь глаза, в тишине, запахи становятся намного отчетливее. Я различила исходящий от ткани запах грейпфрута и хвои - аромат, любимый Югатой. И вскоре заснула, убаюканная дорогой и погруженная в эти чувственные, нежные запахи.

…Если бы я знала, что мне приснится, то предпочла бы выпить перед отъездом еще пару чашек крепкого кофе.

Лес был оплетен весной. Особенно остро это чувствовалось рядом с небольшими горками почерневшего и тающего снега. Земля вокруг них словно дышала новой жизнью, оживая после ледяного плена и рождая на свет крохотные листики-цветы. То здесь, то там с ветки на ветку перепрыгивали бойкие пичуги, вознося благодарности ясному солнцу и теплу. Просыпались и спящие зимой хищники - медведи, которых я,другая, старалась обходить стороной.

Скользя бесшумной тенью мимо деревьев и кустарников, усыпанных мелкой желто-зеленой россыпью, я вела охоту. Сегодняшней добычей стал рыжевато-бурый заяц, торопливо обгрызающий кору осины неподалеку. Я, настоящая, умилилась его потешной мордочкой и пушистым хвостиком. Другая смотрела на него, как на сочный кусок вкусного мяса. Зверек нервничал и вздрагивал от любого шороха, и наконец, когда я оказалась слишком близко, бросился наутек. Что ж, этого следовало ожидать: появление подобных мне существ вызвало у животных панический страх.

Намедни я перекусила белкой, поэтому не особо торопилась поесть. Дала зайцу немного времени - игра с обедом неплохо подстегивала аппетит, и только когда между деревьев почти перестал мелькать его силуэт, бросилась за ним.

Ветки хлестали по лицу, и их прикосновения, совершенно не болезненные, а порой и приятные, когда с листочком соскальзывали капли влаги, добавляли изюминку к погоне. Но я с самого начала знала - чтобы убежать от меня, заяц недостаточно шустрый. Игра была недолгой и не доставила мне должного удовольствия. В конце концов, он даже не мог сопротивляться.

Если бы не потребность снова вернуться в тот дом, я могла бы вечно оставаться в лесу, невидимая для всего человеческого мира. Охотиться и наслаждаться своей безумной свободой. Возможно, я бы иногда навещала его, как раньше, смотрела бы, как он выходит из машины и идет на работу, или гуляет по парку с той женщиной, его женой.

Если бы…

Острые зубы вонзились в трепещущую шкурку, на язык попали первые капельки крови: горячие и соленые. Другая я пила эту кровь с наслаждением, точно лучший в мире напиток. Я, настоящая, всхлипнула, мечтая вырваться из этого тела, перестать видеть, слышать и чувствовать…

Несильный хлопок по щеке выдернул меня из мучительного сна. Щеки были мокрыми от слез. Я открыла глаза, убеждаясь, что проснулась. Лес исчез. Я вновь находилась внутри машины, но мы уже никуда не ехали, стояли на обочине у придорожной забегаловки. Ко мне наклонился смотритель. Вид у него был весьма встревоженный.

Я попробовала спросить его, что случилось, но во рту пересохло, из горла вырвался невразумительный хрип. Машинально облизала губы - и мне снова стало плохо, когда я почувствовала знакомый солоноватый вкус, и только спустя долгое мгновение отпустило - я поняла, что эта кровь моя, из прикушенной губы.

Кагэ протянул мне бутылку с водой, я глотнула, мельком отметив странный привкус. Руки дрожали, пара капель минералки сползли по подбородку, упав на юбку.

- Где мы? Где все? - наконец смогла выговорить я. Меня трясло от пережитого. Ужасно осознавать себя кем-то другим, противным твоей сущности, видеть мир чужими глазами. Парень, наблюдающий мое состояние, обнял меня и теперь легонько гладил по волосам, попутно объясняя ситуацию.

- Мэй остановилась отдохнуть и перекусить. Мы проделали половину пути, она заметно устала. Югата вызвался ее подменить, но так как мы проезжали мимо закусочной, решили заодно пообедать. Тебя попытались разбудить, но ты только сонно отмахнулась, поэтому они ушли без нас.

Кагэ улыбнулся, поправив невидимые складки на одежде. Я вспомнила, что засыпала, крепко прижавшись к нему, да и сейчас уютно расположилась в мужских объятиях, однако мне было не до смущения. Не проронив ни слова, я высвободилась из его рук и вышла из машины, чтобы глотнуть свежего воздуха. Кагэ выбрался следом.

- Извини за пощечину, - повинился он. - Когда ты заплакала, я несколько раз тебя окликал, и даже встряхнул, но ты не просыпалась. Я не знал, что еще делать… Тебе снова приснился кошмар? - смотритель выглядел обеспокоенным и виноватым. Так как именно он был тем, кто разбудил меня во время первого видения, врать я не стала. Еще дома я решила не скрывать странности от ребят. Раз мы вместе решили разобраться с тайной особняка, то чем больше они знают, тем лучше.

- Я снова видела ее. Точнее, была ей, - я с содроганием рассказала ему сон, стараясь думать обо всем отстраненно. Смотритель выслушал меня очень внимательно, затем, помявшись, спросил:

- Ты точно уверена, что это был не обычный кошмар? Я не хочу ставить твои слова под сомнение, но ты многое пережила за прошедшую неделю. Любому снились бы дурные сны.

- Знаю. Я сама сомневаюсь в том, что видела. Слишком ненормально, чтобы быть правдой. - Я начала ходить рядом с машиной, размышляя вслух. - Сегодня мне приснился лес, его я видела последним, когда засыпала. Возможно, он отразился в памяти, смешавшись с мыслями о русалке и ее убежище. Но почему тогда в первый раз я оказалась права, что на Югату напали? Я ведь тогда тоже видела необычной сон. Нет, что-то подсказывает мне, что между простым кошмаром и этим сном лежит пропасть, - я дошла до автомата с лимонадом, стоящего под навесом у входа в кафе, выбрала напиток и кинула несколько монет. Чтобы получить взамен банку, пришлось хорошенько треснуть по железному боку. Удар помог сбросить некоторое напряжение. Резко открыв банку и едва не вылив на дорогу половину содержимого, я отпила. Лимонад оказался теплым и сладким, но на удивление вкусным.

Маленькие глотки помогли успокоиться. Я огляделась. Заведение, рядом с которым мы стояли, не отличалось красотой или чистотой. Огромный мешок с мусором стыдливо стоял у входа, вокруг него роилась куча толстых мух. Я посмотрела на стеклянные двери кафе, с надписью "открыто". Табличка с названием заведения висела выше и была неказиста, криво написанные буквы неровным рядом выстроились на картонке, весьма осложняя их чтение.

- Если учесть, что больше до Розовой Заводи магазинчиков не предвидится, можно понять нежелание владельца делать свое заведение более опрятным, - пояснил Кагэ, проследив мой взгляд. Я поморщилась.

- И все же вывеску можно было сделать аккуратно. Да и прибраться не помешало бы.

- Предложи свои услуги, как дизайнер, - хмыкнул смотритель.

- Тогда ради вывески ему придется продать свое кафе, - парировала я. Сон потихоньку прятался в туманной дымке, оглушаемый реальными звуками, вкусами и запахами. Мне определенно стало легче. Достаточно, чтобы я достала из сумочки зеркальце и привела себя в порядок, с помощью влажных салфеток убрав потеки от туши, делающих меня похожими на панду. Теперь я была готова встретиться с кузиной, не выказав при этом расстроенных чувств.

- Почему их так долго нет? - спросила я смотрителя, который до этого хвостиком ходил за мной, а затем уселся рядом на обшарпанную скамейку.

- Вероятно, Мэй не понравилось еда, которую ей принесли. Узнав, кто посетил его кафе, владелец поспешил исправить свою оплошность. Учитывая долетающий до меня запах, - он забавно повел носом, лично я ничего не чувствовала, - на приготовление обеда ушло полчаса. Так что если наши спутники кушают не торопясь, то выйдут - парень посмотрел на часы и что-то прикинул в уме, - минут через пять.

Он почти не ошибся. Не учел, что заказ для нас надо будет упаковать. Выйдя из кафе последним, галантно придержав для девушек дверь, Югата вынес две коробки с бенто. Увидев, что я проснулась, адвокат предложил подождать, пока мы перекусим, но я отказалась. При мысли о еде перед глазами всплывал убитый заяц. Я не могла заставить себя есть, хотя мне было совестно перед Кагэ - из-за меня он тоже остался голодным.

- Все в порядке, не переживай, - шепнул мне смотритель, садясь в машину. Теперь на месте Югаты была Мэй, поэтому поговорить не получалось. Но я не сердилась - кузина действительно выглядела уставшей и вскоре задремала.

А я смотрела в окно и понимала, что так спокойно заснуть у меня в ближайшие дни не получится.

 

Глава 9.

- Я вернулась! - радостно воскликнула Асаяке, вбегая по ступенькам в заиндевевший коридор. Поскользнулась на ледяном полу, взмахнула руками и чуть не упала, уцепившись в последний момент за шкаф. С верхотуры свалилась позабытая кем-то из прежних владельцев, порядком изъеденная молью шляпа.

Придержав девушку за локоть, адвокат помог ей уйти подальше ото льда и первым вошел в гостиную. Несмотря на внешнее безразличие, у него чуть сердце не остановилось, когда она выбежала вперед. Глупая! А что, если бы недавние посетители снова были здесь? Они могли запросто поранить ее! По спине у парня пробежал холодок, и он быстро огляделся, стараясь обнаружить чужое присутствие.

Однако дом пустовал. Единственное увиденное им живое существо, летучая мышь, висящая до сего момента под потолком, лениво взмахнула крыльями и улетела на второй этаж.

- Боже, и как вы здесь живете? - с величайшим отвращением на лице спросила Мэй, проводив мышь взглядом и рассматривая потолок на наличие ее товарок. Те, если и были, не спешили показываться шумным гостям на глаза.

- Не беспокойтесь, они не кусаются. Милые зверушки и хорошо поддаются дрессировке, - бодро сказал смотритель. Он входил в дом последним. Плотно прикрыв входную дверь, Кагэ поставил на пол два чемодана и переливисто свистнул. В тот же миг со шторки сорвалась невидимая доселе тень, подлетела и уселась к нему на плечо. Довольный произведенным эффектом парень почесал мышиное брюшко.

- Ну, если Вы называете это милым, - у Мэй заметно дрожал голос и подойти к Кагэ, чтобы погладить животное она не решилась. Мошидзука стояла рядом с ней, и хотя с губ ее не сходила вежливая улыбка, адвокат знал, каких усилий она стоила. Мышей Рю всегда побаивалась. "Раньше она вела себя более честно", - с некоторым сожалением подумал парень, и предложил проводить девушек в комнаты.

Конечно, в восторг их дом не привел. В отличие от Асаяке, девушек не восхитила ни старинная мебель, пусть и потрескавшаяся от времени, ни цветные витражи. Однако, благодаря уборке, в особняке появилось несколько чистых спален, в которых можно было остановиться гостям. Югата тоже перебрался на второй этаж, правда его спальня была поменьше и менее чистая. Поводом переехать с кухни наверх послужила просьба Асаяке.

"Они ведь не знают, каких подвохов можно ждать в доме, а говорить им о загадке особняка не стоит. Поэтому надо, чтобы кто-то их защищал", - объяснила одзё, и парень не мог с ней не согласиться. Хотя его волновало, что Асаяке продолжит спать в гостиной, но парень понимал, что на бесшумные вылазки из особняка плохо повлияет скрипучая лестница на второй этаж.

Его новая комната оказалась довольно удобной: с небольшой кроватью и тумбочкой, в которую можно убрать вещи. Хорошо, что его чемодан и вещи Асаяке не забрали -девушка успела убедить брата не посылать за ними людей. Затолкав чемодан с оборудованием под кровать, парень тихонько прошел мимо спальни, в которой ахали над вылезшим из угла пауком, и спустился в гостиную.

Комната была озарена неярким светом пламени, отбрасывающим тени на стены. С каждой минутой в доме становилось теплее и уютнее. Югата сам не заметил, что за несколько дней особняк успел ему приглянуться.

- Одзё, можно с Вами поговорить? - Югата подошел к сидящей у огня девушке, отметив, как та вздрогнула при его появлении. В руках она вертела странный сундучок, и по ключу и надписи на нем Югата догадался, что это тот самый клад, который она нашла в сломанной ступеньке лестницы.

- Конечно, - Асаяке отложила находку в сторону и подняла на него глаза. Всего одну секунду он позволил себе любоваться ей: не так, как любовались остальные поклонники - внешней красотой, а тем наивно-задорным выражением, которое проскальзывало на ее лице, а затем попросил:

- Позволите взглянуть на часы господина Хасу?

- Конечно, - вместо того, чтобы лезть в карман, Асаяке приподняла волосы и сняла с шеи цепочку с висящими на ней часами. - Пусть будут под рукой. Никогда не знаешь, когда они понадобятся, - ответила она на немой вопрос.

- У меня с собой вид нашего особняка со спутника. Качество, конечно, не ахти, но лучше чем ничего, - адвокат вытащил сложенный в четверо снимок, развернул его на столике и присел на диван. - Где Вы нашли первый ключ?

Асаяке присмотрелась к фотографии и уверенно ткнула пальцем в серый кружок. Югата взглянул на часы, а затем повернул их так, чтобы два часа по направлению совпало с фонтаном. Затем четкими движениями провел одиннадцать ровных линий, начиная от дома. Периодически линии пересекали какие-то объекты, но точно сказать, являлись ли они "хранителями" ключей, было сложно.

- Для начала возьмем за точку отсчета особняк, потому что именно здесь был спрятан сундук. Если теория не подтвердится, то будем думать дальше, - по ходу черчения объяснял адвокат. Посмотрел на получившийся план и выбрал линию с наименьшим числом объектов. По часам это была "пятерка". - Думаю, стоит начать с нее. Интересно, что это значит? - он вгляделся в потертый символ: две палочки и полукруг сверху.

- Похоже на недоделанный домик в арабском стиле, - поразмыслив, выдала девушка. - Может быть, сходить и посмотреть?

- На ночь глядя?

- Отличная идея! - воскликнул подкравшийся смотритель. Ему хватило одного взгляда на карту и часы, чтобы понять, о чем они говорили. Полюбовался на вспыхнувшего от злости адвоката, парень не стал дожидаться отповеди безрассудству и добавил шепотом. - Будет странно, если влюбленные люди не захотят остаться наедине. Тем более, когда за ними не наблюдает вся фамилия. Поэтому мы с Асаяке немного пройдемся. Если Мэй выглянет в окно, она увидит нас гуляющими по саду.

- А прогулка не может подождать утра?

- Слушай, я тебе поражаюсь! Ты бы захотел ждать лишних пару часов, когда можно сходить на свидание с любимой?

- Я бы в первую очередь думал о ее безопасности, - возразил адвокат.

Кагэ безмятежно усмехнулся, обнимая девушку за плечи. Та инстинктивно отшатнулась.

- Ну, когда Асаяке со мной, с ней ничего не случится.

- Я однажды оставил тебя следить за ней, и что из этого вышло?

Неизвестно, чем бы закончился их спор, но в это время в разговор вмешалась Асаяке.

- Вообще-то, если вы не заметили, я еще здесь. И мне не нравится, когда обо мне говорят в третьем лице и решают, что мне делать! Прекратите кудахтать вокруг меня - я не ребенок, чтобы постоянно обо мне заботиться! - одзё вздернула носик, поднялась с дивана и быстрым шагом направилась к двери.

"Что я делаю!" - мысленно простонал Югата и подтолкнул Кагэ к дверям:

- Беги за ней, - буркнул он. Смотритель посмотрел на него с удивлением, но увидев, что девушка уже скрылась из вида, бросился ее догонять.

"В конечном счете, я поддержал их легенду, так что поздно жалеть", - вздохнул адвокат. Он передвинулся на место своей молодой госпожи, наблюдая, как пляшут на дровах искры пламени, с твердым намерением дождаться этих двоих, даже если придется прождать полночи.

Тихий скрип привлек его внимание. Парень оглянулся - стараясь не оступиться на старых ступеньках, со второго этажа спускалась Мошидзука.

- Мэй-сама легла спать, она устала с дороги. А мне не спится на новом месте, - смущенно сказала она, присев рядом. Девушка переоделась в платье и расплела косу, как всегда делала дома. Накатили воспоминания, когда они ходили в поход, купались, а потом Рю сидела с мокрой головой у костра, а он расчесывал ей волосы. Тогда они были студентами третьего курса, мечтали вместе закончить учебу и думать не могли, что через месяц она уедет.

- Давно ты стала адвокатом Мэй? - спросил Югата, когда молчание затянулось неприлично долго.

- Полгода назад. Но я не совсем адвокат. Скорее нянька, - Мошидзука тепло улыбнулась, как будто речь шла о чем-то забавном. - Её дед попросил меня присмотреть за ней. Говорит, что Мэй и так доставила достаточно неприятностей семье, пора браться за ум.

- Понятно…

И снова тишина. Такая неловкость часто бывает, когда люди встречаются после долгой разлуки - когда не знаешь, что сказать, а в голове вертится множество вопросов. Адвокат скрестил пальцы, изредка поглядывая на девушку. Югата чувствовал, что она тоже смотрит на него и ждет, что он первый затронет болезненную тему. Но парень молчал.

- Послушай, я тогда была не права, - осознав, что инициативы от него не дождешься, начала Мошидзука. - Не стоило мне уезжать.

- Но ведь такой шанс выпадает раз в жизни! - ответил он ей теми словами, что сказала она несколько лет назад. - Давай не будем ворошить прошлое.

- Ты сердишься на меня?

- Нет, - честно ответил он. - Поначалу сердился, а потом подумал, что ты, наверное, поступила правильно.

- Правда? Ты серьезно так думаешь? - девушка больше не прятала взгляд. Она смотрела прямо на него, и какая-то бесшабашная искорка зажглась в ее глазах. - Тогда давай начнем все с начала.

И прежде чем Югата успел ее остановить, крепко поцеловала его в губы.

- Как думаешь, он обиделся? - спросила я смотрителя, неторопливо бредя рядом с ним по дорожке. За вспышку гнева было стыдно: все-таки, адвокат обо мне заботился. А я поступила глупо, когда решила, что мое мнение не учитывают. И как только додумалась такое ляпнуть? Если бы не мое желание раскрыть здешние тайны, парень рассказал бы отцу всю правду об особняке, и меня не выпустили бы из дома. Но вместо этого он подвергает опасности свою жизнь, а я веду себя как избалованная девчонка!

Я пнула попавшийся под ногу камешек, и тот вприпрыжку укатился к кустам. Теперь я злилась на саму себя.

- Не переживай, он забудет о вашей ссоре через пару часов. Югата не умеет подолгу сердиться. Разве я не прав? - попытался успокоить меня Кагэ. Как ни странно, он не подшучивал над опасениями адвоката, и к его просьбе отнесся весьма серьезно, внимательно следя за каждым моим шагом.

- Прав, - согласилась я, но не удержалась от возмущения. - А ты тоже хорош! Зачем было его дразнить? Югата знает правила нашей семьи, поэтому ему не нравится, когда меня обнимают.

По правде говоря, мне и самой было не по себе от частых прикосновений смотрителя. Пусть он вызывал у меня самые дружественные чувства, однако нормы поведения, которые двадцать с лишним лет фамилия вбивала мне в голову, не просто забыть. Может, пора разобраться с этим вопросом?

Но не успела я и слова молвить, как парень неожиданно извинился:

- Прости, я поступил необдуманно. Тебе, наверно, было неприятно. Я постараюсь не трогать тебя без крайней необходимости, - сказал он, понуро опустив голову. Но Кагэ не был бы самым очаровательным и вредным смотрителем на свете, если бы после выдержанной паузы не добавил. - Но если сама попросишь, я к твоим услугам, - он развел руки в стороны, будто призывая обнять.

- Не наглей! - Я шутливо стукнула его в бок. Вряд ли мне стоило принимать его последние слова всерьез.

Болтая об особняке и окрестностях, мы подошли к западному крылу, где располагалась спальня Мэй.

- Интересно, где окна моей кузины? - полюбопытствовала я, глядя на возвышающуюся над нами громаду дома. К сожалению, свет горел только в гостиной. А под сиянием луны можно было рассмотреть только блеклые шторы на окнах.

Отвлекшись от дороги, я сделала неосторожный шаг в сторону, чуть не поцарапавшись о шипы дикой розы, но вовремя отступила. Мой вскрик, раздавшийся в ночной тишине, привлек чужое внимание. Я увидела, как одна из шторок шевельнулась, отодвигаемая в сторону.

- За нами подсматривают, - заметила я негромко.

Парень кивнул и чуть повернулся, так, чтобы встать спиной к наблюдателю. Его руки обвили воздух вокруг меня, не доставая до кожи пару миллиметров, и смотритель наклонился. Со стороны наверняка казалось, что он нежно меня целует. Не буду врать, что мысль о поцелуе не пришла в тот момент в мою голову - слишком близко были его губы. Однако парень сдержал обещание, и ситуацией не воспользовался.

И все-таки, когда Кагэ отстранился от меня, я смутилась.

- Что ж, представление для кузины сыграли, можно отправляться на расследование, - скрывая неловкость, бодро сказала я. К счастью, Кагэ захватил так небрежно оставленные мной часы, и теперь мы могли сориентироваться, куда двигаться. На удивление, выбранная тропа оказалась на редкость удобной и широкой.

- Кагэ, куда она ведет? - спросила я смотрителя. Прожив здесь пару лет, он должен был знать все дорожки в особняке.

- К беседке. Точно, символ изображает беседку! - он бесцеремонно дернул часы, и цепочка не преминула впиться мне в шею.

- Эй! Осторожнее!

- Извини, извини. Смотри, - парень указал вперед, где из-за стволов садовых деревьев уже проглядывались белые очертания беседки. Она казалась очень хрупкой, словно выточенной из единого куска мрамора. Тонкие колонны увивал плющ, гладкий купол увенчивал месяц. С маленьких веточек внутри беседки спускались крохотные звезды.

- Как красиво! - ахнула я, разглядывая очередное сокровище особняка. Обойдя беседку по периметру, я вошла. Скамейка внутри выглядела потертой, на полу кто-то набросал целый ворох листьев, но беседка была очаровательна.

- Где здесь может быть ключ? - очнулась я от бездумного созерцания.

- Я часто ночевал здесь раньше, особенно летом, и не видел ничего подозрительного, - честно ответил смотритель. - Придется осмотреться внимательней. И ради бога, Асаяке, будь в этот раз аккуратна. Если с тобой что-то случится, Югата меня не простит.

- Хорошо, - откликнулась я, уже забравшись на скамейку с ногами, чтобы потрогать звезды над головой. Увы, мой рост не позволил до них дотянуться, и я чуть было не сверзилась на пол.

Кагэ недовольно покачал головой и залез на скамью вместо меня. Подгоняемый моим нетерпением, он прошел по кругу, ощупывая звездочки и стебельки, но никакого тайника не раскрылось. Если не считать паука, свалившегося мне на плечо после очередного подергивания веточек.

Затем наступила очередь скамейки. Я понимала, что спрятать маленький ключ можно где угодно, но не видела ни единого стыка, который мог скрываться потенциальный тайник. Проползав на коленях по жесткой и холодной земле, я вдоволь насладилась запахом плесени и сырости и вынуждена была сдаться.

- Бесполезно, здесь ничего нет, - я присела на скамейку, отряхивая юбку от налипшей листвы. На ткани проступали многочисленные грязные пятна.

- На часах явно изображена беседка. Мы осмотрели далеко не все. Пол, колонны, крыша - там тоже можно оставить ключ, - возразил Кагэ, вылезая из-под скамьи с другой стороны. Его обычно чистое личико было испачкано, а на волосах осталась паутина. Уверена, что я выглядела не лучше. - Мы не там ищем. Или не так.

- Давай подумает завтра, - я зевнула. Метлы, чтобы подмести листья с пола не было, да и настроение упало. Я была расстроена безрезультатными поисками, вымазана в грязи, и мне очень хотелось принять душ. А еще резкое отношение к адвокату не выходило у меня из головы: я собиралась извиниться, и хотела сделать это как можно скорее.

Кажется, смотритель понял мое состояние, поэтому предлагать продолжить поиски не стал. Стряхнул с волос пару застрявших листиков и направился к дому. Я пошла за ним, внимательно глядя, куда ступаю. Заодно пометила для себя первое дело на завтра: починить в саду фонари. Не знаю, достаточно ли поменять лампочки, или надо вызывать мастера, но с электричеством в особняке проблем быть не должно. Иначе во время ночных прогулок я точно что-нибудь себе сломаю.

Как назло, у самой двери развязался шнурок. Я замешкалась, пока завязывала его, и когда вошла в холл, увидела Кагэ, замершего в дверях.

- Что случилось? - спросила я, подходя ближе. Из гостиной послышался странный шум. Я поднялась на цыпочки, чтобы заглянуть смотрителю через плечо, но неожиданно он притянул меня к себе, так что я носом уткнулась ему в рубашку.

- Что ты делаешь? - возмутилась я, пытаясь оттолкнуть его, но на затылок опустилась рука, удерживая меня на месте. - Сам же сказал, что не тронешь меня!

- Прости, там Мэй, - шепнул смотритель и сказал громко. - Не злись на меня. Давай постоим так минутку.

Ну, раз кузина смотрит… Мне ничего не оставалось, как согласиться, и я стояла, отсчитывая мерные удары сердца.

…Когда парень отпустил меня, я вошла в комнату. Угли в камине дотлевали. В гостиной уже никого не было.

Ночь прошла беспокойно. Несмотря на усталость, я долго не могла уснуть, опасаясь очередного путешествия в чужое тело, и только под самое утро забылась тревожным сном. Остальные встали рано, меня не будили, но я слышала тихие разговоры и хождение. В конце концов, не выдержала, откинула одеяло и пошла умываться. Настроение было ужасным.

Оно стало еще хуже после того, как я обнаружила, что защелка в ванную комнату выломана. Видимо, недавние посетители не особо заботились о сохранности дома. Сделала заметку о том, что помимо фонарей надо починить замок. Найдя в углу швабру и подперев ей дверь, чтобы никто не вошел, я разделась и залезла под душ. Чуть не выпрыгнула обратно, когда на меня хлынула ледяная струя, но вскоре напор горячей воды стал сильнее, температура выровнялась, а я расслабилась. Прохладная вода бодрила, смывая усталость.

Вскоре я была способна думать не только о кровати, но о еде и предстоящих делах.

Завернувшись в махровое полотенце, перебирая спутанные пряди волос, я подошла к зеркалу. И шарахнулась назад, подальше от отражения. Оттуда на меня глядела знакомая черноволосая леди.

- Ты бы предупреждала о появлении, что ли, - выдохнула я, оправившись от неожиданности. Девушка улыбнулась.

- Думала, ты привыкла. Все-таки я не первый раз тебе являюсь. Кстати, таким образом закрывать дверь - не лучшее решение. Тебе будет трудно ее открыть, если придется убегать.

- А зачем мне убегать? - с подозрением спросила я. И тут же подумала, что если кто-то меня услышит, то подумает, что я свихнулась, раз говорю сама с собой. Пришлось понизить голос до шепота. - Разве в доме мне что-то угрожает?

- Однажды тебя уже хотели убить, - напомнила мне гостья. - На твоем месте, я бы поменяла витражи в гостиной, или забила разбитые окна досками. Дом охраняет его обитателей, но пока он слаб. Поэтому иные могут проскользнуть в брешь его защиты.

- Значит, даже сейчас на меня могут напасть?

- Не переживай. Когда я рядом, ты в безопасности, - ответила девушка. - Но я не могу уследить за всем. Ко всему, даже маленькие проявления силы ослабляют меня. Конечно, с тех пор, как вы вернулись, мне стало легче. Однако рекомендую тебе реже оставаться одной.

- Не могу же я звать кого-то принимать со мной ванну! - возмутилась я, а леди совсем по-девчачьи хихикнула, видимо, что-то такое себе представив. - Кстати, - я вспомнила, о чем должна была узнать, - ты ведь первая хозяйка дома?

- Да, - не стало спорить отражение. - Сейчас я не могу рассказать тебе свою историю, скажу только, что ты на правильном пути.

- Ты имеешь в виду поиски ключей? Не подскажешь, где их найти?

- Прости, не могу, - она покачала головой. - Есть вещи, которые ты должна узнать сама. Но я помогу советом - символы говорят о большем, чем видится. Будь осторожна!

Поверхность зеркала заколебалась, и в нем отразилась я, растрепанная, в полотенце, со сбегающими по коже капельками воды. В сравнении с истиной леди, которая была в зеркале минуту назад, выглядела я не очень.

"Хорошо, что у особняка была хозяйка, а не хозяин", - подумала я, одеваясь. Потому как представать в полуголом виде перед незнакомцем меня не прельщало.

- Асаяке, завтрак готов! - позвал Кагэ с кухни, и я, собрав мокрые волосы в пучок, чтобы не холодили шею, пошла на кухню.

