Истекающий кровью Монт лежал на полу. Под ним натекла уже целая лужица, однако кровь его была намного светлее, чем кровь человека. Тяжело дыша, рядом стоял Болдуэн. Его новая бархатная рубашка была разорвана, волосы взлохмачены. Кинжал выпал из его руки, но, к счастью, Пикар поймал его и внимательно осмотрел: причудливой формы ручка, украшенная драгоценными камнями, остро заточенное лезвие. Капитан передал его Ворфу. Осмотрев, Ворф произнес: "Экзери".

– Монт не похож на экзери, – возразил Пикар.

Быстро вошла доктор Крашер и, оттолкнув Пикара и Ворфа, опустилась на колени перед Монтом. Она начала осматривать его, прослушивать медицинским трикодером, но Пикар даже издалека определил, что Монт уже мертв.

– Он мертв, капитан.

– Да-да. Может быть, ты теперь объяснишь, что произошло? – обратился Пикар к профессору.

Болдуэн рухнул в кресло и зажал руки между коленями. Глядя в пол, он начал говорить:

– Мы только что закончили наш первый отчет, и я проводил их – Монта и Шубункина – до дверей и очень удивился, когда через некоторое время Монт вновь был у моих дверей. Он сказал, что ему кое-что надо выяснить прямо сейчас, и я разрешил ему войти.

– Неблагоразумно, – заметил Ворф.

– Да, так и оказалось, – он поднял глаза. – Парень швырнул в меня меч. Это меч экзергов. Пока он гонялся за мной по комнате, я сумел подать сигнал тревоги. Надо сказать, что Монт был в лучшей форме, чем это можно было предположить по его внешнему виду. Потом, когда он был уже мертв, я выключил сигнал, потому что это было уже ни к чему.

Значит Трой была права, и Монт, действительно, что-то скрывал. По-видимому, это была цель убить Болдуэна.

Все еще стоя на коленях, доктор сказала:

– Монт не человек, все показания на экзери.

– Так же, как и меч, – добавил Ворф.

Доктор слегка оттянула воротник, и взгляду окружающих открылась ужасная картина: грязное месиво из окровавленных перьев, чуть ранее имевших, вероятно, прекрасный желтый цвет.

– Возможно, сейчас найдем и искусственные уши. Обычно у экзери не бывает ушей, вместо них просто отверстия.

– Вы можете объяснить действия Монта, профессор? – поинтересовался Пикар.

Болдуэн, сузив глаза, пристально взглянул на него. Пикар выдержал этот взгляд, тут же вспомнив о недавнем разговоре с профессором. Вполне вероятно, он был не прав, недооценив опасность, грозившую профессору.

Болдуэн вздохнул и, сожалея о случившемся, покачал головой. Взгляд его слегка смягчился.

– Номер один? – произнес Пикар.

– Слушаю капитан.

– Командир Монт, видимо, был наемным убийцей, посланным специально для того, чтобы погубить профессора. Пошлите сообщение в Звездный Флот. Если в нашу организацию удалось проникнуть одному кроту, там могут быть и другие. И передайте мои поздравления Трой. Она была права в отношении Монта.

Все помолчали. Пикар взглянул на Ворфа.

– Мистер Ворф, пожалуйста, передайте Шубункину, что я хочу видеть его сейчас в моей комнате.

– Хорошо, капитан.

– Пойдемте, профессор.

Вслед за капитаном Болдуэн проследовал по коридорам корабля в турболифт. Двери закрылись, и Пикар проговорил:

– Вахта капитанов.

Турболифт начал медленное движение.

Пикар взглянул на Болдуэна. Тот особенно переживал о случившемся, но старался сохранить скорбный вид. Он напоминал мальчишку, которого застали на месте преступления с полной ладошкой украденного печенья.

Пикар не хотел осуждать Болдуэна, однако челюсти его вдруг непроизвольно напряглись и, чтобы расслабиться, он, глубоко вздохнув, сказал:

– Тебе придется написать полный рапорт о случившемся, но я признаюсь тебе, Эрик, что мне хотелось бы знать обо всем уже сейчас. Чем это ты так разозлил экзери?

– Тебе не хочется этого знать.

– Не разыгрывай со мной этот спектакль, Эрик, – повысил голос Пикар. – Я все прекрасно понимаю.

– О'кей, – нахмурился Болдуэн. – И я, и он занимались одним и тем же – утренним ритуалом як шимаши.

– Я думал, они вымерли.

Турболифт остановился на вахте капитанов, и Пикар спросил:

– Номер один, все в порядке?

– Да, капитан.

– Я жду посетителей. Пожалуйста, поторопите их.

– Будет исполнено, сэр.

Уже у себя Пикар заказал два стакана горячего эрягрийского чая, один подал Болдуэну, держа другой, сел за свой стол.

– Вы что-то начали рассказывать, – напомнил он.

Потягивая чай, Болдуэн продолжил:

– Мы тоже думали, что як шимаши вымерли. Но, пробыв на шимаши целый год, я смог найти одно оставшееся племя, долгое время провел бок о бок с ним и узнал то, что хотел узнать.

– Затем туда прибыл экзери.

– Они прилетели и все испортили, сделав врагами моих друзей.

– Это похоже на экзери.

– Да. Я договорился с як шимаши, и они были согласны показать мне свой утренний ритуал, по крайней мере, его самую отвратительную часть – захоронение до подбородка в специально заготовленную кучу экскрементов.

Пикар не мог сдержать улыбки.

– Экзери это не рассмешило, как вас, ведь к тому времени они уже были женаты на женщинах як шимаши, и я вынужден был уйти.

Он почесал за ухом и закончил:

– Я слышал, что они следили за мной. У вас есть сахар?

– Спроси у автомата. – Пока Болдуэн просил приготовить для него несколько кусочков сахара, Пикар сказал:

– В обед мне показалось, что твои опасения насчет врагов не имеют под собой реальной почвы.

Болдуэн взял кусочек сахара.

– К сожалению, это были реальные, а не придуманные враги. И я боялся их так же, как и тех парней из учебных фильмов, которые показывают в голодеке. – Он отпил глоток чая и улыбнулся:

– Но экзери в жизни, а не в фильме. Я и нервничаю по этому поводу так же, как и раньше в подобных ситуациях. И вообще глупо, что я до сих пор не исчез.

Затренькал дверной колокольчик, и Пикар сказал:

– Войдите.

Вошли Шубункин и Ворф. Лейтенант вышел на шаг вперед и спросил:

– Я арестован, капитан?

Пикар метнул гневный взгляд на Ворфа, который, поняв, что переборщил, смутился. Некоторые люди, не зная Ворфа, считали его чересчур воинственным.

Стараясь сохранить строгость в лице, Пикар произнес:

– Я сожалею, что лейтенант Ворф оставил у вас подобное впечатление, но уверяю вас, что он сопровождал вас для вашей же безопасности.

– Разве я нуждаюсь в защите?

– Командир Монт мертв, – вмешался Болдуэн.

Впервые Пикар увидел, как побледнел Шубункин. Пикар рассказал о том, что случилось, со слов Болдуэна.

Выслушав, лейтенант возразил:

– Мне кажется, это профессор нуждается в защите.

– А разве у вас нет врагов? – поинтересовался Болдуэн.

– Конечно, есть, но это враги академические, и своим оружием они выбирают бумагу и перо, а не меч.

– Будем надеяться, что это так, – согласился Пикар, – но если вы будете работать один, сумеете ли вы подготовить предварительный отчет за две недели?

– Конечно, ведь рапорт профессора Болдуэна о д'Орт-д почти готов.

– Д'Орт-д? – переспросил Пикар.

Болдуэн поставил чашку и пояснил:

– Насколько я понял, люди с планеты серебряной слезы так называют себя. Возможно, это означает "люди" или что-то в этом роде. Большинство их имен связано с этим понятием. – Болдуэн говорил, все более увлекаясь. Он даже начал размахивать руками.

– Их технологии почти полностью соответствуют технологиям некоторых представителей Федерации. Только вот о своих машинах они говорят так, как будто речь идет об их собственных телах. Я еще не совсем понял это, но обязательно разберусь.

– Мы разберемся, – поправил его Шубункин.