Поделиться с парнями разговором не получилось, ибо за столом собрались все обитатели дома. Кузина примостилась рядом с Кагэ и парень развлекал ее беседой, Мошидзука пила апельсиновый сок, временами бросая задумчивые взгляды на адвоката, а Югата их старательно не замечал, читая свежий номер местной газеты. Откуда он его достал, я понятия не имела. Не иначе как заставил Кагэ сбегать в кошачьем облике в Розаводь.

При моем появлении парни одновременно оторвались от своих дел и улыбнулись мне, причем оба как-то виновато. Странно…

- Мэй, куда вырядилась? Отправишься в город? - поинтересовалась я, присаживаясь с другой стороны от смотрителя и густым слоем намазывая джем на хлеб. Особо возиться с завтраком Кагэ не стал, поэтому на столе красовалось несколько сваренных яиц, банка с джемом, порезанные овощи и хлеб.

- Хочу посмотреть на местные достопримечательности.

Я чуть было не сказала, что главной особенностью города является особняк, так что ходить никуда не надо, но вовремя придержала язык. Чем меньше времени кузина будет проводить дома, тем лучше.

- Кагэ-кун вызвался меня проводить, - добавила девушка и мило улыбнулась смотрителю, подсовывая ему бутерброд. Судя по проскользнувшему недовольному выражению на его лице, далеко не первый. Что ж, парню в компании Мэй придется не сладко, так что пусть подкрепляется. Специально для выхода в город кузина оделась в модное платье с открытыми плечами. Ее волосы были аккуратно уложены, в ушах мерцали дорогие серьги. Если подумать, не слишком-то удобное одеяние для Розовой заводи, где что ни метр дороги, то новая яма, и в воздухе витает пыль. А если пыли нет, значит идет дождь. Но предлагать кузине переодеться я не стала. Все равно мои советы Мэй слушать не станет.

- Когда будете в городе, навестите Атсуй-сана. Я переживаю, что у него могут быть проблемы, - попросила я смотрителя. Тот кивнул. Думаю, мы все сожалели, что втянули доктора в неприятности.

- Рю-сама, пойдете с ними или останетесь в особняке? - спросила я девушку, в надежде, что она прельстится прогулкой, и дом останется в моем распоряжении хотя бы на пару часов. Увы.

- Пожалуй, сегодня предпочту остаться дома. Я неважно себя чувствую, - отозвалась Мошидзука. - Но если Вам потребуется моя помощь, то обращайтесь.

- Нет, что Вы, отдыхайте, - я с трудом подавила разочарованный вздох. - Я собиралась погулять по саду, осмотреть территорию. Еще вчера заметила, что не все фонари горят. Кроме того, надо будет вызвать мастера, заменить замок в ванной. В общем, дела найдутся.

- Ну, с фонарями и дверью я постараюсь помочь, - сказал Югата. Так и знала, что он не читает, а внимательно прислушивается к разговору. - Одзё, Вам надо экономней тратить деньги. Пока мы не найдем достаточной суммы на ремонт особняка, будем по мелочам обходиться своими силами. Кагэ, покажешь, где здесь инструменты?

- Конечно, пойдем! - парень вскочил, схватил адвоката за рукав и потянул за собой. Оборотень подорвался с места с таким энтузиазмом, что я заподозрила неладное. Чем же его кузина так напугала?

- Мэй-сама, я буду ждать Вас у ворот! - помахал он всем рукой уже от двери, и крикнул мне, вспомнив об игре, - Береги себя, милая!

- Конечно! - безрадостно отозвалась я.

После того, как парни скрылись из виду, на меня уставились две пары глаз. Стало как-то неуютно.

- Что ж, я тоже пойду, - смущенно сказала я, откладывая недоеденную булочку в сторону и относя тарелку в раковину. - Мэй, не задерживайтесь в городе! А Вы отдыхайте, - обратилась я к Мошидзуке, - Если потребуются лекарства, они в верхнем шкафчике.

И кивком указав на оный, я вышла из кухни.

Для того чтобы догнать ребят, притом не попавшись на глаза нашим гостям, пришлось пробежаться, обогнув половину дома. Невысокий покосившийся сарай находился в саду, в самой запущенной его части. Я появилась в самый интересный момент - ребята побороли дверь в споре, кто крепче, и последняя с грохотом упала к их ногам.

Обойдя прогнившие доски и опилки, я зашла в темное помещение и присоединилась к парням в поисках лампочек и замков, одновременно пересказывая встречу с бывшей хозяйкой особняка.

- С ее слов получается, что дом живой, - высказал предположение Югата, когда я закончила говорить. Голос его раздавался глухо. Что не удивительно: парень спустился в погребок, и теперь доставал оттуда сумки и коробки.

- Не только живой, но разумный, - подметил смотритель, отбрасывая в сторону искореженную железку, оказавшуюся садовыми ножницами. - Однако до вашего приезда я не замечал в нем странностей. Вокруг особняка их было полно, - добавил он под моим озадаченным взглядом, - но не внутри.

- Раньше у дома не было хозяев. Может, в этом дело? - вслух подумала я. Приняла поданную адвокатом сумку на молнии, раскрыла ее и радостно вскрикнула. Внутри лежали лампочки. Парни обрадовались находке и стали рыться в сваленном хламе с удвоенным энтузиазмом. Не забывая при этом о теме беседы.

- И что за странную подсказку она дала? Ты уверена, что правильно запомнила?

- Символы говорят о большем, чем видится, - повторила для Кагэ. - Память меня пока не подводит. Может, часы деда не обычная карта? Хотя меня больше волнует, почему она не сказал прямо, где спрятаны ключи…

- Иногда до решения загадки надо дойти своим умом, - неожиданно поддержал девушку адвокат. - Если подать ответ сразу, то человек не задумается над ним, а просто запомнит. И в результате ничему не научится. В то время как, разобравшись сам, он поймет саму суть проблемы и сможет избежать ее повторения в будущем.

- Мудро, - согласился смотритель. И подумав, добавил. - Но для нас не менее обидно.

- Это точно!

Мы как-то синхронно вздохнули. Было желание решить все проблемы разом - вот вам разгадка особняка на блюдечке, и делайте дальше что хотите. А вместо этого…

Мы продолжили поиски. Повертев в руках проржавевший, амбарного вида замок, Югата с сожалением отложил его в сторону.

- В любом случае, надо продолжить поиски, - сказал он. - Возможно, если мы найдет еще пару ключей, то сможем понять подсказку, и дело пойдет легче.

- Надеюсь, - искренне ответила я, зарываясь в ворох вещей.

Через пятнадцать минут, чихая от пыли, Кагэ с победным криком вытащил из кучки железок замок с ключами, и мы покинули сарай. Посмотрев на ребят при свете дня, я прыснула со смеха: оба были вымазаны в пыли и масле, как чертята. Глядя на мое веселье, Югата попытался пригладить волосы и стереть с лица грязь,…но только усугубил ситуацию. После того, как он провел тыльной стороной ладони по лицу, оставив на щеке и лбу длинные темные полосы, парня смело можно было отправлять в лес на разведку - маскировка получилась отменной.

- Между прочим, Ваш наряд тоже не подобает одзё, - обиженно заявил адвокат, в ответ на мою улыбку. Спорить я не стала, с правдой не поспоришь. Особенно когда новая спортивная курточка, одетая утром, испачкана в грязи. Но я не собиралась переживать на этот счет. Во-первых, потому что нам предстоял целый день работы, а значит, чистенькими мои руки не останутся. А во-вторых, меня окружали люди, которых я знала, и которые не станут косо смотреть из-за потрепанных штанов или старой обуви.

- Кагэ, а почему ты так быстро убежал с кухни? - вспомнила я, когда мы, нагруженные лестницей и сумкой с лампочками, провожали смотрителя к ограде.

Парень поморщился.

- У твоей кузины духи с афродизиаком. Запах такой резкий, что в носу свербит.

- Хм, а мне они понравились. Легкий и нежный цветочный аромат, - задумчиво протянула я. Сама духами особо не пользовалась, но у Мэй действительно был хороший вкус. Когда-то давно она подарила мне шарфик, предварительно пофыркав на него из флакончика, так он потом три дня пах фиалками. Было приятно.

- Ты ведь обычный человек. А мое обоняние в десятки раз острее, потому и запахи воспринимаются иначе, - пояснил Кагэ с усмешкой. Но улыбка быстро сошла с его лица. - Мэй на подходе. Вам лучше уйти.

Он указал на маленький проход в кустах, куда мы устремились. Стоило веткам перестать шевелиться, как за нашими спинами раздался нежный голосок кузины, зовущий смотрителя.

- Почему мы прячемся? - спросил я, пройдя еще немного. До меня начала доходить вся абсурдность побега.

- Чтобы Ваши гостьи ничего не заподозрили. Будет сложно отгадывать тайны особняка, если за нами хвостом станут ходить госпожа Мэй и Рю, - ответил Югата, уверенно лавируя между опасными кустами. Я старалась следовать за ним шаг в шаг, чтобы ненароком не наступить на спрятанный в земле корень.

- Тогда почему бы тебе не попросить Мошидзуку не лезть в наши дела? Вы же давно знакомы?

- То, что мы учились вместе, не дает мне прав требовать от Рю особого отношения.

- Но ведь попросить можно? - тихо буркнула я, но настаивать не стала.

Я заметила одну странность. Парень называл Мошидзуку по фамилии, без добавления "сама", что характерно для однокурсников, но они почти не общались. Если бы я встретила своих друзей из университета, то захотела бы узнать, как у них жизнь, чем занимаются, осуществили свои планы или нет? Но адвокат вел себя так, словно они совершенно чужие люди.

- А теперь давайте вернемся к главной дорожке. Думаю, там стоит поменять лампочки в первую очередь, - сказал парень.

Я не стала спорить. Сделав небольшой крюк, мы подошли к дому, и оттуда увидели, как от ворот отъехала красная машина. Проводив ее взглядом, я заскочила в холл и включила уличное освещение. Мы прошли по дорожке, отмечая подобранным кусочком черепицы не горевшие фонари. Затем выключили свет, чтобы не тратить зря электричество.

Югата приставил лестницу к первому фонарю, и мы принялись за работу. Я забирала разбитые или перегоревшие лампочки, притом мне приходилось вставать на цыпочки, и подавала новые. Адвокат их вкручивал, тащил лестницу к следующему фонарю и все повторялось. Нудная и скучная работа, зато весьма полезная для благоустройства особняка.

В ожидании, пока парень закончит, я пританцовывала на месте. Мне не терпелось показать ему беседку до того, как стемнеет и надо будет вернуться в дом. Однако на предпоследнем фонаре Югата задержался. Удивленно повозил рукой, словно вытаскивая что-то, и наконец, подал предмет мне. Но он вывернул не очередную испорченную лампочку. Это был еще один ключ.

Я не верила своим глазам. Конечно, я слышала раньше об элементе случайности, но никак не ожидала, что мы найдем ключ так скоро. Не подвергаясь опасности, не ломая голову над разгадыванием символов и не вытирая собой полы. Это было фантастически!

Пока я стояла с ошарашенным видом, Югата забрал из моих ослабевших рук сумку с лампочками, дабы я не грохнула ее о землю, и отправился к последнему фонарю. Адвокат отнесся к находке более спокойно, и его легкое волнение выдало только то, что провозился он дольше обычного.

За те несколько минут я пришла в себя. Пока парень настраивал освещение, я достала часы и задумалась, почему кружок с палочками напротив шестерки означает фонарь. Да, сходство в схематическом изображении было, но круг мог означать что угодно: камень, клумбу, тот же фонтан. Слишком сложно, чтобы догадаться. Неужели мы что-то упустили в своих поисках? Может, в доме спрятаны иные подсказки, вроде того старого письма?

Эта мысль показалась мне дельной, и я поделилась ей с адвокатом. Югата как раз закончил и складывал лестницу.

- Думаю, надо обследовать дом, - парень повесил лестницу на плечо и поднял изрядно похудевшую сумку. - Но, Асаяке-сама, почему бы для начала не проверить, тот ли это ключ?

От его слов меня точно холодной водой окатило. Вдруг я зря обрадовалась, и ключ самый обычный, от какого-нибудь шкафа, шутки ради убранный в фонарь? С трудом удержавшись от того, чтобы сорваться в несолидный бег, я схватила адвоката за рукав и потащила в дом. Сундучок все еще стоял там, где мы его оставили - в гостиной на камине, на самом видном месте - и оттого был совершенно незаметным. Югата и сундучок у меня отобрал, потому что "руки у одзё непозволительно тряслись". Этого парень вслух не сказал, но наверняка подумал.

С третьего раза ключ нашел нужную скважину. Он подошел идеально, и готова поспорить, я услышала маленький щелчок. Увы, крышка не поддалась, да я не особо на то рассчитывала.

- Что ж, одной заботой меньше, - заметил парень, ставя сундучок обратно. - Может, пока не поздно, сходим к беседке?

- Почему бы и нет? - я посмотрела на время. До обеда оставалось не меньше часа. Еду Кагэ приготовил, надо только подогреть, поэтому отказываться от прогулки было глупо. Мы вернулись в сад. Когда шли к беседке, почти не разговаривали, внимательно глядя под ноги. Кусты вдоль дороги разрослись до неприличия, и ветки роз то и дело пересекали тропинку, норовя подвернуться и ужалить шипом. Удивительно, что вчера я всего-навсего один раз споткнулась, а не исцарапала опасным растением все ноги. После очередного препятствия я решила побить смотрителя по возвращению, ибо выбрать более опасную тропу для хождения по ночам было сложно

Адвокат восторга от прыгания по безопасным участкам дороги тоже не испытывал. Хватило взгляда на его сжатые губы и хмурое выражение лица, чтобы догадаться, что смотрителя ждет вечером тяжелый разговор.

Но даже плохая дорога рано или поздно куда-нибудь приводит.

- Ну вот, мы на месте! - представила я парню увитую плющом беседку. К сожалению, на солнце она выглядела не так чудесно, как под звездным небом. При свете дня отчетливо виднелись натоптанные вчера следы и полосы на пыльном полу. - Красиво?

- Неплохо, - несмотря на усмешку, беседка Югате понравилась. Парень подошел ближе, провел ладонью по колонне.

- Где вы искали?

- Скамья и лепнина, - я указала на "звездный" потолок. - Там ничего нет.

Я надеялась, что ключи спрятаны по определенной схеме, которую можно разгадать, но, похоже, бывший владелец сундучка просто искал укромные места. Что усложняло поиски.

- Значит, нам осталось обследовать пол, колонны и крышу, - Югата оглядел мраморное великолепие. - Не мало. С чего начнем?

Я посмотрела на запачканные руки и предложила исследовать пол и колонны. Хуже все равно не будет. К тому же, мне не хотелось идти за оставленной в доме лестницей, а затем возвращаться сюда… Я отошла подальше, чтобы посмотреть на округлую крышу. Хм, вряд ли на ней можно устроить тайник, чтобы его не заметили. А времени мало, зачем его тратить зря?

Я уже собиралась залезть под скамейку, но Югата перехватил меня за талию и вернул в вертикальное положение.

- Одзё, займитесь колоннами, - сказал парень, сам опускаясь на корточки. - Пол холодный, а Вы легко одеты и можете простудиться.

- Ты тоже не очень-то хорошо одет, - в отличие от меня, парень был даже не в куртке, а в обычной рубашке и жилетке поверх. В том самом, в чем Кагэ утащил его с кухни. - Где пальто? Шарф? Мы ведь заходили в дом!

- Не волнуйтесь, мне тепло. - Югата смотрел на меня снизу вверх. Это было необычно. - Вы же знаете, что я учился не только на адвоката?

Кивнула. Незадолго до отъезда я расспросила тетушку о прошлом Югаты, и она подтвердила мои подозрения насчет телохранителя. Парень продолжил.

- Несколько лет меня обучали в военной школе. И порой заставляли заниматься на морозе в летней форме. Поэтому сейчас я чувствую себя достаточно комфортно.

- Ты ведь недавно из больницы? Хочешь снова туда попасть? - предприняла я последнюю попытку, но парень был непреклонен, и я поняла, что отговаривать бесполезно. Пришлось смириться и приниматься за дело.

Колонны оказались холодными и шершавыми на ощупь. Проблему создавал плющ, который увивал их - срывать его было жалко, поэтому приходилось аккуратно отодвигать и осматривать каждый сантиметр. Когда я закончила с половиной седьмой колонны (верхнюю часть можно было осмотреть только со скамьи, и не с моим ростом), у меня болели руки.

- Ну как? - я присела ненадолго отдохнуть.

- Ничего, - Югата, ответив на мой вопрос, поднялся с колен, и я отметила, что он невольно придержал рукой бок. Похоже, ему все-таки не стоило себя нагружать. На сегодня лучше закончить, а то придется отправить парня обратно к Харуке-сану.

- Давай вернемся в дом. А поиски продолжим завтра, - я посмотрела на часы и удивленно вскинула брови. Заразившись азартом поисков, мы не заметили, как прошло время.

Дорога обратно показалась короче: то ли мы спешили, то ли слишком устали, чтобы на нее жаловаться. Чтобы не петлять по узкой тропке вдоль здания, мы свернули к главной дорожке. Вдруг с деревьев неподалеку сорвалась стайка мелких птиц, и с испугом полетела в сторону дома.

- Интересно, что их напугало? - спросила я, глядя на дерево. Парень, привлеченный моим вопросом, тоже посмотрел туда. Напрягся - в листве что-то сверкнуло. И прежде чем я успела пискнуть, свалил меня на травку рядом с дорожкой, а сам присел на колено, скрываясь за кустом.

Я не стала спрашивать, в чем дело. В семье Хасу с детства учат выживать в экстремальных ситуациях. Тем более пуля, расщепившая ветку дерева неподалеку от нас, достаточно ясно дала понять, что случилось.

Оказывается, лежание на земле без возможности шевельнуться неплохо располагает к размышлениям. Это я выяснила вскоре после нападения, когда самое большое, что могла себе позволить, приподнять голову. Камешек под ногой, поначалу не мешающий, стал раздражать, поэтому я поспешила отвлечься на оценку ситуации.

Итак, в нас стреляли. Не слишком-то оптимистично, учитывая, что ни Кагэ, ни брат на выручку в этот раз не придут. Выкарабкиваться придется самим. Судя по тому, что пуля была одна и нас не окружили - нападение заранее не планировали. Скорее всего, недавние визитеры хотели еще раз обыскать дом. Но как назло встретили хозяев особняка и решили разобраться со всеми проблемами разом. А это значит, что Кенрёку не отменили приказ о моем убийстве. Печально.

Я слегка повернула голову, скосив глаза на адвоката. Парень, в отличие от меня, на прошлых ошибках учился, и теперь сидел с пистолетом. Надо сказать, оружие у него было с характерной гравировкой телохранителей фамилии. Когда только успел обзавестись? Обычно брат тщательно оберегал подобные вещи.

Пока я размышляла, Югата начал действовать. Поднял с земли ветку и кинул в сторону, в кусты. Среагировав на движение, еще одна пуля пропахала землю неподалеку от ее падения.

- Как я и думал, они не будут стрелять впустую. Поэтому, ради всех святых, без моего ведома не двигайтесь, не шевелитесь и вообще ведите себя так, будто Вас нет, - негромко произнес адвокат. Затем плавно переместился на пару метров от меня, прицелился и выстрелил.

В стороне противников негромко выругались.

- Ранил? - с надеждой спросила я.

- Предлагаете проверить?

Криков боли слышно не было, а идти смотреть я не решилась. Да никто бы меня и не пустил.

- В фильмах в таких ситуациях герои поднимают шляпу на палке, чтобы проверить, выстрелят в нее или нет, - задумчиво протянула я, припоминая когда-то давно смотренный боевик.

Югата вновь перебрался ко мне.

- Рад, что чувство юмора Вас не покинуло, - заметил он.

В сторону дома полетел еще один камешек. Но на этот раз противники на обман не попались, а затаились.

Мы подождали минутку. Новых выстрелов не последовало, и неизвестность стала давить похуже нападения. Желание посмотреть, не прячется ли враг за соседним кустом, стало нестерпимым.

Адвокат тоже нервничал. Огляделся вокруг, приметил неподалеку углубление в кустарнике, которое снаружи не было заметно, и поманил меня. Двигаясь очень тихо, стараясь не задеть куст, я забралась вглубь своеобразного убежища.

- Сидите тихо! Чтобы ни случилось. Обещаете? - спросил парень напоследок, осторожно удерживая рукой особо упрямые ветки. Я посмотрела на него из укрытия и кивнула. Если он что-то задумал, то мне лучше не мешаться. Пока я рядом, адвокат в первую очередь думает, как защитить мою жизнь. А я не хочу подвергать его лишнему риску.

Ободряюще улыбнувшись, Югата опустил зеленый полог и кинулся по тропинке в противоположную от меня сторону. Быстро, очень ловко, но почти не скрываясь. По ходу движения выстрелил, наугад. Я поняла, что он делает - парень решил отвлечь внимание на себя.

Противники ждать не заставили. Несколько пуль прошлось мимо него, одна, как мне показалось, задела руку, но парень никак не отреагировал, и вскоре снова исчез из виду.

Стоило ему отбежать на достаточное расстояние, как визитеры зашевелились. Судя по характерному треску веток, они дорогу особо не выбирали и сейчас приближались ко мне. Через минутку я их увидела. Потенциальных убийц было двое. Невысокие, коренастые мужчины в темных костюмах, немолодые. Выглядели, как обычные сотрудники по торговле недвижимостью. Наверное, даже визитки есть, как у Гинко. Только вот маленькая проблемка - явились они не для заключения взаимовыгодной сделки, а по мою душу.

- Одзё, бегите! - закричали метрах в тридцати от меня. Я инстинктивно обернулась на знакомый голос, чуть не поцарапав щеку. К удивлению, шип словно втянулся внутрь ветки. А в той стороне, откуда раздался крик, зашелестели кусты. Кто-то бежал мимо них, но силуэт был явно маловат для адвоката. Впрочем, это было заметно с моей стороны, а не противникам.

Раздалась очередная пара громких хлопков, а затем раздосадованный вопль. Убийцы остановились в десятке шагов от меня. Не особо прислушиваясь, можно было понять их разговор.

- Попал в девчонку? - спросил один. Голос его был хриплым, давно прокуренным.

- Удрала. Я только прицелился, а ее и след простыл. Точно кошка носится, - раздраженно ответил второй и выругался, отряхиваясь. - Эти колючки меня достали!

- А я тебе говорил, не торопись! Надо было подпустить их поближе, а потом стрелять, чтоб наверняка. Хозяин ведь предупреждал, что девчонка не простушка. Так нет, черт дернул тебя все испортить.

Второй понурился. Видимо, напарник занимал более высокое положение в их иерархии.

- Давай хоть адвоката прихлопнем, иначе босс нам голову снесет, - жалобно сказал он.

- Он и так снесет, если про то, как мы ошиблись, узнает. Надо девчонку найти, пока парни смотрителя в городе придержат. Постреляем малость, она, небось, сама со страху выбежит.

Ага, чтобы попасться под пулю? Невысокое у них сложилось мнение о моих умственных способностях. Исправим. Я прищурилась, стараясь лучше разглядеть и запомнить лица визитеров.

- А если нет? У меня две пули осталось, у тебя не больше. Жалко тратить.

- Жалко ему! Дурак, - с чувством произнес курильщик. - Ладно, сделаем по-другому. В доме еще одна баба есть. Помнишь, в окне видели? Эти Хасу помешаны на благородных поступках. Приставим пистолет к ее виску, девчонка прятаться не станет.

Я сжала кулаки. Противник не глуп. Если они схватят Мошидзуку, то отсиживаться я не буду. Как же ее предупредить? Может, выбежать сейчас? Вдруг не успеют среагировать, и тогда я проскочу мимо них? Шансов, конечно, маловато…

Мне на спину легла ладонь, мягко принуждая вновь опуститься на корточки.

- Я же сказал никуда не ходить! - шепотом возмутился адвокат. Я обернулась. Парень бесшумно забрался в укрытие с другой стороны. Выглядел он не очень, каким-то бледным, но не был ранен.

- Все хорошо?

- Конечно, - Югата повозился за моей спиной, устраиваясь поудобнее.

- А что там бежало?

- Кошка под руку попалась, - он сдул с рукава шерстинку, наморщив нос. - Я ее приметил, когда мы к дому шли, вот и спугнул. А они решили, что это Вы побежали. Кстати, сколько времени требуются этим шипам, чтобы прорасти? - парень небрежно ткнул пальцем в шип над нашими головами.

- Минут десять, - прикинула я, вспоминая происшествие с Кагэ.

- Тогда, сейчас начнется.

Он прикрыл мне уши ладонями, но немного не успел. Я все-таки услышала громкий, панический вскрик. А затем топот ног, несущихся прочь от проклятого дома. Сквозь ветки кустов было видно, как светлая кожа на лице и руках нападавших покрылась черной сеткой страшного узора. Учитывая, что несостоявшиеся убийцы пораниться о кусты не опасались и местами шли напролом, царапин от мутированных роз у них было предостаточно.

Вот так все и закончилось. Через несколько минут мы выбрались наружу, и, не опасаясь нападения, отправились к дому. С этого момента он казался намного более уютным, как и сад вокруг. Леди из зазеркалья не солгала. Особняк действительно умел защищать от непрошеных гостей.

К вечеру я заболела. То ли сказалась наступающая весна, с ее многочисленными лужами и сквозняками, то ли сидение на холодной земле не пошло на пользу, разобраться было сложно. Но результат налицо - я лежала на диване с температурой тридцать восемь и два, кашляла и сопела.

Везти в больницу никто не решился, памятуя о том, что достать меня там будет легче, чем дома. Вместо этого Мэй самолично, чем несказанно меня удивила, съездила в Розаводь за доктором. Кажется, после второго неудавшегося нападения, она стала относиться ко мне с большим уважением. А вот врач визиту в таинственный особняк не обрадовался. Он быстренько осмотрел меня, диагностировал обычную простуду и поспешно ретировался.

Как оказалось, лучше бы я уехала в больницу. По ходу выяснилось, что у каждого человека собственные методы лечения, и я почувствовала себя подопытной крысой, которой суют всякую гадость и смотрят, помрет она или нет. За неполный час я успела испытать на себе все прелести народной медицины: от перетертого лука и чеснока до закапывания в нос непонятного растения. На месте вируса, проще было капитулировать, чем держать оборону. Но отчего-то легче мне не стало.

- Вот, выпейте, - Югата присел рядом и приподнял мою голову, тут же отозвавшуюся неприятным гулом. Перед носом появилась кружка с горячим молоком. Я глотнула и чуть не выплюнула обратно - в молоке оказался тщательно размешанный мед.

- Югата, ты же знаешь, как я ненавижу этот вкус!

- Знаю. Но мед полезен при простуде. Так что пейте, - он вплотную пододвинул кружку к моим губам. От приторно сладкого напитка подташнивало, но адвокат заставил выпить его до конца.

- И почему меня сегодня не пристрелили! - застонала я, откидываясь обратно на подушку. Парень на жалобы никак не отреагировал, поменял мне на лбу мокрое полотенце и тихонько вышел. Я с трудом повернулась. На каждое движение организм отзывался слабостью, и я представляла себя губкой. Единственное, о чем я могла думать, это на сколько минут хватит капель, прежде чем я снова перестану нормально дышать.

Уши заложило, глаза болели, а все принимаемые мной лекарства содержали долю снотворного, поэтому меня нещадно клонило в сон. Без аппетита поев принесенный Кагэ суп (запахов я к тому времени уже не чувствовала, а о вкусе мешала думать болезнь), я легла на спину и заснула.

Снилась всякая чепуха. Беготня по бесконечным коридорам, кошка в саду, шкатулка, которую Мэй почему-то хотела выбросить, мертвенно-бледный адвокат и ругающийся смотритель. И все-таки сон принес облегчение. Во сне я не вспоминала про болезнь, и смогла немного отдохнуть.

Увы, простуда и не думала отступать. Посреди ночи сумятица в снах сменилась тем, что я стала тонуть, задыхаясь от нехватки воздуха. Проснувшись, я поняла причину - нос был заложен. Нащупав обувь рядом с диваном, я подумала о своей глупости - чего стоило попросить адвоката оставить капли рядом со мной? - и потопала на кухню.

Кагэ не спал. Сидел на подоконнике и смотрел в окно. Рядом стояла чашка с недопитым ягодным чаем. Лично для меня в столь поздний (или уже ранний?) час сад выглядел как размытое темно-серое пятно. Но когда смотритель повернулся на мое появление, в темноте блеснули кошачьи глаза. Понятно, почему ему хорошо видно. А вот мне не очень…

Я пошарила рукой по стенке и включила свет. Ослепленный яркой вспышкой, парень заслонил глаза рукой и часто заморгал. Когда он вновь посмотрел на меня, радужка окрасилась в обычный голубой цвет.

- Не спится?

- Не дышится, - пробормотала я, протискиваясь мимо парня к кухонному шкафчику. С минуту ковырялась в аптеке, выискивая лекарство. Как назло капли оказались в самом низу. - Ты не боишься заболеть? Дует, - я указала на распахнутое окно.

Кагэ мотнул головой.

- Это потому что ты открыла дверь, поэтому сквозняк. А так был свежий воздух.

Но окно закрыл. Во избежание.

Возвращаться в постель, пока лекарство не подействовало, не хотелось, и я поставила подогреваться чайник. Затем вспомнила, что так и не узнала, как прошел день у Кагэ и Мэй - ведь бандиты упоминали о смотрителе в разговоре. Правда, вернулись ребята бодрые, а меня к тому моменту уже знобило, но это не извиняло моей невнимательности.

- Ты не рассказал, что произошло в городе. На вас напали?

- Нет. Они действовали проще. Когда мы вышли из кафе и поехали дальше, нас чуть не занесло в кювет. Оказалось, кто-то проткнул шину, пока мы обедали. Пришлось менять колесо, вот и задержались.

- Понятно.

Я порадовалась, что Кенрёку решили не вмешивать в наши разборки кузину. Либо они не знали о доле Мэй в наследстве, либо не принимали ее всерьез, думая, что с сестренкой будет проще договориться. Меня устраивали оба варианта. Несмотря на мою нелюбовь к кузине, я не хотела подвергать ее опасности.

- Жаль, что наши гостьи в курсе нападения, - заметил Кагэ.

- Рю слышала выстрелы. Скажи спасибо, что сюда не съехалась вся полиция города и телохранители Хасу в придачу, - я пожала плечами. Здесь ничего нельзя было поделать. Мы как смогли, объяснили Мошидзуке ситуацию с враждебной фамилией, и уговорили никуда не звонить. Я понимала - если брат узнает о новом нападении, можно паковать вещи.

- Выключай, вскипел, - парень указал на плиту за моей спиной, и я, ахнув, отпрянула от струи пара. Хорошо, что не обожглась! Задумалась, называется.

Выпить чаю так и не удалось. Смотритель отобрал чашку и высыпал туда желтый порошок. Я скользнула глазами по надорванному пакетику: препарат со вкусом лимона как раз применялся при простуде и гриппе. Судя по тексту, он должен был сбить температуру и убрать заложенность носа.

Залив порошок водой, я тщательно его размешала. Попробовала. На вкус было неплохо, хотя и кисло.

- Я люблю наблюдать за ночной жизнью, - неожиданно сказал парень, снова устраиваясь на подоконнике. Я села за стол, напротив. - Тебе не видно, но вон там охотится летучая мышь, а чуть подальше проснулся ворон и чистит перья. Листья шевелятся от порыва ветра, под лапками мышки шелестит трава. Только в такие минуты можно разглядеть, как едина природа.

- Да ты романтик!

- Как же иначе? Ведь рядом такая привлекательная девушка! - хитро улыбнулся Кагэ. Но я понимала, что насчет природы он говорил серьезно.

Раньше я никогда не задумывалась, что творится в душе у моих знакомых. Видела внешнюю оболочку и считала, что ее достаточно. Теперь, глядя на смотрящего в сад парня, я видела, как ошибалась. Да, он был безалаберным и наглым, иногда резковатым и приставучим. Но сейчас он показал мне то, что скрывал от остальных. Другую сторону его души.

- Почему ты на меня так смотришь? Нравлюсь? - с улыбкой спросил парень, ничуть не смутившись пристального взгляда. Длинная челка упала на лицо и почти скрыла блестящие глаза.

- Нравишься, ты красивый, - честно ответила я. В любом случае Кагэ знал, что выглядит привлекательно. - Но ведешь себя необычно. Что-то случилось?

- Ничего, - он покачал головой. - Ты придумала всякого, потому что болеешь. Иди, ложись, иначе снова не выспишься.

- Пожалуй, ты прав, - я зевнула. С тоской посмотрела на диван смотрителя, вспоминая, что спать рядом с ним тепло и уютно. Определенно, из-за болезни меня одолевают странные мысли.

- Спокойной ночи! - поспешно попрощалась я.

Забрала чашку с недопитым лекарством и, пошатываясь, ушла в гостиную.

- Сладких снов! - донеслось мне вслед.

И до утра мне действительно снилось что-то хорошее.

Как ни прискорбно, но болезнь отступать без боя не пожелала, и половину следующего дня я провела в лежачем состоянии, изредка вырываясь в ванную комнату или на кухню. Меня жалели, кормили, приносили очередную порцию лекарств, но на все просьбы дать, наконец, заняться делами отвечали категорическим отказом. И вновь укладывали в постель. До следующего бунта.

Опасаясь за мое здоровье, парни озаботились, чтобы в гостиной поменяли окна. Пока шел ремонт, я отлеживалась у Мэй под двумя одеялами - в комнатах на втором этаже было прохладно. В это время кузина беззастенчиво крутилась вокруг Кагэ, воспользовавшись моим отсутствием. Вслух я возмутилась, но на деле испытывала благодарность: провести с ней два часа в одной комнате было гораздо худшим испытанием.

Развлекала меня Мошидзука. Узнав, что я не очень разбираюсь в тонкостях прав на наследство, она с радостью вызвалась меня научить. Делать было нечего, папки с проектами лежали в гостиной, и я согласилась. Учителем Рю была упорным, рассказывала с воодушевлением. Даже принесла распечатку закона, которую вручила с торжественным видом. Я прочитала. От непонятных определений зарябило в глазах. И хотя, при необходимости, я смогла бы запомнить текст, надо было в нем разобраться. В чем девушка мне помогала. Не сказать, чтобы работа шла быстро, но постепенно я стала понимать, почему в одном случае наследство делят между родственниками, а в другом оно отходит государству. В свои объяснения Рю вплетала истории из практики, которые окончательно расставляли все по местам, и запоминать было проще и интереснее.

Наконец, девушка решила, что на сегодня с меня хватит (больше попросту не усвоится и вылетит из головы), и оставила меня, скрасив мое одиночество чашкой сваренного кофе. Что ж, я ее не винила, у каждого из нас было предостаточно собственных дел. Но сидеть в комнате и ничего не делать оказалось выше моих сил. Тихонько поднявшись с кровати и стараясь не скрипеть, наступая на половицы, я подошла к противоположной стене. Там висело большое зеркало, и если честно, я надеялась немного поговорить с хозяйкой особняка. Однако на мой тихий шепот никто не отозвался, как и на постукивание по зеркалу, и даже на его легкое трясение. Правда, на мгновение мне показалось, что по комнате пронесся легкий смешок, но так как продолжения я не услышала, то списала его на собственное воображение.

Итак, общаться со мной хозяйка не стала. Либо была занята, либо ей действительно трудно появляться "на людях" часто, либо просто не пожелала со мной общаться по пустякам. Что-то подсказывало мне, что третий вариант самый правильный.

Не прошло и получаса, как я заскучала. Комната не представляла собой ничего интересного: почти пустые стены, местами задрапированные тканью, скудная мебель, картина с миленьким пейзажем и большая кровать, занимавшая чуть не половину помещения. Типичная спальня в большом доме. Я отодвинула одну из штор и выглянула в окно. Словно в насмешку, погода стояла прекрасной, ярко светило солнце и щебетали птицы.

Неужели я так и проторчу здесь весь день, из-за какой-то несчастной простуды? Я чуть не взвыла от обиды.

Вероятно, всему виной было лекарство, которое на время облегчило мое болезненное состояние. А может, мне просто не сиделось на месте, когда вокруг было столь много интересного. Не уменьшала я и волшебного действия времени, ведь на разгадывание тайны дома оставалось всего двадцать восемь дней. Все это давило мне на нервы, и, не выдержав, я накинула кофту и выскользнула в коридор.

Первым делом подошла к лестнице. Любопытство любопытством, но получать нагоняй от бдительного адвоката мне не хотелось. К счастью, он был слишком занят ремонтом, а с остальными можно было договориться, поэтому я со спокойным сердцем отправилась изучать особняк.

Осторожно заглядывая в комнаты, благо они были не заперты, я потихоньку составляла для себя план дома. Например, за спальней Мэй, по одной стороне, располагались покои Мошидзуки. А на другой, по диагонали, комната Югаты - ее я узнала по аккуратно повешенному на стуле пиджаку. Подавив желание зайти внутрь и осмотреться, я пошла дальше. Нельзя сказать, чтобы я сильно боялась быть застигнутой в чужих апартаментах, но вмешиваться в жизнь людей без их ведома считала не этичным. Следующими оказались два заброшенных кабинета, которые я обследовала с большим интересом, в основном из-за царившей в них атмосферы хаоса. В одном из кабинетов я заметила на полу след от ботинка. Он хорошо выделялся на ковре, покрытом почти сантиметровым слоем пыли. Увы, догадаться, что именно искали в комнате недавние гости, мне не удалось. Но одно я уяснила - вещь была не слишком большой, ибо все ящики секретера были вытащены, а их содержимое в беспорядке разбросано по полу.

Затем коридор привел меня в библиотеку. О ее существовании я знала, но почти не заглядывала. Зато Югата наверняка изучил ее на досуге. Я медленно прошла вдоль полок, смахивая пыль, и изучая корешки. Большую часть библиотеки составляла классика, но встречалось и несколько весьма специфичных изданий. По медицине и садоводству. Это показалось мне необычным, и я подумала, что позже будет неплохо их почитать.

Забрав с собой одну из книг, я отправилась дальше. Еще несколько комнат в особняке были заброшенными. Также на втором этаже находился большой бальный зал, но время не пощадило его, и несмотря на былое великолепие, сейчас он выглядел почти нелепо. А я, войдя в него, почувствовала себя неуютно, словно на меня смотрели десятки невидимых глаз. Многие зеркала, украшавшие стены, были разбиты, а паркет требовалось переложить. На полу то и дело попадались осколки и щепки. Осторожно пройдя до конца залы, я распахнула стеклянные двери… и к удивлению своему, оказалась на своеобразном балконе. Балкон не был тупиком, скорее служил открытым коридорчиком для дальнейшего пути в башню. Дверь в башню была закрыта на ключ, и как открыть ее, я пока не представляла.

Зато сам балкон заслуживал отдельного внимания. Наверное, он был сделан для того, чтобы гости могли отдохнуть от шумных танцев, или романтичных признаний, или еще чего-нибудь не менее привлекательного. Я с каким-то рабочим удовольствием оглядела тщательно вырезанные перила и скамьи, не поленилась зажечь светильник на стене и ничуть не удивилась, когда он стал мягко поворачиваться, издавая тихую, но приятную песню. Очень ненавязчивую мелодию, похожую на затерявшуюся в шуме листвы соловьиную трель.

Дослушав песню до конца, я выключила светильник, и тщательно прикрыв за собой двери, вернулась в зеркальный зал. Отражение с противоположной стены весело помахало мне рукой.

- Я думала, ты не появишься, - заметила я, подходя ближе. Девушка выглядела лучше, чем в прошлый раз. На бледных щеках бывшей хозяйки особняка появился румянец, а черные волосы струились блестящим шелком. Конечно, если касательно духов такое замечание актуально.

- Прости, была занята, - гостья пожала плечами. - Я хотела заскочить вчера, но ты заболела, и возле ванны крутилась твоя кузина. Говорить с тобой было опасно.

Леди осторожно притронулась к поверхности зеркала, словно надеясь, что она разрушится. Но ничего не произошло.

- Ты испугалась вчера? - вдруг спросила девушка, убирая за ухо выбившуюся из прически прядь.

Я задумалась.

- Если скажу "нет", то солгу. Не боятся только глупцы. Было страшно, но… как-то по-другому. Когда на меня напала русалка, я испытала панический ужас, - меня передернуло от одного воспоминания, - здесь же я просто волновалась. Будто знала, что со мной ничего страшного не случится.

- Хорошо. Похоже, ты стала чувствовать дом. Он принял тебя, пока не как хозяйку, но как гостью, и теперь оберегает.

В ее голосе слышалась неподдельная радость.

- Значит, теперь я могу не бояться пройтись по саду ночью? - на всякий случай уточнила я.

Девушка прикусила губу.

- Ну, роз бы я все еще остерегалась. А вот ворон уже не тронет. Да и светлячки должны быть спокойнее, - начала перечислять девушка, загибая пальцы. - Мыши и так к тебе спокойно относились, пауки вроде тоже, но лучше на них не наступать - они ядовитые, обидятся и укусят. Впрочем, ловушек в особняке и без того достаточно, - добавила она, глядя на мое ошеломленное лицо.

- А нельзя огласить весь список?

- Извини, всех я сама не знаю, - на этот раз леди ответила совершенно честно. Затем начертила на зеркале с другой стороны непонятный знак и дунула. Я рефлекторно отшатнулась, но все равно успела вдохнуть золотистую пыльцу. Чихнула. Проклятая пыльца, казалось, забила весь нос.

- Это единственное, чем пока могу помочь! - сказала девушка на прощание и исчезла. Только привычная волна прошлась по зеркалам, оставляя за собой идеально чистую поверхность.

 

Глава 10.

Под ногами хрупнуло стекло, выдав его присутствие, и Асаяке стремительно обернулась. Зеленые глаза смотрели на него испуганно, отчего смотритель почувствовал досаду и небольшое, едва заметное смущение. Парень и не думал подслушивать. Но его уши уловили разговор, а так как наверху кроме Асаяке никого не было, он заволновался. Мало ли кто мог забраться в дом.

Сейчас Кагэ понимал, как глупо поступил. Если бы девушка говорила с посторонним, то постаралась бы привлечь их внимание. Здесь же, наоборот, она вела себя очень тихо. Еще когда смотритель чинил замок на двери в ванне, то услышал, как Асаяке крадучись отправилась гулять по западному крылу особняка. Надо отдать должное - будь он обычным человеком, ничего бы не заметил. Но его слух позволял слышать даже мышиное шелестение через три комнаты. Бесшумные шаги молодой госпожи вовсе не были для него таковыми.

И что теперь? Он стал невольным свидетелем разговора, а признаваться, почему он пришел в зал, совершенно не хотелось. К тому же, смотрителя волновала не только реакция Асаяке. Несмотря на то, что прежнюю хозяйку особняка он видел лишь мельком, она показалась ему знакомой. Это ощущение возникло у него, когда Югата принес старую фотографию, и теперь оно укрепилось. Он определенно знал эту обворожительную улыбку, прищур глаз, даже некоторые жесты. Но откуда - убейся не помнил. Ладно, поразмышляет на досуге. Парень в растерянности пригладил волосы, обошел битое стекло и приблизился к Асаяке. Выглядела она неважно.

- Что ты здесь делаешь? - ее голос звучал непривычно хрипло, хотя теперь она могла говорить в нормальную силу, а не шепотом. В сравнении с вчерашним вечером, прогресс был очевиден.

- Разве не понятно? Отправился навестить любимую подругу, а она сбежала из комнаты, - убедительно солгал парень. В другое время девушка обратила бы внимание на маленькую задержку перед ответом, но сейчас ей было не до того.

- Я ненадолго вышла, шум послышался, - неуверенно пробормотала она, затем чихнула и настороженно посмотрела на него. - Ты ведь не расскажешь Югате?

Несколько секунд язвительность в смотрителе боролись с совестью, но последняя все-таки победила.

- Буду нем как рыба. Пойдем, провожу.

Парень с трудом удержался от того, чтобы обнять Асаяке за плечи - ту заметно шатало. Но уговор есть уговор. Однако, подстроившись под неторопливый шаг, он все-таки внимательно поглядывал, не занесет ли девушку на угол, готовясь в любой момент ее подхватить.

- Не понимаю, почему ты позволяешь Югате командовать собой? - спросил оборотень, не надеясь на ответ. Они прошли половину коридора, и подруга ненадолго оперлась о стену, отдыхая и восстанавливая дыхание. Минуту назад ее безжалостно колотил кашель. Интересно, что за вещество выдохнуло отражение, чтобы вызвать у девушки такую реакцию? - Иногда мне кажется, что он для тебя не только подчиненный, - заметил парень.

- Так и есть, - от непринужденного тона, которым было сказано признание, Кагэ чуть не икнул. - Он же присматривает за мной и охраняет по поручению фамилии, так что простым адвокатом здесь и не пахнет, - спокойно добавила Асаяке.

Смотритель еле слышно выдохнул. Все-таки, молодая хозяйка в некоторых вопросах была совсем ребенком.

- Не уходи. Давай поговорим, - сказала подруга, когда они добрались до комнаты. Она уже укуталась в одеяло, все еще часто чихала и кашляла, но мертвенная бледность стала проходить. Девушку клонило в сон, но сначала она хотела узнать новости из города.

Кагэ присел на краешек кровати. Что ж, он тоже никуда не торопился. Парень прислушался - его вроде как не искали. Мэй, до недавнего времени следующую за ним по пятам, отвлекла Мошидзука, утащив на занятия. Югата что-то насвистывал, периодически стуча, звеня инструментами и переговариваясь с мастерами. Кагэ хмыкнул. То, что парень не боялся запачкать рук и работал наравне со всеми, вызывало невольное уважение. Если адвокат и удивился отсутствию смотрителя, то явно не собирался его искать.

Асаяке перебирала в руке одеяло, продумывая, что спросить первым.

- Ты встретился с Харукой? - наконец поинтересовалась девушка. Вид у нее был встревоженный.

Парень медленно кивнул. Он бы предпочел более приятную тему для разговора, но если не ответить, Асаяке будет беспокоиться еще больше. Поэтому он все-таки начал рассказ, тщательно следя за тем, что говорит и, упуская детали, не предназначенные для женских ушей.

Врача он нашел в больнице, на прежней должности, но заметно осунувшегося и постаревшего. Молчать о неприятностях тот не стал, справедливо полагая, что у посетителя их не меньше. Тем более весь город гудел о происшествии на складе. И хотя никто толком не мог сказать, что там случилось, Харука догадывался, кого преследовали и спасали.

Его история тоже не была похожа на сказку.

На следующий день после выписки Югаты, врач по обыкновению возвращался домой через маленький лесок. Он снимал половину деревянного домика, на отшибе. Место было тихое, почти безлюдное. А может, оттого и спокойное? Нападения Харука не боялся - в городе знали, что ни взяток, ни левых заказов врач не берет, а значит и поживиться у него нечем. Начальство поругалось, премии лишили - чего еще опасаться? - подумал врач, спокойно ступая по темному лесу. И ошибся. Не учел, что нападают не всегда ради денег. Кенрёку не прощают тех, кто им отказал.

Первых ударов врачу удалось избежать. Но когда ты мирный горожанин, а нападают трое громил, вырваться из кольца сложно…

О самой драке он рассказывал равнодушно, красноречивей говорила перемотанная рука и осторожные, болезненные движения. В какой-то момент Харука упал на землю, но продолжить избиение напавшие не успели. Из леса раздался вой, а затем кто-то маленький, но очень шустрый бросился на бандитов, раскидывая их в разные стороны. Такого отпора они не ожидали. Когда прошло первое изумление, напавшие попробовали упокоить неожиданного спасителя, но тут со стороны дороги послышался шорох шин. К счастью, проезжающий мимо сосед услышал крики и возню, и решил посмотреть, что случилось. Лишние свидетели (как и трупы) бандитам были ни к чему, и они отошли в лес, забирая с собой раненного неизвестным помощником подельника. А когда врач огляделся, никого кроме спешащего на выручку соседа рядом не оказалось.

Кагэ постарался разузнать, кто помог доктору, но описание было весьма расплывчатым. Худое и невысокое существо, которое дралось голыми руками и зубами, как звереныш, - единственное, что заметил врач.

Пересказ занял немного времени. Тем более смотритель благополучно упустил из него самые мрачные куски, чтобы девушка не слишком переживала. Вряд ли она увидит врача в ближайшие дни.

- Думаешь, это его сестра вмешалась? - высказала Асаяке вертевшуюся в голове мысль.

Парень пожал плечами.

- Не знаю. Он же рассказал тебе о записке. Может, в русалке еще сохранились воспоминания о прошлой жизни, и чем ближе человек, тем лучше она его помнит. А кто может быть ближе близнецу, чем его вторая половинка?

- Судя по той нечисти, которая напала на Югату, у нее теперь другая семья, - Асаяке едва заметно передернуло от неприятных воспоминаний.

- Но ведь прежняя владелица сказала, что особняк тебя принял. Может, и прочие существа станут относиться к нам лучше?

- Нет, они иные, - девушка выделила слово, и Кагэ почувствовал, что эту интонацию она скопировала. Асаяке собиралась сказать что-то еще, но очередной приступ кашля сотряс ее, и спустя минуту, она обессилено легла на подушку.

- Лучше отдыхай, - произнес парень, прежде чем подруга возобновила беседу. Она помолчала, кивнула и скрылась под одеялом почти до глаз.

- Посидишь со мной, пока не засну? - робко попросила она.

Парень улыбнулся. Подоткнул одеяло и стал разглядывать комнату, стараясь не задерживать внимание на лице девушки, дожидаясь, пока беспокойное дыхание сменится тихим и ровным. Несколько прядей выбилось из наскоро заплетенной косы, и Асаяке поморщилась, когда съехавшая заколка впилась ей в шею. Боясь разбудить, парень наклонился, осторожно расплел волосы, и положил заколку на тумбочку рядом с кроватью.

А затем, так и не притронувшись к нежной, манящей коже, вышел из комнаты.

Девушка не знала того, что видел он. Что все ее лицо, одежда, волосы, даже ресницы и губы, после подарка прежней хозяйки дома, были покрыты мельчайшей золотистой пыльцой. И оттого для смотрителя подруга казалась ожившей на солнце прекрасной статуей.

Солнце припекало, игривым котенком заглядывало в глаза, и я перевернулась на живот, прикрыв одеялом голову. Кто-то рядом возмущенно буркнул, одеяло вернулось на прежнее место, а лучики безжалостно продолжили меня будить. До сего момента одеяло мнением и голосом не обладало, и его самоуправство подавалось только одному логическому объяснению. Поэтому я проснулась и, щурясь от солнца, разглядела рядом Мэй. Кузина спала на боку, прижавшись носом к моему плечу, мирно посапывая во сне.

С ума сойти, какая идиллия! - даже умилилась я, разглядывая младшую дочь семьи Хасу. Когда она не ворчала, то становилась вполне милой, а злиться подолгу я не умела. Другое дело, что Мэй обладала поразительной способностью доводить меня до белого каления всего за пару минут. Но пока она спала, совсем не была похожа на злюку.

Осторожно, чтобы не потревожить спящую девушку, я выпуталась из одеяла и встала. Взглянула на часы, затем в окно - если поразмыслить, то был не поздний вечер, а раннее утро. Неудивительно, что я чувствовала себя отдохнувшей - я проспала больше двенадцати часов.

Но в этом были свои плюсы. Недавняя болезнь ничем о себе не напоминала, кроме грязного носового платка. Я не чувствовала сухости в горле, могла спокойно и глубоко дышать и голова совершенно не болела. Надев башмаки и подобрав висящую на стуле кофту, я на цыпочках вышла в коридор и прикрыла дверь. Мэй, конечно, была врединой, но при этом оставалось моей кузиной.

Стараясь не скрипеть половицами, я спустилась на первый этаж, забрала сменную одежку и пошла в ванную. Мельком отметила новый замок на двери, умылась, чтобы освежиться. Тогда же обратила внимание на свою одежду - свободную белую рубашку и юбку до колена из простой ткани. Странно, вроде как я вчера была в другом наряде. Или нет? Поплескавшись с полчаса в теплой водичке, я вышла значительно более бодрой, и направилась на кухню, откуда доносился аромат молотого кофе.

Парни уже проснулись и завтракали, бурно что-то обсуждая. Бурно не в смысле громкости, а по наблюдению за их жестами и мимикой. Говорить они старались на пониженных тонах. Моего появления ребята не ожидали и как-то сразу смолкли, недоверчиво смотря на меня. Первым молчание нарушил оборотень.

- Ну, привет, призрак старого дома! - протянул парень, прищурившись и скептически оглядывая меня с ног до головы. - По стеночке дошла или так? Я же тебе говорил, что надо кофе варить - сразу проснулась, не прошло и получаса! - добавил он, обратившись к Югате.

- И вам доброе утро! - осторожно ответила я, приглаживая ладонью мокрые волосы. Мельком себя оглядела - вроде бы все в порядке. Ну, кожа немного бледнее обычного, так это вполне нормальная реакция после болезни. Что же на меня с таким подозрением косятся?

Адвокат повел себя деликатнее.

- Как Вы себя чувствуете? - поинтересовался Югата, поднимаясь и отодвигая мне стул. Я уселась на мягкое сидение и улыбнулась ему.

- Хорошо. Словно и не болела. А у вас как дела?

То ли мой беспечный тон себя оправдал, то ли парни, быстро переглянувшись, пришли к какому-то выводу, но дальше разговор пошел глаже.

- Ремонт идет полным ходом. Ты уже можешь перебраться в гостиную, ее протопили и окна поменяли. К тому же, мы побегали с лестницей по саду, вкручивая лампочки, и теперь можно не опасаться зловещей темноты.

- Какие вы молодцы. А у меня такое ощущение, что пропустила все на свете.

- Еще бы, три дня спала беспробудно, - мимоходом пробормотал Кагэ.

- Тебе все шутить, - я отмахнулась и с аппетитом укусила любезно сделанный мне бутерброд с ветчиной.

- Ну, может почти три, - парень с задумчивостью посмотрел на алеющий восход.

Я чуть не подавилась. Поспешно запила кусок кофе, обжигая язык, и поставила чашку на место.

- Сколько, говоришь, я проспала?

Смотритель повторил. Я понадеялась найти опровержение его словам у Югаты, но тот лишь кивнул. Глупая голова! Могла бы догадаться, что адвокат не позволит меня обмануть.

- Почему же меня не разбудили? - хорошее настроение слетело мгновенно. Я потратила на сон слишком много времени. Осталось двадцать пять дней - и десять не найденных ключей. А ведь мы даже не знаем, что в шкатулке. Может, еще одна подсказка. И что тогда? Когда мы достигнем цели? Я попыталась прикинуть, как наверстать упущенное время, но ничего путного не придумала.

Видимо, что-то подобное панике отразилось на моем лице, ибо Югата поспешил вмешаться.

- Вы отказывались просыпаться. Но совсем не температурили и не кашляли, и дыхание было спокойное, - сказал он, не смотря на меня и вертя в руках серебряную ложку. Невольно подумала, что адвокат с утра непривычно растрепан: рукава рубашки закатаны до локтей, волосы взлохмачены, под глазами темные круги.

- Вы вызывали врача?

Не подумайте, чтобы я была противницей домашнего лечения, но в непонятных случаях предпочитала обращаться в больницу.

- Нет. Решили, что тогда Ваше здоровье станет известно прессе.

- Но Югата настоял, чтобы тебя осмотрел Харука-сан, - тотчас выдал адвоката Кагэ. - Пусть у него другая специальность, это не лишает его медицинских знаний. Так что, без врачебной помощи ты бы не осталась. Ну, и еще один фактор нас успокоил.

- Кагэ думает, что ты столько проспала благодаря волшебному порошку гости из зазеркалья, - хмуро объяснил адвокат. Видно было, что бывшей хозяйке дома он не доверяет.

- Я рассказал, что ты видела ее в комнате, - поспешно добавил смотритель, лукаво взмахнув длинными ресницами.

Я выдохнула, значит, он не поведал адвокату о моей прогулке.

- Знаешь, я был не прав, тебе все-таки повезло с помощником! - неожиданно усмехнулся Кагэ. - Думаешь, Югата позволил бы тебе разболеться? Да он дольше, чем на полчаса от тебя не отходил. Я сумел выгнать его из комнаты только на третий день, когда он чуть с лестницы от усталости не свалился.

- Это правда? - спросила я адвоката. Парень слегка покраснел.

- Он преувеличивает. Мы все наблюдали за Вашим состоянием. Даже Мэй.

Ага, особенно Мэй. Я скептически фыркнула, вспомнив, как кузина заснула на посту.

- Что ж, раз я здорова, давайте продолжим поиски ключей. Иначе братец выгонит меня из особняка раньше, чем мы откроем этот несчастный сундук!

- Ну, мы тут по очереди полазали по беседке…

- И новости неутешительные, - подхватил оборотень, - мы ничего не обнаружили. Может, символ означает что-то иное? Кстати, мы проверили еще несколько старых построек, но пока безрезультатно.

- Не совсем - поправил его адвокат. - Кое-что мы все же нашли.

- И что же это? - с любопытством спросила я. Ответ оказался весьма неожиданным.

- Дневник Вашего деда.

После того, как парни убедились в моем выздоровлении, мне было позволено выйти на улицу. Я прихватила с собой пухлую тетрадь в твердом переплете, в которой были описаны последние месяцы жизни деда, и выбралась на террасу. Трава блестела от росы и была мокрой, не вызывая особого желания уходить далеко от дома. Но рядом с кухней располагался чудесный дворик для отдыха. Забравшись с ногами на выбеленную скамью под сенью старой вишни, я открыла дневник и углубилась в чтение.

Запись начиналась неожиданно, безо всяких предисловий, и я предположила, что дед просто завел новую тетрадь, когда закончилась предыдущая. Почему-то быстро просмотреть дневник показалось мне кощунственным. Я внимательно изучала заметки деда и узнавала его с каждым новым замечанием, идеей, событием. Призрачная фигура в моей памяти оживала. Многое из истории семьи он воспринимал иначе, чем я, и мне было интересно его мнение. С удивлением я узнала, что дед был в курсе всех проблем и дел, творившихся в нашей семье.