– Через две недели, – добавил Болдуэн и рассмеялся.

– Несмотря на вашу уверенность, лейтенант, вас и профессора, начиная с этого момента, будут тщательно охранять, – Пикар кивнул Ворфу, тот согласно кивнул в ответ.

– Две недели, – сказал профессор и покачал головой.

Шубункин старался выглядеть невозмутимым.

Вечер этого дня Весли заканчивал в хорошем расположении духа. Это был знаменательный день в его жизни. Шубункин рассказал ему о шкале Бодер, Дейта помог составить программу "Бугимены", а Ля Форж помог ему загрузить информацию. Весли почти физически ощущал, что бугимены находятся внутри компьютера. Он радостно рассмеялся.

– Ты что? – спросила доктор Крашер.

– Так просто, – смутился Весли.

– Ты должен вести себя сдержанно, можно проявлять лишь некоторое недовольство.

– Извини, я задумался.

– Ты частенько задумываешься. А на этот раз о чем?

– Это личное.

– Я твоя мать, не забывай об этом, – она прекратила есть и пристально посмотрела на Весли, заставив его улыбнуться. Доктор Крашер была его милой мамой, хорошим доктором, но не командиром. Сможет ли она понять его усилия по развитию командирских способностей? Надеясь на лучшее, он рассказал ей все без утайки. Теперь ему казалось бессмысленным скрывать что-либо от нее. Ведь как мать она могла подсказать ему что-то даже лучше, чем Трой.

Мать серьезно отнеслась к его проблемам, и это порадовало Весли. Мечтательно прищурившись, доктор Крашер сказала:

– Держу пари, что ты узнаешь намного больше, если кто-то будет руководить твоими занятиями.

– Я думаю, что тебе трудно будет понять тот материал, который я изучал в течение многих лет.

– Да нет, я имею в виду помощь тебе на практике, например, Пикара, – доктор уже находилась во власти своей идеи. – Я думаю, он присоединится к тебе на голопалубе.

– Капитан очень занят, – уже представляя отрицательную реакцию Пикара, сказал Весли.

– Ерунда, – настаивала мать. – Он может подключить автоматику.

– Не нравится мне эта затея.

– Ты не хочешь, чтобы я с ним поговорила?

Весли разволновался. Он знал, что капитан не очень доволен курсантами, и даже несмотря на то, что он сделал Весли настоящим действующим младшим лейтенантом, в глубине души продолжал считать его большим ребенком. Приятным, но требующим опеки ребенком. Все же он сказал:

– Если хочешь, поговори с ним, только так, чтобы он не считал, что это моя идея.

– Конечно, – сказала мама, – обещаю тебе.

Они вновь занялись обедом, думая каждый о своем.

На следующий день, когда его вахта уже подходила к концу, командир появился в дверях своей комнаты и кивком подозвал Весли к себе.

– Доктор Крашер рассказала мне, что ты прокручиваешь программу Звездного Флота на голопалубе.

Весли напрягся. Он знал, что нет правил, запрещающих делать то, что он делал. Однако, может быть, он что-то упустил?

– Да, сэр.

– А ты работал с программой "Кобаши мори"?

– Нет, сэр. – Весли никогда не слышал о ней.

– Довольно интересная, в самом деле. Последние разработки по ромуланцам и ференджи, иногда они объединены даже в одном сценарии. Может, попробуем? – Пикар говорил с энтузиазмом, как будто для него это такое же большое событие, как и для Весли.

– Непременно попробуем, сэр.

Как-то незаметно от теории они перешли к практике. Присоединится ли Пикар? Или ограничится голым теоретизированием? У Весли не хватало духу спросить его об этом. Он проследовал за командиром в турболифт. Каким-то образом туда успел прошмыгнуть и Дейта, двери закрылись.

– С дежурства, мистер Дейта? – поинтересовался Пикар.

До Весли вдруг стало доходить: почти вся команда капитанской вахты была в сборе.

– Да, сэр, – ответил Дейта.

– Если у вас нет других планов, может быть, присоединитесь к нам на голопалубе? Мы собираемся прокрутить сценарий о "Кобаши мори". – Пикар говорил так, словно он уже видел, как будет работать на голопалубе Весли. Хотя, может быть, вовсе и не он интересовал капитана, просто были свои дела.

– Нет возражений, сэр. Но мне хотелось увидеть, как будет вести себя младший лейтенант с новыми чужестранцами.

– С новыми чужестранцами? – переспросил Пикар.

– Да, сэр. Это бугимены, – постарался объяснить Весли. – Шубункин, Дейта и Ля Форж помогли мне в этой работе.

– Вероятно, используя шкалу Бодер?

– Да, сэр, – подтвердил Дейта.

Весли покачал головой. Неужели все слышали о ней, кроме него самого?

Пикар огляделся вокруг, соображая, где они находятся, и приказал:

– Палуба одиннадцать.

На голопалубе "Энтерпрайза" Весли набрал капитанскую вахту и заказал обучающий сценарий по "Кобаши мори", однако перестроенный на бугименов. Он немного нервничал, занимая место рядом с капитаном, но тот настоял на этом.

– Какая же польза будет от обучения, если роль капитана буду выполнять я? – заметил он.

Пикар взял рулевое управление, Дейта сел за оперативный пульт. На экране появилось изображение звездного неба, бегущего навстречу с привычной скоростью. Весли постарался поудобнее устроиться в кресле капитана. Он не знал, кто такие "Кобаши мори", но, наверное, не страшнее всех остальных.

Пикар наклонился к Дейте и сказал:

– Ты знаешь, в прежние времена Звездному Флоту приходилось строить даже специальные корабли, чтобы проигрывать обучающие сценарии.

– Интересно, – откликнулся Дейта, но, внезапно посерьезнев, сказал:

– Пошла программа.

– Звук, – приказал Весли.

Пикар улыбнулся и повернулся к контрольному пульту. Раздался прерывистый сигнал. Он был несколько искажен.

"Мейдей", "Мейдей", – прозвучало на голопалубе. – Это грузовой корабль "Кобаши мори". Все системы по нулям. Нужна немедленная помощь. Мы обращаемся ко всем, кто следует в нашем направлении: помогите".

– Расположение "Кобаши мори"? – спросил Весли.

Дейта, бегло вглянув на экран, сообщил:

– Один, два, три, семь уровень четыре. Нейтральная зона ромуланцев.

– Оперативный пульт, – объявил Весли, повышая голос. Пикар посмотрел на него заинтересованным взглядом.

– Маневр! – выдохнул Весли.

Сообщение с грузового корабля продолжало поступать, пока Весли изучал, теперь уже на главном экране, расположение "Энтерпрайза" по отношению к "Кобаши мори": сверкающее голубое пятно на стороне Федерации в нейтральной зоне и пульсирующая янтарная точка на противоположной стороне. Ромуланских кораблей не было видно, но это не означало, что их здесь не было.

– Соображения? – спросил Весли.

– Возможно, это ловкий трюк с целью заманить нас поглубже в нейтральную зону. Если терпящий бедствие грузовой корабль не существует, нам придется туго.

– А если "Мейдей" существует в самом деле? – подумал вслух Весли. – Мистер Пикар, берем курс на грузовой корабль.

– Капитан, – заметил Пикар, – ромуланцы расценят наш полет в их нейтральную зону как неприятельское вторжение.

– Я имею это в виду. Ложимся на курс.

– О'кей, сэр.

На маневренном дисплее обозначился предполагаемый курс "Энтерпрайза" – изящная черная кривая.

Весли понемногу привыкал к роли командира. Ему казалось, что это место пронизывает какая-то невидимая энергия, подпитывающая его. Пока все было хорошо – все действовали сообща.

– Держите курс, – приказал он.

– Слушаюсь, сэр.

Голубая точка на экране проскочила выход из нейтральной зоны. Спустя несколько секунд все залил янтарный свет, и сигнал бедствия оборвался на полуслове. Весли понял, что случилось.

– Капитан, – сказал Дейта, – военные пауки бугименов вышли из прикрытия.

– Вижу.

На экране появились два больших черных паука. Это были корабли округлой формы, от каждого из которых спускались вниз три "ноги", с моторчиками на их концах. Военные пауки с ревом набросились на "Энтерпрайз".