"30 мая. Разругался с дочерью. После смерти мужа она стала совершенно невыносима. Я предложил ей навестить мать, но она отказалась. Совсем не выходит из дому, и только плачет, запершись в комнате. На прошлых выходных она ездила на кладбище и провела там целый день. Нет, с этим определенно надо что-то делать.

Доверить ей управление кампанией? Раньше она неплохо справлялась".

Таков был стиль написания записей - в основном они начинались с утверждения и заканчивались вопросом. Словно дед спрашивал совет у дневника, как у невидимого собеседника. Нередко, следующей записью я находила ответ. Дед был оптимистом - несмотря на то, что в дневнике проскальзывали сообщения о сорванных сделках, семейных проблемах и разногласиях - он был уверен, что все урегулируется со временем. Пару раз я ловила себя на том, что смеюсь его остротам. Воспоминания о моем брате тоже оказались весьма забавны. Но, пожалуй, самой большой неожиданностью стало упоминание обо мне:

"11 июля. Сегодня Шуно стал совершеннолетним, и я рассказал ему о своих планах. Не думаю, что он обрадовался моему требованию стать главой семьи. Но что делать? Мальчик вырос и ему пора принимать на себя ответственность за семью. А мне недолго осталось, и я хочу прожить эти последние недели вдали от фамилии. Им не нужно видеть моей слабости.

Единственное, о чем я жалею - что не увижу, как растет моя внучка. Она любит рисовать - я попросил Шуно дать ей шанс выбрать профессию по желанию, а не требованию. Мы почти не общались, но я надеюсь, она станет хорошим человеком.

Вспомнит ли она обо мне когда-нибудь?".

После этих кратких фраз я несколько минут сидела, не в состоянии читать дальше, машинально поглаживая листы бумаги. В голове не укладывалось. Я всегда считала, что дед меня не замечал, воспринимал как маленькую проблему, и даже подумать не могла, что он наблюдал за мной. Заботился и переживал о моем будущем. Наконец, взяв себя в руки (подумать об этом я успею потом), я добралась до первого упоминания о загадке дома.

"15 июля. Сегодня я встретил старого друга Уильяма Уотсона. Он очень изменился с университетских годов, стал ворчливее и осторожней. Хе-хе, он даже побледнел, когда узнал о моем желании оставить фамилию. Кажется, Уотсон панически боится одиночества. Впрочем, он всегда любил шумные компании.

Вилли рассказал мне странную историю. Незадолго до нашей встречи он навещал племянницу в Розовой Заводи (не забыть посмотреть, где это находится!) и ему приглянулся старинный заброшенный особняк. Однако, не пробыв там и полдня, он стал чувствовать себя опустошенным, мрачная атмосфера дома давила на него, и, несмотря на то, что его сопровождал человек мэра, Уотсон поспешил покинуть негостеприимное место.

После рассказа я посмеялся над его страхом, и предложил побывать там вместе, но друг наотрез отказался. По-моему, этот дом напугал Вилли гораздо больше, чем встреча с разъяренным гризли в походе на втором курсе.

Хм, может, мне стоит туда съездить?"

Я пропустила несколько записей, испещренных цифрами - это были финансовые вычисления, без каких-либо приписок. Дед готовился покинуть семью, и не собирался оставлять детям завал работы. Но после цифр он писал в основном об особняке и о впечатлении о Розовой Заводи и ее жителях.

"23 июля. Закончив все дела по передаче прав Главы, я приехал в Розаводь. Городок небольшой, тихий. Я снял небольшую комнату в центре города. Пока не хочу афишировать желание купить особняк. Думаю, мне стоит узнать больше об этом месте.

Хозяйка гостиницы, где я живу, милая пожилая женщина. Она не верит сплетням, и, узнав мою фамилию, обещала не болтать. Правда, уверен, что журналисты все равно пронюхают, куда я делся".

"30 июля. Дом действительно мрачен. Я приезжаю сюда целую неделю и не могу отделаться от чувства, что за мной наблюдают. Нет, не папарацци - для них есть более лакомые кусочки в Токае. Но стоит мне приблизиться к особняку, как по коже начинают бегать мурашки. Может, Уотсон все-таки был прав?

Но мне терять нечего. Возможно, это будет последняя загадка, с которой я столкнусь в своей жизни?"

Дальше шло довольно много заметок о доме. Они были вырезаны из газет и вклеены на страницы дневника. Я пробежалась по заголовкам: "Призрак у старых качелей", "Кто плачет на заброшенной могиле?", "Неожиданная смерть. Проклятие действует?" - и ряд других не менее жизнеутверждающих названий. Но не в том дело. Сам того не зная, дед дал нам подсказки, где искать ключи. Ведь наверняка дом хранит свои тайны. А чем больше странностей происходит с местом, тем вероятнее оно окажется нужным.

После вырезок, которые я собиралась изучить с особой тщательностью, в обществе Югаты и Кагэ, осталось всего две записи. Я догадывалась почему, и оглянулась на дом. В кухне что-то шипело, но ребят не было видно. Хорошо. Мне бы хотелось побыть в одиночестве.

"10 августа. Очередной приступ. Повезло, что я был в гостях у своего приятеля-часовщика, и он довез меня до больницы. Врач сказал, мне осталось не больше месяца. Но я знаю, что мое время закончится намного быстрее. Быстрее, чем Шо починит часы, которые я отдал ему сегодня.

Когда он подвозил меня, то спросил, зачем я купил проклятый дом. Шо не верит в легенды, но признает, что в них может быть доля правды. Я не знал, как объяснить ему. Но я почувствовал, что моей фамилии он понравится. Пусть это будет прощальный подарок и извинение за все те годы, которые я потратил на работу, а не семью. Завещание оформлено, я попросил адвоката не показывать его раньше, чем Асаяке будет готова.

Захочет ли она жить здесь? Мне кажется, ее душа полюбит это место. Но для этого она должна быть свободна".

"12 августа. Все верно. Внутри дом еще страшнее, чем снаружи. Но почему-то в нем я чувствую себя уютно. Он не пустой, как говорят. Живущая здесь кошка с самого первого дня не отходит от меня ни на шаг. Даже сейчас она лежит на моих коленях и мурлычет. Это приятно. Я так давно не чувствовал обычного тепла. Боль, терзающая меня три года, утихает.

Все дела сделаны. Я слышу, как замедляется ход часов в гостиной. Надо бы их завести.

Но я так устал. И наконец, могу отдохнуть…"

На этом записи заканчивались. Дед умер той ночью. Теперь я понимала, что не дом убил его - в записях явно проскальзывало упоминание о долгой и тяжелой болезни. Может, у деда был рак или больное сердце. Я пообещала себе, что как только смогу, передам дневник брату. Шуно найдет лечащего врача Хасу, и мы сможем до конца восстановить картину.

Но сейчас я не хотела никуда идти или звонить. Я сидела на скамейке, глядя в пустоту, и переживала все, что узнала. Было печально. Не больно, а неимоверно грустно, и хотелось плакать. Но рыданий не было. Просто катились слезы.

Спустя полчаса я успокоилась достаточно, чтобы вернуться в дом. Я знала, что парни несколько раз выглядывали, но не позвали меня, и была благодарна за понимание. Мне было необходимо побыть одной.

Когда я вошла, на кухне царила противоестественная тишина. То есть Кагэ с недовольным видом что-то помешивал в кастрюле, а Югата меланхолично чистил картошку. Друг на друга парни не смотрели. Но в воздухе явно витало напряжение.

- Что случилось? - спросила я, мельком косясь на отполированную сковороду. Однако покраснения носа и глаз не обнаружила.

- Ничего, - пожал плечами адвокат, начиная мелко резать овощи.

- Ничего?! - аж взвился смотритель. Я впервые видела его таким нервным. Парень повернулся к Югате и, обвиняя, ткнул в него половником. - Он наступил мне на хвост! - по слогам сказал он. - А потом мне пришлось отсиживаться под столом, под скатертью, пока Мэй не соизволила уйти.

- А как бы я иначе объяснил появление огромного кота на кухне? - адвокат был само спокойствие. У меня даже возникло ощущение, что наступив на хвост оборотню, он чувствовал не угрызения совести, а некоторое глубокое моральное удовлетворение. Сказать по правде, иногда мне тоже ужасно хотелось заехать Кагэ по уху, за все подначки.

- Я мог перекинуться.

- И остаться в неглиже?

Смотритель замер на вздохе, проглотив готовую сорваться с языка фразу. Выдохнул.

- Хорошо. Но в любом случае, предупреждать о визите чужих людей можно как-то иначе. Знаешь, как хвост болит? - пожаловался он, проведя рукой ниже спины, где теоретически мог быть хвост.

Я не удержалась и хихикнула.

- А зачем ты вообще превращался в кота? - спросила я, кладя дневник на стол и придвигая к себе миску с морковью. Я пришла к концу готовки, и осталось совсем немного овощей, которые надо было порезать. Югата вежливо уступил мне доску и нож, а сам занял место рядом с Кагэ, чтобы приготовить тушеные овощи.

- Проверял территорию. Сегодня люди Кенрёку не появлялись, но я решил подстраховаться. Никогда не знаешь, какую пакость они выкинут. Да и от нашей русалки давно ничего не слышно.

- И? Обнаружил что-нибудь?

- Как бы сказать, - Кагэ почесал встрепанную макушку, и Югата в возмущении шарахнулся от него в сторону, потирая нос. Не удержался и чихнул.

- Будь здоров, - хором сказали мы с оборотнем. Адвокат укоризненно посмотрел на смотрителя и на всякий случай отодвинулся от него еще на шаг. Теперь готовить ему было неудобно, зато наверняка аллергия мучила меньше - я заметила в темных прядях смотрителя кошачьи волоски.

- Насчет твоего вопроса, Асаяке… Кто-то на территории особняка был, но замел следы очень умело. Это не похоже на людей.

- Незнакомый запах? - сообразила я.

- Да. Причем если бы я не искал специально, то не заметил бы. Поэтому…

- Будь осторожней, - со вздохом закончила я, нарезая морковь. - Да знаю я, знаю. Не сердитесь, - последнее пришлось добавить после дружного сопения.

Вообще, несмотря на споры, парни работали на удивление слажено. И со спины смотрелись как братья - оба высокие, черноволосые и худощавые. Я даже залюбовалась, и, разумеется, попала ножом по пальцу. Хорошо, что никто не заметил. Слизнув кровь и обмотав палец платком, я продолжила резать. Царапина неглубокая, и кровь должна быстро остановиться.

- Вы читали дневники деда? - поинтересовалась я, когда обед был почти готов, и не требовал к себе постоянного внимания. Кагэ вытер руки о фартук и присел за стол. Адвокат предпочел остаться в стороне, все еще опасаясь кошачьего духа.

- Пролистывали. Там есть полезные заметки. Югата, принесешь карту?

Парень кивнул и исчез в гостиной. Вскоре он вернулся со сложенным вчетверо куском бумаги, изрисованным моими линиями. Мы склонились над столом, почти соприкасаясь головами.

- Итак, качели, - найдя их очертание на карте, мы обвели их в кружок, - "семерка". Лабиринт… вот уж где будет "приятно" искать! - девять. Дальше статуя. Они по всему саду раскиданы, а снимок слишком смутный, чтобы сказать определенно. Придется либо искать другую фотографию, либо проверять все… Что дальше?

- Часовня.

- У нас есть часовня? - удивленно спросила я. Ее я пока не видела.

- Есть. Потом сходим и посмотришь. Правда, там дверь заклинивает.

- С дверьми в доме вообще проблемы, - задумчиво пробормотала я. - Кстати, насчет этого. Никто не знает, как попасть в башни? Там двери заперты, - сболтнув лишнее, я прикусила язык. Но поздно.

- А Вы откуда знаете? - тут же спросил Югата.

Влипла. Я с мольбой взглянула на смотрителя, и он еле заметно вздохнул.

- Это я ей рассказал. Пытался посмотреть, что наверху, а зайти не смог.

- Хм, там может быть что-то интересное, - адвокат потер подбородок. - Надо будет наведаться. Но сначала давайте закончим с записями господина Хасу.

- Ну, осталась оранжерея и дом прислуги. Это на территории особняка. Еще есть несколько упоминаний о кладбище. Ребята, мы ведь собирались туда сходить! Может…

- Нет.

- Но почему? - я обижено посмотрела на адвоката.

- Потому что здесь Вас охраняем мы и дом. Но стоит Вам оказаться в темном пустынном месте, таком как кладбище, что случится?

- На меня попробуют напасть? - хмуро предположила я.

- Верно, - Югата мягко улыбнулся, сглаживая свой резкий тон. - Простите, но я не буду рисковать. Наверняка за всеми дорогами от особняка установлено наблюдение.

- Что ж, подождем. Но я не собираюсь сидеть тут безвылазно!

- Еще достаточно ключей, которые надо найти. Вам не будет скучно, - пообещал парень.

- А теперь спрячьте карту и садитесь за стол. Наши гостьи уже спускаются! - предупредил Кагэ, и приподнял крышку кастрюльки. По кухне расплылся восхитительный аромат. Ммм, мясной суп, а на второе тушеные овощи.

Определенно, мне повезло с помощниками. Ибо готовили они изумительно.

- Югата, не уделишь мне немного времени? - окликнула Мошидзука адвоката, когда мы собирались выйти в сад. Поймав его взгляд, она продолжила. - Мне бы хотелось обсудить с тобой один вопрос по специальности.

- Асаяке? - парень приподнял бровь, спрашивая разрешение.

Я вздохнула. Похоже, мне вообще не стоило что-либо планировать.

- Иди, конечно. Я подожду на крыльце, подышу свежим воздухом.

- Я быстро, - пообещал парень и ушел в гостиную. Рю улыбнулась мне, и вежливо прикрыла дверь. Я осталась на крыльце в одиночестве, глупо продолжая смотреть на дверь.

Все-таки странные у них отношения. В последнее время они почти перестали разговаривать. Точнее, Югата старательно находил предлоги уйти от общения с Мошидзукой, а она не оставляла попыток с ним поговорить. Может, поссорились? Как по-детски. Ладно, пусть разбираются.

Опершись о перила, я отвернулась от дома и стала разглядывать свое наследство. Сад действительно был очень красивым, несмотря на запустение: стройные деревья чередовались с тонкими и гибкими яблонями, лабиринт из живой изгороди расходился от главной дорожки по всему саду. Да и не такой сад заброшенный, если приглядеться. Куда-то исчезла разбросанные по дорожкам осколки черепицы, а лохматые кусты стали более округлыми.

За пару солнечных дней весна распустила свои крылья, и теперь можно было заметить, как желтоватые листья сменяют сочно-зеленые. Земля пахла пьянящим ароматом свежести, у дома кружились мухи, и неподалеку сосредоточено расковыривала кору маленькая пестрая птичка.

Я отвернулась от милой сердцу картины и вздохнула. Было скучно и тревожно. Не то, чтобы я не любила природу, но когда у меня есть множество работы, а я бездельничаю, это сильно действует на нервы. Я прошлась несколько раз по крыльцу, десять шагов туда и обратно, по сравнению с главным входом - совсем мало. Затем перевязала косу, посмотрела на часы и еще походила, заглядывая в окна кухни. К сожалению, Кагэ ушел развлекать Мэй очередной прогулкой, и кузина так выразительно на меня посмотрела, что напрашиваться к ним я не стала. Кажется, Мэй догадалась об обмане. Но решила не поднимать скандал. В конце концов, парень был ей действительно интересен. А может, она решила, что я в ее руках, пока она вторая наследница, и можно делать что заблагорассудится. Спрашивать я не стала.

Я спустилась с крыльца, залюбовавшись крохотной белой бабочкой на скамейке, подозрительно напоминающей моль, и тут же остановилась. Между деревнями показалась чья-то фигура. Я оглянулась на дверь: никто пока не собирался выходить. Я тоже не торопилась идти к неизвестному, но повременила прятаться в доме. Не хотелось кидаться под защиту адвоката от каждого встречного.

Опасалась я зря. Гость не собирался прятаться, и робко вышел к крыльцу. Потрепанная кепка была низко надвинута, скрывая глаза, а на плечах висела куртка несколькими размерами больше нужного.

- Здравствуйте! Могу я поговорить с Кагэ-саном? - спросил мальчик. Я его узнала - это был Ёрики, любитель загадочных историй.

- Боюсь, что нет. Он вернется часа через два, - если повезет, добавила я про себя. Парень расстроился. Я прикинула, что разговор с Рю вряд ли закончится быстро, как бы Югата того не хотел (все-таки работа у них весьма сложная) и предложила. - Хочешь чаю?

- А можно? - на усыпанном веснушками лице появилась радостная улыбка. Мальчик кивнул.

Мы зашли на кухню. В приоткрытую щель я видела, что Югата и Мошидзука все еще разговаривают, поэтому спокойно достала две чашки.

- Кагэ-сан много о Вас рассказывал, - неожиданно сказал паренек.

- Неужели? - я так удивилась, что чуть не пролила заварку. - И что же?

- Ну, что Вы совсем не боитесь проклятия, в отличие от остальных. И поэтому Вы глупая, но смелая, - парень покраснел, осознав, что смотритель вряд ли хотел, чтобы я узнала его мысли. Я ободряюще улыбнулась.

- Я не обижаюсь на него, не бойся. А ты сам веришь в проклятие?

- Я верю только фактам, - серьезно сказал мальчик. - Кагэ-сан попросил меня собирать все странные происшествия в городе, потому сегодня я здесь.

- И что же случилось, если не секрет?

- Пропадают собаки. Сначала бездомные, этого особо никто не замечал, даже наоборот, радовались. Потом стали пропадать домашние. Хозяева говорят, что собаки срываются с поводка, не возвращаются с прогулок, одна даже как-то ухитрилась сбежать с цепи.

- И что ты думаешь по этому поводу?

- Кто-то приманивает их, это очевидно. Несколько раз, гуляя, я замечал раскиданную травку со специфичным запахом, она очень нравится собакам. А еще однажды видел большую стаю, неподалеку от старого кладбища.

- Хм, это может стать опасно для жителей города.

- И для вас. Я попросил дядю рассказать полиции про стаю. Он уважаемый человек, ему поверили, и теперь в городе патрули. Но вы-то никем не защищены от нападения.

Я задумалась. Ёрики был прав. Даже если стая не попадет на территорию особняка, то встретить ее в лесу будет неприятно. Собак я не любила с детства, после того, как бродячая собака на осеннем фестивале схватила меня за шарф и чуть не удушила. Хорошо, что рядом была мама и отогнала ее. А столкнуться с целой сворой псов, непонятно кем собранных! Брр, удовольствие маленькое.

- Спасибо за предупреждение, - искренне поблагодарила я паренька. Тот смутился и схватил из вазочки конфету.

Эх, и почему нам всегда приносят плохие вести?

Спустя минуту открылась дверь, впуская в кухню адвоката. Парень выглядел расстроенным, но как только увидел гостя, согнал с лица хмурое выражение.

- Ты, наверно, Ёрики? - спросил он, и протянул мальчику руку, как взрослому. - Югата, приятно познакомиться.

- Мне тоже.

- Он зашел к Кагэ, а его как назло нет. Подождешь тут? - я поднялась, отставляя чашку в сторону.

- А вы куда-то уходите? - во взгляде Ёрики проскользнуло сожаление.

- Да, мы хотели посмотреть на часовню.

- Здорово! Можно с вами? Я ее очень люблю! - вскочил мальчик.

Мы переглянулись. Что ж, чем оставлять ребенка одного или на попечение с Рю, пусть лучше прогуляется. К тому же, я была уверена, что паренек знает странные истории о доме и сможет многое нам рассказать.

К тому моменту, когда мы дошли до часовни, я поняла, почему не видела ее раньше. Маленькое здание находилась на границе с лесом, и скрытое пышной кроной деревьев, издали казалось совершенно незаметным.

Часовня была выполнена в том же стиле, что и особняк. Но витражи радовали глаз своей цельностью. Первые владельцы особняка не поскупились и на внутреннее убранство: украсили росписью стены и потолок, а одноярусный иконостас поместили в красивое деревянное обрамление. Что ж, хоть в чем-то проклятье особняка сыграло на руку - часовня сохранилась, а не была разграблена.

- Что за легенда ходит об этом месте? - спросила я мальчика, и тут же подивилась громкости голоса. Акустика в помещении была отличной.

Ёрики, до сего момента старательно увиливающий от расспросов адвоката о его жизни и родителях, оживился.

- Поговаривают, что здесь обитает призрак. Когда особняк построили, его хозяйка пригласила к себе подругу, дабы та освятила часовню. Монахиня выполнила просьбу, а также привезла две иконы, - мальчик показал на левую часть иконостаса. - На следующий день девушки нашли мастера, который по подобию подаренных икон создал остальные. Все шло хорошо. Бывшая хозяйка полюбила бывать здесь, в покое и одиночестве. Иногда она брала с собой сына, но ребенок никогда не ходил в часовню, а играл у порога.

После смерти хозяйки все изменилось. Слуги боялись зайти в часовню, ведь именно там владелица особняка провела последний день перед смертью. Когда подруга-монахиня приехала на похороны, она услышала о возникшем страхе и отправилась сюда. К вечеру девушка вернулась уставшая, с заплаканными глазами. Она написала письмо настоятельнице своего монастыря, и кто-то увидел, что монахиня упомянула в нем о призраке. С тех пор родилась легенда. Говорят, дух хозяйки особняка так и остался в часовне, и до сих пор бродит здесь, пугая своим зловещим криком. Тех, кто услышит его, ждет несчастье.

- А-а-а! - громогласно раздалось за нашими спинами, и мы подпрыгнули. Даже Югата вздрогнул, моментально прижимая меня к себе и оглядываясь. Впрочем, через секунду меня отпустили, а похохатывающий у двери смотритель получил от адвоката подзатыльник. Мрачный взгляд Югаты не сулил шутнику ничего хорошего.

- Извини. Мы проходили мимо, услышали конец истории, вот я и не удержался, - повинился Кагэ, в глазах у которого прыгали чертики. - Привет, малыш! - кивнул парень Ёрики. Мальчик надулся на обращение, но обида была напускной.

- Все-таки странно, что люди поверили в легенду, - заметила Мэй, входя в помещение и присоединяясь к нашему разговору. В часовне стало тесновато. - Ведь страшилка для того и служит, чтобы напугать. Неужели не нашлось смельчаков, попытавшихся сюда пробраться?

- Ну почему же, была парочка, - ответил Ёрики, прежде чем я успела его остановить. Не хватало еще запугать Мэй. - Но либо они были не такие смелые, либо с часовней и впрямь что-то не так. По крайней мере, те двое долго залечивали синяки и шишки, которые получили, убегая отсюда сломя голову.

Кузина нахмурилась.

- Но мы-то сейчас внутри. И ничего не случилось. Какая глупость - верить в духов! Я слышала, что жители Розаводи суеверны, но не до такой же степени! - девушка решительно обошла помещение, попутно провела пальцем по подсвечнику, стряхивая пыль. - А вот уборка тут не помешает, - добавила она.

- Ты права, займусь на досуге, - я прикусила губу, сдерживаю улыбку. Сакура могла появиться перед незваными гостями, но нас пугать не станет. Есть только одна любопытная вещь - первая владелица особняка путешествует по зеркалам. Как же она тогда…

Я обвела взглядом стены и потолок, задержавшись на иконостасе.

- Распахни дверь пошире, - тихо попросила я Югату, и вскоре моя догадка подтвердилась. В центре иконостаса солнечный луч отразился от пыльного треугольника, вставленного в раму. Интересно, кто сделал зеркало для нее? Подруга-монахиня?

Мне хотелось поделиться открытием с ребятами, но пока рядом была Мэй и Ёрики, приходилось молчать.

- Крыса! - неожиданно взвизгнула кузина. Я оглянулась - у двери сидела серая нарушительница спокойствия, невозмутимо глядя на людей. Выглядела она не ахти: облезлая шерсть, порванные уши. И откуда только пришла? - Фу, гадость! Уберите ее отсюда!

- Асаяке, пропусти, я ее быстро прогоню, - улыбнулся смотритель, отодвигая меня в сторону. Нашелся крысолов…

Неловко повернувшись, я задела локтем Мэй, а та в свою очередь дернула подсвечник, который оттирала бумажным платком.

Кто же знал, что это рычаг?

В стене скрипнул тайный механизм, и я почувствовала, что пол уходит из-под ног. Невольно вцепилась в кузину, и мы с криком полетели вниз.

Хорошо, что падать оказалось невысоко. Больно шлепнувшись о земляной пол, я встала, помогла подняться ошарашенной сестричке и посмотрела наверх: до часовни было метра два. С моим ростом недостать.

- Одзё, я сейчас спущусь!

- Не вздумай! Лучше поищи лестницу, - крикнула я в ответ. - И что-нибудь, чем можно посветить.

Потому что кроме освещенного сверху квадрата, в подземелье была темнота. Инстинктивно, мы с Мэй старались держаться рядом, но мне все равно не нравилось находиться в неведении, что вокруг.

Услышав мою просьбу, Ёрики, с любопытством заглядывающий в яму, кинул мне маленький карманный фонарик. Разумеется, у юного детектива все должно быть под рукой! Готова поспорить, он бы с удовольствием поменялся со мной местами.

А я бы с не меньшей радостью оказалась наверху. Потому как первым, что выхватил из дальнего угла подземелья узкий луч света, был старый человеческий скелет.

Ну, судя по отсутствию громкого вскрика и обморока, Мэй учили по стандартной семейной программе. Мы одновременно повернулись друг к другу спинами, всматриваясь в освещаемые фонариком стены, прислушались. Сверху раздавались приглушенные голоса ребят, скрипели камешки под нашими ногами, но в остальном вокруг было тихо. Рядом со скелетом оказался туннель, невысокий и природный, с неровными изгибами скалы. Что, впрочем, не помешало кому-то украсить его старинными канделябрами со свечами. Мы прошли по нему немного, и когда на нас повеяло холодным ветерком, отгоняющим запах плесени, убедились, что проход сквозной. Проверять, насколько далеко он идет, мы не стали и вернулись в квадрат света.

- Ты заметила, что он умер не своей смертью? - уверившись, что мы в относительной безопасности и нападение нам не грозит, спросила кузина. Я кивнула. Трудно было не заметить, когда грудная клетка скелета чуть ли ни в крошку перетерта!

- Кто же его так разделал? - Мэй присела на корточки, без отвращения разглядывая труп. Подобранной с пола веточкой тронула костлявую руку, на которой что-то тускло блеснуло. Кольцо? Кузина обмотала ладонь платком, и, стараясь не вдыхать исходившее от скелета зловонье, сняла с него печатку. В голове промелькнуло воспоминание о медицинском колледже, который Мэй посещала по настоянию семьи. Чего уж тут после занятий в морге бояться? Да и испытание кузины проходило в старом замке. Братец тогда, увлекающийся ужасами, дал дяде богатую пищу для размышлений, и проверка храбрости вышла на славу.

К слову, в семье Хасу есть традиция - дети в возрасте семи лет проходят испытания страхом и одиночеством. Конечно, никто о нем не предупреждает. Обычно, экзамен начинается с загородной поездки, где "случайно" посреди леса ломается машина, и взрослые уходят за помощью. А ты остаешься ждать, маясь от неизвестности…

Я выдержала три часа, а после выбралась из машины, и в сумерках пошла по тропинке. Внимательно смотрела под ноги, ища примятую траву, отмечая следы. И то и дело оглядывалась. До этого дня такого страха я не испытывала никогда - казалось, все мои кошмары ожили и готовы броситься на меня из темноты.

После меня долго согревали и отпаивали горячим чаем: провести два часа в легкой куртке в осеннем лесу это не шутка. А я еще долго никуда не ездила с родителями, и до сих пор старалась уточнять маршрут и запоминать дорогу. На всякий случай.

- Взгляни, знакомый рисунок? - кузина подставила кольцо под луч фонарика, и тот выхватил хитросплетение затертых линий. Сложный знак, но я его точно где-то видела.

- Ох, черт! Да что за напасть! - возмутилась я сквозь зубы, сообразив, члену какой фамилии принадлежало кольцо.

- Вот и я о том же, - мрачно подтвердила мою догадку Мэй, и печатка перекочевала ей в карман.

У меня даже промелькнула мысль попросить кузину не рассказывать о находке, но я отмела ее как недостойную. Хотя из всех семей, именно с этой фамилией я бы предпочла не связываться.

- Одзё, Мэй-сама, отойдите в сторонку! - крикнул адвокат. Мы послушались, и тут же, словно живая змея, рядом с нами опустился конец веревки. - Подняться сможете?

Я посмотрела на импровизированную лестницу. Через определенное расстояние на веревке были завязаны узлы, а значит, взбираться будет несложно, да и не высоко. По сравнению с тренажерным залом, где веревка под потолок и прекрасно скользит в руках, просто цветочки…

- И где вы ее нашли? - поинтересовалась я уже наверху. Кузина сидела рядом, потирая слегка оцарапанные руки. А вот юный детектив предпочел спуститься вниз, и своими глазами увидеть таинственную пещеру. Что ж, оно и к лучшему. Разговор был не для детских ушей.

- Не поверишь, но под скамьей есть ящик, где полно разных инструментов, - ответил на мой вопрос оборотень. - Только не понимаю, зачем он там понадобился.