– Красная тревога, мистер Дейта! – успел крикнуть Весли. – Вытащите нас отсюда, мистер Пикар!

Зазвучал сигнал красной тревоги.

– Невозможно. Мы окружены. – Позади корабля появились еще два военных паука. "Энтерпрайз" содрогнулся.

– Гляди вперед, – подсказал Дейта. Прямо по курсу на них неслась фотоновая ракета, выпущенная кем-то из пауков.

– Доложите о повреждении.

– Нарушена защита, – доложил Дейта. – Поврежден корпус в семнадцатом отсеке, а также в двадцать четвертом, тридцать шестом и сороковом. Большие потери...

Моментально вспотев, Весли посмотрел на шею Пикара, сидящего перед ним. Что он должен сделать в этой ситуации? Даже если она не реальная, а придуманная? "Ты хотел этого. Вот теперь и учись", – сказал он сам себе.

– Ваши рекомендации, – попросил он.

– В этом случае, капитан, – начал говорить Пикар, но раздался какой-то незнакомый звук, похожий на свист, ярко вспыхнул свет... Весли, как зачарованный, смотрел на двух существ, появившихся на вахте капитанов. Это были самые отвратительные существа из всех, когда-либо виденных им. Оба бугимена были небольшого росточка, не выше восьмилетнего ребенка, одеты в длинные черные пальто чашеобразной формы, наглухо застегнутые до ворота, отчего их фигуры казались квадратными, свирепые лица, черные бороды и волосы на голове, сквозь которые проступали массивные рога, вместо зубов – клыки.

Неслышно приблизившись, один из бугименов, размахивая чем-то очень похожим на топор, воинственно произнес:

– Сдавайтесь, или вы все умрете, – голос его был мерзкой пародией на голос человека.

– Остановите программу, – попросил Весли.

Бугимены застыли на месте, как и изображение на главном экране, прекратился сигнал красной тревоги и поступление сведений.

Пикар и Дейта повернулись и с любопытством посмотрели на Весли.

– Что я сделал не правильно? – поинтересовался он.

– Ты все сделал правильно. Но никому еще не удавалось справиться с программой "Кобаши мори".

– Хотя по легенде это было восемьдесят лет назад, но они до сих пор загоняют всех курсантов в тупик, – добавил Дейта.

– Легенда, – снисходительно сказал Пикар. – Академическая сплетня. "Кобаши мори" – это беспроигрышный сценарий, проверка характера. Мистер Крашер все делал правильно, так как должен был поступить честный командир. Тот факт, что он потерпел поражение, в данном случае не имеет значения.

– Спасибо, сэр.

– А ты не хочешь попробовать другой сценарий? – предложил Пикар. В голосе его была надежда. Но для Весли на сегодня испытаний было достаточно. Несмотря на добрые слова капитана, ему нужно было некоторое время для того, чтобы осмыслить, что же произошло и почему он потерпел поражение.

Пикар попросил компьютер сохранить программу, они продолжат ее в другое время. Сейчас должно было раздаться характерное пощелкивание, свидетельствующее о том, что программа отключилась. Однако бугимены остались, и свет почему-то не погас. Пикар снова взял командование на себя, и все трое окружили бугименов, которые восковыми фигурами застыли посреди голодеки.

– Ваши соображения, мистер Дейта? – спросил Пикар.

– Я только сейчас понял, что нет смысла использовать шкалу Бодер на голодеке. Но эту программу надо сохранить в памяти компьютера. Она требует продолжения.

– К сожалению, это так, – подтвердил Пикар. – Мистер Крашер, мистер Дейта может переделать вашу программу с бугименами, если она кажется вам слишком сложной. Или компьютер сотрет ее.

– Стираю, – подтвердил компьютер.

– Но она еще там? – спросил Весли.

– Да, – подтвердил Пикар. – Компьютер, выход.

К облегчению Весли, дверь в стене голодеки открылась, и Пикар повел его назад по коридорам настоящего "Энтерпрайза". Двери голодеки так же бесшумно закрылись.

Весли не прошел и десяти шагов, как из бокового коридора выскочили три бугимена и угрожающе подняли топоры...