- Видимо, хозяйка особняка не только молиться сюда приходила, - вздохнула я.

Рассказ о найденном проходе и скелете много времени не занял, но к концу его у всей нашей маленькой компании веселья поубавилось.

- Вот как. Значит, она встречалась с кем-то тайно. Уверен, туннель ведет за территорию особняка. - Югата отвел меня подальше от ямы. - Думаю, это и был наш загадочный владелец, отец ее ребенка. Но в последнюю их встречу что-то случилось.

- Его убили, - с уверенностью сказал Мэй.

- С чего ты взяла? Может быть, просто дикий зверь набрел на туннель…

- Нет. Тогда повреждения были бы другие. Того человека убили, причем жестоко и расчетливо. Думаю, он долго мучился перед смертью.

- И если Сакура нашла его тело, то это объясняет поседевшие волосы.

- А также ее возникновение рядом с кладбищем, если проход начинается где-то там.

Мы переглянулись. Кузина посмотрела на меня с большим подозрением, затем перевела взгляд на все еще придерживающего меня за плечи адвоката, и спокойно сидящего рядышком Кагэ. Прокрутила в голове наше поведение.

- Может быть, кто-нибудь объяснит, что происходит? А то у меня возникло стойкое ощущение, что я не знаю чего-то важного.

Ответная усмешка получилась вымученной.

- Да что ты! Никто тебя не обманывает, - попыталась отшутиться я, но на мои жалкие потуги Мэй только вздохнула и выложила печатку на скамью.

- А теперь давайте закончим этот спектакль, тем паче, что актеры из вас никудышные. Мне хочется знать, во что мы все вляпались. Я не для того пошла против воли Шуно, чтобы тут прохлаждаться.

- А для чего? - вырвалось у меня.

Мэй снисходительно улыбнулась.

- Потому что меня попросила ее семья, - слегка кивнула на кольцо кузина.

Когда мы вернулись в дом, настроение у всех было весьма неординарное: нечто среднее между подавленностью и радостью от того, что мы приближаемся к разгадке. Ёрики весь измазался в пыли, лазая по подземелью, и Кагэ отправил его умываться. Адвокат возился на кухне с обедом, попутно рассказывая историю печальной находки Мошидзуке, а мы с Мэй устроились в маленькой комнатке наверху, наскоро оборудованной мной под рабочий кабинет. Нам было о чем поговорить.

Кузина сидела напротив, в удобном кресле, обитом зеленым бархатом, и выбирала из принесенной с собой миски самые крупные ягоды. Туфли она сбросила под маленький столик, а платье сменила на короткие шорты и майку. Встрепанные волосы обрамляли миловидное личико, под подбородком прошлась полоска грязи, незамеченная при умывании. Мне было приятно видеть Мэй такой домашней, разом растерявшей всю свою взрослость.

Откинувшись на спинку диванчика и подтянув к себе крепко набитую подушку, я смотрела на сестру. Та не торопилась начать разговор, давая мне возможность подумать и не торопиться с выводами. Я же не собиралась спешить, тем более, когда знала так мало.

Что мы имеем? Младшая дочь семьи Хасу, умная и талантливая, хотя излишне своенравная. Та, чьи фотографии мелькали в газетах чаще, чем Шуно заключал сделки. Девушка, которая могла трепать нервы всей фамилии, не прилагая особых усилий. Даже если откинуть в сторону резкую смену поведения и закрыть глаза на обман брата, я не могла понять, почему Мэй связалась с семьей моей бабушки. В пику остальным Хасу, которые всячески игнорировали любые отношения с этой фамилией? Или сестру просто обвели вокруг пальца?

- Давно ты, - фразу "шпионишь на чужую фамилию" пришлось проглотить, заменив нейтральной, - помогаешь семье Фурико?

- Пару лет, - ответила сестра без колебаний, - с той истории с баскетболистом. Отец хотел отправить меня в женскую школу, а в семье его идею поддержали. Школа закрытая, и всего две недели каникул под рождество. Остальное время ученицам предлагалось проводить за каменными стенами. Мне, как понимаешь, этого не хотелось. И тогда твоя бабушка предложила свою помощь. Но не переживай, я не собираюсь передавать ей всю информацию. Мне это не выгодно, - улыбнулась уголками губ кузина.

Нет, - решила я, глядя на спокойно поедающую ягоды сестру, - поступками Мэй не так просто руководить. Она бы никогда не стала обычной марионеткой. Но от того, что братец прозевал крупный скандал в фамилии, мне стало не по себе.

Я расстегнула заколку, позволив волосам отдохнуть и волной упасть мне на плечи, и потянулась к миске с черешней. - Тебя тоже попросили узнать про смерть деда?

- Нет. Меня интересовал первый владелец дома. В его дневниках сохранилось упоминание о некотором "сокровище", находящемся в особняке. Фурико-сама надеялась, что пожив в этом месте, я смогу найти зацепки к его записям.

- У бабушки проблемы с финансами? - я недоуменно приподняла бровь. Насколько помню, ее семья всегда была богатой. Что, в конечном счете, и послужило разрывом с дедом. А восстанавливать отношения спустя годы, когда дед достиг успеха, было поздно.

- Скажем так - денег много не бывает, - покачала головой Мэй. Встала, прошлась по комнате, потрогала светло-бежевые занавески, которые ребята повесили намедни. Комната из пустого помещения, благодаря нескольким деталям интерьера, приобрела вполне сносный и уютный вид. - Ты о чем-нибудь знаешь?

Я осталась сидеть, наблюдая за хождением кузины.

- Я уже все тебе рассказала, - "кроме призрака хозяйки и подозрительных существ рядом с домом", мысленно добавила совесть, но настолько откровенничать я не собиралась. Мэй ведь тоже не все карты раскрыла.

- Возможно, сокровище спрятано в сундучке?

- Ага, бриллиант на тысячу карат. Не смеши! - я фыркнула, но посерьезнела. - Хотя, кто знает? Но пока мы не можем его открыть.

- А если обратиться к профи? - подалась вперед кузина. В глазах ее загорелся ничего хорошего не предвещающий азарт.

Я поспешила разъяснить ситуацию, прежде чем сестренка натворит глупостей.

- Во-первых, мы понятия не имеем, что внутри. Давать посторонним людям сундучок, все равно, что открыть ящик Пандоры - никогда не знаешь, что оттуда выскочит,- убедительно сказала я. - А во-вторых, там написано, что взламывать его не рекомендуется.

- Ты прочитала надпись? - удивилась Мэй. Сначала я недоуменно нахмурилась на ее слова, а потом сообразила - ведь надписи было более двухсот лет!

- Если бы ты занималась нормально, а не гуляла дни и ночи напролет, то тоже прочла бы.

- По крайней мере, мне есть с кем гулять, - Мэй показала мне язык, и вдруг добавила с ноткой злости. - Счастливица. На тебя не давят, в отличие от всех остальных Хасу. Ты закончила престижный вуз, делаешь что хочешь. За твоими успехами наблюдают. А мне постоянно твердят, как себя вести, о чем и с кем говорить. Это порядком раздражает!

Мне вспомнился дневник деда. Интересно, если бы не его приказ, ко мне относились бы более строго?

- Что собираешься делать? - поинтересовалась я.

- Вернусь к твоей бабушке с отчетом. А затем попробую урегулировать проблему с Шуно - пока мы не раскроем тайну дома, продавать свою часть я не собираюсь.

- Хорошо, - я успокоилась. Отъезд кузины на пару недель меня вполне страивал. Было время разобраться с загадкой дома, и заодно поискать ключи. А главное, не надо будет притворяться!

- Но я оставлю с вами Рю, - прервала мои радужные планы кузина. - Мне не нужен соглядатай.

- О, вот как, - протянула я. - Ну что ж, тогда, собирай вещи. Я скажу, что попросила тебя вернуться в город и передать эти бумаги, - я протянула ей стопку с набросками, - в мою фирму. Не думаю, что Мошидзука удивится твоему желанию вновь оказаться в большом городе.

- Мне и правда надо их заносить? - девушка с сомнением посмотрела на пухлую кипу бумаг, и, приняв ее, поморщилась от веса.

- Разумеется. Кстати, было бы неплохо заскочить к ним на обратном пути!

- Не наглей, - кузина щелкнула меня по носу, и достала туфли. - Пойду, соберу чемодан.

- А куда тебе столько вещей?

- Никогда не знаешь, что пригодится! Когда-нибудь, и ты это поймешь, - подмигнула сестричка и вышла из комнаты.

Звук хлопнувшей двери заставил меня вздрогнуть и оторваться от чертежа. Я отодвинула штору и выглянула в окно. Кузина быстрым шагом направлялась к пристройке, где оставила машину. А попрощаться со старшими и не подумала. Успею ли догнать? Попробую!

Я вышла из кабинета и быстрым шагом направилась к лестнице.

- Асаяке-сама, можно вас на минутку? - настиг меня голос Мошидзуки на последней ступеньке. Я подняла голову. Девушка стояла, облокотившись о перила, и держала в руках листок бумаги. По растрепанной прическе было заметно, что адвокат торопилась. Я вздохнула, догадываясь о причине беседы, и повернула назад.

- Что-то случилось? - спросила я, мельком скосив глаза на записку и узнавая почерк Мэй. Понятно, в своих домыслах я не ошиблась. Кузина молодец, уехала, не поговорив, и оставила меня разбираться с последствиями. Вполне в ее стиле.

Я прошла в комнату вслед за Рю и удивленно огляделась. Спальня выглядела очень аккуратно. Восхитительно, поскольку мне гостиную так и не удалось одомашнить! А здесь на мебели не осталось ни пылинки, испорченные вещи были поставлены в угол и частично задрапированы тканью, а на столе в вазе стояли свежесрезанные цветы. Правда, вид немного портила довольно крупная коробка на прикроватной тумбе, но Рю поспешила отставить ее подальше с моих глаз.

- Вы ведь в курсе, с кем сотрудничает Мэй? - спросила она, приглашая меня присесть. Такое самоуправство в моем доме показалось мне забавным, и я улыбнулась.

- Да. Вы, как я понимаю, тоже, - я проигнорировала предложенный стул, оставшись стоять. - Но почему-то не сообщили об этом раньше.

- Ее дед не хочет скандала. А Шуно-сан наверняка будет в ярости, если узнает.

- Когда узнает, - мягко поправила я. Молчать о случившемся я не собиралась. Пока Мэй еще может играть с Фурико по своим правилам, но однажды ее поймают. А я не хочу, чтобы кузина стала безвольной куклой в чужих руках. Пусть лучше она получит нагоняй сегодня, чем позже будет ломать голову над выходом из западни.

- Допустим, - вынужденно согласилась адвокат. - Но почему вы отпустили ее одну? Если знаете, куда она поедет?

- Я только выигрываю от этой ситуации, - я прошлась по мягкому ковру, с любопытством посматривая по сторонам и запоминая, как оформлена комната. - Мэй не хочет продавать дом, поэтому брату придется отступиться. А пока семья Фурико не вмешивается в мои дела, меня не тревожит их наблюдение.

- И вас не беспокоит, что это семья вашей бабушки?

- Мы ведь родственники. Спишем это на семейную опеку.

- Почему вы так спокойны? Дед Мэй был весьма расстроен, когда узнал, с кем завел дружбу их ребенок!

Расстроен? Скорее, зол. Однако по сравнению с прошлыми выходками кузина, эта не показалась мне слишком опасной, о чем я и сообщила Рю.

- Вы могли бы отнестись к этому более серьезно, - в ответ недовольно поджала губы адвокат. Я только философски вздохнула. Откуда мне набираться критики к вопросам фамилии, если меня в дела семьи до недавних пор не привлекали? Видимо, адвокат подумала о том же, и хмуриться перестала.

- Когда выезжаете? - спросила я. Я как раз подошла к окну и видела, что машина кузины скрылась за поворотом. Ну, фору ей дали, а дальше как успеет.

- После обеда. Все равно пока доберусь до города, пройдет слишком много времени. Мэй так летает по трассе, что ее не догнать.

- Это точно, - я поежилась от воспоминания о поездке с кузиной. - Удачной дороги!

На том я собиралась распрощаться, но Мошидзука схватила меня за руку.

- Асаяке-сама, еще один вопрос, - придержала меня девушка, - насчет Югаты. Я знаю, он сам с вами не заговорит, слишком ответственен. Но он служит Хасу давно, поэтому мне кажется, ему лучше переехать в Токай, в главный офис.

- Почему вы так решили? Его не устраивают условия работы? - резко спросила я. Почему-то мысль, что Югата меня оставит, была неприятна.

- О, нет. Просто ему стоит больше проводить времени с семьей. Вы же знаете, что у него болен отец?

- Да, - я кивнула. Наш семейный врач заходил к ним раз в месяц, контролируя лечение.

- Мать Югаты тоже хотела бы чаще встречаться с сыном. К тому же, брак на расстоянии - трудная штука.

- Простите? - я приподняла брови. Смысл разговора стал ускользать от меня. Причем здесь мой адвокат - и брак?

Рю, как мне показалось, слегка смутилась, и объяснила.

- Похоже, что он вам не сказал. Мы помолвлены.

 

Глава 11.

Кагэ стоял на крыльце, прислонившись к косяку двери, и провожал мальчишку взглядом. Тот шел домой с явной неохотой, понуро опустив плечи. Будь его воля, он бы в особняке прописался, в этом смотритель не сомневался. Другое дело, что лишняя, притом очень внимательная пара глаз была оборотню ни к чему.

Парень вздохнул, откидывая со лба отросшую челку. С тех пор, как в доме появились Асаяке и Югата, его размеренная жизнь пошла кувырком. И сегодняшняя находка тому подтверждение. Мало того, что скелет на территории особняка добавит слухов к непривлекательному образу дома. Так ведь пришлось вызывать полицию! Кстати, это также послужило причиной того, почему Ёрики отправили домой. Кагэ считал, что мальчику со стражами закона связываться рановато. Даже если он мечтает в далеком будущем стать детективом.

Дождавшись, пока фигура паренька скроется из виду, смотритель вернулся на кухню. Сегодня все кушали отдельно, но запах приготовленного адвокатом обеда витал в воздухе. Приподняв крышку и зачерпнув ложкой прямо из кастрюльки, Кагэ попробовал суп. Варево получилось солоноватое, но вкусное.

Парень потянулся за тарелкой и чуть не потерял равновесие, когда мимо, задев его плечом, прошла Асаяке. Растерянно извинилась и вышла во двор, глядя в пустоту перед собой. Такой взгляд Кагэ очень не понравился.

- Асаяке, что случилось? - памятуя о своих словах, парень не потянул девушку обратно в дом, а просто окликнул. Она обернулась.

- Ничего. Прости, я задумалась, - ее глаза снова ожили, но подруга все еще хмурилась. - Пройдусь по саду немного.

- Проводить?

- Нет, не надо, - наследница Хасу покачала головой, и медленно побрела по тропинке, каким-то интуитивным чутьем обходя выступающие ветви и корни. Кагэ посмотрел на часы: до приезда полиции оставалось не более получаса. Пусть пройдется до разбирательств. Погода и вправду была неплохой.

Ко всему, после того, что она услышала, навязываться было бы нечестно.

Разогрев холодное рагу в духовке, Кагэ налил суп, сказал сам себе "спасибо" и принялся за еду. Но вкуса почти не чувствовал, погрузившись в собственные мысли. Все-таки он не понимал. Смотритель был уверен, что адвокат любит Асаяке. В конце концов, он даже добился от него признания (от которого челюсть до сих пор ныла)! Почему же тогда Югата целовался с Рю? Неужели не подумал, какую боль его легкомысленный поступок мог причинить Асаяке? А ведь оборотню тогда, пусть всего на миг, но пришла мысль, позволить подруге войти в гостиную и увидеть все собственными глазами.

Теперь эта всплывшая помолвка. Парня так и подмывало выспросить все у Югаты, но никак не получалось застать его одного. Вот и сейчас адвокат разговаривал по телефону с тетушкой Асаяке, поэтому подойти к нему не было возможности!

Часы в гостиной пробили трижды, и Кагэ выглянул в окно, услышав шелест гравия. Оборотень знал, что к воротам подъехала машина, и из нее вышло несколько человек. Полиция не заставила себя ждать, а вот наследница задерживалась. Странно все это.

Поставив на подоконник чашку с недопитым чаем, парень выскочил за дверь. Куда пошла Асаяке?

Кагэ несколько раз позвал девушку, но не дождался ответа. Обычный человек мог долго блуждать по территории особняка, но оборотень не стеснялся использовать свои способности. Его влекли вперед запах, примятая трава, еле заметные следы. Неожиданно парень остановился. Легкий цветочный аромат, по которому он следовал, исчез. Вместо этого ему вдруг страшно захотелось обернуться в кота, повалиться на спину и покататься по земле. С трудом сдерживая проснувшийся инстинкт, Кагэ огляделся и заметил разбросанные по дороге листья кошачьей мяты.

- Черт! - глаза непроизвольно сменили радужку, и на яркое солнце стало больно смотреть. Это не случайность. Нигде в окрестностях кошачья мята не растет. А значит, кто-то специально его отвлекал.

Парень заставил себя сосредоточиться. Наконец, он снова почувствовал запах Асаяке, и нырнул в сторону. Как он и думал, девушка шла в сторону беседки, а затем повернула. И снова неудача! По земле был рассыпан толченый перец.

Отчихавшись, Кагэ собрался сделать круг, чтобы поймать след, как его внимание привлек тусклый блеск в траве. Он наклонился. Нижние ветки куста были примяты, и на одной из них зацепился золотой кулон. Маячок Асаяке. А еще в двух шагах - окурок от сигареты.

Вот теперь действительно стоило бить тревогу!

И смотритель со всех ног помчался к дому.

Я очнулась от холода, со связанными за спиной руками, на жестком земляном полу. Попробовала повернуться, но руки и ноги пронзила такая острая боль, что я с трудом удержалась от повторного обморока. Вместо этого закашлялась, выталкивая из организма всю ту дрянь, которую вдохнула в саду.

Когда приступ прошел, я повторила попытку сесть, на этот раз медленнее и аккуратнее. Получилось. Глаза потихоньку привыкали к темноте, и я стала различать очертания окружающих меня предметов. Их было немного: крупный прямоугольный ящик посередине комнаты, канделябр на стене, скамья с противоположной стороны и дверь, которую я узнала по легкому свечению вокруг щелей. Прямо скажем, не густо.

Немного покрутив кистью, я постаралась ослабить веревки, но без толку. От неудобной позы тело затекло, по коже пробегали маленькие заряды. Прислонившись к стене, я напрягала и расслабляла мышцы, чтобы хоть немного облегчить болезненное состояние. И размышляла над ситуацией.

Надо же было так попасться? Задумалась, пока гуляла, и не заметила похитителя. А дальше дело минутное - мне сунули под нос платок со снотворным, я непроизвольно сделала вздох и потеряла сознание. Ни вскрикнуть, ни среагировать. Ладно хоть маячок с собой…

Я чуть наклонила голову - и похолодела. Цепочки на шее не было.

Лихорадочный осмотр земли вокруг тоже ничего не дал. Если кулон и лежал неподалеку, найти его в темноте не представлялось возможным. Следуя из худшего предположения, телохранители Хасу меня быстро не найдут. А значит, надо решать, как выбираться самой.

Приступ страха я подавила, паниковать будем потом. Вместо этого стала ощупывать стену на предмет выступов. Стена была не идеально гладкой, из какого-то камня, и в скором времени, исцарапав руки, я нашла достаточно острый камешек. Конечно, не факт, что я успею перетереть веревку до возвращения похитителей, но спокойно сидеть и ждать своей участи я не собиралась.

Пока размочаливала путы, задумалась над тем, кто же таинственный преступник. На Кенрёку не похоже - им я живая была не нужна. С другой стороны, на их "лояльность" могло сказаться появление второй наследницы. Тогда меня можно было использовать как заложницу для ведения переговоров. Несмотря на все мои споры с братом, я уверена, он на все пойдет, чтобы меня вытащить.

Если только в дело не вмешана третья сторона, до недавнего времени остающаяся в тени. А я нисколько не сомневалась, что за Кенрёку кто-то стоит.

Веревка поддавалась туго. То ли ее пропитали чем-то перед тем, как меня связать, то ли она изначально была прочной. Мне пришлось несколько раз прерываться и отдыхать, прежде чем я почувствовала, что нити поддаются. Несколько резких рывков - и еле слышный треск возвестил о том, что у меня получилось. Бросив остатки веревки на пол, я размяла кисти, потерла ноющий шрам от ожога и принялась за веревку на ногах. Затекшие руки слушались плохо, а узел был завязан крепко, и оттого дело продвигалось медленно.

Хорошо, что я не забывала прислушиваться, а то похитители застали бы меня за весьма интересным занятием. Услышав шум за дверью, я быстро запихнула остатки веревки в карман широкой юбки, а руки спрятала за спину. Ноги у меня все еще оставались связанными, но я надеялась, что преступники не станут проверять качество пут.

К тому времени, когда я снова откинулась к стене, замок в двери щелкнул, и она распахнулась. Первым делом я посмотрела на улицу: солнце полыхало алым, спускаясь к деревьям, и отбрасывало последние лучи на каменные изваяния и плиты. Поздравляю, Асаяке, ты, наконец, попала на кладбище! Я скосила глаза в бок, убеждаясь в своей правоте. Прямоугольный ящик оказался саркофагом, тогда как я, собственно, находилась внутри небольшого мавзолея.

После анализа всей этой информации я соизволила взглянуть на похитителя. Вошедший мужчина прихрамывал, опираясь на трость. Видимо, сказалась встреча с Кагэ.

- Доброго вечера, госпожа Асаяке, - поздоровался Гинко Кенреку, наблюдая за мной с радушной улыбкой. Впрочем, учитывая обстоятельства нашей встречи, насчет его добродушия я сомневалась. - Рад нашей встрече.

- Не разделяю ваших чувств, - мрачно ответила я, глядя на мужчину снизу вверх. - Вы отдаете отчет своим действиям? Когда моя семья узнает…

- Девочка, я ведь не первый десяток живу на свете. Поэтому не пытайся меня запугать. Тебе сейчас лучше вести себя тихой мышкой и сотрудничать с нами, если хочешь вернуться домой.

Выводить преступника из себя было не лучшей идеей, поэтому я промолчала.

- Хорошо, - увидев, что я готова слушать, Гинко продолжил. - Видишь ли, первоначально мы должны были поймать тебя, а потом тихонько убрать с дороги. Две наследницы - это двойная проблема, но тоже решаемая. Главное, дождаться нужного момента. Но мне стало интересно, чем поранились ребята у тебя в саду. Наш медик с такими ранами раньше не сталкивался. А он большой специалист. Поэтому расскажи, что знаешь.

- А что будет потом? - стараясь говорить спокойно, уточнила я. - Вы меня убьете?

Представитель Кенрёку пожал плечами.

- Если информация окажется ценной, я тебя отпущу. Подпишешь нужные бумаги и иди на все четыре стороны.

- А если нет?

- Тогда не обессудь, - Гинко покрутил в руке трость, затем направил ее на меня. Из кончика выскочило тонкое лезвие, застывшее в паре сантиметров от моего горла. - Зато смерть будет быстрой.

- Спасибо, я предпочту помучиться, - пробормотала я чуть слышно.

- Не говори, о чем не знаешь, - внезапно серьезно сказал мужчина. Развернулся и знаком показал своим людям уйти. - Я дам тебе время подумать. Немного. Не люблю жесткие меры. Но если продолжишь упрямиться…

Он покачал головой и вышел, плотно прикрыв за собой дверь и вновь оставляя меня в темноте. В замке повернулся ключ.

Дождавшись, пока шаги стихнут, я развязала веревку на ногах и встала, держась за стенку. Сделала несколько шагов вправо и влево, шипя сквозь зубы. Затем обошла помещение по кругу: как и думала, дверь была всего одна. Первой мыслью было спрятаться в саркофаге, но ее я быстро откинула - там проверят в первую очередь. Да и тяжеленную плиту мне одной не сдвинуть. Что же делать? Я освободилась, но оставалась заперта.

Подумав, я сняла со стены подсвечник и встала за дверью. Если быстро оглушить первого вошедшего, то можно попытаться выскочить и убежать. План, конечно, так себе, но других не предвидится. Из-за малого роста моей единственной сильной стороной была скорость. Я была очень юркой и на тренировках по самообороне в основном не побеждала противника, а убегала от него. В конечном счете, мой тренер сдался и объяснил брату, что без подручных средств повалить здорового мужика мне не под силу. Но болевые точки показал, на всякий случай.

Я успела понервничать и успокоиться, когда за дверью вновь раздались шаги. Шло несколько человек, и это значительно снижало мои шансы на успех. Наконец, дверь открылась…

Напасть на человека оказалось сложнее, чем я предполагала. Но медлить было нельзя. Зажмурившись, я со всей силы ударила по первому вошедшему, одновременно отталкивая его назад, и выскочила из мавзолея. Краем глаза заметила, что не повезло одному из охранников, канделябр попал по плечу и слегка задел лицо - выше мне было не дотянуться. Второй телохранитель среагировал, как я и предполагала: прикрыл собой Кенрёку от возможной опасности. В результате у меня появилась пара секунд форы. Прошмыгнув мимо преступников, я со всех ног помчалась в лес.

Так быстро я не бегала даже на школьных соревнованиях. Погоня не заставила себя ждать, и петлять в темноте по узким дорожкам кладбища оказалось весьма сомнительным удовольствием. Я смогу, я успею, - билась в голове единственная мысль. Я понятия не имела, куда бегу. Казалось, кладбище никогда не закончится. Несколько раз я выскакивала на широкую дорогу и старалась запомнить направление. Однако бежать по ней было нельзя - я становилась прекрасной мишенью. Свистевшие рядом пули не давали рисковать, доказывая, что Гинко не собирался меня жалеть. Правда, пока старались попасть по ногам, а не в голову.

Все-таки направление я выбрала неудачное. С другой стороны кладбища, мне навстречу, тоже приближались темные фигуры, захлопывая ловушку. И куда дальше? Осматриваясь на бегу, я не заметила корень и чудом не полетела на землю, удержав равновесие в последний момент. Но драгоценное время было потеряно. Прямо передо мной вырос мужчина, схватил меня в охапку… и неожиданно спрятал за спину, хладнокровно направляя пистолет на моих преследователей. Раздался выстрел, заставивший преступников притормозить и не подставляться под пули.

- Бегите!

- Югата? - недоверчиво спросила я.

- Живо! - на этот раз он не просил, а приказывал. В обычно спокойном голосе послышалась сталь. И я снова побежала, даже раньше, чем успела сообразить, что послушалась.

Небольшой овражек, горка и извилистая тропинка мимо могил. Высокие деревья, сквозь ветки которых проглядывает усыпанное звездами небо. Мягкая темнота обволакивала, особенно остро чувствовался аромат хвои. Если бы не разрывающие тишину выстрелы, картинка была бы идеалистической.

Сбоку от меня появилась черная тень, чуть не сбив с ног. Я шарахнулась в сторону, но различив пушистую шерсть Кагэ, успокоилась.

- Ты почему не помогаешь Югате?

- Мяу!

Да, как-то не сообразила, что в кошачьем облике особо не поговоришь. Оборотень настойчиво подталкивал меня вправо, куда я поспешила развернуться. Вскоре вдалеке показалась патрульная машина, несколько человек выбежало мне навстречу.

Кагэ незаметно скрылся в лесу.

- С вами все в порядке? - высокий полицейский в бронежилете подхватил меня под руку, а его товарищи окружили нас. Я только сейчас почувствовала, что задыхаюсь, и с шумом вдыхала воздух, показавшийся обжигающе холодным.

- Я не ранена, - наконец, выговорила я, все еще держась за офицера. - Но там мой адвокат. Он в опасности!

- Мы знаем. Не волнуйтесь, ему на помощь выслан отряд. Мы не знали, где вас искать, поэтому пришлось разделиться. Сейчас все наши силы брошены на поимку преступников.

- Хорошо, - мы дошли до машины, и я обессилено упала на сидение. Но когда водитель собирался тронуться, остановила его. - Нет, я подожду.

- Здесь не безопасно, госпожа Асаяке. Ваш брат дал нам четкие указания на ваш счет.

- Я сказала, что никуда не поеду! - голос сорвался на визг. Оказавшись в безопасности, я позволила себе расслабиться, но нервы от этого никуда не делись. Меня колотило, а от каждого звука выстрела я вздрагивала.

Почему именно Югата нашел меня первым? Почему он встрял в перестрелку? Ведь он едва вылечился, ему нельзя так напрягаться! А если его ранят? А если?..

Все обиды показались детскими и напускными. Рю была права. Я просто эгоистка! Он каждый день рискует из-за меня. Хочет оставить меня - пусть уходит. Только сейчас вернется живой и невредимый. Господи, я ведь не переживу, если с ним что-то случится… снова…

Я уже не тряслась - плакала в голос, как маленький ребенок. Нет, намного страшнее - я так никогда раньше не плакала. Полицейские деликатно отошли на несколько шагов, не трогая меня, даже водитель вышел. А я все никак не могла успокоиться, ничего не видя вокруг, ничего не слыша, кроме грохота выстрелов.

- Асаяке-сама, что случилось? Вам больно? Вы ранены? - раздался испуганный голос, и рядом со мной опустился самый близкий мне человек. Я вытерла слезы рукавом, глядя в серые глаза… все-таки серые, потому что обычно их цвет изменяют очки. На щеке адвоката застыла паутинка.

- Ты не пострадал? - это было единственное, что я смогла спросить.

- Нет. Вы точно в порядке? - он внимательно меня оглядел. - Простите, мне надо быть внимательнее. Нельзя было отпускать вас одну. Понадеялся, что после прошлого нападения они поостерегутся, и в результате…

- Помолчи, - всхлипнула я.

- Что? - Югата посмотрел на меня с недоумением.

- Помолчи, - я подалась вперед, крепко обняла его и снова заплакала, чувствуя, как расслабляются в моих объятиях каменные мышцы, и теплые руки обнимают меня в ответ.

Прошло порядочно минут, прежде чем я успокоилась и смогла трезво рассуждать. К тому времени успел вернуться один из отрядов (второй долавливал разбежавшихся по лесу преступников). Те несколько парней, которых в наручниках приволокли к машине, знакомыми не были. Наверное, охрана Кенрёку, которая скорее сядет за решетку, чем выдаст своего главаря. К сожалению, Гинко сумел скрыться, и доказать его причастность к похищению было нечем, кроме моих слов. А когда сталкиваются интересы крупных фамилий, простых слов не достаточно.

- Асаяке-сама, отправляйтесь домой, отдохните! - к адвокатутоже возвратилась прежняя заботливая ворчливость, и конец фразы получился в духе "нечего вам здесь делать". На излишнее внимание я не обиделась, но поспешила уточнить.

- Ты тоже поедешь?

- Следом за вами. Только улажу ряд дел, - уклончиво ответил парень.

- Тогда я подожду, - я отошла от машины, но недалеко. Югата бесцеремонно дернул меня за шиворот, поворачивая обратно.

- Езжайте, пока Шуно-сан не узнал о ночном происшествии.

- Но ты ведь…

- Вы здесь только мешаете, - без тени улыбки пояснил он. Я украдкой огляделась. Действительно, дежурившие неподалеку полицейские посматривали на меня с неодобрением. Им бы сейчас в лес, к товарищам на подмогу, а вместо этого они вынуждены следить за мной.

- Хорошо, - я понурилась, но в машину села. Придержала адвоката за рукав, прежде чем захлопнуть дверь. - Будь осторожен.

- Как всегда, - парень ободряюще улыбнулся, и вдруг, вспомнив что-то, вновь подался вперед, придерживая дверцу. Мы почти столкнулись нос к носу.

- Что ты делаешь? - я хлопнула глазами, когда руки адвоката обвились вокруг моей шеи, зарылись волосы. Отчего-то даже дыхание перехватило, и щекам стало жарко. А может, это его дыхание было таким обжигающим?

- Не теряйте его больше, - Югата выпрямился, и я увидела, что цепочка с маячком вновь вернулась ко мне. - До встречи дома!

- Пока! - на автомате ответила я, сжимая кулон. Машина отъехала, и, глядя на повернувшегося к полицейским адвоката, я почувствовала разочарование. Пришлось встряхнуться, чтобы отогнать глупые мысли. Он просто вернул кулон, а я подумала невесть о чем. Даже стыдно вспоминать! Я прижала ладони к пылающим щекам…

Впрочем, долго смущаться в одиночестве довольно скучно. Я выглянула в окно. Машина набирала скорость, и вскоре кладбищенская ограда осталась позади. Мимо мелькал лес, с каждым метром становясь все темнее и темнее, автомобиль подскакивал на ухабах и проваливался в ямы, а мелкие камушки стучали по закрытым окнам. Хм, я почему-то думала, что из особняка к кладбищу ведет довольно удобная дорога.

Через минут десять, когда картина не изменилась, а только ухудшилась, меня охватило нехорошее предчувствие. Я мысленно представила карту, расположила на ней особняк, город и ближайшие окрестности. По всему выходило, что мы свернули не в ту сторону.

- Извините. Кажется, мы не туда едем, - я дотронулась до плеча водителя. Тот даже не обернулся.

- Не переживайте, госпожа. Старую дорогу переделывают, поэтому я повез в обход.

- Большой крюк, - я вздохнула и откинулась на сиденье.

- Что же делать? Отдыхайте, - мягкий голос успокаивал. Я прикрыла глаза, стараясь не обращать внимания на скорость и мрачный лес вокруг. Но червячок беспокойства продолжал грызть, словно я упустила что-то важное. Что же, раз так отдохнуть не получается… Я расслабилась и стала методично перебирать в уме случившееся, поведение людей, их разговоры. И тут меня осенило.

- Скажите, а вы сообщили семье, что нашли меня? Боюсь, брат волнуется, а мой телефон затерялся где-то в лесу.

- Конечно, как только вы появились. Не переживайте.

- Спасибо, - я сдержанно улыбнулась, так как в этот момент водитель смотрел на меня в зеркальце. Хорошо, что сжатые до боли кулаки он не видел. Ибо в тот момент я подтвердила тревожащую меня не состыковку.

… Ваш брат дал нам четкие указания на ваш счет…

…пока Шуно-сан не узнал о ночном происшествии…

Если Югата не звонил брату, никто другой не стал бы (да и не смог бы, за неимением номера домашнего телефона) это сделать.

Но как же я устала убегать!

Я собрала всю решимость в кулак. Незаметно пододвинулась к двери и положила руку на подлокотник. Несколько раз перебрала пальцами, постукивая по стеклу, как будто мне скучно. А затем, не торопясь, опустила пальцы к ручке.

- Не рекомендую. Скорость слишком высокая, расшибетесь, - все с той же доброжелательной интонацией, не оборачиваясь, сказал водитель.

- Что? - я отдернула ладонь. Фальшивый полицейский следил за мной с помощью зеркальца.

- Вы ведь догадались, госпожа Асаяке? Или еще нет? Не заставляйте меня думать, что мы переоценили ваши способности, - отражение подмигнуло мне и вдруг точно рябью пошло. А через секунду в водительском кресле сидел Гинко Кенрёку.

- Так будет проще? - с легкой иронией уточнил мужчина. Машина продолжала набирать скорость, да так быстро, что на отдельных крупных кочках меня подкидывало.

- Мне считать это повторным похищением? - на всякий случай спросила я, незаметно проверяя цепочку. Кулон был на месте.

- Как сказать. Наша маленькая русалка очень расстроена смертью своей подруги и хочет вернуть должок. Даже представить боюсь, что она с тобой сделает. - Гинко едва заметно улыбнулся, и от этой многообещающей улыбки у меня мурашки побежали по спине. Было понятно, что хорошего от встречи ждать не стоит.

Но паника - не лучшее решение проблемы.

- Почему вы так далеко готовы зайти? Срываете сделки, похищаете, не говоря о попытке убийства? Что такого особенного в моем доме?

- Вы действительно думаете получить ответ? - в голосе водителя послышалось удивление.

Я постаралась говорить как можно спокойнее.

- Почему бы и нет. Мы пока не приехали, я никуда не убегаю и полностью под контролем.

- Болтливость до добра не доводит, - мягко ответил Кенрёку. - Ко всему, я уже убедился в способности Хасу выживать.

Промолчав, я лихорадочно продумывала ситуацию. Югата меня не хватится, пока не приедет домой. А домой он не приедет, пока не найдет Гинко. А найти его не получится. Но ведь не мог адвокат положиться исключительно на полицейских. Этот парень перестраховщик - значит, за мной должны следить. И единственная кандидатура для незаметной слежки…

Повернувшись к окну, я всмотрелась в темный лес вокруг. Если черную кошку сложно найти в черной комнате, то в лесу это отнюдь не проще. Что ж, будем надеяться, моя догадка верна.

Я выпрямилась, глядя в водительское зеркальце. Уверена, что мужчина исподтишка за мной наблюдал.

- Тогда позвольте еще один вопрос - кто вы на самом деле?

Самый хороший способ обмануть, ввести жертву в стрессовую ситуацию. Это мне объясняли на уроках психологии, и много позже, когда стали рассказывать про дела и работу компании.

- Что вы имеете в виду? - голос водителя едва заметно изменился.

- Гинко Кенрёку ничего не знал про дела, творящиеся в особняке. Он понятия не имел, на что способны розы, поэтому вряд ли слышал про девочку-русалку. Скорее всего, с ним общались через посредников, не посвящая в подробности и тайны дома. Поменяв внешность единожды, не сложно изменить ее повторно. Это ваш дар, не так ли? Поэтому, кто вы?

Машина резко затормозила, и мужчина обернулся.

- А ты наблюдательна! Но мне не выгодно показывать свою настоящую внешность.

- Потому что я вас знаю?

- Может да, а может - и нет, - он пожал плечами. - В любом случае, это ни к чему. Вскоре ты забудешь обо всем на свете. Для меня ты всего лишь помеха на пути к цели.

- К какой цели? - я ухватилась за последнюю фразу, надеясь выяснить что-то важное. Но мужчина лишь коротко хмыкнул.

- Не твое дело.

- А что вы будете делать, если помех станет две? - я всмотрелась за стекло, прямо за спину развернувшегося ко мне похитителя. И позволила себе улыбнуться.

Водитель, не выдержав, обернулся.

- О чем ты?

Ответа, преступник, разумеется, не дождался. Я рванула ручку, открыла дверь и вывались на дорогу. Сразу же вскочила и кинулась в лес, отчаянно зовя на помощь. У меня было всего несколько секунд до того, как догонят. Но мне хватило. Раздавшееся из темноты злобное шипение, а затем выскочившая позади меня тень подтвердили, что я не одна.

- Ты все-таки шел за мной! - от облегчения у меня подкосились ноги, и я уцепилась за ближайший ствол, чтобы не осесть на землю. Кагэ не ответил - в это время он вцепился в похитителя, и они единым темным комком покатились по земле. Я не стала наблюдать за дракой, подобно благовоспитанной даме, а бросилась обратно. Дверь машины все еще оставалась открытой, но сбегать я не собиралась. Мне нужна была рация. К счастью, связь работала, хоть и слабо.

- Алло, вы слышите меня, прием!

Сначала полицейские приняли мою историю за шутку, но краткого и емкого пояснения оказалось достаточно. По маячку найти меня будет не сложно. Оставалось лишь дождаться их появления. Выключив связь, я исследовала салон, и в бардачке нашла пистолет. Опасная неряшливость, - подумалось мне. Возвращаться в лес без оружия было верхом глупости. Наконец, забрав из машины ключ и тем самым, лишив преступника возможности отступить, я побежала обратно.

Клубка на земле уже не было. Противники расцепились и теперь стояли напротив друг друга, тяжело дыша. Вся одежда мужчины превратилась в лоскутки, а правая лапа оборотня была поджата. Я притаилась за деревом, издалека наблюдая за ними.

- Как удачно получилось, что ты защищаешь эту малявку, - поддельный Гинко медленно пошел по кругу, делая обманчивые движения. Я пригляделась и прикусила губу - на его руке блестели когти ничуть не меньше, чем у Кагэ. Видимо, он с легкостью мог совершать любые метаморфозы в своем теле, - я давно хотел сразиться с тобой… смотритель дома!

Кагэ угрожающе зарычал.

- А тебе интересно, кто я? - мужчина неожиданно принял облик Югаты. - Может, он? Или он? - форма потекла, и напротив оборотня стоял незнакомый мне красивый мужчина. - Или она? - последние слова похититель выдохнул высоким приятным голосом, и я увидела перед собой прежнюю хозяйку дома. Откуда он ее знает?

Оборотень никак не среагировал.

- Не помнишь? Жаль. Но я все равно убью тебя. Я слишком долго ждал этого часа, - сделав очередной обманный выпад, мужчина кинулся на Кагэ. Его скорость и ловкость намного превышали человеческую, и только тогда я поняла, что смотритель был в невыгодном положении.

- Не двигайся, иначе я буду стрелять! - выйдя из укрытия, я вытащила пистолет и направила его на похитителя. Тот явно был не в восторге от ситуации, следить за нами двумя оказалось трудновато.

Дура! - это я прочитала в глазах смотрителя, когда появилась в его поле зрения. Глаза Кагэ, кстати, были ярко-алого цвета, что смотрелось страшно и непривычно. Раньше, будучи котом, его радужка всегда сохраняла приятный синий отлив. Что же случилось на этот раз?

- Брось, Асаяке, ты знаешь, что не сможешь, - похититель заговорил со мной, не выпуская из вида оборотня.- Убить человека сложнее, чем кажется.

- Я попробую.

- И замараешь честное имя Хасу? Это будет превышение самообороны, девочка. И не говори мне, что не понимаешь. Лучше отойди в сторонку и не мешайся.

Судя по легкому ворчанию, в этом вопросе Кагэ был с ним согласен.

- Мне не нужно тебя убивать. Достаточно, чтобы ты не смог убежать! - я продолжала целиться.

- Но ты ведь не уверена, что попадешь. Или думаешь, что я не понял, почему твоя семья так тебя оберегает? Я ведь навел кое-какие справки о тебе, Асаяке.

- Прекрати! - удерживать пистолет стало проще. Даже цель сфокусировалась. Особенно после последних слов.

- Ты не сможешь выстрелить, потому что боишься причинить кому-то боль. Потому что однажды ошиблась. И теперь боишься повтора ошибки больше всего на свете. Ты просто слабачка. Мне не нужен такой противник!

Он сделал шаг в мою сторону, и поднял руку. Я даже заметить не успела, как в его ладони оказался пистолет, и то, что его дуло направлено на меня. А затем раздался выстрел.

Как смотритель смог преодолеть разделяющее нас расстояние в доли секунды, я не поняла. Но он вырос передо мной, выгнув спину и вздыбив шерсть. И оттого казался раза в полтора больше.

Когда пуля впилась в него, он почти не покачнулся. Если бы не попавшая на меня кровь, я бы не осознала, что случилось.

А дальше сработали инстинкты. Я подняла пистолет и выстрелила, хладнокровно, тщательно прицелившись. В ногу преступника. Поддельный Гинко был прав - я бы не смогла убить. Но это не помешало мне его остановить. И когда попала, не знаю, кто в тот момент больше удивился - Кагэ, похититель или я сама.

Мужчина рухнул на колено, надеясь выстрелить еще раз, но оборотень прыгнул, подмяв его под себя. И очень чувствительно прикусил у шеи, показывая, что лишнее движение, и тот не жилец. Так мы и дождались полиции, а вместе с ними Югату. Похоже, он успел наплести им что-то про ручную пантеру, потому как на Кагэ не обращали внимания, а один пожилой полицейский даже потрепал его по холке, назвав "хорошим мальчиком". "Гинко" неподдельно обрадовались и увели, но я не обольщалась, что неприятности на том закончились. Смотритель лежал ни жив ни мертв, даже не пытаясь убежать, а на все попытки Югаты осмотреть его рану вяло клацал зубами.

- Вы можете подвести нас до больницы? - я перехватила знакомого офицера. - Кагэ ранен.

- Кагэ?

- Наша пантера, - адвокат подошел за мной следом, и что-то протянул полицейскому. - Лучше по этому адресу.

- Хорошо, - тот оценивающе взглянул на оборотня, и попросил двух ребят помочь. Втроем, стараясь не задеть ранение, Кагэ погрузили на заднее сидение машины, а я уместилась рядышком. Бока кота часто вздымались и опадали.

- Поехали, - скомандовал Югата. Офицер нажал на газ.

Откуда мой адвокат узнал адрес доктора - я не знаю, но когда мы подъезжали к невысокому домику с красной крышей, Харука ждал нас у калитки.

- Где раненый? - без предисловий он распахнул дверцу, и уставился на Кагэ круглыми от удивления глазами. Тут же отпрянул. - Кажется, вы что-то путаете. Я не ветеринар.

- Я знаю. Но у нас не обычный случай, - хмуро ответил Югата. В это время он уже выбрался из машины и встал неподалеку. Только тогда я заметила, что адвокат зажимал нос тонким платком, а глаза у него покраснели. Точно, ведь у него аллергия на кошачью шерсть! А тут в одной машине, да еще пока осматривал!

- Нам необходима ваша помощь. В больницу мы просто не успеем, да и лечить там не станут, - адвокат пристально смотрел на доктора. Тот, в свою очередь, рассматривал тяжело дышащего кота. Наконец, врач принял решение.

- Хорошо, заносите в дом. Жена покажет вам, куда его положить

- Спасибо, - парень позвал офицера, и вместе они вытащили Кагэ из машины.

- Югата, а ничего, что ты его несешь? Я могу помочь, - подкатила я к ребятам, но адвокат так на меня глянул, что все дальнейшие предложения застряли в горле, и я тихонько последовала за ними.

Мы не успели позвонить, как дверь распахнулась и на встречу нам выбежала низенькая симпатичная женщина в домашнем халате. Наверное, наблюдала происходящее из окна. Судя по ее спокойному и даже деловому настрою, к ночным визитам пациентов к мужу женщина привыкла.

- Проходите в комнату, - повела она нас за собой. Кагэ тихонько постанывал, и от этих звуков у меня сердце кровью обливалось. - Кладите больного на диван.

Парни аккуратно переложили оборотня, стараясь не задеть раненый бок, и отошли.

Следом за нами вошел доктор и присел на стул рядом с Кагэ, чтобы осмотреть рану.

- Мне надо возвращаться, - в полголоса сказал офицер, наблюдая за действиями врача. - Вы справитесь сами? Может, с утра прислать машину?

- Не нужно. Благодарю за помощь.

- Обращайтесь в любое время, Ёджи-сан, - коротко поклонившись, офицер ушел.

Вскоре Харука закончил осмотр и повернулся к нам.

- Повезло, что пуля не задела легкое. Немного правее, и дорогу он бы не пережил. Асаяке-сама, если я попробую вытащить пулю, он не укусит?

- Нет, - уверенно солгала я. Понятия не имела, насколько в сознании находился смотритель, и как хорошо он умел себя контролировать.

- Скажите, если бы перед вами лежал человек, было бы проще? - неожиданно спросил Югата. Я мысленно ахнула, догадываясь, куда он клонит.

- Разумеется. Я проводил подобные операции раньше. Но все равно рискованно переносить опыт с одного вида на другой, тем более, когда кот таких размеров!

- Оборачивайся, - прервал Харуку парень, опустившись на корточки рядом с котом. Рука парня легла на голову кота, легонько поглаживая. Тот вяло клацнул на него зубами.

- Думаю, это значит "Нет", - шепнула я. Югата не обратил на меня внимания.

- Оборачивайся! - упрямо прошипел он сквозь зубы, с трудом сдерживая кашель. Я вдруг поняла, что парень переживал за Кагэ не меньше меня. - Хочешь так все закончить? Когда мы не прошли даже половины пути? Может, ты просто струсил?!

Глаза кота приоткрылись, на мгновение полыхнув алым, а затем радужка медленно перетекла в первоначальный голубой цвет. Кот издал протяжный стон, выгнулся дугой. По всему тел его прошла судорога. Югата едва успел перехватить доктора, решившего, что у кота предсмертная агония.

Через пару секунд на диване лежал худой темноволосый юноша и судорожно вздыхал.

- Вытащите из меня эту чертову пулю, в конце концов! - выдохнул он, чудом не потеряв сознание.

К слову, доктор оправился быстро. А вот его жене пришлось приносить капли, чтобы она успокоилась после увиденного.

- Вы понимаете, что все происходящее здесь не должно выйти за пределы дома? - сухо спросил Югата, укрывая Кагэ до пояса простынею. Я запоздало отвела глаза.

- Не переживайте, у всех нас свои секреты, - сказал Харука, и принялся за операцию.

Пока врач разрезал рану, чтобы вытащить пулю, Югата придерживал смотрителя за руки, не давая тому дернуться. Все происходило словно в замедленной съемке. Секунды перетекли в минуты, минуты - в часы. И хотя на деле прошло немного времени, я чувствовала себя вымотанной и абсолютно бесполезной.

Если бы я не попалась в ловушку Гинко, была немного более внимательной, садясь в машину, не замедлила с выстрелом - этого бы не случилось! Гнетущее чувство вины давило на меня с каждым судорожным всхлипом Кагэ все больше.

- Асаяке-сама, давайте бинт, не стойте столбом! - резко окликнул меня врач, и я вернулась в реальность. Пуля была вытащена и теперь лежала на столике. Сам оборотень - бледнее смерти - молчал, стиснув зубы, пока врач обрабатывал рану. Жена доктора возилась с лекарствами, наполняя шприц то ли снотворным, то ли обезболивающим. А то и тем и другим вместе. Обругав себя за нерасторопность, я кинулась к тазику с водой и за чистыми бинтами.

Через полчаса, перебинтованный и получивший дозу снотворного, смотритель уснул.

- С ним все будет хорошо. Теперь ему достаточно немного отдохнуть, - успокаивающе улыбнулся мне врач, и, поманив за собой адвоката, вышел из комнаты. Я осталась сидеть рядом с диваном, изредка протирая покрытый бисеринками пота лоб раненого. Взгляд мой то и дело возвращался к оставленной пуле. Мне было о чем подумать и что вспомнить. До рассвета оставалось достаточно времени.

Ранней осенью тоже бывают холодные ночи. Такое время хочется проводить дома, сидя в теплой комнате, укрывшись пледом и занимаясь любимым делом. В моем случае, я рисовала. Наброски всегда получались уютными: в основном, спальни или детские с множеством кружев, подушек и мягких игрушек. Так приятно было создавать их, слушая перезвон дождя за окном, или шум ветра, который срывает листья и пускает их в пляс, доказывая, что пришел сентябрь.

Я хорошо помнила тот вечер. Задержалась в библиотеке, пытаясь найти материал к докладу, а когда опомнилась, поняла, что опаздываю. Непогода застала меня в пути, по дороге из школы. Мне еще не было шестнадцати, и вовсю бурлила подростковая самостоятельность. Я не желала, чтобы телохранители Хасу повсюду сопровождали меня, после долгих уговоров избавилась от водителя и возвращалась домой на общественном транспорте. Стоит ли говорить, что я чувствовала себя взрослой и самоуверенной?

Вся моя жизнь до этого, тяжелое обучение, постоянные правила и нормы поведения тогда казались мне игрой, трудной, но не опасной. Что сложного попасть по мишени, когда тебя тренируют по четыре часа в сутки? Разве страшно убегать, если никто не преследует? Я выросла как тепличный цветок, вроде здоровый и красивый, но совершенно не приспособленный к реальности.

На этом и сыграли преступники во время похищения. Я мчалась к остановке через парк, когда меня перехватила заплаканная девушка чуть старше меня, и попросила помочь. Сказала, что ее сестре стало плохо, надо сбегать в больницу, позвать лечащего врача, но она боится оставить девочку одну. Больница действительно была неподалеку, а людей вокруг из-за дождя - ни души, поэтому я не заподозрила подвоха. Однако девочки в нужном месте не оказалось. Выскочившие из-за деревьев бандиты скрутили меня быстрее, чем я успела пискнуть, и оттащили в машину. Крепко связывать не стали, не опасаясь побега - такой я выглядела слабой и испуганной. Небольшой фургончик был наполовину забит всяким хламом, меня кидало из стороны в сторону, пока мы ехали к их убежищу, и я слышала, о чем говорили между собой похитители. По разговору нетрудно было догадаться, что выбраться из передряги невредимой не получится.

Тогда я решила сбежать. Сбросить веревки оказалось делом пяти минут. Я подобрала свой рюкзачок, который по неосторожности закинули вместе со мной, и вытащила оттуда миниатюрный, сделанный специально для меня пистолет. Выглянула в щелку - мы еще не доехали до трущоб, где дождаться помощи полицейских было невозможно.

- Слезай, посмотри, как она там, - привлеченные моим шевелением, похитители притормозили у обочины, и дверь распахнулась, пропуская внутрь паренька. Из-за надвинутой на глаза кепки я не могла рассмотреть его лица, но судя по телосложению и отсутствию щетины, он вряд ли был меня старше. Впрочем, это не помешало ему стать соучастником преступления. Поэтому я не колебалась.

Выстрел откинул его от машины, и парень упал на спину. Только когда я увидела, как асфальт заливает алая кровь, быстро-быстро вытекая из раны в груди, поняла, что натворила. Но было слишком поздно.

В тот вечер я смогла сбежать. Услышав выстрел, проезжающие неподалеку полицейские поспешили на помощь, и вскоре я была возвращена родителям, в целости и сохранности. К сожалению, преступники тоже на месте не сидели, успели скрыться, забрав раненого. Я знать не знала, что случилось с парнем, выжил он или нет. Но как ни убеждала себя в том, что это была единственная возможность спастись, успокоиться не могла.

С тех пор мои занятия по стрельбе прекратились. И брат, и тетушка несколько раз предлагали мне их возобновить, но всегда нарывались на категоричный отказ. Я стала панически бояться драк и оружия. Я не могла даже перекинуть через себя противника на спарринге! В конце концов, мой тренер сдался и стал ориентировать обучение на скорость и бег. Потихоньку, моя жизнь возвратилась в обычное русло. Но осадок оттого, что я совершила что-то страшное и непоправимое, остался.

Поэтому, пусть сегодня я выстрелила, моя слабость никуда не делась. Я хотела защитить своего дорогого друга, но вместо того, чтобы уничтожить врага, только ранила его. Понимая, что однажды он вернется отомстить. И в нашу следующую встречу у меня не обязательно появится второй шанс.

Протяжный стон отвлек меня от грустных дум. Оборотень дрожал - то ли от холода, то ли от раны. Тонкое одеяло сползло до пояса, открывая взору гибкое натренированное тело. Но меня оно интересовало мало - больше волновало то, что на перебинтованном боку, несмотря на плотный тампон, проступила кровь. А говорил, что быстро заживает! Я мельком обратила внимание на пару старых шрамов на груди, и подтянула одеяло повыше, укрывая Кагэ. Дождалась, пока его дыхание выровняется, станет глубоким и медленным.

- Я ходячая катастрофа. Одни сплошные неприятности. Прости, - шепнула в темноту комнаты. Усталость и напряжение прошедшего дня валили с ног. Надо бы встать, поговорить с Харукой. Но веки такие тяжелые! Я сказала себе, что прикрою глаза только на минуточку. Только на десять секунд. И заснула.

 

Глава 12.

Солнце медленно окрашивало алыми лучами небосвод, разгоняя ночную мглу. Мерно колыхались ветви посаженной под окном яблони, резко, но редко каркали вороны. Югате не раз приходилось встречать рассвет в незнакомой обстановке, однако нынешняя ночь была особенной. Как никогда ранее адвокату хотелось очутиться дома, в родных стенах, и все спокойно обдумать. Он чувствовал себя отвратительно. Не помогало даже успокоительное, которое Харука самым наглым образом подмешал в чай.

- Если ты не поспишь, будет только хуже, - сидевший напротив врач церемониться не собирался, обращаясь к бывшему пациенту на "ты". Югата давно заметил эту странную особенность в Розовой Заводи - люди здесь были более открытые, чем в Токае, и не боялись нарушить этикет. Возможно, свое влияние оказало то, что в городке по меньшей мере треть жителей были иностранцы, бывшие беженцы с Запада? Кто знает. У адвоката не было сил думать о местной истории.

- Вы, между прочим, выглядите не лучше, - мрачно ответил Югата, уставившись на доктора. Тот хмыкнул, потерев уставшие и покрасневшие от бессонной ночи глаза, и поморщился. Синяк на лице все еще отцветал.

- Ты прав. В последнее время я плохо сплю.

- Вас что-то беспокоит?

- Если ты о нападении, то нет, - хирург криво улыбнулся. - Я взял больничный, поэтому несколько дней проведу дома. Рука почти не болит, до перелома дело не дошло.

- Мне жаль, что мы подбросили вам неприятности, - Югата склонил голову, извиняясь. Предоставить Харуке временных телохранителей, на период проблемы с Кенрёку, было не трудно. Но адвокат сомневался, что гордый врач примет их помощь. - Ваш "спаситель" больше не появлялся?

- Пару раз я замечал шевеление в саду, и мне показалось, что кто-то наблюдает за домом. Жена тоже обратила на это внимание. Но мы так и не смогли увидеть ничего конкретного. А как насчет вас? Узнали что-то новенькое?

- О загадке особняка почти ничего, - хмуро отозвался Югата. - В последнее время мистики вокруг нас стало меньше, и я волнуюсь, как бы спокойствие не оказалось затишьем перед бурей. Однако сейчас есть более насущный вопрос. Что нам делать с Кагэ? Не везти же его в особняк в таком виде? Вас стеснять опять-таки не хочется…

- Не глупи, - мужчина отмахнулся, и сделал из своей чашки большой глоток. - Пусть остается столько, сколько нужно. Я не могу бросить пациента, пусть даже весьма необычного.

- Спасибо. Ваша помощь неоценима.

- Не преувеличивай. Лучше расскажи о нем. Я никогда раньше не сталкивался с подобным. Как он превращается в кота? Если у него меняются кости и ткани, то почему он не теряет сознания от боли? Сохраняется ли разум в теле животного? Я делаю вывод из того, что ты с ним говорил, пока он был котом.

Югата отвел глаза, вновь углубляясь в детальное изучение содержимого чашки.

- Многого я рассказать не смогу. С одной стороны потому, что это не моя тайна. С другой - я и сам с трудом понимаю, что к чему. Поэтому вы можете услышать лишь мое сугубо личное мнение.

- Этого будет достаточно, - врач ободряюще улыбнулся. В глазах его вспыхнуло нетерпение.

- Ну, раз так…

Они проговорили еще час. Адвокат поведал о событиях с момента их первой встречи, и сам удивился, как простые вопросы доктора заставляют его вспоминать даже незначительные, на первый взгляд, детали. Кажется, он сам стал лучше понимать Кагэ после этого разговора. Харука тоже остался доволен, убедившись, что странный пациент не опасен.

- Я пойду, подремлю немного, чего и тебе советую. Несмотря на то, что твои ребра в порядке, не стоит пренебрегать здоровьем, - напоследок, сказал ему врач и покинул кухню. Парень тоже задерживаться не стал, допил остывший чай и вернулся в комнату.

Все-таки не зря Харука дал ему успокаивающего. Ибо адвокат сумел подавить первый порыв выкинуть наглого котяру на улицу. Открывшаяся взору картина злила. Оборотень спал у самого края, наполовину отбросив одеяло. Рядом, обхватив его обеими руками, пригрелась Асаяке. Причем лица у обоих были такими безмятежными, что даже завидно. Однако, внимательно поглядев на измученного смотрителя, Югата смирился, и присел на оставшийся край дивана.

Наблюдая за тем, как мирно спит его госпожа, парень думал о предстоящих проблемах. Наверняка, утром Шуно будет в курсе происшествия, полиция не преминет сообщить фамилии о похищении. А значит, одзё ожидает очередной неприятный разговор. На этот раз ее точно захотят вернуть домой.

- Ваш брат будет в ярости, госпожа, - парень откинул попавшую на носик Асаяке пушистую прядку, и чуть подтянул одеяло, чтобы укрыть свободным концом девушку. - Пожалуйста, перестаньте рисковать. Я сделаю за вас всю сложную работу, просто доверьтесь мне.

Он уже хотел убрать руку, как неожиданно на нее опустилась маленькая ладонь. Едва заметно сжала.

- Пора вставать? - сонно пробормотала одзё, и парень замер, не решаясь двигаться. Девушка явно не выспалась, и будить ее чуть свет не было смысла. Даже если сердце сжимается от ревности.

- Нет, еще рано. Спите, - успокаивающе ответил он, стараясь аккуратно высвободиться.

- Не уходи, не оставляй меня, - неожиданно попросила Асаяке, не открывая глаз, и он снова остановился. Понимает ли она, о чем просит? Или ей просто снится сон? Размышления прервалось резким рывком, от которого парень полетел на диван, и его руки автоматически обхватили девушку.

- Спите, иначе вам обоим не поздоровится, - буркнул оборотень с другого края, и, не дожидаясь возмущений адвоката, укрылся одеялом с головой. Прожигать взглядом Югата не умел, к тому же, теплая ладошка продолжала держать его, мешая уйти.

Утром я сгорю со стыда, - решил адвокат, поворачиваясь так, чтобы его рука не слишком давила на девушку, - но сейчас, я позволю себе об этом не думать.

…Заглянувший проведать пациента врач на мгновение опешил, а затем добродушно улыбнулся. То, что он увидел, принадлежало только тем троим. Харука вышел и плотно прикрыл за собой дверь.

Мне снилось, что я сплю рядом с мамой. Она шепчет ласковые прозвища, теплые руки обнимают меня и нежно гладят по голове. В такие моменты все заботы и тревоги улетучиваются, и хочется подольше нежиться в сладкой дремоте. Последний раз меня так обнимали лет семь назад, когда я приходила в себя после первого похищения.

Я мурлыкнула и уткнулась носом в подушку. Какой чудесный сон!

Чуткие пальцы переместились с макушки на плечо, пощекотав щеку и шею. Что-то неправильное, излишне интимное было в этом невинном прикосновении. Я вздрогнула, все еще не желая просыпаться.

- Убери лапу, - неожиданно раздался над моим ухом знакомый голос, и кожу обожгло горячим дыханием. Сердце пустилось в пляс, и я проснулась окончательно. Правда, глаза открыть не решилась. Потому как не могла найти достойного объяснения, как оказалась в одной постели со своим адвокатом. И почему он позволяет себе такие вольности.

Или не он?..

Догадку подтвердил мягкий баритон с другого бока.

- А не то, что ты сделаешь? Побьешь меня? Тебе со мной даже с раненым не тягаться! - Впрочем, поглаживания оборотень прекратил, и, судя по ощущениям, немного отодвинулся.

- Если будешь шуметь, не посмотрю, что ты болен, и выкину за дверь, - не отреагировал на провокацию Югата.

Я услышала, как смотритель хихикнул, вздохнул, чтобы что-то сказать, но промолчал. Некоторые время мы пролежали в тишине, и у меня появилась возможность разобраться в ситуации.

Воспоминания давались с трудом, такие смутные и неясные, что я сомневалась в их правильности. Нет, я отлично помнила, как остаток ночи и утро провела рядом с Кагэ, на случай ухудшения его состояния. Но вот последующие действия выпали из моей головы. Наверное, я уснула, сидя на стуле. Затем, мне чудилось, кто-то перенес меня на диван. Или я перебралась сама, замерзнув в прохладной комнате? По крайней мере, холод вскоре сменился теплом, а потом вовсе стало жарко. Сквозь дремоту пробился голос Югаты, и я подумала, что надо проснуться, но не было сил. А дальше сплошная темнота, причем отдохнула я на удивление хорошо. На удивление - потому как сон в компании двух мужчин никак не входил в нормы поведения Хасу.

Я пошевелилась, и сильная рука адвоката, обнимающая меня за талию, исчезла. Оборотень же, напротив, придвинулся ближе и, усмехнувшись, щелкнул меня по носу.

- Врунишка. Не беспокойся, - он посмотрел на адвоката, пока я наблюдала за ним из-под опущенных ресниц, - она уже давно не спит, а притворяется. Сердце бьется как у зайца, уж я-то слышу.

Я вспыхнула, и почти не задумываясь, натянула на себя одеяло и открыла глаза.

- Неправда, я только проснулась! - попробовала возмутиться, но Кагэ продолжал смотреть с насмешкой. Ко всему, я как-то забыла, что оборотень не одет, и стянутое одеяло помимо повязок открывало весьма многое.

Хуже того, повернувшись к Югате за поддержкой, я обнаружило еще одно занятное явление. Мой дорогой адвокат был смущен. Причем настолько искренне, что его растерянный вид всколыхнул во мне едва ли не большее удивление. Странно, а я думала, что краснеть дальше некуда.

- Простите, я не должен был…

- Сама не знаю как…

Начали мы одновременно, и тут же запнулись, отводя глаза. Смотритель не выдержал и рассмеялся в голос, за что и поплатился, согнувшись от резкой боли. К счастью, в отличие от нас он не скатился с дивана как ошпаренный, а продолжал соблюдать постельный режим, поэтому потревоженные раны не открылись.

На созданный нами шум в комнату зашел доктор. Деликатно постучавшись, перед тем как войти, и тем самым, повергнув меня в еще большую краску. Пробормотав "доброе утро" и стараясь ни на кого не смотреть, я выскользнула из комнаты. Умылась холодной водой в ванне, чтобы хоть немного остудить щеки. Господи, если бы братец узнал о моем "веселом" пробуждении, то запер бы дома, несмотря ни на возраст, ни на работу!

Минут через десять, периодически опуская руки в ледяную воду и прижимая их к щекам, я успокоилась. Возвращаться к ребятам не было смысла, Харука занимался пациентом, и ему вполне хватало помощи Югаты. А так как оборотень вел себя бодро, я стала чуть меньше опасаться за его жизнь. Поэтому, пока выдалось свободное время, я решила позавтракать. В конце концов, ничто так не лечит расшатанные нервы, как вкусненькое!

Аромат сдобной выпечки привел меня на кухню, где я присела на мягкую табуретку с разрешения суетившейся там хозяйки. Видимо, женщина переговорила с мужем, ибо от вчерашнего подозрения, после превращения кота в Кагэ, не осталось и следа. Она мило поприветствовала меня и разлила чай по двум чашкам.

- Может тебе накапать успокоительного? Все-таки вчера ты пережила не лучшую ночь в своей жизни, - спросила она, присев рядом.

- Вы очень добры, но не надо, - вежливо отказалась я. В последнее время, из-за всех накативших проблем, я принимала слишком много лекарств. Пора бы справляться с проблемами самостоятельно.

Женщина понимающе кивнула, но тут же всплеснула руками.

- Ох, какая я глупая. За всей этой суетой забыла представиться. Меня зовут Наоми, а ты ведь Асаяке-тян, верно? Наследница старого особняка?

- Пожалуй, спрашивать, откуда вы знаете, нет смысла.

Наоми улыбнулась.

- Это верно. Но о твоем приезде я услышала задолго до рассказа мужа. Об этом весь город жужжал. Хотя, неприятности с вами появились, как и ожидалось.

На последних словах она посерьезнела. Наверное, вспомнила о нападении на мужа, - подумала я, но тут же поняла что ошиблась.

- Харука вчера не стал спрашивать, он считает, что вопрос слишком деликатный, - Наоми немного помялась, но продолжила. - Конечно, явных следов не видно, но при похищении всякое может случиться. Особенно с молодой хорошенькой девушкой. Если надо выговориться, то я готова выслушать тебя. Обещаю, что ни слова никому не скажу без твоего согласия.

Я как-то не сразу нашлась, что ответить. Так меня удивила эта внезапная забота. Если честно, до слов Наоми я не задумывалась о том, какой ужасной судьбы избежала. Может быть потому, что в моей жизни все стремительно менялось. Просто не было времени переживать о прошлом. Надо было думать о настоящем.

- Спасибо, со мной все хорошо. Они ничего мне не сделали, - наконец сказала я, тщательно подбирая слова. Пара синяков не в счет в сравнении с тем, что могло произойти.

- Я рада, - женщина искренне и тепло улыбнулась, словно сбросила тяжелый груз с плеч. - Пей чай, пока он не остыл.

Я согласно уткнулась носом в чашку, и больше она не задавала мне вопросов о похищении. Однако чувства неловкости не возникло. Напротив, мы переключились на разговор о городе, о его истории и жителях. Я выяснила, что в Розовой Заводи и без нас были проблемы. Оказалось, что Наоми работает в детском доме, которому давно требуется ремонт. А мэр и не думает выделять на него средства. В последнее время все чаще женщине приходилось обращаться с просьбой к жителям города, чтобы собрать денег для починки крыши или покраски стен. Была создана целая инициативная группа, однако на прошение, отправленное в Токай, никто не ответил.

Допив свой чай, Наоми продолжила возню с посудой, и вскоре я, как-то незаметно для себя, пристроилась ей помогать. Но рассказ о сиротах не выходил у меня из головы. У каждого в нашей семье был свой пунктик касательно детей. Мы ими очень дорожили, памятуя о жизни деда. Я чувствовала, что должна помочь. Но как? Будущие затраты никак не сходились с имеющимися в моем распоряжении финансами.

А пока я раздумывала над приходами и расходами, позвонил брат.

В связи с потерей моего телефона, Шуно пришлось связываться со мной через Югату, и эти лишние хлопоты отнюдь не улучшили ему настроения. После того как мрачный как туча адвокат зашел на кухню и передал мне трубку, я услышала от брата множество весьма нелестных эпитетов в свой адрес. И о том, что я взбалмошная и безрассудная особа, и о том, как эгоистично не думаю о других. А сколько я получила предупреждений из разряда "если еще раз" - не сосчитать.

После того, как запас ругани иссяк, глава семьи снизошел до советов. Правда, в приказном порядке, но я подозревала, что иначе Шуно не умел. Как и предполагалось, новость о моем похищении успела просочиться в свет, и журналисты жаждали заполучить эксклюзивное интервью. По наставлению главы Хасу, как-либо комментировать происходящее мне запрещалось. Подобную технику мы проходили, и в принципе, я была с ней согласна. Лишняя шумиха ни к чему. А так люди погудят, построят догадки и успокоятся.

Проблема заключалась в другом. Закончив разговор с братом (я старалась быть предельно милой и соглашаться во всем, дабы лишний раз его не злить), я выглянула в окно и обомлела. Конечно, я ожидала, что нас найдут, но, во-первых, не так скоро, а во-вторых, не заполонив сверкающими камерами и машинами весь двор! Похоже, что я недооценила скорость распространения информации, и, судя по знакомым лицам, кое-кто прилетел сюда из самого Токая.

- Простите за беспокойство, - повинилась я перед доктором и его женой, старательно задергивая шторы в комнате, где лежал Кагэ. Особенно въедливые журналисты старались заглянуть в окна, чтобы разведать обстановку и сделать пару снимков, а некоторые звонили в дверь.

- Да уж, наделали вы шума, - беззлобно ворчал Харука, но выгонять нас не собирался. Я невольно почувствовала к нему глубокую симпатию. Несмотря на кучу хлопот, он продолжал заботиться о нас, как о родных. Врач даже предпринял несколько попыток разогнать журналистов, но многого не добился.

- Как думаете, если я вернусь в особняк, они разъедутся? - без особой надежды спросила я у парней. Мы все собрались в одной комнате, и откровенно говоря, маялись в ожидании. Кагэ лежал, адвокат выпросил у Наоми иголку и нитку, и теперь зашивал порванный рукав. В ответ на мои слова он лишь скептически поджал губы, а смотритель ненадолго приподнял голову и прислушался.

- Неа, - ответил оборотень после нескольких минут. - Как ни прискорбно, но факт спасения наследницы Хасу пантерой заинтересовал их больше, чем обычное похищение. Так что без фотографий они не уйдут. Может, мне выйти и попозировать им? - неловко пошутил он, и повернулся, принимая соблазнительную позу. Простынь снова начала сползать, но прежде чем я стыдливо отвела глаза, вместо обнаженной кожи показались аккуратные брюки, слегка широковатые Кагэ в поясе.

- Харука любезно одолжил мне одежду. Мне еще денек не рекомендуется активно ходить, но оставаться в неглиже, когда рядом снуют репортеры, не слишком приятно.

- В любом случае, тебя нельзя им показывать. Иначе возникнут неудобные вопросы, - рассудительно заметила я. На выходки смотрителя я решила не обижаться, тем более такова была его манера общения: легкий, ни к чему не обязывающий флирт.

- А если показать им "спасителя"? - заинтересовалась разговором Наоми. - Пусть мальчик ненадолго возвратится в кошачью ипостась, журналисты его сфотографируют и уйдут, - она вопросительно посмотрела на мужа.

- Не получится, - покачал головой Харука. - Я категорически против его перевоплощений. Хотя он парень крепкий, и заживает на нем как на собаке, ты уж прости за сравнение, - он мельком посмотрел Кагэ, продолжая что-то печатать на ноутбуке, - но при изменении тела всякое может случиться. Лучше не рисковать.

- Что же тогда делать? - я взглянула на часы. Стрелка показывала половину одиннадцатого. По-хорошему, стоило съездить в участок и дать показания. Ко всему, скелет на территории особняка никуда не делся, и с ним также надо было разобраться. Перевела взор на адвоката. Югата как раз завязал узелок и отрезал нитку, откладывая швейные принадлежности в сторону. Скептически оглядел свое творение. Шва почти не было заметно. Учитывая, что он зашивал на себе и левой рукой… Интересно, где мой адвокат приобрел такой опыт?

- Предлагаю следующее, - сказал парень, поймав мой взгляд и слегка смутившись. Многое бы я отдала, чтобы узнать, о чем он сейчас думал. - Мы с одзё дождемся офицера, который подвозил нас вчера, и проедем с ним до участка. Там разберемся со всеми делами, захватим следователей и вернемся в особняк, чтобы изучить подземелье под часовней. После немного поездим по городу, отвлечем внимание журналистов от дома. А с утра подъедем сюда на своей машине и заберем Кагэ, если он будет в состоянии идти. Как вам такой вариант?

- До идеала далеко, но другого нет, - согласилась я. Харуке в любом случае придется выдерживать натиск репортеров, но я надеялась, что врач справится. - Кагэ, ты сможешь завтра дойти до машины?

- Я и сегодня смогу, если за стенку держаться буду, - хмыкнул смотритель, попытался сесть, но тут же поморщился.

- Дойти надо непринужденно, поэтому лучше отдохни, - посоветовала я. Оглянулась на семейную пару. - Вы не против, если он полежит тут денек?

- Мы уже обговорили это с Югатой. Ваш друг может оставаться здесь, сколько потребуется.

- Спасибо. Тогда мы пойдем? - спросила я адвоката.

Парень вздохнул и подошел ко мне с какой-то застенчивой, слегка осуждающей улыбкой.

- Взгляните в зеркало, госпожа. Вы готовы предъявить миру свои фотографии в таком виде?

Я посмотрела. Ну да, следовало ожидать, что похищение и погоня по лесу не добавят мне шарма. Пиджак заляпан кровью, а разрез на юбке разошелся до самого бедра. Хорошо, что распущенные волосы расчесала и грязь с лица в ванне смыла, а то бы вовсе чучелом выглядела!

Оценив масштаб предстоящей работы, я повернулась к жене доктора.

- Наоми, вы не могли бы мне помочь? Наследнице Хасу не предстало появляться перед камерами в столь неподобающем виде.

Женщина хихикнула, прикрыв рот ладошкой и бесцеремонно схватив меня за руку, потянула за собой. Комната, в которую мы пришли, оказалась спальней, с крупным шкафом для одежды и большой широкой кроватью. Пока я разглядывала убранство, Наоми шуршала вешалками, перебирая наряды. Наконец, она с довольным видом положила на кровать шерстяную юбку и пушистый голубой полувер.

- Это одежда моей младшей сестренки, месяц назад она гостила у нас и забыла их в шкафу. По росту сестра повыше будет, но такая же худенькая. Переодевайся, я подожду снаружи.

Одежда и впрямь пришлась в пору, разве что юбка длинновата, но как раз в моем вкусе. Полюбовавшись на меня, Наоми довольно улыбнулась, достала шелковую ленту и подвязала мои волосы, завершая получившийся образ. Старше я выглядеть не стала, но серьезности и уверенности было не занимать.

- Я готова, - я вернулась в комнату, где стоически выдержала оценивающий взгляд адвоката и любопытный Кагэ. К слову сказать, Югата тоже приоделся с чужого плеча, убрав с глаз долой испачканную одежду. Что ж, пора было идти, пока долг перед четой Атсуй не стал непомерным.

Мы тепло со всеми попрощались, наказали Кагэ хорошо себя вести и выздоравливать, и, дождавшись появления во дворе полицейской машины, вышли из дома под сверкающие вспышки фотокамер. Югата старался сдерживать набежавшую разом толпу, пока я шла к машине, но вопросы до меня все равно долетали.

- Хасу-сама, прокомментируйте ваше похищение!

- Что вы можете сказать о преступнике? Вы знаете, кто он?

- Говорят, вас спасла пантера. Это правда?

- Как отреагировала ваша семья?

- Вы очень испугались?

- Расскажите подробности…

Конец последней фразы я не услышала, дойдя до машины и захлопнув дверь перед носами журналистов. Югата сел рядом с водителем, и машина, взревев, как недовольный медведь, выехала на дорогу.

В полицейском участке нас ждал неприятный сюрприз. После того, как уладили несколько формальностей, я попросила отвести меня к Гинко, подозревая, что стоит ожидать худшего. И не ошиблась. Мужчина сидел в помещении с каким-то расслабленным, отрешенным лицом. На мое появление он среагировал слабой ухмылкой и приветственным кивком.

- Вот мы и снова свиделись, Асаяке. Ты быстро бегаешь, молодец.

- Это все, что вы можете мне сказать? - я приподняла бровь, с подозрением рассматривая собеседника. Слишком он был спокоен для того, кто попал за решетку.

- Пожалуй, да. Я тебя недооценил, теперь расплачиваюсь.

- Что насчет нанимателя? - поинтересовалась я без особой надежды.

- Личная инициатива. Решил наказать зарвавшуюся девчонку, - он соврал, не моргнув и глазом.

- Кенрёку продолжат вмешиваться в мои дела с особняком?

- Если захотят.

- Кто еще участвовал в похищении?

- Не проще ли попросить допрос у них? - мужчина повернул голову в сторону охранников у дверей. - Я уже объяснялся, второй раз повторять не намерен.

- Как ваша нога? Смотрю, вам ее перебинтовали, - я сменила тему, продолжая пристально наблюдать за преступником. Тот если и удивился вопросу, виду не подал.

- Пуля не задела кость, так что ходить буду.

- По маленькой камере особо не расходишься, - заметила как бы в сторону.

- Я постараюсь хорошо себя вести, чтобы здесь не задерживаться.

Я лихорадочно вспоминала события минувшей ночи. Напрямую не спросишь, стоящие у двери полицейские слушают разговор. Ну, тогда попробуем так.

Я встала, словно собиралась закончить разговор и уйти, но неожиданно впилась взглядом в плечо мужчины. Тот удивленно повернул голову, уставившись на слегка помятый костюм.

- Что?

- Ничего, показалось, - небрежно дернула плечом, - Надеюсь, мы с вами не скоро увидимся, - искренне сказала на прощание.

- Это в твоих интересах, - с угрозой хмыкнул Гинко тихо, чтобы услышала только я. Но пугаться его я не собиралась. У меня появился противник посерьезнее. Поблагодарив стражей порядка, проводивших меня до двери, я вернулась к адвокату.

- Ну как? Узнали что-нибудь?

- Выйдем на улицу, расскажу. Все равно следователя еще нет, а без него мы в особняк не поедем.

Объяснив, что мы не уходим, а вышли подышать свежим воздухом, мы отправились в небольшой садик рядом с участком. Деревьев там особо не было, зато стояло несколько деревянных, покрашенных синей краской скамеечек в ряд. На одной из них мы и примостились.

- И что вы узнали? - без праздного любопытства, на полном серьезе спросил Югата, стоило нам присесть.

- Они поймали Гинко, - честно ответила я. - У него нет царапин от зубов Кагэ.

Адвокат смотрел на меня с непониманием. "Ах, ну конечно, он не знает про метаморфа, - вспомнила я с запозданием и чуть не треснула себя по лбу за недогадливость. - Его же не было с нами, когда похититель менял внешность как перчатки".

Пришлось немного отступить от темы и рассказать Югате о "поддельном" Гинко. Парень слушал внимательно и все больше мрачнел. К концу повествования он понял, что я имела в виду.

- Хотите сказать, они успели поменяться местами? Метаморф сбежал, а Гинко будет отвечать за все? Зачем ему идти на такие жертвы?

- Помнишь, что я сказала, когда Кенрёку пытались поймать нас первый раз? Дом нужен не им, а кому-то еще. Думается, Гинко всего лишь разменная монета в этой игре, поэтому его мнения особо не спрашивают. Что еще более вероятно, вытаскивать его из тюрьмы не будут, чтобы отвести ненужные подозрения от семьи и заодно наказать самого Гинко. Если бы он убил меня разу, а не подумывал, как обойтись меньшей кровью, они бы оказались в выигрыше.

- Не говорите так, одзё!

- Не говорить что?

- Так спокойно о вашей смерти. Если с вами что-то случится, не знаю, что буду делать.

- Югата…- я с удивлением взглянула на друга. Он сжал кулаки, продолжая сидеть с неестественно выпрямленной спиной, и смотрел на меня так, словно сто лет не видел. Но момент прошел, и адвокат вернул на лицо холодную маску.

- Думаю, теперь стоит быть внимательнее. Если метаморф разгуливает на свободе, то он точно жаждет отмщения. Конечно, ему потребуется время, чтобы восстановиться после ранения, но мы не знаем, как устроен его организм. Если на нем заживает так же быстро, как на Кагэ, то проблем в скором времени будет не избежать.

- Я знаю. Но пока давай разберемся с теми делами, что у нас накопились. За эти несколько дней надо выложиться по максимуму. Да еще придумать, как отвлечь журналистов от дома Харуки.

- А вот с этим проблем не будет, - вдруг усмехнулся Югата, достал сотовый и отошел позвонить. Самого разговора я не услышала, и могла только гадать, о чем он там говорил. Минуту спустя парень вернулся не то чтобы довольный, но хотя бы не столь хмурый.

- Что ты сделал? - полюбопытствовала я.

- Скоро узнаете.

Адвокат вновь присел рядом, и мы вместе наблюдали за дорогой, где должна была показаться машина следователя.

Ждать нам пришлось недолго. Следователь приехал через полчаса. Это оказался весьма грузный, невысокий мужчина, настоящий флегматик. Выслушав мой сбивчивый рассказ о скелете в подземелье, он попыхтел что-то себе под нос, и попросил помощника все подготовить. К счастью, помощник был моложе и расторопнее, поэтому в особняк мы приехали к обеду, а не к позднему вечеру.

В этот раз дом встретил нас не гнетущей тишиной, а шумом и воем. Однако ничего таинственного ни в первом, ни в последнем не было. Я оглянулась на Югату, и тот виноватой улыбкой подтвердил догадку. Ну да, не лучший способ отвлечения, но что делать?

Со всех сторон ограду дома облепили журналисты. И заметив нас, помчались к полицейской машине подобно кошке, после недельной голодовки увидевшей мышь. Проехать на территорию дома из-за обилия машин оказалось невозможно. Пришлось выходить.

Худшей прогулки представить сложно. Вопросы так и сыпались со всех сторон, новые перемешивались со старыми, ослепляли вспышки камер, ругался следователь. Мы проталкивались вперед, пока не добрались до часовни, и не закрылись там изнутри, под предлогом следствия.

- Вот именно в такие моменты я начинаю ценить свою работу. Ни крика, ни шума, - сидишь и спокойно разбираешься, кто, когда и отчего умер. - Проворчал следователь, и, увидев в полу яму, сунулся к ней. - Так понимаю, ваш скелет там?

Заглянув в дыру и убедившись, что за день скелет никуда не делся (хотя у меня возникало подозрение, что мы можем прийти к пустому месту), я кивнула.

Получив утвердительный ответ, мужчина продолжил.

- Вы уж будьте добры, подождите здесь, пока мы все не осмотрим и не сфотографируем. Таковы правила.

Об инструкциях при расследовании я знала, надавливать властью Хасу не собиралась. Да и желания наблюдать за подобным не было. Поэтому я вместе с Югатой осталась в часовне, разглядывая внутреннее убранство более пристально, чем в прошлый раз. На мгновение мне даже оказалось, что в зеркальном кусочке что-то мелькнуло, но я списала черный блик на игру света.

- Как ты сообразил притащить журналистов сюда? - спросила я у адвоката, чтобы не слушать тихий голос следователя, бубнящего своему помощнику какие-то жуткие подробности убийства.

Парень, в это время что-то отковыривающий в стене, повернулся ко мне.

- Они охотники за сенсациями. Одно дело большая пантера: редкость, которая вскоре забудется. Другое - проклятый особняк. Он постоянно на слуху. Пройдет десять, двадцать лет, а про найденный здесь скелет будут помнить.

- Меня это не радует, - буркнула я, подумав. Для возможной гостиницы или чего-то еще это создавало дурную славу.

- Черный пиар - тоже пиар, - пожал плечами адвокат. И тут же виновато поправился. - В любом случае, мы отвлекли их внимание от Кагэ.

- Так-то оно так, - вздохнула я, снова подумала про мрачную знаменитость своего дома, но продолжать мысль не стала. - Что-то нашел?

- Скорее да, чем нет, - я подошла поближе и увидела, про что он говорил. На стене беседки был высечен знак. Но не такой, как должно. Всего лишь одна его часть - поняла я, когда достала часы для сравнения.

- Чтобы это значило, - пробормотала я, прикасаясь к стене и проводя по знаку пальцами. Чем-то он напомнил мне стрелку, и я невольно перевела взгляд по направлению острия. Стрелка указывала на иконостас. А почему бы и нет?!

Почувствовав в груди странное томление, которое бывает, когда вечером в темноте рассказывают страшную и загадочную историю, я подошла к иконостасу. Резьба на нем и правда была причудливой, если не сказать чудной. Я внимательно вгляделась в рисунок, снова достала часы, закрыв пальцем половинку. Хм, это уже становится смешно! Ведь если я права, что за человек хозяин шкатулки? Зачем потребовалось делать столько головоломок?

- Югата, - позвала я наблюдающего за мной адвоката. - Подсади меня, пожалуйста.

- А я не достану? - учитывая, насколько он был выше меня, вопрос был вполне логичный.

- Нет. Если только не умеешь летать, - я указала на потолочную балку, проходящую над иконостасом. Готова биться об заклад, что очередной ключ лежал именно там!

Увы, не все в жизни проходит так, как мы планируем. Как бы мне не хотелось проверить свою догадку, поиск ключа пришлось отложить на некоторое время. С одной стороны, я вовремя вспомнила о том, что мой адвокат недавно вышел из больницы и врач не рекомендовал поднимать ему тяжести (а мои пятьдесят килограмм все-таки относились к таковым). С другой, изучению загадки мешали голоса снизу. Вылезти из подземелья следователи могли в любой момент. Поэтому я терпеливо отошла в сторону: ключ с балки слетать не собирался. Раз он пролежал там сотню с лишним лет, то пара часов или дней ничего не изменят.

Что ж, если с загадкой дома приходится повременить, займемся насущными делами. Сначала я одолжила у Югаты телефон и позвонила Харуке - узнать, как у них дела. Кагэ чувствовал себя неплохо, и половину дня проспал, прервав сладкую дрему только ради обеда. Что касается журналистов, большинство, прослышав о скелете, уехали. Только несколько особо настырных фотографов крутились около дома. Надеюсь, завтра будет чем их отвлечь.

Закончив разговор, я уселась на скамью, поглядывая в сторону дыры. Судя по доносящемуся оттуда разговору, следователь решил осмотреть, куда ведет подземелье. Нет, так просто нечестно! Мне ведь тоже интересно!

- Югата, как будет проходить расследование? Мы можем в нем поучаствовать?

- Думаю, нам расскажут результаты, если попросим. А вообще, посторонних к таким делам не допускают. Конечно, преступлению много лет, но владелица дома сейчас вы. Так что готовьтесь к допросу о родственниках и бывших хозяевах особняка. Кроме того, следователь захочет осмотреть дом.

- Серьезно? Я думала, что в Розаводи не найдется человека, желающего встретиться с проклятием особняка! Помнишь, какие слухи ходят по городу?

- Однако работу при этом никто не отменял, - возразил парень. Потер глаза. Я невольно подумала, в линзах ли он сейчас, или довольствуется смутной картинкой. - Возможно, расследование будет не столь подробным, как должно. Но следователи обязательно заглянут в дом, чтобы убедиться в отсутствии иных скелетов.

- Интересно, что они там найдут? - протянула я, подумав, что сама так и не исследовала все комнаты. Непростительная глупость с моей стороны. Я ведь могла быть втянута в весьма неприятную историю, если особняк хранит еще пару "скелетов в шкафу". В обоих смыслах. К тому же, найденный в подземелье скелет является моим родственником по бабушкиной линии, пусть и весьма-весьма дальним, и это не улучшает ситуацию.

Я написала сообщение кузине, с просьбой рассказать о том, как прошла встреча с семьей Фурико, а затем отдала сотовый адвокату. Эх, снова растраты. Вряд ли я смогу вернуть свой телефон, значит, придется покупать новый. Не такие большие деньги, но на данный момент и они не лишние. К тому же мне было жалко потерянных данных. Я помнила весь список наизусть, но заново вбивать сотню номеров в телефонную книгу удовольствие маленькое.

- Мы закончили, - из дыры показалась голова помощника. Ловко выбравшись, парень помог подняться более грузному следователю. Еще двое молодых полицейских убирались на месте преступления, их мы дожидаться не стали. Смотреть на останки еще раз, даже упакованные в мешок, мне не хотелось.

- Завтра мы подъедем сюда снова. Туннель завален, и возможно, специально. Надо будет раскопать и узнать, куда он ведет, - объяснял мне следователь, пока мы провожали их до машины. Журналисты неподалеку впитывали каждое услышанное слово и упоенно строчили в блокнотах. - Асаяке-сама, не уезжайте никуда в ближайшие дни. Нам надо будет побеседовать.

- Хорошо, - согласилась я и тут же поправилась. - Завтра с утра мне надо будет съездить в город за покупками. Вы не против?

- Я имел в виду, не покидать Розовой Заводи. В остальном можете ходить, где хотите. Мы подъедем к часу. Вы будете дома или оставите нам ключ?

- Дома, - быстро ответила я. Почему-то отдавать ключи от особняка казалось не правильным.

- Тогда до встречи! - следователь сел в машину, и они поспешно отъехали.

Увидев, что полиции на горизонте не наблюдается, а мы возвращаемся в дом, журналисты окружили нас плотной толпой. Я умоляюще посмотрела на Югату. Вот что теперь делать? Они ведь так просто не отстанут!

- Не волнуйтесь, - парень задвинул меня за спину и легонько улыбнулся. А потом с каменным лицом повернулся к репортерам. - Будьте добры, покиньте территорию особняка. Это частные владения, и вас сюда не приглашали, - уверенно и громко объявил Югата.

Я расслабилась и хихикнула ему в спину, чтобы усмешка не попала на фотографию. Надо же, опять недооценила своего адвоката, он все продумал заранее. Сначала заманил их сюда, а теперь выпроваживает. Забавно.

После обещания самым настойчивым журналистам организовать прощальную встречу с их боссом, толпа вокруг нас стала быстро редеть. Возможно, помогло то, что приехавшие из Токая охотники за сенсациями знали, что Югата слов на ветер не бросает. В любом случае, через десять минут последние репортеры покинули сад, оставшись за воротами, и мы закрыли калитку.

- Ну а теперь мы можем сбегать за лестницей и достать ключ? - с надеждой спросила я, когда мы неторопливым шагом шли по дорожке. Югата посмотрел на меня сочувствующе. Ах да, я совсем забыла, что в подземелье остались люди. Определенно, надо больше отдыхать. Голова просто отказывается работать с таким объемом информации!

- Одзё, шли бы вы в дом, - вежливо предложил адвокат, легонько подталкивая меня в нужном направлении. - Поверьте, нам предстоят не самые легкие деньки.

- Это я понимаю. Но так хочется немного погулять, ни о чем не тревожась! Хотя бы полчасика. А дома снова придется искать подсказки к загадке особняка, - я, походя, коснулась зеленеющих кустов, лаская листочки. Затем остановилась, уже целенаправленно притронувшись к веткам. Нет, не показалось - шипы действительно втягивались, не давая мне поколоться ядом.

- Аккуратнее! - задумавшись, парень не сразу заметил, что я отстала, а увидев, чем занимаюсь, перепугался не на шутку. Он оказался рядом в два счета и резко отодвинул от роз мою ладонь. - Хотите пораниться?

Я покачала головой. То, что я собиралась сделать, было глупым, но после всего происшедшего я стала меньше бояться. Мне нужен был дом - мой полностью, без опасения получить черепицей по голове или свалится в яму с кислотой. Дом, который станет моей крепостью.

- Югата, пожалуйста, не вмешивайся и смотри, - на всякий случай я выбрала веточку потоньше, где почти не было шипов, и, обхватив ее, сжала кулак. Ничего. На ладони даже следов не было, да и шипов я не почувствовала. Значит, Сакура была права - особняк принял меня как хозяйку. Или, хотя бы, как уважаемую гостью.

Оглянулась на парня. Он был белее мела, готовый в любую секунду броситься на помощь. Я успокаивающе улыбнулась ему и показала ладонь с гладкой чистой кожей. Однако вместо ответной радости, адвокат почему-то насупился еще сильнее.

- Наигрались? - я прямо почувствовала, как в родном голосе звенит гнев. - Или, может, сходим к фонтану, вы и туда руку сунете?

Теперь нахмурилась я. Югата никогда не повышал на меня голос, но сейчас лучше бы он накричал. Эта тихая злость нервировала гораздо сильнее.

- В чем дело? Почему ты злишься? Со мной, как видишь, все в порядке, - ответила я, стараясь изгнать нотки обиды. Похоже, я забылась, почему он стал моим адвокатом. Или, вернее, телохранителем. Как же, с его подопечной снова что-то произойдет!..

Югата устало вздохнул, посмотрев на обиженное лицо. Потом взял мою руку, осторожно проведя большим пальцем по неповрежденной ладони.

- Потому что вы могли ошибиться. Об этом не подумали? - очень тихо отозвался он. Мне стало стыдно. Парень действительно волновался. Даже если я все делаю правильно, заставлять нервничать дорогих мне людей нехорошо.

- Думала. Но у нас много врагов. И я не хочу шарахаться от всего в доме. Не сердись, - я потянулась было к Югате, чтобы обнять, но остановилась. Что я делаю?! Вчера я списала свою слабость на шок, а сегодня? Почему мне так не хватает его объятий?

Неловкое движение не осталось незамеченным. Мне показалось, что адвокат тоже колебался мгновение, но потом притянул меня к себе. Я уткнулась лбом в теплое плечо.

- Вы такая дурочка, Асаяке.

- Что ты сказал? - я удивленно вскинула голову, и чуть не задохнулась от нежного взгляда. Возмущение разом вылетело из головы - столько тепла было в серых глазах. А затем меня отстранили.

- Вам пора в дом, иначе замерзнете, - серьезно произнес парень, поворачивая меня в сторону здания. - Я провожу полицейских до ворот, а потом приду. Хорошо?

- Угу, - я быстренько потопала по тропинке, подавив в себе желание оглянуться. Мне казалось, он смотрит мне вслед. И если это было так, то взглянуть на адвоката, не покраснев, у меня вряд ли бы получилось.

В доме, к счастью, никто не побывал, о чем свидетельствовал тонкий слой инея в коридоре. Неужели здесь всегда будет так холодно? Пора делать систему отопления. А пока я подбросила в камин поленьев и коры, разожгла огонь. Приятно запахло лесом.

На всякий случай выглянув в окно, и убедившись, что рядом никого нет, подошла к зеркалу.

- Сакура-сама, нам надо поговорить, - постучала по раме, и вскоре поверхность заволокло дымкой, сквозь которую проступила стройная фигурка. Девушка выглядела более бледной, чем в прошлый раз, и немного расстроенной.

- Ты меня совсем не боишься? - поинтересовалась она с какой-то грустью в голосе.

- А должна? Вы мне столько раз помогали, - честно сказала я. Девушка посмотрела на меня как-то странно, но промолчала, и я позволила себе вернуться к разговору. - Вы были в часовне?

- Когда?

- В последний день своей жизни.

- О таких вещах призракам напоминать неприлично, - бывшая хозяйка особняка передернула плечиками, точно от озноба. Нет, так дело не пойдет. Мне надо знать точно, что она видела. Возможно, ее история подтолкнет к разгадке проклятия. И почему некто так не хочет, чтобы мы оставались в особняке.

- Вы пришли на свидание с тогдашней главой семьи Фурико. Возможно, припоздали, а когда спустились в подземелье…

- Замолчи! - неожиданно взвизгнула девушка и закрыла ушки ладонями. По щекам ее покатились крупные слезы. - Не хочу вспоминать! Не хочу ничего слышать!

Она замерцала, по зеркалу пошли волны. Я испуганно прижалась ладонью к стеклу, будто могла замедлить ее уход.

- Сакура-сама, мне важно знать правду. Вы видели кого-нибудь поблизости? Что-то подозрительное? На меня тоже ведется охота. Мои друзья в опасности, - разом нахлынули воспоминания кошмарной ночи, проводя холодом по позвоночнику. - Пожалуйста, помогите мне.

Мерцание стало замедляться. Постепенно, рыдания стихли, и Сакура вновь смогла говорить.

- Ладно. Я расскажу тебе. Не хочу, чтобы пострадал кто-то еще, - ее голос стал совершенно безжизненным, словно слезы забрали все чувства. - Я действительно шла в тот вечер на свидание со своей любовью, с Ичиро Фурико. К тому времени, когда мы впервые встретились, он был женат. Брак по расчету принес влияние его семье, о разводе не шло и речи - родители никогда не одобряли наших отношений. Мне предлагали деньги, завидного жениха, лишь бы я оставила Ичиро. Но мы так сильно любили друг друга!

Тогда я разрушила все устои, став его тайной возлюбленной. Мы не могли встречаться в городе, где за каждым его шагом следили. И решили, что на время расстанемся, пока не найдем место, недалеко от Токая, где можно будет встречаться без опаски. Несколько лет спустя нашим домом стал Розаводь.

Мы виделись редко: когда у Ичиро были командировки, он заезжал ко мне на пару дней. Казалось, я жила ими, этими минутами счастья. Пока однажды не поняла, что жду ребенка… - Сакура замолкла, на губах появилась слабая улыбка. - Для меня все изменилось. Дни обрели краски, я была готова летать. Малыш родился здоровым, вскоре начал узнавать отца, а Ичиро его обожал. Он стал появляться у нас намного чаще, порой, совершенно неожиданно.

В тот вечер сын капризничал, и я никак не могла его уложить. Подходило время встречи, а малыш никак не засыпал. Когда же сон сморил его, я побежала в сад, чтобы увидеть Ичиро. Мы старались не афишировать открыто наши отношения, хотя в городе знали, что у хозяйки особняка загадочный богач-любовник, и ни раз пытались узнать, кто именно, - ее губы сложились в скорбную усмешку, и я поняла, как тяжело она переносила слухи. Почти весь год одна, молодая и красивая девушка, лучившаяся от счастья и никого не подпускающая к себе. Наверняка, многие ей завидовали.

- Подойдя к часовне, я заметила большие следы, - тем временем продолжила Сакура. - В городе говорили, что в округе стали находить много растерзанных зверей, и я напугалась. Вдруг кто-то пробрался в сад? Мне захотелось поскорее увидеть Ичиро, обнять его, почувствовать, что я под защитой. Я вбежала в часовню, но любимого там не было. А вот потайной ход оказался открыт. И когда я заглянула в него… - она зажала рот, удерживая всхлипы. Я, молча, ждала, пока она успокоится. Мне было жаль заставлять ее вновь переживать тот кошмар, но я не хотела его повторения в реальности. И ради этого на многое была готова пойти.

Наконец, Сакура взяла себя в руки и продолжила рассказ.

- Я думала, что сойду с ума. Так, наверное, и было. Я спрыгнула вниз, звала его, плакала и обнимала, не обращая внимания на то, что вся измазалась кровью. Но сделать ничего не могла. Ичиро был мертв. А потом из темноты выступила существо, дикая помесь человека и зверя - в слабом свете я видела только нескладную фигуру да красные глаза. Забраться обратно я не успела бы, и поэтому бросилась бежать. Тайный ход вывел меня к кладбищу. Я помню, что существо догоняло меня, и в какой-то миг повалило на землю. А дальше наступила темнота.

- Вы видели его позже, когда стали… такой? - рассказ Сакуры потряс меня. Он наводил на размышление о тех мутантах, которых мы встречали. Но зачем им было нападать на людей?

Девушка покачала головой.

- То существо больше не появлялось рядом с домом. Но иногда мне кажется, что нечто подобное приходит сюда. Похожее не внешне, а внутренне. Мне тогда сложно показываться кому-то. Это существо ненавидит меня.

- Почему?

- Не знаю. Но когда оно догнало меня, то явственно сказало "Как я вас ненавижу". Это последнее, что я помню, - зеркало снова пошло рябью, и Сакура грустно посмотрела на меня. - Мне пора, Асаяке-тян.

- Простите, что заставила вспомнить.

- Ничего. Я понимаю. Защищай тех, кто дорог, - девушка исчезла, оставив после себя чистое стекло.

А мне еще так много надо было у нее спросить! Хотя, если хозяйка кого-то подозревала, то рассказала бы. У нас было множество зацепок, но слишком маленьких, чтобы сложить их в картину. Присев на диван у камина, я стала записывать историю Сакуры в подробностях, пока не забыла, чтобы потом показать ее парням. Может, они что-нибудь придумают.

За работой время идет незаметно. Казалось, ты только присел - и вот уже часы показывают, что пришло время обеда, а то и ужина. В Токае я порой задерживалась в офисе допоздна, сидя над очередным чертежом. А потом удивлялась, куда все подевались, и почему я проснулась за столом с чернилами на щеке.

Вот и сейчас звонок в дверь раздался так неожиданно, что я растерялась, отложила блокнот и пошла открывать. Даже забыла о том, что Югата должен вернуться через кухню, а ключ у него свой. За что и поплатилась. На пороге стоял брат, с весьма недружелюбным видом.

- Мы уезжаем. Собирайся, - заявил глава Хасу вместо приветствия, отодвинул меня в сторону, и, не утрудив себя снятием обуви, прошел в гостиную. Выглядел он мрачнее тучи. Я последовала за ним, раздумывая, что же его так взбесило.

- У тебя десять минут. Не успеешь забрать вещи, останутся тут, - заметив, что я не тороплюсь выполнять приказ, брат вновь обратил на меня внимание. Я тихонько выдохнула, чтобы не сказать лишнего. Ругаться с ним все равно бесполезно.

- Мы договаривались, что у меня есть месяц. Он не закончился, - как можно мягче напомнила я. Шуно в это время обходил комнату и собирал мелкие, явно принадлежащие мне вещи в сумку. И когда только успела их тут оставить? Брат обернулся и посмотрел так выразительно, что я поежилась. Было в его взгляде что-то злое.

- Я предупреждал вчера, что если возникнут проблемы, ты вернешься домой.

- Но у меня не было никаких проблем!

- У тебя - да, - он остановился напротив меня, с ворохом вещей. А затем коротко произнес, как будто ударил. - Мэй в больнице. В коме.

В комнате стало холоднее. Я стояла оглушенная новостью, отказываясь ее принимать. Слепо зашарила в воздухе и ухватилась за полку, чтобы удержаться на ногах. В ушах забился гул. Моя сестра - в коме? На грани жизни и смерти? Я же недавно с ней говорила, и все было в порядке! Я же видела ее вчера утром!

- Что произошло? - я, наконец, смогла сформулировать вопрос. И не узнала свой голос - хриплый, глухой, сломленный. Брат не двинулся с места, чтобы как-то поддержать меня.

- Авария. Они с Рю решили вернуться в Розаводь, как только услышали про похищение. По словам Мошидзуки, кузина была за рулем, когда нечто выскочило перед машиной. Разумеется, Мэй попыталась вырулить в сторону - а там крутой поворот и обрыв. Рю вылетела из машины и отделалась переломом. Удивляюсь только, как она успела со сломанной рукой спуститься и вытащить Мэй до того, как машина полностью загорелась.

Я прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Картина аварии и не думала исчезать. Но… если все так ужасно, Шуно не приехал бы за мной, правда?

- Что говорят врачи?

- Стараются изо всех сил. Пока состояние не стабильное. Слишком много внутренних повреждений, - брат не собирался ничего от меня скрывать. Давая понять, что именно из-за моего эгоизма сестра попала в больницу. - А теперь поторопись, раз все узнала.

Я молча кивнула, до боли закусила губу, сдерживая слезы, и стала собираться. Не время раскисать. Может, Мэй нужно переливание крови? Я вполне могу стать донором.

Под руку попались очки Югаты, я положила их на столик, чтобы не затерялись, затем забрала свой блокнот…

- Мы поедем к Мэй? - на всякий случай уточнила я. Шуно покачал головой.

- Родители ждут дома. Они с ума сходят от беспокойства. Побудешь с ними пару дней, пока я не оформлю все бумаги.

- Какие бумаги?

- По продаже особняка.

Блокнот с легким хлопком упал на столик. Я непонимающе посмотрела на брата.

- Я не хочу его продавать.

- Твое упрямство привело к трагедии. Тебе недостаточно? - он говорил спокойно, хотя я понимала, что Шуно злится. На меня за настойчивость и на себя, за то, что недоглядел. Я тоже чувствовала себя виноватой. Возможно, знай Мэй всю правду о зловещих тайнах особняка, такого не случилось бы. Но продавать дом, когда он только меня принял? К такому я была не готова. Зачем брат вообще поднял спор об особняке? Сейчас гораздо важнее быть рядом с семьей!

- Я навещу Мэй, побуду с родителями и вернусь сюда, - я с решительностью посмотрела на брата. Пусть говорит что хочет, меня его ледяной взгляд не запугает.

Но Шуно сделал иначе. Он не стал со мной спорить. Просто позвал телохранителей. Две тени, выросшие за спиной, удерживали меня с легкостью. Очень аккуратно, чтобы не поранить, но, не давая вырваться или позвать Югату на помощь. А затем увели к вертолету.

Я и забыла, что быть дочерью фамилии Хасу, значит следовать приказам ее главы.

Никогда не думала, что буду сходить с ума от одиночества в собственной комнате. Прошла неделя с тех пор, как брат забрал меня из особняка. За это время я разговаривала дважды. Первый раз с родителями, перекинувшись коротким приветствием, пока глава Хасу за руку тащил меня в комнату, где и запер. Второй - с самим Шуно. Брат появился после устроенного мной скандала с крушением мебели и посуды. Затем оттуда унесли все хрупкие вещи, а из мебели оставили только кровать, стул и стол, да занавески на окнах.

- Выпусти меня немедленно! Ты не имеешь права держать меня дома! - я кричала на брата, но тот стоически меня игнорировал, продолжая увещевать с приторным спокойствием.

- Тебе достаточно подписать бумаги о продаже дома. А дальше можешь вернуться к любимой работе, - так сказал он, перед тем как уйти и запереть меня.

После скандала и нескольких дней моего упрямства, брат позаботился о том, чтобы обеспечить меня возможностью все обдумать. Отвлекаться действительно стало не на что. Проснувшись однажды, я не нашла ни бумаги с ручкой, ни компьютера. Даже справочную литературу по архитектуре, которую я читала только с большой тоски при тяжелой работе - и ту убрали. Из всех развлечений оставалось либо спать, либо смотреть в окно, на задний двор сада, по периметру которого стояла охрана Шуно. Впрочем, еду мне регулярно приносили.

Хуже того, что я понятия не имела, что происходит за пределами стен, даже о Мэй ничего не слышала. Родители и тетушка пытались ко мне пробиться, но Шуно запретил видеться со мной строго-настрого. Подслушать новости тоже не удавалось. Охрана у двери попалась отменная. За всю недели они не проронили ни слова, кроме "пост сдал, пост принял".

Я металась по комнате, пытаясь выкинуть из головы волнения, или просто лежала, глядя в потолок. Очнулась ли кузина? Выздоровел ли Кагэ? Что стало с Югатой? Эти вопросы вертелись у меня в голове, и я не могла от них избавиться. Через какое-то время я перестала следить за временем и все больше проваливалась в полусонное состояние.

Мне снился особняк. В этих снах причудливо смешивались мои собственные воспоминания и история Сакуры. Казалось, я упускаю что-то важное, и стоит найти эту ниточку - как за ней получится расплести всю загадку. Проснувшись, я пыталась осмыслить сны, но вместо того лишь сильнее запутывалась.

Возможно, брат был по-своему прав, оставляя меня одну. Изнеженная, всеми оберегаемая, я привыкла к тому, что рядом кто-то есть. А когда осталась в одиночестве, растерялась. Я хотела вернуться в особняк, раскрыть его тайну! Но гораздо важнее было узнать, что с моими друзьями, помочь им. Поэтому, я уже почти решилась…

Маленький камушек стукнулся о стекло и разбил тишину комнаты. Следом за ним ударил еще один, поменьше. Что же случилось? Я встала, на ходу застегивая рубашку, и в темноте подошла к окну.

Ничего. Только ветер играет с ветками вишни. Но так далеко, что мне не достать.

Подавшись внезапному порыву, я распахнула окно, вдыхая холодный воздух. Ночной шум наполнил комнату, навевая воспоминания. Неделю назад, такой же ночью, мы были вместе, и верили, что со всем справимся. Всего неделю…

Я выглянула наружу, но кроме мерцающих светлячков, иных обитателей в саду не было. Вздохнув, я оставила окно приоткрытым, и пошла досыпать.

Чтобы через секунду обернуться на мягкий скрип пола.

- Здравствуй, Асаяке-тян! Соскучилась?

- Ты настоящий? - это было первое, что я спросила, когда обрела дар речи. Кагэ подмигнул мне со знакомой улыбкой и прижал палец к губам. Шуметь было незачем.

- Но как? Ведь второй этаж! - шепотом поинтересовалась я. Мне все еще слабо верилось в происходящее. Незаметно пробраться мимо охраны, а затем по отвесной стене влезть в окно - такое даже коту с трудом бы удалось. А смотритель сейчас в своей человеческой ипостаси…

- Скажем так, мне помогла Хасу-сама, - тихо ответил парень, а затем подвел меня к окну, показывая на свисающую откуда-то сверху веревку.

- Тетушка, - я чуть не рассмеялась, представляя, как она лезла на чердак. Кто бы еще додумался до такого плана!

- Где она?

- Должно быть дома, - неслышно передвигаясь по комнате, оборотень подал мне куртку и обувь. Хорошо, что я легла не раздеваясь, не пришлось спотыкаться в темноте, разыскивая одежду. - Твой брат будет в ярости, если найдет доказательства ее участия в похищении. А так сможет только догадываться.

- В похищении? - я удивленно наклонила голову.

- На этот раз в добровольном, - Кагэ довольно усмехнулся, а затем шутливо нахмурил брови. - Или ты желаешь остаться здесь?

- Нет, что ты! - я испуганно вздрогнула, и первая направилась к окну. - Но как мы пройдем мимо охраны?

- Не переживай, - он перехватил меня за пояс, не слушая возражений, а затем с легкостью спустился по веревке. Словно я была плащиком, а не лишним грузом. Очутиться на холодной земле, после жесткого пола комнаты было восхитительно! - Дождемся сигнала, а затем…

Его мягкий голос прервал звук взрыва, и парень схватил меня за руку.

- Побежали!

- Но твои раны…

- Все зажило. Я же все-таки кот! - он подмигнул мне, и мы помчались.

На нас и впрямь не обращали внимания. Шум вокруг поднялся неимоверный. Все сразу засуетились, в окнах загорелся свет. Запоздало я сообразила, что взорвалось что-то на нашей стоянке. И если это техника брата, то сюда мне лучше не возвращаться. Затем, судя по крикам, кто-то догадался заглянуть в мою комнату, и суета значительно усилилась, хотя чудилось больше некуда.

- Мне кажется, лучше было тише все устроить! - заметила я на бегу, чуть задыхаясь от скорости и свежего воздуха. Кагэ обернулся на меня и совсем по-мальчишески, широко улыбнулся.

- Тогда было бы не так весело!

Смотритель уверенно двигался вперед, обходя охранников по широкой дуге, и постепенно его веселье передалось мне. Хандра просто не выдержала такого заряда эмоций. Я и не заметила, как мы покинули территорию дома, пробежали пару улиц, пока не оказались у шоссе, ведущего из города.

Рядом с нами притормозила новенькая машина, и я шарахнулась в сторону. Но оборотень держал меня крепко, не позволив сбежать.

- Вы долго, я начал волноваться. Залезайте скорее, - Югата как всегда был предельно спокоен, но прежде чем усесться, я заметила промелькнувшую на губах адвоката улыбку. - Рад снова видеть вас… Асаяке.

- Ты здорово пошумел. Они разозлились, - Кагэ примостился рядом, и машина тут же тронулась с места, быстро набирая скорость.

- Значит, вы все вместе придумали?

- По одиночке нам было не справиться, - ответил смотритель. - Представь нашу панику, когда тебя забирают у адвоката из-под носа, а потом звонит тетушка с сообщением, что тебя заперли. Мы помчались в Токай, но Югату на порог не пустили, выдав "продолжительный отпуск". Про меня и говорить нечего.

- Мы думали, Шуно скоро успокоится, но, похоже, он сильно испугался, - добавил адвокат.

- По-моему он разозлился, а не испугался, - я поджала губы, все еще дуясь на брата.

- Ты не права. После случившегося с Мэй он боялся, что ты тоже можешь пострадать.

- Как она? - я взволновано сжала руки. Ехать в больницу было бессмысленно - туда брат заглянет в первую очередь. Однако если потребуется…

- Мэй очнулась, но ничего не помнит. И не говорит. Врачи сказали, что это последствия шока, со временем она поправится. Ей нужен покой.

- Хорошо, - я невольно выдохнула, обрадовавшись новостям. Раз кризис прошел, все будет в порядке. Кузина сильная, она сможет забыть этот кошмар и снова счастливо улыбаться. Я обязательно навещу ее чуть позже. А пока ей лучше быть с семьей, и не вспоминать причину несчастного случая.

Откинувшись на сидение, я прикрыла глаза. Правда, спать не собиралась - слишком боялась проснуться от чудесного сна в своей постели.

- Ты не спишь! - словно почувствовав мое настроение, Кагэ повернулся и щелкнул меня по носу. - Мы больше тебя не оставим. Поэтому, не бойся.

- Я…, - я хотела возразить, что совсем не боюсь, но неожиданно для самой себя искренне произнесла. - Я верю вам. Спасибо. Я очень рада, что вы приехали за мной.

- Знаем, - довольно ответили парни в один голос.

…Дорога мчалась вперед, унося нас все дальше от Токая. Уютные домики жилого района сменились высокими деревьями и столбами, отмечающими километры. Я знала, что особняк остался в другой стороне. Понимала, что не вернусь туда в ближайшее время. Но надеялась, что смогу найти разгадку к его тайне и докажу, что проклятие особняка можно снять.

Потому что там я была счастлива.

И какой бы дорогой я не шла, я верю, что однажды вернусь туда, распахну двери и, войдя в искрящуюся инеем гостиную, скажу: "Я дома".

- Кстати, куда мы едем?

- Понимаешь, когда полиция обследовала дом, мы открыли запертые комнаты, и там нашли много чего интересного. В том числе старый фотоальбом первой хозяйки дома.

- И что? - я не понимающе приподняла брови.

- Взгляни сама.

Мне в руки подали красиво оформленный, увесистый альбом. С первой страницы радушно улыбалась знакомая мне леди. А дальше…

На нескольких фотографиях встречались те же знаки, что и на часах.

 

Конец первой книги.

This file was created

with BookDesigner program

[email protected]

5/27/2012